Текст книги "Колыбельная ведьм (СИ)"
Автор книги: Лия Пирс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)
ГЛАВА 24
ГЛАВА 24
МЕРТВЫЕ ТУШИ
Полуголый Лев со связанными руками за спиной и завязанными глазами сидел на коленях перед жрицей, только пока не знал об этом.
– Я тебе сейчас развяжу руки, а ты не трогаешь повязку на глазах, иначе я закую тебя в железную маску, все понятно? – спросила Камея.
– Да, – кивнул парень в ответ.
Почувствовав, что руки освободились, он начал разминать запястья.
– Ты знаешь кто я такая? – спросила женщина.
– Как не знать, жрица Камея, – ответил Лев.
– Расскажи-ка мне, когда ты открыл в себе дар? – спросила она.
– Подростком еще, – в этот момент парень понял, что отпираться нет смысла.
– Сам скрывался или помогал кто? – задала жрица новый вопрос. – Только помни, если захочешь соврать, я применю к тебе заклинаний языка.
– Наставник мой знает, – сквозь зубы ответил Лев.
– У меня к тебе предложение, – сказала она. – Я сделаю так, что ты избежишь плахи, а в ответ ты станешь моим, послужишь великой цели, согласен?
– А у меня есть выбор? – выплюнул Лев.
– Нет, – жестко ответила жрица. – Но для начала, до меня дошел слушок, что ты умелец на сексуальном фронте. Продемонстрируй.
На плечо парня легла нога и он оставил легкий поцелуй на лодыжке. Он не видел, но ощущал куда ему нужно двигаться. Парень легонько прикусил все еще нежную кожу на внутренней стороне бедра. Его пальцы стали беззастенчиво ласкать жрицу между ног. В своей манере парень не осторожничал. Камея прогнулась в спине. Её волосы темными волнами разметались по спинке дивана. Лев проник одним пальцем внутрь, а за ним и вторым. Парень принялся помогать себе языком. На вкус жрица показалась ему солоноватой. Томные вздохи жрицы учащались вместе с ускоряющимися движениями Льва. Её рука легла ему на голову и сжала волосы парня. Подступившее удовольствие дрожью пробежалось по телу жрицы. Лев отстранился и большим пальцем протер свои губы.
Камея поднялась и молча прошла к маленькому высокому столику. Как слепой котенок парень вертел головой, пытаясь следить за её движениями. Она сделала глоток вина и взяла кинжал с изогнутой ручкой.
– Ты послужишь великой цели, – женщина огладила голову парня и запрокинув четким взмахом полоснула по горлу. – Ты – последний, – сказала Камея.
Парень упал на пол, хрипя и захлебываясь в собственной крови.
***
Видения Маруси начали сбываться, к её неудаче. Хотя, если посмотреть на это под другим углом, то это событие является неоспоримым фактом того, что девушка, действительно, обладает даром прорицания.
Девушка постепенно приходила в себя от жуткого холода. Глаза, непривыкшие, к темноте не могли ничего рассмотреть. Рот был завязан какой-то тряпкой, что неприятно сушила язык. Руки были стянуты чем-то еще более холодным, чем окружающее пространство и задраны наверх. Маруся оказалась в своем кошмарном видении и мечтала, чтобы это не было реальностью. Глаза понемногу привыкали, и девушка смогла осмотреться. В опасной близости к ней с потолка свисали огромные металлические крюки. На некоторые из них висели заделанные туши животных.
Она слышала, как снаружи завывает ветер. Где-то сбоку скрипнула дверь. Узкий луч света заставил Марусю зажмуриться. Приоткрыв один глаз, она увидела, что к ней кто-то заходит.
– Очнулась? – спросил женский голос. Он был ей знаком – Камея. Маруся протестующе замычала в ответ.
– Нет, нет, даже не проси, – она подошла еще ближе и взяла её за подбородок. – Мне жаль, что придётся избавиться от такого уникального дара, но ты виновата сама. Всё-таки яблочко от яблоньки не далеко падает. Вот кто тебя просил лезть? А теперь тебе придется умереть и твоему дружку тоже. Хочу, чтобы ты узнала, что из-за тебя Александра казнят.
Маруся пыталась что-то сказать, но снова получались одни мычания.
– Что? Не законно? – переспросила жрица. – Ты среди ведьм безгоду неделя, а уже в законах разбираешься. Ну какая умница. Закон – это я и пока мы с тобой тут беседуем, его уже ведут на плаху.
Маруся замычала громче и начала дергаться, пытаясь освободиться. Цепи, которыми была прикована девушка начали громко лязгать.
– Что? Что? – переспросила Камея. – Говори внятнее. Хочешь знать зачем мне все это? Ну раз уж ты скоро умрешь, я расскажу тебе. Мне нужна власть. Я приведу ведьминское сообщество к величию. Это не справедливо, что на земле хозяйничают жалкие людишки. А ты представляешь какая конкуренция среди жриц? – с каждым словом Камея распалялась все больше. – Так сложилось, что жрицами могут стать только те ведьмы, что родились с близостью к энергии Хаоса. Таких мало, но все равно больше, чем необходимо, поэтому многие ведьмы остаются не удел на побегушках у более удачливых. Так случилось и со мной. Я застряла в подчинении твоей матери. Анна. Умница, красавица, боролась за расширение прав инквизиторов. Ничего в ведьминской общине не происходило без её участия. Естественно, она сразу отнеслась ко мне с недоверием. Ведьма без прошлого вдруг появляется на пороге Обители, да еще и с близостью к Хаосу, но сделать она ничего не могла. Ей пришлось взять меня в свои помощницы, а мне нужен был гримуар. Ты видела его в хранилище. На странице этой книге можно найти даже ритуал, которым первые запечатывали Хаос. На его страницах, как и ожидала, я смогла найти способ открытия врат. Только вот загвоздочка. Ритуал требует много жертв. Очень много, – Маруся замерла. – Ты не бойся. Ты умрешь по-другому. У меня все-таки есть женская солидарность. Понимая, что под столь пристальным вниманием Анны, мне не удастся сделать задуманное, я стала думать, как от неё избавиться. Знаешь, каких трудов мне стоило подпаивать твою мать зельем, чтобы она залетела? – жрица заглянула прямо в глаза девушке. – Да, Марусенька, ты должна благодарить меня за своё рождение. Я так надеялась, что её убьют с отсрочкой на время беременности, но нет, её всего лишь выкинули отсюда. С тех пор настала моя эра. Я начала проповедовать и внушать ведьмам страх перед мужчинами. Ты представляешь, как сложно было внушить эту мысль женщинам, что никогда не видели агрессии от противоположного пола? Но, я смогла, и верхушка ведьм стала закрывать глаза на пропажи инквизиторов и мужчин из города. И вот, когда оставалась всего пара шагов, появляешься ты. Конечно, я стала наблюдать за тобой. Пришлось отвлекать тебя, чтобы ты не лезла в историю своей матери. После твоего концерта перед вратами, я поняла, что ты одаренная. Вот мы и подобрались к тому почему ты здесь оказалась. Там, в хранилище, ты ведь увидела, что это я открываю врата? Тебе нужно учится скрывать свои эмоции, дорогая. У тебя все на лице написано было. Хотя, учится тебе уже поздно. Ну что пора прощаться, – вздохнула она. – Через час эта фура отправиться во Владивосток. Не переживай твоя смерть не будет болезненной. Ты просто уснешь. Жаль, что наше знакомство вышло таким коротким.
– И кстати, твои кандалы были выкованы первыми. Колдовать ты в них не сможешь, – сказала жрица и захлопнула дверь прицепа.
По лицу Маруси заструились слезы. Она стала задыхаться, пыталась дозваться Оззи, но ничего не происходило. С каждой минутой ей казалось, что становилось все холоднее и холоднее. Маруся ощущала, что кожу стало покалывать и жечь. В ушах шумело бешено колотившееся сердце. Маруся старалась глубоко дышать насколько это позволял кляп. Сдаваться она не планировала.
ГЛАВА 25
ГЛАВА 25
НАЧАЛО КОНЦА
Александр ходил из угла в угол по тесной камере. Еще со времени постройки Обители под храмом заложили темницу. Сегодня она использовалась редко. Парень отказывался верить в реальность происходящего. Он надеялся, что сейчас кто-нибудь придет скажет, что это было недоразумение и выпустит его. Время шло, но никто не приходил. Мысли занимала Маруся. Где она, что с ней? Сердце сковало страхом. Если жрица не шутила на его счет, то что она могла сделать с ней?
– Свободу каторжникам, – рядом с клеткой Александра стояла Веста и Владимир.
– Верховная? – парень не верил своим глазам.
– Верховная, верховная, – женщина щелкнула замком. – Выходи давай.
– Она забрала её, – пробормотал Александр. – Жрица забрала Марусю. Я не знаю куда.
– Мы знаем, – Веста сразу стала серьезной. – Даже Оззи не может её найти.
– Но как мы будем её спасать?! – вскрикнул Александр.
– Тише ты! – шикнула на него верховная. – Есть у меня один козырь. Пойдем, с тещей знакомить буду.
– Почему вы такие спокойные? – Александр переводил взгляд с Весты на Владимира и обратно.
– Потому что нет времени сопли разводить. Это ничем не поможет, – парень первый раз видел своего наставника в таком состоянии. Внешне он выглядел спокойным, но, если присмотреться было видно, что он еле сдерживается, а его руки мелко подрагивают.
Веста и Владимир завели его в маленькую комнатку, что была до отказа заполнена людьми.
– Сашенька, – робко к нему подошла женщина лет сорока. Она была небольшого роста с каре светлых вьющихся волос. Её синие смеющие глаза показались ему смутно знакомыми.
– Мама? – неуверенно спросил он.
Глаза женщины перед ним наполнились слезами. Он столько мечтал об этой встрече. Представлял какое у неё лицо. И вот она перед ним. Его лицо превратились в восковую маску. Он хотел кричать. Высказать ей все, что у него накопилось за эти годы и что о ней думает.
– Может хватит этих нежностей? – вовремя вмешалась Инга. – У нас тут как бы преступление века нужно остановить.
– Инга, – шикнула на неё Дарья.
– Не надо, Инга права, – строго сказала еще одна не знакомая парню женщина. – Прости, Юль, но давайте потом поговорите.
– Ничего, я понимаю, – сказала она. – Я ждала восемнадцать лет и еще пару часов подожду.
– Александр, – окликнула его женщина. – Я – Анна, мама Маруси. Расскажи, что знаешь.
– Все началось с изнасилования Ульяны, – начал говорить парень. – Маруся сейчас в очень…, – он пытался подобрать правильное слово. – В очень подавленном состоянии. Она сказала, что ей нужно просмотреть документы за 17 век. Я помог ей пробраться в хранилище при храме. Там мы узнали, что инквизиторы, рожденные жрицами, обладали даром подчинения разума. Маруся утверждала, что Байдахов использовал эту способность. Там нас и застала Камея. Маруся ей всё рассказала и я, честно сказать, не понял, что произошло, но вдруг жрица сказала, что вроде: «Что вы Лебедевы лезете куда вас не просят». Она усыпила Марусю, а меня кинули в темницу. Всё.
– Мы прошерстили всю Обитель. Маруси здесь нет, а Камея недавно от куда-то вернулась, – сказал Владимир, который куда-то выходил.
Темноволосая женщина, что назвалась Анной, взяла в руки нож и полоснула себя по ладони. Крупными каплями кровь стекала на стол. Александр подошел ближе. На столе лежала карта города.
– Мате аксан суку эн лаффи, – сказала Анна и лужица дернулась. Кровавая змея проползла по карте и обрисовала кругом какой-то район.
– Что здесь? – спросила Анна. – Я уже не помню.
– Промзона, – ответил Владимир. – Там загружают фуры и товарные вагоны. Я поеду туда.
– Возьми с собой Оззи, – сказала бывшая жрица. – Он сможет помочь, если окажется ближе к Марусе.
Её голос дрожал, но она старалась контролировать себя.
– Я тоже с тобой, – вызвался Александр. – Вдвоем мы быстрее её найдем. Я энергию Маруси из тысячи узнаю.
***
Пока Александр и Владимир уехали искать Марусю, женщины решили времени зря не терять. Благодаря, дочери Анна знала, что затеяла Камея и могла её остановить. В храме царила пугающая пустота. Застарелая тоска кольнула сердце Анны. Когда-то это место было её домом, а теперь царил недружелюбный мрак и холод. По узкому коридору они двинулись в сторону зала врат Хаоса.
– Стойте, – вдруг крикнула Анна, выставляя руку вперед. – Она уже начала. Нарушишь символы, и ты труп.
Дверь в зал с вратами была на распашку, оттуда доносился слабый напев. На полу перед входом кровью были выведены древние символы.
– Пусть закончит, – сказала Анна.
– Ты что такое говоришь? – удивилась Инга. – Она же выпустит Хаос.
– Я же не дура. Я все предусмотрела перед своим уходом, – ответила Анна.
Женщина шагнула в приоткрытую сбоку дверь подсобного помещения. Она знала, чего требует данный ритуал, но не представляла какого это будет увидеть вживую. Не менее десятка мужских тел были подвешены к потолку вверх ногами, из некоторых из них по сих пор собирались редкие капли крови и падали на пол. Ближе всех висел совсем молодой парнишка с темными коротко стриженными волосами, настолько что могло показаться, что он лысый. У него, как и у прочих было перерезано горло. На полу стояли ведра с какой-то воняющей и мутной жидкостью. В большие деревянные ящики, в которых обычно складывают фрукты и овощи, валялись человеческие кости и окровавленные части тела.
– Кажется меня сейчас вырвет, – сказала Юлия.
ГЛАВА 26
ГЛАВА 26
ВРАТА ХАОСА
Зал с воротами Хаоса был наполнен светом тысячи свечей. Они сильно коптили и наполняли воздух тяжелым ароматом благовоний.
В центре пентаграммы обнаженная и обмазанная кровью Камея танцевала с чашей в руках. Её волосы слиплись. Кровь струилась по её телу. Она напевала давно забытые слова, двигалась в такт и ощущала вибрации магии, что переполняли её в данный момент. Кровь в чаше поблескивала в свете свечей, пока Камея жадно пила её. Пространство вокруг словно зазвенело. Она подозвала к себе мужчину, что все время стоял в тени. Он приблизился так близко, что их дыхание перемешалось. Не боясь испачкаться в крови, Роберт начал жадно ласкать тело Камеи. Без долгих прелюдий они опустились прямо на пол. Жрица села на берда инквизитора, впуская в себя его член. Роберт впился пальцами в ягодицы жрицы до синяков и принялся задать темп. Страсть набирала ритм. Кровавые символы смазывались вокруг них. Дыхание становилось громким и быстрым. Камее послышался лязг металлического замка и на её лице растянулась благоговейная улыбка. Все шло как надо. Роберт приподнялся, так что их тела сблизились еще больше, а угол проникновения изменился. Мужчина был напорист в своём желании. Он втянул ртом сосок. Острота ощущений доставляла Камее удовольствие. Она уже не могла разделить вибрации магии вокруг и внутри неё. Её тело стало содрогаться.
Покрытые потом и кровью они поднялись с пола. Довольная Камея поворачивается к вратам, и её улыбка тает за секунду. Замки были закрыты.
– Я же верно сделала, – прошептала она. – Я столько лет готовилась!
Камея подбежала к вратам и дернула замок, которые отказывался подчиняться.
– Морсинус алум! – за спиной жрицы что-то огромное рухнуло на пол.
– Что не получается? – прозвучал насмешливый голос. Она так давно уже его не слышала.
– Как? – прошипела она. – Как ты это сделала?! Тебя здесь восемнадцать лет не было!
– Какая теперь разница? – спросила Анна.
Камея развернулась, чтобы встретиться со взглядом своей бывшей наставницы. Роберт лежал на полу без сознания. Зал медленно наполнялся ведьмами и инквизиторами.
– Мне нужно знать, как ты меня переиграла, – настаивала Камея.
– Хорошо, – согласилась Анна. Пройдя в центр, она подняла с пола старый черный фолиант. Она пролистала его практически до конца и показала страницу Камее. – Этот ритуал такой же древний, которым пользовалась ты и такой же могущественный только полностью противоположен и главное отличие в том, что он завязан на крови одного человека. Перед своим уходом с его помощью я еще раз запечатала врата.
– Серьезно? – спросила она.
– Ты подписала себе смертный приговор, когда решила не использовать кровь Маруси, – сказала Анна.
– Ты сумасшедшая, если решилась проводить это на собственной крови!
– Сологуб Камея, ты обвиняешься в массовом убийстве, попытке убийства, мошенничестве и попытке открыть врата Хаоса. Тебя ждет суд верховных, – объявила Веста и самостоятельно защелкнула широкие наручники на её руках.
Она шла вперед с гордо поднятой головой. Её босые ступни смазывали кровавые надписи на полу. Проходя мимо Анны она сказала:
– Меня – то ты поймала, а дочь не уберегла.
Её дьявольский смех эхом разносился по всему храму.
***
Владимир несся по единственной автостраде города, прилегающего к Обители, в сторону промзоны. Он так сильно сжал руль, что костяшки побелели. Огни фонарей слились в сплошную линию. Оззи сидел на приборной доске. На заледенелой трассе машину иногда заносило, но всем было плевать. Александр, который презирал все ведьминское общество, молился первым ведьмам. Владимир резко свернул с трассы. Вскоре потянулись однотипные серые здания и металлические сараи. Одиноко стоял завод, который не переставая выплевывал ядовитый дым.
– Я к охране, чтобы никого не выпускали, а вы по контейнерам и фурам, ясно? – спросил Владимир, притормозив машину.
– Да, – ответил Александр. – Оззи, ты со мной.
Александр побежал к контейнерам. Дыхание быстро сбилось и холодный воздух причинял боль. На секунду его охватила паника. Тут же тысячи контейнеров и несколько десятков машин!
***
Цепи Маруси не давали ей подойти слишком близко к стенам. Она раскачивалась и старалась хотя бы ногой ударить по металлу. Звук получался слабый, но она пыталась из раза в раз. Маруся уже не чувствовала холода. Ей тело словно онемело. Она ощущала жуткую усталость. Девушка продолжала еле-еле бить ногой по стене на силе упрямства.
– О, первые, – Марусе показалось, что она услышала голос Александра. – Нашел.
Её руки освободились, и девушка сжалась, приготовившись рухнуть. Сил у нее ни на что не осталось. Хотелось только спать. Сон так манил. Веки непроизвольно слипались и было больно открывать их обратно.
–Нет, нет, нет, – затараторил парень. – Не спи, слышишь меня. Не смей засыпать, – он спешно поднял Марусю на руки.
– Александр, – еле шевеля губами произнесла девушка. – Прости меня, я не считаю, что все мужчины одинаковые.
– Я знаю, глупая, – прошептал он.
– Укутай её, – сказал еще один знакомый голос. – И спать не давай. Делай, что хочешь, только чтобы она не уснула.
– Марусь, – позвал Александр, нежно погладив по щеке. – Ты меня слышишь? Она такая холодная, – сказал он кому-то. – Марусь.
– Это все Камея, – прошептала она.
– Что Камея? – спросил Александр. – Не молчи.
– Врата Хаоса, – ответила девушка. – Это все она.
***
Маруся то приходила в себя, то снова отключалась. Александр пытался с ней говорить, но она отвечала редко и с трудом. Её губы были бледными, даже голубоватыми. Всю дорогу Александр держал её за запястье, вслушиваясь в слабый пульс. Владимир подогнал машину прямо к входу в особняк. Александр с девушкой на руках пронесся к медицинскому кабинету. Он бережно уложил ее на кушетку и укутал пледом.
–Что вы меня разбудили? – строго спросила Баярма, появившись в дверях. – Мне здесь делать нечего, – она подошла и придирчиво осмотрела Марусю. – Очаговых обморожений нет. Общее переохлаждение. Укутайте ее спасательным покрывалом и к Раде за отваром шуруйте. Вот у ее подружки Морозовой яичник разорван, даже не знаю смогу ли восстановить.
Маруся открыла глаза. Её сердце бешено колотилось. Ей показалось, что она слишком долго спит. Она была замотана, словно младенец. Рядом на стуле спал Александр. Его голова безвольно раскачивалась. Врата! Маруся попыталась выбраться из кокона, чем разбудила парня.
– Тише, не вставай, – сказал он, укладывая её обратно.
– Нельзя, Камея, она откроет врата, – попыталась сопротивляться Маруся.
– Все в порядке, – убаюкивающим тоном сказал Александр. – Она арестована, – он взял с тумбочки стакан и протянул девушке. – Выпей. Оззи, позови всех.
Кот, которого Маруся сразу не заметила, спрыгнул с кровати и метнулся к выходу.
– Как ты нашел меня? – спросила девушка, делая глоток какой-то гадости из стакана. – Как ты выбрался из темницы?
– Хорошо иметь влиятельных друзей, – усмехнулся он. – Как нашел? Я и сам не понял. Я метался по всей промзоне, открывая один контейнер за другим, но все они были пустыми. В какой-то момент мимо меня проезжала фура и я услышал, нет, наверное, правильнее сказать почувствовал слабый стук.
В комнату вбежала Анна, Веста, женщина, что была Марусе еще не знакома, Кира, Уля и Кирилл.
– Девочка моя, – Анна бросила обнимать дочь.
– Мама? – удивилась Маруся. – Что ты здесь делаешь?
– Меня насторожил твой астральный визит. Я приехала в Петербург. Еще восемнадцать лет назад, я знала, что Камея что-то задумала. Мы были наготове, – рассказала Анна. – Кира была обеспокоена твоим поведением и по совету Оззи пошла к Весте. Один из послушников храма, сказал, что видел Александра с каким-то новеньким.
– Что вы тут разгалделись? – в палате появилась Баярма. – Эка, вас тут набралось. Быстро все на выход. Дайте девчонке отдохнуть. Потом всё обсудите.
