355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кейти Бирчалл » Не шутите с ведьмой! » Текст книги (страница 2)
Не шутите с ведьмой!
  • Текст добавлен: 22 августа 2021, 18:01

Текст книги "Не шутите с ведьмой!"


Автор книги: Кейти Бирчалл



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

– Я Морган. – Я оглядываюсь по сторонам. – Здесь правда есть книги о магии?

– Да, страшные народные предания и ужасные заклинания, – отвечает он страшным голосом. – Ты таким интересуешься?

– Нет, конечно, что за глупости? – быстро отвечаю я, мотая головой.

Не сказать, что у меня большой опыт по заведению друзей, но я готова биться об заклад, что хорошее первое впечатление не произвести, признавшись в том, что интересуешься древними манускриптами и сказками о ведьмах.

– Всем известно, что это полная ерунда, – добавляю я праздным тоном, чтобы подчеркнуть свою позицию.

– Конечно, – соглашается мальчик, с интересом меня рассматривая. – Но всё равно это круто. Могу поискать для тебя что-нибудь такое, если хочешь.

– Не стоит, это была дурацкая идея.

Чувствуя раздражение, что он всё не отстаёт, я делаю вид, что всецело поглощена книгами на стеллаже передо мной. Если он уйдёт, то у меня будет шанс покопаться здесь самостоятельно. Вдруг в сумке начинает звонить телефон. Я подпрыгиваю от неожиданности и второй раз бьюсь головой о книжную полку.

– Ты бы поаккуратнее, – с усмешкой произносит Оуэн.

– Спасибо за совет, – бормочу я, доставая мобильный.

На экране мигает имя Доры, она не дозванивается и тут же перезванивает снова.

– Мне пора, – говорю я, показывая телефон.

– Ещё увидимся.

Он исчезает за рядами стеллажей, а я поднимаю трубку, и Дора начинает отчитывать меня за то, что я ушла из зоомагазина и перепугала её до смерти.

– Уже иду, Дора, – быстро говорю я, пробираясь к входной двери, по пути вежливо кивая отцу Оуэна. Он машет мне рукой. – Я зашла в магазин одежды. Да, не хотела тебя отвлекать, просто решила, что выберу себе джинсы и…

Я замолкаю, едва переступив порог магазина, и скидываю звонок. Дора стоит прямо перед книжным. Она выглядит крайне рассерженной.

– Попалась, – хохочет Мерлин.

Ну вот как можно было получить фамильяра, который радуется моим неудачам? Почему мне не достался помощник, который на самом деле бы мне помогал?!

– Ты хоть понимаешь, как я испугалась, когда не смогла тебя найти? Я практически в щепки разнесла отдел для шиншилл, пока искала тебя! – кричит Дора, а Мерлин тем временем прячется под моим воротником, чтобы немного вздремнуть.

– Мне стыдно, Дора, честно. Я не хотела тебя пугать, – мягко говорю я, наблюдая как её лицо тут же смягчается. Она не умеет долго на меня злиться.

– Ну? – спрашивает она, нервно поглядывая на книжный. – Оно того стоило?

– Нет, – отвечаю я, беря её под руку. – Там нет ничего интересного.

– Говорила же. – Она облегчённо улыбается, уводя меня обратно на главную улицу. – Я знаю куда более хорошие книжные.

Семеня за ней, я оглядываюсь и замечаю, как дёргается занавеска в окне на втором этаже книжного магазина. И хотя там никого нет, я не могу отделаться от ощущения, что за мной наблюдают.

Глава 4

– Итак! – радостно восклицает Дора и взмахивает рукой, чтобы огромный торт, украшенный тринадцатью свечками, подплыл прямо ко мне. – Насылай проклятие!

– Дора, серьёзно, – вздыхает мама, – эта ведьмовская традиция изжила себя много лет назад.

– А я хочу её сохранить, – с усмешкой отвечает Дора, в её глазах прыгают чёртики. – Что может быть лучше, чем на свой день рождения как следует проклясть того, кто тебя достаёт? Не понимаю, почему традиция насылать проклятие перед тем, как задуть свечки, вышла из моды! Зачем ведьме загадывать желание? Мы можем наколдовать что угодно.

– А я могу проклясть своего фамильяра? – спрашиваю я.

– Берегись, юная ведьма, – рычит Мерлин. Он превращается в скунса и угрожающе приподнимает хвост. – Хочешь первый раз прийти в школу воняя так, что никто и близко к тебе не подойдёт?

– К сожалению, если ты решишь проклясть Мерлина, то автоматически проклянёшь и себя, – извиняющимся тоном произносит Дора.

– Никого ты не сможешь проклясть, задувая свечи на торте. – Мама смеётся и качает головой. – Это выдумки, и вы обе прекрасно это знаете. И если ты прямо сейчас не задуешь свечки, то они погаснут сами по себе.

– Зануда, – шёпотом произносит Дора и поворачивается ко мне. – Всё равно прокляни кого-нибудь, иначе жди целый год неудач.

Мама закатывает глаза и бормочет себе под нос что-то про «старые ведьмовские сказки». Я закрываю глаза, делаю глубокий вздох и задуваю все свечи разом. Они обе громко радостно кричат, мама обнимает меня и щёлкает пальцами. Торт сам собой делится на аккуратные кусочки, и перед нами появляются три тарелки.

– Ну? Кого ты прокляла? – с жадностью спрашивает Дора, берясь за вилку.

– Если скажу, то не сбудется.

– Конечно-конечно, – говорит она, согласно кивая головой. – Ты совершенно права.

Но правда в том, что я не стала никого проклинать. Я знакома совсем с небольшим количеством людей, и пока они все мне нравятся. Я всю жизнь училась дома, так что у меня не было возможности встретить того, кого мне захотелось бы проклясть.

Возможно, я могла бы наслать какое-нибудь гадкое заклинание на того противного парня, что живёт через дорогу. Однажды он поднял на смех мою одежду. Это случилось очень рано утром, я была такая сонная, что просто забыла, что уже надела джинсы, когда натягивала платье. Но мама тогда сама разобралась с этой проблемой.

Она посмотрела на него очень сурово и сказала, что считает очень крутым, что я свободно выражаю свою индивидуальность и бросаю вызов общественным нормам, требующим, чтобы я сделала выбор между платьем и джинсами.

Мама из принципа не разрешила мне вернуться домой, чтобы переодеться, и уверенно повела меня вперёд по улице, дав совет держать голову высоко поднятой и быть «достойной» своего наряда. Не знаю, в чём там было дело, то ли в том, что мне удалось справиться с этой задачей, то ли в щелчке маминых пальцев, но целые две недели, куда бы ни пошёл тот мальчик, все высмеивали его манеру одеваться.

Мама говорила, что с тех пор он больше никогда не насмехался над окружающими.

– Теперь время подарков? – спрашивает Дора, хлопая в ладоши так громко, что будит Мака, который дрых без задних лап всё это время. Он вскакивает и начинает лаять на пустоту.

Мерлин в восторге:

– Прервали твой сон красоты, Мак? Не сомневаюсь, тебе он очень нужен.

Мерлин превращается в гиену и заливисто хохочет, катаясь по кухонному полу. Все возмущённо смотрят на него, а я обхватываю голову руками. Мак вздыхает, превращается в обезьяну и запрыгивает на плечо Доры, обвивая хвостом её шею.

– Дашь разрешение поставить Мерлина на место, Дора?

– Боюсь, что нет, – отвечает она. – Сегодня день рождения Морган. В любой другой день я была бы не против.

– На мой счёт можно не беспокоится, – жизнерадостно произношу я.

Мерлин перестаёт смеяться, зло смотрит на меня, превращается в большого бурого медведя и усаживается прямо мне на колени, буквально размазывая меня по стулу своим весом.

– Слезай! – кричу я сквозь забивающий мне рот мех.

– Нет, пока не извинишься, – фыркает он.

– Ты меня раздавишь!

– Тогда не тяни. Извиняйся! – повторяет он, виляя задом, так что у меня кости начинают хрустеть.

– Ладно! Извини!

Он превращается в чёрного кота и сворачивается уютным клубком у меня на коленях, глядя снизу вверх большими зелёными глазами с абсолютно невинным видом. Я открываю рот, чтобы высказать ему всё, что думаю, но тут замечаю, что мама с Дорой едва сдерживают смех.

– Знаете, вы так его ещё сильнее подзадориваете, – мрачно произношу я, а потом, сама того не замечая, чешу Мерлина за ухом.

– Так на чём мы остановились? – спрашивает Елена. Она запрыгивает на стол в обличье бенгальской кошки и начинает элегантно вылизывать лапу, абсолютно игнорируя присутствие Мерлина. – Разве мы не собирались дарить подарки?

– Да, спасибо, Елена. – Мама улыбается. – Дора, давай начнём с тебя?

– Да! – Дора достаёт из сумочки криво упакованный подарок и толчком отправляет его мне по столу. – Я так рада, что ты сдала ЭЮВ, Морган! Уверена, что это пригодится тебе в школе.

– Спасибо, Дора. – Я широко улыбаюсь и разрываю обёртку. Внутри оказывается нечто совершенно несуразное. – Ого! Это… Эм…

– Тебе нравится?

Я держу в руках огромный рюкзак, разрисованный мётлами, чёрными котами и ведьмовскими шляпами.

– Правда, он замечательный? – радостно щебечет Дора. – Я нашла его в одном крошечном бутике, когда ездила в Маннингтри. Я просто глазам своим не поверила! Он идеально тебе подходит, и в него поместятся все твои учебники.

– Ух ты! Спасибо! Как здорово! – восклицаю я со всем энтузиазмом, на который способна. – Правда, так я могу случайно выдать, что я ведьма. Может, на всякий случай не стоит носить его в школу?

Дора со смехом качает головой.

– Но в этом вся шутка! Все будут говорить: «Смотрите, там Морган с её крутым ведьмовским рюкзаком», а ты и на самом деле ведьма!

– Ха-ха, да, очень забавно, – говорю я с застывшей улыбкой. – Наверное. Спасибо, Дора!

– А ещё она может себе на спину прилепить записку: «Пожалуйста, посмейтесь надо мной», – бормочет Мерлин, но мама и Дора так увлечены рюкзаком, что не слышат его.

– А теперь, – говорит мама, когда они наконец-то заканчивают восхищаться подарком Доры, – моя очередь.

Она щёлкает пальцами, и из шкафа выплывает плоская, прекрасно упакованная коробочка, а затем опускается прямо передо мной.

– Спасибо, – бормочу я, развязывая красивый бант.

Внутри оказывается небольшая подарочная коробка. Я снимаю крышку и ахаю от изумления, увидев невероятной красоты кулон на тонкой золотой цепочке. Я осторожно поднимаю его и рассматриваю вставленный в изящную оправу камень цвета морской волны, который переливается на свету, словно волнующийся океан.

– Нравится? – нетерпеливо спрашивает мама. – Я получила его от мамы, когда мне исполнилось шестнадцать. Я думала подождать, когда тебе будет столько же, но ты так старалась, чтобы сдать экзамен, и… Кажется, сейчас тот самый момент.

– Мама, – говорю я тихо, – я в восторге. Он такой красивый!

– Примерь, – предлагает Елена, её жёлтые кошачьи глаза блестят от слёз.

– Давай помогу, – говорит мама. Она осторожно берёт цепочку за концы и застёгивает у меня на шее. – Готово. Тебе очень идёт.

– Ох, Морган, – всхлипывает Дора, а Макс, всё ещё в образе обезьянки, нежно гладит её по плечу.

– Какой трогательный момент, – брюзжит Мерлин. – Есть у кого-нибудь платочек?

– Что это за камень? – спрашиваю я маму, не обращая на него внимания. – Такой необычный.

– Не думаю, что он дорого стоит, – отвечает мама, щелчком пальца включая чайник. – Но для нашей семьи он бесценен. Насколько мне известно, его подарил твоей прапрабабушке колдун, который был отчаянно в неё влюблён. С тех пор он передаётся от мамы к дочери.

– Моя прапрабабушка была влюблена в колдуна?

Мама выглядит абсолютно шокированной таким предположением.

– Нет! Разумеется, нет. Ведьмы никогда не связываются с колдунами. А вот они часто влюбляются в ведьм, ведь мы для них совершенно неотразимы.

– Значит, она его не любила, но всё равно взяла кулон? – Я внимательно его разглядываю. – Звучит как-то неправильно. Может, она была влюблена в него тайно?

– Это вряд ли, – хмыкает Дора. – Колдуны совершенно невыносимы. Во что там можно влюбиться? В полное отсутствие чувства юмора? Недостаток манер или сострадания? Или в вечные оскорбления, которыми они так и сыплют?

– Ох, давайте не будем о колдунах? – обрывает её мама, усаживаясь за стол как раз вовремя, чтобы подхватить летящую к ней чашечку чая. – На прошлой неделе один из них решил сварить зелье, в котором непременно должна была быть вода из Темзы. У всех теперь камеры на телефонах, так что видео с тем, как он ныряет в реку вместе со своим котлом прямо в центре Лондона, стало вирусным. Мне пришлось несколько раз встречаться со Старшим чародеем, чтобы напомнить, что они должны держать своё существование в секрете. – Она громко вздыхает. – Терпеть не могу наши встречи. Он ужасно плюётся, когда говорит.

Дора гадливо морщит нос:

– Хуже колдунов людей не бывает.

Это первый урок, который получают все ведьмы. Колдуны – наши главные враги. Всем известно, что они эгоистичны, грубы, властолюбивы и не так уж хороши в магии, ведь им приходится по несколько дней варить зелья в ржавых котлах, а потом ещё и пить их, чтобы высвободить свою магическую силу. А ведьмам достаточно просто щёлкнуть пальцами.

Колдуны хотели бы быть такими же могущественными, как мы, но им не повезло, и это делает их просто невыносимыми, ужасными людьми. В любой книге со сказками для маленьких ведьм колдуны оказываются самыми главными злодеями.

Раньше я не верила во все эти россказни о злобных колдунах. Один раз я смогла тайком пробраться в мамин кабинет, где она, как Верховная ведунья, держит разные книги о магии, и успела прочитать сказку из колдовской книги до того, как мама меня поймала. Она буквально вырвала ту книгу у меня из рук с криками о том, что она «полна лжи и всяких глупостей».

Но угадайте, кто был злодеем в той сказке? Да, ведьма. Там было написано, будто ведьмы светятся в темноте, потому что само зло просвечивает через их кожу.

На это я могу сказать только… вот бы мне так!

Совсем недавно я проснулась ночью, пошла в туалет и врезалась в собственный шкаф. В тот момент мне бы очень пригодилась светящаяся злом кожа.

В любом случае после этого я задумалась, правда ли всё то, что говорят о колдунах. Может быть, не все они так плохи.

Но потом я встретила колдунью Дейзи Хорнбакл – это заблуждение, что все чародеи мужчины, – и все вопросы сразу же испарились.

Когда мне было восемь лет, мы с мамой решили съездить в Лондон, чтобы посмотреть спектакль. К сожалению, до театра мы так и не добрались, потому что случилась настоящая катастрофа. Один колдун случайно расплавил котёл, и зелье, которое он варил, разлилось, уничтожив целое здание. Тогда он решил, что всё это очень забавно, и опубликовал фотографию своего разрушенного дома в интернете.

Нам пришлось поехать на экстренное совещание со Старшим чародеем. Мама была так зла, что ни слова не проронила, пока мы ехали к нему, а когда мы наконец добрались, она оставила меня в гостиной, пообещав, что сейчас – точная цитата – «надерёт зад одному заносчивому колдуну».

Я спокойно сидела на диване, совершенно погружённая в свои мысли, а Мерлин гонялся по комнате за мотыльком. И тут в гостиную вошла свирепая на вид седовласая женщина в больших круглых очках.

Дейзи Хорнбакл – кузина Старшего чародея, которая как раз приехала к нему погостить. Она замерла, заметив меня.

– Привет! – сказала я, приветливо помахав ей рукой. – Я Морган Чармли.

Её лицо исказилось: нос сморщился, брови выгнулись, щёки ввалились, будто она съела нечто невероятно кислое.

– Я знаю, кто ты! – заверещала она, напугав меня так, что я чуть штаны не намочила. – Как смеешь ты сидеть на этом диване? Как смеешь приносить в наш славный дом свои ведьмовские бациллы? Ведьма! Ведьма! Прочь!

Я хотела убежать, но она погналась за мной, всё крича: «Ведьма! Гадкая ведьма! Вонючая ведьма!» Я в жизни так не пугалась! Наконец она загнала меня в угол, и, не придумав ничего лучше, я щёлкнула пальцами.

Услышав шум, мама и Старший чародей пришли в гостиную, чтобы проверить, что там происходит, и увидели, что я стою рядом с ледяной статуей Дейзи Хорнбакл, а Мерлин в обличье дятла бешено колотит её клювом по голове.

С тех пор я не сомневаюсь, что колдуны – худшие люди из всех.

– В любом случае я рада, что кулон тебе нравится, – говорит мама, широко улыбаясь. – А на выходных мы купим тебе всё, что понадобится для школы.

– Но рюкзак вам искать не придётся, – произносит Дора довольным тоном, отчаянно мне подмигивая. – Всегда пожалуйста.

– Поверить не могу, что ты идёшь в школу, – со смехом говорит мама. – Ты же такая малышка!

– Шутишь? Мне уже тринадцать! Я давно должна была пойти в школу.

– Да, – кивает головой Дора, крепко сжимая мамину руку. – Рано или поздно это должно было произойти.

– Надеюсь, я заведу друзей, – тихо говорю я, кусая губу. – А если я никому не понравлюсь?

С тех пор как я сдала ЭЮВ, меня переполняет смесь радости и волнения. С одной стороны, я дождаться не могу, когда наконец-то пойду в школу, но с другой – прихожу в ужас от мысли, что не впишусь там. Я обязана завести друзей!

– Не говори глупости, Морган, тебя все полюбят. Просто будь собой, – успокаивает меня Дора.

– Да, но… – Мама немного медлит. – Разумеется, не совсем собой.

– Я помню: никакой магии, – заверяю я её.

– Точно, – довольно кивает она, – никакой магии в школе. Это слишком опасно, ведь что-то может пойти не так или кто-то может заметить…

– Я не пользовалась заклинаниями в школе до шестнадцати лет, когда сдала Подростковый магический тест, – перебивает её Дора, говоря о втором тесте, который все ведьмы сдают ближе к совершеннолетию. – К тому времени ты сможешь полностью контролировать своё волшебство и будешь застрахована от ошибок. Это лучший способ хранить всё в секрете.

– Полностью согласна, – говорит мама. – Так что пообещай, Морган, что…

– Серьёзно, я всю жизнь ждала, когда мне позволят пойти в школу. Думаете, я стану этим рисковать и использовать заклинания? Не переживайте, о магии в школе и речи быть не может, – говорю я с уверенной улыбкой. – Обещаю.

Глава 5

– Даже не верится, – оторопело произношу я, стоя перед школьными воротами. – Наконец-то я здесь.

Мама ободряюще сжимает моё плечо.

На ступеньках большой каменной лестницы, ведущей ко входу в школу, кучками сидят компании учеников. Другие пинают мяч во дворе, а некоторые просто стоят с учебниками в руках, весело болтают и смеются. Всё это выглядит в точности как сценка школьной жизни из фильма о подростках. И теперь я смогу стать частью этой жизни.

– Вот и всё, – говорю я, улыбаясь маме. – Увидимся вечером.

– Удачи, Морган, – отвечает она, украдкой утирая слёзы. – После уроков тебя встретит Дора, так что жди её здесь, ладно? Я вернусь с работы к ужину. – Она немного молчит. – Если ты не хочешь, чтобы я ушла пораньше и сама тебя забрала. Я могу, если надо. Или вообще поработаю сегодня из дома, вдруг тебе понадобится помощь. Может, сказать моей помощнице, что…

– Мам, я справлюсь, – прерываю я её. – Не волнуйся. Я не против, чтобы меня забрала Дора.

Мама глубоко вздыхает:

– Ладно. Тогда я пойду.

Я киваю. Она кивает. Несколько секунд мы просто стоим молча и смотрим друг на друга.

– Эм, мам? Ты мне плечо очень сильно сжала, – бормочу я, морщась от боли.

– Ой, прости, – ахает она, убирая руку. – Я знала, что будет непросто… но не ожидала, что настолько. Хорошо хоть Мерлин за тобой приглядит.

– Мама, если кто-то и может мне помочь, то точно не он.

Мерлин, сегодня решивший побыть пауком, выглядывает из-под моего воротника.

– Не волнуйся, Эгги, я справлюсь.

– Если ты хоть как-то попытаешься испортить Морган этот особенный день, – шипит Елена, сидящая в виде божьей коровки на плече у мамы, – я тебя…

– Скучно! – обрывает её Мерлин, прячась обратно под воротник. – Может, уже пойдём?

– Не верится, что есть настолько неблагодарные фамильяры! – фыркает Елена.

– Если я тебе понадоблюсь, Морган, сразу же звони, ладно? Что бы ни случилось, – подчёркивает она, а потом понижает голос до шёпота. – И помни: никакой магии.

– Да, спасибо, мама. Поверь, мне хватило первых десяти миллионов раз, что ты это сказала, чтобы запомнить. А теперь тебе пора садиться в машину и ехать на работу, а мне наконец-то пойти в школу, – твёрдо говорю я. – Не хочется простоять здесь до моего двухсотлетия.

– Удачи, милая, – вздыхает мама.

Она собирается с силами, разворачивается и садится в машину. Я машу ей на прощание и иду в сторону школьной лестницы. Мне ужасно страшно и радостно одновременно, в горле комок, а в животе бабочки устроили урок зумбы. Во дворе стоит гвалт, кажется, что все, кроме меня, уже давно знакомы друг с другом. Надеюсь, что не только я буду новенькой в этом году.

«Надо просто смешаться с толпой, – повторяю я про себя и натягиваю на лицо улыбку, пытаясь выглядеть гораздо увереннее, чем есть на самом деле. – Если не буду выделяться, то сразу же заведу друзей. Всё очень просто. Наконец-то я пошла в школу и просто обязана завести друзей! Настоящих друзей!»

Внезапно футбольный мяч, со свистом прорезав воздух, врезается мне в затылок, я теряю равновесие и падаю на землю.

– Отлично смешалась с толпой. Уверен, друзья к тебе так и будут липнуть, – шепчет Мерлин мне на ухо, пока я лежу на спине. – Чуть меня не раздавила, гений.

Я не успеваю придумать достойный ответ, так как вдруг вижу знакомое лицо, нависающее надо мной.

– Привет! – жизнерадостно произносит Оуэн. – Думал, тебе уже надоело биться головой о всё подряд.

Прекрасно. Просто прекрасно.

Меня не просто сбил с ног твердокаменный футбольный мяч, стоило мне ступить на школьный двор, но ко всему в придачу из всех людей мира рядом оказался именно Оуэн Блейз. Как будто я ещё недостаточно перед ним опозорилась.

– Ты как? – спрашивает он.

– Нормально, – быстро отвечаю я, хватаясь за его руку, чтобы встать. – Как думаешь, кто-нибудь ещё это видел?

– Эм… – Оуэн оглядывается. Все пялятся на нас. – Нет, никому нет дела.

Я поднимаю с земли рюкзак, потирая ушибленное место. Оуэн приподнимает брови, заметив мётлы и шляпы, но он достаточно вежлив, чтобы никак их не прокомментировать.

– В тебя попал мой друг Феликс. Не самый меткий в команде, особенно когда дело доходит до пенальти, – говорит Оуэн, указывая на высокого темноволосого парня, который уже вернулся к игре, не особо мучаясь угрызениями совести. – Но удар у него сильный. Уверена, что с тобой всё в порядке?

– Уверена, спасибо. До встречи, Оуэн, – говорю я и поскорее отворачиваюсь, чтобы он не заметил, как полыхают мои щёки.

Звенит звонок, и по двору проносится коллективный вздох, все берут свои вещи и бредут по направлению к школе.

– Эй, погоди! – Оуэн идёт рядом со мной. – Значит, мы в одну школу ходим? Круто! Ты Морган, верно? Первый день?

– Да.

– Хоть знаешь, куда идти?

– Да, конечно, – вру я, надеясь, что он наконец-то отстанет, а я смогу сделать вид, что последних пяти минут просто не было.

Но едва переступив порог школы, я уже рада, что хоть кто-то знакомый есть рядом, потому что за массивной дверью оказывается самый длинный коридор в мире с бессчётным количеством шкафчиков и дверей. Я замираю, а толпа школьников обтекает меня со всех сторон.

– Тебе куда надо? – спрашивает Оуэн.

– В кабинет директора, – бормочу я, восстанавливая дыхание после увесистого удара в плечо от какого-то мальчика, который активно орудует локтями, пробираясь вперёд. – Здесь всегда так людно?

– Да, – с улыбкой отвечает он. – Разве в твоей прошлой школе было не так? Или она была меньше?

– Можно и так сказать. Я раньше училась на дому, так что там была только я.

Его брови удивлённо взлетают вверх.

– Правда? Значит… это твой первый день в школе? За всю жизнь?

Я киваю, нервно оглядываясь.

– Тогда тебе действительно должно казаться, что здесь очень людно, – смеётся он, а потом замечает кого-то в толпе. – Там Феликс. Эй, Феликс! Иди сюда!

Он машет рукой мальчику, который попал в меня мячом.

– Это Морган, – говорит Оуэн, когда он подходит к нам. – Она новенькая. И ты очень радушно её принял, огрев мячом по голове.

– Прости, – равнодушно бросает мне Феликс. Тут он замечает мой рюкзак, и на его лице появляется усмешка. – Стильная сумка.

– Она из Маннингтри, – говорю я, не придумав ничего получше.

Где-то в районе моего плеча громко вздыхает Мерлин.

– Ясно… – озадаченно произносит Феликс. – Я не в курсе, что это такое. Какая-то фирма?

– Нет, это… эм… такой город. В Эссексе.

Я отчаянно пытаюсь придумать какую-нибудь крутую фразу, которая исправит положение. «Давай же, мозг, это несложно! – кричу я внутри себя. – Что говорят нормальные люди, когда знакомятся с другими нормальными людьми в школе? Думай, мозг, думай!»

– Итак, – начинаю я, – ты здесь учишься?

– Ну да, – медленно отвечает Феликс. – Именно поэтому я здесь. В школе.

Ненавижу свой мозг.

Феликс поворачивается к Оуэну и выразительно изгибает бровь, как будто хочет спросить: «Она недалёкая?» Но его приятеля, кажется, так забавляет вся эта ситуация, что он игнорирует недвусмысленные сигналы друга.

– Точно! Могла сама догадаться, – невнятно мямлю я.

– Привет, ребята!

К моей великой радости, к нам подходит девочка и спасает меня от продолжения этого неловкого разговора.

По тому как запросто она держится с мальчиками, я делаю вывод, что она примерно нашего возраста, хотя выглядит гораздо старше. Она высокая и стройная, с вьющимися тёмными волосами и большими глазами, обрамлёнными густо накрашенными ресницами.

Однажды я пыталась накрасить глаза тушью, не используя при этом магию. Пока я возилась у зеркала, Мерлин сидел в пустой ванной в обличье опоссума, всем видом выражая презрение к моей затее. А когда я наконец повернулась к нему, он издал истошный вопль и сказал:

– Мне на секунду показалось, что у тебя пауки на глазах! Но теперь я вижу, что ты просто экспериментируешь с макияжем. Прости, продолжай.

Тот факт, что эта девочка смогла идеально накраситься без всякой магии, вызывает у меня оторопь.

– Это Морган, она новенькая, – говорит Феликс, а потом поворачивается ко мне с хитрой улыбкой. – Айрис тоже здесь учится. Поэтому она стоит рядом с нами. В школе.

Айрис явно озадачена, она уже открывает рот, чтобы что-то спросить, но вдруг замирает, глядя в область моего плеча. Её глаза расширяются от ужаса.

– Что… это… там?! – спрашивает она, указывая на меня дрожащим пальцем.

– А-а-а-а! – кричит Феликс, отшатываясь от меня, а Айрис прячется за его спиной.

Все в коридоре бросают свои дела и замолкают, чтобы посмотреть, в чём дело.

– Слушай, Морган, – медленно произносит Оуэн, застыв на месте и ошарашенно глядя на моё плечо, – не паникуй, но… ты пауков не боишься?

О нет. Этого не может быть. Он не может так со мной поступить. Он точно не может так поступить со мной в первый же учебный день!

– Потому что… – продолжает Оуэн самым спокойным голосом, на который способен, – мне… э… мне кажется, что у тебя один на плече сидит. Довольно большой.

– Это тарантул! – кричит Айрис.

В коридоре поднимается настоящий хаос. Школьники с криками разбегаются в разные стороны, пытаясь найти укрытие. Наблюдая за паникой, я слышу тихий голос Мерлина:

– Ну, привет, ребятки!

Я успокаивающе поднимаю руки.

– Всё нормально, ребята! Ничего страшного! Без паники!

– На тебе тарантул сидит! – кричит Феликс, на тот случай, если на этой планете остался хоть один человек, который этого не слышал.

– Я знаю! Знаю! Но не бойтесь, это… эм… мой домашний тарантул. Питомец такой. Так что ничего страшного.

Я натужно улыбаюсь, а напротив меня озадаченно моргает целое море глаз. Никто не произносит ни слова.

– Даже не знаю, как он выбрался из своего террариума, – говорю я с фальшивым смешком. – Иди сюда… безобразник.

Я тянусь за Мерлином, но он прячется под воротником, а потом сбегает вниз по рукаву. Все в коридоре ахают.

– Он под твоей одеждой, – сдавленно пищит Айрис. – Кошмар!

– Знаете, – со вздохом произношу я, – мне давно пора в кабинет директора. Туда я и пойду.

Оуэн медленно поднимает руку и указывает на дверь дальше по коридору.

– Там лестница, тебе на второй этаж. Его кабинет первый справа.

– Отлично. Спасибо. И можете не волноваться, я унесу своего… домашнего тарантула с собой. Он никуда не сбежит… из моего рукава. Ладно, всем хорошего первого дня четверти! Как здорово быть здесь!

Толпа разделяется, открывая мне путь. Пока я плетусь по коридору, некоторые из школьников отскакивают в стороны и драматично жмутся к стенам.

Я открываю дверь, попадаю на лестничный пролёт, падаю на ступеньки и закрываю голову руками, жалея, что не могу щёлкнуть пальцами и раз и навсегда исчезнуть с этой планеты.

– Знаешь, многие считают, – говорит Мерлин самым гадким тоном, на который способен, – что нужно сразу громко о себе заявить.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю