Текст книги "Акванавт"

Автор книги: Константин Калбазов (Калбанов)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Осмотр выявил отсутствие двух нурсов и одной торпеды, как раз с левого борта. Влево и вниз направлена и пушка, что опять же говорило в пользу атаки черепахи снизу. Вот только орудийная установка сработала слишком поздно, уже непосредственно перед ударом, а потому и успела выпустить только десяток снарядов. Опять же в цель или мимо – непонятно.

Направив луч света в кабину сквозь уцелевшие окна, Сергей увидел и бывших владельцев кораблика. Два трупа, мужской и женский, одетые в легкие шорты и майки, плавали в довольно тесном помещении, заставленном различным оборудованием. Тела уже подверглись губительному действию воды, и не только.

В кабине было множество мелкой рыбы, жадно обсасывающей трупы. Это пока еще в воде не появился запах смерти или крови, потому и более крупных представителей не видно. Разумеется, все зависит от размеров собирающихся пировать. Пробоина конечно же солидная, но, к примеру, акуле тут делать явно нечего.

Как нечего тут делать и Сергею. Теперь судно никуда не денется. Вопрос с принадлежностью трофея разрешился. А ждать, кто именно заявится сюда на запах смерти, у Сергея не было никакого желания.

Как ни странно, служба безопасности в сопровождении целого десантного взвода появилась буквально через полчаса. И это с учетом того, что силы были доставлены сюда с орбиты. Оперативно работают, нечего сказать.

Технари тут же начали курочить технику. Нет, не в смысле разбирать все подряд. Демонтировалась кое-какая электроника и практически полностью пульт управления. Изымались все искины, корабельный, оружейные и персональные.

Даже если бы Сергей мог что-то возразить против подобного самоуправства, он не стал бы этого делать. К чему, собственно говоря? Вся электроника и без того должна отправиться на свалку, ведь она и так вышла из строя.

Американцы, как видно, были уж слишком самоуверенными и не озаботились дополнительной защитой оборудования. А может, полагали, что коль скоро случится разгерметизация кабины, то и им не жить. Ну а раз так, то к чему проявлять заботу о новом владельце. В общем, чем бы там они ни руководствовались, результат был налицо.

– Как следует из доклада вашего искина, произошло это три часа сорок три минуты назад, – наконец закончив изучать «начинку» Алексея, заговорил дознаватель.

Что же, все логично. К чему задавать вопросы раньше времени, если сначала можно получить всю доступную информацию. Причем без каких-либо домыслов, зафиксированную с протокольной точностью.

Несмотря на индивидуальную принадлежность, все гражданские искины имели коды доступа для полиции. В случае наличия соответствующего ордера, служители Фемиды могли считать с них всю информацию, не заручаясь согласием владельца.

На Океании роль полиции выполняла служба безопасности корпорации. Как говорится, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Правда, разрешение на получение данных с искинов здесь выдавал не прокурор, а представитель руководства корпорации. Соответствующий пункт имелся в одном из договоров.

– Все верно, господин Ганид. Это произошло в указанные вами сроки. – Еще бы Сергей не согласился с очевидным.

– Но вы не спешили сообщить нам о случившемся. Почему?

– Я испугался. Сидел тут, на ферме, и трясся от страха, – поведя рукой вокруг, со вздохом признался в постыдном Сергей.

– Пошнагов, не надо этих игр. Тут не театр, а я не благодарный зритель. Сообщить в службу безопасности ты испугался, но зато не забыл закрепить «охотника», чтобы он не сполз во впадину. Уверен, что ты собирался снять с него все вооружение и вообще все, что плохо лежит. И не сделал это только потому, что узнал: судно теперь бесхозное. Или ты начинаешь со мной разговаривать откровенно, или тросы крепления порвутся и субмарина отправится в пучину. Нужно объяснять, кто найдет судно после этого?

– Что-то мне подсказывает, что это будет служба безопасности.

– Правильно. А потом мои парни продадут его банку и получат некие премиальные. А ты останешься с носом. Ну так как, будем говорить?

– Господин дознаватель, признаться, я не понимаю, чем вызвал ваше негодование, – примирительно начал Сергей. Ну не бодаться же ему со службой безопасности, в самом-то деле. – Я ведь не скрыл этого факта. Хотя и мог после сообщить о находке. Характер повреждений ясно указывает на атаку черепахи. Сомневаюсь, что кто-то стал бы проводить по этому поводу расследование.

Дознаватель смерил Сергея взглядом и вздохнул. Что же, этому мужчине не откажешь в логичности. Он и впрямь мог умолчать о противоправных действиях и представить это как находку. Причем обнаружить ее где-нибудь подальше от фермы.

В конце концов, нет ничего сложного в том, чтобы притащить сюда пару-тройку баллонов с газом, приподнять «охотника» и перевезти в другое место. Для этого достаточно даже скутера, не то что скаута.

– Я понял, что ты хотел как лучше. Но по-своему, так, чтобы не упустить выгоду. Но если бы мы прибыли сюда хотя бы в течение часа после случившегося, то могли бы обзавестись ценной информацией. Теперь же, я уверен, все данные с искинов безвозвратно утеряны.

– Не вижу проблем, – пожал плечами Сергей. – Вы можете получить эти сведения проще и быстрее, чем думаете. Думаю, что половина, если не большинство охотников замешаны на рэкете. Проверьте их искины, и все тут же станет ясным. Просто пока меня крутили эти ребята, я тут подумал…

Сергей без утайки рассказал обо всех выводах, к которым пришел в ходе беседы с рэкетирами, например, о возможной связи шаек на базах с охотниками, обкладывающими фермеров данью. Высказал уверенность и в том, что наверняка возле каждой фермы найдутся лишние контейнеры или грузовые модули, предназначенные для уплаты неофициальных налогов…

– Ерунда, – отмахнулся дознаватель. Странно, вроде слушал внимательно, и такая реакция. – Фермеры поостерегутся доносить на своих обидчиков хотя бы по той причине, что побоятся расправы со стороны подельников тех, кого мы задержим. А начать потрошить искины просто так, без причины, не можем себе позволить даже мы, даже в этой глуши и несмотря на некие пункты договора. Господин Горх не санкционирует подобное ни при каких обстоятельствах. Только при наличии веских оснований. Не знаю, за кого вы тут себя держите, но для корпорации вы вовсе не бессловесная скотина и обладаете определенными правами. Это непреложное условие закона о льготах. Так что все это ерунда. Что же касается ваших выводов относительно бандитских группировок на базах, то они очень интересные. Попробуем копнуть в этом направлении.

– Кхм. Господин дознаватель, а как же с «охотником»?

– А что с «охотником»?

– Ну. Тросы закреплены нормально? Они сумеют удержать корабль от падения?

– Оно бы стоило… Ну да ладно. Можем договориться.

– Я весь внимание. – Сергей и впрямь был сосредоточен, он готов на многое ради получения приза.

– Итак, уже через пару часов тебе на счет поступят три сотни тысяч кредитов. Премия за уничтожение пиратского судна, учрежденная корпорацией.

– Но я…

– То, что их уничтожила черепаха, не твоя забота. Этим займусь я. А ты, как только деньги поступят на твой счет, переправишь их вот на этот.

Алексей сообщил, что на почтовый ящик Сергея поступило сообщение. Наверняка номер счета. Что же, все предельно ясно. Его выставляют в качестве героя, за деяние, которое он не совершал, чтобы путем махинации получить солидную сумму.

Согласен ли на это Сергей? Еще как согласен. С него не убудет, зато никто не станет топить его «охотника». Именно что его, потому как он теперь считал корабль своей собственностью.

Глава 6
На волосок от смерти

– Обводы оставляем прежние? – делая пометки на стационарном рабочем искине, поинтересовался Михаил.

Это механик, обретающийся на «Двадцатке». Ему все одно, чем заниматься. Есть скутер – займется им, скаут – подавай, «охотник» – вот напугали. Да ему даже корпорация время от времени подбрасывает работенку, в основном реанимировать боевых дронов. Случается такое, что достается и им.

Вообще-то у Михаила работы всегда хватает. Шутка ли, на базе всего-то двое механиков. А техника, она и есть техника, все время требуется что-то подправить или откровенно починить. Смех смехом, но столкновения под водой вовсе не редкость. Либо с валуном каким, либо с собратом. Так что случается и такое, что к механику можно попасть только по записи.

Но у Сергея был особый случай. Во-первых, у него на починку становилось сразу две единицы. Во-вторых и в самых главных, тут работы было на такую приятную сумму, что Михаил без зазрения совести отодвинул всех заказчиков в сторону. Да он тут поднимет никак не меньше шестидесяти тысяч. Шутка ли.

– Миша, давай не будем, – изобразив кислую мину, со вздохом произнес Сергей.

Нет, дело вовсе не в том, что прежде чем задавать этот вопрос, механик словно невзначай пролистнул несколько вариантов, один краше другого. Сергей не понимал, когда на Земле машины начинали обвешивать различными спойлерами и тому подобной дребеденью. Лишнее это все и лишенное смысла.

Впрочем, здесь, под водой, обводы играют далеко не последнюю роль, а для «охотника» скорость и маневр значат очень много. У «Энтерпрайза» была вполне оптимальная форма, но, как говорится, нет предела совершенству. Если убавить вон там, прибавить вот здесь и оптимизировать тут, то характеристики в некоторой степени улучшатся.

Однако Сергей сейчас находился в том состоянии, когда, как говорится, не до жиру. Казалось бы, богатый трофей, но он опять оставался с тем, с чем спустился на Океанию. С пустыми карманами и с кучей долгов. Хм, последние, кстати, значительно возросли.

Даже продажа скаута не могла покрыть расходы на работу механика. А ведь это только малая часть из предстоящих трат. Потому как платить ему придется много. Очень много.

Так, например, одна только дегазация «охотника» и скаута обошлась в десять тысяч. Ничего не поделаешь, здесь душем не обойтись. Пришлось в буквальном смысле этого слова топить технику в специальном бассейне и выдерживать там в дегазационном растворе несколько часов.

А ведь нужно восполнить всю электронику и еще бог весть сколько всего. Словом, хотя корабль и достался ему трофеем, чтобы поставить его на ход, придется вывернуться наизнанку. Судя по прикидкам Михаила, сумма приблизится к миллиону.

Потом предстояло еще приобрести обучающую программу и пройти полный курс управления кораблем. Кстати, в нагрузку к «охотнику» и за отдельную плату нужно будет приобрести дополнительную программу по оружию. Конечно же без оружия субмарина не изучается, хотя бы по той причине, что такие суда безоружными просто не бывают. Но без прикладной программы это будет просто условная игрушка.

Словом, играть ему в виртуале придется изрядно. Хорошо хоть на Океании на вопрос овладения практическими навыками смотрели сквозь пальцы. А ведь за эти дополнительные курсы также пришлось бы платить.

Получается, что даже награда за уничтожение рэкетиров не смогла бы покрыть всех расходов. Как не помогла и реализация грузового модуля. Очень уж он оказался специфическим и предназначался именно для добычи водорослей. Иными словами, он еще подошел бы для скаута, хотя и был для него великоват, но уж точно был слишком мал для «охотника», так как не подходил под основную его добычу.

В настоящий момент ситуация выглядела таким образом, что он словно приобрел корабль в кредит с неким виртуальным компаньоном, внеся при этом причитающуюся с него долю. Правда, имелась одна существенная разница.

В данном случае, вложив около миллиона, он становился единоличным и полноправным хозяином судна. А это уже совсем другой расклад, другая работа и другие заработки. Главное же, это его активы и ничьи больше. Иными словами, при убытии с Океании он сможет продать судно минимум за полтора миллиона. Конечно, если сумеет расплатиться по кредитам. Но, с другой стороны, не расплатившись, он отсюда не уберется.

В настоящий момент сумма долга Сергея исчислялась почти двумя с половиной миллионами кредитов. И если первый был выдан под щадящие шесть процентов, планка второго остановилась на двадцати.

Н-да-а-а. Охотники конечно же зарабатывали больше и расплачивались примерно втрое быстрее против обычных ловцов или комбайнеров. Как, впрочем, и в разы чаще погибали. Но несмотря на высокую долю смертности и в связи с этим – неполный возврат долгов, за время своей деятельности они успевали принести корпорации куда большую прибыль.

И все же банк выдавал кредиты не всем подряд. При заявке на крупную сумму отказов случалось куда как больше, чем положительных ответов. Но Сергею не отказали. Скорее всего, повлияла его репутация трудоголика.

– Значит, обводы оставляем прежние, – пожав плечами, подытожил Михаил.

– Именно. Ты вообще ничего не мудри. Просто восстанови коробочку, чтобы работала, как часы. С остальным разберусь потом, когда появится прибыль.

– Ерунда это все, Сергей. Поверь моему опыту, потом тебе будет не до этого. Два кредита, да еще с такими процентами. У тебя сразу же обнаружится хронический дефицит в средствах. Одна только подготовка к выходу будет съедать не меньше пятнадцати тысяч. Так что прими совет: если хочешь что-то сделать, то делай сейчас, потом будет поздно.

– Понимаю, но сейчас у меня нет денег. И меня вполне устраивают эти обводы корпуса. А обезопасить электронику от забортной воды совсем даже не помешало бы.

– Вот уж чем никто и никогда не заморачивается, – искренне удивился Михаил. – Тут ведь как считается – если забортная вода попала в кабину, то кранты, без вариантов. А вкладываться, чтобы потом приз достался в рабочем состоянии нечаянному наследнику или гаденышу, подбившему тебя, никому не хочется.

– Угу. Это если позабыть о том, что ты акванавт и у тебя под рукой имеется гидрокостюм, в который ты можешь обрядиться в считаные секунды.

– Брось. Взять твоих предшественников. Когда бы они успели обрядиться в защиту?

– Это случайность, и не стоит ее возводить в правило. Во время охоты или обнаружения неопознанной цели всегда найдется время, чтобы обезопасить себя. Вот только получив пробоину на дикой территории, добраться до обитаемых мест без корабля не получится, а он гарантированно издохнет. Я вообще не понимаю, почему руководство корпорации так непродуманно строит эти суда. Может, потому что привыкли рассуждать категориями космоса? Безвоздушное пространство не мешает работе электроники.

– Да при чем тут космос, – отмахнулся Михаил. – Ты, кстати, играешь в этот их местный «Симс»?

– Незачем пока. Язык изучаю, но для этого мне достаточно и той версии, что закачана в мой искин. Виртуала никакого, но практика понемногу нарабатывается. О дальних планах думать еще слишком рано.

– Согласен. Но тут виртуал и не нужен. Ты заметил, какие заработки у героев игрушки и какой характер цен на различные товары?

– Ну игрушка и жизнь…

– Правильно говоришь, – перебил собеседника Михаил. – Но только все равно подобные игрушки должны отталкиваться от реала. Да хотя бы ради того, чтобы не мудрить попусту и не изобретать велосипед. Так вот по этой игрушке получается, что в империи средняя зарплата колеблется в районе пяти тысяч кредитов. Заметь, минимум в четыре раза меньше, чем зарабатывают наши акванавты.

– Если ты хочешь напомнить мне о том, что у нас здесь все втридорога, то зря стараешься, я об этом помню, – отмахнулся Сергей.

– Я хочу тебе объяснить, что вот эта твоя ласточка по идее должна стоить в пределах двадцати тысяч кредитов, даже несмотря на то, что композит – довольно дорогая штука. А уж электроника, которая используется здесь, в цивилизованном космосе вообще продается на вес, прямо как на Земле китайская. Ты представляешь, какую прибыль получает корпорация от наших телодвижений?

– Получается, им значительно выгоднее, чтобы в случае обнаружения мы получали просто оболочки, без начинки. Им эта начинка ничего не стоит, а мы выкладываемся по полной. Лихо. Но в общем-то ничего нового.

– За исключением того, что если бы ты получил кораблик с исправной электроникой, то твои траты были бы в разы меньше, чем сейчас. Соответственно ты завладел бы «охотником» при минимуме долга. Ну и кому от этого выгода, кроме тебя? Заметь, все денежки поступают корпорации. Я на комплектующие никакой накрутки не делаю. Мое только то, что выходит за работу, ну и композит.

– Это да, – вынужден был согласиться Сергей. – Но и поделать мы ничего не можем, так что остается жить по их правилам.

– Но это также значит и то, что ты можешь, не стесняясь, попросить увеличить сумму еще тысяч на шестьдесят. Коли уж выдали крупный кредит, то пойдут и на его небольшое увеличение.

– За одним маленьким исключением. Мне потом эти денежки возвращать, – не согласился Сергей.

– Ну и что, – по обыкновению пожал плечами Михаил. – На фоне общего кредита эта доплата просто ничтожна. Если, конечно, тебе столь важно обезопасить электронику.

– Слушай, а шестьдесят тысяч – это не круто? – вздернул бровь Сергей, до которого дошло, что его собираются хорошенько поиметь. – Вся работа по восстановлению корпуса, монтажу оборудования и его калибровке – шестьдесят тысяч, а тут просто герметизация – и та же сумма.

– И заметь, это если я займусь электроникой одновременно с монтажом. Если после, то сюда добавится еще и отдельная плата за демонтаж. А дорого, потому что никто и никогда этого не делал. Мало того, даже не думал в этом направлении. Разве только кроме меня. Так, делать нечего, забавлялся на досуге.

– Мироед.

– Угу. Так как? Делать будем?

– Ну подожди малость. Сейчас сделаю запрос в банк. Вдруг откажут.

Как ни странно, банк не отказал. Как видно, Сергей считался вполне перспективным клиентом. Пошнагов даже заподозрил, что пожелай он получить больше, то никаких проблем с этим не возникло бы. Другое дело, что как раз он-то и не желал брать даже лишнюю тысячу.

– Нормально! Друг называется! Сергей, а чего это я от посторонних узнаю о том, что ты на базе?

– О, Ирина. Ты как тут? – растерянно ответил на приветствие подруги Сергей. – Я думал, ты работаешь.

Все верно, день был в самом разгаре, и акванавты, как говорится, находились в поле. Сергей сверился с хронометром. Время к обеду, а значит, подошла пора сдачи дообеденной выработки.

– Стою я, понимаешь, у терминала на сдаче и там узнаю, что некто Пошнагов прибыл на «Двадцатку», да еще и не без приключений, – подтверждая предположения Сергея, возмущенно продолжала девушка.

Она не без любопытства начала осматривать примостившегося на стапелях «охотника». Разумеется, посмотреть тут было на что. Где бы она еще увидела подобное судно вот так, на расстоянии вытянутой руки. Раньше случалось все больше издали. К тому же охотники базировались в отдельном доковом бассейне, во избежание столкновений. Они, конечно, тоже из композита, вот только куда более прочного, так что малюткам типа скутера и скаута лучше не попадаться на их пути. Опять же, обусловлено это и тем, что добыча у них иная, и терминалы комбайнеров им никак не подходят.

Вот только Сергей заметил, что Ирина ведет себя уж больно наигранно. Вроде и осматривает судно, но все время бросает косые взгляды в сторону Пошнагова, словно пытается что-то рассмотреть в его облике. Может, вот так, не заостряя внимание, хочет убедиться, все ли с ним в порядке?

– Н-да-а-а, Сереженька. Стоит тебя оставить без присмотра на пару-тройку дней, как ты тут же вляпаешься, – вынесла свой вердикт Ирина.

Это да. После его последнего посещения базы прошло только трое суток, а тут – такие события. Но ведь он не больно-то к ним стремился и вообще подумывал о том, чтобы переселиться к Ирине. Это куда более желательно, чем пахать на рэкетиров. Помог его величество случай, и никак иначе.

– Да ладно тебе. Я-то тут при чем? Работал, никого не трогал, а тут эти придурки. Ну что, Миша, договорились?

– Не вопрос, – согласился механик. – Кстати, скаут можешь забрать уже завтра.

– А «охотника»?

– Дня четыре, не меньше. Да и какая, собственно, разница. Все одно тебе в виртуале сидеть не меньше недели. Если хочешь, могу помочь с клиентом на скаута.

– Уж не ты ли тот клиент? – взглянув с прищуром на механика, полюбопытствовал Сергей.

– А что тут такого? – ничуть не смутился Михаил. – Тебя не обижу. Птичку доработаю и продам с малой накруткой, тысяч на пять. Деньга невеликая, но все в плюс.

– Я подумаю, Миша. Я так понимаю, что с работой на сегодня ты закончила? – обращаясь к девушке, поинтересовался Сергей.

– Это с чего такие мысли, Сергей Демьянович?

– Ну, сюда-то ты прибежала. Опять же дневной минимум уже выдала. Значит, в виде исключения можно подумать и о досуге.

– Ой. Дайте-ка догадаюсь. Исключительное событие – это ваше появление. Не так ли, Сергей Демьянович?

– Именно, Ирина Анатольевна, – выводя ее под ручку из ангара, с самым серьезным видом подтвердил Сергей.

– Ну я прямо и не знаю, как быть в этом случае. Разве только в виде исключения…

– Только в таком разрезе, Ирина Анатольевна, и никак иначе.

– Ох, уговорил, речистый, – прыснув в кулачок, все же сдалась девушка.

Впрочем, не больно-то она и сопротивлялась. Конечно, Роговцева относилась к числу тех, кто праздности предпочитал работу, и по заработкам твердо держалась в середине. Но она не являлась трудоголиком, как тот же Сергей, поэтому особой трагедии в том, чтобы немного расслабиться, не наблюдала.

– Ну и куда пойдем? В боулинг?

– Только сначала приведем себя в порядок, – указывая на тот факт, что они оба сейчас обряжены в гидрокостюмы, подтвердил Сергей…

В боулинге наблюдалось запустение. Разумеется, это не значит, что там никого не было. Еще чего. Всегда есть те, кто предпочитает работе отдых. Корпорация конечно же прибегала к некоторым мерам принуждения, но не настолько, чтобы желающие не нашли возможность попраздновать лодыря.

Впрочем, даже будь требования более жесткими, таковые все равно нашлись бы. Взять тот же СССР, где была предусмотрена статья за тунеядство, причем за это можно было получить вполне реальный срок. Но и тогда нашелся целый пласт так называемых семидесятирублевиков. Категория неквалифицированных низкооплачиваемых разнорабочих, состоящих в основном из людей, ведущих антиобщественный образ жизни.

Так что если на Земле ты был алкашом, то с какой радости здесь превратишься в работягу? Не-э-эт, ты будешь жить так, как привык, как тебе комфортнее. Разумеется, были и исключения, те, кто хватался за представившийся второй шанс. Но в большинстве своем люди оставались самими собой, хотя бы по той причине, что попадали сюда уже сформировавшимися личностями. Какими – это вопрос другой.

Землян ведь не отбирали, а гребли всех подряд, лишь бы соответствовали минимальным критериям. Таким, как неизлечимая болезнь и возраст в пределах от восемнадцати до пятидесяти лет. Соответственно в число волонтеров попадали самые разные люди, от алкоголиков до откровенных преступников.

Даже группировка Верховцева не перегибала, имея с категории непутевых акванавтов лишь малую долю. Как полагал Сергей, связано это было с тем, что, по сути, все они тут были как в аквариуме и при желании уследить за ними нет никаких проблем. Так что пока все более или менее чинно, корпорация не лезет в дела землян. Но стоит перегнуть, и может прилететь привет.

– Здравствуйте.

Сергей с откровенным недовольством посмотрел на плюгавого мужичка, отвлекающего его от увлекательного занятия – поедания довольно неплохо приготовленной акулятины. Нравилось ему это мясо, чем-то отдаленно напоминающее щуку и в то же время имевшее свой особый, ни с чем не сравнимый вкус.

Н-да. Вообще-то одежду здесь шьют автоматы. Причем строго по мерке. Так что, несмотря на то что имелось только четыре фасона различной спецовки, вся она должна была приходиться впору. Вот только, похоже, не в этом случае. На этом мужичке комбинезон все равно висел мешком.

– Здравствуйте. – Буркнув в ответ, Сергей вновь уткнулся в свою тарелку.

Мужичка он узнал. Это был тот самый интеллигент, за которого вступился Пошнагов три дня назад или которого использовал для того, чтобы лишний раз подчеркнуть перед человеком Верховцева свою независимость. И тот и другой варианты будут правильными. Но это вовсе не значило, что Сергей расположен терять время на беседу с этим незнакомцем.

– Меня зовут Евгений Семенович Развалов. Ну, в смысле Евгений, – тут же поправился мужчина, когда Сергей, в очередной раз оторвавшись от приема пищи, поднял на него взгляд.

– Я должен похлопать в ладоши?

– Н-нет. Но… Словом, я хотел вас поблагодарить.

– Не знаю, за что, но на здоровье. А теперь, если позволите, я хотел бы поесть.

– Сергей, ты бы поаккуратнее с этим неврастеником, – когда мужчина отошел и устроился через столик от них, тихо заметила Ирина.

– А что, стоит? – Сергей даже слегка склонил голову набок, выражая свое удивление.

– Угу. Он позавчера из игольника изрешетил одного подручного Верховцева. Хорошо так поработал, тот выйдет из регенератора только завтра.

– И что, Вениамин Константинович так просто это проглотил? – поинтересовался Сергей.

– Представь себе. Удивлен?

– Признаться, да. При его роде деятельности он никак не может позволить себе ослабить хватку. Я так думаю, что очень скоро этого Евгения ожидает несчастный случай, а если ему очень уж не повезет, то в океане. Интересно, он думал об этом, когда следовал моему совету?

– Так это ты ему насоветовал?

– Я просто напомнил ему, что он мужчина и что у него на боку оружие. Ну и показал, как действует ствол игольника, направленный в наглую морду. А дальше уж он сам.

– Ясно. Но ты все равно держался бы от него подальше. Кто его знает, может, он решил обвинить в своих бедах именно тебя. Курс лечения в регенерационной камере – удовольствие не из дешевых. А в случае со смертельным исходом – в два раза дороже. А платить за такое удовольствие будет именно он, и это не считая штрафа.

– Ну а кому сейчас легко, Ириш? Ладно, давай доедать и пошли покатаем шары.

– А потом в клуб, – решительно рубанула девушка.

– Булками потрясти? – вздернув бровь, иронично поинтересовался Сергей.

– Сугубо ради разнообразия, – в тон ему ответила девушка.

– Ла-а-адно. Если только ради разнообразия, то принимается.

Они уже успели сыграть одну партию, когда к ним подошла целая делегация. Девять человек, похожих друг на друга, как однояйцевые близнецы. Ну ладно, как двойняшки. Интеллигенция, попавшая во враждебную среду, иначе и не скажешь. Ну не готовы эти люди жить по закону джунглей. И в этом нет их вины.

– Чем обязан, господа? – понимая, что браться за шар бесполезно, поинтересовался Сергей.

Кто знает, чем обернется эта беседа? Права Ирина, эти мужики, загнанные жизнью в угол, могут сподобиться на любой поступок. Кстати, один из них уже переступил через себя.

– Кхм. Если позволите, я озвучу нашу просьбу. – Кто бы сомневался, что лидером в этой группе будет тот, кто уже проявил свою способность к решительным поступкам.

– Был бы признателен. А то я в растерянности: выслушать ли вас, сразу ли послать, а то и вовсе хвататься за игольник, – обводя собравшихся взглядом, с ухмылкой заявил Сергей.

– К чему же такие крайности?

– Вот и я о том же. Итак, Евгений Семенович?

– Нам известно, что вы проживаете на ферме, рассчитанной на десятерых человек, как по условиям проживания, так и по площади произрастания водорослей.

– Первое так, второго хватит и на большее количество, скажем, десятка на полтора-два, все зависит от работников. Но дайте-ка я угадаю. Вы хотите переселиться на мою ферму и подошли ко мне, чтобы обговорить этот вопрос, так как у меня имеется приоритет и без моего согласия у вас ничего не выйдет. Все правильно?

– Не совсем. Дело в том, что мы не только хотели бы поселиться вместе с вами на ферме, но еще и готовы платить вам за охрану. Скажем, треть куба за каждый рабочий день.

– Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. А какой вам смысл платить мне ту же таксу, что и здесь Верховцеву и компании?

– Во-первых, не таксу, а официальную плату, согласно договору, который мы предлагаем вам с нами заключить. Сразу уточню, мы заранее согласны на все ваши условия, – обведя взглядом своих товарищей, поспешил уточнить Развалов. – Во-вторых, на фермах традиционно сборы выше, чем в окрестностях баз, и ваша выработка – лишнее тому подтверждение. Ну и, в-третьих, это наше решение. Так уж случилось, что мы просто боимся выходить в океан без охраны. Стыдно, но из песни слов не выкинешь. Но коль скоро так случилось, то нам хотелось бы самим решать, кому платить за охрану.

– Все-то у вас логично, Евгений Семенович, за исключением одного. Вам не нужно получать от меня никакого согласия, так как я в скором времени покидаю ферму. И случится это в ближайшие десять дней. Так что можете заселяться хоть сейчас. Лично я не против. Разумеется, при условии, что моя комнатка пока побудет моей. Вещей у меня немного, но хотелось бы их все же собрать.

Такого оборота эта группа в висящих балахонами комбинезонах, похоже, не ожидала. Не слышали о случившемся происшествии? Странно. Вообще-то здесь с развлечениями не очень, можно перечесть по пальцам, поэтому новости разносятся со скоростью лесного пожара.

К примеру, если бы Сергей интересовался тем, что происходит вокруг, то непременно знал бы и о происшествии с Разваловым. Наверняка эта новость внесла свежую струю в местную Сеть, и ролики со смертельной схваткой затерли до дыр.

– А чему вы, собственно говоря, удивляетесь? Неужели не в курсе того, что мне достался призом «охотник»?

– М-мы-то как раз в курсе. И именно поэтому подумали, что с помощью субмарины вы сможете обеспечить нормальную защиту, – растерянно ответил Развалов.

– Н-да-а-а, Евгений Семенович, это вы, конечно, хорошо придумали. То есть вы решили, что, имея «охотника», я останусь на ферме и буду вести жизнь обычного комбайнера? Нет, защита конечно же достойная. Вот только сомнительно, что зарабатываемого мною на сборе водорослей будет достаточно для содержания такого монстра. Не исправят ситуацию и ваши добровольные пожертвования.

Сергей по-шутовски развел руки в стороны, словно лишний раз подчеркивая, насколько опростоволосилась подошедшая к нему группа. Но уже через секунду он стер с лица напускное веселье. Да, он сторонился людей, предпочитая вариться в своем мирке самостоятельно. Случалось, и проходил мимо чужой беды. Но он не был готов издеваться над кем-либо.

В сердцах он схватил шар, сделал пару шагов и запустил его по дорожке. У него всегда так, когда он начинает злиться. Если в морду, то сразу в нокаут, если стрелять, то в десятку, а если запустил шар, то непременно страйк.

Ну не виноваты они, что сделаны из другого теста, и это вовсе не повод для веселья. Можешь помочь – помоги. Не можешь – пройди мимо и сделай вид, что ничего не заметил. Незачем глумиться над человеком. Подобное повысит самооценку только какой-нибудь недалекой личности или откровенного быдла.