![](/files/books/160/oblozhka-knigi-yasnoe-delo-381191.jpg)
Текст книги "Ясное дело"
Автор книги: Кирилла Бровничный
Жанр:
Прочие детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)
– Ну, всё! Кукла пробочку сдала. Пацана можно брать. -
– Где он сейчас? –
– У Большого Галицынского. -
– Один? –
– Нет. С ним толстяк ещё какой-то. –
– О пробке знает? –
– Пока нет. –
В салоне Х5-го снова воцарилась тишина.
7
– Ну и зачем ты вчера Ирке пенчища ввалил? – снова расплылся в улыбке Мишка.
– Да, достала. –
– Девушка ревнует, беспокоится, а он драться – сел на любимую тему Мишка.
– Да я ей, что: муж, жених, парень, кум, сват, брат? Я её знать не знаю – разозлился Егор.
– Эх, брат, никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь – продолжал веселиться Мишка.
– Кажется, уже знаю – как-то неопределённо ответил Егор.
– А-а! – с наигранным удивлением протянул Мишка. – Вот она горькая, сермяжная правда жизни. В действии. Путь к сердцу мужчины, всё же лежит через желудок. Точнее сказать…через горлышко. -
– Да отстань ты. –
– Ладно, не грусти, брат. «Всё пройдёт, пройдёт и это, ты сама со временем поймёшь» – промурлыкал Мишка слова знакомой песенки. – Чего делать-то будем? –
– Не знаю. Я домой, наверное – снова приуныл Егор.
– Тю! – расстроился друг. – Может по пивку? По одной. –
– Не, Миха, харэ. Сегодня матери про аэродинамику объяснять придётся. Что ж так всё не во время-то? – мотнул головой Егор.
– Ну, пойдём тогда. Чего высиживать? – Мишка поднялся.
– Пойдём. –
Неприметный человек в сером плаще, через несколько секунд тоже поднялся, стряхнул с себя хлебные крошки и двинулся следом.
8
– Заводи! – скомандовал, тот, что был в кожаной куртке, уже не выпуская телефона из рук.
– Куда сейчас? –
– На Ленинский. Гордей их ведёт. Сейчас из Титовского выйти должны. А там посмотрим. -
«Х5» плавно тронулся, и, урча, как огромный чёрный кот, поплыл параллельно садовому кольцу.
Внедорожник подъехал к Титовскому, как раз когда друзья попрощались, и Мишка начал спускаться в подземный переход.
– Походу толстяк отвалился – прокомментировал «кожаная куртка».
Тот, что был за рулём, несколько раз одобрительно кивнул головой.
– Гордей говорит, что он где-то здесь живёт. Так, что во дворе и возьмём. –
Водитель бросил взгляд в сторону Титовского, где чуть в глубине смог различить силуэт в сером плаще. Гордей едва заметно махнул рукой вправо от себя.
Егор дошёл до своего дома, свернул направо, через несколько метров налево и оказался во дворе. Посередине дороги проходящей вдоль подъездов опять чего-то ремонтировали. Люк от колодца пожарного гидранта лежал рядом с зияющей дырой, огороженной металлическими заборчиками.
Егор достал из кармана бутылку «Спранты» и улыбнулся.
– Не тащить же мусор домой? – подумал про себя.
Допив остатки, повертел жёлтую крышку в руке и зафутболил вверх.
Крышка, кувыркаясь, взмыла в воздух, потом, упав с высоты на асфальт, несколько раз подпрыгнула, доскакала до металлических ограждений, и, описав пару кругов вокруг собственной оси, юркнула в открытый колодец.
Егор проводил её взглядом и пошёл к помойке, выкидывать бутылку.
В это время Х5, как раз вкатился во двор, аккуратно объехал ограждения и поравнялся с Егором.
– Браток, бутылочку не выбрасывай – услышал он за спиной.
Егор обернулся и задал вопрос самому себе – Неужели, сдавая пластиковые отходы можно накопить на «Х5»? -
Егор протянул бутылку. «Кожаная куртка» взял пластиковый сосуд, повертел в руках и швырнул в помойку.
– Крышка где? –
– Какая крышка? – не понял Егор.
– Понятно – ответил амбал. – Залезай, прокатимся. –
– Да вы чего мужики? Вы меня с кем-то путаете. -
– Путают, путаны, а мужики ошибаются. Но и это не про нас. –
– Да что ж сегодня все фразеологизмами-то сыплют? Одни гуманитарии кругом, а я с аэродинамикой связался – успел подумать Егор, прежде чем «кожан» сделал едва уловимое движение рукой и в то же мгновение, Егор почувствовал, как у него резко оборвалось дыхание, ноги сделались ватными, и тело стало заваливаться вперёд. Мужчина, нежно обхватил его, и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, слегка присел и кошачьим движением, закинул в проём задней двери, предусмотрительно открытой его напарником, который услужливо придерживая дверь, походил скорее на швейцара дорого отеля, чем на злодея. После чего оба проворно заскочили каждый на своё сидение. Двери закрылись, и автомобиль, выехал из двора на Ленинский проспект, где, словно, выпущенный из стоила, племенной конь, почуявший запах свободы, стремительно набирая скорость, понёсся в сторону МКАДа.
9
– Ну, что, ожил? -
Егор открыл глаза, щурясь от яркого света обнажённой лампочки свисающей с потолка, различив знакомое лицо мужика в кожаной куртке, что расположился на стуле напротив него. Попытался пошевелить пальцами рук, которые оказались, скованные наручниками за спинкой стула, от чего конечности занемели и потеряли чувствительность. Ноги также были связаны в щиколотках и начинали мёрзнуть. – Наверное подвал – подумал Егор. Огляделся. Небольшая комната без окон. Стены и потолок, выкрашенные белой краской. Пахло свежим струганным деревом и краской. Откуда-то из-за пределов комнаты, слабо доносился гул работающего электроинструмента. У стены заметил фигуру ещё одного мордоворота, который безучастно взирал на него.
– Так, где крышечка-то? – спросил «кожаный».
– Какая ещё крышечка? –
– От бутылочки! –
– В колодец нечаянно упала – ответил Егор, сообразив, о чём идёт речь.
– В какой ещё колодец? –
– Во дворе –
– Угу. У тебя миллион евро в колодец нечаянно упал, и ты даже не попытался его достать? –
– Какой ещё миллион евро? –
– Тебе же «кукла» сказала, что под крышкой промокод на миллион. Ты чего дурачка-то ломаешь? -
Егор сглотнул слюну. – Вы это серьёзно? –
Мужик хлопнул себя ладонями по коленям. – Руслан, ты слышал? – повернулся он к напарнику, который так и стоял у стены, за всё это время, ни разу не пошевелившись. – Он по ходу действительно не в курсе или как…? -
Руслан молча пожал плечами.
– У нас там – кивнул «кожан» в сторону двери. – Мастеровой один трудится. Зодчий. Оператор деревообрабатывающего станка. Большой мастер своего дела. Левша можно сказать. Он из тебя может резных наличников понаделать по твоим же эскизам. Бумагу с карандашом дать? Ты не сомневайся. Один в один исполнит. Очень ответственный человек. -
– Да, правда, нет у меня крышки – взмолился Егор. – Я думал, она так…пошутила, девушка эта…промоутер. В колодце ваша крышка. В колодце. Честное слово. -
– Руслан, ты ему веришь? – снова обратился «кожаный» к подельнику.
Тот похрустел суставами пальцев и ничего не ответил.
– Тебя как зовут? – мужик снова перевёл взгляд на Егора.
– Егор –
– Учишься, работаешь? –
– Учусь… в МАИ –
– У-у-у. Инженер значит. -
– Типа того –
– Ну вот, я тебе работу по специальности нашёл. Ты же не против? –
Егор помотал головой в разные стороны.
– Ну, вот и славно. Ни о чём не беспокойся. На работу мы тебя сейчас отвезём. Да Руслан? -
Руслан кивнул головой.
– А телефончик твой пока у нас побудет. У тебя всё равно руки заняты – добавил «кожаный».
После чего разрезал верёвки на ногах Егора. Зашёл за спину и расстегнул наручники. Егор встал, разминая затёкшие руки.
Мужик снова надел на него наручники и, достав из кармана чёрный платок, завязал ему глаза.
– Ну, пойдём, инженер. –
Егор, определил, что они вышли из комнаты, поднялись по небольшой лестнице, вышли на улицу, сели в машину и автомобиль тронулся.
Немного придя в себя, на мягком сидении, Егор начал судорожно соображать:
– Значит, Дарья, действительно дала мне призовую бутылку? Почему мне? Почему не взяла себе? Почему вообще… –
Тысячи, почему, одновременно вспыхнули в голове бедного Егора.
Поняв, что здесь и сейчас он всё равно, не найдёт ответа ни на один из этих почему, закрыл глаза пытаясь заснуть.
Егора проснулся от того, что машина резко остановилась. С удивлением узнал свой двор. На город уже опустился вечер, и казалось, что очертания домов, деревьев, машин растворяются на глазах, погружаясь в прохладные осенние сумерки.
Откуда-то из глубины послышалась знакомая мелодия. Егор по инерции сунул руку в задний карман. Не удалось. Наручники. Осознание происходящего обрушилось на него волной.
«Кожан» достал из внутреннего кармана смартфон посмотрел на экран и повернулся к Егору.
– Мама звонит -
10
– Да, бабулечка, привет. –
– Хорошо всё. А у тебя как? –
– Покушала. А ты? –
– Нет. Мама сегодня поздно будет. Они сегодня номер сдают.
– Нет. Никто не обижает, а тебя? –
– Пиратка охраняет? –
– Да. Он такой. –
– И я очень соскучилась, бабулечка. –
– Да. –
– Собираемся. В эти выходные. Мама как раз свободна. -
– А на машине надо? –
– Банки накрутила? –
– Хорошо. Я скажу маме. –
– Шарф с варежками? Не, бабулечка, рано ещё. –
– Люблю тебя очень. –
– Да. Пока. До выходных. –
Дашка бросила телефон на кресло и плюхнулась на диван. Взяла пульт и включила телек. Большая светлая трёхкомнатная квартира на последнем этаже семнадцатиэтажки в Медведково нравилась Дашке. Она уже успела к ней привыкнуть, с тех пор как почти три месяца назад переехала к матери. Тогда она с удовольствием отметила, что высокий красивый дом находится рядом с шоссе, по которому они приехали в Москву из Климцева. Осознание постоянной близости к некой «ниточке», связывающую её с прошлой жизнью, успокаивало. Единственное, чего боялась, Дарья, так это смотреть в окно.
В деревню, они с матерью ездили почти каждые выходные, за исключением, тех что Анна, была вынуждена проводить на работе, и того раза, когда они ходили в театр. Один раз даже пришлось ехать на поезде, потому, что, подошёл срок очередного ТО, а на станции техобслуживания всё свободное время на буднях уже было расписано. Дашка была в восторге. На поезде ей понравилось гораздо больше, чем на машине, а Анна, когда вернулись домой, сказала, что её уже тошнит от этого вокзала, и больше она на поезде никогда не поедет. И её можно было понять.
Несмотря ни на что, Дашка, очень любила свою мать, хотя кому-то на первый взгляд могло показаться, что легкомысленная Анна, бросила своего ребёнка на попечение бабушки, в угоду столичной жизни. На самом деле это было не так. И даже не потому, что Анна, при первой же возможности, мчалась в Климцево, к матери и дочери отказываясь от любых других вариантов, а просто потому, что порознь живут, не только из-за предательства и измены, а ещё и потому, что для кого-то, жить в разлуке – это просто такая жизнь. Не судите, да не судимы будете.
На эту квартиру, Анна копила с самого первого дня, как только устроилась на работу. До этого жила на съёмных квартирах «в складчину» с такими же «понаехавшими», как она, терпеливо, месяц за месяцем, год за годом, мечтая именно о «трёшке», чтобы им не было тесно. Но, когда выяснилось, что баба Катя категорически отказывается продавать их старый дом и переезжать в Москву, менять планы уже было поздно. Хотя вернее было бы сказать, что поменять планы можно всегда, но никогда нельзя изменить мечту.
По телевизору шёл хоккей. Болеть за «Локомотив», Дашку «научил» её школьный учитель Михаил Иванович. Ярославль безнадёжно «сливал».
Дашка выключила телевизор и пошла на кухню. Достала из холодильника яблоко, обтёрла об себя и откусила. Пожевав несколько секунд, выплюнула в помойное ведро. Обрезав ножом, место укуса, достала из выдвижного ящика рулон пищевой плёнки, зубами оторвала кусок и завернула в него яблоко. – «Мать на работу возьмёт» – решила про себя. Убрала плёнку, помыла нож и «прилепила» его к магниту на стене. Достала из холодильника пакет молока, хмуря брови, внимательно исследовала выражение лица коровы изображённой на упаковке, взболтала и, посомневавшись несколько секунд, засунула вместе с яблоком
обратно в холодильник и закрыла дверь.
Решила было пойти во двор, но передумала. Устала за сегодня, намаялась. Прилегла на диван и задремала.
Проснулась когда, сквозь сон услышала как, вернулась с работы мать. Почёсываясь, вышла сонная в коридор встречать.
– Ой, соня проснулась – расцвела Анна.
Дашка подставила макушку под поцелуй, для чего пришлось низко нагнуть голову.
– Привет – зевая пробормотала Дашка. – Сдали номер? – приняла сумку и потащила на кухню.
– Сдали. Куда было деваться. –
– Бабуля звонила… -
– Я знаю. Я разговаривала с ней. –
– В субботу поедем, или завтра вечером? – поинтересовалась Дашка из кухни.
– Посмотрим! – донёсся ответ из ванной сквозь шум льющейся из крана воды.
– О! Курочка! – воскликнула Дашка, доставая из сумки пакет с курицей-гриль завёрнутой в лаваш. Ты, мамулечка, мысли читаешь.
– И не только читаю – устало улыбаясь ответила Анна, проходя в кухню.
– А что ещё? -
Вместо ответа, мать подошла к Дашке и уткнулась лицом в волосы. Постояла так несколько мгновений, глубоко вдыхая, как будто ей не хватало воздуха, а Дашка была кислородной подушкой. Дашке нравился этот ритуал, потому что сразу после его исполнения с матери слетали последние следы усталости, и она выглядела отдохнувшей, беззаботной и помолодевшей. Хотя, в общем-то, молодеть ей было некуда. В свои тридцать семь Анна, могла дать фору тридцатилетним. Единственное, что отличало её от той семнадцатилетней девчонки прибывшей ранним утром на Ярославский вокзал, кроме пары морщинок в уголках глаз и отсутствия юношеской наивности во взгляде, то, что сразу после защиты диплома, Анна постриглась, и с тех пор так и носила короткую причёску. Но так ей шло даже лучше.
– Ножки мне, остальное тебе – хищно закусив язык, Дашка оторвала сочную бронзовую ляжку.
– Нет. Мне крылышки. – Анна Николаевна оторвала одно крыло и положила на тарелку.
– Как дела на новой работе? –
– А, нормально – откусывая куриную мякоть, ответила дочь. – Сегодня в «Москве-Сити» была. –
– И как тебе? –
– Нормуль. «А над удолбанной Москвою в небо лезут леса» – пропела Дашка, увлечённо обгладывая косточку.
– Пожалуйста, Даша, не надо. Ты же знаешь я не люблю все эти песни – прервала её Анна.
– Дашка пожала плечами – А по-моему, прикольно. –
Какое-то время ели молча.
– А у отца хорошие песни были? –
– Хорошие. –
– А про что? -
– В том то и дело, что не про что. -
– Как это? -
– Не знаю. Это теперь мне как филологу с опытом работы, понятно, что в этих песнях не было никакого смысла, а тогда мне казалось, что это было что-то невероятное. Они были как мантры. -
– А что это? -
– Что-то вроде молитв, заклинаний. Понять их можно было только трансцендентально. -
Дашка поперхнулась. Иногда мать, используя подобную терминологию, заставала её врасплох – А это как? -
– Это понять, непонятно как. Извини за тавтологию. -
– А. Понятно. Ну, слова-то там какие-нибудь были?
– Конечно, были. -
– А записи какие-нибудь остались? –
– У меня нет. -
– Так про что пел-то? – не унималась Дашка.
– Про звёзды, про дороги, как правило, кольцевые или уходящие в бесконечную даль, что впрочем, одно и то же, про ветер, ночь, ну и про солнце конечно. -
– Прикольно. -
– Да уж, обхохочешься. -
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.