332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Ливи Майкл » Камень ангела » Текст книги (страница 19)
Камень ангела
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 18:31

Текст книги "Камень ангела"


Автор книги: Ливи Майкл




Жанр:

   

Ужасы



сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

ЗДЕСЬ, СЕЙЧАС

Манчестер, наши дни

– Все это здесь, – удивленно произнесла она вслух. – Все это здесь, сейчас.

– Действительно, – подтвердил настоятель.

У Кейт накопилось столько вопросов, что она не знала, с чего начать.

– Как – где я сейчас? – спросила она. – Кто я? Я имею в виду… – Она замялась и стояла, просто глядя на него. «Как же ты можешь быть здесь и беседовать со мной?» – подумала она. Но настоятель лишь улыбнулся и склонил голову набок. Проследив за направлением его взгляда, Кейт увидела женщину с синим одеялом, державшуюся за мальчика, который был немного выше ее. Она прижималась лбом к его лбу.

– Саймон, – прошептала Кейт, и настоятель кивнул. – Но – как?

Настоятель смотрел на Саймона и его мать, а не на Кейт.

– Она пришла на встречу, как и обещала, – сказал он, – благодаря тебе.

И Кейт отчетливо вспомнила, как пересекла площадь, направляясь к женщине и деревянному столбу. «Нет!» – закричала она, и глаза женщины расширились от страха. Она поспешила прочь, а возчик поехал дальше, стегнув лошадь, как будто не заметив женщину.

Сейчас мальчик снял одеяло с плеч матери и накинул им на спины, и они немного постояли, глядя на церковь.

– Это ты все изменила, Кит, – сказал настоятель. – Ты.

Кейт снова посмотрела на Саймона и его мать. Сердце ее учащенно забилось, когда они взглянули в ее сторону. Помнит ли женщина, как Кейт неслась к ней через площадь, или память уже покрыла эту невероятную встречу, как заполняют воды ямку? Они ее сейчас видят?

Но взгляд их был устремлен куда-то мимо Кейт, и лица были просветленные. Кейт повернулась, чтобы узнать, куда они смотрят, и увидела башню собора, освещенную электрическим светом. Она снова повернулась к ним, как раз вовремя, чтобы увидеть, как они уходят от нее, все еще держась друг за друга.

– Они уходят, – сказал настоятель. – Они спасутся от чумы.

У Кейт сильно защемило сердце, когда она смотрела им вслед. Казалось, им неважно, куда идти – лишь бы быть вместе. Кейт снова обратила свой взгляд к настоятелю. В голове ее роились вопросы.

– Что случилось… в склепе? – спросила она.

Настоятель смотрел на нее как-то странно.

– Ты послала меня следом за ним, – ответил он. – Разве ты не помнишь, Кит? Ты послала меня за этим мальчиком.

Кейт задохнулась. Она смотрела на настоятеля, но видела в его глазах своего отца. Она выдернула руку.

– Не играйте со мной ваши шутки, – резко отрезала она. – Где мой отец? Я хочу знать, где мой отец.

И тогда он заговорил с ней голосом отца.

– Я был одним из тех, кто направляет луч света лишь в одну сторону, кто жертвует всем в погоне за своими видениями. Я был одним из тех, кто пытался победить Темноту, не сознавая, что Темнота и Тайна – вот что имеет значение. Мне потребовались все эти столетия, чтобы понять, что в конце концов мне не нужно знать больше. Ты понимаешь?

Кейт покачала головой – она не могла говорить.

– Нет, конечно, как же ты можешь понять? Мы никогда не видим картину в целом.

Кейт по-прежнему молчала, казалось, утратив дар речи.

– Если бы не умерла мать этого мальчика, – продолжал настоятель голосом, который был одновременно и его собственным, и голосом ее отца, – мальчик никогда бы не пришел ко мне. И я не был бы одержим демоном. Я победил бы его, когда изгнал из своей комнаты. А так мне нужна была помощь. Вмешательство.

Кейт шагнула вперед, схватив настоятеля за руки.

– Папа, это я, Кейт, – сказала она, встряхивая его.

– Я знаю, кто ты, Кит, – ответил отец.

– Перестань называть меня так! – воскликнула Кейт. Она снова тряхнула его с безнадежным видом, и у нее опустились руки. Она вглядывалась в лицо настоятеля. – Мне нужен мой отец, – настаивала она. Голос у нее стал совсем детским, и она отвернулась, боясь, что расплачется.

– Кейт, – сказал отец, и она подняла глаза, и это был он. Это было его лицо.

Она ухватилась за него, и он крепко ее обнял.

– Папа, папа! – рыдала она, а он гладил ее по волосам.

Она уткнулась ему в плечо и расплакалась. Она ощущала грубую шерсть его пиджака и знакомый запах отца. Это был ее отец, пытавшийся обучить ее стольким вещам, которые ей не хотелось знать.

Когда она снова подняла на него глаза, он улыбался ей какой-то печальной улыбкой. Она видела у него в глазах свое отражение.

– Папа, – прошептала она.

Он пытался что-то ей сказать, но она не слышала. Он взял ее руку и один за другим начал разгибать пальцы. Потом стал что-то чертить у нее на ладони. Она молчала, следя за его движениями, потом взглянула на свое отражение в его глазах. Он как будто рассказывал историю ее жизни. Она потеряла отца еще до своего рождения, потом ее отняли у матери. Ее отправили в школу, чтобы воспитать в другой вере. А потом она встретила настоятеля, и он спросил, не хочет ли она жить вместе с ним как его дочь.

И вдруг ее словно дернуло током, и она все поняла. Он старался быть ей отцом – этот отец, с его странными настроениями, внезапными отлучками и пьянством.

Но он никогда не был ей отцом.

– Кем я была? – спросила она его взглядом. – Жертвоприношением?

Теперь его губы тоже шевельнулись:

– Прости.

Кейт стало страшно.

– Не уходи, – прошептала она, но она знала, что он должен.

Он никогда полностью не принадлежал к этому миру.

Он дотронулся до ее лица.

– Ты в моих глазах, – сказал он.

И дотронулся до ее век, так что ей пришлось их прикрыть, и она почувствовала, что он изменился и исчез. Когда она открыла глаза, перед ней стоял настоятель и так же печально на нее смотрел.

– Кто же я – Кит или Кейт? – спросила она дрожащим голосом.

– Да, – ответил настоятель.

Она пристально смотрела на него. Столько воспоминаний нахлынуло на нее из двух разных жизней. Но тут снова заговорил настоятель:

– Ты послала меня в путешествие, помнишь? Чтобы я исправил совершенное мною зло. Но я захватил тебя с собой как мою дочь Кейт. Для тебя не было места в той жизни.

«Кто же протащил нас сквозь чревоточину во времени?» – сказал ей тогда Дух.

И все сложилось в уме Кейт: ритуал в склепе, который она прервала, тоннель из света, ее пропавший отец. Она покачала головой, ровным счетом ничего не понимая.

– Но – как? – спросила она. – Как же тебе удалось взять меня с собой?

Настоятель вздохнул.

– Разве ты не помнишь, как я беседовал с тобой о времени? – напомнил он, и Кейт сразу же вспомнила, как отец протыкал иглой лист бумаги.

«Если точка А – настоящий момент, – сказал он, – а точка Б – какой-то момент четыреста лет тому назад, то точка А фактически ближе к точке Б, нежели к любому моменту раньше или позже… – и он проткнул иглой бумагу, соединяя складки. – Но что же соединяет эти точки? – продолжил он. – Какая-то сила, энергия или мощность, способная сгибать свет и время…»

Настоятель пристально за ней наблюдал.

– Это была сила ритуала, – сказал он. – Камень ангела.

У Кейт оставалось еще столько вопросов, что мысли ее путались.

– Мы прошли сквозь лазейку в другое время, – продолжал он, – в другой мир. Но мы захватили с собой самое главное, что у нас было. Мою одержимость бессмертием, мой интеллект и ученость. Ты…

– Я была посторонней, – докончила за него Кейт.

Она была обеими, и Китом, и Кейт. Доктор Ди был также и ее отцом. Она этого не понимала, но именно так было. Тайна.

– Ты захватила с собой свое мужество, – сказал настоятель. – И теперь у тебя есть выбор.

– Выбор? Какой выбор?

Настоятель посмотрел куда-то, и она проследила за его взглядом. Перед ней лежали два мира.

– У тебя есть выбор, Кит, – повторил он. – Ты можешь выбрать время, в котором хочешь жить.

У него блестели глаза. Она не вполне понимала, что он имеет в виду. «Выбери время, в котором ты хочешь жить»?

Кейт не могла себе представить, что возвращается в прежнюю жизнь Кита в школе и продолжает притворяться мальчиком. Там для нее нет места. Но там нет места и для настоятеля.

– Что ты будешь делать? – спросила она.

Настоятель медленно покачал головой, вглядываясь в два разных мира.

– Я причинил достаточно зла, – сказал он. – Я вернусь в свой дом в Мортлейке и буду вести тихую жизнь – сколько мне еще осталось.

Взглянув на нее, он мягко произнес:

– Ты могла бы пойти со мной, Кит. Предложение все еще в силе. Ты можешь жить и работать вместе со мной как моя дочь. Я оставлю тебе все, что у меня есть. Правда, у меня мало что осталось, – добавил он с иронической усмешкой.

«Он откажется от всего», – подумала она. От шанса жить другой жизнью – жизнью гораздо более молодого человека, чьи исследования в обласги бессмертия действительно могли бы принести свои плоды. Он не будет жить в этом современном мире и не будет ее отцом.

И Кейт ясно представился ее выбор. Она может вернуться в семнадцатый век, с его предрассудками и ограничениями – или остаться в этом веке, с иными предрассудками и ограничениями – расовыми предрассудками и предубеждением против бедности. И в любом случае она будет девочкой, а не мальчиком.

Она прикрыла глаза. В этом веке она не будет страдать от религиозного преследования. И сейчас для женщин открыто больше возможностей. Она может упорно трудиться, чтобы получить образование – как всегда умолял ее отец.

Ее отец. Но теперь отца не будет. Ее воспоминания о нем уже ускользали, как песок в песочных часах, а вместе с ними уходила боль, хотя еще и оставался страх. Она будет жить самостоятельно, и будет бедной, и ей придется страдать из-за разных предрассудков. Что с ней будет? Как она будет жить в этом доме одна? Социальная служба не оставит ее в покое, подумала Кейт.

Настоятель все еще ждал ее ответа, наблюдая за ней темными-темными глазами.

– На каждой из дорог есть свои опасности, Кит, – сказал он.

И в этот момент она сделала свой выбор.

– Если тебе все равно, то, думаю, я останусь здесь.

Настоятель тяжело вздохнул и сказал:

– Ты знаешь, что это означает. Тебе нелегко придется.

– Ну что же, рискну, – ответила Кейт. И ей вдруг стало легко оттого, что она сделала такой выбор. В том, другом мире, у нее нет будущего – во всяком случае, такого, как она хочет. А тут у нее есть возможности. – Со мной все будет в порядке.

Настоятель как-то странно на нее смотрел. Он был охвачен волнением, и, казалось, в глазах его читалось восхищение. Старомодным жестом он приподнял перед ней шляпу.

– Да, – сказал он, – полагаю, что так и будет.

Кейт хотела было что-то спросить, но он прижал палец к губам.

– Разве я не говорил тебе, что только тайна – вот что имеет значение?

А потом он снова приподнял перед ней шляпу и улыбнулся, и все расплылось у нее перед глазами, а когда она моргнула, он исчез. А вместе с ним исчезли и таверны на Лонг Миллгейт. Здания школы Четем и станция «Виктория» были освещены ярким электрическим светом, автомобили с шумом проезжали по Динзгейт. Кейт с минуту вглядывалась вдаль, словно ища этот невидимый мир, потом повернулась и медленно побрела прочь от собора.

А когда она проходила мимо ворот, Кейт почудилось отдаленное эхо шагов, удалявшихся в иное время, тогда как ее собственные шаги звучали в направлении настоящего.

ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА

Я весьма вольно обошлась с историей доктора Джона Ди (1527–1608), ученого и философа елизаветинской эпохи, известного как «Чародей королевы».

Ди был блистательным ученым и математиком, который первым применил эвклидову геометрию в навигации, сконструировал приборы, позволившие флоту использовать эти познания. Он перевел Эвклида и написал известное «Математическое предисловие» к трактату Эвклида, которое считалось определяющей работой того времени. Он обучал первых великих мореплавателей и разработал карты, на которые нанесены Северо-Восточный и Северо-Западный проходы. У него была самая большая библиотека в Англии – по приблизительным оценкам, от четырех до десяти тысяч книг. Он разработал новые подходы и к архитектуре, и к театру.

В те времена наука и магия были тесно переплетены. Доктор Ди был алхимиком и каббалистом, знатоком эзотерического и оккультного учений. В начале своей карьеры он был посажен в тюрьму королевой Марией за то, что составил для нее неблагоприятный гороскоп, а позже неосторожно предсказал коронацию королевы Елизаветы I. Он также предсказал смерть Марии Стюарт, королевы шотландцев, и вторжение испанской армады. Говорят также, что он наложил проклятие на испанскую армаду, и поэтому была плохая погода и англичане победили. Это упрочило его репутацию колдуна. Шекспир изобразил его в образе Просперо, а Марлоу – в образе Фауста.

Сегодня его признают одним из величайших мыслителей эпохи Ренессанса, но некоторые считают, что гений довел его до помешательства. Другие приписывают его падение связи с Эдвардом Келли (1555–1593/95/97?), законником, обвиненным в махинациях с земельными участками, мошенничестве и чеканке монет.

Ди и Келли познакомились примерно в 1579 году, и Келли убедил Ди, что может превращать свинец в золото и передавать сообщения от ангелов с помощью магического кристалла: согласно этому методу нужно вглядываться в кристаллический шар или в зеркальную поверхность обсидиана.

В 1583 году Келли и Ди создали «Книгу Еноха» на особом языке, который они назвали енохианским. Эту книгу якобы продиктовали Келли ангелы, а расшифровал ее Ди. Как утверждал Келли, в этом языке содержится подлинная истина Господня.

Однако в 1584 году Келли убедился, что глава секретной службы королевы Елизаветы, сэр Фрэнсис Уолсингем, установил за ними слежку, и они сбежали в Польшу, а затем – ко двору императора Рудольфа II.

За этим последовало еще несколько путешествий, но в 1589 году Ди и Келли расстались. Келли вернулся ко двору Рудольфа II, где ему покровительствовали, поскольку он обещал открыть тайны философского камня. Это было конечной целью алхимии. Философский камень позволял превращать простые металлы в золото, а также служил ключом к бессмертию. В Праге Келли лишили свободы – вероятно, за то, что ему не удалось получить ни золота, ни бессмертия. Точные обстоятельства его смерти неизвестны, и называют разные годы: 1593, 1595 или 1597. Однако большинство источников сходятся в том, что он умер при попытке к бегству из тюрьмы, использовав скрученные простыни.

Между тем доктор Ди вернулся в Англию: королева Елизавета I выдала ему разрешение на право заниматься алхимией, но он не владел никакой официальной должностью, пока она не назначила его настоятелем коллегиальной церкви в Манчестере (теперь это собор). Это было весьма непопулярным назначением. В то время усиливался страх перед колдовством и оккультизмом, а Манчестер раздирала религиозная борьба. На одном берегу реки селились радикальные пуритане из Сэлфордской Сотни, тогда как, несмотря на преследования, влиятельные католические семьи все еще оставались в Ланкашире. В сельских областях, за городом, все больше занимались колдовством. В это время члены церковной коллегии пытались установить и поддерживать правление англиканской церкви. У этой церкви были другие молитвы, облачения священников и службы, введенные незадолго до этого. Репутация доктора Ди опережала его – его подозревали в некромантии – вызове духов умерших, спиритизме и колдовстве. Считалось, что он в сговоре с Дьяволом.

Человеку практически невозможно избавиться от репутации, какой бы несправедливой она ни была, и назначение доктора Ди было непопулярно у всех фракций. Хотя сохранилось мало записей о том времени, когда доктор Ди жил в Манчестере, даже эти скудные сведения показывают, что ему приходилось нелегко. Однажды толпа уничтожила его великолепную библиотеку и лабораторию, а когда в 1605 году в Манчестере вспыхнула страшная чума, он исчез при загадочных обстоятельствах. Умер он в 1608 году в Мортлейке. У Джона Ди была жена, которая умерла во время чумы, и восемь детей, ни один из которых не упоминается в этой книге. Он был основателем ордена розенкрейцеров, который был реакцией протестантов на иезуитов, а енохианские, или ангельские, ключи до сих пор используются в оккультизме.

В то время как Саймон и его мать – вымышленные персонажи, цыган действительно убили в Шотландии после того, как пообещали, что у них будет там собственная земля.

Ливи Майкл

ПОЛОСА БЛАГОДАРНОСТИ

Многие люди оказывали мне содействие в создании этого романа. Выражаю свою признательность сотрудникам библиотеки «Четхэм лайбрери» Майклу Пауэлу и Фергусу Уайльду; Кэрол Дэвис за консультации и рекомендации и Айану Хантону за техническую поддержку и помощь в использовании технической терминологии.

Выражаю особую благодарность моему агенту Филиппе Милнес-Смит и редактору Пиппе ле Квесне за поддержку, неустанный труд и старания, явно превосходящие их служебные обязанности.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю