Текст книги "Демон Крови 2 (СИ)"

Автор книги: Карл Шпильман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

– Приветствую всех собравшихся! Сегодня у нас отличный повод для пира, к нам прибыли заморские торговцы! Мы отметим отличную сегодняшнюю сделку и закрепим все будущие. Я призываю всех провести этот пир как следует, – он посмотрел на приплывших торговцев. – Такого вы точно больше нигде не увидите, отдыхайте, ешьте, пейте, веселитесь!

Варвары радостно загомонили, видимо это знак того что можно приступать к трапезе. Свеборг приступил к трапезе первым из своих людей, команда, увидев, стала повторять, сначала неактивно, затем всё уверенней стала налегать на мясные блюда. Сам капитан пожёвывал жареное мясо с рёбрышка неизвестной дичи. Выбор из напитков был не богат всего два, первое это какое-то кислое вино, как он понял из объяснений варваров, его делают из дикой ягоды, растущей в лесах в период Светила, самого “тёплого” сезона. Ягода эта растёт близко к земле иногда даже укрытая лёгким снегом, она имеет чёрный цвет, когда созреет, а внутри бордовая. Название этой ягоды – клювника, потому что она словно проклёвывается из-под снега. Из неё и делают местный аналог вина, на вкус ужасная кислятина, даже если разбавить водой. Однако даже это было лучше, чем второй “напиток”. Который гонят из какого-то непонятно корня, демон знает чего ещё и эта смесь, обладающая желтоватым оттенком, настолько дерёт горло, что хочется самого себя прирезать кинжалом, чтобы не страдать. Естественно искривлённые рожи жителей соседнего материка вызвали приступы гомерического смеха варваров, от этого казалось, что здание не выдержит и завалиться, погребя под собой всех весельчаков.

Еда была специфичной и если обычные мясо ели без видимых проблем, то вот с внутренними органами были проблемы. В этих землях тяжело с едой и едят тут всё, от слова ВООБЩЕ ВСЁ! Желудки, кишки, мозги, сердца, печень, почки. Если сердца и печень жители континента ели нормально, то вот только от одного вида фаршированных потрохов и желудков команду корабля мутило прямо как в шторм. Вероятно, на это влиял и очень специфичный запах подаваемых блюд.

Но в целом всё шло относительно не плохо, примерно половину пиру, пока варвары буквально не нажрались своего пойла, и не стали петь хором невпопад свои собственные песни. И Свеборг серьёзно задумывался над тем, чтобы отрезать себе уши или утопиться в местном пойле до беспамятства.

Мы плывём по морям,

Нас берег серебряный ждёт!

Сирены направят нам корабли,

И ветер Удунга подгонит в пути!

И будем петь нашу песню,

Пока ветер дует в паруса!

Мы зов родной стужи услышим,

Жажду её утолим!

Мы кровью окропим топоры,

Заскрипят от ударов щиты!

Копья со свистом полетят,

Шкуры нам сталь заменят!

Мы плывём с набега,

С богатых земель.

И гружены сокровищами корабли,

Возвращаемся в дом родной.

И будем петь нашу песню,

Пока ветер дует в паруса!

Мы зов родной стужи услышим,

Жажду её утолим!

Нас родная земля услышит,

Снег снова окрашен в цвет зари!

Она холоднее льда,

Но будь добра к сынам своим!

Мы вернёмся домой,

К семьям своим!

И отпразднуем на пиру,

Что живыми вернулись!

И будем петь нашу песню,

Пока воет ветер!

Мы зов родной стужи услышим,

Жажду её утолим!

А вскоре вновь в набег поплывём!

Но вновь вернёмся,

К ждущим нас семьям!

Пусть родная земля сбережёт!

Пока будем в набеге…

Сложно сказать, что было дальше. Количество выпитого крепкого алкоголя зашкаливало, казалось, оно струится по венам вместо крови. Последнее что он точно помнит, так это то, что их обступили со всех сторон уже кажущиеся довольно симпатичными северянки.

Приход в себя ознаменовался чудовищной головной болью. И потоком проклятьями на свою собственную и чужие головы. Осмотр комнаты с замыленным взглядом дал понять, что он находиться в спальне. На этом информация заканчивалась, но место его пробуждения однозначно было не самым плохим. Он мог очнуться в стойбище скотины, под столом зала в котором пировали, или не открыть глаза вовсе. Последнее из-за ужасной головной боли казалось уже не самым плохим исходом.

В кровати он был один, но отсутствие одежды и измятые шкуры намекали на бурную ночь. Да отрывки воспоминаний на эту тему имелись. Держась за больную голову, капитан всё же смог поменять своё положение на сидячее. Рядом с кроватью стоял глиняный кувшин, пригубив его, капитан почувствовал солоноватый вкус напитка, но дать более точное его описание он затруднялся. И ещё примерно десять минут приходил в себя и одевался. Как догадывался Свеборг у остальной его команды ситуация не лучше.

Выйдя в коридор, он увидел множество дверей и предположил, что находиться в гостевом доме или аналоге местной таверны. В реалиях города и уклада жизни местного общества он разбирался с трудом. Пройдя по коридору, он вышел в небольшой зал со столами и лавками. За одни из них сидело четверо членов его команды. Которые при его появлении с виноватым видом понурили головы.

– Что-то случилось? – Сразу спросил он, видя такую странную реакцию.

– Капитан, у нас проблемы. – Начал один с именем Степан. – Мы не сможем уплыть.

От этого заявление Свеборг нахмурился. – Почему? Местные? – Кивнул он, намекая на проблемы с варварами.

– Нет. Море.

Продолжения не последовало. – Что “море”? – Не понял капитан, до сих пор туго соображающий.

– Лёд сковал скедию. А если вы выйдите наружу, то увидите, как на город обрушился буран.

Сил ругать не было. Для капитана корабля это означало одно:

– Значит, зима на этом континенте вступила в свои права в полной мере. Раньше срока. – Он припомнил пришествие дикарей в город. – И местные дикари об этом узнали и скрыли от опасности в этом городе. А мы застряли в этом злополучном месте, до конца сезона не сможем его покинуть. Пока не наступит следующий. – Свеборг покачал головой. – Будут Боги к нам милостивы, и мы доживём до этого момента. – Пусть на милость Богов он по понятным причинам на самом деле не рассчитывал. Внимательный осмотр лиц команды, точнее факт того что команда продолжает эти самые лица отводить, навёл капитана на мысль о том, что это не последние плохие новости. – Что-то ещё? – Спросил прямо капитан не став пытаться гадать.

– Мы не знаем, куда делся малец. – Тихо ответил Степан.

– Какой… – Начал было говорить капитан, ровно до того момента пока не сообразил о КОМ ему говорят. – Где этот ушлёпец!?

***

Глава 5 – (Явление ”Бога“)

***

Марья никогда не была простой девчонкой, ещё с детства у неё сложился очень сложный и иногда откровенно скверный характер, из-за которого она не сходилась со сверстниками. Как говорили подруги матери, это всё из-за того что у девочки нет отца. И отчасти с этим утверждением можно было согласиться. Отца она совсем не помнила, а мать ничего про него не рассказывала. Лишь однажды она услышала про его упоминание в контексте не то армии, не то отряда наёмников. Она не знала своего отца и ей его очень не хватало. А сейчас она рисковала потерять ещё и маму, последнего самого близкого человека для неё.

До Восковых холмов она добралась только к вечеру, и то, сократив путь напрямик через лес. Как на неё напали дикие звери, она до сих пор не понимала. В этих самых холмах оказалось спрятано старое святилище, предназначавшееся для какого-то духа или божества, но сейчас изменённое для нового Бога. Марья рассказала местному настоятелю, мужчине в балахоне, о случившемся в их селе Еловка. О том, как храмовники забрали её маму, и на всякий случай добавила, что забрали некоторых из приверженцев их Бога. Хотя на самом деле не могла быть в подобном уверена, но решила сказать, в надежде, что тогда ей точно помогут.

Настоятель был опечален подобным известием, но ничего сделать не мог. Количество верующих прихожан с окрестностей было совсем небольшим, не больше сотни, по его словам. И среди них не было ни профессиональных воинов, ни наёмных убийц. Тогда настоятель, видя упавшую на колени и рыдающую девочку, предложил единственное, что он знал и чем мог помочь в этой ситуации.

– Я не могу тебе помочь. – Честно сказал он. – Но есть силы способные помочь нуждающимся, если те будут просить искренне. Обратись к Истинному Богу Битв Атерону. Если ты будешь искренна и будет на то его милость, он услышит тебя. Я сам видел малую часть его силы, она не подходит землепашцам и ремесленникам, но она сможет послужить истинным воинам.

Марья посмотрела на него как на истязателя, что попросту насмехается над её проблемами. – Я прошу вас о помощи, а вы издеваетесь надомной! – Воскликнула она.

Голос настоятеля стал холоднее. – Бог Битв может услышать, если обращение к нему будет искренним, полным эмоций. Он Бог полей сражений и режущих друг другу глотки воинов. Вложи в свою молитву свои эмоции: ярость, гнев, ненависть, желание мести.

От изменений в голосе и словах, Марье стало неуютно. – Что я должна сказать? – Решила она узнать, ибо не хотела его гневить, а хуже стать уже не могло.

– “Атерон Бог Битв, Дикой Охоты и Кровавых Пиров, услышь молитву воина своего и карателя врагов твоих. Взываю к силе и мудрости твоей, прошу тебя о помощи в делах моих. Ибо взамен я окроплю землю кровью врагов твоих!” – Сказал проповедник. – Представь то, о чём ты просишь, вспомни, как паладины волокли твою мать. И пролей пару капель своей крови на этот алтарь. И если твои слова будут искренними, и ты готова отплатить за помощь, ОН услышит. – Говорил он и протянул нож.

Марья прняла оружие и покорно кивнула, закрыв глаза, она стала повторять слова и вспоминать свежие воспоминания, особенно лица паладинов, что она видела:

– Атерон Бог Битв, Дикой Охоты и Кровавых Пиров, услышь молитву воина своего и карателя врагов твоих. Взываю к силе и мудрости твоей, прошу тебя о помощи в делах моих. Ибо взамен я окроплю землю кровью врагов твоих! – И резанув ладонь ножом, окропила каменный постамент, который выполнял своё предназначение в качестве алтаря.

Рисунки и символы, вырезанные на камне, еле заметно засветились алым, перед глазами была тёмная пелена, яркая вспышка и девушка видит перед глазами помост с горящими людьми, и слова отдающие грохотом в разуме: – Город Онвер.

– Я услышала. – Неизвестно кому ответила Марья.

– Господин услышал. – Слегка покачался на ногах настоятель.

– У вас есть лошадь? – Сразу спросила Марья, уже думая как можно добраться до названого города.

– Прихожане приносят дары, и недавно привели лошадь, которая отработала уже своё. Её хотели ритуально зарезать, но раз на твою молитву откликнулись, я тебе помогу, чем смогу. Помимо лошади так же дам тебе с собой топор, охотничий лук и немного стрел. Ты же умеешь им пользоваться?

Девушка кивнула. – Да. Благодарю вас за помощь. – Искренне поблагодарила она.

Старая лошадь двигалась немного быстрее прогулочного шага, так как Марья боялась загнать животное до смерти, но идти пешком было ещё хуже. И она это понимала, от того и противное чувство медлительность и страх прийти слишком поздно играл с её разумом. Ведь она ещё тогда, когда пришла в обитель, отставала от конвоя, который должна вести группа храмовников. В город она смогла попасть только благодаря выданному настоятелем кожаному нагруднику, который был ей откровенно говоря великоват, и накидке с глубоким капюшоном, в котором она походила на наёмника. На невысокого, худого, но наёмника. Не видя лица спрятанного под тряпичной маской и обрезанными волосами, в ней сложно было увидеть девушку. А с одиночных наёмников на окраинах Королевства спроса меньше чем с торговцев или крестьян везущих товар. Лошадь ей пришлось оставить в конюшне за городской стеной, заплатив не малую по её меркам сумму за простой. Ведь посещать город на лошадях могли лишь определённых сословий, например – аристократы, торговцы, рыцари… но никак не мало примечательный одинокий наёмник, без репутации.

В этом городе она ни разу не была. Более того это был её первый настоящий город. Ей приходилось расспрашивать горожан, но ненавязчиво чтобы не вызвать подозрения, подслушивать болтовню горожан, торговцев и пьянчуг. Осматривать город на своих двоих, так как простолюдинам не допускалось скакать по городу на лошади, а вызывать к себе подозрения и отвечать на лишние вопросы она не хотела. Марья осмотрела издалека местный храм, выискивала казематы и прочее. Но когда она увидела на центральной площади перед ратушей строящийся деревянный помост, ей стало очень дурно. Она носилась по всему городу, заходила в храм, чудом проникла к казематам, место нахождения которых подслушала от какой-то местной воровской шайки, что пьянствовала в таверне для нищих.

Только всё было тщетно, что дальние части храма, что застенки тюремных камер, охранялись слишком пристально и хорошо. Множество стражников, патрулей, караулов. И всё же в глубине души она надеялась, что матери ничего не угрожает. Верила, что просто произошла ошибка, нелепая случайность. Но прочно решала присутствовать на центральной площади и в случае чего вырывать мать с боем.

На площади было поистине многолюдно, плотная толпа столпилась на центральной площади и улице, аки колосья пшеницы в поле. Казалось, что многие горожане, торговцы, ремесленники бросили свои дела, чтобы посмотреть на бесплатное зрелище на главной площади. Марья попросту не смогла протиснуться в первые ряды, за которые если бы не стража могла случиться настоящая драка. Но ей этого и не было нужно, она стояла с краю и внимательно наблюдала. У неё был лишь топорик для колки дров, охотничий лук и немного стрел. Не самое лучшее оружия для противостояния городской страже и опытным паладинам, но она была готова пользоваться всем, что попадёт под руку и точно не была намерена сдаваться.

Она настраивала себя на решительные действия, готовилась биться на смерть не за себя, а за единственного родного человека. Вот только как только она увидела конвой из десятка стражников, её сердце словно рухнуло куда-то вниз. А когда увидела знакомое лицо, истерзанное свежими ранами тело в рваных обносках, в которое превратилось её простое платье, в горле встал непреодолимый ком, а ногти впились в ладони до крови.

Марья стала судорожно соображать и думать, что же ей делать, как ей помочь матери и сбежать. Они взошли на помост и их стали вязать к стопкам с хворостом. А Марья прибывала в растерянности она хватала и сжимала рукоять топора, тянулась к луку и одёргивала себя в последний момент. Она видела морщинистое лицо гадкого старого храмовника, рассказывающего о грехах этих ничём не повинных людей, слышала одобрительный гул толпы идиотов, которые ещё не знают, что одним прекрасным днём могут стать такими же изгоями.

– …совершили они самый страшный грех… и осмелились предать Свет Бога нашего поддавшись искусительной Тьме… – Слышала она слова священника, пробивающиеся словно через толщу воды. – … так пусть они пройдут очищение Святым огнём, что выжжет из их душ скверну…

– Атерон… если слышишь, прошу твоего совета… – Еле слышно взмолилась она, на её душе был невыносимая боль и тяжесть, а по щекам стекали слёзы.

А когда хворост вспыхнул ей захотелось закричать, она открыла рот, но получился только тихий хрип.

– Ты можешь броситься её спасать и умрёшь вместе с ней. Или можешь запомнить тех, кто это сделал и отомстить. В тебе есть сила способная выжигать города, но ты ещё не готова к ней, она убьёт тебя. Я поставлю барьер, сильные эмоции разрушат эти оковы. Но позже, не сейчас. Выбор за тобой. – Послышался тихий шёпот в голове, пока сама Марья не могла и пошевелиться.

Девушка увидела, точнее ей показалось, что она увидела, как привязанная к столбу её мама еле заметно отрицательно кивает головой влево-вправо.

– Я выбрала. – Тихо шептала она.

Она запомнила, как выглядят те чудовища, что прячутся под личинами людей. И она была готова, избавить земли от этих монстров в белом. Под стихающие попытки вырваться или закричать от агонизирующей боли, но крепкие путы и отсутствие языка не позволяли горящим заживо достичь успеха хоть в своих потугах.

– Я отомщу. – Тем же шёпотом поклялась она и скрылась в толпе, которая стала расходиться, как только в воздух ударил запах палёной плоти.

***

Я сидел на сырой траве в своей любимой позе, с подогнутыми под себя ногами и закрытыми глазами. После появления верующих, необходимость погружаться во сны не отпала, и я всё с тем же удовольствием их посещал и менял под себя при необходимости. По идее я могу зайти в любой нужный мне сон, просто с битвами проще, а вот попасть в сон, какого-то конкретного смертного, предварительно не разглядев его ауру, я могу разве что с горой удачи и помощи Духа Везения не иначе. И это при условии отсутствия амулета защищающего разум, я об этом читал и уверен, что у богатых и влиятельных такой одет на шее или спрятан под подушкой.

Посещение снов всё ещё необходимость. Всё же те, кто сейчас в меня верят, не особо пускают кровь или бьются насмерть пред лицом врага. Именно поэтому я давал задачу для одного капитана добраться до северного континента, ведь как я рассчитываю исходя из косвенных сведений, там идёт постоянная борьба, как с другими разумными, так и с чудовищами. Хотя возможно сведенья совсем не точны и я в своих планах ошибаюсь, хотя не хотелось бы. Тем более по ощущениям созданный мной амулет призыва очень удалился от континента королевства и возможно добрался до места назначения. Только условие того что со мной даже не пытались заговорить меня печалит и привносит некоторые опасения. В отличие от людей королевства, что пытаются со мной связаться, но там я не отвечаю, разве что был любопытный прецедент связи с девушкой, у которой был немалый магический резерв, по меркам смертных конечно. Так что пришлось извращаться и аккуратно капать на её сознание нужными фразами и образами, дабы получить в распоряжение своего культа потенциального сильного мага Пламени. Удивительно что тот бывший разбойник до сих пор жив, всё же он был именно экспериментом в области создания культа…

– Атерон. – Из образов кровавой бойни и размышлений меня вырвал сонный голос. Всё же иметь многопоточное сознание крайне удобно. А ведь смертные как-то живут без него.

– Что-то случилось?

– Какого быть демоном? – Вот совсем не такого вопроса я ожидал от новосозданного камбионта. Или камбионтки? Ладно, мне без разницы. А на вопрос, пожалуй, отвечу.

– Хм… Для начала скажу что демоны и духи, или как смертные говорят ангелы. Это не совсем живые существа, нам скорее подойдёт определение энергетические или магические сущности. Из-за способа питания и существования в принципе. Духи питаются положительными эмоциями, а мы негативными аспектами. Хотя это грубое сравнение, ибо например, есть нейтральная и концентрированная энергия, которая так же идёт нам впрок. Само наше естество и бытие завязано на ней.

Я ненадолго замолчал, позволяя Вивьене обдумать услышанное. – Мне не нужно спать, есть, отдыхать в вашем понятии этих слов. То, что ты видишь перед собой лишь оболочка. У нас нет необходимости во внутренних органах, точнее они у нас есть, но их потеря не критична. Смерть нам не страшна, ибо мы сможем переродиться, да не всегда и бытие без оболочки крайне опасно, но всё же возможно. А вот развоплощение, для нас есть самое страшное. Думаю понятно почему. – Через пару мгновений продолжил.

– У меня необычный разум, позволяющий мне решать несколько задач одновременно, а в будущем я смогу распылять своё внимание ещё больше. Из-за того что я демон мне свойственна некоторая импульсивность в некоторых решениях, хотя я честно пытаюсь сначала думать, а уже потом делать. В отличие от духов, которым наоборот свойственна неторопливость в своих решениях. Сам видел, знаю, о чём говорю, пускай, возможны исключения, но от сути это не спасёт. Я могу взаимодействовать с энергиями ветров магии, что текут вокруг нас и влиять на ауры живых существ, способен чувствовать их эмоции. Хотя чаще мы просто влияем на реальность напрямую, изгибая её своей Волей.

Я вновь взял паузу. – Я ответил на твой вопрос?

– Да… – Смущённо отозвалась она, встряхнув голову.

– Аура у тебя не скрыта, я вижу все твои эмоции. Для камбионтов это нормально не иметь никаких защит, в отличие от демонов вам это не даётся с момента вашего появления. Но! – Назидательно поднял я когтистый указательный палец вверх. – Ты можешь показывать лишь одну эмоцию в ауре, тогда тебя никто не сможет “рассмотреть”. Подсказки и советы я тебе дам, тебе останется лишь выбрать одну конкретную эмоцию которую тебе будет легче всего держать. Даже во время боя, используя лишь своё подсознание для этого.

– Я так понимаю без этого в вашем обществе не выжить? – Задумчиво проговорила она.

– Верно. Хотя скажу что не в “вашем”, а уже в нашем. – Хмыкнул я, обратив её внимание на этот момент. – Сразу скажу, чтобы ты представляла ауру в виде дополнительного слоя на своём теле, например в виде латной броне, тебе так будет проще. А так же обрадую тебя, ибо обычным смертным для контроля состояния ауры нужны амулеты или крепкая сила воли с концентрацией. У тебя как у камбионта это будет даваться легче, если конечно будешь стараться.

– Я буду, я готова! – Заявила она, даже подпрыгнув со своего насиженного места. На что я оскалился и стал рассказывать ей о контроле эмоций, попутно посылая в разум мыслеобразы необходимой информации. Посылал маленькими объёмами, чтобы у неё случайно мозг не взорвался, а то было бы глупо и обидно…

***

– ГДЕ ОН?!!! – Сотрясал деревянные стены дикий вопль.

– Капитан, прошу вас, успокойтесь.

– Я спокоен! – Гневно отвечал капитан замёрзшего судна, шумно выдыхая воздух из ноздрей.

– Я отправил команду его найти. – На самом деле Родчин привирал, и команда просто сбежала от разгорячённого капитана, который в пылу ярости мог кого-то случайно зашибить.

– Как это возможно? – Успокоившись, уточнил Свеборг.

– Насколько я помню, Василий, как член команды корабля, так же присутствовал на пиру.

– И-и-и? – Протянул Свеборг, ибо даже не видел его на пиру в отличие от своего помощника.

– Могу лишь сказать, что до того момента как варвары затянули свои песни он точно был в зале. – На секунду Родчин запнулся, что уже было для него не свойственно, как про себя отметил капитан, уж своего помощника он отлично знает. – К нему пристала пара варваров.

– В смысле? – Вообще не понял капитан.

– Дело в том, что он совсем не пил, что, разумеется, для варваров как минимум странно, а как максимум оскорбление.

– Но он же ребёнок. – Капитан пытался вспомнить, сколько Василию лет, двенадцать или четырнадцать. – Даже если отрок, бурду варваров и мне тяжко было пить. Неужто они пытались напоить его? Или он оскорбил их и у нас ещё вскрылись проблемы с местными? Помимо проблем с кораблём.

– Нет. Дело не в этом… В общем как я слышал он с ними пил. И они посмеивались над тем, что он карлик.

Капитан окончательно перестал понимать, что происходит вокруг него. – Но он же отрок?

– Видимо варвары не подумали о возможности того что на их пиру может быть ребёнок.

Свеборг захотел стукнуть себя по голове, дабы весь этот сон закончился. Удар был чуткий, но поганый кошмар перед глазами не рассеивался, а он не просыпался в какой-нибудь таверне в компании продажной девки с ощущением ужасного похмелья во рту и голове.

– Капит… – Начал было Родчин, но был прерван.

Дверь распахнулась, и в неё влетело трое членов команды, таща с собой щуплое тельце, укутанное в шкуры. – Нашли капитан! Нашли! – И с этими словами кинули тело прямо на стол. Запах от него шёл такой, что можно было бы подумать о том, что тело давно умерло, выкинуто в помойную канаву, где провалялось неделю.

– Просыпайся выкидыш борова! Какую родовую канаву своего вида ты умудрился найти в этих снегах!

– Кхм, ну вообще капитан мы нашли его в свинарнике, а вы капитан как это поняли? – Спросил Станислав.

– Неважно! Воду тащите! – Гаркнул Свеборг и всех троих как ветром сдуло. – Боги за что мне это?! Чем я перед вами согрешил?

– Капитан хорошая ли идея поминать Богов сейчас? Сами знаете, чем это может закончиться.

– Плевать Родчин. Хуже уже быть не может. Пусть этот оболтус хоть жив, цел и почти здоров. Хотя над последним не уверен.

– Похмелье. – Пожал плечами помощник капитана. – Это же был его первый раз, тем более подобный. Уж не знаю, сколько варвары в него влили. Но тостов штуки три я точно слышал с их стороны, пусть я не уверен пил ли он больше одной.

– Ну да. Не думаю, что он успел, и смог бы сделать больше, чем найти своих сородичей. Что только тут делают свиньи? Я думал, местные исключительно охотятся.

– Не знаю, как они тут оказались. Вероятно, завезены давно и успели адоптироваться, ведь покрыты толстой щетиной. Лично видел, по товары разгружали и уносили. К тому же хряки жрут всё что дают и в целом живучи.

– Понял-понял. Не нуди. И так голова болит. – Капитан на секунду замолчал. – И это не от удара, а от общей ситуации!

– Как скажешь. – Кивнул помощник и в этот момент вернулись посыльные.

Только посыльные как-то не так поняли своего капитана и вывалили на спящего Василия горки снега, а не воды. Хотя эффект оказался удовлетворительным и сравнимым с холодной водой или раскалённой кочергой.

– А-А-а! Что? Кто? Кого?!

– ТИХО! – Рявкнул капитан. – Отвечай на мои вопросы, и может, даже пороть буду не сильно!

И начался расспрос. И по мере рассказа капитан почувствовал, что у него начинает дёргаться сначала правый глаз, а к концу оба глаза. Кожа покраснела, из ноздрей протяжно свистело, а руки сжимались в кулаки. К этому моменту вернулись все разосланные на поиски пропажи. Пусть подходили они не сначала рассказа, он всё равно оставлял на слушателях неизгладимое впечатление. И даже более спокойный и уравновешенный Родчин был готов рвать на своей голове последние волосы. Как мальца не удушили было для всех присутствующих решительно не ясно и единственное объяснение они нашли лишь в том, что в случае чего просто выдадут его местным.

– Так… – На удивление спокойно и тихо протянул капитан, удивив себя и напугав всех присутствующих. – Давай я повторю ещё раз основные моменты, а ты, если что поправишь. – И не дожидаясь ответа продолжил.

– Значит, ты говоришь, что варвары решили выпить с “коротким человеком с континента”, то есть с тобой. И если бы ты отказался тебя бы прямо на месте прибили, а после сожрали? Допустим, они были уже поддатые и сыпали угрозами по своей привычке. Сомневаюсь, что тебя бы съели, а убить тебя и я сейчас готов. Значит, вы выпили, окало десяти кружек, каждый? Я малость в этом сомневаюсь, но допустим просто ты не умеешь считать. Дальше варвары стали петь, а ты пытался подпевать, допустим. Помню этот хор, что пел невпопад. Далее ко всем стали подходить девы, в том числе и к тебе. – Тут Василий засмущался. – Ты можешь объяснить, почему их было три по твоим словам? Может всё же у тебя в глазах троилось от выпитого и от того же проблемы со счётом?

– Гургун и Датрот подозвали ещё. Они как я помню, кто-то вроде начальников стражи, поэтому их слушали и их прихоти выполняли.

– Даже пусть так, демоны с ними. Что было дальше?

– Ну…

– Я не про это! Ты им чего наговорил и чего наобещал?!

– Я сказал, что они очень красивые, и я хочу им что-нибудь подарить… – Бурчал Василий.

– Даже так! Подарил бы, что-то из товара вина или серебряных монет. У них же и такого нет! А ты что наговорил!? – Сорвался на крик Свеборг.

– Что все украшения мира ничто по сравнению со звёздами. – Так же тихо бурчал Василий, не отрывая взгляд от пола.

– Романтик чтоб тебя бесы развлекаться забрали! Поэт недоделанный! И что ты пошёл делать?

– За звёздами.

– Оставим что это невозможно. – Включился в словесную порку Родчин. – Но как ты додумался до того что свет с башни, это самая ближайшая звезда?

– Темно было, и жёлтый свет на ночном небе. Вот и пошёл к ближайшей в зоне видимости.

– И что там не было никакой стражи? Ты спокойно дошёл до стен и вошёл в башню?

– Нет. Стража была… Была занята пьянкой и обжорством. А я лишь взял ключи, что висели на кривом гвозде.

– А как они... – Начал было капитан, и сам себя одёрнул. – Конечно, вожди пируют и пьянствуют, значит и им можно. Всё равно ничего не узнают.

– Варвары. – Очень точно сказал кто-то из команды.

– Даже так. Ты вошёл внутрь, и вот что, нет ну вот что скажи, в твоей тупой башке тебе сказало сделать ЭТО!!! – Вновь под напором эмоций взорвался капитан.

– Я лишь попытался его снять. Я не думал, что он может начать пульсировать.

– Конечно! Тебе же думать нечем! Откуда у тебя возьмутся мысли о том, что светящийся кристалл, явный артефакт местных при взаимодействии с ним может как-то отреагировать!

– И что дальше? – Прервал тираду капитана, своим вопросом Родчин.

– Он поблестел искрами, пульсировал жёлтым светом, но взять его с собой я не смог и поэтому ушёл.

– И никто ничего не заметил? – Уточнил помощник капитана.

– Дверь за собой закрыл, а ключ вернул на место. Охрана была… занята… и не обратила на меня внимание.

– А мелкий тот ещё вор. – Сказал кто-то из команды. И тут же получил подзатыльник от стоящего рядом.

– И затем? – Спросил Родчин, пока капитан шумно вдыхал и выдыхал воздух.

– Пошёл в обратную сторону, но, наверное, не дошёл, не помню.

– Этак его нельзя без присмотра оставлять, а то он ещё казну этого города захочет обобрать. – Сказал кто-то из команды.

– Ага, и больше не наливать в компании варваров. – Вторил ему второй голос.

На этот раз прилетело два подзатыльника. А капитан тем временем массировал переносицу пытаясь понять глубину той ситуации, в которой они возможно оказались, благодаря стараниям одного конкретного индивида.

– Ну, хуже уже быть не может. – Сказал один из говорунов.

И именно в этот момент над городом пронёсся звук тревожного рога. А в комнате раздался звук подозрительно глухого для подзатыльника удара.

***

***

– Это наглость! Как можно этому мальчишке позволять подобное! – Бесновал Мастер Ловчих Багр. За счёт мастерства в деле охоты, ловушек и засад был очень уважаем в племени, и руководил группами ловчих.

– Другого выбора у нас не было. Шкур и костей ему оказалось мало. – Скрежета зубами отвечал Вождь Горгут.

– Даже камни предков его не устроили. Баб ему подавай. – Дополнил шаман.

– Да зачем они ему вообще нужны?! Ему не хватает тех, что есть в его городе? В этом городе тысячи жителей, найдутся девы, чтобы утолить его похотливые желания! А для нашего племени ужасная потеря! – Не мог успокоиться Багр, нервно расхаживая по яранге Вождя.

– Перестань ходить из стороны в сторону, раздражает! Я так же как ты негодую от этих требований и лично бы удавил эту мелкую землеройку. – Сравнение показалось достойным, ибо эти мерзкие грызуны способные выживать в этих холодах, были настоящим бичом для припасов, особенно когда их много, а при условии их плодовитости, лишь вопрос времени и невнимательности, смотрящих за припасами. – Но выбора я не вижу, тем более сейчас, когда на город обрушилась сила ледяных ветров. Или ты предлагаешь сейчас выйти туда?! – Под конец Вождь всё же сорвался на рык. Будь его воля он бы своими руками удушил мелкого гада, прикопал и припорошил снегом.