Текст книги "Тринадцатый билет (СИ)"
Автор книги: Ирис Харди
Жанр:
Любовное фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)
Глава 11
Винсент пребывал в смятении. Это было настолько непривычное состояние, что он даже не сразу сумел определить его причину. Выпускной экзамен остался позади, впереди открывались самые блестящие перспективы, а он вместо того, чтобы наслаждаться заслуженным покоем, уже который час не мог сосредоточиться ни на одной мысли.
И всё из-за какой-то девушки, которая управляла маленьким кафе, спорила с ним по любому поводу и совершенно не умела следить за исправностью собственного замка.
Винсент раздражённо дёрнул плечами. Нет, дело было вовсе не в Мэгги. Просто он привык к определённому порядку вещей, а последние дни этот порядок настойчиво нарушался. Сначала розовое желе, потом толпа поклонников, затем запертая дверь и едва не сорванный экзамен. И во всех происшествиях так или иначе участвовал Харт. Но почему же тогда Винсент вспоминал не выходки друга, а улыбку хозяйки "Ароматной булочки"?
В такие минуты смятения Винсент обычно отправлялся в музыкальный зал академии. Там, в пустующем после занятий помещении, можно было сесть за рояль, положить пальцы на клавиши и позволить музыке расставить мысли по местам.
Винсент развернулся и пошел назад в академию.
*
Харт понял, что дело плохо, ещё до того, как встретил друга после экзамена. Винсент был слишком тих. Он просто смотрел куда-то мимо Харта с таким выражением, словно решал сложную задачу, ответ на которую ему категорически не нравился.
Купидон знал этот взгляд. Когда Винсент впадал в подобное состояние, лучше было не лезть к нему с разговорами.
Харт решил воспользоваться моментом. Ему оставалось совсем немного времени. Задание всё ещё не было выполнено, а после истории с дверью Винсент наверняка запретил бы ему приближаться к Мэгги с любыми артефактами. Возможно, запретил бы даже произносить её имя. Следовательно, действовать следовало немедленно.
Через полчаса купидон уже стоял в «Ароматной булочке», держа в руках одну красную розу и лист плотной бумаги.
Мэгги как раз вытирала стойку. Увидев посетителя, она настороженно прищурилась.
– Если вы пришли проверять мой замок, то он работает.
– Какое недоверие! – Харт прижал свободную руку к груди. – Неужели я произвожу впечатление человека, который способен намеренно испортить чужую дверь?
Мэгги молча посмотрела на него.
– Хорошо, – вздохнул купидон. – Не отвечай. Я пришёл по приятному делу.
– По какому?
Харт положил на стойку розу и записку.
– Винсент приглашает тебя на свидание.
Мэгги замерла с полотенцем в руке.
– Что?
– Свидание. Романтическая встреча двух людей, которым интересно провести время вместе. Обычно сопровождается прогулкой, ужином и прочими приятными мелочами.
Мэгги посмотрела на розу, затем на записку.
– Но почему он сам не пришёл?
Харт заранее подготовил ответ.
– Он занят. И, если честно, немного смущается.
– Винсент смущается? Мы говорим об одном и том же Винсенте?
– Да-да, тот самый Винсент, который смотрит на людей так, словно оценивает их пригодность к существованию. У каждого есть свои слабости.
Мэгги недоверчиво улыбнулась.
– Вы точно ничего не перепутали?
– Мэгги, я могу быть легкомысленным, импульсивным и временами склонным к сомнительным экспериментам, но чужие романтические приглашения передаю с безупречной точностью.
Это было настолько наглое заявление, что Мэгги невольно рассмеялась и развернула записку.
Почерк был старательно скопирован с одного из старых конспектов Винсента, которые Харт когда-то позаимствовал без спроса. Буквы получились строгими, аккуратными и почти безупречными.
«Мэгги, буду рад увидеть вас сегодня в музыкальном зале академии. Приходите, пожалуйста. Винсент».
Мэгги перечитала записку дважды.
– В музыкальном зале? – недоверчиво спросила она.
– Он решил проявить творческую сторону своей натуры, – объяснил Харт. – У него там рояль. Музыка, приглушённый свет, прекрасная акустика.
– И как я туда попаду?
Харт торжественно указал на дверь.
– Выйдешь из кафе, повернёшь направо, а потом спросишь дорогу у любого студента. Академия большая, но музыкальный зал найти несложно.
Мэгги взяла розу.
– Хорошо. Я пойду.
Харт чуть не подпрыгнул от радости.
– Прекрасно! То есть… замечательно. Я уверен, Винсент будет очень рад.
Затем тихо добавил:
– Если, конечно, не убьёт меня первым.
Глава 12
Музыкальный зал академии оказался именно таким, каким Мэгги его себе представляла.
Тяжёлые портьеры обрамляли сцену, вдоль стен стояли ряды обитых бархатом кресел. В глубине зала, на небольшом возвышении, находился чёрный рояль с отполированной крышкой. Музыка уже звучала.
Мэгги осторожно вошла в зал и остановилась на пороге.
Она не сразу поняла, что именно заставило её замереть. В мелодии не было ничего нарочито торжественного, никакой демонстративной виртуозности. Она была спокойной, глубокой и немного печальной, словно рассказывала историю, которую исполнитель не собирался доверять никому словами.
Винсент сидел за роялем, слегка склонив голову. Его пальцы легко двигались по клавишам, а лицо, обычно такое непроницаемое, казалось удивительно мягким.
Мэгги никогда не слышала, чтобы кто-нибудь играл так красиво. В кафе постоянно звучала музыка, но это были привычные мелодии, создававшие фон для разговоров и звона чашек. Здесь же музыка заполняла всё пространство, не оставляя места посторонним мыслям.
Когда последняя нота растаяла под высоким потолком, Мэгги невольно вздохнула.
Винсент поднял голову. Увидев её, он слегка нахмурился, а затем удивлённо посмотрел на розу.
– Госпожа «Ароматная булочка»? – произнёс он. – Не ожидал вас здесь увидеть.
Мэгги удивилась.
– Вообще-то я пришла по вашему приглашению.
Винсент отодвинулся от рояля.
– По моему приглашению?
– Да. Вы написали записку, передали мне розу и попросили прийти сюда.
Несколько секунд он молчал.
– Я ничего подобного не делал.
Мэгги смотрела на него, не веря собственным ушам.
– Но записка…
– Я сегодня сдавал экзамен. После него отправился домой, а потом пришёл сюда. Никаких записок я не писал.
Винсент, заметив, как изменилось её лицо, почувствовал неприятное беспокойство.
– Возможно, кто-то из ваших поклонников решил пошутить, – предположил он. – Или воспользоваться моим именем. В последнее время вокруг вас, кажется, достаточно желающих обратить на себя внимание.
Мэгги побледнела от возмущения.
– То есть вы думаете, что я пришла сюда по записке какого-то идиота, решила, будто её написали вы, и теперь стою перед вами с розой, как последняя…
Она не закончила фразу.
– Я не это имел в виду.
– А что вы имели в виду?
Винсент открыл рот, но ответа не нашёл.
Ему вдруг стало ясно, что Мэгги действительно верила в приглашение. Она пришла сюда не для того, чтобы посмеяться над ним или устроить очередную перепалку. Она пришла на свидание. И теперь он своими словами поставил её в нелепое положение.
– Я лишь хотел сказать, что записка могла быть подделкой, – произнёс он наконец.
– Знаете что? Забудьте, – она швырнула цветок на пол и направилась к выходу.
Винсент смотрел ей вслед, всё ещё пытаясь подобрать слова. Он мог остановить её. Мог объяснить, что не считает её смешной или глупой. Мог хотя бы извиниться за неудачную формулировку, но привычка держать себя в руках оказалась сильнее.
За портьерой, в дальнем углу зала, Харт наблюдал за происходящим с выражением человека, который только что собственными руками выкопал себе могилу, но всё ещё надеялся, что её займёт кто-нибудь другой.
Он видел всё. Видел, как Мэгги слушала музыку, как у неё светились глаза, как Винсент заметил её и заговорил. И видел, как всё пошло наперекосяк в тот самый момент, когда следовало сказать всего несколько правильных слов.
Мэгги направилась к выходу.
– Нет, нет, нет… – Харт вцепился в ткань портьеры. – Только не это. Я же всё сделал правильно! Почти. Ну, кроме того, что не предупредил Винсента, не спросил его разрешения и подделал его почерк. Но разве это имеет значение, если в результате они могли бы…
Мэгги распахнула дверь.
Харт понял, что его последняя авантюра провалилась. Причём провалилась с таким размахом, что теперь ему грозило сразу два наказания: одно от Винсента, другое от Мэгги. И если драконьего лорда он хотя бы знал, то на что способна разгневанная хозяйка кафе, он предпочитал не выяснять.
Купидон бесшумно выскользнул из-за портьеры, пригнулся и на цыпочках направился к боковому выходу.
– Прости, Винсент, – шепнул он на прощание. – Я пытался.
И бросился бежать.
Глава 13
– Мэгги, подождите!
Винсент сам не понял, почему сорвался с места.
Ещё секунду назад он стоял у рояля, убеждая себя, что не обязан объясняться перед человеком, которого едва знает. А теперь пересекал зал быстрым шагом, совершенно забыв о собственных правилах и о том, как нелепо выглядел со стороны.
Мэгги уже вышла в коридор. Он догнал её у лестницы и осторожно взял за руку.
– Подождите!
Она обернулась.
– Что ещё? Вы решили, что я недостаточно унижена?
Винсент отпустил её, словно только теперь осознал, что сделал.
Слова, которые он обычно произносил без малейшего затруднения, куда-то исчезли. Он мог рассуждать о сложнейших магических теориях перед целой экзаменационной комиссией, мог спорить с древними драконами и заставлять замолчать самоуверенных придворных. Но сейчас перед ним стояла девушка, которая смотрела на него сердито и явно собиралась уйти, и он не знал, как начать разговор.
– Я… – Он замолчал и нахмурился, недовольный собой. – Я действительно хотел вас пригласить.
Мэгги удивлённо подняла брови.
– Что?
– На свидание.
Она несколько секунд смотрела на него, словно пыталась понять, не ослышалась ли.
– Но вы только что сказали, что не приглашали меня.
– Потому что не приглашал. Тогда.
– А сейчас?
– Сейчас приглашаю.
Мэгги прищурилась.
– И почему вы передумали?
Это был простой вопрос. Настолько простой, что любой другой человек ответил бы на него без раздумий. Но Винсент не привык говорить о том, что происходит у него внутри. Он предпочитал держать чувства под контролем, не давать им названий и уж тем более не обсуждать их вслух. Однако Мэгги ждала ответа.
– Потому что я хотел пригласить вас ещё раньше, – признался он. – Но не решался.
Мэгги удивлённо моргнула.
– Вы? Не решались?
– Вы прекрасно слышали.
– Простите, просто пытаюсь представить, как вы стоите перед зеркалом и репетируете: «Мэгги, не желаете ли вы…»
– Я не репетировал перед зеркалом.
Она улыбнулась краешком губ.
– И почему же вы не решались?
Винсент отвёл взгляд.
– Я был уверен, что вы откажете.
– Почему?
Он снова посмотрел на неё, и на этот раз в его глазах мелькнуло что-то похожее на смущение.
– Потому что считаете меня напыщенным занудой.
Мэгги замерла, а потом рассмеялась. Она смеялась так искренне, что Винсент сначала нахмурился, а затем сам едва заметно улыбнулся, не понимая, что именно показалось ей настолько забавным.
– Простите, – выговорила Мэгги, пытаясь успокоиться. – Просто… Вы действительно так думаете?
– А разве нет?
– Ну, вы высокомерный.
– Благодарю за уточнение.
– И временами невыносимый.
– Продолжайте. Мне очень интересно.
– Но напыщенным занудой я вас не считаю.
Винсент приподнял бровь.
– Почему?
– Потому что вы умеете слушать, даже когда делаете вид, что вам всё равно. Потому что вы заступились за меня, хотя могли просто уйти. И потому что сегодня я услышала, как вы играете на рояле.
Он молчал.
– Значит, вы действительно приглашаете меня на свидание?
– Да, – Винсент кивнул.
– И на этот раз записку мне передавать не будете?
– Нет.
– Розу тоже?
Винсент покосился на неё.
– Если вы хотите, я могу подарить вам целую охапку роз.
– Нет, – улыбнулась Мэгги. – не нужно. Я согласна пойти с вами на свидание.
Винсент замер. Он ожидал, что ему придётся ещё что-то объяснять, возможно, даже оправдываться. Но Мэгги просто улыбнулась и протянула ему руку, словно они только что договорились о самой обычной прогулке.
Он принял её руку, и вдруг понял, что последние несколько дней были вовсе не смятением из-за экзамена, не раздражением после неудачных магических экспериментов Харта и не усталостью от бесконечных происшествий. Он хотел увидеть Мэгги, хотел услышать её смех, поспорить с ней о чём-нибудь совершенно незначительном и снова увидеть, как она улыбается.
– Куда мы пойдём? – спросила Мэгги.
Винсент задумался.
– Давайте я приглашу вас на ужин.
– Хорошо. Только не в место, где официанты боятся смотреть вам в глаза.
– Я не настолько страшен.
Мэгги многозначительно посмотрела на него.
– Вы рычали на моих посетителей.
– Они были невежливы.
Она улыбнулась и направилась к лестнице, увлекая его за собой.
– Ладно, лорд Винсент. Ведите. Посмотрим, умеете ли вы устраивать свидания так же хорошо, как играете на рояле.
Он посмотрел на неё и впервые за долгое время улыбнулся совершенно открыто.
Спустившись по лестнице, они вышли из академии.
Глава 14
Харт понуро плёлся на выпускной экзамен, чувствуя себя так, словно уже лишился крыльев, а его пожизненное назначение в архив разводов вступило в силу.
Задание он провалил. В этом купидон почти не сомневался. Конечно, он приложил немало усилий, проявил недюжинную изобретательность и даже рискнул собственной жизнью, когда Винсент обнаружил очередной результат его магических экспериментов. Но всё это, к сожалению, не имело никакого отношения к выполнению задания.
Винсент по-прежнему оставался замкнутым драконом, который терпеть не мог вмешательства в свою жизнь. Мэгги – обычным человеком, способным рассердиться из-за пустяка и выставить за дверь любого, кто ей не понравится. А сам Харт в результате своих стараний едва не испортил отношения между ними окончательно.
Он тяжело вздохнул и пнул камешек на дорожке.
Во всём был виноват тринадцатый билет. Разумеется, несчастливое число! Надо было догадаться с самого начала. А ещё экзаменаторы, которые придумали задание такой сложности, словно хотели не проверить знания выпускника, а избавиться от него раз и навсегда. И Винсент, который совершенно не желал сотрудничать. И Мэгги, которая вечно реагировала совсем не так, как следовало бы реагировать в подобной ситуации.
Харт остановился и посмотрел на небо.
– Между прочим, я старался, – сообщил он облакам. – Я действительно старался. И если кто-нибудь считает, что заставить дракона влюбиться так просто, пусть попробует сам!
Облака не ответили. Купидон снова вздохнул и поплёлся дальше.
Впереди возвышалось здание академии. За его высокими окнами уже собралась экзаменационная комиссия. Наверняка все трое экзаменаторов сидели за столом с непроницаемыми лицами и ждали возможности торжественно объявить ему о провале.
Харт расправил плечи, поправил мантию и вошёл в аудиторию.
За длинным столом действительно сидели трое экзаменаторов. Посередине возвышался председатель комиссии – пожилой купидон с серебряными крыльями и таким строгим выражением лица, что Харт невольно выпрямился.
На столе перед ним лежал огромный фолиант в тёмно-красном переплёте.
– Кандидат Харт, – произнёс председатель. – Подойдите.
Харт послушно приблизился.
Он приготовился выслушать приговор, стараясь не смотреть на фолиант. Ему казалось, что стоит только открыть эту книгу, как из неё вылетит чёрная печать с надписью «Не годен», а где-нибудь в подвале академии уже начнут освобождать для него место среди архивных шкафов.
Однако председатель неожиданно поднялся.
– Комиссия рассмотрела результаты вашего выпускного задания, – торжественно объявил он, – и пришла к заключению, что, несмотря на отсутствие волшебных стрел, которые, напомним, вам и не полагались по условиям задания, вы сумели выполнить одну из сложнейших задач, предусмотренных программой обучения.
Харт моргнул.
– Простите, – осторожно произнёс он. – Вы сказали «выполнить»?
– Совершенно верно.
– А не «провалить»?
Один из экзаменаторов кашлянул, скрывая улыбку.
– Кандидат Харт, не вынуждайте нас повторять решение комиссии.
– Ни в коем случае! – быстро заверил его купидон. – Просто я хочу быть уверен, что правильно понял. У меня сегодня утром были некоторые трудности с восприятием действительности.
Председатель выразительно посмотрел на него, но продолжил:
– Прошу обратить внимание на результаты проверки.
Экзаменатор справа раскрыл фолиант и начал перелистывать страницы. Они шелестели, самостоятельно переворачиваясь под движением его пальцев, пока наконец не остановились на нужном месте.
В тот же миг возле имени Харта вспыхнуло крошечное золотое сердечко.
Купидон замер. Рядом с сердечком проступила надпись: "Винсент и Мэгги".
Харт уставился на неё. Потом наклонился поближе, словно надеялся обнаружить мелкий шрифт с уточнением, что это какая-то ошибка. Но сердечко продолжало сиять.
Глава 15
– Истинная пара подтверждена, – объявил экзаменатор. – Связь между представителями разных миров установлена без применения штатных волшебных стрел.
«Истинная пара? То есть они не просто влюбились? Они были предназначены друг другу?» Харт медленно выпрямился. Но в любом случае задание выполнено. Он справился! Пусть не так, как планировал, пусть с розовым желе, запертыми дверями и прочими мелкими неприятностями, но результат оказался именно тем, которого требовала комиссия.
– На основании решения экзаменационной комиссии, – продолжил председатель, – Харту присваивается звание полноправного купидона.
На этот раз Харт даже не попытался переспросить.
Ему вручили диплом с золотой печатью, а затем вынесли изящный футляр. Когда крышку открыли, купидон невольно задержал дыхание.
Внутри лежал великолепный золотой лук, украшенный тонким узором из переплетённых крыльев и сердечек. Рядом покоились стрелы с сияющими наконечниками.
Харт осторожно взял лук в руки. Золото мягко переливалось в свете магических светильников, а рукоять идеально ложилась в ладонь.
Никаких сомнительных приспособлений. Никаких экспериментальных артефактов, способных превратить чужую жизнь в розовую катастрофу. Настоящее оружие купидона, выданное ему по праву.
– Поздравляем, – сказал председатель. – Надеемся, вы будете достойно представлять нашу академию и впредь станете ответственно относиться к своим обязанностям.
– Разумеется! – с чувством ответил Харт. – Ответственность всегда была одной из моих сильнейших сторон.
Трое экзаменаторов переглянулись, но спорить не стали.
И в этот момент дверь аудитории распахнулась. На пороге появился преподаватель с кафедры альтернативных артефактов. Его халат был измят, волосы торчали во все стороны, а на щеке виднелось серое пятно, подозрительно напоминавшее след от сажи.
– Катастрофа! – выпалил он.
Председатель медленно опустил руку.
– Коллега, мы проводим церемонию вручения диплома.
– Я вижу! Но у нас чрезвычайное происшествие!
– Какое именно?
Преподаватель судорожно вздохнул.
– Я уже неделю не могу найти рогатку хаоса!
В аудитории воцарилась тишина.
Харт перестал улыбаться.
– Какую ещё рогатку? – спросил один из экзаменаторов.
– Экспериментальный артефакт из лаборатории! Его нельзя использовать без разрешения, нельзя выносить за пределы лаборатории и категорически запрещается применять для воздействия на живых существ! Он предназначен исключительно для контролируемых испытаний!
– А что именно он делает? – уточнил председатель.
Преподаватель посмотрел на него с плохо скрываемым возмущением.
– Вносит хаотические изменения в магические процессы! Мы до сих пор не установили полный перечень его побочных эффектов!
– И вы потеряли такой опасный артефакт?
– Я не потерял! Я временно не могу установить его местонахождение!
После этого заговорили все сразу. Один экзаменатор потребовал немедленно проверить лабораторный журнал. Другой предложил опросить студентов, имевших доступ к экспериментальному оборудованию. Председатель поднял руку, призывая к порядку, но его никто не услышал.
– Надо проверить все кабинеты!
– И хранилища!
– А если артефакт уже использовали?
– Тогда мы должны немедленно выяснить, какие последствия это могло вызвать!
Харт медленно отступил к двери. Никто не обращал на него внимания. Все были заняты поисками пропавшей рогатки и обсуждением возможных последствий её применения.
Купидон воспользовался суматохой и бесшумно выскользнул в коридор. У стены возле стола декана стояла корзина для бумаг. Харт остановился рядом, оглянулся на открытую дверь аудитории и сунул руку в карман. На свет появилась знакомая рогатка.
– Ну что ж, – прошептал он, – наше сотрудничество было плодотворным, но пора расстаться.
Он аккуратно положил артефакт в корзину и прикрыл сверху несколькими смятыми листами.
Из аудитории донёсся взволнованный голос председателя комиссии:
– Если рогатка попала в чужие руки, последствия могут оказаться совершенно непредсказуемыми!
Харт прижал диплом к груди, подхватил футляр с луком и направился к выходу из академии.
Теперь у него были диплом, собственный золотой лук и полное право заниматься любимым делом. Никаких экзаменов, никаких выпускных заданий и никаких угроз лишить его крыльев.
Отныне он сам выбирал, за какие дела браться и как именно их выполнять.
Харт остановился на ступенях, подставил лицо солнцу и довольно улыбнулся.
– Ну что, Харт, – сказал он себе, – поздравляю! Теперь ты полноправный купидон!
Он открыл футляр, ещё раз полюбовался золотым луком и бережно закрыл крышку.
Работа ждала. Где-то наверняка уже страдали от одиночества прекрасные маги, упрямые драконы и совершенно не подозревающие о своём счастье люди. И теперь Харт мог прийти им на помощь.
Он расправил крылья и взмыл в воздух, полный радужных надежд и дерзких планов.
Конец




























