Текст книги "Счастье с коготками (СИ)"

Автор книги: Лия Кимова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Глава 16.1

– Все будет хорошо, мы успеем, – ободряюще сказала Лилиана, поддерживающая Макса с другой стороны.

Теперь она совсем не казалась жесткой и холодной, ее руки слегка подрагивали и она, похоже, хотела успокоить прежде всего себя, а не меня.

– Конечно все будет хорошо, – слабо улыбнулась я, – не волнуйтесь. А как вы узнали, где Макс?

– Это все Филипп. Его отпустили под залог и он сам предложил помочь в поимке Варвары. Он всегда любил своего младшенького, хоть и не показывал этого явно.

– Все, мы приехали, – резко перебил нас Филипп, – выходите из машины, я сам отведу Макса.

– Видишь? – Лилиана тихонько усмехнулась, когда Филипп потащил Макса к входу в клинику, – на словах он всегда ему грубит, но на деле готов сражаться за брата.

Мы зашли в холл больницы и я обессилено присела на один из мягких диванов для посетителей. Я впервые была в такой дорогой частной клинике, но Штернов, похоже, тут знали хорошо. Макса и Филиппа тут же обступили молодые девушки из персонала, и спустя буквально минуту его уже отправили в палату, а к нам подбежала одна из девушек, одетая в короткий розовый халат.

– Госпожа Штерн, не волнуйтесь, профессор Рогов уже отправился на осмотр вашего сына, он лучший специалист по проклятиям в нашем городе, так что обязательно вылечит его. Могу я пока предложить вам что-нибудь выпить? Чай, кофе, минеральная вода?

– Не нужно, – отмахнулась Лилиана, – я пойду в палату к Максу.

– Прошу вас, дождитесь конца осмотра, – девушка сделала жалобное лицо, – Алексей Юрьевич не терпит посторонних во время работы, к тому же это небезопасно. Вы можете пока остаться здесь, а я вас позову, когда он определится с диагнозом.

– Хорошо, – вздохнула Лилиана и села в соседнее кресло, – принесите тогда свежих сливок.

– Сию секунду, –  просияла девушка и быстро принесла два высоких стакана.

– Выпей, – предложила мне Лилиана, – здесь особе сливки, с успокаивающим эффектом. Они коров, которых кормят специальными лечебными травами.

– А они безопасные? – я недоверчиво посмотрела на белое содержимое своего стакана.

– Абсолютно безопасные и без побочных эффектов, зато нервы успокаивают прекрасно, – Лилиана сделала большой глоток и довольно облизнулась.

Я последовала ее примеру, какая кошка откажется от вкуснейших свежих сливок, и минуты две мы молчали, наслаждаясь напитком. Филипп куда-то ушел, персонал клиники нас тоже больше не беспокоил, занявшись своими делами.

– Давай ненадолго выйдем на свежий воздух, – попросила вдруг Лилиана, – тут хороший садик вокруг, можем погулять и поговорить.

– Хорошо, – кивнула я, чувствуя, что ей требуется выговориться.

Мы какое-то время молча бродили по дорожкам сада, я выжидательно поглядывала на Лилиану, но спрашивать ни о чем не решалась.

– Он никогда тебе не рассказывал об Элен? – спросила она вдруг.

– Нет, – покачала я головой.

– Не знаю, стоит ли мне, – она вдруг замялась, но потом решительно продолжила, – это его бывшая девушка. Точнее, его истинная пара, с которой мы насильно его разлучили.

– Зачем? – охрипшим голосом спросила я.

– Тогда это казалось единственно верным решением, – вздохнула Лилиана, – они познакомились совсем юными. Макс тогда учился во Франции, она была его сокурсницей. Очаровательная девочка, милая, смышленая, тогда я не была против, чтобы она вошла в нашу семью.Они встречались около четырех лет, готовились к свадьбе, но сразу после выпускного в университете, с ее семьей произошла трагедия. Родители и старший брат попали в аварию и погибли.

Она очень тяжело переживала эту утрату. Макс в то время находился с ней круглосуточно, поддерживая и утешая, но Элен только все сильнее впадала в депрессию. Вдобавок доктор, который занимался ее лечением, оказался мошенником, а его препараты, дававшие лишь временное облегчение еще и вызывали привыкание. К тому же у нее оказалась наследственная душевная болезнь по линии матери. Все это вскрылось слишком поздно, и хотя мы обратились к самым лучшим специалистам, ей становилось все хуже.

Она все больше проводила времени в кошачьей ипостаси, не желала выходить на улицу и общаться людьми, почти не разговаривала, кусалась и царапалась, когда ее пытались брать на руки. Макс тогда совсем извелся, и у меня душа болела смотрет на его страдания. И все равно он не сдавался и верил, что ее смогут вылечить. Я же… проявила малодушие… Карл тогда привел ко мне Варвару и предложил жесткое, но заманчивое решение.Когда она предложила свою помощь и пообещала, что сможет разорвать их связь, я поверила ей. И сама дала Элен те проклятые пилюли.

Варвара обещала, что разрыв будет безболезненным, но кто ж знал, что она имела в виду только Макса. Это была ее очередная экспериментальная разработка и на Элен они подействовали ужасно. Она несколько дней выла от боли, а Макс… он буквально не спал все это время, и стал похож на призрака. Я не вынесла этого и призналась. Никогда не забуду его взгляд, не дай бог никому узнать то чувство, когда тебя ненавидит собственный ребенок. Но самое страшное, что он разыскал Варвару и как-то заставил ее перенести на себя откат от заклятия разрыва связи. После этого он полгода пролежал в больнице, переживая дикие мучения, хоть самые лучшие специалисты и пытались облегчить его состояние, как могли.

Самое страшное, что Элен это все равно не помогло. В один из дней, как-то умудрившись ослабить бдительность врачей, она сбежала и попала под машину. Макс узнал об этом только после выздоровления. Я сильно испугалась за него тогда. Но он просто молча ушел из семьи и оборвал с нами все связи. Не взял от нас денег, отказался от любой помощи. Даже фамилию сменил.

– Зачем вы это мне все рассказали? – спросила я, чувствуя жжение и горечь во рту? – Это ведь очень личное, он ведь не простит вас, если узнает.

– Он и так вряд ли простит, – грустно усмехнулась Лилиана, – а рассказала я потому что, когда он тебя встретил, я впервые после тех событий увидела, что мой сын начал улыбаться. У меня появилась надежда, что он снова сможет быть счастлив. Пока не появился этот Иван. Я знаю, это эгоистично, но я умоляю тебя выбрать моего сына и остаться с ним.

– Вот оно что? – я посмотрела на небо, пытаясь удержать, рвущиеся наружу слезы, – значит, ваш муж именно поэтому подсунул мне те пилюли? Тоже решил искупить вину перед сыном за счет меня? А вы не подумали, что опять только причинили боль Максу таким поступком? Ладно я, чужой для вас человек и вам на меня плевать, но зачем вы так с Максом? Оставьте уже его в покое.

– Послушай, девочка…

– Нет, это вы меня послушайте! Вы достаточно наворотили дел, так может уже хватит вмешиваться в его дела? Хватит пытаться за него решить его проблемы? Разве вы не видите, что делаете только хуже? Извините, но мы сами разберемся в своих отношениях. А теперь, с вашего позволения, я вернусь в больницу, вдруг доктор уже закончил осмотр.

Я развернулась и быстро пошла обратно, уже не сдерживая слезы. Сейчас я готова была своими руками придушить всю эту сумасшедшую семейку Штерн за то, что они заставили так страдать моего Макса. Лилиана, кажется, шла за мной следом, но заговорить больше не пыталась.

Я зашла в холл больницы, и как раз в этот момент к стойке регистрации подошел высокий молодой человек в белом свитере, джинсах и очках с розовыми стеклами.

– Кто здесь Алена Малинина? – строго спросил он, оглядев холл, заполненный немногочисленными посетителями.

– Я, – произнесла я тихо, но он услышал.

– Можете пройти в палату к господину Горину, даю вам разрешение на посещения в любое время. Остальных родственников прошу удалиться.

– Что значит удалиться? – возмутился снова появившийся откуда-то Филипп, – мы его семья, вообще-то, а эта девка ему никто.

– Филипп! – прикрикнула на него Лилиана.

– Пациент не хочет больше никого видеть, – невозмутимо пояснил мужчина, – а для его дальнейшей благополучной терапии требуется комфортная спокойная обстановка и никаких конфликтов.

– Да кто вы такой сами-то? – взревел Филипп, не желая успокаиваться.

– Рогов Алексей Юрьевич, тот, кто пытается спасти вашего брата от сильнейшего проклятия.

– Филипп! – снова прикрикнула на сына Лилиана и виновато посмотрела на доктора, – простите, Алексей Юрьевич, мы не будем настаивать на посещениях. Просто скажите, как он?

– Жить будет, но сердце нужно будет регулярно проверять. Это заклятие очень большую нагрузку на сердце дает. Остальное зависит уже от самого пациента. Если желаете узнать подробнее, прошу в мой кабинет.

– Да, спасибо большое, – Лилиана взяла под руку Филиппа и дернула за собой.

– Подождите, а в какой палате Макс Горин находится? – крикнула я, испугавшись, что доктор сейчас уйдет.

– Второй этаж, двести семнадцатая палата, – ответил профессор Рогов и, как мне показалось, слегка насмешливо глянул на меня сквозь розовые стекла очков.

– Спасибо, – улыбнулась я и бросилась к лестнице.

Глава 16.2

Когда я зашла в палату, Макс лежал на кровати, внимательно изучая потолок, но при виде меня сразу встрепенулся и приподнялся, сверля взглядом непривычно черных глаз. Выглядел он осунувшимся и болезненным, но я была счастлива, что он перестал походить на безжизненную куклу.

– А черный цвет тебе тоже идет, – произнесла я, застыв на пороге и не решаясь идти дальше.

– Это хорошо, доктор сказал, что я теперь таким и останусь.

– Как ты додумался до того, чтобы в одиночку связаться с Варварой? – спросила я как можно мягче.

Больше всего мне хотелось поколотить этого балбеса, но я помнила про предупреждение профессора Рогова, что Максу сейчас нужна спокойная атмосфера.

– А я и не в одиночку, – ответил Макс, всем видом показывая, что он нисколько не сожалеет, – да и потом, кто-то же должен был ее остановить в конце концов.

Я только вздохнула, поняв, что спорить с ним на эту тему бесполезно.

– Как твое сердце? – осторожно спросила я.

– Поет, – улыбнулся Макс, – хочешь послушать? Подойди поближе.

– Болтун, – фыркнула я, но к кровати подошла и уселась на стоящий рядом стул.

– Сильно испугалась? – мордашка Макса наконец приняла слегка виноватое выражение.

– А сам как думаешь? – вздохнула я, – буду теперь вот тут с тобой дежурить круглосуточно, чтобы больше ты никуда не влип. мне доктор разрешил.

– Думаешь, Иван к этому нормально отнесется? – Мак спросил это вроде бы небрежно, но я почувствовала его напряжение.

– Макс, мне твоя мама рассказала про Элен, – брякнула я вдруг.

– Вот как? – с непонятной интонацией спросил Макс, продолжая избегать моего взгляда.

– Я не буду говорить, чтобы ты на нее не сердился, потому что сама ужасно сержусь, и за то, что она сделала, и за то, что рассказала без твоего разрешения. Но я хотела тебе сказать, что теперь я  буду с тобой. Навсегда. Если ты еще этого хочешь, конечно.

– С ума сошла? – Макс резко развернулся ко мне и в его глазах зажглась ярость, – это моя мама тебя заставила? Ты меня пожалеть решила? Даже не вздумай!

– Нет, это не из-за твоей мамы, и не из-за той давней истории. Просто Варвара сказала правду, я любила тебя, сама этого не понимая. А теперь поняла. И просто хочу быть с тобой. А перед Иваном я, разумеется, виновата, но, надеюсь, он поймет. Знаешь, раньше я проклинала судьбу за то, что моим истинным оказался человек, а теперь я безумно рада. Будь мы оба оборотнями и нашу связь было бы гораздо сложнее разорвать.

– Ты… ты серьезно сейчас? – в глазах Макса зажглась надежда человека, которому только что отменили смертный приговор.

– Да, серьезно. Так что ты собой, пожалуйста, больше не рискуй.

Я не успела договорить, как Макс сгреб меня в охапку и, несмотря на мое возмущение и слабые попытки вырваться, усадил на колени. Посмотрел в мои глаза долгим испытующим взглядом и внезапно впился в губы долгим поцелуем, но на этот раз я не возражала. Не знаю сколько времени мы сидели так и целовались, но в себя нас привел стук в дверь, и меня тут же как ветром снесло обратно на стул.

– Прошу прощения, что прерываю, – в палату заглянул Алексей Юрьевич, – но я уже предупреждал, что нагрузки на сердце сейчас нежелательны. Так что вы уж повремените пока с поцелуями, не говоря уже о чем-то серьезном, – и он глянул на меня ехидным веселым взглядом сквозь розовые очки.

Я смущенно отвернулась, чувствуя, что мои уши становятся красными и горячими. А вот Макс невозмутимо кивнул и обнял меня одной рукой.

– Мы не будем торопиться, – сказал он спокойно.

– Рад слышать, – ответил Алексей Юрьевич и скрылся за дверью.

– В таком темпе проблемы с сердцем скоро будут у меня, – проворчала я, отдышавшись, – но профессор прав, тебе нужно отдыхать. Да и мне не помешает домой съездить. Тебе что-то привезти из твоих вещей? Ох, надо еще Ивану позвонить, да и встретиться с ним не мешает, чтобы объяснить все.

– Подожди, не суетись, – попросил Макс, продолжая обнимать меня, – посиди еще со мной немного. До сих пор не могу поверить в реальность происходящего. Я этого три года ждал.

– Да ладно, прям все три года? Как только въехал в наш дом, так сразу и влюбился? – не поверила я.

– Ну, вообще-то раньше, – слегка смутился Макс, – я тебя в магазине встретил, когда зашел купить что-то из канцтоваров. Только ты на меня внимания не обратила. Я потом еще несколько раз заходил, но подойти так и не решился. А потом проследил, где ты живешь, ну и вот… Выкупил квартиру напротив, чтобы быть рядом.

– Ты еще больший сумасшедший, чем я думала, – я ошарашенно посмотрела на него, – а бедным айтишником зачем притворялся?

– Думал, так мы быстрее сблизимся, а потом как-то все не хватало духу правду рассказать. Но я пытался. честно. Помнишь, я тебя к себе на работу звал? Мое предложение до сих пор в силе.

– Ну уж нет, – помотала головой я, – я уже поняла, что встречаться со своим начальником та еще головная боль. Лучше я буду просто твоей девушкой.

– Как скажешь, – промурлыкал Макс.

– Укладывайся давай, тебе отдыхать нужно, – я решительно стряхнула его руку с плеча.

– Не хочу, чтобы ты уходила, – заупрямился Макс.

– Ну что ты как дите малое, я не ухожу пока никуда, с тобой побуду.

Я действительно сидела с ним рядом до тех пор, пока он не уснул и только потом тихонько выскользнула из палаты. Лилианы и Филиппа в холле уже не было, Алексея Юрьевича я тоже не встретила. Попрощавшись с медсестрами у регистратуры,я  отправилась домой, и всю дорогу с моих губ не сползала счастливая улыбка.

Эпилог

– Всем привет, – громко сообщила я, заходя в офис.

– Алена, наконец-то, ты чего сегодня опоздала? – загалдели девчонки.

– Да так, было одно важное дело, – загадочно ответила я, садясь за компьютер.

– Слышала новость, Иван Сергеевич в Москву уезжает? – спросила меня Света, сидевшая ближе всех.

– Эх, ведь чуть больше трех лет у нас проработал, – закручинилась Майя,  – но что поделаешь, ему такое место предложили, кто откажется от повышения.

– А ну хватит языком молоть, – прикрикнула Лилия Антоновна, правда не слишком сердито, – работать кто будет, балаболки?

Девчонки тут же притихли, и я тоже взялась за дело. Макс так и не уговорил меня перейти в его фирму, но мне правда нравилось работать в “Канцтауне”. Я уже привыкла к бесконечным колонкам цифр в таблице, еженедельным просмотрам электронных каталогов новой продукции, выбиванию скидок из поставщиков. А еще у нас был самый лучший коллектив и замечательный начальник.

Я с легкой улыбкой продолжила смотреть в экран компьютера, вот только вместо таблицы с заказами перед внутренним взором проплывали события последних трех лет. Про перевод Ивана я, разумеется, знала. Он еще неделю назад сообщил, пригласив пообедать в кафе. Я была рада за него и надеялась, что на новом месте у него все будет хорошо.

Хоть мы и расстались вполне мирно, и даже остались близкими друзьями, но новых серьезных отношений он пока так и не завел. Хотя, возможно, я просто не все о нем знаю. По крайней мере его новая знакомая Маргарита, приехавшая из Москвы и которую он пригласил с нами на обед, поглядывала на Ивана весьма многозначительно. Я надеялась, что ей удастся растопить сердце нашего гендира. Все-таки было бы несправедливо и ужасно расточительно, чтобы такой прекрасный мужчина оставался одиноким.

Мы с Максом справили свою свадьбу почти сразу после его выписки. Торжество было скромным, только для нас двоих. Ни родителей, ни брата он приглашать не захотел. Карла Густавовича и Филиппа, кстати, так и не посадили, видимо, они задействовали все свои связи и смогли отделаться лишь огромными штрафами. Правда, должности свои они потеряли и переехали в Германию, занявшись там фармацевтическим бизнесом. Лилиана рассталась с мужем, и мы даже с ней периодически видимся. Она отказалась от слежки за сыном, и только от меня теперь может узнавать, как у него дела.

Макс делает вид, что не знает о наших встречах, но мне кажется, что он уже на полпути к тому, чтобы простить свою мать. Особенно сейчас, когда у нас появился маленький секретик.

Варвару суд признал невменяемой, но из-за тяжести совершенных ею преступлений, ее заточили в ледяной тюрьме Ариалона, на острове для для самых страшных черных магов и ведьм. Больше мы о ней ничего не слышали, как и о Романе Игнатьевиче. По слухам, он перевелся в эту тюрьму смотрителем, чтобы защищать свою сестру. Я же хоть и вспоминала о ней со страхом, но отчасти была и благодарна. Ведь только благодаря ей мы теперь с Максом были вместе.

– Ой, чуть не забыла сказать, я тут вчера Танюшу встретила, – зашептала мне снова Света, – и она сказала, что со следующего месяца возвращается на работу. А как же ты? Ты же от нас не уйдешь? Может тебе другой отдел дадут?

– Там видно будет, – отмахнулась я, проставляя номера артикулов в таблице, – не переживай за меня, все будет хорошо.

– Майя, хватит сплетничать, а то Танюша на твое место придет, – от Лилии Антоновны не укрылось наше перешептывание. Только и знаете, что сплетни собирать. Вот выйдет Танюша, тогда я и объявлю все перестановки, а пока за работу.

Она кинула на меня добродушно-понимающий взгляд, и я улыбнулась в ответ. Пока только моя начальница знала, почему я отпрашивалась с утра, и почему нам с Танюшей не придется конкурировать из-за свободной вакансии. У меня внутри уже ждал встречи с мамой и папой чудесный маленький котенок.

На этом заканчивается история Алены, Макса и Ивана. Спасибо всем, кто следил за их приключениями и переживал иза них. Если вам понравилась эта книга, то лайк и подписка будут самой лучшей наградой автору. До новых встреч в новых историях!