444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Лара Исса » После брака. Ты просто не любил (СИ) » Текст книги (страница 9)
После брака. Ты просто не любил (СИ)
  • Текст добавлен: 13 ноября 2026, 05:30

Текст книги "После брака. Ты просто не любил (СИ)"


Автор книги: Лара Исса



сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Глава 29

Ник

– Пап, ну ты идешь? – голос сына заставил повернуться к нему и оторвать взгляд от двух голубков.

– Иду, – растерянно в ответ и, закрыв тачку, пошел с сыном.

Мы поднялись в квартиру и Тим сразу пошел в ванну.

А я все топтался в коридоре и не знал, что делать. Морду бить? А смысл? Глупо надеяться, что заработаю очки от Златы в этом бою. Ни черта. Нарвусь лишь на очередную грубость в свой адрес, а может и что похуже…

Нет, конечно юридически никак отцовских прав она не лишит меня, но может заикнуться об этом. Я тоже мог бы заикнуться о том, что заберу сына и ей придется поневоле быть со мной и на моих условиях. Но только меня такой формат отношений абсолютно не устраивал. Не хотелось бы, чтобы бывшая остаток жизни жила с мыслью придушить меня ночью подушкой или подсыпать однажды крысиный яд в кофе.

Я ведь хотел, чтобы добровольно и по любви. А как? До сих не знал. А теперь, глядя на нее с Миром, у меня было все больше мыслей, что мои шансы на воссоединение равны нулю.

– Пап, ты чего не раздеваешься? – непонимающе спросил сын.

– Да я поеду пожалуй. Извини, что пришлось тащить тебя на работу, обещаю, в следующий раз придумаю занятие поинтереснее. Может в боулинг сходим или в бассейн тебя запишу. Ты пока подумай, что хочешь. Мама должна уже скоро прийти. За пару минут с тобой ничего не случится. Ты главное дверь не открывай никому. Мама сама тебя откроет, – спокойно объяснил сыну.

Тим кивнул мне в ответ и, подойдя, обнял.

Я не ожидал, но естественно прижал к себе крепко своего пацана. Наверно это означало, что трещина между нами затянулась. Может и нет, но подумалось, что все к этому шло.

– Ну все я побежал, – взлохматил волосы Тима. Сын улыбнулся и махнул рукой, но взгляд у него был все равно печальный. Хотелось бы пообещать, что все у нас скоро с мамой станет, как прежде и мне не придется никуда уходить, но я не мог больше решать за Злату, как раньше. Пришло осознание наверно, что эта женщина не будет плясать под чужую дудку и беспрекословно подчиняться. Соответственно нельзя было давать сыну обещаний, которые могу не сдержать…

Не хотел я больше разочаровывать сына…

Выйдя из подъезда, я уже не смотрел по сторонам и не искал Злату. Не желал видеть что-то большее, чем их объятия. Боялся не сдержать эмоции и все же пустить в ход кулаки.

Уехал от бывшей в каком-то непонятном для меня состоянии. Даже не знал, как описать. Дыра в грусти.

Пустота внутри меня.

Отчаяние возможно, что жизнь шла своим чередом и не подстраивалась под мои желания.

Уже следующим утром я снова позвонил матери, чтобы узнать, где она и приехать поговорить лично, а не по телефону. Она не брала трубку, тогда я позвонил отцу.

– Не знаю я, где мать твоя, – недовольно пробурчал в трубку. – Чокнутая старуха решила, что может вот так под старость лето бросить меня. Только о себе думает, стерва… Ух, найду и…

– Так, прекрати пап, – резко перебил. – Довольно уже грязью ее поливать. Ты сам виноват, что она ушла, – вступился за маму, потому что в данной ситуации совершенно ясно, кто не прав.

– А ты не лезь, – грубо в ответ. – Без тебя как – нибудь разберемся.

Я опешил от его слов. Придерживался всегда нейтральной позиции, а теперь понял, что зря. Надо было давно высказать отцу все, что думаю о нем…

– Да пошел, ты. Надеюсь, что никогда ее не найдешь и не будешь больше отравлять ее жизнь, – и отключился сразу, чтобы не выслушивать его праведных речей о том, что он мужик и все решает в семье.

Я начал перезванивать матери и наверно с десятого звонка она все-таки ответила наконец.

Я выпытал адрес и поехал к ней. Просто поговорить и поддержать, чтобы знала, что я на нее стороне.

– Все решила. Разводиться с ним буду. Хоть под старость лет спокойно поживу, – со слезами на глазах рассказывала мама, когда приехал к ней. Мы сидели в гостиной маленькой сьемной квартирки. Я заметил, что мама сняла с себя все украшения и одета была совсем по-простому. Прямо не узнать…

– Может и раньше надо было, – вздохнув, уточнил и обнял за плечи.

Мама платочком смахнула с лица слезы.

– Надо было, надо было. Любила негодяя. Все ждала, что изменится. Да и вы маленькие с сестрой были. Не хотела, чтобы расли без отца. А зря. Надо было бежать от него сразу же, по молодости, когда только узнала. Может ты бы не вырос таким, как он, – с горечью призналась мама, а я возмущенно покачал головой.

– Я не такой. Я, не ангел, но в отличие от отца, все давно осознал, – уверенно ответил матери и вздернул подбородок. – Хочу Злату вернуть. Чтоб все по-человечески, по любви и без лжи. Ну сама понимаешь.

Мама подняла на меня глаза и покачала головой.

– Ох, Никуша, Никуша. Не надо. Отпусти Злату и все. Не будет у вас, как раньше. Не забудет она и не сможет простить столько лет лжи. Вернется к тебе, если только силой заставишь. Но всю жизнь ненавидеть тебя будет. Как я отца твоего, – выдохнув, произнесла мама и развела руками.

Права конечно. Про это я и сам знал, но я ведь собирался по другому действовать и даже после разговора с матерью не дал заднюю.

Мужик должен идти к своей цели, а не сидеть и сопли на кулак наматывать и ничего не делать.

Я готов был рискнуть. Готов как никогда…

Поэтому после разговора с матерью, сразу поехал к любимой. Не знал, что буду говорить. Да я просто отключил свою рациональность и решил слушать сердце.

– Злат, открой пожалуйста, – начал тихо стучать, когда не звонок не было никакой реакции.

Точно знал, что она дома. Машина ее стояла под окном. А Тим писал, что сам у бабули, а мамы с ним нет.

– Ник, Тима дома нет, – наконец слегка приоткрыла дверь. Я приблизился лицом к щелке.

– Я к тебе. Я с пустыми руками и без идиотских заявлений. Я просто поговорить, – честно признался и, сделав шаг назад, поднял руки и показал, что ничего нет у меня.

Злата прищурилась и взглядом буравила. Брови так мимо хмурила, что хотелось просто толкнуть дверь, к себе ее прижать и все лицо целовать без остановки.

– Ну ладно. Но недолго, – распахнула дверь и я прошел в квартиру.

Сняв пиджак и ботинки, прошел в гостиную.

Сердце колотилось о грудную клетку. Ладони даже вспотели. Я так не волновался наверно даже в день нашей свадьбы.

Тогда все воспринималось вообще иначе. Подходящая женщина, во всем меня устраивающая и не более. Я ведь жил разумом всегда. Даже не думал, что однажды могу почувствовать что-то больше. Страсть, желание, тягу к определенной женщине списывал на банальные физико-химические реакции в головном мозге. А нет. Все намного глубже.

Оказывается и называется это одним словом, в существование которого не верил. Все «любовь». Теперь я это понял…

Я набрал в грудь побольше воздуха и сделал шаг к Злате.

Она растерянно хлопала глазами и просто молчала, а я взял в руки ее ладони и поднес к своим губам. Едва коснулся и произнес:

– Злат, прости меня, – я начал, пожалуй, с самого главного…

Глава 30

Злата

– Мир, мне надо к сыну, – выскользнула из объятий. Не хотелось, но пришлось.

Его признание звучало искренне и я поверила. Но его бывшая от этого все равно никуда не делась. А судя по тому, что она мне сказала, эта женщина не собиралась отпускать Мира так просто. Хотела бы я быть с Миром. Почувствовать себя любимой. Почувствовать себя за широкой мужской спиной. Чтоб оберегали, ценили, уважали и больше не предавали…. Ох как хотелось мне всего этого…

Но…

Я ведь понимала, что не будет все просто. Даже если Мир не будет с Катей, это лишь часть решения головоломки.

У меня ведь есть Тим, который высказал свое мнение, который определенно против, который хочет все равно видеть отца вместе с мамой, а не какого-то чужого дядю…

И как с этим быть? Как объяснять сыну, чтобы понял и не осуждал? Я совсем не представляла…

– Злат, доверься мне, я не подведу, – притянул к себе и нежно коснулся губами лба.

Я не отталкивала Мира. Сердечко только разрывалось на части. Хотела быть с ним, но по факту не могла…

– Я пойду, – прошептала, медленно отдаляясь.

– Злат, я открылся тебе. Рассказал о своем прошлом, – еще держал за ладонь, не давая уйти. – А ты когда-нибудь сможешь?

Я неуверенно кивнула и опустила глаза.

Смогу.

Готова.

Но не сейчас…

Я шла медленным шагом к своему подъезду, ощущая на себе его пристальный взгляд.

Мир провожал меня и ждал, пока зайду в дом.

Открыв дверь, посмотрела на него издалека и махнула рукой…

Хотела бы, чтобы пошли вместе.

Хотела бы нормально познакомить его с Тимом, и так, чтобы он ему понравился. Хотя была уверена, что понравится. Мир умел найти к детям подход. Дочь невероятно сильно любил. Заботился о ней, возможно даже лучше матери…

– Мам, ты сегодня так долго, – сын встретил в коридоре, сумку взял и убрал в шкаф, обувь мою аккуратно поставил к стене. Тщательно прививала ему любовь к чистоте и порядку. Учила даже мыть полы. Пусть кто-то считает, что не мужское это дело, а я с этим не была согласна. Мужчина должен уметь все, а не только деньги в семью приносить…

Так мама еще говорила. И мой отец был именно таким. Мог и поесть приготовить и дома убраться. Брак– штука сложная. Хороший и крепкий брак– всегда союз двух людей на равных. Потребителям тут места нет.

– Да, занятие чуток дольше шло, чем обычно, – опять врала конечно, но сыну ведь дала обещание, что мы теперь только вдвоем, как и прежде.

– Ясно. Папа тебя не дождался. Домой поехал. Сказал, что ты уже скоро придешь, а ему пора, – спокойно делился сын, убирая в шкаф мою одежду.

– Папа разве не днем еще ушел? – перехватила вешалку и сама повесила пальто.

Тим покачал головой.

– Ой нет, мы с ним весь день. Не оставил меня одного дома. Сначала мы поехали к бабуле, но ее дома не было. Потом поехали к папе на работу, а потом уже домой вернулись…

Я была удивлена. Не думала, что Ник так ответственно подойдет к встречам с сыном. Целый день был с ним и даже не написал ни одного сообщения со словами упреков, что я оставляю сына дома одного. Странно…

Может действительно изменился?

Следующим утром отвезла Тима к бабуле. Он сам попросился, потому что дедуля видите ли новую игру купил для приставки, а ему не терпелось посмотреть.

Я у родителей не осталась. Затеяла дома уборку, а ближе к вечеру, когда полы сияли, был приготовлен ужин, все белье было постирано, а посуда помыта, я рухнула на диван и включила телевизор.

Пощелкать каналы не успела, потому что приехал Ник.

Я пустила его. Он так подозрительно доброжелательно разговаривал, что отказать не получилось.

– Прости меня, – прозвучало настолько искренне, что я растерялась. Ник целовал мои ладони, прижимал к своим губам, а я стояла, как вкопанная и не знала, что сказать. Хотела услышать эти слова? Определенно да. Но кажется Ник опоздал с ними на несколько лет…

– Ник, прошу не нужно ничего. Мы развелись, – заикаясь, и попыталась выдернуть ладони.

Ник не позволил.

Притянул за талию и носом в шею уткнулся.

– Злат, господи, прости меня за все. Прости за эти восемь лет. Прости за ложь и всю боль, что пришлось испытать. Я полнейшее гавно. Я так испортил тебе жизнь, – шептал, руками зарываясь в волосы. – Мне никто не нужен, только ты. Не могу без тебя. Прости, – руками лицо обхватил и начал целовать.

– Ник, прекрати, не нужно, – дернулась, чтобы высвободится. Это ведь так не работает. Один раз произнести не значило, что я сразу забуду и прощу…

– Нет. Не отпущу. Никогда не отпущу. Будешь снова моей, иначе не может быть, – схватил за запястье и снова притянул к себе. В объятиях зажал. – Ну что? Что мне сделать, чтобы ты простила?

Я молчала. Я ведь говорила однажды. Но время назад не вернешь…

– Ник, перестань, правда. Прошлого не изменить, – отшатнулась от него и слегка оттолкнула, чтобы отпустил. Когда-то надышаться им не могла, мечтала, чтобы обнимал чаще и слова о любви говорил постоянно. Но он был не тем человеком, кто способен показывать чувства.

– Нет, не могу я без тебя. Хочу тебя. Постоянно. Надышаться тобой не могу. Что же ты делаешь со мной? – и одним рывком к стене прижал. Жилку на шее прикусил, а руки под футболку запустил.

– Ник, прошу, прекрати. Ты не в себе, – когда-то таяла от его прикосновений, а теперь они словно кислотой кожу обжигали. Я уже не та Злата, что была счастлива в браке. Ник растоптал меня. Из-за него я потеряла веру в любовь, из-за него снова боялась доверять мужчинам. Из-за него даже спать с мужчиной не могла. Страшно было снова почувствовать себя использованной и той, к которой мужчина пришел от другой женщины…

– Златушка моя, девочка моя, любимая, – так ласково шептал, а руками с грубой силой прижимал, что не дернуться никуда и не сбежать. А я не хотела… Не так… Не с ним…

– Господи, Ник, да перестань уже, прекрати, отпусти меня, – истошно закричала, но Ник никак не реагировал. Пахом вдавился, руками по телу шарил, глазами раздевал. – Я не буду с тобой, слышишь, не буду. Не трогай меня, – что было сил толкнула в грудь. Ник отшатнулся назад, но по взгляду было понятно, что не собирался отступать. – Убирайся, уходи, – выкрикнула и рукой указала на дверь, поправляя одежду и взлохмаченные волосы.

– Не уйду, – хрипло произнес и снова пошел на меня, заставляя делать шаг за шагом назад.

– Господи, Ник, ну что мне самой в окно выйти, чтобы ты понял наконец? – и слезы зажгли глаза. Тонкими струйками потекли по щекам. Голос охрип.

А Ник посмотрел на меня ошарашенно, словно все это время не понимал, что происходит, а теперь пришел в чувства. Мои слова видимо отрезвили его.

– Злата, – схватил за плечи и начал трясти. – Да что же ты такое говоришь? Да как ты можешь? Я же люблю тебя. Люблю, тебя Злата– так громко и надрывно, а слова эхом отдавались в голове.

Как же это любит? А тогда получается не любил? Поэтому изменял?

Ноги стали подкашиваться. Но я не успела упасть. Ник рухнул на пол. Руками мои ноги обхватил. Головой в колени вжался.

– Я никогда не думал, что с тобой у нас любовь. Думал, что просто так удачно совпало. Ты неотразимая, прекрасная, чувственная. Да и я не плох. Мы шикарно смотрелись вместе. Идеально подходили друг другу в постели и в быту. Я никогда не верил в любовь, а потеряв тебя, понял, что это она и была. Мне никто не нужен, кроме тебя. Больше ни одна женщина. Только я и ты и наш сын. Злата, мы ведь можем начать сначала. С чистого листа. Больше никакой лжи, я клянусь. У нас ведь целая жизнь, давай проживем ее вместе дорогая?

Слезы брызнули из глаз.

Ну почему? Почему он понял так поздно?

Меня всю трясло. Я больше не могла стоять. Ноги не держали.

Рухнула на пол рядом с Ником, чувствуя как внутри разрывается все, что еще оставалось живым, и крепко обняла его.

Я плакала, тихо, почти беззвучно, ощущая на губах вкус соли.

– Я прощаю тебя, Каминский, – обхватила ладонями лицо. Смотрела прямо в глаза, не прячась за маской обиды и страха. – Прощаю, – повторила и облизала соленые губы. – Я очень рада, что ты больше не робот. Не человек с ледяным сердцем, каким был раньше. Я так рада, что ты теперь умеешь любить. Я так рада, что это я научила тебя любить, пусть поздно и ценой нашего брака, – всхлипывая, шептала бывшему. – Я желаю тебе счастья. Искренне желаю счастья и больше не держу на тебя зла. Я благодарна тебе за нашего сына. И ты никогда мне не будешь чужим, ведь мы с тобой родители нашего прекрасного Тима. Мы связаны этой нитью навечно. Но… Я не могу быть с тобой. Не могу, Ник… – выдохнув, честно призналась. Сожалела? Еще как. Двенадцать лет брака не стереть от одного лишь желания. Я ведь любила Ника больше жизни. Больше, чем саму себя… Когда-то..

Тяжелое дыхание.

Стук собственного сердца где-то в висках.

И правда, как горькое лекарство, противное, но исцеляющее…

– Потому что я больше тебя не люблю…

Глава 31

Ник

Всю жизнь я видел, как мать страдает от своей любви. Бесконечные измены отца, тихие скандалы родителей по вечерам у себя в спальне и я твердо решил, что проще вообще ничего не чувствовать, чем жить и страдать от своих эмоций.

Глядя на отца, перенял его привычку изменять. Но…

В отличие от него, я не был садистом, чтобы делать это напоказ и наслаждаться болью своей жены. Я скрывал долгие годы свою двойную жизнь, а моя социальная маска давала стопроцентную гарантию, что я никогда не влюблюсь.

Только я промахнулся. Влюбился в собственную жену, которую потерял.

Влюбился так сильно, что не мог больше жить в обличии холодного черствого циника. Я рискнул. Я открылся. Я признался Злате и сам себе в том, что так отчаянно игнорировал и во что в принципе никогда не верил.

Я любил…

Всегда любил только ее.

Женщину с медной копной длинных волос, колдовскими глазами и похожую на мифическую русалку. Когда я смотрел на танцующую Злату, плавно и изящно двигающуюся в танце, она представлялась мне именно так.

Я восхищался ею, как женщиной, как женой, как прекрасной матерью.

Но за двенадцать лет брака так и не сказал ни разу, как она мне дорога.

А теперь…

Вроде бы изменился, вроде бы осознал, поверил, нет, внушил сам себе, что все поправимо, что любую ошибку можно исправить, что каждый просто заслуживает второй шанс.

Я так отчаянно пытался реабилитироваться в глазах бывшей жены, так самонадеянно бился в закрытую дверь, не желая даже думать о том, что ни выломать ее не смогу и не откроет мне ее никто с другой стороны.

Был уверен, что чувства можно возродить.

Был уверен, что Злата любит, просто боится довериться вновь…

И я ошибался…

Во всем и всегда…

Жизнь дала мне оглушительна звонкую пощечину и спустила с небес на землю.

Не достоин ты, Ник Каминский. Не достоин.

Ни Златы, ни вообще никого…

В тот вечер я ушел от бывшей жены в состоянии глухого отчаянного оцепенения.

Эта последняя фраза Златы про нелюбовь и прощение засела в ушах и словно каждую секунду прокручивалась в голове без остановки. Как пластинка, которую ставят на повтор.

Как будильник, который трезвонит без конца, пока не отключишь. А я отлючить не мог…

Я бросил машину где-то у ближайшего бара.

Стопка за стопкой, пока не перестал нормально стоять на ногах.

Что делать? Насильно мил не будешь.

Как ни крути, вариантов не было. Только один.

Наверно самый правильный. Хоть однажды я ведь должен был поступить не эгоистично по отношению к тем, кого люблю…

Подумать о ней наконец, а не о себе…

Я должен был просто принять правду и отпустить…

– Что делает мужчина один в таком заведении? – томным голосом начала какая-то девица. Даже рассмотреть ее не получалось толком. Настолько был пьян, что уже все перед глазами плыло…

– Еще один коктейль для красотки в красном, – махнул бармену и произнес заплетающимся языком. Вот только и видел перед собой какое-то сплошь красное пятно…

Девица кажется улыбнулась, не знаю, может это мне и показалось только…

Она о чем-то без умолку тараторила. Честно, пытался слушать, но мысли совсем о другом.

Все представлял себя снова маленьким мальчишкой, возраста примерно лет десяти. Тогда, когда впервые узнал, что отец изменяет матери. Представлял, что мама забирает нас вместе с сестрой и мы не видим непристойную жизнь отца и других женщин рядом с ним. Представлял, как мама не молчит об этом, а твердит каждый день, что настоящий мужчина не должен предавать любимых и семью.

Все это представлял и сам не заметил, как оказался посреди улицы. Уже не было рядом никакой девицы, и бармен не подливал добавки.

Я один, шатающийся, на ватных ногах, с телефоном в руках, просто шагал, сам не зная куда…

Меня слепил свет фонарей почти пустой дороги.

Я все прищуривался и пытался разглядеть, где нахожусь. Ни улицу, ни номер дома, ни черта не мог рассмотреть.

Тогда облокотился спиной о холодный фонарный столб и начал набирать в телефоне такси.

Не набрал. Дошло, что не мог объяснить таксисту, где нахожусь…

Да и хрен с ним…

Решил дальше идти пешком в никуда…

В руке минут пять вибрировал мобильник.

Злата звонила. Ее имя я отчетливо мог разглядеть.

Я не отвечал.

Что еще я мог сказать? Полюби меня, ведь я так хочу? Мог бы так говорить. Мог бы давить на то, что нужно думать о сыне, нужно делать все ради сына, вопреки своим чувствам и желаниям.

Возможно даже Злата бы и согласилась. Если бы я науськал сына, давил на него, чтобы он давил на мать. Может и срослось бы. Но какой ценой? Не хотел я больше поступать эгоистично. В отношении любимых точно…

Когда телефон перестал вибрировать, пришло сообщение. Тоже от Златы. «Не натвори глупостей. Тиму нужен отец. Ты нужен».

Я даже смог прочесть и мужская скупая слеза скатилась по щеке.

Злата слишком хорошо меня знала. Изучила вдоль и поперек и даже по диагонали. Даже после развода могла предугадать каждый мой шаг…

А вот я совершенно не понимал, зачем я делаю то, что делаю…

От безысходности? Наверно так…

Приткнуться хоть куда-нибудь, хоть к кому-то, кто будет любить…

Я позвонил в дверь один раз. Даже ждать не пришлось, как она распахнулась, а я ввалился и просто упал. Туда, где меня всегда ждали. К той, которая сказала пророческие слова о моем возвращении…

Она всегда говорила, что любила, а я не чувствовал тоже самое к ней.

Она уверяла, что вернусь и буду с ней, а я молча уходил и твердил сам себе, что никогда…

Ведь я все решил…

Я встал на путь истинный…

Я пойду до конца…

Ни черта…

Побитому псу хватило одного удара, чтобы перестать лезть в чужую конуру и вернуться обратно в свою. Холодную и пустую…

Ту, где совсем одиноко одному…

И вот тебя зовут на ночлег. Один, другой, третий. А ты хочешь забыться. Уже не нужна любовь, страсть и все прочее. Главное не быть одному, чтобы не сойти с ума…

Прошел еще год.

Я больше не пытался вернуть свою любовь, не пытался полюбить Милу. Наверно ее любви тупо хватало на нас обоих.

Я проводил сына в третий класс. Больше не пропускал школьные линейки. Ходил на родительские собрания. Водил Тима на плаванье и вместе с ним участвовал в соревнованиях. Не мог больше его подводить. Не хотел…

Наверно как-то подсознательно чувствовал, что больше не имею права ошибаться…

А когда Мила протянула мне коробочку с детскими розовыми пинетками, я понял….

Наверно это судьба…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю