332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Ксюша Литт » Желания для Серебряной рыбки (СИ) » Текст книги (страница 3)
Желания для Серебряной рыбки (СИ)
  • Текст добавлен: 1 января 2021, 23:00

Текст книги "Желания для Серебряной рыбки (СИ)"


Автор книги: Ксюша Литт






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

ГЛАВА 5

Дорога. Бесконечно уносящаяся вдаль серая лента. Лента из бетона, асфальтной крошки, щебня, продавленной колеи, выбоин и ухабов. В российской глубинке редко можно без досады в голосе отозваться о ней. Для Никиты эксперимент автопробега по дорогам-бездорожью проходил впервые. Проехали уже более тысячи километров и то, что дальше будет лучше уже не верилось. Ни одна лежащая на пути республика или область, да даже район не отличились безупречностью. Где-то лучше, где-то хуже, но в основном никак. Спустя сутки уже вроде и привык. Все меньше междометий и отдельных слов возникало в мыслях при очередном потряхивании, постепенно приходило очарование и умиротворение. Бескрайние просторы. Леса, поля, реки, горы, последние часы все больше как-то мелькали степи. Населенных пунктов на пути становилось все меньше, лишь сине-белые указатели, что где-то там, в стороне существует еще одна убогая деревушка. Они уже давно отъехали от очередного крупного города, следующий впереди еще не скоро замаячит. «Дорожное радио», единственное которое стойко выдерживало любое захолустье, весело напевая «незабудками» и «маленькими плотами» тоже не вынесло пустоши и заглохло. Анька какое-то время уперто еще нажимала кнопки на магнитоле, но из колонок слышалось лишь характерное шипение. Ничего не нашла – выключила. В наступившей тишине была своя прелесть.

– Хорошо. Надоел уже шум, – одобрительно кивнул Никита и зевнул. Он устал от всего, от музыки, от дороги, от недосыпания, от походных условий и еды всухомятку. Хотелось хотя бы минимального комфорта, – надо остановиться поесть нормально, – предложил он, – обед с меня.

Забегаловка на окраине какого-то поселка после недавнего завтрака казалась гастрономическим раем. Анька хлебала выбранную ею солянку. Видимо, на сытый желудок в ее голове начали возникать новые бредовые идеи.

– Может нам Лику с Ильёй свести, – азартно предложила она Никите, едва заметно косясь на соседний столик. Рядом сидящий Олег подавился, хоть сказали и не ему, но он слышал.

– Нам? – недоверчиво уточнил Никита, не веря, что девчонка говорила серьезно.

– Ну, ты же мне поможешь!

– Конечно нет, – не раздумывая, отказал, – даже не могу представить, зачем мне это надо.

– А ты просто так не можешь? Просто как друг! – Аня обиженно вспылила.

– Друг? – удивился, когда это успел стать другом. – И что ты предлагаешь подруга?

– Надо их тут двоих забыть в Саратовской области, пусть пешком вместе идут, – заговорщицки шепнул Олег, вклинившись в разговор, – трудности сближают.

– Я бы лучше тебя забыла, – огрызнулась Аня.

– Если с тобой, то с удовольствием, – подмигнул парень и получил в ответ, вскинутый средний палец. Никита осуждающе посмотрел на Аньку:

– Барышня, что за манеры!

– Он меня бесит, – пожаловалась в оправдание.

Таня, уязвленная вниманием «своего» парня к другой девушке, с грохотом отодвинула стул и обиженно вышла на улицу. Аня тут же пристыдила Олега:

– Ты такая свинья! Я бы удавилась, если бы с тобой осталась. Иди и извиняйся.

– С фига ли? – хмыкнул в ответ.

– Ладно, разбирайтесь тут. Пойду пока заправлюсь, – Никита, не желая наблюдать мексиканские страсти, тоже вышел.

Молодежь еще немного перепиралась на повышенных тонах, чем привлекала внимание остальных. В итоге Олег, психанув, ушел вслед за Никитой, Анька решила сама успокоить подругу:

– Вот и на кой тебе эта сволочь сдалась?

– А тебе Вадим зачем?

– Вадим меня не использует, а Олег тобой пользуется.

– Я была бы рада, если бы он мной попользовался, но он видит только тебя, – уныло отозвалась Таня, – только на тебя и смотрит.

Аня тоже вздохнула, подхватывая уныние подруги. Почему так несправедлив мир? Таня страдает по Олегу. Олег бегает за ней – Аней, а она сама сохнет по Вадиму. Вадим с Ликой, но заглядываться на Риту, которая бросила Никиту. Ритка нравится Илье, но Илья не достаточно хорош, для Риты. Сплошная "Санта Барбара".

Прошло уже минут двадцать, все машины давно заправились и томились в ожидании – Никита никак не выходил из здания заправки.

– Где он там пропал? – возмущались ребята.

Ходивший узнать, что случилось Степан, пояснил:

– По карточке расплачивается, но тут инет на грани фантастики.

Аня взглянула на свой телефон – один оператор показывал "вне сети", второй едва маячил одной палочкой.

– Нашел, где безналом расплачиваться, – проворчал Лешка.

– У него наличных нет, все в столовой потратил.

– Вечно у него наличных нет, – фыркнула Ритка.

Тем временем Никита с Олегом стояли возле кассы. Кассир-оператор скучающе взирала на кассовый терминал по безналичному расчету. Он уже четыре раза выдавал отказ из-за сбоя соединения, теперь упорно ждали пятую попытку.

– Ты не правильную тактику выбрал, – разъяснял Никита мальчишке, – ты теперь жестко и безвозвратно повис во "френдзоне". Мало того, что почти родственник, так еще и с подругой ее замутил. Даже если вдруг ты сейчас ей внезапно очень понравишься, она не пойдет против подруги. Понимаешь? А если бросишь подружку – будешь для нее последним подонком. Так что, вариантов никаких.

– Что прям совсем никаких?

– На данный момент – абсолютно никаких. Может со временем, если постоянно долбить и настаивать, мельтешить в поле зрения, душить вниманием, может, тогда и воспримет тебя, как мужчину. Вот только оно тебе надо? Добьешься, потом хрен бросишь. Мамы, папы, братья, сестры тебя со свету сживут, если вдруг она тебе надоест. С ней прямая дорога в ЗАГС, поиграть просто не дадут. Думаешь она того стоит?

– Ну, она мне нравится, – пожал плечами Олег, – она такая…

– Милая? – усмехнулся Никита. – Да милая и забавная. Тебе двадцать лет. Самое время гулять и развлекаться. А тут свадьба и наверняка сразу дети, и тогда поймёшь, что таких милых кругом полно, но деваться уже некуда. Найди что-нибудь попроще и расслабляйся. Вон, та же Танечка, к примеру, на все согласная и плакать сильно не будет, когда время расставаться придет.

– Почему, думаешь, что не будет плакать?

– Натура такая, по ней сразу видно – убиваться, точно не будет. Пару раз пожалуется той же Аньке для приличия и другого найдет.

– Вот потому она мне и не нравится.

Никита досадливо махнул рукой – объяснять бесполезно. Не дай бог так из-за девчонки головой свернуться. Повернулся к девушке-кассиру:

– Девушка, а у вас этот аппарат когда-нибудь вообще хоть раз работал? – в ответ сам аппарат икнул коротким звуком и снова выплюнул чек, пронзительным писком оповещая, что задача ему непосильна. Девушка, виновато пожимая плечами, отдала карточку.

– Мда, – крякнул Никита, – похоже, мне тут самому из Саратовской области пешком идти. А наличные где-нибудь снять можно? Банк у вас есть? – про банкомат, заикаться уже боялся.

– Слушай, давай я наличку дам, – спохватился Олег и выгреб из кармана купюры.

– Появимся в цивилизации – отдам, – благодарно заверил Никита.

Может от того, что до чертиков устал, может от этих казусных ситуаций и пустоши на десятки километров, но именно Саратовская область, не в обиду всем саратовцам показалась ему самым нищим и самым забытым богом местом. И в самом деле, сменившая в свою очередь Волгоградская область, качеством дорог, хоть и не отличалась, но пейзажи чаще радовали глаз наличием водоемов, временами вдалеке проявляла свое существование река Волга. Чувствовалась оживленность, люди и поселки не были редкостью. Радио снова заголосило непонятным волгоградским "Белым лебедем", чем-то похожим на "Дорожное радио", но зато уже не было ощущения, что за время их пути случился апокалипсис, и все вымерли. Никита улыбнулся своей возникшей бредовой мысли. Устроившись удобно на заднем сиденье, он рисовал в воображении Саратовскую область "Зоной мертвых" где редкие местные жители, попадающиеся на пути, превращались в зомби и кровожадно бросались на их машину. Прикорнувшая, рядом Анька, вытянув беспардонно на него ноги, время от времени удачно выходила в интернет, отправляя и получая сообщения через «ватсап». Связь с миром существовала. Равнодушно наблюдая, Никита легонько массировал и поглаживал ступни и пальчики девушки, и вскоре не заметил, как уснул.

На удивление уснул крепко, сколько проспал, не знал, но открыв глаза, почувствовал, что выспался. Шея и спина затекли. Хотел выпрямиться, но только сейчас обратил внимание, на теплоту в районе диафрагмы. Анька тоже уснула и в поисках удобного места устроила голову на его груди. Спала крепко и сладко, едва приоткрыв рот, выпуская из него размеренные тихие потоки воздуха. Предельно аккуратно, стараясь не разбудить, опустил ее голову на колени, повел плечами, вытянул шею, ломота отступила. Снова взглянул на девушку. В спящем виде она выглядела еще более нежной. Даже растрепанные волосы не портили вид и умиляли. Едва прикасаясь пальцами, убрал с лица прядь, выбившуюся и прилипшую от мелкой испарины на лбу. Жарко. В салоне выставлен климат-контроль, но от их соприкасающихся тел несло жаром. Это неожиданно возбуждало. Мозг в заданном направлении начал прорисовывать картинки, рука невольно после откинутого локона, заскользила дальше. Заправил за ухо, спустился на ключицу, большим пальцем очертил оголенную, выпирающую косточку. Кисть сползла еще ниже на упругую округлость, ногтем едва заметно скребнул ткань, там где, по всей видимости, должна быть чувствительная вершинка. Неровно выдохнул, усилием воли подавил желание сжать ладонь. Убрал руку, воровато поглядывая в зеркало заднего вида – все внимание Олега на дороге. Внутренне расслабился, умиротворение растекалось по жилам, снова наслаждаясь фантазиями стал разглядывать спящую красавицу. Возникло острое навязчивое желание оказаться в уединении вдвоем, в комфорте и в прохладе, предаваясь неспешным ласкам. Податливое голое невинное тело, вздрагивающее под его прикосновениями, мягкие волосы, гладкая кожа, теплые влажные губы, нежные руки, острые иногда впивающиеся ноготки, блаженные стоны и бесконечные движения. Никита еще раз тяжело вздохнул. Нарастающее возбуждение начало упираться девушке в загривок. Его рука бесконтрольно опустилась ей на живот, ныряя под футболку, пальцы едва зашли под пояс шорт. Посмелее бы движение и можно ощутить ее внутреннюю влагу, проникнуть пальцем внутрь, довести до экстаза, увидеть растекающееся блаженство. Снова скосил взгляд на водителя, и снова они не в фокусе его внимания. Рука смело ушла под футболкой выше. Жадно и в то же время легко обхватил грудь, пальцами ловко освободил из под лифчика сосок, перекатывая, аккуратно сжал.

Анька дернулась, резко проснувшись. Широко открыла глаза, еще не совсем соображая, что происходит. Никита, не стесняясь, продолжал ласкать ее, губы растянулись в полуулыбке, взгляд не отводил, смотрел нагло, прищуренно. У нее в голове набатом зазвенел сигнал о невозможности происходящего – надо отпихнуть его руку, возмутиться, наверное, даже можно залепить пощечину, но она почему-то продолжала смотреть в его потемневшие глаза, слушала затылком отдающийся у него в животе оглушительный стук сердца. Вторая его рука приблизилась к ее лицу, пальцы погладили щеку, губы, подбородок, снова волосы, пропуская сквозь пальцы локоны – у основания влажные, вспотевшие, ласково перешел на шею. Другая рука, которая только что возмутительно щупала ее, теперь делала это восхитительно. Преступно хорошо и сладко. Во рту сладко, в животе сладко. Хотелось растянуться и выгнуться. Может это сон? Нельзя такое в реальности – закрыла глаза, отвернулась. Но ощущения были слишком настоящие для сна. Приятные, но постыдные – развратные. Зачем? Как потом смотреть ему в глаза? Словно сбросив морок, вскочила, скинула с себя его руки, угрюмо осуждающе нахмурилась, поправила одежду. Вид по-прежнему милый и взлохмаченный. Даже такая нахохлившаяся и взъерошенная она была очаровательна. Никита взлохматил ее еще больше, засмеялся, потянул к себе упрямо упирающуюся, жарко зашептал:

– Милаха, ты прелесть.

Олег, почувствовав поднявшееся шевеление на заднем сиденье, оглянулся. Заметил, как Анька недовольно пихнула локтем в бок Никиту, тот лишь засмеялся и ущипнул ее легонько в районе рёбер. Началась новая возня. Увиденное на короткое время заставило водителя потерять самообладание, автомобиль заметно вильнул.

– Эй, – испуганно вскрикнула Таня, сзади тоже затихли, синхронно высовывая вперед головы, в поисках ответа, что произошло: им было невдомек, что мальчишка за рулем нервничал из-за их заигрываний.

– Что беситесь? – раздраженно рявкнул Олег.

Никита понимающе хмыкнул, отодвинувшись от девушки, откинулся на спинку. Анька тоже максимально отползла в свой угол, высунула злорадно язык, для убедительности вскинула средний палец. Он тут же на лету ухватил его и больно выкрутил, грозно шипя:

– Еще раз увижу – сломаю.

Угроза выглядела очень убедительно. Аня пристыженно опустила глаза, ворча себе под нос шепотом какие-то недовольства, отвернулась совсем и надолго затихла.

Через какое-то время водители снова сменились. Ехать стало все сложнее – больше суток дороги плавили мозги каждому. Единогласно решили заночевать под Волгоградом.

– Я хочу на Родину-мать, – радостно воскликнула Таня.

Аня с азартом поддержала:

– И я хочу, всегда только издалека смотрим.

– Да, что там смотреть? Памятник, – недовольно заворчал Вадим. Степка, поддерживая угукнул. Полина с замученным видом отрешенно помалкивала.

– Не, мы сразу отдыхать, – заявил Лешка, здраво оценивая состояние супруги.

– А я бы тоже посмотрела, – заявила Лика.

Остальные молчали, сохраняя нейтралитет.

Разделились. Одна машина поехала подбирать мотель для ночлега, две другие двинули к монументу.

– Ты здесь был? – Анька уже, похоже, остыла, и обида на Никиту у нее прошла, более того держала его за руку и стойко, не показывая усталость, поднималась на Мамаев курган.

– Не был, – Никита с интересом озирался. И в самом деле, вроде памятник, но эпичность восхищала. Стены-руины приводили в восторг, затормозил разглядывая. С приятным удовлетворением отметил спокойность девчонки рядом с ним: она не скакала, не суетилась, в желании сфотографироваться в различных позах и на любом возможном фоне, молча, обходила все достопримечательности. В зале воинской славы у вечного огня крепче сжала его руку, прошептала:

– Тут как-то жутко. Как в склепе.

Лишь у подножья "Родины" оживилась, ахнула, оглядывая панораму с видом на город и Волгу:

– Круто! – воскликнула, раскидывая руки, закружилась, задрала голову вверх и замерла, уставившись на монумент. – Вблизи она совсем некрасивая, – выдала разочарованно.

Никита широко улыбался, глядя на счастливую девушку:

– А ты красивая, – вдруг произнес.

Анька нахмурилась, вместо кокетливого принятия комплимента, подозрительно прищурилась, сунув руки в бока.

– Не так давно говорил, что маленькая, – напомнила она ему.

– Маленькая и красивая, – еще сильнее рассмеялся. С каждым разом ее непосредственность все больше его очаровывала. Девочка наконец-то смутилась, в растерянности отвернулась, якобы заинтересовавшись чем-то, но его слова видно, что понравились, склонив голову, едва сдерживала улыбку. Не удержалась – расплылась. Гордо вскинув голову, уверенно заявила:

– Я знаю. И не вздумай больше распускать руки.

Ответить Никита не счел нужным. Обещать уже ничего не мог. Нет, он, конечно, постарается, при условии, что она сама не будет его провоцировать. А может и не постарается. Оглянулся, отыскивая взглядом Олега – самый сдерживающий фактор. Просто из мужской солидарности не хотелось играть у парнишки на нервах. Тот, как ни странно, по пятам за ними не ходил и в данный момент в обнимку с Танечкой направлялся в сторону храма, расположенного неподалеку.

– Смотри, смотри – они вместе! – вдруг резко потянула его Анька, разворачивая в другую сторону. Не понимая о чем она, Никита бесцельно водил взглядом, пока не обнаружил стоящих, рядом друг с другом, Илью и Лику.

– Ну и что? С кем им еще быть? – пожал плечами. Олег с Таней, Степан уныло таскался за Светой, сам Никита и тот уже привычно с Анькой. Так, что Илье и Лике вариантов других не оставалось, как быть сейчас вместе.

– Ну, вдруг понравятся друг другу. Шанс, какой никакой. Ты все посмотрел? Пойдем, я еще магнитик какой-нибудь хочу взять.

– Зачем тебе магнитик?

– На память.

– Хм, ну пошли брать магнитики.

В городе остановились у банкомата. Никита снимал наличные.

– Опять он со своей карточкой, – недовольно проворчал Илья, эпопея с безналом достала и возмущала.

– Волгоград, не Саратовская глушь, быстро снимет, – Лика не разделяла возмущения.

– Как уж можно без налички ехать? – парень не успокаивался.

– Можно. Сомневаюсь, что он вообще ее часто в руках держит, – отозвался Степан. – Во всяком случае, рубли точно видит не часто.

– Думаешь?

– Вижу! – хмыкнул Степа. Он единственный, пожалуй, кто подметил не вписывающийся в общую картину, образ попутчика. Но, так как ему это было не особо интересно, впрочем, как и остальным сейчас рядом присутствующим, тему развивать не стали. К тому же в этот раз с обработкой безнала проблем не возникло. У каждого было одно огромное желание – добраться до кровати, отдохнуть и выспаться.

Короткий перерыв на ночь и они снова как одержимые ехали и ехали вперед навстречу какой-то безумной идее.

– Что-то случилось! – орали в два голоса, обезумевшие от безделья девушки, вторя звукам, доносящимся из колонок. Из всей песни Ободзинского, знали лишь эту фразу, зато с каким чувством ее произносили подвывая. Олег затыкал уши, звучала уже четвертая песня в их исполнении. – Наааа-наа-наа-на-на… откуда вдруг эта бедаааа… Но! Что-то случилось! Ла-ла-ла-ла… Лаааа-ла-ла-ла-ла-ла-лаааааа

Абсолютное отсутствие слуха у обоих, но Никита смеялся, забавляясь, делая громкость еще больше. Не он один устал. Устали все. Радовало одно – сегодня финиш. Последний рывок, и можно с гордостью и уверенностью сказать: «Я сделал это!»

За окном уже вовсю маячили краснодарские просторы. Были и обещанные переспевшие подсолнухи и бахча с арбузами и дынями. Возле одной из полевых торговых точек притормозили.

– Леш, я передумал, забирай свое чудо назад, иначе мы свихнемся или оглохнем, – посетовал Никита Анькиному брату.

– Эээээ, нееет, везешь до конечного пункта, потом заберу, – цокнул тот в ответ, поглядывая в сторону Хонды, сестрёнка, высунув голову из окошка, продолжала концерт:

– Я назову планету именем твоиииим, и будет мир принадлежать всегда, лишь нам двоим… Олег, давай один сейчас откроем, – крикнула она парню выбирающему арбузы. Тот с радостью отозвался на просьбу.

– Побольше, побольше бери, – советовал Лешка, – чтоб надолго затихла.

Девчонка возмущенно фыркнула на брата и руки уже потянулись складывать пальцы в знакомую фигуру, но покосившись на Никиту, передумала, высунула лишь в знак протеста язык.

– Язык тоже вырву, – пообещал тот укоризненно.

– Нашелся тут воспитатель, – недовольно пробурчал она и, скрывшись в салоне, закрыла окно.

ГЛАВА 6

Никита не сразу сообразил, что ехали они в принципе «куда глаза глядят», потому что лишь ближе к развилке на общем совете заспорили – выбирали между Сочинским районом и окрестностями Геленджика. А ему уже до такой степени было все равно, что активного участия в споре не принимал, ждал лишь решения. Налево или направо – все одно – ему в новинку был такого вида отдых. Геленджик по неизвестным причинам перевесил, следовательно, свернули направо.

Анька всерьез расстроилась:

– Я хотела на "Красную поляну", – жалобно ныла она, – там сейчас все перестроили.

– А что там летом делать? – Никита не мог понять ее отчаяния – в его понятие это был в первую очередь горнолыжный курорт.

Она взглянула на него так, что он вдруг сразу почувствовал себя каким-то несмышленышем перед умудренным жизнью человеком:

– Ты что? Там красиво! Горы! Подъемник есть! Там олимпиада была.

– Зимняя олимпиада, – напомнил ей Никита, – тем более Геленджик это тоже горы.

Это все равно её не убедило, огорчение не прошло. Олег тут же, как благородный рыцарь попытался успокоить свою обожаемую принцессу:

– Если мы отмотали почти три тысячи километров, то из Геленджика в Красную поляну не такая уж и проблема сгонять.

Никита хмыкнул. Он, конечно, на машине такой путь сам не прокладывал и опыта не имел, но в теории знал, что из себя представляют "какие-то" триста километров по серпантину в горах. Воистину – любовь не знает границ безумству.

Расселиться без предварительного бронирования оказалась та еще проблема, но им крупно повезло. В одном гостевом доме удалось занять весь этаж, но и то, не всем еще хватило комнат. На завтра ожидалось освобождение еще одной «двухместки» этажом ниже, а Вадим с Ликой сняли комнату вообще в доме по соседству.

В номере на троих осваивались Илья, Олег и Никита. Последний сидел на кровати и удрученно оглядывал помещение. В номере имелся собственный душ и это уже радовало. До этого рассматривали вариант, где помыться можно было на улице в деревянных кабинках, а вода на естественном солнечном обогреве, так что, можно сказать, они тут хорошо устроились. Он еще раз оглядел единственный шкаф, холодильник, телевизор, диван и кровать. Озадачился:

– Мы тут вместе спать будем?

– Да ладно, – успокоил его Олег, – не переживай, ты не в моем вкусе.

– Может тогда Илюха в твоем вкусе, а я уж на диване как-нибудь.

– Угу, почти смешно, – отозвался Илья.

– Не, а ты что, прям совсем не в состоянии девушку уломать? Сейчас бы жил с ней в отдельных апартаментах.

Всем было понятно, что Никита съязвил о Рите и безуспешных попытках Ильи ее очаровать.

– Сам-то что? – огрызнулся тот в ответ.

– А она мне из принципа сейчас совершенно не нужна.

Тут Олег подоспел со своей идеей:

– Так может ты тогда с Танькой…

Никита не знал смеяться или возмущаться:

– Вы тут вообще охерели, я смотрю, малолетки. Еще кого мне не предлагали? Полину брюхатую? – оглянулся на Илью. – Ты, кстати, в курсе? Тебе тут тайным заговором Лику пропихивают.

– Чееее? – проблеял обалдело парень.

Никита злорадно хохотнул:

– Тут все продумано до мелочей. Ты с Ликой, Вадим с Ритой, мне вот теперь Таня…

– Че за херня? – выругался Илья, по-прежнему ничего не понимая.

– Молодежь жжет, – пояснил Никита и переключился на Олега, – а тебе я уже все про твою тупость сказал, сам разбирайся со своими Анями-Танями.

Неизвестно, возможно дело дошло бы и до потасовки, но всех отвлек стук в дверь. Тут же она распахнулась и в проем просунулась довольная мордашка Аньки.

– Мальчишки, пойдемте на море.

Ночь на юге наступает внезапно. Вот только было вроде еще светло и через несколько минут уже кромешная тьма. Они пробирались по безлюдной проселочной улочке почти на ощупь, туда, в ту сторону, где предполагалось море. Их дом находился на окраине поселка, что еще больше придавало мрачности их походу.

Их компания многочисленная и шумная, кто-то впереди подсвечивал телефоном, но Анька все равно нагнала Никиту и ухватилась за руку. Эта доверчивость с одной стороны забавляла и умиленно нравилась ему. Девчонка, не прилагая усилий, с легкостью будила в нем инстинкты защитника. Душа просто рвалась оберегать милое глупое беззащитное существо. Но с другой стороны он ведь не давал ей никакого повода. Она сама его выбрала и определила другом, совершенно непонятно исходя из каких причин. Какой он ей друг и хранитель? Если бы не брат и горе-воздыхатель…

Никита еле слышно вздохнул, обнял её за плечи:

– Ты что боишься? – спросил, наклонившись, и губы совсем ненадолго задержались на ее волосах. Она ответно прижалась к нему ближе, ничего не ответила – и так было понятно, что трусишка, что придавало ей еще больше очарования. Он просто балдел от ее непосредственности. Поддавшись нежным чувствам, которые всколыхнула в нем девушка, плюс вседозволенность темноты, которая, как известно – друг молодежи, снова прикоснулся губами к волосам в районе уха, рука сильнее сжала ее плечо, пальцы уверенным сдавливающим движением потянулись к основанию шеи, оставалось, только захватить затылок и развернуть ее голову и дальше… Дальше он уже и в самом деле не соображал. Снова видел широко раскрытые глаза. Отражающиеся и блестящие в них небесные звезды. Чувствовал в наваждении оцепенение девчонки, слышал внезапно затаившееся дыхание. Язычок, нервно облизывающий губы, в следующий момент он бы сам уже облизывал их, но резкий удар в спину и они оба вздрогнули.

– Никита, можно тебя на пару слов? – настойчиво потянула его к себе Рита. Он отпустил Аньку, подтолкнул к удаляющейся компании. Легко, как будто это не он только что собирался целоваться с ней при луне. Анька непонятно на что обиделась, возмущенно ответно толкнула его и поспешила за всеми.

Рита и Никита теперь остались одни.

– Все играешь с девчонкой?! – в ее голосе слышалось очевидное недовольство и осуждение. Никита оправдываться в чем-то не собирался, да и не для этого она его остановила.

– Играю. Что хотела?

– Может, все-таки вместе комнату снимем, – она не стала юлить, соседство с девочками казалось большим злом и несправедливостью судьбы, чем провести отдых с ним. Теперь, хорошо сознавала, что погорячилась, прогнав его от себя.

Никита хмыкнул, пожалуй, он бы сейчас не отказался снять возбуждение, вызванное невинной девчушкой, да и Рита в кровати по соседству, бесспорно, лучше Олега.

– А что, есть свободные комнаты?

– Можно поискать, – девушка воспрянула, не встретив категоричное "нет".

– Поищи.

Он делал акцент всецело на ее желание и прихоть, чтобы исключить возможность повторения всплеска гонора и характера.

Пляж и море, не смотря ни на что, ему понравились. Отдыхающих, желающих провести ночную прогулку у моря, оказалось не много. То место, куда они вышли, оказалось диким. Далеко в сторону по берегу слышалась музыка, светились огни «кафешки» и там было людно и суетно. А здесь, пожалуй, только они со своей шумной компанией нарушали спокойствие, раздражающе действуя на уединенные парочки.

Никита, скинув обувь, поддался всеобщему желанию войти в воду. Контрастно холодная волна окатила ступни и щиколотки, брызгами доставая до колен. Невольно вздрогнул и сжался – ощущения одновременно приятные и нет. К третьей накатившей волне температура стала привычной. Вот тогда и захватило чувство восторга – щенячьей бестолковой радости. Потратив двое с лишним суток, преодолев огромное расстояние, достигнуть с трудом через препятствия цели – он понял – в этом и было счастье. Никакие Ибица, Ницца или Майорка, казалось, не шли ни в какое сравнение. Этот клочок земли из огромных булыжников, мерно плещущиеся волны, свежий ветер, дующий почему-то в море, звездное небо, лунная дорожка, уходящая далеко по воде за горизонт и девушка со счастливой улыбкой на этой дорожке вскинувшая в восторге руки вверх. Это сейчас в данный момент казалось раем. Невольно залюбовавшись, достал айфон и запечатлел себе на память. Лица не видно, лишь силуэт, уходящий в море и кусок рваного диска луны в руке.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю