![](/files/books/160/oblozhka-knigi-shpaga-rianona-5885.jpg)
Текст книги "Шпага Рианона"
Автор книги: Ли Дуглас Брэкетт
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 6
НА МАРСИАНСКОМ МОРЕ
Наконец галера попала в полосу бриза и рабам было позволено отдохнуть. Карс снова уснул. Когда он проснулся во второй раз, светало.
Сквозь ряды весел он следил за тем, как море изменяло свой цвет с восходом солнца. Он никогда не видел зрелища более прекрасного. Вода поймала первые бледные отсветы солнца и утеплила их собственными фосфоресцирующими – огненно-аметистовым и жемчужным, розовым и сапфировым.
Потом, когда солнце поднялось выше, море превратилось в один огромный слиток расплавленного золота.
Карс наблюдал за этим зрелищем до тех пор, пока последние краски не исчезли, вернув воде ее прежний белый цвет. Ему было жаль, когда все кончилось. Зрелище было таким нереальным, и он мог представить себе, будто снова уснул у мадам Кан на Лоу Кэнэл, и ему снился сон, вызванный слишком большим количеством тхила.
Богхаз беззаботно посапывал рядом с ним. Барабанщик спал подле своего барабана. Рабы отдыхали, склонившись над веслами.
Карс посмотрел на них. Все они были грязны и хранили следы перенесенных побоев – большей частью осужденные преступники, – решил он.
Он подумал, что мог бы узнать среди них джеккериан, валкисиан и кесхийцев.
Но некоторые из них, например, третий человек на их весле, были иного племени. Кхонды, заключил он, и не удивительно, что его по ошибке приняли за одного из них. Это были крупные ширококостные мужчины со светлыми глазами и белокурыми или рыжеватыми волосами того варварского вида, который нравился Карсу.
Он посмотрел туда, где лежали раньше два существа. Эти явно принадлежали к тому же племени, что и те, что приветствовали его накануне с корабля.
Они не были людьми. Не в полном смысле этого слова. Они походили одновременно и на тюленя и на дельфина. Тела их были покрыты короткой темной шерстью. Черты их лиц были тонкими и красивыми. Они отдыхали, но не спали и глаза их были открыты – большие, темные и очень умные.
Они, догадался он, были теми, кого джеккериане называли пловцами.
Интересно, подумал он, какую же роль они выполняют на корабле.
Одно из существ было женского, другое – мужского пола. Почему-то он не мог подумать о них, как о животных – самке и самце.
Он обнаружил, что они изучают его внимательно и с любопытством.
Легкая дрожь пробежала по его телу. В их глазах было что-то необычное, как будто взору их было доступно нечто такое, что недоступно взгляду человека.
Женщина мягким голосом сказала:
– Добро пожаловать в братство бича.
Тон ее был дружелюбным. И все же он чувствовал в нем какую-то сдержанность, нотку замешательства.
Карс улыбнулся ей:
– Спасибо.
И снова он осознал, что говорит на старом марсианском наречии с акцентом. Ему было трудно объяснить к какой расе он принадлежит. Он не сомневался, что сами кхонды не сделают той ошибки, которую сделали джеккериане.
Следующие слова пловца подтвердили его уверенность.
– Ты не кхонд, – сказала женщина, – хотя и похож на этот народ. Где твоя страна?
Вмешался грубый мужской голос:
– Да, где она, чужеземец?
Карс обернулся посмотреть на крупного раба-кхонда, третьего на весле, и встретил взгляд, полный враждебного подозрения.
Человек продолжал:
– Кое-кто болтал, будто ты – пойманный шпион-кхонд, но это ложь. Ты больше похож на джеккерианина, замаскированного под кхонда и присланного сюда сарками.
Волна шепота пробежала по рядам гребцов.
Карс и раньше понял, что ему придется кое-что о себе рассказать, и немного приготовился к этому рассказу. Теперь он заговорил:
– Я не джеккерианин, я принадлежу к племени, которое живет за Схуном.
Это так далеко, что здесь мне все кажется новым и непонятным.
– Может быть, – недовольно проворчал большой кхонд. – У тебя странный вид и говоришь ты странно. Что привело сюда тебя и этого толстого валкисианина?
Богхаз уже проснулся к тому времени и сам ответил на вопрос:
– Мы с моим другом были ловко обвинены сарками в воровстве! – мрачно сказал он. – Какой позор… Я, Богхаз из Валкиса, обвинен в мелком жульничестве! Какая ужасная несправедливость!
Кхонд презрительно сплюнул и отвернулся.
– Еще бы.
Теперь Богхаз решился прошептать Карсу:
– Они будут считать нас парой осужденных воров. Пусть они лучше думаю так, мой друг.
– А разве для тебя это не так? – сердито бросил Карс. Богхаз посмотрел на него внимательным взглядом острых маленьких глаз.
– А для тебя, друг?
– Ты меня слышал… Я пришел из мест за Схуном.
«Из-за Схуна и из-за всего этого мира», – мрачно подумал он. Но ведь не мог же он рассказать этим людям невероятную правду о себе.
Толстый валкисианин пожал плечами.
– Если тебе хочется упорствовать, то пусть будет так. Я согласен. Я тебе доверяю. Разве мы не партнеры?
Карс кисло улыбнулся на этот искусный вопрос. В наглости этого вора было нечто такое, что забавляло его.
Богхаз заметил его улыбку.
– А, ты думаешь о той злосчастной жестокости, которую я проявил прошлой ночью. Но это был всего лишь порыв. Забудем об этом. Я, Богхаз, уже забыл, – добавил он великодушно. – Но остается тот факт, что ты, мой друг, владеешь тайной… – он понизил голос до шепота, – гробницы Рианона.
Счастье, что Скайлд слишком невежественен для того, чтобы опознать шпагу!
Эта тайна, если верно взяться за дело, может сделать нас самыми великими людьми на Марсе!
Карс спросил его:
– Чем же так важна гробница Рианона?
Этот вопрос вывел Богхаза из состояния равновесия.
– Ты хочешь сделать вид, будто не знаешь об этом?
Карс напомнил ему:
– Я же сказал тебе, что пришел из такого далека, что этот мир совсем нов для меня.
На толстом лице Богхаза отразилось недоверие и замешательство одновременно. Наконец он сказал:
– Не могу решить, действительно ли ты тот, за кого себя выдаешь, или притворяешься невежественным для собственной цели.
Он пожал плечами.
– В любом случае ты так или иначе смог бы услышать историю от других.
А я должен тебе доверять.
Он быстро забарабанил пальцами, внимательно глядя на Карса.
– Даже последний варвар должен был бы слышать о сверхлюдях Куири, давным-давно владевших всей властью и мудростью ученых. И о том, как Проклятый среди них Рианон совершил грех, научив слишком большой мудрости Дхувиан.
Это привело к тому, что Куири оставили наш мир, уйдя неизвестно куда.
Но прежде чем уйти, они измерили грех Рианона и спрятали его в тайной гробнице, заперли его там вместе с приборами и ужасной силой.
И разве не удивительно, что весь Марс не перестает искать эту гробницу? Разве странно, что и империя Сарк и Морские королевства отдадут все, чтобы только завладеть потерянной властью Рианона? И теперь, когда ты нашел гробницу, должен ли я, Богхаз, винить тебя за то, что ты так осторожен со своей тайной?
Последнюю фразу Карс оставил без внимания. Теперь он вспомнил…
Вспомнил те страшные приспособления, составленные из драгоценностей, призм и металла, что стояли в гробнице Рианона.
Существовали ли действительно тайны древности, великая наука – наука, исчезнувшая на варварском Сарке этих времен?
Он спросил:
– А кто такие эти Морские королевства? Я понимаю так, что они – враги сарков?
Богхаз кивнул.
– Сарк правит землями, находящимися к востоку, северу и югу от Белого моря. Но на западе от него есть маленькие свободные королевства свирепых морских пиратов, таких как кхонды, и их морские короли не признают власти Сарков.
Он добавил:
– Таких людей всегда много и даже в землях моего Валкиса есть такие, что тайно ненавидят Сарка из-за Дхувиан.
– Дхувиан? – повторил Карс. – Ты уже упоминал о них раньше, кто они?
Богхаз фыркнул.
– Послушай, друг, прекрасно претворяться невеждой, но это уже чересчур! Даже в самых далеких племенах нет человека, который не знал бы и не боялся проклятой Змеи!
«Значит, Змея была общим названием таинственных Дхувиан? Почему же их так назвали?» – подумал Карс.
Внезапно Карс осознал, что на него внимательно смотрит женщина-пловец. Одно мгновение ему даже показалось, что она читает его мысли.
«Если это так, – мрачно подумал Карс, – то Шаллах-пловец должна была быть крайне удивлена ходом моих мыслей.»
Он был заброшен на совершенно незнакомый Марс, большая часть которого все еще оставалась для него тайной.
Но если Богхаз говорит правду, если эти странные предметы из гробницы Рианона были приборами, имеющими отношение к великой затерянной науке, то даже несмотря на то, что он был рабом, он обладал ключом к тайне, разыскиваемой всем этим миром.
Но эта тайна могла привести его к смерти. Он должен ревниво хранить ее до тех пор, пока не сможет сбросить с себя эти мерзкие путы.
Необходимость освободиться и мрачная, растущая ненависть к надменным саркам – вот все, в чем он был сейчас уверен.
Солнце поднялось уже высоко, поливая жаром лучей ничем не защищенных гребцов. Ветер, игравший парусами, совсем не чувствовался внизу, где сидели рабы. Люди дышали как рыбы, выброшенные на берег, и до сих пор им еще не дали ни еды, ни питья.
Воспаленными глазами Карс наблюдал за тем, как солдаты Сарка с угрожающим видом расхаживали по палубе над рядами гребцов. В средней части этой палубы находилась низкая главная кабина, дверь в которую была открыта. На ее плоской крыше стоял рулевой, мрачного вида матрос-сарк. Он держал большой румпель и слушал приказы Скайлда.
Сам Скайлд тоже стоял там, его борода, похожая на лопату, торчала вверх, когда он глядел на отдаленный горизонт поверх голов несчастных гребцов. Время от времени он подавал рулевому короткие слова команды.
Наконец появилась и еда – черный хлеб и жестяные кружки с водой. Их принес один из странных крылатых рабов, замеченных Карсом в Джеккере накануне. Люди Неба, так называла их толпа.
Этого Карс изучал с интересом. Он походил на ангела своими блестящими, жестоко переломанными крыльями и прекрасным страдающим лицом.
Он двигался между скамей медленно, словно нес непосильную ношу. Он не улыбался и не говорил, и его взгляд был как будто подернут дымкой.
Шаллах поблагодарила его за еду. Он не посмотрел на нее, а просто пошел прочь, неся пустую корзину. Она повернулась к Карсу.
– Большинство их, – сказала она, – умирают, если у них перебивают крылья.
Он понял, что она имела в виду духовную смерть. И вид этого существа со сломанными крыльями вызвал у Карса даже более сильный прилив ненависти к Саркам, чем его собственные бедствия.
– Будь прокляты твари, делающие такое! – пробормотал он.
– И будь прокляты те, кто продался дьяволу вместе со Змеей! – отозвался Джахарт, большой кхонд, сидящий у их весла. – Проклят будь их король и его дьявольская дочь Иваин! Если бы я мог, я утопил бы этот корабль вместе с ней и ее дьяволами из Джеккеры.
– Почему она не показывается? – спросил Карс. – Неужели она такая нежная, что будет сидеть в каюте в течении всего пути?
– Эта чертова кошка – нежная? – Джахарт с отвращением сплюнул и сказал:
– Она резвится в каюте со своим тайным любовником. Он пробрался на борт, закутанный в плащ, и с тех пор не показывался. Но мы его видели.
Шаллах внимательно посмотрела в сторону кормы и пробормотала:
– Она прячет не любовника, а проклятого дьявола. Я почувствовала его присутствие, когда он поднялся на борт.
Она обратила на Карса взгляд встревоженных светящихся глаз:
– Я думаю, на тебе тоже лежит проклятие, чужестранец. Я могу его чувствовать, но не могу понять.
По телу Карса вновь пробежала легкая дрожь. Эти халфлинги с их сверхчувствительностью могли смутно чувствовать его невероятную чужеродность. Он был рад, когда Шаллах и Нерам, ее самец, отвернулись от него.
В последующие часы Карс часто ловил себя на том, что его взгляд устремлен на ту часть палубы. Он испытывал какое-то мрачное желание увидеть Иваин Сарк, чьим рабом теперь был.
В середине дня ветер, дувший часы, начал спадать и наконец совсем пропал.
Забил барабан. И вновь Карс потел над незнакомой работой, вздрагивая от удара бичом по спине.
Лишь Богхаз казался счастливым.
– Я не из тех, кто боится моря, – говорил он, покачивая головой. – Для такого кхонда, как ты, Джахарт, гребля самое естественное занятие. Но я был в юности слабым и вынужден был жить тихо. Проклятое спокойствие!
Даже тяжелая работа лучше, чем такая жизнь, словно тебя несет, как щепку по волнам.
Эта патетическая речь производила на Карса впечатление до тех пор, пока он не обнаружил, что Богхаз получил хороший повод не работать всерьез – он лишь наклонялся и разгибался для вида, а Карс и Джахарт гребли. Карс нанес ему такой удар, что тот едва не слетел со скамьи, и после этого с жалобными стонами выполнял свою долю работы.
День, горячий и бесконечный, безжалостный к усталым гребцам, начал клониться к вечеру.
На ладонях Карса вздулись волдыри, потом они лопнули, и ладони начали кровоточить. Он был очень сильным человеком, но даже несмотря на это, сила начала уходить от него, как вода, и он чувствовал себя как на дыбе. Он завидовал Джахарту, который вел себя так, будто был рожден на скамье под веслом.
Потом его мучения несколько ослабли. Он впал в состояние какой-то заторможенности, а тело его продолжало механически действовать.
Потом, в последних золотых лучах дневного света он поднял голову, ловя ртом воздух и сквозь застилавшую его глаза дымку увидел, что на палубе над ним стоит женщина и смотрит на море.
Глава 7
ШПАГА
Она могла быть одновременно и Сарк и дьяволом, как говорили другие.
Но кем бы она не была, она заставляла Карса затаить дыхание и смотреть на нее не отрываясь.
Она стояла, подобно темному пламени, окруженная нимбом уходящего солнечного света. Она была одета как юный воин: черная кольчуга на короткой пурпурной тунике, короткая шпага на боку.
Ноги ее были босы. Стриженые черные волосы с челкой над глазами, падали ей на плечи. Глаза огнем сверкали под темными бровями. Она стояла, слегка расставив длинные стройные ноги и смотрела на море.
Карс почувствовал прилив какого-то горького восхищения. Эта женщина владела им, и он ненавидел ее и всю ее расу, но он не мог отрицать вместе с тем ее блестящей красоты и силы.
– Ровнее, ты, падаль!
Крик и удар бичом вывели его из состояния оцепенения. Он сбился с ритма, нарушив работу всей их скамьи, и теперь Джахарт ругался, а Каллас орудовал бичом.
Досталось им всем и толстый Богхаз взвыл:
– Милосердия, о, госпожа Иваин! Милосердия, милосердия!
– Заткнись, падаль! – рявкнул Каллас и продолжал избивать их, пока не полилась кровь.
Иваин посмотрела вниз на гребцов.
– Каллас! – крикнула она.
Капитан поклонился ей.
– Да, ваше высочество.
– Бей сильнее, – сказала она. – Быстрее, я хочу быть у Черной отмели до рассвета. – Она посмотрела прямо на Карса и Богхаза и добавила:
– Секи каждого, кто нарушит ритм.
Она отвернулась. Барабан забил быстрее. Карс с горечью посмотрел на спину Иваин. Хорошо было бы проучить эту женщину. Хорошо было бы полностью сломить ее сопротивление, вырвать ее гордость с корнями и растоптать.
Бич опять упал на его незащищенную спину. Оставалось только грести.
Джахарт усмехнулся волчьей усмешкой. Между двумя взмахами он выдохнул:
– Сарки правят Белым морем. Но морские короли еще сильнее. Даже Иваин не смеет появиться у них на пути!
– Если враг может появиться так внезапно, то почему галера не сопровождается эскортом кораблей? – спросил Карс, тяжело дыша.
Джахарт покачал головой.
– Этого я и сам понять не могу. Я слышал, что Горах посылал свою дочь для того, чтобы припугнуть подчиненного им короля Джеккеры, который стал слишком спесивым. Но вот почему она отправилась без эскорта?
Богхаз предположил:
– Может быть, Дхувианы снабдили ее каким-то таинственным оружием?
Большой кхонд фыркнул.
– Дхувианы слишком хитры для этого! Да, они иногда помогают своим союзникам саркам их странным оружием. Потому-то союз и существует. Но какая им польза в том, чтобы давать саркам оружие, учить сарков как им пользоваться? Они не такие дураки!
Карс начал уже лучше разбираться в этом древнем Марсе. Все эти люди были полуварварами, все, кроме таинственных Дхувиан. Те, очевидно, владели по крайней мере частью науки этого мира, ревниво оберегали свои секреты и использовали их для своих целей и для целей своих союзников Сарков.
Настала ночь. Иваин по-прежнему стояла на палубе, число наблюдателей было удвоено. Нерам и Шаллах, двое пловцов, все так же сидели, закованные в цепи. Их огромные мрачные глаза горели каким-то тайным волнением.
У Карса не было ни силы, ни желания оценивать восхитительное зрелище горящего в лунном свете моря. В довершение всех бед подул встречный ветер, волны били прямо в нос корабля и гребцам пришлось удвоить усилия. Барабан был неутомим.
Ярость все больше обуревала Карсом. Все тело его болело невыносимо.
Спина его была исполосована яростными ударами бича, из ран сочилась кровь.
Весло было тяжелым. Оно было тяжелее, чем весь Марс, и оно брыкалось и боролось с ним, как живое существо.
Что-то произошло с его лицом. Оно сделалось странно каменным, и краска сошла с его глаз. Они стали блеклыми, как лед, и взгляд их не был взглядом психически здорового человека. Стук барабана сливался с биением его собственного сердца, становясь все более громким с каждым ударом весла.
Набежала волна, высокая и хищная. Карса ударило веслом в грудь так, что у него перехватило дыхание. Джахарт, обладавший опытом, и Богхаз, тяжелый и плотный, почти сразу же овладели собой, не раньше, впрочем чем надсмотрщик успел обругать их ленивой падалью – своим любимым словечком – и схватился за бич.
Карс бросил весло. Движения его были так быстры, несмотря на замедляющие их цепи, что надсмотрщик не успел понять, что произошло, как оказался лежащим на коленях землянина, пытаясь защитить свою голову от яростных ударов наручников.
Ряд гребцов мгновенно пришел в движение. Ритм был безнадежно потерян.
Подскочил Каллас и ударил Карса по голове рукоятью бича. Тот упал почти без сознания, надсмотрщик поднялся на ноги, избегнув крепких рук Джахарта.
Богхаз сжался в комок и сидел, замерев.
С палубы послышался голос Иваин.
– Каллас!
Капитан, дрожа, опустился на колени.
– Да, ваше высочество?
– Пори их до тех пор, пока они не вспомнят, что они больше не люди, а рабы. – Ее сердитый непроницаемый взгляд упал на Карса. – А этот… Он новичок, не так ли?
– Да, ваше высочество.
– Научи его, – сказала она.
Они учили его. Его учили Каллас и надсмотрщик вместе. Карс пригнул голову к коленям и обхватил ее руками. Богхаз то и дело вскрикивал, когда бич падал в сторону и ложился не на Карса, а на него. Карс видел, как под ноги ему текли красные струйки, смешиваясь с водой. Гнев, горевший в нем, остыл и принял иную форму, подобно железу под ударами молота.
Наконец избиение прекратилось. Карс поднял голову. Ему пришлось для этого сделать над собой невероятнейшее усилие, но медленно и упрямо он все же поднял ее и посмотрел прямо в глаза Иваин.
– Ты усвоил урок, раб? – спросила она.
Прошло долгое время, прежде чем он смог подобрать слова для ответа.
Теперь ему было безразлично, будет ли он жить или умрет. Вся его вселенная была сосредоточена на этой женщине, что стояла над ним, угрожающая и неприступная.
– Спускайся сама и учи меня, если можешь, – хрипло ответил он и назвал ее словом, которое используется в самых низкопробных притонах, словом, которое говорит о том, что она ничему научить мужчину не может.
Мгновение-другое никто не мог ни двинуться, ни заговорить. Карс увидел, что ее лицо побелело, и расхохотался, и грубый, ужасный звук его смеха нарушил тишину. Скайлд выхватил шпагу и спрыгнул сверху в ряд гребцов.
Лезвие шпаги ярко вспыхнуло в свете факелов, Карс подумал о том, как же далеко ему пришлось забраться за собственной смертью. Он ждал удара, но его не последовало, и тогда он осознал, что Иваин велит Скайлду остановиться.
Скайлд нерешительно опустил шпагу, потом усмехнулся и с озадаченным видом посмотрел наверх.
– Но, ваше высочество…
– Иди сюда, – сказала она, и Карс увидел, что она смотрит на шпагу в руке Скайлда, на шпагу Рианона.
Скайлд взобрался по лестнице на палубу. На его лице с густыми черными бровями застыл испуг. Иваин шагнула ему навстречу.
– Дай мне ее, – сказала она. И видя его колебание, крикнула:
– Шпагу, дурак!
Он вложил ее в протянутые руки Иваин, и она внимательно оглядела ее в свете факелов, изучая работу, строение эфеса с дымчатым камнем, символы, выгравированные на лезвии.
– Где ты взял ее, Скайлд?
– Я… – он медлил, не желая сознаваться, и руки его инстинктивно скользнули к украденному воротнику.
Иваин фыркнула:
– Твои воровские дела меня не интересуют. Где ты ее взял?
Он указал на Карса и Богхаза.
– У них, ваше высочество, когда поймал их.
Она кивнула.
– Отведи их в мои покои.
Она исчезла внутри каюты. Скайлд, несчастный и сбитый с толку, отправился выполнять приказ, а Богхаз застонал:
– О! Милостивые боги! – прошептал он. – Свершилось! Он поплотнее придвинулся к Карсу и быстро, пока еще была возможность, проговорил:
– Лги, как никогда раньше не лгал. Если она подумает, что тебе известна тайна гробницы, они или Дхувиане силой вырвут ее у тебя!
Карс ничего не ответил. Он делал все возможное чтобы вернуть себе ясность ума. Скайлд с руганью потребовал вина, и оно было принесено. Он насильно влил его в горло Карса, потом отвязал его и Богхаза от весла и повел их на палубу.
Вино и морской ветер настолько освежили Карса, что он сам смог держаться на ногах. Скайлд грубо втолкнул его в освещенную факелами каюту Иваин. Иваин сидела у резного стола и шпага Рианона лежала перед ней.
В противоположной переборке находилась низкая дверь, ведущая во вторую комнату. Карс увидел, что она едва заметно приоткрыта. Никакого света за ней не было, но ему показалось что кто-то или что-то притаилось за дверью, слушая. Это заставило его вспомнить слова Джахарта и Шаллах.
В воздухе чувствовалось какое-то сгущение, слабый запах мускуса, сухой и тошнотворный. Он, казалось, шел из второй двери. Запах подействовал на Карса как-то странно. Не зная еще, чем он вызван, он уже ненавидел того, от кого он исходил.
Он подумал, что там, должно быть, скрывается любовник Иваин, причем очень странный любовник. Иваин перевела его мысли в другое русло. Она устремила на него пристальный взгляд, и он еще раз подумал, что никогда еще не видел таких глаз. Потом она сказала Скайлду:
– Расскажи мне… Все расскажи.
С неохотой, отрывистыми фразами, он рассказал ей все. Иваин посмотрела на Богхаза.
– А ты, толстяк. Ты где взял шпагу?
Богхаз вздохнул и кивнул на Карса.
– Спросите у него, ваше высочество. Это красивое оружие, а я человек торговый.
– И только из-за этого ты хотел ее получить?
Лицо Богхаза являло собой образец невинного удивления.
– Какая же еще может быть причина? Я не боец. Кроме того, был еще пояс и воротник. Вы сами, ваше высочество, можете видеть, насколько они ценны.
По выражению ее лица невозможно было понять, верит она ему или нет.
Она повернулась к Карсу.
– Значит, шпага принадлежит тебе?
– Да.
– Где ты ее взял?
– Купил у торговца.
– Где?
– В северной стране, за Схуном.
Иваин улыбнулась.
– Ты лжешь.
Карс быстро проговорил:
– Я честно добыл оружие, – так оно некоторым образом и было, – и мне все равно, веришь ли ты в это или нет.
Скрип двери, ведущей во вторую комнату, заставил Карса насторожиться.
Ему захотелось распахнуть ее и посмотреть, что притаилось там, в темноте, слушая и наблюдая. Ему захотелось увидеть то, что вызывало этот невыносимый запах.
И в то же время в этом вроде бы и не было нужды. В то же время он вроде бы знал это и так.
Скайлд не мог больше сдерживаться.
– Прошу прощение, ваше высочество, но зачем весь этот шум насчет шпаги?!
– Ты хороший солдат, Скайлд, – задумчиво ответила она, – но во многом другом ты бываешь туп. Ты чистил лезвие?
– Конечно. Да оно было в плохом состоянии. – Он с отвращением посмотрел на Карса. – Похоже, что он годами к нему не притрагивался.
Иваин протянула руку и положила ее на украшенный драгоценностями эфес. Карс увидел, что рука ее дрожит. Она мягко сказала:
– Ты прав, Скайлд. К ней не притрагивались годами. С тех самых пор как Рианона, который ее сделал, упрятали в гробницу, чтобы он расплатился за свои грехи.
Лицо Скайлда выражало полнейшее изумление. Челюсть его отвисла. По прошествии долгого времени он сумел вымолить лишь одно слово:
– Рианон!