Текст книги "Дара. Наследие волчицы (СИ)"

Автор книги: Лила Каттен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 10

Алан

У меня не было иного выбора, кроме как заставить ее уснуть.

Ее магия мне позволила это сделать. Мы истинные, и через боль (вероятную) я все равно был бы сильней… наверное.

Дара была напугана и перестала воспринимать правду правильно. Она будущая мать и она боялась за детей. Это нормально, если ты услышала вдруг, что твой ребенок кому-то понадобился вдруг.

Подхватил ее на руки, и под звуки оглушающей тишины отнес наверх.

Положил ее аккуратно на кровать и, накрыв пледом, лег рядом, буквально на секунду.

– Клянусь, моя волчица, я защищу вас. Тебя и детей, чего бы мне это ни стоило, – погладил по щеке и поцеловал в губы, прежде чем встать и уйти.

Внизу все по-прежнему сидели тихо, но мысли… Я их чувствовал и даже понимал.

– Она не примет сторону зла, – заявил решительно. – Ни она, ни наш сын.

– Алан, – начал мой отец. – Тот инцидент на скале, мы поговорили об этом с Ароном и Соней и пришли к выводу, что та красная магия, может быть магией вашего сына.

Я об этом не думал. Даже не предполагал, что она может быть так рано проявлена. Обычно, только к первому шевелению, дети, обладающие магией, дают о себе знать. Но очень маленькими «дозами». Настолько, что это как щепотка из килограммовой банки соли.

А там, была магия взрослого и весьма сильного человека. Можно было бы поспорить с отцом, да только мы с этим всем столкнулись впервые. А легенды не рассказывают обо всем. Они лишь говорят о самой сути.

– Он тогда только зародился. Это не может быть правдой, – возражаю ему.

– Мы сталкиваемся с этим впервые. Никто не знает, как должно быть.

– Сейчас нам стоит думать о том, чтобы защитить Дару и детей, – почти со злостью поясняю, сделав шаг ближе к ним.

– Сынок, – выступает вперед мама и по-доброму улыбается. – Я полагаю, беременность пройдет быстрей, чем у обычных волчиц. И потому, проявление магии такое раннее возможно. Просто будь готов к любым изменениям. Клан ждет от нас заявления, потому что их напугало ее синее пламя.

– Какова вероятность того, что они знают о легенде той, что во всех книгах есть? – задаю вопрос, прежде чем решить, как быть с кланом.

– Никакой. Я как вожак о ней не знал. Мы не изучаем древние послания предков постоянно, только по необходимости.

– Кроме врагов, разумеется, – напоминает Арон.

– Прошло больше года. Сорина давно родила, скоро они будут знать, что этот ребенок самый обычный волк.

– Если не знают уже, – задумчиво произносит Дилан и мы смолкаем.

– Нужно им сказать, что это была обычная магия, которая пробудилась после совершеннолетия. Например: магия силы.

– Боюсь, Дара, вообще после всех этих новостей не выйдет из дома, – прикрыв глаза вспоминаю ее боль, которую ощутил и страх.

– Не стоит забывать, что Дара очень сильна. Мы даже понятия не имеем, сколько в ней силы на самом деле. Беременные волчицы вообще отдельный разговор. Алан, ты должен уверить ее, что она в безопасности и способна защитить себя и детей, – тихо произносит Соня.

Киваю в ответ и встаю.

– Мне нужно пройтись. К пробуждению буду уже здесь.

Никто не возражает, и потом я ухожу через заднюю дверь и, быстро скинув одежду, убегаю на четырех лапах в лес.

Злость распаляет, и я срываюсь на бешеной скорости вперед.

Я самый быстрый из всех волков нашей земли. Хотя я не соревновался ни с кем, но знаю, что это так.

Волк восторженно вонзает когти в снег, продавливая его до черной земли.

Мысли совершенно пусты.

Я хочу немного подумать, но связь с Дарой оставляю открытой, чтобы слышать ее. И пока я знаю, что она спит, убегаю далеко. Почти до границы наших земель с Малой землей.

Волки клана Арона реагируют, но, узнав меня, успокаиваются. Однако я не пересекаю ее, я бегу вдоль нее и спускаюсь к пляжу. Тут я увидел волчицу Дары впервые. песок меня немного замедляет, и я останавливаюсь.

Отсюда я вижу ту самую скалу, где была Дара в сонном забытье.

«Хочу тебя разгадать, любимая… Чтобы знать, как защитить».

Мое уединение прерывает Сиа.

– Поздравляю, – оборачиваюсь и вижу, что она в образе человека, без одежды. Сам не делаю оборот. Не потому, что спровоцирую. Просто не хочу. Мне это не интересно. Я и ее толком не замечаю.

Ничего вокруг.

Волк рычит и недоволен. Он ощущает желания самки и отвергает их.

– Спокойно. Я знаю, что он женат Черныш, – она встает рядом.

«Чего тебе, Сиара?» – спрашиваю ментально.

– Пришла поговорить со старым другом. Или этот статус изменился? Только скажи, и я уйду, Алан.

«Сама знаешь все».

– Ты скажи. Твоя волчица – горячая штучка и я всего лишь играла. Но после того, что узнала, я и сама желаю держаться подальше. Но услышала твое отчаяние. Им воняло на весь лес, а я следила за славным олененком, которого ты прогнал. Так в чем дело?

«Что ты знаешь о пророчестве, Сиа?»

– Так вот, в чем дело? Ваши записи малоинформативны?

«Ты долго живешь, я знаю. Ты старше любого, кого я знаю и ни отрицай».

– Не отрицаю. Но и говорить не стану о себе. А о твоей паре могу немного рассказать.

Она делает оборот и приглашает пройтись по пляжу, а после начинает:

«Предпоследняя избранная кровавой Луны оказалась крестьянкой и тщательно скрывала своего сына. Он отличался, но она научила его быть как все. Ты ведь знаешь о том, что в Библии одной из религий людей есть история о двух братьях. У нее тоже было их двое. Так вот второму претило внимание матери и постоянная опека, которая доставалась не ему. Они жили среди людей, потому что она боялась за своих детей, живя в стае. Решила, что там опасно. И когда два славных мальчика подросли, обозлившийся идиот подверг мать опасности, чтобы его братец за нее вступился. Он решил, что его просто убьют за нападение. В итоге всех «убил» волчок. Всех в той деревне. Но, как оказалось, что полукровки были очень даже живы. Это не осталось без внимания и собрали суд. Оборотни-новички разбрелись, и началась война. Она сильно сократила численность людей и волков. Костры с телами горели днем и ночью длительное время. Чтобы закончить войну, пришлось буквально отгородить часть материка и не выпускать никого, чтобы информация осталась там внутри и не вышла за границу. Когда четкая линия сомкнулась, всех людей пришлось убить. Всех до последнего, кто мог знать о нас. Даже младенцев».

Выслушав историю, я оказался в плену. Меня будто загоняли в угол. Но я прекрасно знал, что в этом всем должен быть выход.

«Когда это было, Сиа?»

«Точно не скажу. Три-четыре сотни лет назад».

«У Дары было видение. Девушка с голубым сиянием у скалы. С младенцем на руках. Что ты знаешь об этом?»

«Видение? – она говорила, фыркая. – Она типа пророка на прошлое или на будущее. Все, что видит, твоя жена стоит запоминать детально, я же говорила. Дело всегда кроется в мелочах, запомни».

«Ту девушку загоняли в угол. И она прыгнула со скалы, с младенцем».

«Алан, думай о том, что сейчас. Твоя волчица явно беременна. Будь внимателен к ней. Беременность судьбоносная».

Я зарычал на нее.

«Это мои дети в первую очередь».

«Значит, двое?», – я прикусил язык понимая, что проговорился.

Но сколько всего знала Сиара не сосчитать, и она ни разу не подвела.

«Не бойся. Я все еще разумна. Попасть под огонь твоей Дары – меньшее, что я хочу, поверь. Да и сражаться с тобой или твоим отцом, значит, попрощаться с жизнью. Я не враг, остальное за тобой. Но если она беременна сыном, помни, что он будет могущественным волком. Поверь, такой силы ты не видел».

Хотелось посмеяться над ее словами, потому что она еще не знает, насколько сильна Дара.

«Он сильней… И для нее это может стать опасностью», – прочитав мои мысли, ответила, сучка.

«Не лезь в мою голову».

«Не позволяй. Все пока. Держи свою пару перед глазами. Враги могут быть готовы в любой момент отнять у тебя твою семью, потому что за это время, они давно поняли, что тот ребенок, пустышка».

Она побежала прочь, а потом, остановившись на подъеме в гору, сказала:

«Смотри по сторонам».

Я не ответил. Просто кивнул в ответ и повернулся вновь к воде.

Не любил я загадки. Не искал ребусы. Я привык, когда все просто. Но что может быть простым в жизни существа, которое чуждо миру.

Люди слабы во всем, в том числе и умом. Они боятся перемен. И потому вторые половины нас, живущие внутри неразумны. Стоит ли говорить о том, что они боятся перемен не меньше?

В голове появилась картинка удаленного дома. В горах. Далеко отсюда. Где живут отшельники и изгнанные.

Но та ли это жизнь, которую я могу желать своей паре и своим детям? История той женщины не исключение.

Она ушла жить с людьми, потому что ее могли отвергнуть свои.

Я не могу рисковать и не могу оставаться на месте бездействуя.

«Предки… что мне делать? Она вами избранная, а вы не помогаете мне совсем защитить мою девочку. Так чего же вы хотите?»

Мой монолог остался без ответа, и потому я развернулся и убежал обратно к дому. Дара спала. И потому я лег рядом и накрыл ее собой, но глаз сомкнуть так и не смог.

Глава 11

Дара

Мне снился сон.

Хороший и приятный.

Я сидела на зеленом лугу, и ветер ласково касался моей кожи. Вокруг меня бегали двое волчат. Белая малышка с темным пятнышком на лбу, и волчонок с шерстью угольно-черного цвета. Впереди них несся мой любимый Алан. Красиво прыгая, делая выпады и показывая им как надо атаковать или уворачиваться от удара. Только малыши были увлечены самой погоней за альфой и совершенно не желали повторять за вожаком.

Это были наши дети, я не сомневалась. Наши сын и дочь. Моя семья.

«Ты видишь? – спросил меня ментально муж, подойдя ближе. – Они меня не слушают».

– Они устали, милый. И они дети, – миролюбиво ответила и погладила по мягкой шерсти.

«Они должны знать…», – начал злиться, но я посмотрела на него и заглянула прямо в глаза, поэтому Алан остановил свои слова, и я буквально ощутила исходящую от него любовь ко мне.

– Они научатся, родной. Немного терпения.

Я ощущала себя несколько мудрой и взрослой. Словно стала разом старше после рождения нашего потомства.

Его тревога стала увядать. Он подошел к нашим играющим на траве детям совершенно спокойный.

Они остановились и глянули на Алана невинными глазками. А затем муж опрокинул их обоих набок своей крупной лапой, а сам побежал по поляне прочь. Это вызвало улыбку и приятное свечение в груди.

Дети ловко поднялись на лапки и рванули за ним рыча, и прося меня о помощи. Их голоса, что звучали в голове, были очень нежными. Уверена, такими они будут и в жизни.

– Сейчас мы его поймаем, – кричу в ответ и обернувшись в волка, бегу сокращая круг навстречу Алану.

Стоит ему меня заметить, как он тут же останавливается и приблизившись начинает облизывать морду.

Дети с победным кличем стали бросаться на него и таранить в бока.

«Как всегда, ты им помогла», – урчит на ухо, когда я соприкасаюсь с его головой своей.

Внутри, расцветающее счастье внезапно сменилось тревогой.

Мои глаза цепко переместились за спину пары, куда-то вдаль, выискивая врага в темноте густого леса.

Это были желтые глаза.

Они светились отчетливо и ярко.

Я прыгнула вперед, защищая семью. Рядом тут же встал Алан, еще не до конца понимая, в чем дело.

Малыши остались позади и спрятались за нами, но вместе с нами рычали, и это выдавало их боевой дух и силу.

Мы с Аланом сделали шаг вперед, но все внезапно рассыпалось на крупицы и когда я открыла глаза, на меня смотрел муж. На лице его была тревога, а моя рука сжимала его плечо. Из-под ногтей, которыми я впилась в него, текла кровь.

– Прости, – быстро убрала ладонь и лизнула ранки языком.

– Это просто сон, Дара.

– Ты слышал? Или чувствовал? – немного не поняла его интонацию.

– Даже больше, я видел его.

– Как?

– Видимо, ты позволила. Они мне понравились, – ладонь накрыла мой живот, и в нем затрепетали бабочки.

– Ты слышал их голоса? Такие нежные, – он кивает и ложится набок, повернувшись ко мне, притягивая максимально близко к своему телу.

– Нам нужно уехать на несколько дней в хижину, – приближается к моей шее и целуя заменяет губы зубами и языком.

– Ах… – стону не в силах сопротивляться.

– Скоро я не смогу себя так сдерживать, как сейчас. И нам стоит быть подальше от других самцов, иначе я их всех загрызу.

– Какой вы опасный, мистер Франко, – поддразниваю его и смеюсь, стоит Алану на меня забраться сверху.

– Очень, особенно в тот момент, когда мне нужна моя пара… вся и голая.

– Ну если так, то поехали.

– Сегодня вечером собрание стаи, а завтра утром как проснемся, сразу поедем.

– Там безопасно?

– Дара, если враги даже в стае, то боюсь по-настоящему безопасно, не будет нигде, пока мы их не уничтожим.

– Понимаю. Есть какие-то идеи или мысли?

Весь сексуальный настрой спадает, и он перекатывается с меня, притянув на свою грудь.

– Возможно, ведьма вашего клана причастна, но это не точно.

– Кирэна? Почему ты там думаешь?

– Были моменты, когда мы говорили с твоими родителями, пока ты не помнила ничего. Она реагировала на разные вещи и появлялась внезапно рядом с тобой, когда не должна была.

– Странно, – и тут вспоминаю кое-что. – Вот почему ты тогда так на нее напирал и не позволил пойти на квартиру?

– Да. Сейчас я не доверяю никому, кроме своих родных, ну и Арона с Соней.

– Как думаешь, они уже знают о ребенке Рины?

– Да. По легенде, ребенок в три месяца способен на то, чего не может обычный волк. Растет быстрей и достигает трех лет – первой зрелости раньше. И это только по книгам, что будет на самом деле, мы не знаем.

– Значит, они ждут?

– По логике им нет смысла раньше времени обнаруживать себя. Либо они придут сейчас и им придется тебя скрывать от нас всю беременность, а это полгода как минимум. Либо прийти к финишу. Итог – они ждут.

– Мне страшно, – дрожа обнимаю его еще крепче.

– Я позабочусь обо всем. Думаю, мы раньше сможем найти врагов.

Он внезапно задумывается и встает с кровати, а я сажусь, облокотившись на спинку.

– В чем дело? – ощущаю исходящую от него тревогу.

– Есть один ублюдок. Он причастен к этому всему, но молчит.

– Как это? Вы кого-то нашли? – удивляюсь его признанию.

– Да, это сделал твой отец. Он держит его в подвале или где-то еще, я не знаю. Он молчит и не говорит ничего. Что, если ты с ним…

– Это Колин, – тут же до меня доходит почему-то. Именно его я вспоминаю очень четко. – Он пришел к нам в тот день. Мы были неплохими друзьями.

– Не знаю, как его зовут. Может и так, – ворчит, сложа руки на груди.

– Нам нужно поехать ко мне домой, Алан, – встаю, завернувшись в тонкое одеяло, словно уже готова.

– Я подумал о том же.

– Значит…

– Дара, я не уверен, что выдержу.

Ухмыляясь, смотрю на своего волка.

– После нашего секс марафона.

– Сегодня уже не успеем.

– Согласна, – киваю и наблюдаю за тем, как он подходит ко мне.

– Согласна?

– Ага, – обнимаю его за шею, отпустив ткань, и она падает у моих ног, выставляя напоказ обнаженную меня.

– Ты не представляешь, что я буду с тобой вытворять, – рычит в мои губы, сжимая ладони на моих ягодицах.

– Не представляю и потому ожидаю от тебя большой сюрприз.

– Я рад, что ты волчица. Потому что мой самоконтроль на несколько дней улетучится.

Мы спускаемся с парой к шести вечера. Я снова уснула в его объятиях, а когда выглянула в окно после пробуждения, обнаружила, что уже почти стемнело. Луна «улыбалась», тонкой розовой полоской, а я задалась вопросом, чего она от меня ждет на самом деле. Но она промолчала. Сейчас я ее мало слышала. И что это могло значить, я не могла знать.

Мои мама и папа уже уехали. Мне стало жаль, что все так вышло с этой встречей, но смс от родителей меня успокоила. Они не злились, а пожелали здоровья.

Лиана уже ждала нас за столом. Отец Алана сидел в своем кабинете с Диланом, и муж сразу пошел к ним, оставив меня на кухне.

– Выспалась?

– О да.

– Когда я была беременна первыми детьми, я проспала почти все время. Они меня выматывали. А когда стали проявлять себя, я почти сошла с ума.

– Как это?

– Они буянили. Они заявляли о себе. И, конечно же, два альфы спорили между собой. И это на ментальном уровне, представляешь?

– Удивительно.

– Коби был более спокойным, и он был один.

– Вам помочь? – посмотрела на приготовленные овощи для нарезки.

– Конечно.

Лиана встала, чуть дальше освободив мне место. И мы принялись за готовку, снова разговорившись.

Вечернее собрание проходило в том же амбаре.

Сегодня на улице шел снег с дождем и поднялся сильный ветер.

Малышей не стали приглашать, поэтому внутри оказались только взрослые.

Я невольно искала в толпе ту самую Сиару, но она уворачивалась от моего взгляда, в отличие от Саши. Ведьма смотрела только на меня.

Я ощутила волнение, и мои ладони начали гореть.

«Ш-ш-ш… все хорошо», – Алан быстро встал позади и взял мои руки в свои, принимая мою нервозность в себя.

«Почему она так смотрит?» – спросила его, по-прежнему не поворачивая голову к ней.

«Она ведьма. Она защита. А ты пока что не поддалась тому, чтобы она тебя изучила».

«А я обязана?»

«Стая волнуется. Ты другая и это чувствуют все».

«А если они решат напасть?» – со страхом задаю вопрос.

«Лишатся жизни, – чеканит Алан и добавляет: – Но ни один из них не решится на такое. Это самоубийство. Мы истинная пара. Это равносильно тому, чтобы пресечь сразу все законы нашей жизни. Дарен, убьет любого, и это не потому, что я его сын. Потому что истинные неприкосновенны, тем более без повода».

Мы остановили свои обсуждения в тот момент, когда вожак закончил свое вступительное слово.

Толпа зашепталась и зашевелилась тут же.

«В чем дело?»

«Сейчас начнутся вопросы».

– Альфа, – вышел какой-то мужчина и склонил голову перед стоящим впереди нашей семьи Дареном Франко.

– Говори, Брайан.

– На севере у крайних границ размыло дорогу. Стало сложно пробираться в селение. Там живут три больших семьи, вы знаете и у меня родились двое сыновей на прошлой неделе. Вопрос важный.

Дарен кивает в знак понимания.

– Я отправлю Сэма, и вы решите, что с этим делать. Средства необходимые будут выделены в полном размере. Сделайте все, что потребуется.

– Спасибо, альфа.

Полчаса далее обсуждались вопросы жизни стаи. Но когда закончили последнее обсуждение, толпа не успокоилась. И вперед вышла взрослая женщина.

Она выглядела очень утонченно. И несмотря на то, что все выглядели по-домашнему, эта дама была одета в строгий синий костюм, а ее волосы были заплетены в высокий пучок.

– Альфа, – голос звучал громко, строго и даже жестко.

– Говори Лилит.

– Мы волнуемся, Дарен. Жена твоего сына вызывает страх и вопросы у стаи.

– Страх и вопросы? Разве для первого есть повод?

– Мы ни разу не видели, чтобы женщина светилась как голубой фосфор.

– И все?

– Этого достаточно.

– Саша, – грозно позвал он ведьму, и та сразу вышла к нему вперед. – Как светилась, обретая силу на свое восемнадцатилетие дочь Чарльза, Мона?

После его вопроса женщина с вопросом поникла, и весь ее лоск стал серым.

– От нее исходило красное сияние, альфа, – ответила Саша и строго посмотрела на ту самую Лилит.

– Что оно означало?

– Что она обрела дар силы.

– Сын Гаррета?

– Желтое – скорость, как у твоего сына.

– Мне продолжать, Лилит?

– Н… Но почему же не все светятся?

– Зависит от того, сколько силы подарила Луна, – вместо вожака отвечает ведьма.

– Спасибо, альфа.

Женщина склоняет голову и отходит назад в толпу, стараясь слиться с ней.

– У кого-нибудь еще есть вопросы о паре Алана?

Никто и пальцем не пошевелил, смотря ровно перед собой. А мне стало интересно, если бы кто-то задал вопрос о цвете моего сияния, каким был бы ответ?

Стоило мне об этом подумать. Как я тут же столкнулась со взглядом Сиары. Словно она слышала меня. Но я уверена в том, что это не так. В подобные моменты я даже Алану не позволяю меня читать. Однако мы смотрели друг на друга и прожигали взглядом, а как только, Дарен объявил о том, что собрание окончено, она сорвалась с места и побежала в лес, обернувшись у первого же дерева.

«Чего тебе от меня нужно?» – решилась задать вопрос, не уверенная в том, что он до нее дойдет.

Однако, я была удивлена, что она ответила.

«Мне от тебя ничего не нужно, ты и так обречена и обрекаешь нас».

Я застыла на месте и посмотрела на Алана, зная, что ее познания могут означать только одно – он все ей рассказал.

– Дара? – пара посмотрела на меня ласково, но тут же понял, что сейчас не время. – Что такое?

Однако отвечать ему я не желала. Тем более, у всех на виду. Ведь все расходились первыми, а семья альфы ждала до последнего, на случай если кто-то подойдет поговорить.

«В чем дело?»

Я закрылась от него и стоило последней семье выйти из амбара, побежала вперед к дому, закрывшись в нашей комнате изнутри, чтобы побыть одной.