Текст книги "Дьявол в сердце (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
Глава 7.
Настя Алмазова
Зачем я это делаю??? Зачем звоню??? Господи…
Что я вообще творю…
После того, как увидела тот макет, начала сразу же сходить с ума… Буквально изворачивалась, чтобы вытянуть из Гордея нужную мне информацию, и только сейчас понимаю, что выглядело всё капец как странно… Я вообще плохо умею врать…
– Гордей… М… А как говоришь, зовут дизайнера…? – спросила, проглотив в горле ком.
– Что-то не так? – сразу же спросил он в ответ напряженно.
– Нет… Нет, всё так… Просто, может, кто-то потом спросит… Кто делал эту красоту… – мялась я, и он тут же ответил…
– Камиль Островский вроде… Вроде так…
И с этим ответом вся моя вселенная за одну секунду превратилась в маленькую пульсирующую точку… И так болело внутри… Так сильно, что я себя перестала человеком ощущать… Он это специально??? Специально??? Как так вообще могло случиться?! Что во всём огромном мире так мало было вариантов? Почему он обратился именно к нему, чёрт бы его побрал?!
– А как ты вообще… Ну, вышел на него… – спросила, а Гордей тревожно и сомнительно покосился на меня.
– Так… Мне начинает казаться, что тебе не нравится… Насть…
– Гордей, мне очень-очень нравится… Честно… Просто мне интересно, вот и всё… Обычный интерес, – настояла я, но выглядело так, будто заранее оправдываюсь.
– Просто мне нужно было быстро и качественно, я позвонил знакомому, он его рекомендовал… Вот и всё. Мне показалось, он достаточно круто сделал…
– Сделал действительно круто… Спасибо…
И с того самого момента я не могла перестать думать об этом… О том, что Камиль редактировал мои фото… Что я говорила с ним по телефону… Что он знает, чем я живу… Господи… Сердце сразу же зажало в тиски… Было сложно даже на ногах стоять… А уж дышать и всё остальное и подавно.
Конечно, что-то Гордей всё же уловил в моих интонациях, потому что я будто была на срыве, но, мне кажется, до конца он ничего не понял… А я так и ждала, когда у меня появится возможность залезть в его телефон и скопировать номер Островского… Зачем мне это было нужно? Я не знала… Но всё равно маниакально смотрела за тем, куда мой парень убирал свой гаджет… И вот, когда он ушёл в душ… Я схватилась за призрачную надежду… Скопировала… Его номер был у меня… А облегчения так и не наступило… Меня трясло как каштанку… Думала я завалюсь в обморок, а откачивать придётся ему…
Потом мы с Гордеем попрощались… Ведь я решила переночевать дома… Даже настояла на этом. И он увёз… Ну и зачем я это делала на деле? Чтобы позвонить ему и услышать его голос снова… Я понимала, что узнала его сразу… У меня и на секунду не прошло, раз я всё это осознала…
И вот, заперевшись в комнате, когда на часах уже довольно поздно, я звоню ему, а сердце в груди разрывает на тысячи частичек от страха…
Слушаю его голос… Дыхание, от которого каждая струна моей души натягивается всё сильнее… Я не просто задыхаюсь, я ухожу на самое дно… С каждым обволакивающим звуком его тембра…
– Аууууу… – щекочет он нервы. – Вас не слышно...
– Иногда бывают со связью проблемы, – звучит голос какой-то девушки фоном, и я тут же сбрасываю, как по инерции… Ну, конечно, он сейчас с девушкой… С кем же ему ещё быть… Наверное, у него отношения… А может и невеста или жена? Я ведь о нём ничего теперь не знаю… Господи…
О чём вообще думала, когда решилась на такой дебильный поступок? Надеюсь, он подумает, что ошиблись номером… И навсегда забудет эти сталкерские попытки связаться с ним…
Я падаю на кровать… Лежу на спине и сканирую луну на небе… Какая же она сегодня огромная… И как у меня пересохло всё горло от страха… А с мыслями вообще происходит что-то неясное и непривычное… Даже невозможно думать… Ровно так, как было год назад. Стоило ему подойти ко мне, как у меня планета вращалась со скоростью света… Колени подкашивались, и я думала только о нём… Только о его серых глазах… О его горячем дыхании на своей шее… О руках, которые так нагло и бесцеремонно меня касались… Везде… С первой же встречи… Господи… Даже сейчас, стоило подумать, как всё тело разом отозвалось.
Грудь начала твердеть… Между ног разлился лихорадочный жар… И всё затянуло, будто в воронку…
Нет… Нет, нет… Выйди из моей головы… Из моего сердца… Я тебя ненавижу, Камиль…
Неожиданно слышу звук входящего… Смотрю на экран и понимаю, что он перезванивает мне… Всё нутро сразу же сжимается. Я просто лежу на кровати и не шевелюсь, гипнотизируя одиннадцать особенных цифр его номера… Слава Богу, звонок только один. Но даже от него каждый мой нерв обуглился… Сумасшествие…
Я даже не знаю, как уговорить себя спать…
Я не знаю, потому что верчусь на кровати и думаю далеко не об этом… И лучше мне не анализировать… Потому что я хочу себя трогать… Трогать не так, как это делает Гордей… А так… Как меня трогал он. И мне так хреново из-за этого…
Чтобы не допустить подобного унижения я спускаюсь на кухню и внезапно слышу звук подъезжающей машины… Ура… Отец вернулся… Наконец-то…
Пока делаю нам кофе, он уже заходит в дом.
– Ой… Насть… Не спишь тоже? – спрашивает, растерявшись.
– Да, что-то не спится… Присоединишься? – улыбаюсь, хотя на душе так погано, что хочется выть.
– Конечно… Сейчас. Только руки помою…
– Пап…?
– М?
– Сахар один?
– Ага… Спасибо…
Он уходит, а я ношусь по кухне, доставая всякое из шкафов… Мне нужно сладкое… Много и много сладкого… Чтобы мозг не требовал других эндорфинов… Господи…
Сажусь есть хрустящие шоколадные палочки в ожидании папочки, и когда он наконец возвращается вытягиваюсь на стуле струной.
– У тебя всё хорошо?
– Да… Ага… Пап… А ты видел коробку, которую…
– Видел, – помешивает он кофе, присев напротив меня и опустив взгляд.
– Что… Думаешь…
– А что тут думать? Ирина разбирала вещи… Вернула мне кое-что… Тут не о чем думать… – говорит он, чем сильно меня огорчает. Я по его виду вижу, что ему не всё равно. Но он точно уверен, что между ними больше ничего не получится… И мне так надо… Мне давно уже надо… Но я каждый раз ведусь… Год прошёл, а я снова как дурочка открыла сердце… Лишь бы только услышать его голос. Со мной точно что-то не так.
– Пап… А если честно… Что произошло… Почему вы разбежались…
– Насть… Так бывает… У людей не клеится. Даже вы с Антоном разбежались… Сама ведь уже понимаешь, как это работает…
Да, вот только к Антону я ничего не чувствовала… А если брать в расчёт Камиля, речь об измене… И только.
– Если бы была возможность увидеть её… Поговорить… Ты бы хотел?
Он так тяжело вздыхает и смотрит на меня с огорчением мотая головой.
– Думаю, нет. Это бы только сильнее всё сломало. Надо жить дальше, дочка. Всё в прошлом…
Когда он говорит так… Он будто и о маме тоже… Но мы так давно не поднимали эту болезненную для нас обоих тему…
Мы ещё час сидим, просто говорим и пьём уже давно остывший кофе… А потом я иду к себе и снова проваливаюсь в пучину отчаяния… Ведь стоит зайти на порог, мне кажется, что он зайдёт следом за мной… Он просто воткнулся в моё сердце, как стрела… Основание выдернули, а наконечник остался… И я никак не могу достать его… И внутри болит, конечно. Сильно болит.
Уснуть мне удаётся только часа через два… И я горжусь собой, что не стала так унижаться и трогать себя, думая о нём. Я реально себя хвалю.
Только в итоге и это меня не спасает, ведь он снова мне снится… Снится и снится без остановки…
***
Утром нужно собираться в универ и всё начинается по новой… К половине восьмого за мной должен заехать Гордей, а я совершенно разбитая… Но в итоге удаётся разбавить свой ужасный образ красивым платьем и уложенными волосами… Даже синяки на глазах не так сильно видны…
– Привет… Какая красивая сегодня… Праздник?
– Ага… Мой День Рождения, – издеваюсь я, но точно знаю, что он-то как раз точно помнит, когда у меня в семье любой из подобных событий. – Просто не выспалась… Хотела скрыть всё это красивым образом…
– Тебе удалось, конфетка, – целует меня в щеку. – А чего не выспалась?
– Да по учёбе делала кое-что, – лгу я и буквально чувствую, как на меня накатывает волна стыда… Боже, я такой ужасный человек. Такой отвратительный. – Поехали?
– Ну, поехали, малыш…
Пока едем до универа Гордей рассказывает, что делал вчера вечером… И просто вскользь добавляет…
– А ещё я заказал тебе мебель… Полки, шкафы, кожаный диван… Для магазина…
Смотрю на него и не моргаю.
– Гордей. Ну…
– Что? Тебе точно понравится… Всё в светлых тонах. Консультировался специально… Зеркала и всё остальное ты обязательно выберешь сама, обещаю.
– Дело не в этом… Ты снова тратишь на меня баснословные деньги. Вот и всё… И меня это злит, разумеется… Потому что я не хочу тебя разорять и… – замолкаю я, а он вздыхает.
– И за меня замуж… Да? – спрашивает, даже не глядя на меня… Сжимает руль и сканирует дорогу, играя желваками.
Мне так больно внутри… За то, что его обижаю… И когда он довозит меня, он даже не реагирует на мои попытки извиниться.
– Гордей… Посмотри на меня… Пожалуйста…
– Насть, всё хорошо. Иди на занятия. Опаздываешь уже…
– Гордей… – хмурюсь я в ответ и касаюсь его лица. – Ну, посмотри…
Он, наконец, оборачивается и я замечаю в его глазах полопавшиеся капилляры. Хоть они и не слезятся, но я отчётливо понимаю, что ему неприятно и обидно…
– Прости меня…
– Насть… Иди, ладно? Вечером нужно будет приехать в магазин… В шесть. Будет доставка. Я тоже подъеду.
– Хорошо…
Я обнимаю его на прощанье и ухожу… Едва оборачиваюсь, как он уезжает, и мне ничего не остаётся, как идти на лекции…
Конечно, там девчонки меня отвлекают. Тарахтят без умолку. Расспрашивают обо всём. В том числе, согласилась ли я на предложение… И про магазин тоже…
В общем, скучать не приходится. И они снова меня осуждают… Честно, я чувствую себя и впрямь самой гадкой на свете женщиной.
В районе трёх мне приходит сообщение от Гордея.
«Настюша… Там доставку перепутали, подъедут к четырем. Можешь встретить? Я не могу сейчас никак. У меня большая партия оборудования».
«Я поняла, конечно. Я встречу. Обнимаю».
Он не отвечает больше, но я успокаиваю себя тем, что он просто занят… Дело не в обиде… Конечно, Настя… Убеждай себя… У тебя это хорошо получается. Ты только и делаешь, что причиняешь ему боль… Присосалась как пиявка и не отпускаешь… А он бы мог найти свою единственную. Ту, которая будет его боготворить.
В итоге я еду до магазина на такси. И чувствую себя кошмарнее, чем с утра.
Ровно к четырем приезжает заказ… Полки в коробках, и я прошу мужчин пронести их в подсобное помещение. Справляются они быстро, и пока я ковыряюсь с тем, чтобы нормально закрыть заднюю дверь, колокольчик на входе снова срабатывает.
– О, нет… Что-то ещё, да? – спрашиваю из-за плеча. – Я просто не уверена, что… Влезет…
Разворачиваюсь и замираю на месте, увидев в проходе те самые серые дьявольские глаза, которые даже на расстоянии вынуждают меня свернуться в кокон и замолчать…
Глава 8.
Камиль Островский
Я не стану пиздеть, что у меня сейчас нет ярого желания убежать отсюда, как сопливая девчонка… Сердце такие кульбиты наяривает, что я кое-как ровно стою на ногах… Но я не мог не приехать… Всё, сука, бросил и приехал… Потому что знал, что это она мне вчера звонила… Потому что понял, что не остыло внутри. И не смогу я просто сидеть на жопе, пока она тут замуж собралась… Не смогу. Пусть в рожу мне лучше плюнет. Скажет, что нахер не нужен и её тошнит от меня… Тогда уйду… Тогда пожелаю счастья и свалю в закат… Но не молча… Я не вывезу так жить… Зная, что проебал, так ничего и не сделав.
После её звонка я, наверное, ещё часа четыре смотрел на эту сраную луну. Внутри жгло, будто напалмом… Основательно так. Я чувствовал, как пол под ногами дрожит. Пока моя спутница засыпала и мирно сопела неподалёку, я сканировал экран… И даже перезвонил один раз, потому что хотел… Хотел, сука, хотел! Чтобы Настя взяла трубку! Хотел заорать как скучаю… Как снится, не переставая. Как измучила меня уже всего, но она не взяла…
Сначала подумал, что к лучшему… А потом понял, что не может это быть к лучшему… Потому что у нас не закончилось… Не прошло ещё нихера… Я даже в дыхании это услышал… Её отклик… Вибрации души, блядь… Не знаю, с чем ещё сравнить…
Но как только ловлю синие своими… Всё… Остановка сердца. И мне бы сейчас только укол эпинефрина помог, потому что я даже сообразить не могу, где нахожусь. Всё кружится, будто веретено самых моих больных фантазий затянуло меня внутрь… И она молчит, и я тоже… Молодец, конечно… Просто на реакцию хотел посмотреть… Теперь понял, что мы оба в безоговорочном ахуе. Но она держится, тем не менее… Визуально ровненько стоит… Не знаю, что в душе… Лицо непробиваемое.
– Привет… – произношу на полутонах… Чувствую, что голос совсем на изломе. А она вообще вся бледная как смерть… Но такая же красивая, конечно… Тут ничего не изменилось.
– Привет, – пищит в ответ и смотрит на меня, не двигаясь. – Что ты…Здесь делаешь…
– Ты же знаешь, что… – отвечаю, всматриваясь в черты лица, которые выучил наизусть. Она стеснительно отводит взгляд в сторону, а потом снова стреляет им в меня… Честно, каждый раз, сука, как в первый… Вот хули так больно, а? На поражение…
– Нет, не знаю, – растерянно бормочет, и я вижу, как краснеет её личико и как сжимаются при этом кулаки. Ладно хоть врать до сих пор не научилась…
– Ты мне звонила, – уверенно заявляю я, изучая её беглый взволнованный взгляд.
– Нет, не звонила, – тут же спрыгивает она, а я достаю свой телефон… Быстро набираю последний номер, пока она не успела опомниться… И другой гаджет, лежащий на стойке начинает вибрировать… Она тут же дёргается в ту сторону и отворачивается, убирая его в сумку, а я двигаюсь чуть вперед.
– Настя…
– Камиль… Это не то, что ты подумал… Не знаю, что ты там решил, но у меня есть жених, – выдаёт она более грубо и настойчиво, чем бьёт ещё сильнее… Умеет же… Мгновенно и прямо в морду. И я знаю, что специально… Но так же знаю, что и жених у неё реально имеется… Живой, блядь… Настоящий.
– Я ничего такого не решал… Я хотел поговорить о том, что происходит с нашими родителями… Неужели ты думала, что мне есть дело до твоей помолвки? Макет я сделал потому что попросили. И только.
У неё вид такой, будто она сейчас взорвётся… Кто-то не ожидал ответной реакции… Но так бывает... Когда причиняешь кому-то боль словами, будь готов к ответке… И я не погнушаюсь любыми методами. Раз не хочет говорить правду… Раз до сих пор играет в эти игры, то будем играть по моим правилам.
– Нет, не думала, – проглатывает она ком. – А что с родителями… О чём ты…
– О том, что моя мама тоскует по твоему отцу… Очень тоскует, – отвечаю ей, и она некоторое время смотрит в пол, закусив губу, и потом кивает. Быть может, это неправильно лезть в чужие отношения, но если таким образом можно наладить свои. Похер. Я полезу туда с головой. Чтобы только слышать её и видеть, как раньше.
– Я не знаю, почему они расстались, но не думаю, что мы имеем право лезть туда, – отворачивается обратно к стойке и копошится, перебирая что-то в своей сумочке. – Поэтому тебе стоит уехать… Это бессмысленно. Они взрослые… Сами могут разобраться. А влезем и… Всё испортим…
– Порой надо подтолкнуть… Как думаешь? Оно того стоит? – спрашиваю, делая ещё несколько шагов к ней… Телом чувствую, как её шатает от моего присутствия. Она аж на месте подпрыгивает. Блядь… Не прошло или… Я понять не могу… Но звонить бы просто так не стала… Я точно, нахрен, это знаю… Вроде в метре друг от друга, а у меня у самого каждый волосок становится на дыбы… Мышечные волокна натягиваются… Я сам каменею… Чувствую, как весь организм тянется к ней, как к родной. Да и она реагирует… И запах её волос просто сводит меня с ума. Бьёт и калечит… И кажется, если я не буду дышать ей, то умру… Осанка ровная… Каштановые локоны прикрывают плечи и спину… Красивое платье сидит чётко по фигуре… И дурманит разум… Всё, что чувствовал раньше… И похоронил внутри… Живо. И неожиданно всплыло не поверхность… А она…
Стоит и трясётся… И мне только руку протяни…
– Не думаю, – отрезает она, а я касаюсь её плеча… Чувствуя всю её дрожь… Собираю кончиками пальцев. Мгновенное необъяснимое притяжение. Такое, от которого пространство расплывается, словно температура подлетела за всю сотню… Я весь горю рядом с ней… И если у неё не то же самое… Убейте меня. Потому что моё тело считывает именно так.
– Камиль… – прерывает меня шёпотом.
– Зачем звонила… Если не думаешь… Цель твоего вчерашнего звонка… – спрашиваю, пока она стоит и толком не шевелится. Не отвечает… Молчит и дрожит, будто замёрзла. А моя рука тем временем сильнее сжимается на её плече.
– Отпусти, – уже более уверенно отрезает она, тряханув им. – Отпусти и не подходи ко мне. Сейчас Гордей приедет. А тебе нужно уйти…
– М-м-м… Гордей. Любишь его? – спрашиваю, а у самого так жжёт. И ведь знаю, что ответит… Я это, сука, заранее знаю. И больно ровно так же, словно она меня уже порезала. Филигранно… По сердцу… Рассекая его на маленькие полосы…
– А как ты думаешь, раз замуж выхожу? Люблю. Очень люблю, – валит одной левой, и я улыбаюсь. Ведь ожидал… Знал… А влетело, будто повторный снаряд запустили…
– Хорошо. Я счастлив за вас. Но по поводу родителей… Помоги мне… Я прошу не для себя… Для матери…
Она молчит и тяжело дышит. Между нами полметра. И, блин… Как тянут эти глаза… Как они в себе топят… Васильки… Я, наверное, никогда не перестану рисовать их во сне… Никогда не успокоюсь. Потому что это моя участь… Моя карма…
– Твой отец… Он тоже сейчас один?
– Один… – отвечает она с уверенностью. – Твоя мама прислала коробку на днях… И мы говорили…
– Я знаю про это… Что он ответил?
– Особо ничего… Но я знаю папу… И я вижу, что у него не прошло, – роняет она расстроенный взгляд в пол.
– Значит… Ты поможешь мне? М… Алмазик… – спрашиваю и, твою мать… Её омуты… Эта реакция… Я её ни с чем не спутаю… Это жалость к самой себе… Она хочет плакать.
– Не называй меня так, – выпаливает, сдавливая слова внутри. Больно… Задел… Сука… Всё ещё внутри… И расковырять эту рану, значит, начать всё заново… Готов ли я вскрыть этот чёртов гнойник… Со всеми подробностями смерти её матери… С нашим прошлым… Со всем, что было тогда год назад… Готов? Или мне сначала стоит посмотреть на то, как безумно она его любит…
Я нутром чувствую, что пиздит… Потому что так не смотрят на другого, когда любят. Так не трясутся и не дрожат… Пусть кого хочет обманывает, но только не меня.
– Так и…
– Помогу, если сумею, – вздыхает она, и я киваю.
– Тогда на связи? Я могу писать? – спрашиваю, протягивая руку к её лицу, чтобы убрать прядку волос за маленькое ушло, как делал раньше, но она инстинктивно отшатывается от меня, вбирая воздух с лязгом, будто задыхается.
– Не надо… Пиши, если что-то точно узнаешь… Пока у меня плана нет. И я не всегда смогу ответить, потому что…
– Ну, конечно, – улыбаюсь я саркастически. – Жених же… Я всё понимаю, Настенька… Не дурак.
Разворачиваюсь и иду к двери.
– Но ты на всякий случай запиши меня каким-нибудь бабским именем… Светик или Анжела. Чтобы твой Отелло не заревновал, ага? – бросаю вскользь, а она на это не отвечает… Лишь только смотрит мне в спину потухшим синим взглядом… Я вижу его в отражении витрины, когда выхожу оттуда…
Признаюсь честно, я кое-как себя оторвал от неё. Но оно мне вот таким не надо… Когда тупо за спиной. Как раньше…
Когда она так нихрена и не поняла… Что я-то хотел серьёзно, а она гасилась… Что я любил по-настоящему, а она не осознавала…
Нет. На этот раз я хочу громко… Жестоко и оглушительно.
Чтобы на поле боя были мы оба.
Я против него. И посмотрим тогда… Что же живёт в сердце у Насти Алмазовой…
Какой подставы мне ожидать на этот раз?
Глава 9.
Настя Алмазова
Он уходит, а меня ноги не держат... Шатаюсь на месте... Просто как на пружинках...
Господи... Внутри всё горит... Ни на секунду не забывала этот острый взгляд, от которого всё во мне кровоточит...
Камиль... Боже мой... Год не видела, а будто вчера... Зачем ему звонила??? Зачем так себя выдала? Он ведь всё понял, верно? Хотел ли обидеть или впрямь только из-за родителей??? С другой стороны...
Не он ведь первый со мной связался... Это всё я... Я украла его номер, я связалась, я преследовала... А он чисто профессионально выполнил свою работу... Как же стыдно... Я так и стою, и смотрю ему вслед...
На то, как он садится в свою дорогущую шикарную машину, как пристегивается и уезжает... Я всё это вижу через панорамное окно и...
Моё сердце... Оно так странно себя ведёт... Несмотря на всю боль, что он мне причинил... Мне хочется броситься за ним вслед... Броситься и закричать... Вернись... Давай отмотаем... Ещё раз попробуем сыграть эту первую встречу... Господи... Но зачем это мне? Разве это может хоть что-то изменить?
Видела ли я в его взгляде что-то ещё… Не знаю. Всё как обычно… Он всегда общается так, будто флиртует и манипулирует… И все… Буквально все женщины вокруг всегда ведутся на это… И я такая же.
Мало мне боли! Отвесь ещё! Прости меня, Господи…
Одурманенная происходящим я даже не сразу замечаю машину Гордея, которая останавливается прямо перед крыльцом магазина... Он выходит, и я пытаюсь привести себя в чувства… Взять себя в руки, но мне кажется, выгляжу как сумасшедшая, сбежавшая из клиники…
– Привет... Ты чего такая напряженная? – целует меня в щеку. – С доставкой что-то не так?
– Нет... Нет... Привет... Спасибо... Полки доставили... Но я не смотрела еще... Убрали в подсобку, – обнимаю в ответ и трусь щекой о его лицо. Чтобы почувствовать что-то... Мне нужно что-то, что переплюнет этот фонтан эмоций внутри... Что-то, что заставит реагировать... Каждое нервное окончание... Иначе я просто умру прямо здесь.
Уже не могу их сравнивать… Уже не могу всё это терпеть!
– Посмотрим тогда? – предлагает Гордей, вынимая меня из моих мыслей.
– Да, давай... Конечно... Давай.
Пока мы с Гордеем занимаемся рабочими моментами... Смотрим всё, что привезли, обсуждает дизайн... Мне становится немного легче... Но это всё ерунда... Потому что меня по-сумасшедшему тянет на разговор с бывшим. И это жестоко по отношению ко всем нам...
А он, как всегда молодец, ничего не сказать... Появился... Покрутил своим павлиньим хвостом... И я тотчас же поплыла... Сразу... Какая же я убогая... И, главное, он даже не заикнулся про свою личную жизнь. Хотя я почему-то уверена, что она насыщеннее моей в сто крат. Но писать ему первой или звонить я больше не собираюсь... Слишком унизительно... Я на это не подписывалась... Оно мне не надо.
Достаточно и того, что он думает, будто я выхожу замуж. Пусть так и остаётся, хоть и не знаю, зачем мне это… Ведь на самом деле всё совсем не так… И вряд ли это вообще хоть когда-нибудь случится…
– Ну всё тогда... Едем домой, малышка? Ко мне? – спрашивает Гордей, протягивая мне руку.
– Угу... Хорошо... Да... Только... Я... Давай заедем ко мне, ладно? Я кое-что хочу взять... – беру его ладонь в ответ… Ожидая каких-то ощущений… И чувствую, да… Тепло, заботу, доверие… А самого сильного нет… Того, от чего нутро скручивает… Стоит Камилю меня коснуться… Электричество повсюду… Будто вся тысяча ампер по сердцу и сразу насмерть… Не знаю, что творят со мной эти дурацкие гормоны… Но явно что-то ненормальное. Ведь я не могу думать ни о чём другом. Снова…
– Эм... Ну ладно... Конечно, не вопрос...
Пока едем немного разговариваем о том, как прошёл день... Он работал, я училась... Ничего интересного, но порой важно поделиться друг с другом. И мне действительно хочется его слушать, потому что он – моя отдушина… Если бы не он, не знаю, что бы со мной тогда было… Он помог вылезти из депрессии. Он помог строить отношения... Помог доверять… Иначе я бы могла вообще никого никогда к себе больше не подпустить. И это не честно, что нет зарядов… Не честно, что между нами нет такого, как у меня с ним!
Он останавливается возле наших ворот и выжидательно на меня смотрит… Приглашу или нет, видимо… В воздухе витает недопонимание…
– Посиди, ладно? Я сбегаю...
– Окей...
Естественно, я бегу прямиком к коробке... Любопытство зашкаливает... Мне интересно, писала ли она что-то о Камиле... Если да, то что именно??? Почему именно сейчас, Господи... Почему он вернулся? Настя, ты зависимая... Нереально помешенная на нем.
– Да где же ты?! – ругаюсь, обшаривая отцовский кабинет... Он её разобрал по всей видимости, но ничего нового я не вижу... Быть может в сейфе? Кодом всегда был мамин День Рождения... Пробую. Подходит... Вижу деньги... Какие-то документы... Акции... И письмо... Аккуратно сложенное... Сканирую адрес. Он мне не знаком... Но это другой город... И имя... Её имя. Выдыхаю... И открываю его.
«Дорогой Дима... Сейчас кто-то пишет бумажные письма? Не знаю... Но я пишу. Собрала вещи. Те, которые в прошлый раз не отдала. Мне очень жаль, что у нас всё так получилось. Но судьба неумолимо жестока. И мне так же жаль Настину маму... Знай, что она ни в чем не виновата. И ты не виноват. Так сложились обстоятельства. Желаю тебе счастья. Ирина...».
Господи. У меня ком подкрадывается к горлу... Почему не виноваты... В чём? Что это, чёрт возьми, значит? Раз он хранит его... Значит, ему это важно... Значит...
Мой телефон неожиданно начинает звонить... Гордей... Блин.
– Да?
– У тебя всё в порядке, точно? Свет в твоей комнате не горит...
– Да я так забежала... Всё нормально, уже спускаюсь... Не волнуйся...
Скидываю и убираю всё обратно. Закрываю сейф и бегу вниз к своему парню, но чувствую, что земля уходит у меня из-под ног... Вот зачем мне ехать к нему? Если я в итоге даже лечь в кровать с ним не смогу... Если я чувствую себя отвратительно… Гаже просто некуда.
Всю дорогу, пока едем до него держусь за лоб и смотрю в окно. А он нервничает.
– Насть... Извини, что я утром так отреагировал... Я не должен был... Ты просто честна и...
– Нет, Гордей... Я не... Не злюсь... И не обижаюсь. Наоборот, мне стыдно... – отвечаю я, прервав его извинения. – Прости, я не из-за этого такая... Из-за отца... Он страдает от неразделенной любви... – лгу я, а на деле чувствую, как у самой внутри всё горит.
– С той женщиной, с которой они были...
– Да... Ему плохо... И я не знаю, чем помочь...
– А чем тут поможешь? Время... Только оно поможет...
Он говорит так уверенно... Но сколько нужно времени??? Сколько??? Ведь мне оно не помогло... Что же я навечно обречена страдать?
Пока мы доезжаем я уже вся извожусь на нет...
Постоянно проверяю телефон, но никаких весточек от Камиля... Я и не думала, что он будет писать, но всё же... Чувство, будто меня снова посадили на поводок...
Гордей, как всегда, ухаживает... Помогает мне раздеться... Пытается поцеловать с языком, и я отдаюсь ему... Но, Господи, Боже... Каких трудов мне это стоит... Я не готова... У меня не получается нормально отвечать... В итоге наш секс больше похож на принуждение... Не знаю, каково ему при этом... Но я после этого прижимаюсь к нему и начинаю плакать.
– Насть... Я что тебя обидел??? Насть...
– Гордей, нет... Я просто... Просто ты мне сейчас нужен... Твоё тепло... Не уходи, ладно?
– Я не ухожу. Я здесь... Успокойся... Надеюсь, я не сделал больно...
Хочется сказать – нет, не ты... Не ты сделал так больно, но в итоге я просто плачу... Он успокаивает меня, поглаживает, жалеет... И засыпает, пока мы разговариваем...
А я так и не сомкну глаз.
В районе часа ночи получаю сообщение и тут же дёргаюсь, судорожно потянувшись к телефону на тумбочке.
«Василëк, что насчет свидания вслепую?».
«Что?» – спрашиваю в ответ, даже не задумавшись, а он отвечает.
«Родители... Свести их вслепую... Пусть поговорят...».
Смотрю на экран и ещё много раз прогоняю эту переписку в голове...
«Посмотрим. Не знаю. Когда и где?».
«Завтра скажу всё. Почему не спишь?».
«Я спала. Ты разбудил», – вру я нарочно, и получаю от него неожиданное...
«Увидимся завтра?».
И у меня язык прилипает к небу.
«В смысле? Ты каждый день планируешь кататься туда-сюда?».
«Я не уезжал. Но очень мило, что ты за меня переживаешь».
«Не мечтай. И я не знаю, будет ли время встретиться с тобой. Мне к свадьбе нужно готовиться».
Вот так просто. Напропалую. Пусть знает, что он здесь не номер один.
«Да ты не волнуйся, я не отниму много твоего времени. Могу помочь выбрать платье, надо?».
Ещё и издевается. Козлина… Нифига не изменился… Какой был. Разве что гардероб сменил. Тут вынуждена отдать должное.
«Нет, не надо. Я уже выбрала», – отправляю следом и мечтаю выбросить телефон в окно, но от него вдруг приходит очередной ответ…
«Отлично. Хочу увидеть тебя в нём. Желательно на коленях»…
