Текст книги "Гостевой дом старой девы (СИ)"

Автор книги: Ксения Ласка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

Глава 25. Эпилог

Спустя три года

Крепкая, чуть шершавая ладонь скользнула по бедру, вызывая рой мурашек и привычное томление. Я млела от этих прикосновений и заранее знала, что уже скоро получу неземное наслаждение. Как же я обожала такие пробуждения! Тихо застонала, когда мои груди оказались во власти мужских рук.

– С добрым утром, моя Виви. Вставай, пора завтракать, – сказал муж прямо в ухо, обдавая горячим дыханием, а после отстранился.

– Какая безответственность, просто преступление, – еле скрыла возмущение. Какой завтрак, когда я уже возбудилась всего от нескольких касаний?

– А что не так? – Дият сделал вид, что не понимает, о чем я.

– Например то, что я загорелась желанием от твоих действий, а ты пытаешься уйти, не исправив ситуацию, – лениво приоткрыла глаза и посмотрела на него с улыбкой.

– Как можно уйти, когда настолько провинился? Я очень хочу взять на себя ответственность и исправиться, – усмехнулся, явно зная, что мне уже даже прелюдии не нужны. Я его хотела.

– Тогда чего же ты ждешь? – хотела поторопить события.

– Оцениваю степень провинности, – все еще тянул время.

– Сомневаюсь, что ты справишься, она слишком велика, – дразнила мужа и это подействовало как спусковой крючок.

– Я обязательно справлюсь и не единожды, раз все настолько серьезно, – торопливо разделся, после чего стянул с меня полупрозрачную сорочку.

– Как же ты прекрасна, моя Виви, – шептал он, в перерывах между ласками и поцелуями. Не выдержав пытки, хотела забраться на него сверху, но Дият ловко пресек мой маневр, словно заранее знал, что я намерена сделать.

– Нетерпеливая, – поцеловал в шею, а после навис сверху, широко раздвинув мои ноги и вошел одним плавным движением.

– Дааа, – протянула в наслаждении, притягивая его еще ближе, чтобы чувствовать кожей желанное тело и движения мужа.

– И как я справляюсь? – спросил и прикусил мочку уха. Ощущения затмили мне разум, что я едва осознавала сказанное.

– Прекрасно. Но я бы попросила трудиться интенсивнее, – ответила сквозь стоны, не сбивая игривого настроя.

– Вот так? – начал двигаться активнее, отчего все тело наполнилось предвкушением оргазма, но Дият, словно назло, вновь замедлился.

– Не стоит сбавлять оборотов, иначе я не засчитаю результат и придется повторить все заново, – потянула его к себе за талию, пытаясь вернуть прежний темп.

– Для стимула мне не хватает пароля, – усмехнулся, не поддаваясь.

– Ты самый лучший, – вышло с придыханием.

– Правда? – томил меня, действуя все также медленно.

– Дият. Ты самый лучший. С-самый. Лу-лучший, – повторяла сквозь стоны и сбывшееся дыхание, лишь бы он вознес меня на вершину удовольствия. С каждым словом Дият двигался все энергичнее, переходя на быстрый темп, отчего я не продержалась долго и содрогнулась в оргазме, крепко обняв мужа за шею. Буквально сразу после меня кончил и он.

– Ты лучший, – повторила, не сумев сдержать эмоций.

– Моя Виви, – устроился рядом и обнял мое размякшее тельце.

– Ты что-то говорил про завтрак? – уточнила, почувствовав невероятный голод.

– Все готово и уже на столе, – улыбнулся, радуясь моему возросшему аппетиту. Еще бы, ведь я была беременна от него. Срок был совсем маленьким, но счастье при этом – большим.

За эти три года у нас произошло много событий и перемен в жизни. После лекарни мы с Диятом вернулись домой и так получилось, что встречали студентов вместе. Все без исключения поглядывали на нас с интересом, словно у меня поселился не жених, а какой-то волшебник или звезда театра. Девушки даже попытались задавать мне вопросы, но я тут же пресекла их любопытство, так как не собиралась распространяться о своей личной жизни. Достаточно и того, что они видели. Дият тоже держался строго, но по-прежнему общался с Сайратом, с которым у них изначально сложилась дружба.

Все было тихо и привычно до тех пор, пока у меня не начались схватки. Я была застигнута врасплох, потому что произошло это чуть раньше срока. Была середина весны и снега уже растаяли, но зелени еще нигде не виднелось, лишь еле набухающие почки на деревьях. Тут же по кулону связи вызвала лекаря и сообщила о ситуации Дияту. Я хотела рожать дома, так мне было бы спокойнее. Но прибывший лекарь не стал даже слушать «капризов глупых беременных» и не теряя времени повез роженицу в лекарню.

Буквально сразу же после нас в палату ворвался Дият, с нескрываемой паникой в глазах.

– Моя Виви! Я уже здесь. Ты только не бойся, ладно, все будет хорошо, – сказал, найдя меня взглядом. Неужели настолько сильно переживает? Он решительно направился в мою сторону, толкнув плечом лекаря, которого не видел в упор.

– Дият, тише. Мне уже дали обезболивающее, стало намного легче. Просто сядь рядом или подожди за дверью, если неприятно такое видеть, – вдруг стушевалась.

– Не прогоняй меня, пожалуйста? Я не в силах уйти, – тут же устроился буквально впритык и взял меня за руку.

Нелегкая это работа – рожать детей. Даже с обезболивающим и поддержкой любимого. Мне было тяжело физически, а Дияту морально. Но неожиданно в палате стало больше еще на одного человека. Камилина. Она вошла бесшумно и обнаружили мы ее не сразу.

– Мама, ты что здесь делаешь? – удивился Дият.

Свекровь была бледной и обмахивалась листком бумаги. А после вопроса уставилась на сына.

– Вот так в муках рожаешь их, растишь, переживаешь без конца, – внезапно начала возмущаться, – а они не слушаются, коленки разбивают, в драки лезут. Вроде только вырастила ребенка, думала успокоюсь, а он в стражники подался, чтобы и дальше мать изводить. Но как будто этого мало, бобылем сколько ходил, что я уже думала род отцовский на нем прервется. Благо, женился, только и здесь никакого покоя старушке. Теперь вот за невестку переживать, заодно с ним. Вивиль, милая, не могу на твои мучения смотреть. О, Светлоликая, пошли дочери облегчение, не оставь без помощи своей роженицу, – взмолилась она, после чего расплакалась. Тут же один из лекарей подсунул ей успокоительное, которое Камилина выпила залпом, словно крепкий алкоголь.

Женщина искренне переживала за меня, как за родную и кажется впервые высказалась, не взвешивая своих слов. Хотелось обнять ее и поплакать вместе от избытка эмоций, но ребенок упорно хотел появиться на свет, не позволяя мне совершать лишних движений.

Примерно через час палату огласить громкий плачь моего первенца. Лекарь осмотрел его, после чего запеленал и отдал мне, чтобы приложила к груди. Как только сынок сладко уснул, свекровь поспешила взять его на руки, опережая Дията.

– У тебя руки трясутся, – проворчала она, любуясь младенцем.

– Мама, это мой сын, – Дият возмутился тихо, чтобы не разбудить малыша.

– И мой внук. Сейчас отдам. Дай понаглеть, – улыбнулась женщина, на что Дият лишь закатил глаза, но ничего не ответил.

Как только сын оказался на руках мужчины, я поняла, что он не соврал. Его взгляд был полон любви, нежности и восторга.

– Виви, а как мы его назовем? – спросил громким шепотом.

– Вариантов так много, что я не смогла выбрать, – ответила честно.

– А среди них было имя Амиль? – поинтересовался он.

– Не было. Но мне нравится. Амиль, – задумалась над версией.

– Тогда можно его так назвать? – посмотрел в глаза с надеждой.

– Конечно, – губы сами растянулись в улыбке.

– Амиль, – мягко обратился он к сыну, держа в руках словно сокровище.

Нас отпустили домой через три дня. Мои студенты встречали нас с цветами, накрытым столом и подарками. Было настолько приятно, что я даже прослезилась.

Совмещать работу и материнство оказалось слишком сложно, поэтому я хотела нанять няню или повара, но тут вмешалась свекровь. Она приходила к нам почти каждый день, чтобы посидеть с внуком, пока я занималась Гостевым домом. Так во время разговоров с ней выяснилось, что Амиль – это имя ее первого мужа, отца Дията. Они специально не сказали об этом в лекарне, чтобы я не подумала, что на меня давят.

Я была искренне благодарна Камилине за ее поддержку и хорошее отношение ко мне с сыном. Она же была счастлива подержать на руках внука, которого искренне любила.

Как только студенты выпустились и разъехались кто куда, дом заметно опустел, а я выдохнула с облегчением. Теперь всецело можно было посвящать себя семье.

Наши отношения с Диятом крепли, но я часто замечала, что он как будто не уверен в себе или моих чувствах к нему. Это не было слишком очевидным, но определенные фразы выдавали мужчину. Тогда я решилась на откровенный разговор, чтобы понять, в чем же дело.

– Все хорошо, Виви, у нас прекрасные отношения, – попытался избежать беседы.

– А я так не думаю. Я же вижу, что у тебя какие-то сомнения, – настаивала я.

Мужчина все же сдался и сел рядом, собираясь мыслями.

– На самом деле все хорошо. Просто я обнаружил у тебя в комоде интересный портрет, – посмотрел на меня в упор. А я нахмурилась, пытаясь сообразить, о чем он. И тут меня осенило. Еще на первой прогулке уличный художник нарисовал его для нас с Идианаром, а я совсем забыла, что он до сих пор валяется в куче документов и бумаг. Как же стыдно…

– Дият, я не храню портрет, а просто напрочь забыла, что он вообще имеется. Я выкину его сейчас же, – засуетилась, поднимаясь с места.

– Тише, милая. Я и так знаю. За все время ты ни разу не доставала его, портрет лежит на одном месте нетронутый. Не подумай, я не слежу, просто заметил. Если серьезно, то он меня вообще не волнует. Вивиль, я прекрасно знаю, что ты честна со мной и испытываешь чувства. Но… даже не знаю, как объяснить. Не старайся сделать для меня больше чем можешь или хочешь. Позволь мне любить тебя чуточку сильнее, чем ты меня? Возможно это будет выглядеть странно, я и сам не могу понять такого желания. Когда ты пытаешься мне угодить, не могу избавиться от чувства, что это неправильно, – ответил мужчина, отчего я плюхнулась обратно на место. А что я вообще для него делала? Наоборот, это я чувствовала себя потребителем.

– Я не заслужила такого, – ответила тихо, пытаясь скрыть эмоции.

– Ты достойна лучшего, – провел рукой по моему лицу и я потерлась щекой об его ладонь, принимая нехитрую ласку.

– Ты самый лучший, – сказала на выдохе, посмотрев ему в глаза.

– Хочу быть таким для тебя всегда, – ответил, после чего приблизился и поцеловал в губы.

Он действительно делал для меня все, о чем только можно мечтать, что иной раз я задумывалась, реально ли все это?

К концу лета мы все же переехали к нему, а в Гостевой дом наняли двух работниц. Мне оставалось лишь изредка приходить и проверять, все ли в порядке. Дият был невероятно рад таким переменам и буквально носил меня на руках. Он решил выразить благодарность за это тем, что раздобыл саженцы елей, одну из которых посадили в саду Гостевого дома, а вторую прямо у него во дворе. Это было моей давней мечтой, отчего я не могла сдержать эмоций и в любой рандомный момент осыпала его поцелуями. Мужчина стойко терпел мои всплески счастья и был чрезвычайно доволен результатом.

Вот по поводу свадьбы у нас возникали жаркие споры. Я хотела тихо расписаться, а он желал увидеть меня в белом платье. Казалось, что мужчина уже смирился с моим мнением и я выдохнула с облегчением, но после начала замечать, что Дият стал грустным, хоть и старался не подавать вида. И мое сердце не выдержало.

Свадьба прошла накануне Нового года. Мы пригласили только самых близкий людей и так получилось, что с моей стороны пришли всего несколько человек. Бывшие студенты событие пропустили. Дивар, как оказалось, тоже женился именно в этот день и мы обменялись приглашениями в один и тот же день. Сайрат проводил важные испытания летательного аппарата перед государственной комиссией. Они искренне поздравили и расстроились, что не смогли разделить с нами праздник.

Так и получилось, что остались всего несколько родственников и Ниата, давняя подруга, благодаря которой появилась идея открыть Гостевой дом. Выяснилось, что она овдовела год назад и растила ребенка одна. Мы не общались слишком давно, занятые своей жизнью и у нас накопилось много новостей.

Со стороны Дията пришли родственники и коллеги. Всего собралось около 50 человек. С первой минуты Аван, его бывший напарник, придирался к Ниате, которая была с дочерью пяти лет. Стражник посчитал, что она приехала развлекаться без супруга, а когда в порыве очередного спора узнал, что Ниата вдова, резко стих и задумался.

Авана я недолюбливала из-за грубых манер, хоть сам по себе был неплохим человеком. Он не следил за языком и мог наговорить обидных слов, не торопясь при этом извиниться. И каково было мое удивление, когда во время очередного перерыва эти двое ушли куда-то вдвоем, а вернулись чрезвычайно довольные, с распухшими от поцелуев губами, блестящими глазами и держась за руки. Растерянно посмотрела на мужа, пытаясь понять, увидел ли он то же, что и я.

– Аван не обидит ее. Будь спокойна за подругу. Он груб только с посторонними, а в близком кругу это совершенно другой человек, – успокоил меня Дият. В слова мужа верилось с трудом, но вмешиваться в отношения этой парочки не стала.

Свадьба прошла шумно и весело, с песнями, танцами, поздравлениями и подарками. Я была в белоснежном пышном платье, от которого Дият не мог оторвать восторженного взгляда. Амиля няньчил каждый, рядом с кем он оказывался. Ребенку было интересно, но в конце он все же устал и уснул в своей коляске, не обращая внимания на голоса.

А после свадьбы Дият поменялся. В статусе мужа он осмелел и стал более темпераментным. И мне такие перемены безумно нравились. Наша интимная жизнь стала насыщеннее, разнообразнее, я чувствовала себя еще более желанной и любимой.

А через полгода он попросил еще одного ребенка. В тот день муж вернулся с работы пораньше. Было заметно как он волновался и что-то прятал за спиной. Дият часто дарил мне подарки, но нетрудно было догадаться, что сегодня я получу нечто особенное.

– Моя Виви. Это тебе, – протянул мне охапку цветов. Розы. Такие же, какие росли на моих клумбах и я не могла вспоминать о них без слез сожаления. Застыла в неверии, не в силах оторвать взгляд от букета.

– Тебе не нравится? – занервничал он, а я бросилась ему на шею и разревелась.

– Прости, если расстроил, – не понимал моей реакции. – Просто я думал, что это твои любимые.

– Ты – мой любимый, – поцеловала его в губы и наконец взяла цветы в руки, – Спасибо, Дият. Ты не представляешь, как я счастлива.

– Значит, угодил? – спросил с улыбкой.

– Еще как, – вдохнула аромат роз, поднеся их ближе к лицу.

– Виви, я не смею просить многого. Но все чаще думаю о том, что хочу еще одного ребеночка. Ты не подумай, я не собираюсь на тебя давить или заставлять…

– Конечно я согласна. Дият, с тобой я согласна на все, – перебила его и вновь обняла, а он прижал меня к себе еще теснее.

Вот только забеременеть удалось лишь через полтора года. И кажется, что из нас двоих об этом больше переживала я. Что только за это время не перепробовала. А еще беспрестанно таскала мужа с собой к лекарям с вопросами о том, почему до сих пор не наступает беременность, заставляла его пить витамины и чаи с особыми травами, пока меня не угомонила свекровь. Но думаю, что это Дият взмолился о помощи.

– Вивиль, я рада, что ты хочешь осчастливить Дията еще одним ребенком, но не стоит настолько зацикливаться. Всему свое время. Вы оба абсолютно здоровы, любите друг друга, а значит, все обязательно получится. Я родила своих детей с разницей в 20 лет. У тебя конечно же будет иначе, не надо так округлять глаза, просто отпусти ситуацию и наслаждайся жизнью. Вот увидишь, счастье не заставит себя ждать.

Как мама сказала, так и случилось. Буквально через несколько месяцев после этого разговора я обнаружила, что беременна. Подтвердив свои догадки у лекаря, тут же поспешила домой.

В этот день я встречала мужа с особым тортом. Придя домой, Дият привычно поцеловал меня и сел ужинать.

– Сегодня какой-то праздник? – посмотрел удивленно.

– Да. Сегодня особенный день, – ответила ему с улыбкой. Амиль крутился за столом и тянул руки к торту, что пришлось подвинуть его ближе к мужу.

– Отрежь малышу кусочек, – сказал, выискивая взглядом нож.

– Обязательно. Только сперва посмотри на него внимательно, – указала на сюрприз. Сперва он не понял, что от него хотят, поэтому я подсказала.

– Тебе надо сдуть блестки, тогда будет яснее, – подошла ближе, взяв сына на руки, чтобы он помог отцу. Дият послушался, а когда блестки разлетелись, стала видна надпись «Любимый, ты снова станешь папой». Понадобилось время, чтобы муж осознал прочитанное. Он медленно поднялся с места и спросил серьезным тоном.

– Это ведь не шутка? Я правда…

– Да, – только и успела ответить, потому что мужчина изловчился так, что поднял нас на руки вместе с ребенком и начал кружить. Амиль заливался счастливым смехом, а я вскрикнула от неожиданности и крепче вцепилась в Дията.

– Спасибо, любимая! Спасибо, – повторял он, даже когда поставил нас на ноги. А потом поцеловал меня так крепко, что дыхание перехватило.

Впереди нас ждало светлое будущее, полное радостных событий и приятных хлопот. Я была счастлива тем, как сложилась жизнь. Рядом был любящий муж, что носил на руках и заботился, рос сын, который радовал своими небольшими, но важными успехами, была свекровь, которую от чистого сердца называла мамой, а еще я оказалась беременна двойней – мальчиком и девочкой. Мы жили в достатке, ладу и гармонии. Мои чувства к Дияту крепли и становились глубже с каждым днем. Он оказался тем, кто не просто склеил обломки разбившегося однажды сердца, а словно взрастил во мне новое, еще более трепетное, горячее и способное полюбить, как в первый раз. Каждый день, словно особый ритуал, я повторяла ему фразу, которая была самым честным признанием. "Ты самый лучший!" звучало искренне и муж непременно доказывал, что все именно так, делая меня безгранично счастливой!