355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кристианна Капли » Счастье на продажу (СИ) » Текст книги (страница 6)
Счастье на продажу (СИ)
  • Текст добавлен: 21 марта 2017, 23:00

Текст книги "Счастье на продажу (СИ)"


Автор книги: Кристианна Капли



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

О, прекрасный Аполлон!

Что ж, так как Аполлон пропал на парочку недель, а в моей жизни появился неугомонный Томас, то не скажу, что прыгала от счастья, узнав, что сегодня вечером я и Рома идем на ужин с прекрасным божеством.

Хотя он интересный парень и посмотреть на него приятно. Тем более он загадочно обронил что-то вроде 'вас будет ждать сюрприз', и мы с Ромой переглянулись.

– Как думаешь, что за сюрприз? – поинтересовалась я у мужа, тот только пожал плечами и удалился в ванну.

Да уж, после моего скандала со Стасом он сам не свой. Какой же все-таки он мерзавец! Мой бедный муж эти несколько дней ходит угрюмый и мрачный. На всегда весело Рому смотреть без слез нельзя!

Надеюсь, что хоть встреча с Аполлоном поднимет моему мужу настроение! А то, будто с зомби квартиру делю!

– Рома, послушай,– когда он вышел из душа, и его выражение лица никак не изменилось.– Ты бы мог хотя бы для разнообразия улыбнуться. Поверь, угрюмая угрюмость тебе не к лицу.

Мой муж лишь фыркнул и скрылся в своей комнате. Да уж… когда я три дня назад вернулась счастливая и веселая со свидания с Томасом, то обнаружила своего мужа на диване, поглощающего мороженое в диких количествах. Он бросил на меня, замершую на пороге, косой мрачный взгляд и буркнул что-то типа: 'уже вернулась'.

– Ага,– кивнула и довольная упала рядом с ним на диван.

– Как свидание? – продолжая пялиться в экран, осведомился муженек.

– Здорово. Правда, Томас повел меня кататься на лошадях, и приключился один неприятный момент, но… – усмехнулась,– Том сумел загладить свою вину,– и потянулась до сладкого хруста в позвоночнике.

Рома молчал недолго, и я снова удостоилась его тяжелого взгляда. И нехорошее предчувствие шевельнулось внутри: недобрые, далеко не добрые, огоньки вспыхнули в его темных глазах.

– Здорово,– буркнул он и снова вернулся к просмотру какого-то фильма.

О, это просто невыносимо!

– Рома, я ведь уже извинилась за скандал со Стасом! Ты бы мог прекратить дуться! Сил моих больше нет! – тотчас вскипела и вскочила со своего места.

– Прекрати истерить, женщина,– отмахнулся от меня муж.

Кто тут из нас еще истерит?!

Да и сразу встает вопрос: кто тут из нас еще женщина?!

– Иди ты к черту со своими загонами! – выплюнула я и направилась в свою комнату, но Рома оказался проворнее: он догнал меня, остановил, схватив за локоть, и прижал спиной к стенке.

Впервые я видела его… таким злым…

И мне впервые стало страшно.

– Рома, отпусти меня, пожалуйста,– я опустила голову, чтобы не видеть злости и обиды в его карих глазах. – Я не хотела… ты же знаешь, что я… – он заставил меня замолчать, прижав палец к губам, и взгляд его обжег меня.

И даже не злостью, не обидой, а… будь передо мной не Рома, я бы назвала эти огоньки ревностью, но ведь Рома не должен меня ревновать. Он же мой лучший друг, тем более гей…

– Мне кажется,– начал муженек тихо,– что у вас с Томасом все идет слишком быстро.

– Мне кажется,– я убрала его руку, и хмуро взглянула на мужа, – что ты несешь чепуху.

Рома пожал плечами и отошел от меня, бросив что-то вроде: 'твое дело'.

И вот, мы вместе собирались на встречу с Аполлоном, проронив друг другу максимум четыре-пять слов. Например: 'дай мне тушь' или 'подвинься, мне нужно зеркало'.

Нет, такой Рома просто ужасен!

Я хочу, чтобы вернулся тот веселый человек, за которого я вышла замуж, пусть и фиктивно!

И вообще, если он продолжит в том же духе, то я и сама стану принцессой Несмеяной. И будем мы два сапога пара.

– Если ты предстанешь перед Аполлоном в таком виде, он вряд ли узнает прежнего Рому.

– Все равно,– отозвался муженек, поправляя галстук перед зеркалом.

За широкой спиной супруга прыгала я в надежде увидеть себя в отражении. Но Рома такой высокий и такой широкий, что все, что мне оставалось делать, это стоять в стороне и ждать, пока он освободит мне зеркало. Но Рома будто мне действовал мне на зло и очень медленно собирался. Очень медленно.

Поэтому из дома мы выбрались поздно и опоздали на ужин на полчаса. А все из-за мужа, ленивого, как жирный обожравшейся сметаны кот! И что же мне сделать, чтобы его апатия и меланхолия наконец отпустили?

– Если хочешь, можем сходить в клуб на следующих выходных,– мы сидели в такси, на заднем сиденье, и я шепнула, склонившись к уху мужа.

– Можем.

– Или в бар завалиться, как в старые добрые времена,– натянуто улыбнулась, но Рома даже не отреагировал на мою улыбку.

Его рассеянный взгляд был обращен в запотевшее окно. На улице шел дождь, и капли косо стекали по стеклу.

– Можем.

– Или дома… – мой веселый тон потускнел, и я предлагала уже без прежней уверенности.

– Можем, и дома.

– Ну, не грусти, милый,– я прижалась к мужу, и тот неожиданно приобнял меня, прижав к себе. Я вдохнула приятный терпкий с лимонной ноткой запах его одеколона и положила голову на грудь мужа.– Не грусти,– повторила.

– Не буду,– на его губах заиграла тонкая улыбка, и Рома чмокнул меня в висок.– Ради своей красавицы жены не буду.

Ждал нас Аполлон в заведении People, расположенном на проспекте Гедемино. Приятное уютное заведение, с хорошим интерьером, выполненным в европейском стиле, и приветливым персоналом. Мы прошли за официанткой на второй этаж и там нас уже встретил Аполлон.

Веселый, одетый в светлый костюм, он приобнял меня, чмокнул в щеку и пожал протянутую руку Ромы. Бросив на моего мужа внимательный взгляд, Аполлон поинтересовался:

– Все хорошо, Рома?

– Не выспался,– отмахнулся с улыбкой муж, затем приобнял меня и кивнул Аполлону.– Ну, веди нас Григорьевич Бах. Да и мы с женой все гадали, что за сюрприз ты нам подготовил.

– Нуууу… так как вы опоздали, то я и сюрприз немного проголодались,– ага, значит, сюрприз все-таки одушевленное существо; Аполлон же повел нас к самому дальнему столику. Черт, из-за ширмы не видно, кто там сидит!

– Вообще, виноват Рома в том, что мы опоздали,– подала я голос.– Уж очень долго он возле зеркала крутился.

– Неужто хотел на меня впечатление произвести? – лукаво поинтересовался Аполлон, и Рома засмеялся.

– На самом деле моя милая женушка опустила такие подробности, как ее два часа в ванной и еще примерно столько же возле шкафа, так что… не один я основательно подготовился к этой встрече,– и подмигнул.

Я же в шутку ударила мужа по руке.

– Ну, и болтливый же у меня супруг! – притворно вздохнула, и Аполлон снова улыбнулся.

– Как же я по вам обоим соскучился, вы даже не представляете! Юргас так нагрузил меня работой, что эта неделя была просто сумасшедшая. Я едва сумел вырваться и приехать в Каунас в аэропорт, чтобы встретить одного очень важного для меня человека. Именно, с ним я и хочу вас познакомить,– Рома убрал с моей талии руку и сжал мою ладонь в своей, когда мы остановились возле круглого столика.– Итак, Рома, Ангелина, знакомьтесь, это Вероника,– и русая девушка поднялась со своего места, подошла к Аполлону – тот поцеловал ее в щеку.– Моя невеста. Через две недели мы поженимся.

– Очень приятно с вами познакомиться,– смущенно улыбнулась Вероника, и я почувствовала, как Рома сильнее сжал мою ладонь.

Не скажу, что невеста Аполлона писанная красавица, скорее совсем наоборот: невысокая, щуплая девушка со светло-русыми волосам и большими, как у теленка, карими глазами. Некрасивый рот и слишком широкий подбородок. Нет, Веронику скорее с натяжкой можно назвать симпатичной.

И что Аполлон в ней нашел?

Она же такая… такая…

– Обычная? – подсказал мне Рома, когда мы с ним вернулись домой и сидели на кухне: я варила кофе, Рома же курил. Собственно, после встречи с Аполлон он даже повеселел, а я вот, наоборот была раздражена.

– Именно.

Собственно, не сказать, что Вероника отличалась потрясающим чувством юмора или умом.. Она была самая что ни на есть обычная девушка, работающая, как и Аполлон, художницей, поэтому я весь остаток вечера ломала голову 'что же он в ней нашел?!'

– И чем она его зацепила?!

– Милая, мне кажется, что тебя это слишком сильно задело,– насмешливо отозвался Рома.

Я повернулась к чрезмерно веселому для страдающего от несчастной любви мужу. Собственно, по поводу его веселья и я высказалась.

Супруг не обиделся, лишь рассмеялся.

– Ты прямо, как собака на сене. Именно, тем, что она обычная, она его и привлекла, ангел,– и в ответ на мой угрюмый взгляд добавил.– Но у тебя есть красавчик Томас. Он, думаю, поможет тебе забыть такое горе, как потеря Аполлона.

Не заметить язвительных ноток смог бы только глухой, а так как на слух я не жалюсь, то…

– Тебе надо вообще быть благодарным Тому… он же…

Рома договорить мне не дал: нахмурился и потушил сигарету со словами:

– За то, что он жену мою трахает?

Я открыла рот и не закрыла его – в голову, как назло, ничего оскорбительного не лезло. Рома, же воспользовавшись заминкой, поднялся и вышел из кухни.

– Роман! – ко мне наконец вернулся дар речи, но муженек уже скрылся в своей комнате.

Я дернула пару раз ручку, но супруг закрылся.

– Знаешь, ты просто невыносим стал в последние дни!

– Здорово,– раздалось безразличное с той стороны.

– И если тебе интересно,– продолжала я надрывать голос,– то мы с Томом еще не спали! – и зачем я ему это говорю? Бред какой-то.

– Ничего,– судя по голосу, то Рома стоял, прислонившись к двери,– зная таких, как он, то эта ошибка будет быстра исправлена.

– Вот, и прекрасно! Так, как я вышла замуж за гея, то у меня с сексом большие проблемы!

И тут, к моему удивлению, дверь распахнулась: щелкнул замок, и Рома замер на пороге, нависнув грозно надо мной. Да, он был зол, но и я же не миролюбивая овечка!

– Отлично,– выплюнул Рома,– тогда развод.

Прекрасно!

Точнее, не совсем прекрасно, но…

– Это ты от Стаса набрался, да?! – я толкнула мужа в грудь, и он, перехватив мои запястья, приблизил меня негодующую к себе. В порыве злости я и не заметила этого жеста. Хотелось все высказать засранцу!– Ведешь себя, как последняя истеричка! И кто тут из нас еще собака на сене?! Если у самого личной жизни, так значит, и у меня ее не должно быть?! Да иди ты к черту эгоист эдакий! И, кстати, если так хочешь развода,– попыталась освободить свою руку, но попытка закончилась неудачей – сильные пальцы Ромы держали меня крепко,– то получишь его только тогда, когда я получу вид на жительство! Вот,– и выдохнула, гневно глядя на внезапно ставшего тихим мужа.

Мы молчали несколько минут, а затем Рома усмехнулся и разжал свою железную хватку, погладил меня по щеке:

– Люблю, когда ты злишься, ангел,– его пальцы скользнули по моей щеке и опустились на шею.– Неподражаема в гневе.

– А ты такой идиот, когда начинаешь скандал.

– Не отрицаю,– улыбнулся тонко муженек.– Вероятно, истеричность это заразно.

– Придется тебя лечить, милого,– привстала на цыпочки и чмокнула мужа в щеку, он прижал меня к себе крепче… вроде, помирились, и тут я вспомнила.

– Мой кофе! – и выпутавшись из объятий Ромы, я ринулась на кухню, где уже во весь голос шипел кофейник на огне.


Гости из прошлого.

С нашей ссоры минуло уже две недели. И все вроде начало налаживаться: угрюмость Ромы прошла, не полностью, конечно, но в принципе, жить с ним стало можно. Свидание с Томом стали чаще, и теперь вместо загадочного 'узнаешь', массовик затейник давал мне более-менее понять, куда мы отправляемся. Например, недавно в парк аттракционов, или в аквапарк, ну, и помня о том, что отныне есть лимит полету фантазии, вместо заброшенных зданий, Том пару раз сводил меня в ресторан, одним из которых оказался 'hesburger'. Главное, что не заброшенная больница на окраине города…

Собственно, все шло вполне неплохо и так бы продолжало идти, если бы в один прекрасный момент нас не посетил один гость.

Это был четверг, вечер. Часов семь, наверное.

Уже поднимаясь по лестнице на наш этаж – лифт не работает, конечно же, – я встретила молодую девушку. Она спускалась вниз, мне навстречу, поправляя густые темные волосы.

Вот, всегда завидовала женщинам с такой шикарной шевелюрой!

Красавица (чего уж тут скрывать) окинула меня надменный, оценивающим взглядом и отправилась дальше.

'Милая особь, ничего не скажешь'.

Наконец, дошла до квартиры и, очутившись дома, с облегчением осознала, что ужасный день позади. Черт бы побрал Юргаса и эту бумажную волокиту!

Мужа я нашла на кухне. Рома стоял и курил, глядя в окно на посеревший с приходом сентября Вильнюс.

– Сейчас девушку такую красивую видела,– поставила пакет с продуктами на стол.– Спускалась вниз… Чем-то на Эванджелину Лили похожа.

– Знаю. Это Анна. Моя бывшая,– обронил Рома и выкинул бычок из окна.

Я же замерла с упаковкой яиц в руках.

– Бывшая? – изумленно переспросила.

Муж же обернулся, ласково улыбнулся остолбеневшей мне. Взял из рук упаковку и поставил в холодильник. Затем достал из пакета молоко.

– Чему ты так удивляешься, ангел? – поинтересовался он.– Я встречался с девушками. И с многими.

– Но… – начала было я, но супруг мягко перебил меня.

– Я тебе просто никогда не рассказывал, что вся эта 'голубая' история началась с нее,– и как горько усмехнулся.

Я же опустилась на стул, закинула ногу на ногу и, прищурившись, взглянула строго на Рому.

– Я тебя внимательно слушаю.

– Нууу… я познакомился с ней пять лет назад. Красивая, сексуальная, умная девушка… Одним словом, я влюбился,– в процессе повествования Рома раскладывал продукты.– Сначала наркотики. Анна была любительницей острых ощущений. Ей нравилось ходить по лезвию ножа. Такой образ жизни понравился и мне. А потом секс втроем… и как-то получилось так, – Рома взъерошил волосы,– что я переспал с мужчиной… знаешь, мне понравилось. Тем более Анна это одобрила и даже подтолкнула к такому поступку,– какая добрая душа.

– Не удивлена,– фыркнула.

– Все закончилось тем, что она сказала, что я ей не нужен… сначала покидать тусовку мне не захотелось, а затем уже и не смог выбраться. Такая вот история,– и развел руки в стороны.

Сказать, что я была удивлена, это не сказать ничего… похоже, я в полном ахере!

Оказывается, что Рому, моего фиктивного мужа, моего лучшего друга, моего Рому, я совсем и не знала… вот, уж правда, что у медали две стороны!

– У тебя такой вид, будто ты меня сейчас ударишь чем-то тяжелым, – весело, даже слишком весело, произнес Рома, а я же молча обвела кухню глазами, но ничего под рукой не было. Только пакет гречки…

– Очень хочется, если честно. Но я воздержусь и прислушаюсь к своим пацифистским наклонностям. Скажи мне, муженек, – я поднялась и приблизилась к супругу,– спал ли ты с женщинами на протяжении нашего знакомства?

Рома облизал сухие губы и бросил мимолетный взгляд в окно. Затем снова взглянул на меня и произнес негромко:

– Редко, но спал.

– Значит, ты у нас не гей? – подвела я итог – Рома кивнул.– Здорово… Просто здорово… – пробормотав, направилась в коридор.

– Лина! – окликнул меня супруг, но я только отмахнулась.

Не скажу, что я была расстроена или обозлена… нет. Просто на меня нашла странная внезапная апатия, и все вокруг стало таким незначительным.

Мне казалось, что я знаю Рому и что я самый близкий ему человек, но тут раз – получилось, так что его-то настоящего я на самом деле не знаю.

Гея Рому – да.

А вот, Рому… черт, даже мысленно не могу его назвать 'натуралом', пусть будет биссексуалом, совсем не знаю…

Я замерла в центре комнаты.

Вот, черт!

Так если он не совсем гей, то…

Ох, держись, муженек!

– Лина,– на пороге возник мой 'неголубой' муженек,– мне кажется, что ты слишком спокойно все восприняла.. зная тебя… – он не договорил, так как я запустила в супруга плюшевого медведя. Это было первым, что попалось под руку.

– Вот, теперь узнаю тебя,– пробормотал он, когда в него полетела вслед за медведем книга.

– Тебе тяжело мне было мне все рассказать?! – на столе лежала толстая тетрадка. Ничего сгодится! – Да, я перед тобой голая ходила! Да я спала с тобой в одной кровати! Да ты видел меня пьяной и без макияжа! Да я тебе все про себя рассказывала! А ты оказывается, мне все это время врал про свою ориентацию! – что это? Коробка с диском. Сгодится! – Обманщик! Сволочь! Да я за тебя замуж вышла! А ты со мной так поступил! – Рома тихо ойкнул, когда двд попало ему в колено, и потер ушибленное место.– Ты мерзкий и подлый лгун! Ненавижу! – я было замахнулась, чтобы швырнуть в супруга еще одной книгой, но тот оказался проворным: подскочил ко мне и сжал тонкое запястье в сильных пальцах.

– Остынь,– и толкнул на кровать.– Дай теперь мне высказать,– выдернул томик Ахматовой из моих пальцев и сел рядом.– Мне очень жаль, что я тебя обманывал,– ага, так и поверю.– Но тебе нравился Рома гей, и я как-то не решался признаться.

– А почему сейчас наконец-то 'решился'? – сделала воздушные кавычки и внимательно взглянула на супруга.

Тот замялся с ответом: он несколько секунд молчал, глядя в сторону, а затем медленно проговорил.

– Я давно хотел… сейчас наконец собрался с духом. Да и визит Анны помог,– ну-ну. Вот, не приди она, кое-кто до самого развода отмалчивался бы! – Мне очень жаль.

– Как только мы разведемся я от тебя съеду.

– Ангел, не перегибай палку. Я тот же самый Рома, просто…

– Это и так понятно! – перебила я его злобно.– Мне просто обидно, что ты обманывал меня! – ткнула пальцем себе в грудь.– Мне-то всегда казалось, что ты мне полностью доверяешь, а тут… бац… и я тоже в дураках…

– Ангел… – начал было Рома, но заметив, как я насупилась, замолчал. Поднялся.– Когда остынешь, то приходи на кухню. Я сделаю тебе какао.

– Катись ты к черту со своим какао, скотина,– буркнула, скрестив руки на груди.

Муж улыбнулся и мягко заметил.

– Значит, в самой большой кружке. Договорились,– и ушел, прикрыв за собой дверь.

Я же откинулась на кровать, раскинув руки…

Какао.

Ну, уж нет!

Одним какао ты, муженек, не отделаешься!


Свадьба Аполлона

Две недели пролетели, как пара часов. Не успела я оглянуться, как уже приходится идти на свадьбу… и слава Богу, что не свою.

Что касается, наших отношения с Романом Олеговичем, то тут могу сказать, что большая кружка какао, раскаявшейся вид мужа и его извинения (сыплющиеся на меня прямо, как из рога изобилия) сыграли свою определенную роль… правда, осадок все равно остался. Да и надо как-то свыкнуться с мыслью, что ориентация супруг-то моего вовсе не небесно-голубого оттенка.

– Сразу вспоминаю день нашей свадьбы,– мы ехали в такси, и я сидела на заднем сиденье рядом с муженьком.

Осень пришла в Вильнюс и затянула небо серой пеленой туч. Уже который день моросит мелкий и противный дождь. Плюс ко всем прочим достоинствам рыжей поры, сменившей лето, дул холодный ветер.

Прекрасная погодка для свадьбы. Ничего не скажешь.

– Забудь его, пожалуйста,– отозвалась я мрачно. Осень всегда плохо на меня действует. Не люблю ее.

– Почему? По-моему, все было очень даже… – Рома задумался, подбирая слово.– Весело, ангел.

– В тот момент, когда я дубасила Стаса букетом по голове? Или во время банкета? О,– щелкнула пальцами,– когда я прятала твоего любовника в шкафу! Это действительно было весело.

– Ты все еще на меня злишься,– констатировал муженек.– Но уже меньше, чем вчера. Это хороший показатель… Что мне сделать, чтобы ты прекратила злиться?

Я же сделала вид, что задумалась.

– Снова стать голубым? – предложила, и Рома нахмурился в ответ.

– Очень смешно,– буркнул он, засовывая руки в карманы куртки.

Водитель бросил на нас удивленный взгляд в окно заднего вида и, наткнувшись на мой тяжелый взор, тотчас отвернулся.

Да, я вышла замуж за гея!

Что в этом такого особенного, черт побери?!

И меня все устраивало, вот, только оказалось, что мой голубой муж не такой уж и голубой… а как человека, который больше всего ненавидит ложь, это весьма и весьма неприятное открытие!

– Ангел, я уже извинялся,– произнес негромко Рома и с мольбой взглянул на меня.

– Помню,– отмахнулась.– Не могу я сразу тебя просить… мне надо еще немного позлиться и побыть стервой.

– Но в принципе, я вроде как прощен? – подвел итог этот мерзацев.

– Вроде как,– кивнула.

– Люблю тебя, жена,– улыбнулся супруг и приблизился ко мне, чмокнул в щеку, приобнял.

Эх, знает муженек, что долго на него злиться я не умею…

И надо же было выйти замуж за такого обаятельного то ли гея, то ли не гея!

Положила голову на плечо супруга и тихо ему пробормотала:

– Ненавижу тебя. Ты самый ужасный муж на свете.

Рома тихо засмеялся, прижал меня к себе крепче и шепнул лукаво.

– Ты самая милая и ласковая супруга на свете.

Расписывался Аполлон в том же самом Загсе, где заключили брак и я с Ромой. Но в отличие, от дня нашей свадьбы, состоявшей в погожий солнечный денек, сейчас было хмуро. И поэтому здание Загса выглядело уныло.

Я и мой супруг выступали свидетелями, поэтому пришлось присутствовать на церемонии, слушать занудную речь работника загса и делать вид, что умиляюсь счастливым лицам Аполлона и Вероники. Хотя дико хотелось, как и собственно в день моей свадьбы, завалиться на диван, включить боевик и медленно опустошать холодильник. Но моим планам, как всегда не суждено сбыться.

– Мое платье было лучше,– шепнула я Роме, пока мы стояли в стороне, слушая голос женщины в строгом костюме.

Муженек усмехнулся и снова окинул внимательным взглядом фигуру Вероники, облаченную в пышное белое платье. Ее волосы были уложены в высокую прическу. Не скажу, что передо мной стояла Василиса Прекрасная, но в принципе, довольно мило.

– Дорогая, ты прекрасна, когда источаешь яд.

Я шутливо толкнула муженька в бок и улыбнулась ему.

А через часа полтора мы уже были в ресторане 'Palantin', празднуя свадьбу Аполлона. Не скажу, что людей было много: друзья невесты и жениха, наши коллеги из рекламного агентства, родители молодоженов. Весьма приятные люди, кстати.

На бракосочетании присутствующих было мало: Аполлон с Вероникой, да свидетели. Все остальные прибыли к банкету.

Давно опустился вечер, и за окном разлилась густая темнота.

Время знакомства, громких тостов 'горько' и закусок прошло, теперь подпившие гости плясали под веселую музыку, жених и невеста не могли друг от друга оторваться (сила любви или супер-клея), а я сидела и грустно ковыряла салат.

После задорной песенки, гремевшей из больших колонок, заиграл медляк. Ну, здорово. Этот вечер обещает стать еще ужасней, чем в начале.

– Может, потанцуем? – передо мной возник Роман. – Давай, ангел, улыбнись и сделай вид, что тебе весело,– проговорил он насмешливо и потянул меня за руку.

– Иди ты,– широко улыбнулась и приняла предложение супруга.

Рома увлек меня в середину площадки. Его рука скользнула по моей талии, в другой он сжимал мою ладонь. Я прижалась к крепкому телу, вдохнула любимый запах одеколона, супруг же склонился ко моему лицу… Мы медленно кружились под приятную музыку, и я полностью расслабилась в объятиях Романа. Стало так хорошо, что даже словами не описать.

И я вернулась в реальность только, когда муж склонился ниже и шепнул.

– Песня закончилась, ангел,– его дыхание приятным теплом коснулось виска.

– Тогда надо вернуться,– муж разомкнул объятия, в кольце которых мне было так хорошо и так уютно, и мы вместе отправились к столу. На танцпол вышел же тамада и объявил о начале какого-то конкурса.

Стоило мне сесть на свое место, как супруг толкнул меня в бок со словами: 'у тебя телефон, кажется звонит'. И действительно, в моей сумочке тихо играл мобильник.

– Алло.

– Ангелина, привет,– раздался на том конце голос Томаса, и я не сдержала улыбки.

– Здравствуй, Том,– ответила, краем глаза, замечая, как помрачнел Рома.

Муженек налил себе еще шампанского и сделал большой глоток золотистого напитка.

– Ты сейчас на свадьбе у Аполлона?

– Да. А у тебя есть предложения? – поигрывая вилкой, поинтересовалась у парня.

– Как насчет того, чтобы я тебя забрал с этого скучного мероприятия и мы покатались по ночному городу?

Ммм…

Я абсолютно не против!

Так и ответила Томасу: он рассмеялся и проговорил.

– Заеду за тобой через час. Будь готова.

– Обязательно,– лукаво отозвалась и счастливая повернулась к мужу. Но тот не разделил моего веселья.

Кто бы сомневался!

Я нашла его жадные губы, запустила пальцы в темные жестковатые волосы и прижалась крепче. Легонько прикусила нижнюю губу парня, и Том, отстранившись, усмехнулся. Затем достал ключи – они громко звякнули в тишине. Два щелка, и мы с Томом оказались в его квартире.

На часах три ночи. Комната погружена в густой мрак. За окном снова стучит мерзкий дождь. Где-то лает собака… но это все доносилось до меня, словно через вату… очередной страстный поцелуй Томаса, и я послала все жалкие доводы разума куда подальше. Кажется, разум пытался мне напомнить, что я замужем и что Тома я знаю всего ничего…

Его руки скользнули по талии, поднимаясь выше. Затем он подхватил меня и понес в спальню. Я же глупо хихикала, прижимаясь к парню крепче.

Наша ночная поездка закончилась в баре, что находился недалеко от дома Тома. Мохито, Пина Колада, затем еще какие-то коктейли и вот, мы вместе, слегка пошатываясь, направляемся к нему домой. Да, такого конца прогулки мы оба ждали с нетерпением.

И я не помню, кто первый начал: то ли Томас, то ли я, но итог таков: мы в его спальне. И спешно раздеваемся.

Томас снова навалился на меня. Потом я оказалась сверху, сжимая его запястья в тонких пальцах. Снова ощутила тяжесть тела Тома, а затем… я с глухим стуком рухнула на пол. И тут внезапно расхохоталась. Лежала на полу, укрытым толстым ковром, и хохотала до боли в животе.

Вот, что значит, напиться, а потом рухнуть с кровати в такой момент.

Только я так могу!

– Ты может ко мне присоединишься или пол тебе милее? – раздался веселый голос Тома, и он склонился с кровати.

Я поманила его рукой, и парень улыбнулся шире, понимая все без слов.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю