Текст книги "ОЯШ 3 (СИ)"

Автор книги: Леонид Антонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

– Прикинь, я в курсе. Это был риторический вопрос, – выдохнул я. – Блин, Айрис, у меня из-за тебя столько проблем! Начнем с того, что у меня очень сильно чешутся руки убить тебя, маленькую погань, но… если я это сделаю, тогда мне придется заняться и твоими мамой, папой, братьями с сёстрами, если они у тебя есть, ведь они захотят отомстить за тебя, верно? В принципе, я теперь не один, так что… этот вариант мне нравится!

Айрис быстро-быстро замотала головой из стороны в сторону, всхлипывая, обливаясь слезами, и испуганно глядя на всех нас по очереди. Ссыт, вот по-любому! И правильно делает, хе-хе!

– Может, скормить её Зорьке? – предложила Мэй, вдруг врезав Айрис с ноги в лицо, разбив ей нос и губы. Айрис повалилась на пол, а Мэй ещё и пнула её несколько раз по заднице, причем не жалея сил. – Это тебе, скотина, за то, что вообще благословила меня! Что из-за тебя, я лишилась спокойно жизни, тупая шалава!

– Ну, раз уж пошла такая пьянка… кража! – вытянув правую руку, я сконцентрировался на всей одежде Айрис, и вот она уже лежит перед нами голой, начав дёргаться. Схватив чёртову богиню за волосы, я потащил её в лестнице. – Слушай, Ариса, а ты не могла бы разбудить всех студенток, и отправить их в актовый зал? Пора показать милым ангелочкам кто тут главный, ки-ки-ки!

***

Не церемонясь с Айрис, я стащил её на первый этаж, а затем выволок на улицу, и прямо по земле, потащил её голую в учебный корпус. Обливаясь слезами, эта мелкая сучка пыталась что-то сказать, но мне было похер, и я пару раз пнул её по заднице, чтобы не дёргалась и не ныла.

Зайдя в учебный корпус, я притащил Айрис в актовый зал, и подняв её на трибуну, повернулся к Торе, Зорьке и Мэй, что шли за мной всё это время.

– Так, в общем… Зорька, ты будешь в дальнем углу зала, ты – Тора, рядом со мной, а ты сестрёнка, стой у двери, – раздал я приказы девчонкам и монстру. – Если кто из ангелов рыпнется, мочите на месте, не задумываясь. Главное, чтобы это было максимально жёстко и кроваво – пусть знают, с кем связались!

– Поняли! – произнесли девчонки, и Мэй слезла с трибуны, а Зорька что-то прорычав, прыгнула на стену, а затем забралась на потолок, и уползла в угол. А я тем временем, уселся перед Айрис. – В общем, сладкая, расклад такой: сейчас ты, перед всеми своими ангелами, встаешь передо мной на колени и извиняешься за то, в чём обвиняла меня. И извиняешься максимально правдиво, потому что если я не услышу правдивости в твоем голосе… девочкой ты быть перестанешь, прямо у всех на глазах, ясно? Кивни три раза, если поняла!

Айрис кивнула три раза, пускай и не сразу, а тем временем, в зал входили первые студентки, которые испуганно глядели на нас с Торой и Айрис, потирая сонные глаза. По местному времени ещё было четыре утра, и я мог бы подождать до утра, поразвлекаться с Торой, но… хочу быстрее прояснить всем, какая тут образовалась ситуация, и кто теперь главный!

– Кстати, ты меня ещё не знаешь, так что давай я представлюсь, – хмыкнула Тора, выхватив у меня из кармана куртки пачку сигарет и зажигалку, и закурив одну. – Меня зовут Кимура Тора, но до этого меня звали Хидео, ки-ки-ки! И я – клон этого извращенца, прикинь?! Ну как, тебе страшно, детка?

Айрис широко раскрыла глаза, испуганно глядя то на меня, то на Тору, и снова начав рыдать. Ангелы, которые всё прибывали в зал, перешептывались между собой, явно думая, что это какой-то или глупый розыгрыш, или что-то в этом духе. Вот я заметил Виолетту, которая зайдя в зал, в ужасе прикрыла рот рукой, и встав рядом с Мэй начала с ней о чем-то шептаться, вот зашли Ринталина и Рунталина, вместе с другими учительницами, среди которых была и Юлиана, неприязненно смотревшая на меня, отчего мне уже хотелось приказать Торе, разорвав её на куски. И вот пришли те, кого я ждал больше всех – те четыре бляди, с Акасией во главе, одной из которых, прямо на входе стало плохо, но Мэй тут же привела её в чувства, ударив пару раз рукоятью духовного пистолета.

И вот… все расселись, и я, прочистив горло, встал у микрофона, и выдавил злобную улыбку. Схватив Айрис за волосы, я поднял её на ноги, и Ариса, которая так же поднялась на трибуну, освободила от верёвок её ноги, а я вытащил кляп.

– Айрис, милая, расскажи-ка правду! – нежным голосом попросил я. Всхлипнув, Айрис опустилась передо мной на колени, и подняла на меня глаза. Я думал, что в них будет злость на меня, но я был разочарован – в них был только страх и ужас… Эх, а я так хотел потом выбить из неё злость!

– Я… я… – с трудом начала говорить Айрис, глотая слёзы. – Я искренне сожалею, Кимура Хидео, о том, что обвиняла тебя в запретных отношениях с Ясудой Мэй! Перед всеми учителями моей академии и студентками, я хочу признаться, что это ложь и клевета, которые я… я… выдумала, чтобы вы хуже относились к Кимуре и Ясуде! П-простите меня, Кимура и Ясуда! Т-такого больше не повторится!

– Умница, – прошептал я, погладив Айрис по ее светлым волосам. – А теперь, скажи то, что я ещё хочу услышать! Давай, ты знаешь, о чём я!

– Т-ты победил… К-Кимура…

– Продолжай!

– Теперь с этого дня, ты… ты можешь распоряжаться здесь так, как тебе угодно… и никто больше не имеет права перечить тебе!

Произнеся это Айрис опустила голову, и вновь зарыдала, а я повернулся к ангелам, большая часть которых сидела испуганно, кроме разве что тех, кто против меня ничего не имел, и поглядел на одноглазую Акасию. Несмотря на то, что она сидела в задних рядах, я даже отсюда видел, как сильно она дрожала, и меня едва не рвало от того, что очень хотелось засмеяться каким-нибудь жутким смехом банальных злодеев из фильмов!

– Ну, раз у ж теперь я главный, то думаю, что именно мне предстоит представить новую учащуюся академии, – я показал рукой на Тору. – Кимура Тора, мое второе «я»!

Глава 11. Кимура + Кимура

Два дня спустя…

Противный мелкий дождь капал на наши головы, проникая за шиворот пиджаков. Сверкнуло, а затем над лесом прогремел гром, от которого все четыре ангелочка вздрогнули. Им было страшно, да… их нервы были и так на пределе, а тут ещё и гроза начинается, причем очень внезапно, словно издеваясь над бедняжками. Ну, не всё же надо мной издеваться, верно?

– Девочки, девочки, давайте скорее, а? – злобно усмехаясь, громко произнес я, щелкнув кнутом прямо над головой Акасии, которая, рыдая, приподняла голову из ямы. – В отличие от вас, мне ещё жить предстоит, так что болеть не очень хочется, бу-га-га! А тебе, Айрис?

– Нет, – буркнула Айрис, стоявшая справа от меня, одетая в своё обычное платье и шляпу. Лолька старалась не смотреть на четырех ангелов, которые, в буквальном смысле, копали сами себе могилы. Само собой, этими четырьмя были те ангелы, которые измывались надо мной в одиночной камере, в подземельях, что располагались под академией: Акасия, Асилья, Нималина, Даэйра. У меня даже гробы для них были приготовлены, и сейчас они лежали на земле, ожидая, когда милые ангелочки лягут в них, и Айрис своей божественной силой, опустит гробики в могилы, а затем присыплет землей…

На самом деле, гробы были не гробами, а скорее наспех сколоченными ящиками, которые даже были не совсем по размерам ангелов, но какая разница? Мы с Торой, которая сейчас находилась в общаге, с глупым хихиканьем ползающая по комнатам студенток, убили два вечера, делая эти ящики. А ведь мне еще нужно было выполнять уроки, угу!

Стоит добавить, что несмотря на то, что два дня назад, академия ушла под мой контроль, я не перестал учиться, ведь мне, если честно, и самому хотелось отправиться в альтернативную вселенную, чтобы выполнить задание Йакеси, а потом, может быть, получить взамен что-нибудь хорошее, хе-хе!

– Г-госпожа, пожалуйста… – прошептала Даэйра, когда чертовы сучки закончили копать себе могилы и встали перед нами. – Н-не надо этого делать…

– Это бесполезно! – со злобной ухмылочкой я похлопал Айрис по плечу, глядя на девчонок по очереди. Лоли-богиня стояла уткнувшись взглядом в землю, ковыряя носком туфли мокрую от дождя землю. – Ты посмотри на эту двуличную засранку! Её теперь не заботит никто и ничто кроме неё самой! Хотя, я её понимаю… Для меня жизнь семьи была бы важнее каких-то девок, которые сами начали всё это! Да и войну с Сатаниусом и Аналем она не хочет, верно, лолька?

– В-верно, – вздохнула Айрис, поежившись от прохладного ветра.

– Ну вот, вы её слышали! А теперь, крошки, лезьте в ящики, – я сделал серьезное лицо и поглядел на наручные часы. – И будем, наконец, прощаться! Время уже много, а мне ещё гребаное сочинение писать…

– П-прошу, Кимура… – Акасия вдруг упала на колени, и подползя ко мне, перепачкав свои гольфы в земле, схватилась за низ моей любимой куртки, и умоляюще уставилась на меня своим единственным глазом. – Не делай этого… не надо…

– Слышь, съебись, – я ударил Акасию по рукам, и девчонка почти полностью опустившись на землю, зарыдала. – Я вас предупреждал? Предупреждал! Но вы меня не слушали! Теперь расплачивайтесь за то, что вообще докапывались до меня!

– Прости! Прости меня, Кимура! – Нималина упала на колени рядом с Акасией, и опустила голову. – Я… я сделаю всё для тебя, только не… не закапывай м-меня!

– Мхм... – я сделал вид, что призадумался. На самом деле, закапывать таких красоток, я не собирался изначально, ведь моя цель была напугать их, и, судя по всему, я справился с ней, глядя на их рожи и слыша их рыдания. Нет, конечно, я могу их закопать, мне не сложно, и я даже мучиться совестью не буду, просто… зачем? Убить ведь всегда можно, только от этого расположение остальных студенток ко мне станет ещё более хуже, а с «брёвнами» не очень приятно зарабатывать себе трофейчик, да и четыре служанки мне лишними не будут, ки-ки-ки!

– Г-господин Кимура, умоляю… – сквозь рыдания произнесла Акасия, и именно эти слова я и ждал. Убить врага – это приятно, а сделать из него раба – приятнее вдвойне!

– Сорян, подруга, но уже поздно молить о пощаде!

Схватив Акасию за шиворот пиджака левой рукой, я прямо по земле отволок её к одному из ящиков, и запихав девчонку туда, взял крышку, и уже собирался закрыть ангелочка внутри, но она вдруг разревелась ещё пуще, и стала кричать что-то вроде того, что сделает для меня всё, что я захочу, только лишь бы я оставил её в живых, ну или хотя бы убил быстро. Ну да, быть живьем захороненным страшно, я её понимаю, ага!

– Слышь, Айрис, не будешь помогать своим ангелам? – усмехнувшись спросил я, закрыв ящик, и вытащив из рюкзака, который прихватил с собой, коробочку с гвоздями. Чтобы их забить, мне даже молоток был не нужен, ведь силы удара протеза хватит, в чем я уже успел убедиться, делая ящики. Бросив взгляд на Айрис, которая пробормотала «Нет», отчего троица ангелов, рыдающих на земле, зарыдали ещё громче, я поставил гвоздь на крышку, и высунув кончик языка, замахнулся протезом, и уже хотел начать забивать первый гвоздь, но… – Слушай, если они тебе не нужны, может я тогда заберу их себе? Может, мне основать церковь поклонения самому себе?

– Г-господин Кимура, пожалуйста, м-мы готовы стать вашими адептами, т-только не нужно… – подползла ко мне Асилья, и перепачканными в земле руками, обхватила меня за локоть правой руки, испачкав куртку. Я нахмурился, а Асилья испуганно отпустила меня, и уткнулась лбом в землю, кланяясь. – Простите! Простите!

– Эй, Акасия, жить хочешь? – сняв крышку с ящика, я посмотрел на Акасию, которая выглядела так, будто готова была потерять сознание. – Даю вам еще шанс: станьте последователями Аналя, и принесите мне клятву, как своему господину и… я вас прощу!

Все четыре ангелицы наперебой стали приносить мне клятвы верности, но я их не слушал, ведь они уже были у меня «под каблуком». Я смотрел на Айрис, которая с таким наплевательским видом смотрела на девчонок, что у меня в голове пролетела мысль о том, что не является ли она ребенком Сатаниуса. Ведь кто знает… может, пока Лучезар бегал со своим светильником, ну или чем там занимается бог света, его женушка ходила налево…

Но, какая мне, в принципе, разница? Я получил, что хотел, да и у Аналя теперь больше последователей, так что я был доволен! А раз я доволен, значит всё хорошо, бу-га-га!

***

Утром меня разбудил громкий стук в дверь. Все четыре ангелочка, которые спали вместе со мной на большой кровати, недовольно зашевелились. Откуда большая кровать? Хе-хе, как только я захватил академию, я вместе с Ванилькой переехал в одну из комнат в башне, которая располагалась на четвертом этаже, и в которой раньше жила кошатина. Мэй жила в общаге, деля комнатку с Танабэ, а Тора… Торе вообще была не нужна комната, ведь она каждую ночь ночевала в разных комнатах, тиская ангелочков.

– О, Твоё Величество! Вы соизволили проснуться? – с усмешкой произнесла Тора, влетев в мою комнату, когда я открыл дверь.

– Слышь, ещё шесть утра, – буркнул я, бросив взгляд на настенные часы, что висели над комодом, куда переехали мои трофеи, которых ночью стало на четыре больше. – Какого черта разбудила?

– Ой, прости, пупсик, мне так неловко… – саркастичным тоном произнесла она. – Мы же, бляха-муха, договорились вчера, что встанем пораньше, чтобы приготовить мегаохеренный завтрак и накормить нашей стряпней всех студенток и учителей!

– Я совсем забыл! – хлопнув себя по лбу, я подошел к комоду и достал оттуда чистые трусы. Пока одевался, Тора уселась на кровать, и усмехнувшись, поглядела на ангелочков. Ванилька, черт его знает почему, спала на диване, видимо я вчера выгнал её туда, так как кровать для пятерых всё же была маловата, м-да…

– Судя по всему, твой план сработал? – спросил Тора, кивнув на ангелочков.

– Есть такое, ки-ки-ки! – застегнув пуговицы на пиджаке, я хотел было выйти из комнаты, но Тора остановила меня своей психической силой, и подойдя ко мне, виляя бедрами, видимо решив окончательно превратиться в девчонку, схватила меня за галстук, и вдруг присосалась к моим губам своими, ехидно улыбнувшись. А я не сразу понял, что на её губах была помада, хех!

– У меня появилась одна гениальная идея, – злобно прошипела Тора, отлипнув от меня.

– Мне уже интересно, – усмехнулся я.

– Такая же ебнутая, как и мы с тобой… давай заведем ребенка! Ты прикинь, какая это будет адская смесь – Кимура, рожденный Кимурой, зачатый от Кимуры! Я, конечно, ссу рожать, но любопытства ради, готова на такое, ки-ки-ки!

– Мне уже заранее страшно, хе-хе! Да уж… просто представляю – ему передадутся твои психокинетические плюшки, у него будет душа, и двойная – нет, даже тройная! – безбашенность и извращенность! Мне кажется, Аналю придется уйти в отставку. И да, я согласен!

– Только вот… – Тора вдруг покраснела. – Прикинь, я немного стесняюсь. Всю жизнь был против педиков, а тут сам… эмм… сама позволю парню вогнать в меня член… пускай это и ты, но как-то…

– Да ладно, ты теперь девка, так что не осуждаю! – я похлопал Тору по плечу. – Сделаем это наедине вечером. Согласна?

Кивнув, Тора злобно усмехнулась, и мы с ней вышли из комнаты, и поперлись в столовку. Пока шли по мокрой дорожке, закурив сигареты, я думал о том, что вечером случится очень странная ненормальная шиза – я буду трахать сам себя, ЛОЛ! Ну а как еще это назвать? Это реально какая-то дикая смесь получается! Какая-то смесь инцеста и… да вообще чёрт пойми чего! И самое смешное то, что Мэй, когда Тора рассказала ей, кто она, стала называть её сестрёнкой… и ведь, если так подумать, то она является её кузеном, как и я, а так как она – это я, то она мой… брат? Хе… хе-хе… э-хе-хе…

Мой мозг был сломан окончательно!

***

– Ох, надеюсь мы не перестарались, – одновременно произнесли мы с Торой, стоя на кухне. Несколько поварих, тоже симпатичных ангелов, следили за нами всё то время, пока мы с Торой возились на кухне, готовя завтрак. Почему мы вообще решили сготовить завтрак? Ну, хотим немного улучшить отношения со студентками, с которыми нам жить ещё три года, а во вторых – мне сегодня исполняется семнадцать, а Мэй шестнадцать! Вот мы с Торой и решили сделать ей праздничный завтрак, обед и ужин, и заодно для всех остальных, ведь все же готовка – это то, что мы с Торой обожаем так же, как и трахаться, хе-хе!

– Ну да… не хотелось бы, чтобы с Мэй случилось то же, что и с Фудзитой, и членами кулинарного клуба, – пробормотал я, глядя на поварих, которые пробовали наши блюда, так как они не верили, что я – да хороший повар! Но судя по тому, что их одежда не рвалась и они не начинали возбуждённо стонать, еда вышла нормальной. На завтрак мы с Торой сделали оладьи, покрыли их кленовым сиропом, и еще выжали яблочный сок, из яблок, что были служанками Айрис собраны в саду вокруг башни.

– Знаете… а довольно неплохо вышло! – произнесла шеф-повар. – Вы хорошо готовите!

– Ясное дело, – усмехнулись мы с Торой, и бросив фартуки в шкаф, вышли с кухни. Студентки потихоньку собирались в столовке, уже стоя у раздаточного стола, и увидев нас, тут же зашептались, на тему того, какого хера мы делали на кухне.

– В общем так, девчонки! – громко произнес я, запрыгнув на скамейку. Я заметил, как в столовую вошли Танабэ и Мэй, затем члены кулинарного клуба, и четыре моих последовательницы, в сопровождении Ванильки. Все глядели на меня, но я ждал, когда придут и остальные студентки и учителя. И как ни странно, Айрис… И вот, когда большущая столовка, которая вмещала в себя всех студенток и учителей, заполнилась, я прочистил горло, и усмехнувшись толкнул не скромненькую короткую речь: – Короче, если объяснять вкратце – у меня сегодня днюха! Как и у моей милой кузины! Сегодня я решил побыть немного добрым, и потому завтрак, обед и ужин – будут приготовлены мной и Торой!

Ясное дело, что все, кроме членов кулинарного клуба и Мэй, которые аж зааплодировали, посмотрели на меня с сомнением, видимо решив, что это будет какая-та хуета, вроде той, что когда-то приготовили Мэй и Синохара.

– Слушай, К-Кимура, а это… ничего, что мы все будем есть эту еду? – со смешком спросила Ария, бросив взгляд на Айрис и Мэй. – Как бы это все не кончилось… ну, ты знаешь…

– Без паники, детка! Завтрак проверен на поварах, так что опасности в виде массовой лесбийской оргии не будет! – усмехнулась Тора. От ее слов о лесбийской оргии, Мэй покраснела, не зная как реагировать, а бедная Айрис вздохнула.

– О, ну тогда… раздавайте скорее! – нетерпеливо сказала одна из девчонок кулинарного клуба, облизнувшись. Моська у нее выглядела довольной, что еще сказать…

А вообще, стоит рассказать, что я их наказал, за то, что когда я дрался с Акасией и остальными в столовке, когда сделал ангелочка одноглазой, они не поддерживали меня. Ну, как наказал – отхлестал их всех плетками, не сильно, прямо в клубе, и было это позавчера в день захвата академии. Все-таки, я очень гадкий человек, бу-га-га!

***

– Как это…?!

– П-почему так вкусно?!

– Это же… а ему бог кулинарии не помогал?

– Уволить всех поваров, и заставить Кимуру готовить для нас!

М-да… почесывая затылок, сидя за столом в углу, за которым мы сидели с почти первого дня, я слушал шепотки, раздававшиеся отовсюду. Мое ЧСВ поднялось до максимума, а потом ЧСВ-метр лопнул к чертям кошачьим, и я гордо задрал нос, сидя рядом с Мэй, улыбаясь как дебил. А так как это был я, то не удержавшись, я встал из-за стола, и похабно ухмыльнувшись, поднял вверх правую руку:

– Девчонки, так как у меня сегодня днюха, то надеюсь, вы не обделите меня подарочком, ки-ки-ки! Думаю, все понимают, о чем идет речь, так что если захотите – приходите ко мне в комнату после десяти вечера! – немного подумав, я добавил: – И да, думаю торт, который мы с Торой испечем, вам понравится! Потерпите только до ужина!

***

Кончились уроки, во время которых я опять получил несколько выговоров от Юлианы, за то, что не написал сочинение, и за то, что мое оружие опять не преобразовалось ни во что другое, и судя по тону училки, она поняла, что со мной это бесполезно. Ну а как иначе-то?

Ясное дело, что из-за того, что нам нужно было ещё испечь торт, меня отпустили пораньше, и когда я вошел на кухню, и завязав фартук, вымыл руки, я вопросительно поглядел на Тору, и мы с ней злобно улыбнувшись, приступили к готовке. Если честно, внутри меня шла борьба – очень хотелось испечь такой торт, от которого все девки кончили бы на месте, но вот из-за Мэй, я старался сдерживать себя. Так что часть ингредиентов мы взяли не превосходного качества, а просто хорошего. И кажется, что всё должно было пройти нормально, но…

Мы ошиблись! Очень ошиблись!

Ингредиентов превосходного качества было подавляющее количество, в нашем трехэтажном шоколадно-кремовом торте, с клубникой и ананасом, и потому те, которые были хорошего, просто «утонули» во вкусе. Но мы с Торой осознали это слишком поздно, когда кусочки торта стояли перед всеми студентками и учителями и чертовой богиней, и когда все они, словно специально, одновременно вложили в рот ложку с тортом…

Фьють! Фьють!

Примерно с таким звуком на маленькие кусочки разлетелась одежда ВСЕХ студенток, учителей и Айрис! Та же участь постигла и моих андроидов, и конечно же… Мэй…

– Сууукааа… – одновременно произнесли мы с Торой, влепив по нашим рожам фейспалм, и быстро развернувшись, утопали на кухню и закрыли дверь, из-за которой стали раздаваться нехорошие стоны и похотливые голоса.

– Кажись все, Хидео, приэхали, дарагой, – пробормотала Тора. – Мало того, что теперь нашу кузину облапают девки и ещё всякое разное с ней сделают, так еще и такой хороший шанс пополнить твою коллекцию упустили.

– Мэй убьёт нас, точно тебе говорю. Надо тикать нахер из академии!

– Сатаниус бы нас побрал! Слышь, а че если наша кузина, не приведи Аналь, станет лесби? – испуганно спросила Тора, прикрыв рот, словно реальная девчонка. – А ну как ей понравятся ласки ангелочков и…

– Погоди! – немного приоткрыв дверь, я громко позвал Ванильку, приказав ей отключить чувства и идти ко мне. Ага, такое тоже она могла делать, ведь не зря она тридцать лямов стоила. Полный контроль над всем! – Слышь, Ванилька, что там с Мэй?

– О, с ней всё в порядке! – мило улыбнулась Ванилька. – Они с лоли-богиней…

Кстати, да, я даже Ванильке приказал при мне называть Айрис лоли-богиней, чтобы та маленькая сучка не расслаблялась, хе-хе! Какой бы смирной она сейчас не была, она меня по-прежнему бесила.

– Погоди, ты хочешь сказать, что наша кузина сейчас с Айрис... – Тора побледнела, а затем схватив меня за руку, подтащила к окну, и открыв его психокинетической силой, запрыгнула на подоконник. – Нам точно надо валить!

– Вот и я о том же! Эй, Ванилька, можешь пойти поразвлекаться с остальными! Активируй чувства! И это самое… поспи сегодня в комнате Мэй!

Покинув кухню через окно, мы поперлись в башню, и зайдя в мою комнату, закрыли дверь и уселись на кровать, а затем переглянувшись заржали как резанные. Наверняка у нас в извилинах промелькнула одна и та же мысль: Мэй вряд ли забудет эту днюху после такого!

– Ну, раз уж сейчас нам вряд ли кто-то помешает… – я за плечи откинул Тору назад, заставив её лечь на кровать. – Сломаем нахер само мироздание?

– Погнали! – злобно усмехнулась Тора, и провела рукой по моей щеке. – Слушай, фиг его знает, что со мной, но видимо все же теперь во мне больше от девушки, потому что ты, падла такой, возбуждаешь меня!

– Так это только к лучшему! – быстренько расстегнув пуговицы на пиджаке Торы, я принялся за блузку, а затем приподняв её, отстегнул лифчик, и отшвырнул одежду в сторону. – Да уж, сиськи у тебя офигенные, че сказать!

– Ну, вряд ли бы Мацумото и Аоки захотели сделать уродливого клона, – Тора в свою очередь сняла с меня пиджак и рубашку, а затем расстегнула на брюках ремень, пока я снимал с неё юбку. – Слышь, учти одно – сосать я у тебя не буду, усек?

– Усек, ясен хер! – усмехнувшись, я стащил с Торы трусики, которые обязательно пойдут в мою коллекцию, и будут уже тридцать девятыми, и сам скинув с себя трусы, стал, по сути, трахать женскую версию себя. И так как мы добазарились сломать мироздание, заделав ребенка, то я не стал даже презики одевать, которых у меня, однако, уже давно не было…

***

Тем же вечером, как ни странно, я уселся, наконец, за чертово сочинение, и пропыхтев над ним пол ночи, все-таки выдал свой «шедевр». Херня, конечно, полная, как сказала Тора, когда я прочитал ей сочинение на хосиндском, но разве кто-то дал от меня чего-то нормального? Переведя свою писанину на окслиндский, я увалился спать рядом с Торой, которая решила переночевать со мной.

Утром, когда мы с ней вышли из комнаты, собираясь пойти позавтракать, мы вдруг увидели, что с пятого этажа, из комнаты Айрис, спускаются двое – сама богиня и, как ни странно, Мэй. Заметив нас, обе смущенно замерли на лестнице, и вдруг Мэй выдала такое, что мы с Торой переглянулись, побледнев:

– Братик, Сестренка! Мы с Айрис решили встречаться! – произнесла Мэй, обняв лольку сзади, и вдруг чмокнув её в щеку. От этого жеста у меня задёргалось веко на левом глазу, а затем мы с Торой одновременно выпалили:

– Че мы, бляха-муха, натворили?!