Текст книги "Желанный трофей (СИ)"

Автор книги: Константин Калбазов (Калбанов)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Сударь, через полтора часа начнёт темнеть, – счёл нужным предупредить меня стражник у ворот.

– Спасибо, я помню об этом. Постараюсь вернуться до темноты.

Оказавшись за воротами, встал на лыжи и резво побежал прочь. В трёх верстах отсюда имеется один овраг, который я присмотрел для проведения испытаний винтовочных стволов. Пока речь шла о моих картах «Булава» пятого ранга, проблем никаких не возникало. Пули из обоих стволов вылетали с дозвуковой скоростью, и выстрелы были практически бесшумными. Но стоило мне использовать карту матушки, как те стали вылетать с характерным хлопком преодоления звукового барьера. А это лишнее внимание, которого мне хотелось бы избежать.

Идея с нарезным стволом полностью оправдалась. Круглая пуля чувствовала себя по-прежнему плохо, хотя разброс значительно уменьшился. Это если сравнивать с гладкостволом. А так-то рассеивание диаметром в сажень на семьдесят шагов приемлемым результатом не назвать даже с большой натяжкой.

Пуля длиной в три калибра вела себя уже куда лучше, но всё одно давала слишком большой разброс. В пять показала уже более или менее подходящий результат. Во всяком случае, тут уже можно было говорить о кучности боя. Калибр в пять линий давал разброс в аршин на полторы сотни шагов. В четыре линии имела более высокую скорость, и её попадания укладывались в круг диаметром в один локоть##1.

##1 Л о к о т ь – 46 см.

Карта шестого ранга значительно увеличила скорость пуль и улучшила кучность до локтя и фута##2 соответственно. Ели я не ошибаюсь, то последнее близко характеристикам берданки##3. Что-то такое читал в одной из книжек о попаданцах. В любом случае точность боя уже лучше, чем у арбалета, и уж тем более на дистанции в три сотни шагов. Вот только оно точно не стоит дорогих и трудоёмких боеприпасов. И в качестве альтернативы арбалету не годится.

##2 Ф у т – 30,48 см.

##3 Никита ошибается. Кучность боя винтовки Бердана на 100 метров укладывается в круг диаметром 18 см.

Поэтому я решил попробовать изменить форму пули и сделать её не оживальной формы, а привычной мне, конической, да ещё и в медной рубашке. Конечно, это значительно усложнит процесс изготовления, зато она приобретёт более совершенную аэродинамическую форму, облегчится, благодаря чему однозначно увеличится её скорость. Три фактора, которые могут оказать если не кардинальное, то по меньшей мере положительное влияние.

Две недели ушло на то, чтобы столичные мастера изготовили ручной пресс и матрицу с пуансоном под калибр в четыре линии. Коль скоро у него показатели гораздо лучше, то и поставить я решил на него. Что ни говори, а это оборудование мне влетело в копеечку. И вот вчера вечером я изготовил первые семь пуль. Понятно, что у меня нет никаких расчётов, и я действую методом тыка, но всё же надеюсь, что мои старания не были напрасными.

Избавившись от лыж, развернул мешковину и достал свою эрзац-винтовку. Толстостенный ствол, а по сути, заготовку, прикрученную проволокой к наскоро изготовленному ложу с прикладом. Конструкция откровенно неказистая, но для испытаний вполне годится. Вот если всё получится, тогда и буду думать о красоте и эргономике.

Достал первый патрон, представляющий собой свёрнутую в трубку рунную карту «Булава» с посаженным в неё на клей донцем пули. Вложил его в патронник, не имеющий затвора, он тут попросту не нужен, потому что рунная цепочка ударит вперёд. Разве что впоследствии нужно будет закрыть казённик, чтобы заряд банально не выпадал. Сбоку на стволе окошко, через которое я коснулся карты указательным пальцем. Прикосновение непременное условие для её активации, иначе ничего не получится.

С помощью «Дальнозоркости» прицелился в точку на стенке оврага в девяноста шагах от меня. Эти руны работают ничуть не хуже оптического прицела, а где-то даже и лучше. Задействовал свою способность предвидения, чтобы наблюдать результаты. И наконец активировал карту, рассыпавшуюся искрящейся взвесью, вырвавшейся через окошко. Резкий и хлёсткий хлопок, словно плетью ударил, зато никакой отдачи, от слова совсем. До сих пор не могу к этому привыкнуть, срабатывает стереотип и подспудно ожидаю её.

Благодаря «Дальнозоркости» и предвидению я сумел определить, что «Булава» ударила в стену на мгновение раньше пули. Значит, у рун скорость по-прежнему выше. Но мне показалось, что и пуля на этот раз серьёзно прибавила. Это не точно. Увы, но измерительных приборов у меня нет. Но отчего-то уверенность присутствует.

Вложил следующий патрон и прицелился уже в чёрный круг мишени, закреплённой на дереве в полутораста шагах от меня. Активация. Хлёсткий хлопок. Руны развеялись, достигнув предельной дистанции атаки. А вот пуля проделала очередное отверстие на деревянном щите. Причём легла довольно близко к чёрному кругу.

Впрочем, по этому поводу радоваться не стоит. С изменением геометрии пули и её скорости меняется и баллистика. После каждой модификации пуля летит иначе, и чёрный круг всего лишь точка прицеливания. Для определения точности боя нужно выпустить серию. Поэтому я вложил в ствол следующий патрон.

Три пули легли довольно кучно. Четвёртая присоединилась к товаркам. Пятая легла далеко в стороне. Вроде и нет спускового крючка, но всё за то, что я умудрился дёрнуть оружие. Последний выстрел лишний раз подтвердил это, попав в центр кучи.

Всё. Больше боеприпасов нет. Я встал на лыжи и, добежав до мишени, извлёк линейку. Итак, на выходе имеем круг диаметром почти в восемь дюймов##1. Это куда лучше прежнего результата! Хотя и не факт, устроит ли меня такая точность боя. Патронов, увы, не осталось, слишком уж увлёкся, не веря в результат, а потому на дистанции в три сотни шагов не проверить. Но я уверен, что в грудную мишень попаду в любом случае. А значит, винтовке быть!

##1 Дюйм – 25,4 мм.

С калибром, пожалуй, тоже определился. Пусть будет четыре линии. Что-то мне подсказывает, что в пять линий опять проиграет. Единственно в следующий раз нужно будет проверить пробивную способность. Я честно попытался вспомнить характеристики берданки, но вскоре сдался. Чёрт с ней. Куплю щит типа того, что был у меня прежде. Да, он из плохонькой стали, зато недорогой, и для того, чтобы получить представление о пробивной способности пули, вполне хватит.

– Никита, ты где? – когда я уже подбегал к городским воротам, вызвала меня Лена.

Чего ей понадобилось? Мы же договорились на половину седьмого, и у меня есть ещё целый час. От нехорошего предчувствия засосало под ложечкой.

– У тебя буду вовремя, – ответил я, не сбавляя ход.

– Матушка связалась со мной по карте, сказала, что над Нефёдовским кружат четыре виверны, велела дома не показываться.

– Правильно сказала.

– Ты не понимаешь…

– Стоп! – перебил я её. – Только без резких телодвижений. Они вассалы боярина Гагина, и он направит туда своих витязей. Всё будет нормально.

– Это-то так, но я не останусь в стороне, – упрямо заявила Лена.

Ну вот что с ней делать? Можно подумать, она со своим четвёртым, а я пятым рангами там сильно изменим картину. Витязи элитные бойцы, одарённые рангом не ниже седьмого. Князья и бояре серьёзно вкладываются в них, чтобы иметь ударный кулак для защиты своих вассалов. У Гагина таких четверо восьмиранговых. Мы у них только под ногами мешаться будем.

Но и не поддержать Лену я не могу. У меня на неё есть определённые планы. Ну и вообще… Хотя насчёт вообще и не точно, но при мысли о красавице под ложечкой пробегает приятная волна. На бал, говоришь… Ну-ну. Потанцуем, значит.

– Ты в пансионе? Спросил я.

– Да. Собираюсь, – коротко подтвердила она.

– Вместе пойдём. Я домой, облачусь в доспехи и на портальную площадь. Жди меня там.

– Хорошо.

Глава 12

В поисках приключений на…

До дома я добежал, не снимая лыж. Пусть и не принято передвигаться по улицам подобным образом, но кого занимают условности и правила, когда времени нет. С Лены станется в одиночку рвануть в Нефёдовское в поисках приключений на свою аппетитную задницу.

Вот интересно, что она там станет делать без надлежащей экипировки? Пугать виверн своими четырёхединичными рунами? Даже не смешно. «Ледяное копьё», конечно, весьма серьёзный аргумент, но им ведь для начала не мешало бы достать до противника. Мне, кстати, там тоже особо не разгуляться, если они окажутся достаточно высоко над землёй. Дальность атаки у меня оставляет желать лучшего.

– Никита, что случилось? – когда я ворвался в дом, с нескрываемым недоумением встретила меня мать.

– Матушка, принеси в оружейную все свои боевые карты, какие есть, – не останавливаясь, выкрикнул я.

К её чести, спрашивать она ни о чём не стала. Вместо этого сразу же удалилась к себе. Вот и славно. Не хватало только терять время на объяснения с ней. Она у меня, бесспорно, дама решительная и заламывать руки с криками «не пущу» не станет. Но это вовсе не значит, что спустит мне с рук всё что угодно.

Вбежав в свою комнату, я отбросил в дальний угол завёрнутую в мешковину винтовку, ну или подобие её, и начал срывать с себя одежду. Довольно быстро переоделся, набросил на себя поддоспешник, надел крепкие сапоги, подхватил несессер с картами и поспешил в оружейную. Матушка была уже там с таким же несессером, который без лишних разговоров положила на стол для ухода за доспехами и оружием.

– Что случилось? – встав в дверях и сложив руки на груди, спросила она.

– Матушка… – начал было я.

– Как видишь, я не мешаю тебе собираться. Язык при экипировке тебе не нужен. Итак?

– На село моей знакомой напали виверны. Её матушка из опасения, что та может не вовремя отправиться погостить, связалась с ней и попросила не появляться дома. Но Лена решила отправиться им на помощь.

– Лена? – вычленила мать неформальное упоминание имени.

– Мы друзья, – коротко ответил я.

– Друзья с девушкой? Кто её родители? Я так понимаю, они помещики? Сколько у них душ? Она наследница?

– Матушка! – застёгивая ремешки бехтерца, возмутился я.

– Я тебе не мешаю. Отвечай, – помогая мне с ремешками и экономя моё время, потребовала она.

– Они помещики, село пограничное с соответствующими льготами относительно промысла тварей. Её батюшка рассчитывает в ближайшие лет десять получить под свою руку тысячу душ податных крестьян. Она не наследница. Водник и уже подающий надежды алхимик.

Ничего удивительного в том, что мать не особо беспокоится по поводу моего намерения отправиться в село, где идёт драка. Для начала, я не беззащитная овечка. Что же до боя, то ни один сюзерен не может позволить себе оставить без помощи своего вассала. Поэтому она ничуть не сомневается в том, что пока мы только собираемся, его витязи уже на месте и сражаются с тварями.

– Значит, её отец хочет создать свою охотничью артель, усилив её ещё парочкой одарённых, и реализовывать трофеи непосредственно в столице. И когда вы собирались объявить о помолвке?

– Да какая помолвка? – застёгивая боевой пояс, возмутился я. – Говорю же, мы только друзья.

– Самая обычная помолвка, – спокойно возразила мать. – Полагаю, что это хорошая партия для тебя. Уверена, что её отец вместо того, чтобы отдавать дочь, с радостью примет к себе зятя. А впоследствии с расширением владений вы и сами сможете стать помещиками. Хотя помещики боевики это нонсенс. Значит, будешь витязем своего тестя, а уже ваш первенец сможет стать помещиком и владетелем родовой вотчины.

Мне оставалось только мысленно качать головой, выслушивая рассуждения матери, которая уже видела своего сына зятем боярина Нефёдова. Хотя тот всё ещё мелкопоместный столбовой дворянин, пусть и с перспективами, а о моей помолвке и речи пока не идёт. Вот интересно, а что бы она сказала, если бы узнала о моём сильном даре? Впрочем, глупый вопрос. Она уже подыскивала бы мне выгодную партию и уж точно предприняла бы усилия для отправки меня в Московский государственный университет.

Хорошо всё же, что матушка не знает о силе моего дара. Думая об этом, я взял новый тесак. У этого качество куда лучше прежнего. Отлично сбалансирован, хорошая сталь, удобная рукоять. Удары у него выходят куда качественнее. А короткий клинок… Я уже говорил, что мне он нравится больше, я ведь не кавалерист. Опять же, его куда удобнее носить за спиной. Хотя и пришлось изготовить специальные ножны, ведь выхватить его из обычных не хватит длины руки.

Последний штрих подшлемник, и наконец шлем шишак со стальными наушниками, со слуховыми отверстиями, пластинчатым назатыльником, небольшим козырьком и поднимающимся наносником. Он куда удобнее, если в бою делать ставку на подвижность.

По той же причине я отказался от отцовского щита. Мой прежний был поменьше, и то приходилось всегда учитывать его наличие, в то время как рунный удобнее и активировать его можно по необходимости. Хотя, конечно же, затратный, не без того. С запасом маны у меня сейчас проблем нет, спасибо саблезубу. За прошедшее время я заполнил все восемьсот двадцать единиц трофейной сферы. Зато разовый лимит всё ещё серьёзно ограничен, и весь пойдёт под боевые плетения. Так что придётся использовать карты, которые быстро не нарисуешь.

– Кстати, а зачем тебе понадобились мои карты? – видя, как я выбираю из её несессера «Копья», «Шары», «Стилеты», «Панцири» и «Щиты», спросила мать.

Вопрос, не лишённый смысла. Я ведь вроде как обладатель второго ранга, и изделия из-под её руки мне не по росту.

– На всякий случай для родителей Лены. Я-то уверен, что нам драться не придётся, и отправляемся мы скорее для её успокоения. Но мало ли как оно там всё обернётся.

– А. Ну да.

В сопровождении матери я вышел из нашей квартиры, спустился по лестнице и с удивлением обнаружил подъехавшие к парадной сани с извозчиком, из которых выпрыгнула Матрёна. С благодарностью посмотрел на мать, осенившую меня крестом. Золотая женщина. Любит сына, волнуется о нём, молится, но не виснет гирями на ногах и не хватает за руки.

– Портальная площадь. И поспешай, – сев в сани, бросил извозчику.

– Будет сделано, барин. Н-но-о, залё-ётная-я! – Щёлкнул кнут, и лошадь резво рванула с места.

Я поёжился от пробежавшего по телу озноба. Это не на лыжах бежать, когда кровь по жилам разгоняется, и впору думать о том, как бы не взмокнуть. Поэтому активировал пассивную цепочку «Телогрейка». И сразу же отпала необходимость в тёплом плаще, и перчатки надевать не надо. Я задействовал только одну единицу, поэтому ощущал прохладу, но оно и к лучшему, так я не замёрзну, а начну двигаться, не запарюсь.

Итак, для начала нужно привести в порядок содержимое кармашков оружейного пояса и наруча, откуда я извлёк все слабые карты, прибрав в свой несессер, а на их место, соответственно, перекочевали изделия матушки. То же самое проделал с рукоятью тесака.

Покончив с оружием, взялся за руны быстрого доступа. Однозначно на допустимый максимум в тринадцать единиц «Ледяное копьё». Ох и грозное оно у меня получается, его эквивалент теперь равняется тридцати девяти. Более чем серьёзно. Четырёхранговую тварь срубит одним попаданием. По идее. С ними вообще нельзя ни в чём быть абсолютно уверенным.

Десять в «Ловчую сеть». Сильную тварь это надолго не удержит, но атаку собьёт, а то и с неба ссадит. Эта цепочка не наносит физический урон, а лишь сковывает движения. Сбросить её можно с помощью соответствующей физической силы, выплеснув большой объём маны, что свойственно тварям, либо использовать руны.

Четыре в «Ледяной шар». Не так серьёзно, как хотелось бы, но это смотря с чем сравнивать, всё же эквивалент в восемь единиц. Но эта цепочка слишком медленная, всего лишь скорость брошенного камня. Если атаковать с дальней дистанции, то увернуться может даже обычный человек без усиливающих зелий, а виверны отличаются подвижностью и ловкостью. Так что эти руны только для ближнего боя. Зато откат получится меньше секунды, и я могу садить ими, как из пистолета, пока есть мана.

Из пассивок тринадцать в «Панцирь», увы, но защитного амулета у меня нет, поэтому делаю ставку на подвижность. По четыре единицы в «Силу» и «Ловкость», пять в «Быстроту». Последнюю единичку оставлю в «Телогрейке».

– Долго возишься, – недовольно встретила меня Лена.

Подруга была во всеоружии. Эдакая дева воительница в изящной, но прочной кольчуге. Как и я, решила обойтись без плаща, однозначно задействовала «Телогрейку». На боку сабля, с которой ей без пассивки «Сила» нормально нипочём не управиться. Шлем в отличие от моего конический, с кольчужной бармицей##1. За спиной щит овальной формы. Я им ещё не занимался, а потому и привязанных к нему карт у неё нет.

##1 Б а р м и ц а – элемент шлема в виде кольчужной сетки (вместо кольчуги могут использоваться стальные пластины), обрамляющей его по нижнему краю. Прикрывает шею и плечи, иногда лицо.

– Поспешишь, людей насмешишь. Слышала? – возразил я, извлекая из кармашков на поясе карты моей работы. – Держи, это «Копья», «Шары», «Панцири» и «Щиты», разложи на поясе.

– Пятый ранг, – догадалась она.

– Именно, – подтвердил я и, наблюдая за тем, как она споро начала менять карты, продолжил: – Значит так, боевая подруга. Не геройствуй. Твоя задача стоять позади меня, сместившись влево, и защищать мою спину. Надеюсь, ты это помнишь. И не забывай о дальности атаки, у моих карт она девяноста шагов.

– Помню.

– И ещё. Там я Дубинин Олег Борисович. Не забыла?

– И это помню. Всё. Я готова, – закончив перетасовывать карты, сообщила она.

При этом протянула мне две портальные. Одна на Покровск, которую успела приобрести у смотрителя, и вторая на Нефёдовское, работы её матушки.

Едва я взял их, как она активировала свою и ступила в возникший портал. Выматерившись, я поспешил следом. Сколько раз говорил о том, что первым всегда иду я, а она следом, но только дошло до дела, как она всё благополучно забыла. Ломанулась так, что только поспевай.

Когда я оказался на площадке в Покровске, она уже совершала переход к Нефёдовскому. В круглом провале портала, подёрнутого колышущейся пеленой, словно прозрачный поток воды, я успел заметить красно-оранжевые всполохи. Останавливать её поздно. Портал держится недолго, промедли она, и тот схлопнется вхолостую.

Я вновь ругнулся и всмотрелся в очередную карту. Изображение быстро приняло объёмный вид, хлопок и передо мной возникло свистящее и завывающее кольцо из вихрящихся молний. И опять я увидел всполохи на той стороне, а до слуха донеслись звуки схватки. Похоже, мои надежды на то, что там всё под контролем, оказались напрасными.

Выхватив тесак, я ступил в портал и тут же оказался во дворе помещичьей усадьбы. Осмотрелся. Всполохов, конечно, хватало, как заметна была и парочка горящих в селе домов, но, по счастью, на пожарище это всё же не тянуло.

Над Нефёдовским стоял рёв испуганной скотины, доносились голоса людей, но мечущихся по улице в панике не видно, как и женщин с детьми. Мужчины – каждый занят своим делом. Кто-то сражается, будучи облачен в доспехи, в основном кожа, но видны и кольчуги. Пожарная команда с баграми и вёдрами тушит парочку горящих домов.

И всё это под старый добрый мат животворящий. Им подбадривают себя и товарищей, отдают команды, отчитывают нерадивых, хвалят отличившихся. Как говорится, мы матом не ругаемся, мы на нём разговариваем.

В дальнем конце сельской площади, куда упиралась подъездная дорожка к усадьбе, пара десятков людей с щитами и копьями обступили полукругом крупную виверну, возвышающуюся на лапах.

За спинами копейщиков двое одарённых – женская и мужская фигуры ударили в тварь боевыми рунами. Те осыпались по туше льдисто-голубыми всполохами, не причинив вреда. Зато тварь ударила хвостом, сметя сразу пятерых копейщиков и освободив себе проход. Прервав строй, виверна умудрилась уклониться от следующей атаки одарённых и вновь врезала хвостом.

Мужчина сумел отскочить, избегнув атаки. Женщина замешкалась, за что тут же поплатилась, получив удар в грудь. Судя по тому, что её не насадило на костяной наконечник, её «Панцирь» выдержал удар, чего не сказать о ней самой. Физику никто не отменял, так что одарённую попросту смело мощным ударом и впечатало в стену церквушки. Это так же просадило её защиту, но судя по тому, как она резво подскочила, та всё же выстояла.

Случилось это в считанные секунды, пока я охватывал взглядом село и оценивал обстановку. После чего сосредоточил своё внимание на Елене. Моя компаньонка очертя голову бежала на площадь, чтобы присоединиться к сражающимся.

– Лена, стой! – выкрикнул я.

Но она даже не услышала моего окрика. Или сделала вид, что не услышала. Хотя сомнительно. Скорее всего подруга сейчас и впрямь ничего не замечает, обратив всё своё внимание на приземлившейся виверне. Предполагаю, что та женщина госпожа Нефёдова собственной персоной, вот дочь и рванула на помощь матери.

Я не стал звать её повторно. Бесполезно же. Вместо этого запустил «Ловчую сеть». Как избавиться от неё и «Пут», студенты изучают ещё на первом курсе. Но тут есть нюанс. Гарантированно их можно сбросить только в случае, если имеешь дело со слабым или равным по силе одарённым. Чем противник выше рангом, тем меньше шанс освобождения, и попытку придётся повторить. Быть может, и не раз.

Пока Лена силилась избавиться от «Сети», я успел приблизиться к ней и активировал портал на Покровск, благо расстояние небольшое, и я могу обойтись без карт, которых, к слову, у меня и не было.

– Что ты делаешь⁈ – возмутилась она.

Не говоря ни слова, я подхватил подругу на руки и зашвырнул в зев портала. Она сумела-таки избавиться от «Сети», но только в полёте, а потому предпринять ничего не успела, пролетев через портал, который тут же схлопнулся.

Я в курсе, что хреновый подчинённый, и имею определённые проблемы с дисциплиной и исполнительностью. Но терпеть не могу, когда не выполняют мои распоряжения. Вот пусть побесится в Покровске, не имея возможности немедленно оказаться здесь. Портальных карт на Нефёдовское у неё больше нет. На лыжах сюда добираться минимум полтора часа, а то и больше, зависит от наличия набитой дороги или лыжни. Если придётся пробиваться через целину, то тут и все четыре понадобятся.

Я наконец вспомнил, где нахожусь, и, чертыхнувшись, использовал предвидение. Всё же хорошо, что я в последнее время уделяю много внимания тренировкам со своей способностью. Я толком даже не осознал, что именно увидел, и, не успев ещё толком обернуться, выбросил назад руку, активируя «Щит». И тут же всё вокруг меня окуталось оранжево-алыми всполохами, а в уши ударил оглушительный рёв пламени.

Как оказалось, защита у меня слабая, а потому только двигаться! И нет, я не подумал об этом. На мысли вообще не было времени. Я инстинктивно бросился прочь. Не услышал, но ощутил, что матушкин «Щит» на шестнадцать единиц осыпался, продержавшись не больше трёх секунд. А затем начал стремительно таять уже мой «Панцирь». Он успел просесть в половину, когда я активировал следующую карту «Щита», и следом матушкин «Панцирь».

Я не выжил бы, если до выложенного из кирпича колодца оказалось бы дальше хоть на пару сажен. Когда я укрылся за ним, от очередного «Щита» не осталось и следа, матушкин «Панцирь» истаял, а мой просел до последней единицы. Мало того, хотя напрямую пламя на меня не воздействовало, его ревущие языки, обходящие каменную преграду, раскалили воздух настолько, что моя рунная защита продолжала таять, и в результате разрядилась полностью. Но я всё же успел активировать матушкину карту. Очередной «Панцирь» если выстоит, продержится всего-то около часа, но мне ведь дольше и не нужно. Я это знал точно, задействовав свою способность на все четыре секунды предвидения.

Наконец рёв пламени прекратился, и я вскочил на ноги посреди чёрной и местами горячей проплешины. От снега на довольно большой площади не осталось и следа, да чего уж там, даже земля высохла, пламя испарило всю влагу и выжгло траву. Кладка колодца с противоположной от меня стороны оплавилась. В лицо так и пышет жаром, как от большого пионерского костра. Застал я такие.

Ну и местами огонь всё ещё пылает. Твари используют, если можно так выразиться, природный напалм. Ну не знаю я, как его ещё назвать. К слову, из желёз огнедышащих экземпляров алхимики создают какую-то мощную взрывчатку. Так что ценятся они высоко, хотя трофей довольно редкий.

Передо мной в двадцати пяти саженях над землёй висела крупная виверна. Она беспрестанно махала своими большими кожистыми крыльями, оставаясь на одном месте и сверля меня яростным взглядом.