Текст книги "Загадочное превращение"

Автор книги: Линси Сэндс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Но, Кристиана, разве ты не можешь предоставить ему шанс измениться? Идеальных людей нет, и я искренне верю в то, что он сожалеет о содеянном. Кроме того, развестись куда сложнее, чем выйти замуж.

– Это зависит от того, что там у него на заду, – пробормотала Кристиана, подумав о том, что если она все же замужем за Ричардом, а не за Джорджем и если он действительно сожалеет, то, возможно… Но в самом деле, изменится ли от этого ее жизнь? Одно мгновение нежности в танцевальном зале едва ли означало, что их совместная жизнь может измениться к лучшему. Или означало? Она так запуталась. Зачем она только пила эту гадость на балу?

– Ты говоришь глупости, – со вздохом сказала Лиза.

– О чем ты? – неуверенно спросила Кристиана.

– Весь вечер ты твердишь о голом заде мужа, – с отвращением ответила Лиза.

– Ты не представляешь, как это важно, ведь все может стать на свои места, – настаивала на своем Кристиана.

При этой мысли настроение у нее заметно поднялось. Если родинки там нет, она будет знать, что он Джордж, негодяй и убийца, и тогда у их брака нет никаких шансов. Разумеется, если родинка окажется на месте, все заметно усложнится. Она по-прежнему может требовать аннулирования брака. Но может дать ему еще один шанс. Зачем спешить с аннулированием брака? Кристиана попыталась понять: почему ей так необходимо увидеть его зад? А, вот вспомнила наконец.

– Если клубнички не будет, то я замужем за Джорджем.

– Он умер, – терпеливо разъяснила ей Лиза. – Ты не можешь быть замужем за мертвецом. О, Крисси, обещай мне, пожалуйста…

Та уставилась на сестру, не понимая, отчего она вдруг так встревожилась… И почему вместо одной Лизы она видела перед собой сразу двух? Тряхнув головой в надежде, что от этого сестра перестанет двоиться, а комната вращаться, Кристиана спросила:

– Что?

– Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься сводить счеты с жизнью, – озабоченно сказала Лиза.

– Еще чего! – тут же ответила Кристиана. Заметив, что ей удалось успокоить сестру, она сочла нужным добавить: – Я собираюсь свести счеты с Дикки. Или с Джорджем. Это зависит от того, есть ли на заду родинка или ее нет.

Лиза несколько минут молча смотрела на сестру, озадаченно поджав губы. Затем она встала и, нахмурив брови, сказала:

– Я думаю, нам лучше поговорить об этом завтра, когда ты сможешь мыслить более ясно.

– Идет, – жизнерадостно согласилась с ней Кристиана и опрокинулась на кровать, размышляя о том, как сделать так, чтобы увидеть обнаженные ягодицы Дикки. Она вдруг почувствовала, что для нее нет ничего важнее, чем осуществить задуманное как можно скорее.

Глава 7

Ричард прижал ухо к двери в комнату Сюзетты, пытаясь понять, что происходит за дверью, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Он не мог просто постучать в дверь и вызвать Дэниела, это было бы невежливо. Но если за дверью происходило что-нибудь предосудительное, то, черт возьми, Ричард должен был вмешаться. Сюзетта не являлась его родственницей, поскольку он не был, вообще говоря, женат на Кристиане, но он чувствовал себя в ответе за нее. Девушка находилась под крышей дома, который принадлежал ему по праву и, следовательно, под его защитой, и хотя Ричард не думал, что Дэниел способен скомпрометировать сестру Кристианы, он тем не менее должен вмешаться.

Ричард едва мог расслышать нечто весьма напоминающее страстный шепот, когда дверь дальше по коридору открылась, заставив его распрямиться.

Он поторопился отойти от двери в комнату Сюзетты, дабы его не уличили в подслушивании, и, когда Лиза вышла в коридор из комнаты Кристианы, он уже шел по коридору по направлению к ней, словно собирался вернуться в собственную спальню.

– О! – Покраснев от того, что ее застали в ночной рубашке и халате, Лиза застенчиво улыбнулась и пробормотала: – Я просто хотела немного поболтать с Крисси перед сном.

– Разумеется, – сказал Ричард, когда они поравнялись.

Не задерживаясь, он продолжил путь к своей комнате. Подойдя к двери, он посмотрел через плечо и увидел Лизу у двери ее спальни. Она нервно покусывала губу, глядя на него. Решив, что не станет задавать лишних вопросов, Ричард дернул за ручку, но дверь не пожелала открыться.

– О! Мы забыли ее отпереть, – тихо сказала Лиза и, подойдя к нему, похлопала себя по карманам халата, ища ключи. – Они у Сьюзи, – вспомнила она.

Лиза развернулась и направилась к двери в комнату Сюзетты, очевидно, чтобы забрать у сестры ключ, но Ричард остановил ее:

– Ничего страшного. Пусть спит. Я пройду через спальню Кристианы. Мы сможем открыть дверь утром.

Лиза замерла и оглянулась. Вид у нее был растерянный. Опасаясь того, что она все же пойдет к Сюзетте и застанет там Дэниела, Ричард быстро подошел к двери в спальню ее сестры и, пожелав Лизе спокойной ночи, вошел в спальню Кристианы.

Он знал, что та еще не спит, – видел, что Лиза только что вышла от нее. Но только он почему-то думал, что застанет Кристиану в том же платье, в каком встретил ее на балу. Ричард решил, что в комнате находится и ее горничная. Однако одного беглого взгляда было достаточно, чтобы убедиться в том, что служанки здесь нет. Хотелось бы знать, когда она успела уйти?

Услышав слева от себя то ли вскрик, то ли вздох, Ричард повернулся и увидел Кристиану. Она лежала в кровати, но при виде его тут же села. На лице ее было выражение ужаса, смешанного с удивлением, – то же самое, что и на балу. Казалось очевидным: его девушка ожидала увидеть здесь меньше всего, что выглядело странно, поскольку она считала его своим мужем. Еще до того, как Ричард успел осмыслить этот факт, случилось нечто, что отвлекло его внимание, и он забыл, о чем только что думал. Одеяло сползло, открывая взору лиф ее ночной рубашки из тонкого розового шелка в кружевах, зрительно делавшей ее стройную фигуру более округлой и пышной. И тогда все мысли разом выскочили у него из головы. Мозг начал функционировать вновь, когда она натянула одеяло до шеи, но и тогда голова отчего-то работала медленнее, чем обычно.

Поймав себя на том, что не может оторвать взгляда от Кристианы, он начал боком пробираться в направлении смежной комнаты, пробормотав что-то вроде «Ах, виноват».

Судя по тому, как поползли вверх ее брови, она ожидала услышать нечто более вразумительное, и тогда Ричард сказал:

– Прошу прощения за то, что мне пришлось пройти через вашу комнату. Моя дверь заперта. Я имею в виду ту, что из коридора. И поэтому я вынужден воспользоваться этой.

– О! – У Кристианы слегка расширились глаза, и тут она стала отодвигать одеяло. – У Сьюзи есть ключ от этой двери. Я сейчас схожу за ним.

– Нет-нет. – Ричард вскинул вверх руки и начал двигаться чуть проворнее. Он продолжал передвигаться к двери боком, словно краб, не отрывая взгляда от розовой ночной рубашки Кристианы. «Весьма привлекательная вещица», – подумал Ричард. – Не стоит никого беспокоить. – Ричард замолчал и бросился к ней, едва успев ее подхватить.

Кристиана начала вставать с постели, но одна нога запуталась в одеяле, и она непременно упала бы. К счастью, он успел подхватить ее и сейчас держал в объятиях, прижимая к груди.

Чуть отстранившись, он спросил:

– Вы в порядке?

Кристиана молча смотрела ему в лицо. Глаза ее затуманились, и он обнаружил, что смотрит на ее губы, отмечая, какие они полные и как приоткрылись, словно в ожидании поцелуя. И вдруг им овладело, безумное желание сделать то, чего она от него ожидала: прижаться губами к ее губам и скользнуть языком внутрь. Возможно, он бы пошел на поводу у своего желания, если бы не почувствовал идущий от нее сильный запах виски. До него вдруг дошло, что у Кристианы заплетался язык, когда она объявила, что сходит за ключом, и еще он вспомнил, о чем говорили сестры, когда они с Дэниелом прятались в смежной комнате: Лэнгли дал Кристиане что-то выпить. Очень крепкое. Девушка была сильно пьяна.

Неожиданно она произнесла запинающимся голосом:

– Можно мне увидеть твой зад прямо сейчас?

Ричард в недоумении заморгал. Просьба звучала по меньшей мере странно.

– Что?

– У тебя что-то со слухом? – нахмурившись, спросила Кристиана.

Ричард удивленно засмеялся и осторожно отодвинул ее от себя.

– Я думаю, что вам лучше вернуться в постель.

– Я покажу тебе твой, если ты покажешь мне мой, – предложила она, но, склонив голову на бок, пробормотала: – Я, кажется, что-то неправильно сказала. Что-то перепутала…

– Да уж… – Ричард мямлил в нерешительности. Он вдруг очень отчетливо представил, как она поворачивается к нему спиной и задирает ночную рубашку. Как ни странно, предложение ее звучало весьма соблазнительно. Тряхнув головой, он подтолкнул девушку к кровати. – Я догадался, что вы хотели сказать, но, каким бы заманчивым ни было ваше предложение, я вынужден его отклонить.

Она грустно вздохнула.

– С Лизой всегда срабатывает, когда я ее прошу о чем-то.

Ричард насторожился. Сдавленным голосом он переспросил:

– Вы с сестрой разглядываете ягодицы друг друга?

– Нет, мы смотрим вышивки, – раздраженно сказала она. – С какой стати мне смотреть на ее зад? Мы обе увлекаемся вышиванием.

– Достойное занятие, – слабым голосом признался он.

Она пробормотала под нос что-то вроде: «До чего же он туп» – и на четвереньках забралась на кровать. Ее обтянутый розовым шелком зад на мгновение помаячил перед ним, поддразнивая, прежде чем она, повернувшись, села. Девушка смотрела на него, сосредоточенно хмурясь.

– Что же я хотела сделать?

Ричард деликатно откашлялся.

– Отдыхайте. Вы должны спать, а мне надо идти к себе в спальню.

Но продолжал стоять, уставившись на нее. Одна шлейка сползла с ее плеча, и лиф слегка съехал вниз, приоткрывая одну грудь. Неужели он мог счесть ее непривлекательной? Должно быть, перспектива встречи с братом так угнетающе на него действовала, что он не мог мыслить ясно. С каждым разом эта удивительная девушка казалась ему все более хорошенькой.

– Я уверена, что должна была сделать что-то важное.

При ее словах Ричард очнулся от созерцания ее груди и домысливания того, что не в состоянии был разглядеть. С трудом он заставил себя повернуть голову в сторону двери, ведущей в смежную комнату.

– Ничего срочного, я уверен. Спокойной ночи.

Он шагнул в свою спальню, закрыл за собой дверь и устало прислонился к ней спиной.

– Почему ей непременно было нужно увидеть мой зад? – в недоумении пробормотал он.

Видит Бог, Кристиана была полна сюрпризов. Из того, что ему до сих пор пришлось наблюдать, однозначно следовало, что жизнь с ней никогда не будет скучной. Еще бы – она могла обложить льдом мертвого мужа и отправиться на бал! Разумеется, она сделала это, чтобы в конечном счете помочь сестрам избежать разорения. Едва ли скандал с отцом так уж сильно испортил бы ее репутацию. Кристиана уверила его, что этот бал был ее первым, и Дэниел подтвердил ее слова, когда они возвращались домой в его карете. Похоже, Джордж и Кристиана весь этот год никуда не выезжали. Никаких приемов, никаких званых вечеров, спектаклей – ничего. Ричард понимал причину: брат не хотел рисковать. Кто-то, увидев его в обществе, мог заподозрить, что он вовсе не тот, за кого себя выдает. Похоже, Джордж решил переждать год-другой, чтобы его, Ричарда, успели подзабыть в обществе, и только потом вернуться к светской жизни. Это означало, что Кристиане пришлось бы вести жизнь отшельницы столько, сколько сочтет нужным ее муж.

– Бедная девушка, – пробормотал Ричард и отошел от двери.

И тут он понял, что оказался в ловушке: в коридор ему не выйти, потому что дверь заперта, а в другой комнате – Кристиана. Самое досадное, что он не подумал об этом.

– Вот черт. – Ричард посмотрел на дверь, которую сам только что закрыл. О том, чтобы выйти из дома через комнату Кристианы, не могло быть и речи. Она еще не спала, и ей снова может прийти в голову мысль пойти к сестре за ключом. Ричард не хотел ставить друга в неловкое положение: ведь ему придется жениться, чтобы спасти репутацию Сюзетты. Довольно того, что он уже якобы был женат на женщине, с которой и не предполагал связывать свою судьбу.

Ричард обвел взглядом комнату, ища какой-то иной путь к спасению. Он мог попытаться взломать замок двери, ведущей в коридор, но подозревал, что не найдет никаких подходящих для этого подручных средств.

Наконец взгляд его упал на окно, и он поморщился. Похоже, если он хочет встретиться с Дэниелом, придется выбираться отсюда тем же путем, каким он сюда впервые попал, – через окно.

Покачав головой при мысли о перипетиях судьбы, Ричард быстро подошел к окну. Кто-то успел его закрыть после того, как они с Дэниелом вытащили из комнаты тело. Ричард открыл окно и выглянул, прикидывая маршрут спуска, как вдруг услышал, как открылась дверь между его спальней и спальней Кристианы. Он резко повернул голову и ударился о раму.

Ругаясь про себя, Ричард схватился за затылок, потирая его, чтобы успокоить боль. Кристиана шла ему навстречу.

– Я только что вспомнила! Твой слуга заболел. Я должна помочь тебе раздеться, – жизнерадостно объявила она, подойдя к нему.

– Мой слуга? – растерянно переспросил Ричард.

– Ну да. – Она широко улыбнулась, словно в болезни слуги видела что-то необычайно радостное.

– О да, конечно, – пробормотал он так, словно только что об этом вспомнил, и понял, что ему надо впредь быть гораздо осторожнее. За последний год много могло произойти такого, о чем он не подозревал. Могли появиться новые люди, которых ему бы следовало знать, но о которых он не имел представления. С Джорджем могли вестись разговоры, о которых он, Ричард, понятия не имел. Надо быть очень и очень внимательным… Мысли Ричарда оборвались самым неожиданным образом, когда он почувствовал, что его потянули сзади. Кристиана вошла в комнату, подошла к нему со спины и, как видно, пыталась стянуть с него туго облегающие бриджи.

– Что вы делаете? – удивленно спросил он, стремительно обернувшись к ней лицом.

– Помогаю тебе раздеться. – Она вновь попыталась зайти к нему за спину.

Ричард отмахнулся.

– В этом нет необходимости. Я в состоянии сам справиться.

– Не глупи, Дикки. Ты сегодня умер. Ты не сможешь сам раздеться. – Она продолжала ходить вокруг него кругами, словно бульдог, выискивая возможность укусить, а ему ничего не оставалось делать, как следовать за ней.

Когда у Ричарда начала кружиться голова, он схватил девушку за руку, решительно заявив:

– Благодарю, но это, право, излишне… – Но так и не закончил фразу, раздраженно вздохнув.

Кристиана не желала его слушать. Она оставила попытки ухватить его за бриджи сзади. Однако теперь принялась стаскивать с него темно-синий двубортный сюртук. Ричард уже расстегнул пуговицы перед тем, как залез на дерево. Все, что ей осталось, так это стянуть сюртук с плеч, что она сейчас и делала, привстав на цыпочки. Впрочем, она не слишком прочно стояла на ногах и потому навалилась на него, и ее прикрытая кружевом грудь прижалась к его груди.

– Ну вот. – Лучезарно улыбаясь, она бросила на стул его сюртук. Затем усердно принялась возиться с его белой манишкой. Тут задача оказалась посложнее: надо было расстегнуть пуговицы, и Ричард предпринял очередную попытку отговорить ее.

– Не надо, Кристиана. Нет нужды помогать мне, пожалуйста, остановись. – Несмотря на то что она явно нетвердо держалась на ногах после выпитого, девушка на удивление быстро справилась с пуговицами и принялась стаскивать с него манишку. На этот раз она не стала ловить тот предмет туалета, что только что сняла, а дала ему упасть на пол. Уставившись на Ричарда во все глаза, она пробормотала:

– О Боже! Какие у тебя широкие плечи!

Он поморщился. Она не стала бы так говорить, если бы видела его полгода назад. Теперь, после долгой болезни, от него осталась лишь жалкая тень прежнего Ричарда. К счастью, с тех пор он немного прибавил в весе и, вероятно, был в лучшей форме, нежели тогда, когда Джордж чуть было не лишил его жизни.

Ричард тряхнул головой, разгоняя мрачные мысли, и неодобрительно посмотрел на Кристиану. Между тем она скользнула ладонью по его бриджам. Ричард подумал, что она почему-то собралась стащить их с него спереди, если не получилось сзади, но тут же понял, что девушка просто пыталась за что-то ухватиться. Неожиданно Кристиана опустилась на колени.

Хотя она и цеплялась за него, это не помогло ей сохранить равновесие. Она повалилась лицом вперед и, как и следовало ожидать, уткнулась головой в его живот. К его облегчению, при этом она разжала руку, ухватившую его за бриджи. Когда она затем схватилась за его ногу и дернула ее, Ричард, вскрикнув от удивления, обеими руками взялся за подоконник, что был у него за спиной, чтобы не упасть.

Кристиана подняла его ногу и, изумленно глядя на нее, произнесла заплетающимся языком:

– Какие у тебя большие ноги, Дикки.

Ричард поморщился. Он терпеть не мог, когда его звали Дикки, и охотно напомнил бы ей об этом, но вместо этого снова издал нечленораздельное бормотание, крепко вцепившись в подоконник, чтобы не соскользнуть и не удариться задом об пол, поскольку Кристиана задрала его ногу еще выше. Уперев ее себе в грудь, она принялась расстегивать пряжку. У Ричарда уже не осталось слов. Он лишь во все глаза смотрел на свою конечность, уютно притулившуюся между ее грудями, словно голова любовника. Внезапно он подумал о том, что предпочел бы, чтобы вместо ступни там сейчас оказалось его лицо.

Ричард испытал разочарование, когда туфля соскользнула, но она вернула его ступню в прежнее положение и принялась стаскивать с его ноги чулок. Он замер, едва решаясь дышать, глядя на то, как колышутся ее груди. Ему вдруг очень захотелось пошевелить пальцами на ногах, чтобы ощупать таким образом плоть, что их окружала, но затем внимание его переключилось на собственную икру. Кристиана упорно стаскивала чулок, и пальцы ее нежно скользили по коже. Впрочем, ласка эта не была намеренной.

Ричард со вздохом приподнял ногу, чтобы помочь ей, и она удовлетворенно вздохнула. Но тут же схватила его вторую ногу и принялась проводить с ней все те же манипуляции. Кристиана на удивление быстро справилась и с пряжкой, и с чулком. Ричарду вновь довелось пережить сладострастную муку, пока груди сжимали его ступню, когда ее пальчики скользили по его икре. Ему не нравилось то, что с ним при этом творилось. Слишком уж быстро развивались события. Такая спешка его смущала.

Облегченно вздохнув, когда Кристиана наконец закончила его разувать, Ричард распрямился, не сомневаясь в том, что наконец-то она сочла свой долг исполненным. Но ошибся. Девушка не мешкая принялась расстегивать пуговицы на его бриджах.

– Кристиана… – У Ричарда перехватило дыхание в тот момент, как ладонь ее скользнула по его члену. К счастью, она еще не успела обнажить его целиком. Ричард чувствовал, что пенис его стремительно увеличивается в размерах и он ничего не может с этим поделать. Ну что же, осталось крайнее средство: он мог схватить ее за руки и заставить остановиться, но, откровенно говоря, прибегать к этой крайней мере не хотелось.

Проклятие. Как столь невинное прикосновение могло так сильно на него подействовать? Ведь не почувствовал бы он эрекции, если бы его раздевал слуга? Все мысли вылетели у него из головы в тот момент, когда она расстегнула его бриджи и доказательство ее удивительного на него воздействия выскочило из расстегнутых штанов, едва не коснувшись ее лица.

– О, Дикки. Какой большой… – Она не успела закончить мысль, потому что испуганно вскрикнула, когда Ричард схватил ее за предплечья и поднял во весь рост. Едва дотянувшись губами до ее губ, он страстно припал к ним в горячем поцелуе.

Глава 8

Кристиана вскрикнула от удивления, когда муж резко поднял ее, поставив прямо, а затем снова вскрикнула, не в силах сдерживать проснувшуюся страсть. Совершенно неожиданный поворот событий! Она ожидала чего угодно, но только не этого. Дикки ни разу не целовал ее после церемонии бракосочетания, даже во время первой брачной ночи, которая оказалась чистой формальностью. И уж конечно, он не целовал ее вот так. Сейчас это было чудесно… Пальцы на ногах поджались, и тихий стон сорвался с ее губ в тот момент, когда язык его проник внутрь, разбудив целый сонм ощущений.

Кто мог бы подумать, что простой поцелуй окажется таким возбуждающим? Почему никто не говорил ей об этом? И почему, черт возьми, он никогда не целовал ее так раньше? Кристиана была уверена, что прошлый год был бы куда радостнее, если бы каждый день она жила предвкушением этого.

Эти мысли – все, на что был способен затуманенный страстью мозг Кристианы, но и они уплыли куда-то на периферию сознания, когда все ее существо оказалось во власти самых разнообразных, но при этом весьма приятных эмоций. Она ощущала примерно то же, что тогда, во время танца, но только стократ сильнее. Губы приятно покалывало там, где они соприкасались с его губами, то же покалывание ощущалось в груди, прижатой к его груди, и еще в ней пробудился и рос странный, доселе ни разу не испытанный сексуальный голод. Тело наполнила истома, она прогнула спину в его объятиях. Эти необычные ощущения настолько ее занимали, что она не сразу заметила, что ладони его принялись скользить по ее телу. Было так, словно эти движения стали продолжением поцелуя. По предплечьям вверх и вниз побежали сладкие мурашки.

Когда ладонь его легла ей на ягодицу и сжала ее, побуждая плотнее прижаться к нему, она покорилась его воле, прижавшись к нему так тесно, как только могла, и застонала. Ее захлестнула волна ощущений. Особенно бурно отреагировала нижняя половина ее тела, и ощущение было настолько сильным, что она непроизвольно потерлась об него внизу. Но ее заставили отвлечься новые ощущения, когда вторая его ладонь скользнула к ее груди и стиснула ее.

Ричард мял ее укрытую кружевом грудь, и она изо всех сил вцепилась в его плечи. С губ сорвался долгий хрипловатый стон, который закончился вскриком в тот момент, когда Ричард внезапно освободил ее грудь из кружевного плена и накрыл ладонью обнаженную плоть.

– О, Дикки! – с мольбой в голосе воскликнула она, когда он внезапно прервал поцелуй. Ей не хватало воздуха.

– Зови меня Ричардом, – пробормотал он, скользя губами по ее шее и сжимая сосок, который только что обнажил.

– О, Ричард! – послушно воскликнула она, впиваясь ногтями ему в плечи. – О, прошу тебя…

– Да, – пробормотал он и внезапно там, где только что была его рука, оказались его губы. Губы его сомкнулись вокруг соска, язык быстро скользнул по нему, и он принялся посасывать его. Тихие стоны наслаждения слетали с ее губ.

Кристиана смутно осознавала, что рука его ласкает ее ягодицы, сжимает их, побуждает прижиматься и скользить по его телу как раз там, где ей этого хотелось. Но все эти ощущения, одолевавшие ее, были настолько яркими и сильными, что под их натиском мозг почти утратил способность соображать, они все словно сплавились в одну лавину эмоций, захлестнувшую ее. Она хотела, чтобы он целовал ее снова, но и не прекращал делать то, что он делал с ее грудью. И еще она желала, чтобы он одновременно ласкал и другую ее грудь. И еще ей казалось важным освободиться от ночной рубашки, чтобы полнее ощущать его тело, и еще… Она не знала, чего еще пожелать, но ждала чего-то такого, что положило бы конец этой сладострастной муке, и при этом чтобы мука эта как можно дольше не прекращалась.

В отчаянном стремлении удовлетворить хотя бы одно из бушевавших в ней желаний, Кристиана подняла ногу и обвила ее вокруг его бедра, чтобы оказаться ближе к той твердой выпуклости, что так возбуждающе терлась об нее. И застонала от наслаждения, почувствовав, что ей удалось достичь желаемого. Сейчас он терся об нее там, где было сосредоточие наслаждения, и ткань ее рубашки оставалась единственным барьером между ними, что лишь добавляло остроту ощущений.

Ричард тоже застонал, и этот низкий звук еще больше возбудил ее. Затем он поднял голову и вновь впился губами в ее губы. Кристиана закрыла глаза и поцеловала его в ответ, вложив в этот поцелуй всю силу страсти. Инстинкт заставил ее втянуть в рот его язык, когда он вторгся в недра ее рта. Она почувствовала, как его ладони скользнули по телу, и тут, к ее удивлению, он обхватил ее за талию и поднял. Повинуясь инстинкту, она обвила его второй ногой, скрестив лодыжки у него за спиной. Комната внезапно вновь начала вращаться, превратившись в цветной водоворот смешения света и тени.

Кристиана смутно осознавала, что он несет ее через комнату, но в этой новой позе контакт был настолько тесным и ощущения настолько острыми, что думать она была попросту не в состоянии. Она почувствовала глубокое разочарование, когда он остановился, не проделав даже трех шагов, и поставил ее на ноги.

– Что? – неуверенно начала она, но замолчала, увидев, что Ричард наклонился, чтобы стащить спустившиеся до колен бриджи, которые она так и не успела с него снять. И тут до нее дошло, что у него на уме, и следующая мысль была о клубнике. Подавшись вперед, она успела заглянуть ему за спину до того, как он распрямился. Она сразу же выпрямилась, но теперь она была уверена в том, что увидела на его ягодице красноватое пятно. Итак, она вышла замуж за Ричарда Фэргрейва, графа Рэднора, а не за его брата. Он не был убийцей и не был самозванцем, что явилось хорошей новостью, потому что их брак вот-вот должен был стать вполне реальным. Одной проблемой меньше. Но оставалась другая проблема: в попытке удостовериться, что ее муж тот, за кого себя выдает, в стремлении рассмотреть ту родинку она каким-то образом заманила его в брачную постель и теперь не знала, сможет ли выдержать то испытание, на какое себя обрекла. Впрочем, она могла прямо сейчас сбежать из дома, попросить Роберта, чтобы тот договорился с врачом, который осмотрит ее и даст заключение о том, что физического контакта не было. И тогда брак будет аннулирован.

Кристиана нервно покусывала губу, пытаясь решить, как ей поступить, а Ричард между тем снял бриджи и распрямился. Губы его расплылись в улыбке, когда он увидел, что она делает. Внезапно он взял в ладони ее лицо и хрипло прошептал:

– Ты у меня просто чудо. Я понял наконец, что такое счастье.

– В самом деле? – слабым голосом спросила она.

– Конечно, – пробормотал он и принялся претворять свою мечту в жизнь.

У Кристианы сами собой закрылись глаза. Он прикусывал и ласкал языком припухшую мякоть ее рта, затем скользнул губами к ее уху и игриво прикусил мочку, добавив:

– Твои губы и все остальное нуждается в моих ласках.

– Все-все? – спросила она с придыханием.

– Все, – заверил ее Ричард, и рука его скользнула к скрещению ее бедер.

Кристиана застонала и вздрогнула. Когда губы его внезапно сомкнулись с ее губами, она с решимостью отчаяния ответила на его поцелуй. Толчки языком совершались в том же ритме, в каком рука его ласкала ее там, внизу. Ей становилось все жарче, в ней все бурлило, напряжение росло, делалось невыносимым.

– Я все исправлю, – прошептал он, прервав поцелуй и убрав руку, чтобы обнять ее за талию. – Тебе будет хорошо со мной, вот увидишь.

– Да, – выдохнула Кристиана. Оставив всякие мысли об аннулировании брака, она вновь обвила его ногами. Закрыв глаза, она впилась ногтями ему в плечи, и он поднял ее и понес, и там, где ее ласкали его пальцы, теперь была другая часть его тела.

– Я буду хорошим мужем. Я сделаю тебя счастливой, – заверял ее Ричард, и губы его скользили по ее щеке к уху.

– О да, прошу тебя, – выдохнула она в ответ, и эти слова звучали почти как молитва. Как мечтала она о том, чтобы жизнь в браке перестала быть для нее чередой мучений, как это было до сих пор. Но тут он внезапно опустил ее на кровать и сам лег на нее сверху. Бедра Ричарда уместились между ее бедрами, и ей казалось, что волны неодолимого желания уносят ее куда-то вдаль.

Когда он внезапно прервал поцелуй, Кристиана очнулась, узнав комнату и собственную кровать, на которой она лежала, но тут Ричард вновь отвлек ее, взяв в рот сосок. Пока они перемещались из одной комнаты в другую, лиф ее ночной рубашки отчего-то вернулся на место. Впрочем, он или не замечал этого, или ему было все равно, потому что он сосал ее грудь через кружево, а затем дул на влажную ткань, заставляя ее вздрагивать от восторга.

– Ричард, – простонала она, извиваясь под ним в тщетном стремлении получить еще большее наслаждение.

Он по– прежнему лежал на ней, но больше не терся о нее, и ей этого не хватало. Но тут Кристиана почувствовала нечто вроде щекотки в области колена и, приподнявшись и посмотрев через его плечо, увидела, что рука его скользнула под ночную рубашку. Он постепенно приподнимал ее, и пальцы его скользили по ее телу.

Она вздрагивала и извивалась под ним, а рука его между тем поднималась все выше, шероховатые подушечки его пальцев щекотали чувствительную кожу внутренней стороны бедра. Когда рука его остановилась совсем рядом с центром ее страсти, Кристиана поймала себя на том, что готова молить о продолжении, и, вцепившись в его спину ногтями, требовательно заметалась. Хриплый стон вырвался из ее горла.

Ричард слегка прикусил сосок, который он продолжал ласкать все это время, но в конце концов рука его опустилась ниже.

– О Боже! – закричала Кристиана, когда он наконец коснулся ее лона. Бедра ее инстинктивно взметнулись навстречу его руке, и тут Кристиана почувствовала, что другой рукой он приспускает лиф ее ночной сорочки.

Стремясь ему помочь, она спустила рубашку с плеч и, поведя плечами, освободила грудь полностью, спустив лиф до талии. Все это время бедра ее продолжали двигаться в каком-то странном, звучащем у нее в голове ритме. Она словно танцевала под лаской его пальцев, но она в растерянности замерла, почувствовав его попытку проникнуть в нее, при том что он не переставал ласкать ее рукой.

– Ричард? – неуверенно спросила она, не вполне понимая, что он делает.

В ответ он пробормотал что-то ласковое, призванное успокоить ее. Он поднял голову и приник к ее губам жарким поцелуем, толчками проталкивая язык. Внизу происходило примерно то же самое. Такая комбинация не помогла ей успокоиться, скорее, совсем наоборот. Тем не менее прилив ощущений был настолько мощным, что захлестнул всякие страхи. Вскоре она поймала себя на том, что откликается и на то, что он делал с ее ртом, и на то, что происходило внизу. Она отвечала на его поцелуи, а бедра ее в это время приподнимались ему навстречу.

Под таким мощным напором уже через несколько мгновений Кристиана превратилась в трепещущий, изнемогающий от желания комок плоти, и тело ее требовало большего, чему она не могла дать определения. Кристиана не понимала, что с ней происходит. Еще один удар сердца, и она поняла, чего требовало ее тело: мир ее раскололся от взрыва наслаждения такой силы, что все ее тело пронзила дрожь.