Текст книги "Соблазнение волчицы (ЛП)"
Автор книги: Лиа Дэвис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Глава 3
«Невменяемость».
Это может быть единственным ответом. Он потерял рассудок после того, как отключился и очнулся. Женщина, стоявшая перед ним, зажгла в нем дикий огонь, как никто другой. Этот поцелуй подлил масла в огонь, усиливая неистовую потребность, пронизывающую его. Он и не подозревал, что Стокгольмский синдром развивается так быстро.
Когда она оттолкнулась от двери и направилась к нему, его член дернулся.
«Гребаный предатель».
Бастиан сжал руки в кулаки, чтобы не потянуться к ней и не совершить какую-нибудь глупость. Нет, он не мог снова прикоснуться к ней. Он должен придумать, как выбраться оттуда.
– Коди выздоравливает, и я больше ничего не могу сделать. Отвези меня домой и позвони, если тебе что-нибудь понадобится.
Она отвела взгляд и опустилась на диван. Его последнее заявление было слишком заманчивым.
– Я отвезу тебя утром, когда буду уверена, что с Коди все будет в порядке.
– У меня есть работа. Люди будут искать меня, если я не объявлюсь.
Он не был уверен, насколько это правда, но это привлекло ее внимание.
Женщина перевела взгляд на него и нахмурилась, сдвинув брови. Ее рот открылся, потом закрылся, прежде чем она тихо выругалась и откинулась на спинку дивана. Через мгновение она заговорила.
– Мне нужно, чтобы ты позаботился о Коди.
Он сжал челюсть, изо всех сил стараясь не наброситься на нее. Сделав глубокий вдох, Бастиан заставил себя говорить спокойно.
– Почему я не мог сделать этого в больнице?
– Я не могу тебе сказать.
– Черт возьми, Алана.
Она вскочила на ноги и двинулась быстрее, чем он мог уследить.
«Невозможно».
Оказавшись в нескольких дюймах от него, женщина зарычала.
– Коди – мой сын. Моя ответственность. Если я сказала, что не в больнице, я это и имею в виду.
Мистер Хороший Парень снял перчатки.
– Значит, ты меня похитила? Полиция разыскивает вас? Что ты скрываешь?
Ее зрачки слегка расширились, прежде чем она повернулась, чтобы пройтись по маленькой гостиной.
– Есть вещи, которых ты не понимаешь, и тебе лучше таковых не знать.
– Это не ответ.
Она замерла и повернулась к нему лицом. Мускулы на ее лице напряглись.
– Если я поделюсь с тобой своими секретами, смогу ли доверять тебе, что ты не расскажешь их? Я не эгоистка. Твой вид истребляет то, что они не понимают. Их предрассудки причиняют боль не только мне, но и моей семье. Я не могу этого допустить. Никогда.
Понимание нахлынуло на него, и часть его напряжения спало.
– Ты что, ведьма?
Ее глаза округлились.
– Что?
Бастиан сел в кресло.
– Моя бабушка говорила, что она ведьма. Остальные члены семьи говорили, что она сумасшедшая. Она жила одна. Я был единственным, с кем она разговаривала.
– Ты ей поверил? – тон Аланы смягчился.
Он пожал плечами.
– Я не знал, чему верить. Она сказала, что у меня открытая душа, и была права. Я могу чувствовать некоторые вещи. В основном, когда люди лгут, что-то типа сильной интуиции.
Алана опустилась на диван.
– Кровь ведьмы, – она сделала паузу, словно тщательно подбирая слова. – Я телепат.
Ее признание удивило его не так сильно, как следовало бы. С другой стороны, для него было больше смысла, если она была бы ведьмой со всем, что произошло с тех пор, как они встретились. Кроме того, Коди выздоравливал слишком быстро для человека.
– Когда я рос, я не знал во что верить, но наблюдал, как бабушка готовит зелья. Наверное, я похоронил эту часть своей жизни, чтобы соответствовать другим.
– У тебя есть какие-нибудь магические способности?
Усмехнувшись, он покачал головой.
– Нет, просто сильная интуиция, о которой я говорил.
– Я уверена, ты заметил, как быстро Коди поправляется. – Когда он не ответил сразу, женщина продолжила, не глядя на него. – Ты понимаешь, почему я не могла позволить ему лечь в человеческую больницу.
– Да. Однако ты все равно не сможешь удержать меня здесь. Слишком много вопросов возникнет.
Она провела невидимый узор по своим джинсам.
– Я стерла нас из их памяти. Брок занялся компьютерными файлами. Ты, я и Коди вообще не были в Рапид-Сити сегодня.
***
Алана выдержала взгляд Бастиана, пока ее волчица рычала и огрызалась на нее за то, что она солгала их паре.
«Я не солгала, да. Я просто позволила ему поверить в неправду. Есть разница».
– Значит, ты телепат, который может управлять разумом?
Хмурый взгляд появился на его лице, когда мужчина поджал губы. Резкая перемена в его запахе подсказала ей, что он изо всех сил старается сохранять спокойствие.
– Я не контролирую разум. Я могу изменять воспоминания, читать мысли и усыплять людей.
Она не стала говорить, что может убивать людей, потому что, да, тогда он действительно взбесится.
Бастиан замолчал, словно пытаясь все переварить. Когда волчица укусила ее изнутри, женщина вздохнула и хотела заговорить, но Бастиан поднял руку.
– Так вот что ты со мной сделала? Уложила меня спать? Почему бы просто не стереть мои воспоминания, как другим?
Вопрос года.
«Черт».
– Я не могу сказать тебе больше, чем уже сказала.
Он покачал головой, наблюдая за ней.
– Мне следовало бы обратиться в полицию, но они запрут меня в комнате с мягкой обивкой. Черт, я действительно близок к тому, чтобы признаться в психическом заболевании.
Чувство вины скрутило Алане живот.
– Мне очень жаль. Я не могу проникнуть в твои мысли. Я не понимаю, почему так получилось. – Ее волчица зарычала на эту ложь, и Алана на мгновение зажмурилась. – Я испугалась и облажалась.
Поднявшись с кресла, Бастиан пересек небольшое пространство и опустился перед ней на колени.
– Что ты теперь будешь делать?
– Я не уверена. Я имею в виду, что могу отпустить тебя домой, если ты пообещаешь никому не говорить ни обо мне, ни о Коди.
«Пожалуйста, обещай».
Если он нарушит молчание, это уничтожит ее и волчицу. Райкер убьет его или заставит ее сделать это.
В носу у нее защипало, а перед глазами все поплыло. Когда она опустила голову, Бастиан взял ее за подбородок, заставляя посмотреть на него.
– Секреты разрушают жизни.
– Некоторые секреты спасают жизни.
Он опустил плечи.
– Я не понимаю, какие чувства ты во мне пробуждаешь. Я хочу разозлиться на тебя, вытрясти из тебя правду. И все же я не могу заставить себя сделать это. Я сошел с ума? Может быть.
– Обещай мне, что ты никому об этом не расскажешь, а утром я отвезу тебя домой.
Ее волчица злилась и скулила от досады одновременно. Да, Алана тоже не хотела, чтобы он уходил. Но какую жизнь она могла бы ему предложить, даже если бы он смог принять ее истинную природу? Душевная боль от отказа была бы слишком сильна для нее. Единственным выходом было отпустить его и убедиться, что он сдержит свое обещание.
– Да, я обещаю.
Она вздохнула с облегчением.
– Я собираюсь проверить Коди и позвонить.
Надеясь, что он поймет намек на то, что она хочет уединиться, Алана прошла в комнату Коди и закрыла дверь, прежде чем вытащить свой сотовый.
Дрю ответил после первого же гудка.
– Как Коди?
Алана взглянула на сына, и ее напряжение немного ослабло.
– Ему уже лучше, – она замолчала, подыскивая слова. – Бастиан ничего о нас не знает. Он думает, что я ведьма.
– Ты позволила ему поверить в это?
– Да. У него бабушка была одной из них. Для него это имеет смысл, я думаю.
От тяжелого вздоха Альфы по ее спине пробежала дрожь.
Ей больно лгать своей паре, это в десять раз хуже, чем лгать своему Альфе.
– Я думаю, что он моя пара.
Тишина просачивалась через телефон, скручивая внутренности. Она села рядом с Коди и погладила его.
– Дрю, прости меня. Я облажалась, но я испугалась… я….
Он издал низкое рычание.
– Человек – твоя ответственность. Пара или нет. Все ясно?
– Да.
– Отдохни немного, Алана. Держи меня в курсе, как дела у Коди.
– Так и сделаю. Она закончила разговор и посмотрела на Коди, надеясь, что он скоро проснется и сможет сказать ей, кто в него стрелял. Все это время она прикидывала, как бы ей поступить с Бастианом. Одно было точно, она не могла игнорировать желание спариться с ним. Она должна рискнуть, так или иначе. Даже если это означало прожить всю оставшуюся жизнь с разбитым сердцем, если он отвергнет ее.
Глава 4
Подкатив свой Харлей 1960 года выпуска, Алана остановилась на пустом парковочном месте перед квартирой Бастиана на первом этаже. Перемахнув одной ногой через мотоцикл, он снял шлем и, отвернувшись от женщины, которая разжигала в нем страсть, которую он никогда не испытывал, прошел несколько шагов и остановился. Его губы все еще покалывало от их поцелуя в домике. Что-то в ней не давало ему покоя. Он хотел бы узнать её поближе.
Обернувшись, он заметил, что она стояла в нерешительности. Глубоко вздохнув, он повернулся к ней и спросил:
– Зайдешь?
Утвердительно кивнув, она заглушила мотоцикл и спешилась.
Пока они шли к двери, пространство между ними заполняла тишина. Ее духи с ароматом жасмина обволакивали его, словно просачиваясь под кожу.
«Немыслимо».
С другой стороны, за последние несколько часов произошли пара вещей, которые можно было бы отнести к невозможным.
Отперев дверь, он толкнул ее и отступил в сторону, пропуская Алану. Проходя мимо, она отвела взгляд, осматривая его небольшую однокомнатную квартиру. Окинув взглядом свою скромную обитель, он поморщился, охваченный желанием выдернуть ее из своей квартирки, больше походившей по размеру на шкаф, и сбежать куда-нибудь еще. Но куда? Покачав головой и закрыв за собой дверь, он направился к холодильнику на крошечной кухне слева от них.
– Выпьешь что-нибудь?
Подняв на него взгляд, она покачала головой.
– Я не могу остаться.
Конечно, он знал это, но черт его подери, если ему не хочется удержать ее, узнать побольше о красавице-брюнетке, сканирующей его квартиру любопытными глазками. На самом деле ситуация была паршивой, он не мог противиться ее очарованию. Хотелось прикоснуться к ней и снова поцеловать. Если бы он верил в любовь с первого взгляда, то мог бы лучше разобраться в своей реакции. Черт, он не мог вспомнить, чтобы его так тянуло к Эве, его бывшей жене, когда они впервые встретились.
Она подошла к телевизору с плоским экраном – единственной роскоши в этом месте – и присела на корточки, чтобы изучить небольшую коллекцию фильмов, сложенных рядом на полу. Когда она перебирала диски, коса ее скользнула по плечу, привлекая внимание к изгибу груди.
«Твою ж мать…»
Зачем он позвал ее?
Не говоря ни слова, Алана повернулась и направилась к нему. Приблизившись, задержала на нем взгляд своих голубых глаз. Остановившись в нескольких дюймах от него, нерешительно подняла руку и погладила его по щеке. От ее прикосновения по лицу распространилось тепло.
Синева ее взгляда потемнела до цвета сапфиров, после чего, поднявшись на цыпочки, она прижалась губами к его губам. Желание разгорячило кровь, а голова закружилась от опьяняющей страсти. Член уперся в хлопчатобумажную ткань боксеров под медицинской формой. Низко застонав, Алана запустила пальцы в его волосы, притягивая его ближе и просовывая язык ему в рот.
Искорки желания пробежали по его телу, заставляя желать большего. Схватив за задницу, он приподнял ее. Обвив его талию ногами, она потерлась киской о его эрекцию. У нее вырвался тихий стон, похожий на рык. Все связные мысли о том, почему спать с ней было неправильно, сгорели в пламени, сменившись непреодолимой потребностью обладать ею всеми возможными способами.
Подойдя ближе к дивану, он опустился так, что спина Аланы оказалась на подушке. Проведя рукой вверх по блузке, обхватил ладонями скрытую кружевами грудь. Низкое рычание, звучащее скорее по-звериному, чем по-человечески, сотрясло ее. Вздрогнув, он резко поднял голову, прерывая поцелуй, чтобы взглянуть в ее опьяняющие глаза.
Нахмурив брови, она толкнула его в грудь.
– Это неправильно.
Легкая паника в ее голосе заставила его отпустить ее и позволить сесть.
– Тогда почему это кажется таким правильным?
Поправив блузку, она бросилась к двери.
– Я не могу, это была ошибка. Я должна идти. Прости.
Не успел он опомниться, как она вышла из квартиры. Прошло еще мгновение, прежде чем он услышал, как ее мотоцикл с ревом сорвался с места и выехал со стоянки. Показав неприличный жест, он повалился на диван. Эта женщина была как наркотик – красивая, вызывающая привыкание и опасная для его сердца.
***
Сбежав из квартиры Бастиана, где его запах заполнял каждый дюйм однокомнатного пространства, она поехала в бар Джи – захудалое местечко в центре Лос-Лобоса и главное пристанище стаи Тао. С его обшарпанными фасадами он выглядел не очень. Бар нуждался в ремонте. Впрочем, как и весь город.
Припарковав свой мотоцикл у входа, она оглядела обветшалый фасад, ни на чем определенном не задерживаясь. Бастиан заполнял ее разум и чувства. Его пьянящий кедровый аромат впитался в кожу. Поцелуй не позволил ей проникнуть в его мысли, как она намеревалась. Вместо этого он лишь подтвердил то, что она отчаянно пыталась отрицать. Он ее пара.
«Проклятье…»
Сняв шлем, она слезла с мотоцикла и вошла в пыльное здание. Грубые каблуки ее поношенных лодочек стучали по старому деревянному полу, пока она шла к барной стойке. Справа от нее в конце бара сидела пара знакомых по стае, и еще парочка – за столиком в дальнем углу. Кивнув официанту Полу, она забралась на барный стул.
Мысли о Бастиане грозили поглотить ее. Она все еще ощущала его поцелуй, и ее чертова волчица поднималась под кожей, слишком близко к поверхности. Положив руку на стойку бара, она тихо выругалась. Ей не следовало отпускать его. И все же у нее не было никаких причин удерживать его, кроме желания, чтобы он был рядом.
Бутылка пива опустилась на стойку перед ней, привлекая ее внимание к крупному мужчине, смотрящему на нее сверху вниз.
– Спасибо, Джи.
Он хмыкнул и стал протирать полотенцем стаканы для напитков.
– Рассказывай, девочка.
Сделав глоток пива, она внимательно посмотрела на него. Джи был вер-медведем, ростом около шести футов семи дюймов и весом более трехсот фунтов. Почему он жил с волчьей стаей, никто не знал. Он отказывался говорить о чем-либо личном. Впрочем, медведь все всегда про всех знал.
– А ты знаешь других телепатов типа меня?
– Парочку.
– Ты слышал о том, что кому-то из них не удавалось прочитать мысли?
Поставив стакан, который вытирал, в шкафчик позади себя, он повернулся, чтобы взять другой.
– Бывает такое.
Взяв свое пиво, она сделала еще один глоток, давая себе и своей волчице время, прежде чем задать следующий вопрос. Ей никогда не удавалось держать язык за зубами. Брок дразнил ее тем, что у нее голова не ведает, что творит язык. И все же ей не стоит дразнить медведя, особенно, когда она жаждала ответов.
– Я никогда не сталкивалась с преградой. Наверняка ты слышал о Коди.
Когда он кивнул, она продолжила:
– У человеческого доктора есть какой-то ментальный щит, через который я не могу проникнуть.
Отставив стакан, он уставился на нее, не выражая при этом никаких эмоций.
– А где он сейчас?
Сглотнув, она изо всех сил старалась не наговорить лишнего. Тем более, она уже обсуждала с Дрю Бастиана. Не хотелось бы обсуждать это и с медведем.
– Что все это значит? Есть ли способ обойти его защиту?
– Так, где же он? – спросил он, оперевшись обеими руками о стойку и склонившись к ней.
«Черт возьми».
– Дома. Но он ничего о нас не знает. Дрю говорит, что он под моей ответственностью.
Медведь тихо прорычал:
– Откуда ты это знаешь, если не можешь его прочитать?
«Хороший вопрос. Чертов медведь».
– Я просто знаю.
– Тогда у тебя есть ответ на твой собственный вопрос.
Выпрямившись, он бросил полотенце на стойку и исчез в кухне.
«Великолепно».
– Алана.
Обернувшись на знакомый голос, она улыбнулась при виде Джады, одной из мамочек, помогавших в детском саду и начальной школе.
– Привет.
Обняв ее, Джада протянула ей бумажный пакет.
– Привет. Я как раз направлялась к твоему дому, когда заметила твой байк, припаркованный перед входом. Это для Коди. Куриный суп-лапша с дополнительной курицей, такой, как он любит.
– Спасибо. Ему понравится, когда он проснется.
Покорно опустив взгляд, и покраснев от смущения, волчица спросила:
– Как он?
– Поправляется и отдыхает.
– Это хорошо. Почему он покинул территорию стаи?
– Понятия не имею, но узнаю, когда вернусь в хижину.
Застенчиво улыбнувшись, Джада сказала:
– Отправь его сюда после того, как Дрю и Райкер закончат с ним. У меня есть для него работенка.
– Так и сделаю, – Алана рассмеялась. – У парня будет, чем заняться, и, надеюсь, он дважды подумает, прежде чем снова улизнуть.
– О, я надеюсь на это.
Спрыгнув с барного стула, Алана сжала руку Джады.
– Еще раз спасибо за суп. Мне пора возвращаться.
– Скоро увидимся.
Джада повернулась и вышла из бара.
Алана улыбнулась от облегчения на сердце. Такие смиренные, как Джада, поддерживали надежду и веру стаи. Теперь, когда Дрю был альфой, а Магнум мертв, лидеры и беты могли выполнять свою работу по защите стаи.
Выйдя из бара Джи, Алана села на байк и вздохнула. Джи не очень поспособствовал в поиске ответов. С другой стороны, он никогда этого не делал. Она ни в чем не была уверена, особенно в том, что Бастиан был ее парой. Однако она не могла отвернуться от него. Она сама встала на этот путь, когда похитила его из больницы. Боже, она надеялась, что он не слишком испугается, когда она соберется с духом и скажет ему, что может превращаться в волка.
***
Сидя на диване, Бастиан сделал глоток виски, потом еще один, пытаясь выбросить из головы красивую брюнетку. Лицо Аланы стояло у него перед глазами с того самого момента, как она сбежала из его квартиры. Она была не похожа ни на кого из тех, кого он знал. Независимая, сильная, красивая, вызывающая у него острое желание, которое он не мог прогнать. Он пытался, но облегчение не наступало.
Желание сесть в машину и выследить ее не давало ему покоя, но его машина отсутствовала на парковке у въезда. Она была все еще у больницы, где Алана его нашла.
Просто отлично, он жаждал женщину, которая похитила его.
А после отшила.
Она позволила ему поверить, что она ведьма. Почему-то ему показалось, что все не так просто. Когда Бастиан извлекал пулю из Коди, он ожидал гораздо большего внутреннего повреждения, но ткани вокруг пули выглядели так, как от старой раны. У парня не было никаких внешних шрамов, свидетельствующих о том, что он уже перенес операцию.
Зазвонил телефон, и он нахмурился. Взяв сотовый, он заметил текстовое сообщение с неизвестного номера. Открыв его, он улыбнулся тексту.
«Это Алана. Не спрашивай, откуда у меня твой номер. Тебе лучше не знать. В любом случае, я просто хотела сообщить, что Коди проснулся и поправляется».
Решив ответить, он напечатал:
«Спасибо. Когда я смогу тебя снова увидеть?»
После длительного молчания, удивив его, она все-таки ответила.
«Скоро приеду».
Закрыв сообщение, он положил телефон на кофейный столик. Если он может что-то сделать, то увидит ее раньше, даже если ему придется ее выследить. Потому что, нравится ей это или нет, ей придется ответить на все его вопросы. Он был не против вытянуть из нее правду.
Глава 5
Алана поставила телефон на беззвучный режим, затем положила его на тумбочку и накрыла Коди одеялом. Когда она вернулась в хижину, он снова превратился в человека. Бедный малыш спал всю ночь в волчьем обличье, исцеляясь. Она убрала его слишком длинные волосы с глаз и улыбнулась, когда парнишка открыл глаза.
– Привет, малыш.
Он наморщил лоб и оглядел комнату.
– Привет. У меня неприятности, да?
– Да.
Она провела костяшкой пальца по его щеке.
Коди едва исполнилось два года, когда она нашла его в волчьем обличье в лесу, растерянного, испуганного и голодного. Она не знала, как долго он лежал, свернувшись калачиком, рядом с телами своих мертвых родителей, но Алана предположила, что прошло не меньше трех дней. Волчьи тела начали вонять.
Потребовалось много терпения и несколько недель, прежде чем Алана заставила ребенка снова превратиться в человека. Еще дольше он приучался к тому, что она не причинит ему вреда. Ее материнские инстинкты ожили и осыпали Коди любовью.
– Не хочешь рассказать мне, почему ты улизнул и как тебя подстрелили?
Он уставился в потолок.
– Я должен был встретиться с Меррибеллой у водопоя, но она не смогла прийти. Итак, я пошел прогуляться.
Алана удивленно подняла брови.
– До самого Рапид-Сити?
– Я не знаю, почему. Я только хотел идти.
Парень пожал плечами и опустил взгляд.
Вздохнув, она приподняла пальцем его подбородок.
– Так, ты куда-то шел. Что случилось, когда ты добрался до города?
– На самом деле я не уверен. Приехав в Рапид-Сити, я решил пойти посмотреть фильм, но там был волк, которого я никогда раньше не видел. От него не пахло стаей, – Коди наморщил лоб, словно вспоминая это событие. – Он повернулся ко мне, понюхал воздух, и вытащил пистолет. Люди закричали, и, прежде чем я понял, что произошло, он выстрелил в меня.
«Черт».
Ублюдок. Вот, что произошло. Может быть, кто-то затаил обиду на Магнума и не получил памятку о его смерти.
– Ты не знаешь, был ли он пойман или раскрылся людям?
Коди покачал головой.
– Нет. Прости, мам.
– Все в порядке, детка. – Она сжала его руку. – Ты можешь описать, как выглядел волк?
– Да, мам.
Поднявшись, она взяла телефон и набрала номер Брока, а затем вышла в гостиную.
Ее брат ответил после первого же гудка.
– Да.
– Мне нужно, чтобы ты приехал. У нас может быть проблема.
Она повесила трубку, прежде чем брат успел задать вопросы, на которые она отказалась бы отвечать по телефону. Ей не нужно объясняться с Броком, потому что у них была связь, близкая к той, что была у близнецов. Он поймет ее и сразу же приедет.
Подойдя к маленькому письменному столу в углу гостиной, она достала один из блокнотов и карандашей Коди. Он любил рисовать и проявлял удивительный талант к искусству.
Когда она вернулась в спальню, он уже приподнялся на кровати.
– Как ты себя чувствуешь?
– Сносно. – Она протянула ему блокнот и карандаши, и парень с улыбкой взял их. – Спасибо.
– Брок скоро будет здесь. Я хочу, чтобы он передал рисунок Райкеру и тот мог показать его другим инфорсерам.
Она повернулась к двери, оставив его рисовать лицо негодяя.
Вытащив телефон, Алана села на диван и уставилась на текстовое сообщение. Бастиан послал еще одно, пока она разговаривала с Коди. Ее пульс слегка участился при мысли, что она снова увидит его. Снова почувствует его запах, вкус.
Эти слова вызвали растущую потребность внутри нее.
«Поужинай со мной завтра у меня дома».
Закрыв приложение, она положила телефон на кофейный столик и опустилась на диван. Как только возникло желание спаривания, его уже нельзя остановить. Черт возьми, Райкер спарился с человеком. Дрю снял запрет на такие отношения и сделал каждого волка полностью ответственным за своего человека.
Может ли она так рисковать своим сердцем? Если Бастиан отвернется от нее и скажет другим людям, что волки существуют, это поставит под угрозу стаю, и они оба будут убиты.
При этой мысли у нее защемило сердце. С рычанием она вскочила на ноги и направилась к двери. Все это было хреново и нелепо одновременно.
«Ты просто цыпленок, Алана».
Она встретится с доктором за ужином и заставит его дать клятву молчания.
Она рывком распахнула дверь и подскочила при виде Брока.
Он поднял бровь.
– Куда-то собралась?
Закатив глаза, она повернулась и повела его в комнату Коди. Прежде чем они подошли к двери, Брок схватил ее за локоть, привлекая внимание.
– Да что с тобой такое?
Она покачала головой.
– Позже. Прямо сейчас, мы должны беспокоиться о возможной угрозе, нацеленной на стаю.
Брок снова приподнял бровь, чем вызвал ее раздражение, потому что знал, что это ее раздражает. Тяжелый вздох сорвался с ее губ, и Алана прислонилась к стене.
– В Коди стрелял волк.
После того, как она закончила рассказывать ему то, что сказал ей Коди, Брок разразился потоком проклятий.
– Это нехорошо.
– Согласна. Коди рисует лицо мужчины. Я хочу, чтобы Райкер и Дрю посмотрели на него, чтобы увидеть, узнают ли они его и поделились с инфорсерами информацией.
Алана оттолкнулась от стены, не давая ему больше времени задавать вопросы. Ее брат отлично управлял разговором, чтобы получить нужную информацию. Ей не нужно было читать его мысли, чтобы понять: как только они останутся одни, он тут же начнет задавать кучу вопросов о ней и Бастиане.
Войдя в комнату, Алана одарила Коди теплой улыбкой. Парень перевел взгляд с нее на Брока, потом нахмурился и протянул ему блокнот.
Брок изучил рисунок, прежде чем вырвать страницу.
– Ты помнишь о нем что-нибудь особенное?
Коди покачал головой.
– Ничего необычного. Он был хорошо одет, как будто у него есть деньги.
Брок протянул руку и взъерошил ему волосы.
– На следующей неделе ты поедешь к вдове Джеймисона и поможешь ей со всем, что ей нужно сделать. Она сказала что-то о том, что ее курятники нуждаются в хорошей уборке.
Дрожь пробежала по телу Коди, когда он опустился на кровать.
– Да, сэр.
– Ты голоден? Я могу разогреть суп, который прислала Джада.
Коди покачал головой, его веки закрылись.
– Не прямо сейчас.
– Окей. Я буду здесь до конца ночи, так что просто кричи, если я тебе понадоблюсь или проголодаешься.
Он кивнул и устроился поудобнее под одеялом. Алана взглянула на Брока, вздохнула и жестом велела ему выйти из комнаты. Вместо того чтобы сесть, она пошла на кухню и достала пару бутылок воды.
– А где же человек? – окликнул ее брат из гостиной.
Она на мгновение закрыла глаза, прежде чем войти в комнату.
– Я отвезла его домой.
Брок взял предложенную ей воду и впился в нее взглядом, мускулы на его челюсти напряглись. Она ожидала, что он закричит или, по крайней мере, прочитает ей лекцию о том, как опасно то, что Бастиан может разоблачить их. Но вместо этого ее брат покачал головой, подошел к креслу и сел.
– Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – сказал он спустя мгновенье.
Издав разочарованный рык, Алана упала на диван.
– Понятия не имею. Моя волчица думает, что он – моя пара.
– Волчица знает.
Она прищурилась, глядя на него.
– Ты мне не помогаешь. Спаривание с человеком – сложная штука…
Брат пожал плечами.
– Ха. Ты спрашиваешь меня? Моя пара – не человек. Но, честно говоря, ты не узнаешь, пара он тебе или нет, если не попробуешь.
Ее тело напряглось.
– Что ты такое говоришь?
– О, не знаю, проверь, действительно ли он твоя пара. Не отгораживайся от него, если это так. – Брок встал и потянулся. – Я отнесу набросок Серене и посмотрю, что она откопает.
Серена была молодой волчицей с древней ведьмовской родословной. Многие считали ее оракулом, хотя покорная волчица говорила, что ее способности непредсказуемы и она не любит использовать их слишком часто.
Оракул тоже избегала Брока. Алана подумала, не ее ли брат начал брачный ритуал. Только другие мужчины могли сказать наверняка. Изучая брата, пока он шел к двери, она улыбнулась.
– Ты должен следовать своему собственному совету, брат. Не отгораживайся и от своей пары. И не дави на нее слишком сильно.
Он издал низкое рычание, прежде чем выйти из хижины, закрыв за собой дверь и закончив разговор. Алана рассмеялась, но это было недолго, потому что ее телефон снова зазвонил.
«Черт подери!»
Еще одно сообщение от Бастиана: «Какие твои любимые блюда?»
Упертый чертов человек. Она ответила: «Я буду в семь».
Да поможет ей бог не совершить самую большую ошибку в своей жизни.
