Текст книги "Грешник (СИ)"
Автор книги: Иван Булавин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Солдаты, особо не церемонясь, начали стаскивать тела в один из домов, показавшийся им наиболее подходящим. Когда все тела и даже фрагменты оказались внутри, они завалили вход хворостом и подожгли его. Эта деревня стояла на относительно сухом месте, поэтому дерево вспыхнуло почти моментально. Пришлось даже отойти подальше, спасаясь от жара и смрада горелого мяса.
– Что дальше? – снова спросил Гофман.
– Дальше идут поля, – объяснил Эванс, – то есть, не поля, конечно. То, что когда-то было полями. Большие участки ровной сухой земли. Они пока не заросли лесом. Дальше будет ещё деревня, что за ней, я не знаю, дальше не заходил, по крайней мере, в этих местах.
– Теперь зайдём, – твёрдо сказал Гофман, – то, что они попрятались, плохо. Помимо прочего, я хотел натаскать своих ребят. Они хорошо тренированы, но в настоящем бою с монстрами ещё не были.
И мы пошли вперёд по дороге. Справа и слева раскинулись бывшие поля. Кое-где даже сохранились куски заросшие пшеницей, видимо, зерно просыпалось и проросло самостоятельно. Вид во все стороны открывался отличный, внезапного нападения можно было не опасаться. Вот только меня начало терзать чувство тревоги. Непонятно откуда, но в руках появилась дрожь. Разум отказывался верить глазам, говорившим, что всё в порядке. Да и глаза, кстати, вели себя как-то странно. Временами случались мгновения, когда казалось, будто я вижу наш отряд со стороны. Я потряс головой, отгоняя видение.
И подобное переживал не только я. Один из магов, Петер, попросил остановиться. После этого он вышел вперёд и вытянул перед собой руку ладонью вверх. На ладони лежали несколько чёрных камней, размером с напёрсток. Вдруг они взлетели и стали кружить над его ладонью. Он сказал непонятное слово, и камни разлетелись в разные стороны. Маг обернулся и посмотрел на нас испуганным взглядом.
– Они вокруг нас, к оружию! – и сам крепко сжал посох двумя руками.
Схватились за оружие и мы, а враг, словно поняв, что обнаружен, перестал прятаться. Земля вокруг, заросшая травой и кустарником, начала вдруг вспухать кротовьими норами. Только кроты были великоваты. Отряхивая со своих гнилых морд землю, уже знакомые существа ринулись в атаку.
Не все, однако, прятались в земле. Чуть дальше начал развеиваться морок, который скрывал других монстров. Из-под полога невидимости показывались тёмные маги, каждый в компании нескольких упырей.
Вся эта немаленькая толпа ринулась на нас. Солдаты Гофмана действительно демонстрировали неплохую выучку. Заняв круговую оборону, они начали стрелять залпами, причём, не абы куда, а старательно разнося гнилые черепа тварей. Кости и коричневая слизь разлетались во все стороны, пачкая мантии колдунов. Похоже, от таких «подарков» магический щит не спасал.
Увы, плотность огня была недостаточна, а расстояние слишком мало, поэтому, уже через несколько секунд, стороны сошлись в рукопашной. Тут и мы нашли себе дело. Я, например, не стал стрелять из ружья, зато успел дважды выстрелить из арбалета, один раз удачно, а второй нет. Вурдалак, у которого моя стрела торчала из головы, продолжал идти вперёд.
Я отбросил ненужный уже арбалет, и выхватил меч. Справа ко мне прижался Сэм. Его лицо было серым от страха, но руки крепко сжимали древко рогатины.
– Упирай конец в землю, – подсказал я ему.
Никто из солдат не попытался сбежать, им было страшно, но паники не случилось. Хотя, справедливости ради, бежать было некуда, нас обложили со всех сторон. Отложив огнестрел, они взялись за оружие ближнего боя. После первых залпов ряды нападавших поредели, но и так соотношение численности было, примерно, три к одному.
И маги наши сказали своё слово. Оба они метнули себе под ноги по стеклянному шару, который, разбившись, разлетелся в стороны золотыми искрами.
– Магия заблокирована! – воскликнул Хорт, – ненадолго.
Ну, и прекрасно, нам много времени и не потребуется. Без магии куда веселее. Честная рубка. Но и противники наши теперь были куда умнее, да ещё и оружие в руках стало разнообразней. Не знаю, откуда что бралось, но мёртвые руки сжимали рукояти мечей, в толпе попадались круглые щиты, шлемы и панцири странной конструкции, вроде древнеримских. Всё это добро было ржавым, словно выкопанное из земли, но колоть и рубить могло вполне эффективно.
Волна воняющих тленом зомби с разбега врезалась в наш отряд. Раздались крики, пока, к счастью, боевые. Застучал металл об металл, полетели головы. Кинувшийся на меня упырь в броне едва не снёс мою голову. Сэм всё сделал правильно, вот только наконечник рогатины скользнул по пластинам панциря и ушёл в сторону. Он сделал выпад коротким мечом, я увернулся и, в свою очередь, рубанул по незакрытой руке. Всё-таки, меч мне достался отличный. Рука упала на землю. А когда он замахнулся во второй раз, снова сработал Сэм, на этот раз удачно. Наконечник теперь воткнулся в горло и остановил мертвеца на секунду. Больше мне было не нужно. Полусгнившая голова покатилась по земле, а я приобрёл больше пространства для манёвра.
Тёмные маги какое-то время стояли в растерянности, не зная, что предпринять. Один из них, потеряв надежду на заклинания, просто кинулся в бой. В руке его был длинный кинжал, которым он размахивал, пытаясь достать меня из-за спины мелкого мертвяка. Вот только защита из такого хлюпика оказалась совершенно неэффективной. Отшвырнув его ударом ноги, я, несильно замахнулся, и ударил мага мечом. Длина клинка оказалась решающим фактором. Он попытался парировать кинжалом, да только отсутствие гарды сыграло с ним злую шутку. Кинжал упал на землю вместе с пальцами. А сам маг отступил назад, с тупым видом разглядывая фонтанирующие кровью обрубки. Впрочем, простоял он так недолго. Один из солдат, выскочив из-за меня, взмахнул мачете и снёс ему голову.
Кольцо окружения было прорвано и вообще, успех был на нашей стороне. Маги, быстро сообразив, что их заклинания не работают, а в свалку лезть себе дороже, стали отходить, бросая мёртвую братию на произвол судьбы. Кое-что они, правда, сделать попытались. Шагах в десяти от нас четверо встали в круг, взявшись за руки, а пятый, стоя в центре этого круга, замахнулся рукой. В руке его в этот момент появилось нечто похожее на копьё, целиком состоящее из света. Но метнуть его им было не суждено. Кто-то из наших, я не видел, кто, удачно подкатил им под ноги гранату. Взрыв поставил крест на магии. Так нам казалось.
Однако, и наши маги были не всесильны. Блокировка оказалась ограничена по времени, а потому последний оставшийся в живых темный маг смог себя показать. На него как раз насел солдат с тесаком, но тут магическая сила вернулась, и он моментально выставил вперёд раскрытые ладони, с которых ударил поток ослепительного оранжевого пламени. Скорее всего, досталось бы нам всем, и неслабо. Маг в момент смертельной опасности вложил в это заклинание всю свою силу, а имел он её немало. Но бедолага солдат стоял слишком близко и принял весь удар на себя. Я видел, как раскалились докрасна кольца кольчуги на его спине, а рука с тесаком упала на землю, после чего и сам он сложился, как сдутый шарик. Дюжина выстрелов, прогремевших почти одновременно с разных сторон, отправила мага в преисподнюю, никакой щит не помог. Но солдата это уже не спасло. Беглый осмотр показал, что от его туловища остался только серый пепел, который высыпался из-под оплавленной кольчуги.
Пришло время считать потери. Из нашей команды живы были все. Солдаты потеряли троих убитыми, один умудрился неудачно подставить горло и получил удар копья, другому особо крупный вурдалак ударом лапы сломал шею, ну и третий принял на себя волну магического пламени. Раненых насчитывалось больше десятка. Их сейчас перевязывали.
Я присел на обочине и начал оттирать клинок пучком сырой травы. Хорт, оценив состояние сгоревшего солдата, покачал головой.
– Могу сказать точно, своей смертью он всех нас спас.
– Не сомневаюсь, – я вздохнул, – ваша магия не так уж сильна.
– Увы, здесь мы в догоняющем положении. Сейчас немного вырвались вперёд, научились блокировать их магию, а скоро они научатся эту блокировку обходить, вечная борьба меча и щита.
– Я не про это, точнее, не только про это. Вы сработали хорошо. И мы тоже. А результат?
– А какой результат тебе нужен, – спросил маг, присаживаясь рядом – посмотри, мы победили, они мертвы.
– С тех пор, как я сюда прибыл, мы непрерывно сражаемся с разнообразной нечистью. И здесь, на болотах, и на склонах гор, и за горами. Каждый раз мы их побеждаем, причём, заметь, с разгромным счётом. Вот только победу это не приближает. Почему?
– Сложно сказать, – маг замялся, подбирая нужные слова, – тьма успевает восполнить потери.
– Тьма абстрактная, или этот чёрный властелин? Вот сегодня он лишился без малого сотни слуг, его сила уменьшилась? Скажи.
– Можно сказать, что да, – неуверенно ответил маг, – без нужного ритуала он пока не получил собственную силу, его сила в его слугах, она даёт магам энергию заклинаний, она же поднимает мертвецов, она позволяет оборотням превращаться.
– А сам он, стало быть... – я задумался, – а он вообще материален?
– Да, конечно, не знаю, насколько он человекоподобен, возможно в зверином облике, возможно в виде огромного паука или змеи, но тело у него есть. Обряд был проведён, значит, он получил плоть. Теперь он куда эффективнее управляет своими слугами.
– То есть, если я правильно понял, где-то на острове есть место, где эта тварь во вполне осязаемом виде топчет землю, отдаёт приказы, принимает донесения?
– Не совсем так, – Хорт поморщился, – приказы и донесения, скорее всего, передаются невербально, но сам он существует.
– Раз у него есть тело, – я попытался рассуждать логически, – то это тело можно уничтожить?
– Я такую возможность допускаю, – немного подумав, сказал Хорт.
– И что за этим последует?
– Думаю, что ситуация вернётся к тому, что было десять лет назад.
– А что было десять лет назад?
– Маги и ведьмы были гораздо слабее, заклинания их не отличались разнообразием, нежить была крайне тупой и малоподвижной. Ну и о порталах, выходящих на ту сторону гор, им оставалось только мечтать.
– Это прекрасно, но полной победы ждать не приходится. Я правильно понял?
– Абсолютно, дух его останется здесь. И часть силы тоже.
– А уничтожение артефакта даст какой-то эффект?
– Артефакта?
– Ну, того самого кристалла, с помощью которого последний обряд должны были провести.
– Сказать по правде, не знаю. Да и уничтожить его – задача непростая.
– Понятно, – ответил я невесело и подумал, что нужно ещё с Гэндальфом, то есть Балтазаром поговорить.
Отряд тем временем собрался и руководство в лице Эванса, Гофмана, меня и двух магов, взялось решать, куда нам теперь идти дальше.
Не то, чтобы было много вариантов. Впереди дорога сужалась и превращалась в тропинку, которая петляла между двух болот. Это был не самый привлекательный путь, мало того, что кто-то может повторить печальную судьбу Льва, просто оступившись и упав в болото, так ещё придётся растянуться в колонну по одному, которая при внезапном нападении будет очень уязвима.
Второй вариант предполагал поворот налево. Там была вполне приличная дорога, кое-где даже виднелись попытки вымостить её диким камнем. Дорога эта плавно заворачивала к горам, проходя при этом через пару относительно крупных деревень, после чего выходила в предгорья, правда, не на нашем участке. Но это было совсем не страшно. Крюк в пару десятков километров был даже на пользу, была надежда зачистить ещё несколько отрядов тьмы, всё-таки за этим мы сюда и пришли.
Как бы то ни было, а больше мы никого не встретили. Более того, прекратилась и слежка за нами, маги это подтвердили. Зато на сырых участках дороги мы нашли множество следов. Большие группы людей (и нелюдей) прошли здесь чуть раньше в ту же сторону, что и мы. Все поневоле напряглись, оружие держали наготове, но неизвестный враг, видимо, был уже далеко. Когда дорога вышла к горам, начало темнеть.
Отряд начал подъём, двигаясь под углом к линии гор, чтобы попасть к своей заставе. В сумерках с трудом различили впереди тусклые синеватые огоньки. Шедший впереди Петер остановился, как вкопанный.
– Что там? – удивлённо спросил Эванс.
– Враги, – задумчиво пробормотал маг, – их много.
– Много – это сколько? – не понял я.
– Сотни, возможно, тысячи, – упавшим голосом ответил он.
Мне, признаться честно, от таких слов откровенно поплохело. Пока мы шарили по болотам, нечисть, оставив небольшой заслон, отправила весь личный состав ада под стены крепости и сейчас в битве схлестнутся пушки и магия, штыки и когти, а мы находимся здесь и вряд ли сможем на это всё повлиять. Разве что, получится в решающий момент ударить противнику в спину, но, надо полагать, нам это дорого обойдётся.
Но и стоять на месте смысла не было. Я и Петер вдвоём выдвинулись на разведку, пока ещё хоть что-то было видно. Перебравшись через небольшой холм, мы упали в траву и дальше продвигались ползком. Как молодой маг умудрялся ползать в своём балахоне, я не знаю, но от меня не отставал. Долго ползти не пришлось, скоро мы едва носом не упёрлись в боевые порядки противника. Крепость окружена. На приличном удалении от стен стояли ровные прямоугольники пехоты. Все были вооружены, правда, в основном заостренными кольями. В передних рядах стояли мёртвые воины в доспехах. Чуть дольше в сторону крепости стояли группы боевых магов и ведьм, которые деловито оглядывали крепостные стены. А в проходах между отрядами носились группы оборотней, явно страдающих от безделья и торопящихся в бой. Всего здесь было, пожалуй, три тысячи, но, с учетом того, что видно нам далеко не всех, могло быть и пять тысяч.
Ну, и? – спросил я у мага, который так же, как и я, безотрывно таращился на вражеские полчища, – есть какие-нибудь мысли? Или пойдём на прорыв?
– Есть один способ, – задумчиво ответил он, – раньше такого никто не делал, но должно сработать. Хотя бы поначалу.
Глава восьмая
План мага отличался детской простотой и огромным риском. Он владел заклинанием отвода глаз. Но были тут и некоторые сложности. Во-первых, он не знал, сможет ли прикрыть такую толпу людей, во-вторых, количество отводимых глаз тоже было весьма велико, что также осложняло процесс, в третьих, он не мог дать гарантию, что маги противника не применят контрзаклинания, которое сведёт на нет все его усилия.
Короче, никаких гарантий он дать не мог, а другого выхода всё равно не было. Прорываться силой выйдет себе дороже, разве что пара-тройка самых быстроногих бойцов добежит до стены, пока остальные рубятся. И то не добежит, оборотни догонят. В итоге, за неимением лучшего, предложение мага приняли единогласно. Начали приготовления.
Маг хлебнул из тёмного пузырька какой-то жидкости, отчего его глаза засветились необычным фиолетовым светом. Потом, открыв небольшую коробочку, он посыпал на одежду каждому из нас по щепотке золотистого порошка, а на лоб большим пальцем мазнул каплю непонятной прозрачной мази с резким запахом. На этом все приготовления закончились, и маги начали бормотать свои заклинания. Слов было не разобрать, но видно было, что они действовали, обоих магов постепенно охватывало фиолетовое свечение. Наконец, они сочли, что всё готово и велели нам построиться в компактную колонну. Построились мы в колонну по три, так имелась возможность пройти между вражескими подразделениями. Петер, хлопнув в ладоши, встал во главе колонны. Хорт пристроился замыкающим. Над отрядом раскинулся овальный купол из фиолетового тумана.
– Пошли, – напряжённо выдохнул Петер, словно на плечи ему нагрузили тяжести. – Старайтесь по возможности не шуметь.
Мы старались, по мере приближения к строю мертвецов многие даже дыхание задержали, да и в кованых сапогах умудрялись идти по камню почти бесшумно. Вот они уже совсем рядом, в нос уже ударил запах разложения, отчётливо видно, как у стоящего с краю вурдалака в ухе копошатся черви, а рядом с ним мертвяк прилаживает на место челюсть, которая не хочет держаться оттого, что щёки сгнили. Пару недель назад, глядя на такое, я бы блевал фонтаном, несмотря на крепкие нервы. А теперь почти ничего не ощущаю. Петер аккуратно, подрагивая, то ли от волнения, то ли от усталости, прошёл между рядами мёртвых. За ним потянулись остальные, стараясь не зацепить плечами полуразложившихся врагов.
Надо сказать, заклинание действовало, нас никто не видел и не слышал. Но был один момент, который маги, очевидно, забыли обдумать. Оборотни, большинство из которых оставались в полузверином обличии, обоняние, тем не менее, имели звериное, а потому, уже после того, как мы прошли через строй пехоты, курсирующие туда-сюда твари стали проявлять беспокойство. Один из самых крупных, наверное, вожак, встал на задние лапы и стал обнюхивать воздух. В воздухе, правда, и без нас смердело отлично, но волчий нюх на то и волчий, чтобы вычленить из кучи запахов нужный и определить его, как запах врага.
Ситуация наша резко осложнилась, вокруг вожака стали собираться другие звери, сообща пытаясь определить, где находится враг. Надо полагать, они стали заложниками человеческих чувств. Волки, настоящие волки, давно бы уже кинулись на нас, ориентируясь исключительно на запах, но эти звери сейчас были отчасти людьми, а потому их нюх, говорящий, что мы здесь, вступал в противоречие со зрением, говорившим, что запах исходит от пустого места.
А пройденное расстояние понемногу увеличивалось, стены крепости всё ближе. Видно было, что многие солдаты с трудом сдерживают себя, чтобы не побежать. Спокойнее, ребята, чем дальше мы уйдём под пологом, тем больше будет выживших. А маг, шедший впереди, определённо выдохся. Шаги его стали реже, он слегка пошатывался. Когда силы его покинут, он не сможет не только бежать, но даже и просто идти, в отличие от остальных. Я тронул за плечо Курта и показал на едва живого мага. Тот с пониманием кивнул.
Оставалось пройти метров сто пятьдесят, когда Петер упал. Не споткнулся, а просто потерял сознание, фиолетовый полог замигал и через несколько секунд погас. Позади раздался вой.
– Бегом!!! – скомандовал Гофман. Весь отряд кинулся в сторону крепости.
Побежали и мы, при этом Курт подхватил и понёс на плече Петера, а Эванс поддерживал его коллегу, который тоже едва стоял на ногах. Соревноваться в беге с волками – занятие неблагодарное, но и у нас были свои козыри. Те из солдат, что были вооружены винтовками, по команде развернулись и дали залп. Надо полагать, винтовки их были заранее заряжены серебром, мельком оглянувшись, я увидел, как звери, бежавшие впереди, падают замертво. Остальных это, понятно, не остановило, но нам стало немного легче. Глядишь, справимся, пусть даже с потерями.
До рубки, к счастью, не дошло. Часовые на стене наше появление заметили, как и погоню, что двигалась позади. Разом ухнули все четыре древних пушки, картечь хлестнула по камням, а торжествующий рёв сменился полным боли воем, визгом и хрипами. Вряд ли пушку зарядили серебром, слишком накладно, но и железной картечи тварям хватило. Пусть даже тела оборотней быстро регенерируют, но с оторванной головой это сделать трудно.
Погони больше не было. Ворота крепости отворились, и весь отряд с облегчением нырнул под защиту каменных стен. Тут же народ стал расходиться. Гофман отправился на доклад к коменданту, раненые потянулись в лазарет, Эванс в двух словах доложил Балтазару о несчастном случае, в результате которого мы потеряли Льва. Потерявших сознание магов тоже куда-то унесли.
Тут мне под ноги подвернулся Сэм. Надо же, выжил в рубке, вынес проход между мертвецами, да и до крепости добежать ему сил хватило. Молодец, однако. Парень при этом виновато на меня посмотрел.
– Прости меня, Виктор, но я потерял копьё.
– Да наплевать мне на копьё! – я усмехнулся, – копий у нас много, а людей мало. То, что ты жив остался, прекрасно, а копьё... Будем считать, что ты его воткнул в монстра и оно в нём застряло. Завтра возьмёшь на складе новое.
Парень обрадовался и побежал в казарму. Следом отправился и я. Там нас встречал Эрни. Был он по-прежнему очень слаб, также ходил, опираясь на трость, но взгляд его был живым. Ну и сходства с Биллом поубавилось, на лице его появились два рваных шрама на левой щеке и подбородке. А Билл в том же бою получил ещё один над правой бровью. Как бы ни был слаб Эрни, а друзей он ждал, даже ужин принёс, который, правда, к нашему возвращению благополучно застыл. Но, благодаря тому, что мы весь день провели без еды, да ещё бутылочке спирта, холодный ужин показался нам восхитительным.
Спирт, однако, никакого действия не оказал. Так всегда бывает, когда у тебя есть неоконченное дело, за которое сильно переживаешь. Ослабив ремень, чтобы было легче дышать после обильной еды, я выбрался на свежий воздух. Здесь, присев на лавку и закурив, я задумался. Армия монстров не на парад сюда прибыла, будет штурм, возможно, прямо сейчас. Что им нужно, поймёт любой, книга и камень. А что делать нам? Побыстрее от них избавиться, не надеясь, что стены крепости выдержат штурм. Знает об этом Балтазар? А другие архонты? А если знают, то почему ничего не делают?
– Хочешь сходить в штаб? – за спиной раздался голос Эванса.
– А есть смысл? Они, кажется, сами всё уже решили. – Затянувшись в последний раз, я перебросил окурок через забор.
– Там, под стенами, стоит несколько тысяч причин, чтобы поменять решение. Играть в хитрые игры перед лицом смерти – не самая лучшая затея. Можно попробовать им это объяснить.
– Пойдём, попробуем, – я встал с лавки и потянулся, – нужно ведь что-то делать.
В штаб нас пустили без вопросов, за столом сидел прежний состав: комендант, Гофман, Балтазар, вице-президент.
– Что у вас? – спросил негромко Балтазар.
– То же, что и раньше, – ответил Эванс, – нужно уничтожить артефакт и книгу. Крепость штурма не выдержит. Врагов слишком много и, если я не ошибаюсь, они продолжают подтягивать резервы.
– Я знаю, Эванс, не нужно считать нас дураками. Книгу мы уже уничтожили, она вынесла многое, но вот в азотной кислоте всё же растворилась. Мы расшифровали её, и основной текст, и тот, что был для его прикрытия. С артефактом сложнее. Он не поддаётся кузнечному молоту, его не берёт кислота, он выдерживает температуру горна, выбросить в море или закопать, – не выход. Главный демон всё равно его отыщет.
– Знаешь, Гэндальф, – я намеренно назвал его этим прозвищем, – эта наша беседа сильно напоминает страницы одной интересной книги.
– Не понял?
– Зато я понял, – вмешался Эванс, – это та книга, откуда мы взяли твоё прозвище, там тоже был артефакт, за которым охотилось зло, и который никак не могли уничтожить.
– И? – с интересом поднял брови Балтазар, – как поступил тот маг? Как он вышел из положения?
– Вулкан! – хором ответили мы, – температура в жерле явно выше температуры в горне, а даже если не расплавится, то добыть его будет не так легко.
– Это мысль, – поддержал нас вице-президент, – только как это осуществить? Ведь камень нужно бросить прямо в жерло, так, чтобы он утонул в лаве, а не лежал на уступе.
– Насколько точно стреляют пушки? – спросил я у коменданта, – есть возможность попасть в жерло при стрельбе навесом.
Он покачал головой.
– Они стреляют точно на близких дистанциях. А ближайшая позиция, с которой можно выстрелить в вулкан, даст разброс в сто шагов в любую сторону. Нужно быть точнее, это слишком большой риск, а второй попытки у нас не будет.
– А летать никто из нас не умеет, – грустно подвёл итог Балтазар.
– Я бы не был столь категоричен, друг мой, – отозвался Фукс, – некоторые технологии, которые мы получали с контрабандой, получилось воплотить в жизнь. Например, воздухоплавание. Несколько воздушных шаров уже изготовлено и даже опробовано в деле.
– Где ближайший?! – я даже подскочил на кресле.
– По ту сторону гор, прямо на выходе, там же оборудование для накачки, если сейчас связаться по телеграфу, доставят за пару часов.
– Отлично!
Запуск назначили на утро, до этого времени крепость продержится. Лететь собирался я, не представляю, как это будет выглядеть, не представляю, какие условия над жерлом, и выдержит ли их шар, не представляю, как этим шаром управлять, как он вообще совершает горизонтальный полёт. Впрочем, как я понял, кроме нас, воздухоплавателей на острове не было вовсе.
В эту ночь я не спал, не помогали ни усталость, ни алкоголь, ни здравый смысл, говоривший о том, что день завтра будет тяжёлым. Только под утро, перед рассветом, я, наконец, заснул, чтобы сразу услышать, как меня будят.
Оделся я в форму, броню надевать не стал, лишний вес точно ни к чему, а вот разгрузку, нож и ружьё взял, мало ли, куда нас ветер занесёт. Когда вышел во двор, все приготовления уже были завершены, а специалисты приступали непосредственно к накачиванию шара. Сам шар сейчас представлял собой лежащую под пеньковой сеткой бесформенную кучу из непонятного материала, напоминающего кожу, или промасленную ткань, накачивать его газом предполагалось с помощью огромного керамического сосуда, надо полагать, для кислоты. Ага, гелий тут ещё не открыли, а если и открыли, то получать в промышленных объёмах не научились. Стало быть, водород, а он, при всех его преимуществах, горючий, и воспламеняется очень легко, а значит, будет дополнительный фактор риска. Летим-то над вулканом.
Рабочие быстро нагружали лопатами в специальную решётку железную стружку, сейчас закроют, с помощью рычага опустят решётку в кислоту и пойдёт реакция. Некоторое время было слышно только шипение и бульканье, потом куча материала стала приподниматься, через некоторое время, с помощью системы клапанов, подключили второй сосуд, затем третий. В итоге, нашим глазам предстал красавец шар, который на самом деле был совсем не шар, а вполне себе дирижабль. Форма его напоминала мяч для регби. Гондола была закреплена на коротких канатах, внутри стоял аппарат, похожий на тот, которым накачивали шар, только значительно меньше это для того, чтобы подняться повыше, а ещё туда спускалась верёвка, позволяющая при необходимости открыть клапан и стравить газ понемногу для постепенного снижения. Также имелось нечто похожее на руль, вроде того, что был на старинных парусниках, этакое широкое весло, торчащее сзади. В полезности подобного «руля» я лично сильно сомневался, но, раз поставили, значит, зачем-то нужен.
Привязанная гондола зависла в метре над землёй, рядом поставили небольшую стремянку, по которой я благополучно забрался внутрь, следом, к моему удивлению, забрался Балтазар, заявивший, что летит со мной. Ну и ладно, хочет человек разбиться, так его воля, тем более, что старый, своё пожил. Следом в гондолу заглянул Курт, но залезать, к счастью, не стал. Он протянул мне рюкзак с какими-то тряпками, кожаный мех с водой и свой мега-арбалет.
– Ты сильный, сможешь его натянуть, – сказал Курт в обычной своей манере.
– Не понял, – честно ответил я.
– Всё правильно, – объяснил старик, – неизвестно, насколько близко мы подлетим к кратеру, а арбалет позволит тебе бросить камень хоть немного дальше.
– Сделай это, – сказал напоследок Курт и спрыгнул с лестницы.
Я помахал собравшимся, особо выделив своих товарищей, а внизу кто-то отвязал канат. Чудо технической мысли девятнадцатого века начало плавно подниматься вверх. Скорость набора высоты была небольшой, что-то около полуметра в секунду.
– Ветер попутный, – прокомментировал старик, – у нас примерно два часа, потом окажемся на месте и попытаемся им управлять.
– А что в мешке? – спросил я.
– Войлочные халаты, повязки на лицо и очки. Это должно спасти нас от жара и ядовитых газов.
– А как отреагирует на жару сам шар? Не разойдётся ли по швам, не лопнет, не загорится ли водород?
– Если это случится, то случится непосредственно над кратером, и мы просто упадём вниз. Вместе с камнем. Тогда наша миссия будет выполнена, пусть и ценой двух наших жизней.
– Прекрасно.
– Относись к этому философски, вы ведь любите подчёркивать, что уже мертвы. Так чего бояться? Тем более, что смерть в кратере будет мгновенной. Даже ничего не почувствуем, просто обратимся в пепел.
– Спасибо, успокоил, – буркнул я и сел на мешок с одеждой.
Два часа пролетели незаметно, я, кажется, даже задремал, догнала-таки бессонная ночь. Стало заметно теплее, а воздух щипал ноздри ядовитыми испарениями. До вулкана, который было плохо видно в облаках дыма, было ещё километра три.
Балтазар сидел рядом и о чём-то сосредоточенно думал. Думал и я, как это просто, выхватить нож и загнать ему под кадык. Секундное дело. Старый ведь даже не почувствует ничего, камень у него в сумке на поясе, как я понял, его местные кулибины вмонтировали вместо наконечника в арбалетный болт. А потом развернуть эту махину и лететь обратно, постепенно снижаясь к болотам, там меня уже ждут, туда нужно отнести камень. Нужно только убрать последнее препятствие в виде беспомощного старика.
Тут моя рука, уже потянувшаяся за ножом, изменила траекторию и от души влепила пощёчину своему хозяину. Вот это меня вштырило! Это кто же ко мне в голову забрался? Ошалелыми глазами я посмотрел на старика.
– Справился? Отлично. Я, собственно, за этим и полетел с тобой, – Балтазар откинул край мантии, под которым держал направленный на меня револьвер. – Ты не сам вызвался лететь, то есть, я верю, что летать ты любишь, но именно сюда тебя позвала та часть тебя, что заключена в этом камне. Через неё тёмный мир воздействует на тебя. Но ты казался сильнее. Как знать, возможно, часть тебя умрёт вместе с камнем, но она может и освободиться.
– Хватит! – я отмахнулся, – всё уже прошло, не грузи меня, старый!
Настроение было отвратительным, кому такое понравится? Сам чуть было не стал как тот солдат, которого мы ловили. Но не стал. Уже хорошо.
А вулкан приближался, из кратера валил белый дым, столб которого поднимался, как минимум, в ближний космос. Высота была... да чёрт её знает, какая. Я так не умею определять. В армии прыгал с парашютом, так там было двести метров. А здесь? Раз в десять больше, стало быть, два километра, и продолжаем подниматься. Нехорошо.
– Открываем клапан, – сказал я, кашляя от дыма, – нужно спуститься пониже. Не надо на меня так подозрительно смотреть. Я – это я. Просто с такой высоты не попаду, даже из арбалета.
Старик кивнул и дёрнул за шнур. Наверху едва слышно раздалось шипение, часть газа вышло наружу, шар стал тяжелее и начал медленно спускаться вниз. Летел он почти прямо на столб дыма, поэтому корректировать курс не пришлось. Дышать стало уже определённо нечем, а глаза от слёз ничего не видели. Мы надели халаты с капюшоном, на лицах завязали примитивные повязки-респираторы, а на глаза натянули очки-консервы. Стало немного легче. Вернулась возможность видеть, а вдыхаемый воздух уже не разъедал лёгкие, ткань повязок была пропитана какой-то химией, она, возможно, задерживает сернистый газ, так что умрём мы от отравления банальной углекислотой. Изолирующие противогазы ещё не придумали. Сознание начинало мутнеть, я чувствовал, что жар сейчас доведёт меня до обморока.
