290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Ректор моего сердца (СИ) » Текст книги (страница 22)
Ректор моего сердца (СИ)
  • Текст добавлен: 28 ноября 2019, 15:30

Текст книги "Ректор моего сердца (СИ)"


Автор книги: Лидия Миленина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 44

– Нет, – ответила я твердо.

Нужно было вести себя как-то по-другому, нужно было, наверное, кокетничать, не говорить ни да, ни нет… Ускользать от прямого разговора. Но я не могла. Просто не умела и не знала, как лучше.

– Что вы сказали? – с угрозой в голосе переспросил Клаус и, кажется, сделал шаг ко мне.

– Прошу простить меня, но ваше лестное предложение застало меня врасплох. Я не готова его принять.

– Хотите стать Великой? – бросил принц злобно. – Не королевой?

– Признаюсь, так далеко мои мечты не заходили. А должность в академии была бы кстати. Ваше высочество, возможно, вам стоит обратить внимание на мою спутницу тарру Тарию Крейган, – я словно доверительно понизила голос. – Моя подруга – настоящая королева и была бы счастлива…

– А-а… эта воздушная… – принц наигранно капризно скривил губы. – Зачем мне воздушная, тарра Гварди? Вот ваши волны – другое дело… Ощущая ваш гнев, ваши метания… просто… просто чувствуешь себя живым! Так и хочется устроить землетрясение! Ваша подруга меня не впечатлила. Да, отец с матерью полагают, что, возможно, воздушная королева была бы не хуже, а даже лучше для меня… и для страны. Но, знаете, полагаю, они просто не любят воду… Так или иначе, выбирать буду я. Так что, тарра Гварди, вы можете юлить или… утекать, но я всегда получаю желаемое, – не слышали об этом? – он сделал еще шаг ко мне с явным намерением обнять.

– Достоинства его высочества известны всей стране, – уголком губ улыбнулась я и отшагнула еще дальше.

Нет, я не позволю паршивому принцу обнимать меня, целовать тем более! Никогда. Даже если сейчас дойдет до драки…

И тут в глазах Клауса появилась настоящая злость, он сложил руки на груди, глядя поверх моего плеча.

Я обернулась, и тут же все внутри меня разжалось… Расправилось. У меня за спиной стоял Герат.

Злой, огненный, в ярости – я ощущала, как все кипит в нем. Но чувствовала также и то, что эта злость и ярость не на меня. Будь у него такая возможность, Герат спалил бы принца прямо сейчас – была в этом уверена.

– Пришли забрать свою даму? – не здороваясь, бросил принц.

– Ваше высочество, – вместо ответа на вопрос Герат вежливо ненадолго склонил голову, согласно этикету. Но ни тени уважения или почтения в его голосе не было.

– Великий магистр, – так же вежливо и без симпатии ответил принц.

– Благодарю вас, что позаботились о тарре Гварди, пока я сопровождал вашу сестру, – произнес Герат, и незаметно сзади его рука коснулась моей талии. Словно этим незаметным прикосновением заявлял на меня свои права. После чего встал прямо передо мной и обращался только ко мне:

– Тарра Илона, я вынужден покинуть этот бал из-за неотложных дел. Вы можете сопровождать меня обратно в академию, либо остаться здесь, подобно тарре Крейган, которая высказала пожелание задержаться.

– С радостью буду сопровождать вас в академию, – улыбнулась я, сделала книксен и положила ладонь на предложенный локоть Герата. Сразу стало спокойно. Пусть сам Герат кипит внутри, но он рядом, и значит… значит, ничего страшного со мной не случится.

Сейчас не случится. Все опасности после. А этим вечером главное – избавиться от навязчивого дофина.

Клаус сложил руки на груди и пристально посмотрел на меня.

– Ускользаете, да? – ехидно сказал он. – Что ж, Великий магистр, – он обернулся к Герату, – сегодня ваше право увезти спутницу. Но знаете… рассказы о вашем отборе меня заинтересовали. Думаю, мне стоит проявить к нему определенное внимание… – он встретился глазами с ректором. Воздух зазвенел, а локоть под моей ладонью стал огненным, просто раскаленным. Внутренне я успокаивающе погладила Герата – прохладной кистью, расслабляя. Пусть только в мыслях, но знала, что это поможет ему… Сорваться сейчас нельзя ни одному из нас.

– Даже не мечтаем о подобной чести, ваше высочество, – наконец сказал Герат, а принц внезапно отвел глаза – резко, словно обжегся. – Прошу извинить нас. Тарра Илона, пойдемте, дела не ждут.

Я сделала книксен принцу, мы дождались легкого злого кивка, и Герат повел меня к выходу из сада.

Вслед нам смотрел тяжелый, сердитый взгляд. И чего в нем было больше – детской злости мальчика, не получившего игрушку, или настоящей злобы власть имущего мага, сказать сложно.

Герат просто подхватил и закинул меня в карету, стремительно взлетел следом и пару раз ударил в стенку, приказывая кучеру трогать. Одной рукой сгреб меня в охапку, вторая гневно прошлась по обивке дивана, оставляя на ней обгорелые черные следы.

– Лицемерный подонок! – вслед за этим последовало несколько ругательств более острых, менее приличных. Потом Герат крепко взял меня за плечи, на несколько мгновений прижал к себе, отстранил и, заглядывая в лицо, спросил: – Что он говорил? Каждое слово. Я должен знать.

Я ласково накрыла его руку своей, приглушая этот огонь. И, насколько могла, спокойно пересказала произошедшее.

Герат, продолжая обнимать меня, задумчиво откинулся на спинку дивана.

– Все еще хуже, чем я думал, – усмехнулся он. – Не стоило и на пушечный выстрел допускать тебя к балу. Впрочем… Будем работать с тем, что есть. Я понятия не имел, что принц «ходит в народ» таким способом.

– Принц может вмешаться в наш отбор? – спросила я.

– Напрямую – нет. Но может присутствовать на нем в виде судьи, если я позову, или в виде независимого наблюдателя – добровольно. Этого достаточно, чтобы сильно нам нагадить.

– Его интерес ко мне может быть серьезным? – спросила я осторожно. Мысль о навязчивой страсти принца, который начнет преследовать и не даст стать Великой, помешает быть с Гератом, бросала в дрожь.

– Еще как может. Что, Илона, видишь, есть и другие варианты… – усмехнулся Герат. – Можешь стать его женой и достигать своих целей из этой позиции. Удобно, не правда ли? Принцесса обладает не меньшими возможностями, чем Великая.

Я в изумлении воззрилась на него. Это был прежний – ехидный, почти жестокий Герат. Тот, который не жалел меня. Как будто ударил меня. Неужели это такая … ревность?!

– Зачем вы так со мной?! – спросила я с болью в голосе. – Принц мне совсем не понравился. И я не могла бы… ради своих целей… с ним….

– Очень хорошо, – вдруг тепло сказал Герат, снова сгреб меня в охапку и заключил в плотном кольце рук. – Потому что… Помнишь, я не хотел говорить тебе, что удалось разузнать при дворе, когда я недавно ездил туда. Обещал сказать после бала? А еще я просил… тебя держаться подальше от королевской семьи.

– Да, конечно, помню… – сердце тревожно забилось. – Вы же понимаете, что принц обманул меня… и всех своей иллюзией?

– Понимаю, конечно. Так вот, не это важно. Знаешь, мы все привыкли считать, что диктатором может быть Статир. А его детишки еще слишком молоды для интриг и настоящих сражений. Так вот, Илона, все оказалось очень интересно. Тогда… я умудрился узнать, кто руководил атакой на твой замок. Сам Статир не поехал штурмовать герцога Сампрэ. А вот его старший сын как раз и был главнокомандующим под стенами замка. Это было для него чем-то вроде «боевого крещения».

– Что-о? – я изумленно уставилась на Герата. – Принц Клаус руководил атакой?!

В этот миг мне показалось, что я потеряла разом все силы, настолько была оглушена этой новостью.

Клаус был не просто избалованным твердолобым принцем, оценившим меня как скаковую кобылицу и воспылавшим страстью. Он – тот самый, кто велел магам идти штурмом на замок, тем, кто стоял во главе «кольца смерти», сжимавшего замок Сампрэ… Это не вязалось с образом принца. Принц казался подонком, неприятным похотливым типом, но не жестким и расчетливым военачальником, способным победить сильнейших магов современности, которыми были мои родители.

– Не ожидала? – Герат вдруг резко прижал к груди мою голову, словно оберегая от страшного знания тоже. – Я тоже.

– Как вам удалось это узнать? – спросила я. – Вы ведь упоминали, что все данные по штурму замка засекречены для тех, кто не участвовал… Вам дали допуск?

– Поговорил с нужными людьми, – сказал Герат. – На этот раз более тонко и настойчиво, чем прежде, поэтому получилось добыть информацию. Множество магов стояло под вашей стеной. Большинство полегло там. Твои отец и мать были сильны, – на секунду мне показалось, что рука Герата, державшая мою голову, чуть напряглась. «Опять! – подумалось мне. – Опять кажется… Или что?» – Но были и выжившие. Они все эти годы молчали о том, кто руководил ими. Причем большинство из них были отправлены на границы, где постепенно погибли в битвах. И еще… Астер, – голос Герата стал напряженнее, – теперь очевидно, что у Клауса тоже есть тайна. Секретное преимущество.

– Тайна? Тоже? – удивленно переспросила я. Мозг отчаянно пытался осмыслить открывшееся мне.

– Да. У тебя есть тайна. У меня есть тайна. И у Клауса есть тайна. Потому что… Конечно, они пригнали армию на штурм замка, огромные магические силы были задействованы в этой операции. Но, Астер, твои родители были сильнейшими магами современности. Вспомни. Представь себе. В их руках были все стихии и сила древних Хранителей. Никакая армия не сломила бы их и тех, кто сражался под их руководством, если бы не нечто, что сделал полководец нападавших.

– Что именно?

– Этого я не знаю, – серьезно ответил Герат. – Но знаю, что битва закончилась резко, быстро. Словно кто-то опустил занавес – одному ему известным способом. По словам стоявших под стеной, твои родители вдруг потеряли способность сопротивляться. Резко, в один момент.

– Да, я помню… – прошептала я. Перед глазами встали всполохи пламени, огромные синие волны воды, бьющие в стену, а в ушах раздался рокот взрывов, шипение притушенного пламени, завывание ураганных смерчей… – Я то стояла у окна, то сидела на стуле… Но все время слышался грохот и взрывы. А потом вдруг стихло… В один момент. Действительно, словно кто-то опустил занавес…

– Вот так и было. А лишив твоих родителей магической защиты, можно было просто подняться на стену… и… убить их, как обычных людей, – жестко закончил Герат. – Я не знаю магического артефарта или приема, который смог бы лишить сил магов, подобных твоим родителям. А значит, у Клауса был козырь. Тайна, которую знает, возможно, лишь он сам и его родители.

– Я не понимаю… – тихо сказала я. Вторую часть слов Герата я словно пропустила. Когда он сказал о «просто подняться на стену и убить их…» я представила себе, как Клаус – мерзкий, самоуверенный, со сладко-жестокой улыбкой на лице – поднимается на стену, велит своим людям убить моего отца и цинично перерезает горло моей матери. От этой картины захотелось заорать. Просто завыть во весь голос. Я дернулась, плечи вздрогнули.

– Тихо, Астер! – Герат нежно поднял мое лицо и мягко поцеловал в губы. Одновременно я ощутила, как страшные картинки покидают голову. Словно собирают вещи и уходят. – Правда бывает такой. Но тебе нужно ее знать, если ты хочешь идти до конца.

– Я знаю, да… Но я не понимаю! Зачем было убивать их, если их лишили сил! Неужели Статир так боялся! Ведь можно было посадить в тюрьму, как-то еще… Но сохранить им жизнь!

– Ну, во-первых, Статир действительно боялся. И боится до сих пор, – как можно спокойнее произнес Герат. – А во-вторых. Знаешь, сейчас уже не ясно, какой именно приказ отдал король своему сыну…

– Что вы хотите сказать?! – изумилась я.

– А то, что неизвестно, чего хотел Статир – пленить своего бывшего друга, убить, или, может быть… просто попугать, продемонстрировать силу короля. Известно, что он отдал приказ штурмовать замок. А как свершилась смерть твоих родных, по приказу короля, или… по личной инициативе принца Клауса, мне неизвестно. И никому из тех, у кого я могу получить информацию.

– То есть, может быть… Статир не хотел убивать их? – неуверенно прошептала я.

– Да, так вполне может быть. Статир властный и ленивый при этом король. Но не подонок, Астер. А вот Клаус… Я никогда не был близок с принцем. Но то, что вижу – мне не нравится. Ясно, что если принц «превысил меру правосудия», штурмуя твой замок, то Статир все эти годы скрывал жестокую выходку сына. И создал удобную легенду о смерти герцога Сампрэ…

Меня начала бить нервная дрожь. Правильно сделал Герат, что не рассказал мне все это до бала. Тогда я бы просто не смогла там находиться. А увидев сладко-красивое лицо Клауса, возникшее из-под иллюзии, ударила бы без раздумий. На поражение, с отчаянием и упоением мести… Герат просчитал все правильно, предотвратил возможную катастрофу.

С минуту я дрожала в руках ректора. В жестких сейчас, но надежных объятиях единственного на свете человека, кто знал мою тайну и кому я доверяла. Без него казалось, что я вишу в воздухе, как капелька воды, и вот-вот упаду. Рядом с ним даже сейчас можно было ощутить почву под ногами и идти вперед.

– Что же нам теперь делать?! – спросила я. Я не знаю. Мой план уперся в стену. Зашел в тупик, когда убийца моих родителей захотел меня.

– Нам или тебе? – с усмешкой переспросил Герат и резко разомкнул кольцо рук.

Мне стало холодно, даже как-то обидно. И я внезапно ощутила, как трясется карета. Мы выехали из центра города и уже приближались к академии.

– А есть разница? – спросила я в ответ. Тоже резко, мне было обидно, что Герат опять стал жестким.

– Есть, и очень большая, – усмехнулся Герат и сложил руки на груди. – Послушай, Астер. Сейчас у тебя есть шанс изменить все в своей судьбе. Пойти другим путем. Ты можешь… выйти за принца. Реально выйти за него замуж. Или хотя бы залезть к нему в постель. Обрести влияние через этот союз. Вкрасться к нему в доверие и узнать все, что произошло в прошлом. Дальше… Тебе открыт любой путь мести. Например, ты можешь просто зарезать нашего принца во сне. Это возможный путь, Астер. Ты это знаешь. Изящно и неплохо, если действовать медленно, тонко и постепенно, то все получится. И если ты выберешь это, я не стану тебе препятствовать. Если желаешь только этого.

Расширенными от обиды и ужаса глазами я смотрела на него. Да, Герат прав, это путь. Возможный путь. Коварный, жестокий. И будь я… другим человеком, то я бы могла поступить именно так. Или я могла бы вывернуть себя наизнанку, пойти за своим желанием мести и стать такой. Если бы я была одна… Но я больше не была одна.

– Вы сошли с ума, если всерьез рассматриваете это! – сказала я. – Во-первых, меня проверили бы… как невесту или фаворитку дофина, и рано или поздно докопались до истины…

– Попросила бы Клауса избавить тебя от этого, – пожал плечами Герат. – Думаю, он это может. Да и мэтр Остар мог бы сделать твою «легенду» в голове более подробной…

– Да, только вот это путь… без вас, – твердо сказала я. – Ведь вы бы… не стали моим тайным союзником. Я знаю. Вы не из тех, кто мог бы…

– Помогать и направлять тебя, когда ты будешь кувыркаться с принцем, вызнавая его тайны на досуге? – едко сказал Герат. – Да, не такой. Я убил бы кого-нибудь из вас тут же, – огненные глаза сверкнули. – В этом ты права, Астер. Я не пойду с тобой по этому пути.

Сердце мое возликовало. Ревнует. Сильно ревнует. Провоцирует. Проверяет, не захочу ли я пойти по этому коварному одинокому пути. И ждет, что я вспылю и откажусь… быть без него.

– Нет, Герат, – улыбнулась я. – Я не пойду этим путем. Я не пойду никуда без… моего ректора. Поэтому спрошу еще раз: что делать нам? Нам с вами, вместе?

Глава 45

Несколько долгих мгновений Герат смотрел на меня пытливым горящим взором. Потом резко, по своему обыкновению, снова сгреб меня в охапку, обнял даже слишком сильно, но это было по-своему приятно. Именно так я ощущала, что он хочет меня. Не просто мое тело, а меня целиком – с моей водной душой, со всеми моими проблемами, сложным прошлым и незнанием, куда идти.

Вот так.

Если бы не необходимость, то и говорить было бы не о чем. Но именно сейчас началась игра по-крупному. И нам не уйти от нее – ни мне, ни ему.

– Да, это не твой путь, – чуть хриплым голосом сказал Герат. И добавил: – Спасибо, Астер.

Мы помолчали, наслаждаясь мгновениями близости и спокойствия. Но карета ехала все медленнее по витым дорогам, ведущим к академии. Нужно успеть договорить.

– Тогда послушай, Астер, – сказал Герат, взял в руки мое лицо, вгляделся. – Мы должны действовать быстро. Быстрее, чем Клаус, который не отступится от тебя. Он упрям, как поганый земной баран. Нужно сделать все стремительно. Хорошим выходом было бы жениться на тебе, но если мы подадим прошение об объединении стихий, это тут же станет известно Статиру. А значит и Клаусу. Начнется настоящая война. Поэтому мы поступим по-другому. Завтра смена года. И завтра же утром королевская семья уезжает на море сроком чуть больше недели. За это время мы должны закончить отбор, а ты – победить в нем. Игры закончились. Мы проведем два-три испытания, серьезных, которые отсеют всех слабее тебя. Ближайшее назначу на второй день года, причем внезапно, так, чтобы слухи не успели дойти до двора. Я просто соберу претенденток. За эту неделю ты должна победить и стать Великой. Это работа, Астер, много тяжелой работы, но ты справишься. Как только победа в последнем конкурсе сделает тебя Великой, мы раскроем твою истинную силу, выпустим из кокона. Статус Великой защитит тебя от посягательств принца. Но начнется тайная война, уверен, он сделает все, чтобы так или иначе навредить нам. Такие юнцы не прощают обид.

– А если я не выиграю в испытаниях?! – спросила я с тревогой. Это Герат умеет действовать решительно и играть по-крупному. А я… я еще никогда этого не пробовала.

– Выиграешь! – Герат словно отрезал. – Но! До этого мы должны сделать еще две важные вещи. Первая: я должен узнать, что за тайная сила у Клауса, уж больно все похоже на произошедшее в давние времена…. И истинную роль самого Статира в смерти твоих родных. Оставь это мне. Второе: и вот тут тебе в помощь мэтр Соло – нужно выяснить, как вернуть тебе… полный статус Хранителя. Только вернув его и разбудив их, мы сможем выиграть войну против этого семейства.

– Что?! – изумилась я. – Вы всерьез думаете, что я могу это – разбудить драконов?

– Да, Астер, – сказал Герат. – Ведь разве не об этом ты мечтала ночами? Разве не снились они тебе, как всем потомкам Хранителей? Разве не к этому ты хочешь прийти… но боишься признаться себе в этом? Только став истинным Хранителем на драконе, ты сможешь одержать победу над нынешним правящим кланом и повести за собой народ. Знаешь… народу плевать, кто правит, лишь бы хорошо жилось. Сменить Статира будут рады многие, но много и тех, кого его власть полностью устраивает. А вот за молодой Гайнори на драконе пойдут все.

– Но я… – я судорожно схватилась за руку Герата, жаркую, прижатую к моей щеке. – Не уверена, что хочу править! И… вы?! Неужели вы хотите, чтобы я стала королевой?

– Не хочу, – усмехнулся Герат. – Вернее… мне наплевать на это. Но если в мире родился Хранитель, способный вернуть истинный ход вещей, то я искренне хочу, чтобы это произошло. Хранить – не обязательно править. Сама решишь, насколько тебе это нужно…

– Но мне придется довериться мэтру Соло! А я не сделала этого за столько лет…

– И возможно, была права. Возможно, именно твоя пугливая скрытность сохраняла тебе жизнь все эти годы. Да и сейчас не обязательно раскрываться ему… Изобрази интерес к истории, скажи, что я упоминал герцога Сампрэ и его странную историю, а тебя заинтересовали подробности. Скажи, что тебе кажется, будто у ректора какие-то странные планы, что он что-то знает и хочет изменить ход вещей. А ты, будущая Великая, тоже желаешь узнать это… Уверен, старый мэтр доверит тебе свои изыскания. Если кто и знает или может узнать, что нужно, чтобы разбудить драконов, то это мэтр Соло. Попробуй… Или…

– Никаких «или»! – я заглянула в глаза Герата. – Я тоже не вижу другого выхода. Просто никогда не думала, что… этот день придет… Что придется действовать по-настоящему. Только никто ведь не знает, где скрылись драконы, прежде чем заснуть… Узнаем, как разбудить драконов… Но где мы возьмем дракона?

В глазах Герата сверкнуло лукавство. Он выпустил из ладоней мое лицо и вдруг расхохотался.

Я в изумлении смотрела на него. Ректор, как всегда, поражал сменой настроения. Только что был предельно серьезен, решителен и строг. А теперь хохотал во всю мощь.

– Ты действительно не знаешь?!

А с кем ты ходила советоваться, прежде чем у тебя появился личный ректор?! У кого ты сидишь на хвосте, когда тебе особенно плохо? Кстати, не исключаю, что тебе его дух, бродящий неведомо где, иногда отвечает…

– Что-о?! – я изумленно уставилась на Герата. – Вы хотите, сказать, что один из них…?

– Да, Астер, твой отец знал это, – улыбнулся Герат. – Королевский дракон, тот самый, что носил на шее твоего далекого предка, спит в подземелье академии, а наивные адепты и прочие почитают его простой каменной статуей. Неплохая ирония судьбы, не правда ли?

Не может быть! «Моя» статуя? Мой каменный друг и советчик, которого я так давно не навещала? Не может быть.

– Почему вы не сказали мне раньше…? – чуть обиженно спросила я.

Герат пожал плечами:

– Мне не приходило в голову, что ты до сих пор не догадалась. Полагал, ты просто, как и я, не знаешь, как разбудить его. Впрочем, ты как раз это можешь…

– Тогда пойдемте к нему, – сказала я. – Думаю, ответ может знать не только мэтр Соло, но и сам дракон. Вдруг я его услышу…

В подземелье мы шли под пологом невидимости. Не нужно никому знать, что сразу после возвращения ректор с одной из фавориток зачем-то отправились ко всеми забытой «статуе» дракона. Я опиралась на крепкий, как у солдата, локоть Герата, а сердце билось… радостно, в предвкушении.

Впервые я шла сюда не для того, чтобы посмотреть на запечатленный в камне образ того, кто разделял с моими предками бремя хранить мир. Я шла, чтобы увидеть одного из них – настоящего, хоть и окаменевшего, когда предки Статира и Клауса лишили нас силы. Увидеть, погладить каменную чешую. И… может быть, поговорить.

Ближе к дальнему залу, где «лежал» дракон, была полная тьма, но древние светильники внезапно выплывали из-за поворотов, чтобы осветить нам дорогу. Наверное, так ходили здесь мои далекие предки. Те, кто строил Академию, те, кто установил эти светильники и велел им служить приходящим сюда во веки веков.

Сам зал, как всегда, казался огромным. Даже фигура дракона, свернувшегося кольцом, положившего голову на переднюю лапу, не выглядела такой грандиозной в нем.

Впрочем, когда мы подошли ближе, и белый свет мягко залил зал, мы с Гератом были букашками рядом с огромным древнейшим существом. Мы можем залезть ему на шею, и это будет выглядеть, словно мухи сели на него.

Из моих глаз потекли слезы.

Гайнир… Так звали королевского дракона. Того, кто носил несколько поколений королей Гайварда и Хранителей всего мира. Мое родовое имя «Гайнори» происходит от его имени.

– Гайнир! – произнесла я вслух, и со слезами, текущими по щекам, подошла к огромной голове с тремя шипами, похожими на рога. Глаза дракона были закрыты. По преданию, они должны быть цвета янтаря. У драконов – темного, у дракониц – более светлого. И зрачки в форме песочных часов, словно они отмеряют время, бесконечно длинное для этих почти бессмертных существ.

Я вытерла слезы рукой и положила мокрую ладонь на твердую драконью морду. Каменный, он выглядел серым. Но на самом деле… оживи и расправь он крылья… и мы бы увидели, что королевский дракон черный.

Впервые я гладила его, точно зная: под камнем все еще медленно бьется спящее сердце моего дракона.

– Поговори с ним, спроси, – сказал Герат. Он стоял чуть поодаль, сложив руки на груди. – Мне он не ответит. К сожалению, я не имею никакого отношения к драконам.

А мне вдруг вспомнился сон, где я летела на драконе с Гератом, и ветер играл в моих волосах. А ректор смеялся и обнимал меня сильными руками. Если когда-нибудь я… Если я выживу и полечу на драконе, подумала я, то обязательно возьму тебя с собой, мой дорогой, мой любимый ректор.

Ректор моего сердца.

Я прижалась щекой к каменной морде. Не холодная. Меня и раньше удивляло, что каменный дракон не остывает в холодном подземелья.

«Как мне вернуть тебя? Ответь! Я раскрою свою силу и верну тебя!» – мысленно повторяла я дракону.

… В древности Гайвардом был страной драконов. Разумный великодушных и мудрых существ, наделенных телом огромного ящера, несравненной магией и ментальной силой. Лишь в нашей стране селились они – у моря и в горах, порой бок о бок с людьми. Но в паре с величайшими магами людей они хранили баланс и гармонию во всем мире. Хранили мир от беспорядков, несправедливости, от пришествия демонов, что порой сочились из адских скважин под горами.

В те времена правили нашей страной мои предки – самые сильные маги, короли, что летали на королевском драконе Гайноре. Они же были главой ордены Хранителей. Тех самых магов, кто умел становиться всадником дракона, тех, кого драконы выбирали в пару.

Всех Хранителей отличало то, что, будучи стихийными магами, обладающими одной ведущей стихией, они владели так же и остальными стихиями. Не за счет «объединения стихий» между мужчиной и женщиной, когда тебе требуется партнер, чтобы владеть всеми четырьмя стихиями. А от рождения, и куда сильнее. Лишь такой маг мог быть другом, напарником и всадником дракона. Лишь таких они выбирали.

Это делало Хранителей непобедимыми и сильнейшими. А ведь по закону Гайварда, пришедшему из доисторических времен, править страной должен самый сильный магический клан. Таким всегда был род Гайнори.

Драконы – мудрейшие великодушные существа, и близость с ними, делала и Хранителей великодушными, приверженными справедливости и закону. Готовыми отдать свою жизнь ради блага мира и нашей страны. Хранителей любили, им доверяли, на них полагались не только в Гайварде, но и во всем мире.

Тысячелетия, когда Хранители на драконе, берегли наш мир, были «золотым веком», периодом истории, о котором слагают сказки и легенды. И упоминания о котором так не любит нынешняя власть, сделавшая все, чтобы стереть из памяти людей знания о тех временах. Это было время процветания для всех известных стран, время справедливости, время, когда мир дышал истинной, красивой, полноводной магией, употребляемой во благо.

Но «золотой век» всегда проходит. Находятся те, кто завидует силе и власти, пусть даже эта сила и власть служат на благо других. При дворе моих предков было много сильных магов, но они не владели всеми стихиями, лишь двумя, как все стихийники в наши времена. Поэтому им никогда было не стать Хранителями, ведь лишь полнота стихийных сил делает мага совместимым с драконом. Они завидовали правящей династии и другим Хранителями, полагая это несправедливым ходом вещей…

И однажды предок Статира – Саор Великолепный из рода Айзари – воспользовался древним законом, гласившим, что любой маг дворянской крови может вызвать на поединок правителя, и если докажет, что его магия сильнее – стать королем. Все думали, что исход этого Поединка был предрешен, ведь мой предок, король Трайдор Первый, владел всей полнотой стихийной магии.

Но… история повернулась по-другому.

Неведомым способом Саору удалось взять верх. По преданию Трайдор вдруг просто потерял силы… почти как мои родители три тысячи лет спустя… и Саору не составило труда выйти победителем.

Никто не знал, каким магическим приемом Саору удалось одержать верх, но то произошло на глазах у всех министров, придворных и даже Хранителей с их драконами. Саор мог бы просто взять власть, по древнему закону его признали бы королем, как сильнейшего мага. Но этого ему было мало…

Вероятно, Саор понимал, что Трайдор может в любой момент бросить ему ответный вызов. Понимал, что даже потеряв королевскую власть, он сохранит главное – свой статус Хранителя и главенство среди Хранителей. Саор и его приспешники били не против королевской власти. Она замахнулись выше – изменить ход вещей, уничтожить Хранителей с их невообразимой магической силой, как явление…

Поэтому, Саор не остановился, одержав победу. Неизвестным магическим способом на глазах у всех он лишил Трайдора половины стихий. Говорят, ему и его приспшникам удалось активировать какое-то древнее проклятие, но механизм до сих пор неизвестен.

Король бился от боли на арене перед всеми, а Саора быстро окружили его приспешники. Оказывается заговорщиков было немало… Они взяли короля в заложники, занесли над ним магический меч. И угрожая ему расправой, объявили Хранителей и их силу вне закона. Всем Хранителям было велено явиться на площадь, где их лишали половины силы, в противном случае их король умрет.

…И Хранители, верные своему сюзерену, спускались на арену, чтобы потерять половину своей магии… И тоже становились заложниками – ведь Саору со сторонниками нужно было избавить еще от одной, самой большой силы – драконов. Теряя половину стихий, Хранители теряли энергетическую, целостную связь со своими драконами. Но теплые чувства и верность оставались. И драконы не стали сжигать то место, где в руках негодяев находились их «братья».

Говорят, ужасное деяние продолжалось несколько дней… Саор приказал привести в столицу всех родственников Хранителей унаследовавших их кровь. Жен, дочерей, сыновей – всех. Всех теперь по закону Гайварда ждала смерть или лишение половины магии.

Все больше магов оказывалось в руках негодяев. Все больше драконов слеталось и кружило вокруг, и не могло нанести удар – ведь внизу были их напарники. И огромные ящеры ревели от бессилия, проклиная амбиции людей.

А когда все было кончено, и в мире не осталось наделенных полной стихийной магией всадников драконов, Саор объявил, что сохраняет всем им жизнь. Ибо теперь восстановилась справедливость – каждый миг может владеть лишь половиной стихий, никто не может стать первым за счет рождения в семье Хранителей. Он, Саор Справедливый – так стал он величать себя – сохранит жизнь и бывшему королю Трайдору, даже дарует ему герцогство. Одно из отдаленных герцогств. Позднее оно получило имя Сампрэ.

Но всякий, кто пойдет против воли короля, кто попробует возродить древние силы Хранителей, либо попробует летать на драконе – будет казнен. Бывший Хранители должны принять волю нового монарха, новый уклад вещей – или умереть.

Несколько одиноких Хранителей, не имевших ни жен, ни детей, ни престарелых родителей предпочли умереть. И их драконы взвыли в небе, когда меч палача, назначенного Саором, сносил их головы.

У Трайдора и других Хранителей были семьи, ставшие заложниками. Семьи, чья жизнь будет заложником отныне. И им пришлось принять то, что Саор назвал «новым укладом жизни».

Драконы же, видя творящееся … Что могли они? Уничтожить, сжечь всех, не разбираясь где кто? Нет, драконы не убивают людей, кроме как ради баланса.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю