Текст книги "Академия Даркбирч 2 Угли и секреты (ЛП)"

Автор книги: Криста Грейвс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

«Я заметила». Слова – оборванный шёпот. Моя теневая магия извивается внутри меня, живое существо, притягиваемое к его внутреннему пламени. Это начинает чувствоваться меньше как борьба и больше как танец.

Он двигается надо мной, его тело – печь, парящая прямо над моим. Он упирается весом на локти, запирая меня. Руны пульсируют в такт моему бешеному сердцебиению. Снаружи первая золотистая искра фейерверка проносится мимо окна, беззвучный взрыв на тёмном потолке пещеры, в то время как всё королевство наблюдает.

«Совсем не странно», – задыхаюсь я.

Уголок его губ кривится в улыбке. «Заклинание требует самоотдачи. Нам нужно его продать».

«Продать что? Ложь?» – бросаю я вызов, но в голосе нет обычной едкости.

«Обещание», – поправляет он. Его свободная рука поднимается, чтобы обхватить мою челюсть, его большой палец гладит мою щёку. Снаружи взрывается очередной фейерверк, на этот раз ярче. «Оно должно чувствоваться реальным».

«Жаль, что я снаружи, не могу посмотреть шоу», – выдыхаю я.

Он опускает голову, моё дыхание перехватывает, всё тело напрягается в предвкушении. Его запах заполняет мои чувства. Его губы касаются моих, лёгкое, как перо, прикосновение, которое посылает дрожь через всё моё тело. Это вопрос, а не требование, и выбор ужасающе мой.

«Да?» – спрашивает он.

Мои предательские руки поднимаются, мои пальцы впиваются в густой шёлк его волос. Я притягиваю его вниз, мой ответ – безмолвная искра капитуляции перед течением, которое пыталось утянуть меня под воду слишком долго.

Этот поцелуй совсем не похож на тот, что был у алтаря. Это не представление для толпы, а грубое столкновение. Заклинание Дейна вспыхивает между нами, сверхновая жара и тени. Мой разум белеет от его силы. Его огонь изливается в меня, а моя тьма устремляется навстречу, идеальный, ужасный симбиоз. Я понимаю, что заклинание создаёт не желание. Это увеличительное стекло, берущее любую искру, которая уже существовала между нами, и фокусирующее её в адское пламя.

Снаружи небо взрывается. Золотые кометы и мерцающие сверхновые вспыхивают хаотичной, красивой симфонией. Руны на стене – пылающая звезда, такие яркие, что я вижу их сквозь закрытые веки.

«Думаю, мы закончили», – задыхаюсь я.

Его рот поглощает мой, его язык скользит по моим губам, ища вход. Я разрешаю ему без раздумий, мой собственный язык встречает его в лихорадочной дуэли. Стон вырывается из него, когда я кусаю его губу, низкий, гортанный звук, который я чувствую в глубине желудка. Жажда его крови, его сущности, пронзает меня с насилием, которое отнимает дыхание. Мои зубы ноют в дёснах.

Его руки теперь повсюду, проводя пути огня по моим бокам, над рёбрами, его большие пальцы касаются под грудью через кружево. Я выгибаюсь навстречу ему, отчаянный, нуждающийся звук вырывается из моего горла. Это и есть непреодолимая часть. Магия – не просто световое шоу; это петля обратной связи. Чем больше мы касаемся, тем больше мы хотим, и чем больше мы хотим, тем ярче горит магия.

Он прерывает поцелуй, его лоб прижат к моему. Мы оба тяжело дышим, наши груди поднимаются и опускаются в унисон. Его золотые глаза широки, зрачки расширены, первобытный голод борется с проблеском чего-то, похожего на страх.

«Эсми», – выдыхает он, моё имя – и молитва, и проклятие.

Руны пульсируют, требуя завершения. Последняя, ослепительная вспышка света. Кажется, он понимает, что нужно. Его рука скользит от моих рёбер вниз к поясу моего белья, его пальцы проскальзывают под кружево. Жар его кожи на обнажённом изгибе моего бедра – шок для моей системы. Он предательски близко к самой нижней, самой уязвимой части меня. Его пальцы замирают, но мир взрывается.

Волна чистой энергии накрывает нас, настолько мощная, что кажется, будто мою душу вырывают из тела. Снаружи последний великолепный солнечный взрыв золотого и чёрного света освещает весь пещерный город, безмолвное свидетельство нашего союза.

И затем, так же внезапно, как и началось, всё заканчивается.

Свет от рун гаснет. Небо снаружи темнеет. Гул в моих костях стихает, оставляя после себя гудящую тишину и звук нашего неровного дыхания.

Дейн отдергивает руку, словно его обожгли. Он откатывается от меня, оставляя осторожный фут расстояния между нами на огромной кровати. Он садится, повернувшись ко мне спиной, проводит рукой по влажным от пота волосам.

Прохладный воздух касается моей кожи, и я вздрагиваю, внезапно осознавая, насколько я обнажена. Я натягиваю шёлковую простыню до подбородка, реальность ситуации обрушивается. Заклинание закончено. Королевство удовлетворено. И я лежу полуголая в кровати со своим заклятым врагом, своим мужем, и каждая нервная окончание в моём теле кричит о большем.

«Что ж», – наконец выдавливаю я, мой голос хриплый. «Это было… символично».

Он не поворачивается. «Обещание исполнено. Нас не потревожат».

Последующая тишина тяжелее любого камня в этой горе. Фарс окончен. Магия ушла. И всё, что осталось, – это мы и ужасающая, неоспоримая правда того, что только что произошло между нами.

21

ЭСМИ

Без единого слова Дейн надевает рубашку, ткань мало что скрывает от мощных линий его спины, и переворачивается на один бок огромной кровати, отвернувшись от меня. Я лежу неподвижно на боку, моё тело гудет от остаточной энергии, которая кажется и чужеродной, и глубоко знакомой. Тишина в комнате – словно живое существо, густое от отголосков того, что мы только что сделали – что заставила нас сделать магия. Или что она раскрыла. Я не уверена, что хуже.

Дверь дребезжит от резкого стука, и голос гвардейца просачивается сквозь неё: «Праздничный пир от королевской кухни, милорд, миледи». Никто из нас не приглашает его войти. Блюда остаются невостребованными в коридоре, шаги гвардейца в конце концов стихают в тишине.

Я прислушиваюсь к ритму дыхания Дейна, к тому, как каждый вдох, кажется, цепляется за безмолвное пространство. Я лежу на спине, уставившись в резной каменный потолок, считаю его вдохи и мои, их паттерны никогда не синхронизируются. Он не двигается. Я не двигаюсь. Приглушённые фейерверки отдают последними взрывами в отдалённых окнах, каждый приглушённый взрыв – напоминание о роли, которую я только что сыграла, и о публике, которая смотрела и верила.

Его запах – чистый пот, озон, что-то драконье и совершенно незнакомое – висит в воздухе, просачиваясь в мои лёгкие, пока я почти не ожидаю, что закашляюсь дымом. Моя собственная тёмная магия сворачивается внутрь, тщетно пытаясь отступить от заряженного отпечатка его прикосновения. Я сжимаю руки на простынях, нуждаясь в заземлении, но каждое движение заставляет шёпот шёлка напоминать мне о жаре, всё ещё тлеющем под моей кожей.

Я закрываю глаза, желая погрузиться в сон, но мой разум проигрывает ритуал в кристальных фрагментах: давление его тела, изгиб его шеи, когда я укусила его губу, как его глаза вспыхивали золотом и чёрным, когда заклинание достигло пика. Это должно было быть трансакцией, театром для масс. Но остаточное изображение отказывается исчезать, и я… остаюсь с вопросом, что было реальным, а что нет.

Он не говорит. Тишина растягивается и извивается, натягиваясь вокруг моих рёбер. Золотое кольцо на моём пальце кажется медленно затягивающимся, жгут, привязывающий меня к этому моменту, к этому человеку, которого я едва понимаю и не могу игнорировать. Интересно, думает ли он о том же – о магии, о представлении, о том факте, что на несколько кратких, ослепительных секунд это совсем не чувствовалось представлением.

Я жду, когда его дыхание замедлится, когда его тело отпустит напряжение, закрученное в каждом мускуле. Я жду знака, что он спит, или хотя бы отстранён настолько, что я могу заявить часть ночи для себя.

После того, что кажется вечностью, его грудь наконец поднимается и опускается в том медленном, предсказуемом ритме, который бывает у того, кто хотя бы притворяется спящим. Достаточно хорошо. Я соскальзываю с кровати с убийственной точностью и хватаю шёлковый халат со стула, который, вероятно, стоит больше, чем весь мой гардероб дома. Ткань шепчет о моей коже, пока я движусь к двери.

«Куда-то собралась?» – его голос прорезает темноту, низкий и грубый.

Я замираю, рука уже на дверной ручке.

Конечно, я не смогла бы выскользнуть, чтобы он не заметил.

«Никуда противоречивого», – бормочу я. «Нужно немного воздуха». Немного пространства.

Его ответ – молчание. Никаких слов, чтобы предупредить меня не делать ничего глупого снова.

Я выхожу наружу и мягко закрываю дверь за собой, выдыхая. Окутавшись тенями, словно плащом, я скольжу вниз по лестнице.

Обеденный зал наполовину пуст. Большинство гостей разошлись, но знать из нескольких домов собирается вокруг стола короля, погружённая в разговор и потягивающая кубки. Слуги суетятся рядом, доливая кубки и принося тарелки со сладкими пирогами и сушёными фруктами, выдержанными в мёде и хранящимися в дубовых бочках. Признаю, мне нравится этот аромат.

Скрытая в тени моего плаща, я не могу не подкрасться чуть ближе.

Король Беммар улыбается, отпивая свой напиток.

«Надеюсь, твой сын понимает, что делает», – тихо говорит полковник Рогон. «Поддержка наших домов иссякает».

«У нас всё ещё есть Мераксис и Рогон на нашей стороне, не так ли?» – отвечает Беммар.

Полковник бросает взгляд на сыновей короля, Аниса и Бизу. «Всегда, Ваша Светлость. И когда придёт время, Арринт женится на моей племяннице Ариэлле, как мы и договорились».

«Хорошо. По крайней мере, это улажено», – бормочет Беммар. «Дейн изменился с тех пор, как провёл время на поверхности, это очевидно».

«У него всегда была слабость к людям», – напоминает им Анис. «Не будем забывать о его дружбе с Салемами».

«Но это Дрейтис», – возражает Бизу, скрестив руки. «Его народ на первом месте. Он всегда должен быть на первом месте».

Беммар резко выдыхает. «Я понимаю, почему он ушёл. Мы были потеряны, жались здесь, внизу, в позоре от поражения. И Дейн всегда верил, что мы можем вернуть поверхность, но не кровью и огнём».

«И он оказался скованным чистокровными», – говорит Рогон, качая головой. «Ясно, что с людьми нельзя договориться».

«Темнокровная, которую он привёл обратно, вроде как доказывает, что ты ошибаешься», – парирует Анис с усмешкой.

Полковник фыркает. «Эсми Салем нельзя доверять. Она будет продолжать проверять нас, запомни мои слова».

Он не ошибается.

Бизу внезапно поднимается со стула, его глаза устремляются к дверному проёму. Следуя его взгляду, я замечаю слугу, задержавшегося у порога, его пальцы дважды постукивают о дверную раму. Что-то электрическое пробегает между ними – тот вид безмолвного общения, от которого волосы встают дыбом на затылке.

«Простите меня», – объявляет Бизу, прижимая ладонь к животу. «Вино сегодня взяло надо мной верх».

Анис смеётся. «А я-то думал, ты перестоишь нас всех».

«Только не Арринта», – парирует Бизу с усмешкой, хлопая отца по плечу, когда отходит. «До завтрака, тогда. Мне особенно не терпится увидеть, как наши новобрачные справятся после их… церемониального вечера».

Раздражённый закатывающий глаза Беммара зеркалит мою внутреннюю реакцию. Вместо того чтобы терпеть дальнейшие подозрения полковника в моей лояльности, я ускользаю в тени и следую за Бизу по коридорам.

Я держу дистанцию, внимательно изучая каждую встреченную фигуру: драконов в человеческих обличьях, слуг с опущенными глазами, знатных, пошатывающихся от опьянения.

Когда Бизу резко сворачивает вниз по служебной лестнице, я замираю наверху, позволяя зрению приспособиться к темноте внизу. Неверный шаг сейчас будет катастрофическим. Внизу он останавливается, оглядывается в обе стороны, прежде чем свернуть налево.

«Слуга» с того раза материализуется из ниши. Бизу хватает его за руку. «Приходить сюда сегодня – ты с ума сошёл?» – шипит он.

«Успокойся», – огрызается мужчина, вырываясь. «За мной не следили. Контингент Брайноров верит, что я в другом месте».

«Дело не в этом, Сема. Тебя могли узнать. Особенно после того, что произошло на собрании совета⁠–»

Сема… в маскировке?

Голос Семы прорезает темноту. «У твоего брата на руках кровь моего брата».

«А я говорил тебе не посылать Джерона на ту встречу», – парирует Бизу. «Мальчик был пороховой бочкой с зажжённым фитилём».

Я замираю на нижней ступеньке, прижимаясь к холодной каменной стене. Служебный туннель тянется передо мной, влага сочится по грубо отёсанным стенам, пламя факелов танцует на сквозняках из невидимых проходов. Моё дыхание застилает туманом в холоде – самые глубокие уровни Дрейтиса всегда несут этот пронизывающий до костей холод.

Сема. Имя встаёт на место. Уличная стычка Дейна. Джерон, младший брат, вспыхнувший на собрании совета, вынудивший Дейна действовать. Шёпоты, которые подхватила Нисса – самооборона, слишком много свидетелей, чтобы Дому Брайнор оспаривать.

Так почему же другой сын короля встречается с ним тайно?

«Если бы я был там вместо⁠–» – голос Семы срывается.

«Никто из нас не предвидел, что случится», – обрывает его Бизу. «Джерон пересёк черту, которую никто не ожидал. А теперь скажи, зачем ты рисковал прийти сегодня».

«Джоэль Мераксис теперь с нами. Младший сын Брутуса». В тон Семы прокрадывается гордость. «У нас есть союзники в каждом знатном доме».

Бизу нервно оглядывается вниз по коридору. «Ариэлла Рогон тоже. Арринт ничего не подозревает. Это могло подождать до утра».

«Арринта нужно убедить», – Сема наклоняется ближе. «Время на исходе. Скоро мы вернём то, что наше. Небо. Мир. Кровью и огнём – как всегда было наше предназначение».

Мир. Пульс стучит в ушах, пока видения огня и крыльев наводняют мой разум. Я плотнее прижимаю плащ теней, подавляя дрожь.

«Я приведу его к согласию», – уверяет Бизу. «Брак нашего старшего брата с человеком уже сдвинул его мышление».

Смех Семы не содержит юмора. «Нет предательства глубже».

Голос Бизу опускается до резкого шёпота. «Числа ещё не те. Даже с поддержкой Ариэллы».

Челюсть Семы сжимается. «Лиандер души не чает в своей дочери. После того, что он видел на совете⁠–» Его пальцы сжимаются в кулаки. «У твоего брата на руках кровь Джерона».

«Сам Лиандер признал, что это была самооборона», – возражает Бизу. «Отец потребовал правдивых показаний от всех присутствовавших».

«В склепе моей семьи теперь ещё один сын». Губы Семы обнажают зубы. «Этот долг может быть уплачен только кровью».

Бизу бросается вперёд, кулаки впиваются в воротник Семы. «Помни своё место, Брайнор. Ты служишь новому порядку. Ты действуешь по нашей команде, не раньше».

«Вы не сможете держать нас на привязи вечно. И если твой отец откажется присоединиться к нам⁠–»

«Вон!» – Бизу швыряет его о стену туннеля с глухим стуком. «Возвращайся в свой дом. Скажи остальным ждать. Всё произойдёт, когда мы скажем».

Сема выпрямляется, потирая плечо. «Мы восстанем снова, Бизу».

«Восстанем. Только не сегодня. А теперь иди».

Я наблюдаю, как тень Семы, громоздкая, отдаляется по туннелю, пока тьма не поглощает её целиком. Тяжесть того, чему я стала свидетельницей, оседает на мне, как камень.

Бизу внезапно разворачивается, направляясь обратно к моему концу.

Я быстро отступаю, оставляя большое расстояние между собой и лестницей, пока он поднимается. Только когда его шаги полностью стихают, я наконец выдыхаю, дрожь пробегает по мне.

Я проскальзываю обратно в наши брачные покои, срывая плащ теней с себя, когда дверь закрывается за мной. Мои руки не перестают дрожать.

Дейн резко садится в кровати. Он не спал.

«Твой брат планирует вторжение», – шиплю я, мой голос едва выше шёпота. «Тайна, которую ты хранил».

Он дважды моргает, щурясь. «Что?»

«Я проследила за Бизу. Застала его в служебных туннелях с Семой Брайнором».

Челюсть Дейна сжимается. Его глаза мечутся между подозрением к моим ночным блужданиям и беспокойством. «Брат Джерона».

«Тот самый. Всё ещё довольно обиженный на то, что ты убил его младшего брата, кстати».

«Вряд ли это неожиданно». Его выражение темнеет. Он встаёт с кровати и тянется к остаткам своей одежды. «Что именно ты слышала?»

Я расхаживаю по комнате, пересказывая каждую угрозу, шёпотом упомянутых союзников в знатных домах, повторяющуюся фразу «кровью и огнём». С каждой деталью лицо Дейна становится всё более неподвижным, всё более смиренным.

Когда я заканчиваю, он отворачивается, полностью одетый. «Я знал об этих подводных течениях уже некоторое время», – бормочет он, плечи напрягаясь. «И я работал над тем, чтобы предотвратить именно этот сценарий».

«Что ж, твоё предотвращение терпит неудачу. Они вербуют Арринта сейчас. Если драконы нападут на поверхность, оба наших народа разорвут друг друга на части».

Дейн поворачивается ко мне лицом, усталость вырезает морщины вокруг его глаз. «Ты думаешь, я не понимаю, что поставлено на карту?»

Я делаю шаг к нему. «Каков твой план? Каков наш план?»

«Веди себя нормально», – бормочет он, уже двигаясь к двери. «Мы новобрачные. Ритуал – достаточное доказательство. Если кто-то спросит⁠–»

«Подожди. Куда ты идёшь?»

«Разбираться с этим. Поверь мне, Эсми, неведение – твоя единственная защита прямо сейчас».

Прежде чем я могу возразить, дверь беззвучно закрывается за ним.

22

ДЕЙН

Колокола северной башни разносятся по залу для завтраков, когда я вхожу, их резонанс оседает, как груз в животе. На другом конце покоя Анис склонился над дымящейся чашкой, методично разрывая хлеб на аккуратные кусочки, прежде чем окунуть каждый в золотой бассейн масла и мёда.

«Брат», – говорит он, поднимая взгляд с улыбкой, которая меркнет, когда он замечает моё выражение. «Присоединишься ко мне так рано?»

Я остаюсь стоять. «Нам нужно поговорить. Сейчас».

«Может подождать, пока мы поедим? Наверняка вчерашние… активности оставили тебя голодным».

«Анис».

С вздохом, который, кажется, опустошает его, он оставляет свой ритуал, вытирает липкие пальцы о льняную салфетку и следует за мной в коридор. Мы идём по мраморным залам, мои глаза сканируют каждое пересечение.

«Покои Бизу пусты», – говорю я.

Анис подстраивается под мой шаг. «Он может быть где угодно. Что случилось?»

Я резко останавливаюсь, заставляя его встретиться со мной лицом к лицу. «Бизу замышляет с Семой Брайнором. Он часть мятежа».

Кровь отливает от лица Аниса. Его челюсть отвисает, глаза расширяются. «Невозможно».

«У меня есть подтверждение».

«От кого?»

«От надёжного источника. Они встречались в туннелях прошлой ночью». Мой голос опускается ниже. «Если отец обнаружит предательство Бизу⁠–»

«Наш дом рухнет», – шепчет Анис. Он проводит пальцами по волосам. «Боги преисподней, какое безумие им овладело?»

«Именно мои мысли. Куда бы он отправился этим утром?»

Анис оглядывает коридор, его челюсть работает, пока он переваривает моё откровение. Я застал его врасплох этим, хотя полностью ему доверяю. Он всегда был посредником в нашей семье, нашим голосом разума. Суд отца может быть справедлив, но он абсолютен. Если он обнаружит, что его собственные сыны замышляют против королевского указа держать Дрейтис скрытым внизу, его возмездие расколет наш дом.

Бизу должен это понимать.

Дворец едва шевелится в этот час. Слуги полируют серебро в обеденном зале, сметая следы вчерашних торжеств. Свадебные гости разошлись, оставив дворец его рутинам. К полудню отец будет держать совет, выслушивая просителей и жалобы со всего королевства.

Достаточно времени, чтобы загнать Бизу куда-нибудь в укромное место и вбить здравый смысл в его толстый череп.

«Вчера вечером Бизу упомянул, что проверит подземную комнату с бочками», – говорит Анис, углубляя морщину между бровями. «Что-то о бочке выдержанного медовухи, которую он вспомнил и хотел преподнести как свадебный подарок. Сказал, сам её достанет… Но теперь я задумываюсь, не было ли это прикрытием для чего-то другого».

Мы спускаемся в глубины дворца – не имея других зацепок сейчас – двигаясь, как призраки, по коридорам, куда слугам нет причин заходить так рано. Идеальное место для беспрепятственного братского вмешательства.

Проходы сужаются по мере спуска, потолок опускается ниже. В конце коридора лежит винный погреб, его вход едва виден в скудном свете разбросанных факелов. Вода сочится с камня сверху, собираясь в мелкие лужи у наших ног.

«Бизу?» – зовёт Анис.

Из темноты доносится лязг. Из устья погреба появляется высокая фигура, черты скрыты в тени.

Я бросаюсь вперёд, оставляя Аниса позади, полный решимости столкнуться с моим заблудшим братом.

Только когда я сокращаю дистанцию, я понимаю: это не Бизу.

«Он знает», – говорит Анис позади меня, его голос внезапно холоден, как камень.

Огненный шар настигает меня, прежде чем я могу среагировать, расплавленный молот, врезающийся прямо в грудь. Боль прожигает слои кожи, мои чувства меркнут по краям. Не смертельный удар, просто достаточно, чтобы сделать меня беспомощным. Моя голова погружается в мелкую лужу, когда я падаю, холодная вода – резкий контраст жгучей агонии, расползающейся по туловищу. Через колеблющееся зрение надо мной материализуются две фигуры: силуэт Семы Брайнора в капюшоне и неоспоримое лицо моего брата.

«Нет», – хриплю я, пальцы впиваются в церемониальную мантию Аниса.

«О, да». Улыбка играет в уголках его рта. «Лежи смирно, пока я заканчиваю это, брат».

«Анис…» Мой голос срывается. «Что ты наделал?»

Губа Семы скривилась с презрением. «Он выбирает Дрейтис вместо твоей слабости». Он поворачивается к моему брату с нетерпением. «Убей его сейчас. Он будет только мешать».

«Необязательно», – отвечает Анис, поднимая ладони.

Белый свет расцветает из его рук, и невидимая сила поднимает меня с земли. Я напрягаюсь против магии, но мои мускулы отказываются подчиняться. Ярость горит жарче, чем мои раны, когда Анис швыряет меня в заброшенный винный погреб, моё парализованное тело приземляется в неловкой куче.

Тяжёлая дверь захлопывается. Через сужающееся зрение я наблюдаю, как Сема прижимает ладонь к замку. Металл пузырится и схлопывается внутрь себя, янтарные сигилы зажигаются вдоль влажных каменных стен – активируются защитные руны, запечатывая меня внутри.

«Анис! Не делай этого!» – реву я вслед брату.

«Годы планирования, Дейн». Его слова просачиваются сквозь дверь, искажённые, но неоспоримые. «Нет пути назад. Не то чтобы я хотел».

Шаги стихают – его и Семы – отступая по туннелю, пока тишина не поглощает даже их эхо. Тьма давит на глаза, абсолютная и удушающая.

Эсми. Наверху, незащищённая, не подозревающая об опасности. Обещание, которое я дал ей, пульсирует в сознании. Я всё ещё чувствую давление её губ, тепло её кожи, опьяняющую смесь её силы с моей – то, что началось как стратегия, оставило отпечаток, который я не могу стряхнуть, не могу рационально отмахнуться как простой расчёт.

Я нужен ей. Дрейтис нуждается во мне. Какой бы заговор ни сплели Анис и Бизу с Домом Брайнор, я распутаю его. Я не провёл столетия, скитаясь по миру наверху, чтобы наблюдать, как экстремисты уничтожат то, что осталось от моей родины. Они не имеют представления об аде, который собираются развязать.

23

ЭСМИ

Я смотрю на короля Беммара с края церемониальной кровати, слова «домашний арест» висят в воздухе между нами. Мой язык внезапно кажется замёрзшим.

«Пока мой сын не будет найден, да», – говорит он, – «вы будете под домашним арестом».

Два гвардейца стоят по бокам от него, а позади меня через окна мерцают защитные сети, словно призрачные занавеси. Никакого входа, никакого выхода.

«Ваш сын?» – выдавливаю я. «Который?»

Ноздри Беммара раздуваются. «Дейнтазар, конечно! Я знаю, ты имела к этому отношение».

От него исходят ощутимые волны жара. Мои руки слегка дрожат на коленях. Стоит ли рассказать ему о Бизу? Молчать? Если Беммар уже знает о предательстве своего другого сына, признание знания может лишить какой-либо защиты, которую предоставляет наш брак. Дейн предупреждал меня, что неведение о предательстве Бизу – моя единственная защита прямо сейчас.

Но если король действительно не знает о Бизу, и я ему не скажу, что будет с Дейном?

Мне должно быть всё равно. Я должна просто сосредоточиться на борьбе, криках, выцарапывании пути наружу…

«Я… Я не имела отношения к исчезновению Дейна, Ваша Светлость». Я поднимаю подбородок. «И очевидно, что не в моих интересах убивать его прямо сейчас. Он мой ключ к защите здесь». Я колеблюсь, облизывая нижнюю губу. «Он покинул нашу комнату сегодня утром, чтобы поговорить с Бизу. Разве вам не доложили?» Решаю, нет вреда обронить имя брата вот так.

«Бизу его не видел. Арринт тоже». Челюсть Беммара сжимается. «Анис возглавляет поисковую группу сейчас. Они прочёсывают дворец. Мой сын не стал бы просто слоняться сейчас. У нас сегодня были дела на совете».

«Так Дейн просто… исчез?»

Глаза Беммара сужаются до щелочек пламени.

«Многие из нашего рода были против этого союза», – говорит он. «Если это правда, что ты не имела к этому отношения…» Его массивные плечи двигаются под мантией. «Угроз перед свадьбой было много. Кто-то мог претворить свои слова в действие».

Я наклоняюсь вперёд, пульс учащается. «Я могла бы его выследить. Я знаю заклинания, которые могут сработать, если бы вы просто отпустили меня⁠–»

«Нет», – обрывает меня Беммар, отступая к двери. «Вы останетесь здесь, пока наше расследование не завершится. Мы пока не можем исключить вас как подозреваемую».

Я вскакиваю на ноги. «Я не какая-то пленница⁠–»

Гвардейцы двигаются, как бьющие гадюки. Стальные наконечники копий нацеливаются мне в грудь, прежде чем я могу закончить фразу.

«Ладно», – бормочу я, поднимая ладони.

«Домашний арест», – провозглашает Беммар с порога. «Нисса будет удовлетворять любые базовые потребности».

Дверь закрывается с окончательностью. Гвардейцы занимают позиции снаружи, в то время как шаги Беммара стихают по коридору, каждый шаг тяжёл от королевской ярости. Я прижимаю ухо к дереву, слушая, пока не возвращается тишина.

Что-то случилось с Дейном.

Я расхаживаю по комнате, пальцы скользят по защитным сетям. Упоминание предательства Бизу было бы похоже на игру в русскую рулетку с пятью заряженными патронами.

«Мне даже всё равно, что случится с Дейном», – шепчу я в пустую комнату, ложь горька на языке.

Но даже если бы я хотела помочь ему, раскрытие того, что я знаю о его брате, только нарисовало бы цель на моей спине. Мёртвые убийцы не выполняют миссий. Как и мёртвые шпионы. И мне было бы глупо доверять кому-либо сейчас, включая Беммара.

Я сползаю по стене, пока не достигаю пола. Боги, драконья политика почти делает подковёрные игры нашего ковена похожими на детские забавы. И вот я здесь: одна темнокровная девушка с ножом против целой династии огнедышащих маниаков. Идеально. Реально живу своей худшей жизнью.