Текст книги "Мечта Фанатки. 2 часть (СИ)"
Автор книги: Ирина Степанюк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
Сдерживая смех, ответила Ронда.
– Какие к чёрту хорошие, опять чтоли красится заново? Минут двадцать наносила косметику...
Заорала я.
– Оно и видно.
Бросилась в смех Карен, увидев меня.
– Я тебя тоже люблю!
Воскликнула я, направляясь в ванную.
Смех доносился даже через две комнаты и закрытую дверь. Действительно быстро мы погрузились в машину. Я ещё полчасика нанесла марафет, вкинула в сумку свои вещи и ровно через час мы отправились с бурчащим Джерри.
– Ну, подумаешь, пропустишь свою встречу, не помрёшь же!
Воскликнула я, когда это бормотание, меняя, уже достало.
– А может и помру! Тебе то откуда знать?
Слабая половина машины громко засмеялась. А Джерри обиженно надул губы.
Так мы и проехали около часа, все, издеваясь над Джерри. А вот когда машина въехала на территорию отдыхающей зоны, мне было уже не до шуток.
– Как красиво!
Настроение поднялось до отметки сто, и сразу же захотелось пробежаться босиком по мокрой траве, захотелось остаться тут навсегда, нежные лучи, пробивались сквозь густые ветви деревьев, и ложился нежной пеленой на рыхлую землю, а деревянные дома, были в ряд по пять домиков на сторону.
По словам Ронды наш был последним, и действительно ведь, когда мы приехали, в домах уже обосновывались люди.
Джерри подвёз нас к самому дому и высадил.
– Ну, теперь можешь ехать, куда хотел!
Ронда махнула на Джерри рукой... Но на этом сюрпризы оказывается не закончились.
– Джерри, ну наконец-то ты, что заблудился, я тут видетели должен всё раскладывать...
Из-за угла вышел Роберт, в одних штанах... Господи, какое тело... Какой мужчина
Я и забыла как он смотреться без одежды... А почему он так смотреться? И почему он тут? Конечно же, вскоре и я поняла, что это за встреча такая важная.
– Эт как называется?
Психанула я, и указала на Роберта.
– Мне кажется, это спец надзор!
Ронда и я были злые как ведьмы, а вот Карен кажется, было всё равно.
– А что такое? Мы, как и вы отдыхаем.
Топнув ногой, я не думала, что это выйдет настолько комично.
– Кто повезёт меня домой?
Сразу же обратилась я к Ронде.
– Сэм, ты что издеваешься? Мы заказали этот дом не бесплатно, причём на троих.
Протест Ронды был отклонён.
– Вы, что издеваетесь? Я не останусь...
– Сэм, тебе нельзя нервничать!
Вмешался Роберт.
– А тебе не пофиг?
Схватив свою сумку, я влетела в дом.
– А, я предупреждал, что будет такая реакция, но тебе было всё равно.
Раздражённо воскликнул Джерри, наблюдая как девушки через окно, суетятся, на кухне.
Прошло уже ровно четыре часа с момента их прибытия, и как уже доложили Роберту, Сэм всё это время не очень и приветствовала идею отдыхать здесь. Да и Роберт это прекрасно знал.
– Она ещё долго будет, на тебя злится! Очень долго...
– Не сомневаюсь. Это последние наши совместные выходные, и хоть убей, я собираюсь провести их здесь.
Джерри, тяжко вздохнул, ну какой смысл спорить с человеком, если он упёртый как осёл?
А Роберт же, чувствуя немую победу, просто повернулся к другу, и ушёл.
Весь день я желала убраться от сюда, куда подальше, но мне всего лишь всунули в руки чашку с зелёным чаем, и сказали не дёргаться.
Может раньше, я не только дернулась, но и прибила, но сейчас то нельзя.
Послушно опустошив чашку, мне надоело сидеть в четырёх стенах, такого удовольствия я ему не подарю.
Откинув одеяло, что попыталась справиться с тошнотой, и вышла на залитую солнцем лужайку. Пусть удавится, смотря на меня!
Дошла я только до шезлонга размещавшегося на веранде.
– Вы мадам, решили выйти из своей норки?
Насмешливо спросил Роберт, опираясь на перила ступенек.
– А вы решили выползти со своего болота, на сушу? Какая неожиданность!
Роберт сморщил нос. Вот пусть что хотят то и говорят, но перепалки с Робертом разряжали всю мою нервозность, связанную с беременностью.
– Издеваешься. Хорошо, я промолчу.
– Молчи, пожалуйста, в другом месте.
– А мне и тут нравиться!
– Зато мне нет! Чеши от сюда.
Роберт пропустил мимо ушей моё замечание, и сел на соседний шезлонг.
– Тут солнце лучше светит.
Зашептал Роберт, изучая мой взгляд.
Я же просто встала, развернулась и ушла.
– Что он говорил? Надеюсь, обидеть тебя не успел?
– Да нет, мило разговаривали.
Как обычно ответила я. Девочки посмотрели на меня как на ненормальную.
Я же спокойна как удав.
– Ты не умеешь спокойно разговаривать.
Подозрительно вставила Карен, наматывая вокруг меня круги.
– Ну, вот как видишь, научилась! Да и чего вы пристали? Я чего на допросе в ФСБ?
– Да ФСБ тебя бы сразу повязало, а мы ещё терпим!
– Карен, а я тебя ещё подругой лучшей считала!
– Правильно, я твоя подруга, и знаю тебя насквозь.
– Да успокойтесь, жив Роберт, вон ещё шевелиться, у меня от ваших вопросов и голова разболелась.
Прорвалась через оборону, я только через минут десять, когда всех послала в такие места, о которых сама только узнала.
Добравшись до комнаты, я первым делом полезла в постель, голова ведь действительно разрывается.
Сколько бы я не лежала, а сон то всё равно не приходил, уже даже и бок начал выть.
Оставив попытки, я уже около семи спустилась вниз, что бы ухватить еду. Но сразу же меня усадили за стол, и заставили съесть полный ужин.
От чистого сердца скажу, Ронда готовить не умеет! Я еле доела её стряпню.
После ужина, мы втроём дружно уселись на диване, включили телевизор. Фильм, который шёл по единственному каналу, был настолько скучный, что в считанные секунды я погрузилась в сон.
Глава 17
Утро солнечное и прекрасное, и я как не странно сижу на веранде и вполне возможно и никакой тебе злости, такое чувство что её вообще тут и не было. В руках карандаш и листок бумаги, а в голове только нежные штрихи солнечного пейзажа. Именно такое название я и собираюсь дать рисунку, который совсем скоро появиться на этом листе.
Карен и Ронда ещё спят, сони этакие, а я мало того, что рисую, так ещё и пищу пригодную для употребления приготовила. Лёгкие как пушинка взмахи карандаша дарят всё чёткие очертания деревьев, и нежное сияние солнца, придаёт зелёному оттенку своего шарма.
Вкусно позихнув, мои руки продолжили игру, и уже через двадцать минут, все самые тонкие очертания, все штрихи были нарисованы, оставалось только закрасить рисунок, и всё.
– Никогда не думал, что рисовать это так сложно!
Я и не заметила, что Роберт за всем наблюдает.
– Ну, да куда же тебе?
Сегодня у меня ну не было не единого желания, спорить с Робертом, просто хотелось нормально, провести этот день.
– Знаешь, многие говорят, что художник видит в своих изображениях то, что не видят простые люди. Что ты тут видишь?
Не уверенна в том, что правильно всё делаю, я решила пойти на мировую.
– Вижу жизнь! Смотри тут всё живое, всё растёт, здесь нет фальши.
Роберт окинул взглядом сначала природу ну а потом уже и сам рисунок.
– Значит, не врут, у художников своя философия.
Тихо улыбнувшись, я всё-таки согласилась.
– Возможно, а что ты видишь?
– Деревья, солнце, природу.
Да уж, даже тут наши мнения не совпадают!
– Если бы они совпадали, жить стало бы не интересно.
Отложив рисунок вместе с карандашом, на столик, признание вылетело само.
– Да скучно. Точно, помню, кто-то просил, что бы я его на память нарисовала. Кто не помнишь?
Роберт засмеялся.
– Я, ну если не хочешь, можешь не рисовать. Я не хочу заставлять тебя.
– Даже если бы и хотел, не заставил!
Улыбка была искренней, и это радовало.
– Бери стул, и садись на солнечные лучи, только попробуй не морщиться.
Роберт быстро схватил стул, и сел, так что бы солнечные лучи, спадали вниз как раз на него.
Рисовать, я начала не сразу, просто засмотрелась на эту картину, на его глаза с блеском, на его волосы, излучающие золотистый оттенок можно было смотреть вечно и не бояться ослепнуть. А его губы... как же мне хотелось вновь ощутить их вкус, утонуть в этом блаженстве.
Сказке пришёл конец, стояло мне только вспомнить все, что было после нашего знакомства.
Взмахну карандашом, и первый образ сразу восплыл перед глазами.
Это был образ злости и ненависти, рисовала не я а всего лишь мои чувства, рисовали и не замечали, взгляд Роберта прикованный ко мне.
Портрет вышел самым лучшим, мне он настолько понравился, что и отдавать не хотелось, но, вспомнив, сколько в него вложила злости, я без зазрения совести вручила портрет Роберту.
– Держи. Правда, хороший?
Я вручила рисунок Роберту, и не смогла больше отвести глаз от его глаз. Всё было настолько естественно, такое чувство, что я смотрела прямо в душу, выворачивала её на изнанку.
– Да, вот именно поэтому я обратился именно к тебе, так рисовать никто не сможет.
И почему смущать меня умеет только этот человек? Через столько испытаний пройдя, я так и не смогла по настоящему возненавидеть его... не смогла.
– Ладно, пора мне. Джерри, сто процентов уже проснулся.
Явное дело понял, что со мной, и от этого ещё тошнее.
Роберт ушёл, добрался до своего домика и растворился в нём.
Для меня погода стала ужасной, солнце уже не доставляло радости, а природа казалась скучной и не представляющей большую ценность.
Подобрав все вещи, я вернулась в дом. Карен уже уплетала плов, а Ронда возилась с кофе.
– Кто рассштроил?
С набитым ртом еды прошмякала Карен.
– Никто. Слушайте девочки, а вы не хотите сегодня сходить погулять? Можно в лес или к морю. На пикник?
– Хоть одна умная мысль за всё время! Ты давай собирайся, а мы приготовим еду.
Радостно завизжав, я бросилась к себе в комнату.
– Ну, что будем с ней делать?
Ронда выглянула в окно, где показалась хитрая мордашка Джерри.
Ронда вздохнула, и закрыла кухонную штору.
– Как думаешь, Сэм убьёт нас, если мы ей сделаем небольшой подарок?
Карен не поняла.
– Какой подарок?
Улыбка Карен понемногу испарялась.
– Ронда не надо! Ты испортишь Сэм, весь пикник.
– Карен, ну не верю, что у них нет будущего. Да и ты видела, как она сегодня улыбалась, рисуя его, или как он смотрел на неё.
– Я боюсь, что бы Сэм не взьелась на нас.
– С чего это вдруг? Это ведь невинный пикничок.
– Ты ещё просто не до конца знаешь Саманту! Ронда, я не думаю, что с этого, что-то выйдет!
– Как мы узнаем, если не попробуем?
Карен уставилась на подругу.
– И что ты придумала?
Ронда вновь приоткрыла штору и изложила свой план Карен.
Уже ближе двенадцати двадцати мы были возле небольшой речки, с кучей продуктов. Рядом не было и души, тихо колыхались деревья, чистый воздух воды был смешен, с ароматом свежей травы.
Я самая первая схватила покрывало и прикрыла траву, со всеми возможными обитателями.
Следующим делом схватила кульки с едой, и быстро разобрала их.
– Ну, ты и пропеллер. Мы и очухаться не успели, а ты уже сидишь как цветочек и ждёшь нас.
– Не ну а чего вы ждёте? Я так всё сем, а вы и ушами не пошевелите.
– Господи, да ешь это как раз именно сейчас тебе и нужно!
Показав подругам, язык я блаженно откинулась. Как раз в это мгновение, знакомый голосок прогремел между деревьями, и через минуту появилось то чего, я так не хотела сейчас видеть.
– А вы что тут делаете?
Роберт обалдел, значит, действительно ничего не знал. А вот Джерри пусть и был удивлен, но почему-то я ему не особо верила.
– Ну, нет, найдите себе другое место! Не видите это занято.
Сразу же выпустила колючки я.
– А не уйдём. Мне тут нравиться.
Запетушился Роберт, защищая свою гордость.
– А, я сказала, вы тут не останетесь. Чешите на другую поляну!
Зашипела я, пытаясь подняться с покрывала.
– А где тут вообще написана, что это ваша поляна? Видишь, значит тут, может, любой желающий отдыхать.
– И где же это таких умных нашли?
Роберт громко рассмеялся.
– А вот это тебя не касается.
Парень, расстелил покрывало в нескольких миллиметрах от нас, на что я безумно разозлилась.
– Гад.
Крикнула я так, что бы тот услышал наверняка и не притворялся глухой тетерей.
Роберт, же громко рассмеялся.
Ну, ничего, стараясь не замечать его, я смеялась по любому поводу, будь это вечная тема, учёбы или бестолковые разговоры Ронды о моде, меня это как-то мало волновала тема.
Роберт же не оставался в долгу и громко рассказывал Джерри идеи турне.
Словно почувствовав опасность от затихшего голоса Роберта, я вся съёжилась.
– Саманта может, прогуляемся?
Ну а что я сказала? Голос Роберта прозвучал у самого уха.
– А чего это я должна с тобой, куда-то идти? Боишься потеряться.
– Сэм, пожалуйста.
Редко слышала, как он говорит, "пожалуйста", поэтому возможно и пошла с ним.
Гуляли мы вдоль речки, от которой шёл свежий воздух.
– Что ваше Величество от меня хотело?
– Я завтра уезжаю... навсегда.
Бьёт, режет по самому болезненному. Жав руку в кулак, меня не волновала боль, идущая от врезавшихся ногтей в ладонь, я лишь хотела, что бы перестала болеть душа, что бы все мои мечты не разбивались, что бы хоть раз в жизни было, по-моему, а не против меня.
– И что же тебе от меня надо?
Голос дрожал, но слёз не было, я опять держу их в себе, опять закрываюсь, от всех... от него.
– Саманта, я буду выплачивать ежемесячное содержание на ребёнка, вы не в чём не будите нуждаться...
– Не надо... мне ничего от тебя не нужно. Я говорила тебе это тогда и говорю теперь. Мой ребёнок не в чём не будет нуждаться, а особенно в тебе.
– Саманта, я не хочу так расходиться!
– А как хочешь? Хочешь, что бы я рыдала? Валялась у тебя в ногах? Этого не будет!
– Сэм, да, я отец твоего ребёнка ты должна...
– И я жалею об этом!
Рука уже занемела от боли, но я стойко терпела, не проронила и слезинки.
– Что? Ты жалеешь о ребёнке?
Голос Роберта был, сердит и обескуражен.
– Ты, что? Конечно я не жалею о ребёнке. Я жалею, что тогда не сказала тебе "стоп" жалею, что ты вошёл в мою жизнь! Жалею, что я это разрешила.
Нет, Сэм, ты не заплачешь, ты не подаришь ему этого счастья, ты не подаришь ему свою гордость.
– А я не жалею, ни о чём. Не о ребёнке, которого уверен ты будешь любить, ни о той ночи, я не жалею что позволил себе хоть чутку но быть счастливым.
Грудь рвало рыдание, глаза жгли слёзы, и лишь мозг орал "Не смей"
– Саманта!
Голос Карен, спас меня. Оглянувшись, я заметила собравшихся девочек, и в сторонке стоявшего Джерри, с почти плачущим выражением. Знал же, что так будет.
– Извини Роберт. Нам больше не о чём разговаривать!
Я, не дожидаясь прощаний, развернулась и ушла, оставив его смотреть лишь мне в спину.
Не пройдя и половины расстояния, меня что-то потянуло и на развороте впилось мне в губы.
Роберт целовал жадно, страстно, и пусть это был и последний поцелуй, и пусть я жаждала его, он нужен был мне, и всё же где-то в середине, мне было тошно от него, тошно и жутко плохо.
Когда Роберт оторвался от губы, я несколько секунд изучала его взгляд, а потом дала волю злости и влепила ему пощёчину.
Но даже сейчас не разрыдалась, не позволила себе.
Возможно, я и опасалась, что Роберт догонит меня, захочет отчитать за пощёчину. Но он только смотрел на реку, я сейчас тупо исчезала из его жизни, а он, просто смотрел на реку!
На небе уже сверкали звёзды, ветер разбушевался, гоняя воду, а Роберт так и стоял, смотря в даль. Что там? Неизвестность?!
– Ну, ты ещё тут долго? Здесь жуткая холодрыга
Джерри, уже несколько раз возвращался за другом, но тот всё не шёл.
– Джерри, как думаешь, что меня ждёт впереди?
Роберт, уже несколько часов задавал себе этот вопрос и возвращался всё к одному ответу.
– Я так понимаю: головокружительная карьера!
Роберт кивнул и горько улыбнулся.
– И одиночество!
Джерри не ответил, да и зачем говорить, то, что Роберт и без него знает.
– Роберт пошли, завтра нам ещё в Чикаго лететь, а потом в Нью-Йорк.
Роберт потёр уже заледенелые руки.
– Да, ты прав пора возвращаться.
Роберт вновь прикоснулся к своим губам, и пожелал, что бы память об этом поцелуе хранилась вечно. Он сейчас уходил, и пускай ему больно, он не настолько глуп, что бы терять всё.
Я не плачу! Со мной всё в порядке!
Так лежа у себя на койке я себя и успокаивала. Вытирая котившуюся слезу, я молила, что бы всё это уже кончилось. Что бы скорее пришёл сон, и забрал эту боль.
– Сэм ты в норме?
В комнату вошла Карен. С ней я много пережила, и прятаться от неё не могла.
– Сэм, я знаю, мои утешения сейчас мало чем помогут.
А в ответ лишь кивок головы.
– Это я виновата! Я должна была послушаться тебя, не подпускать к тебе Роберта опять, но я...
– Ты не виновата!
Голос осел капитально.
– Помнишь, какой, я была? Доводила учителей, директора, я стояла пред Алисией до конца. Почему же, сейчас, я лежу на кровати, и не пойму, что случилось со мной? Что случилось с той девочкой?
Карен запрыгнула ко мне на кровать, и обняла.
– Ты повзрослела, ты полюбила. Эти соседи меняют человека. Возраст добавляет их, а любовь отнимает... равновесие...
Смех получился, едва заметен.
– Если бы, я тебя послушалась...
– Ты бы не испытала первую любовь, ты бы те короткие минуты не была бы счастлива? После смерти Сары, тебе это доволе редко удавалось...
– Знаешь, а я думала, что такую боль может человек испытывать только теряя родного. Помнишь, как я первый раз села за руль.
Карен рассмеялась, упираясь подбородком мне в макушку.
– Я тогда, чуть бы не померла от испуга. Тебя вообще нужно было пришибить.
Смех был уже общий, и лишь только после него я разрыдалась.
– Выплачь и забудь. Ради ребёнка, ради себя!
Карен была со мной всё время, мы вспоминали о прошлом, смеялись, слёзы же высохли, и даже сердце со временем успокоиться, я уверенна в этом, и действительно, пусть Роберта и не будет со мной, зато у меня есть часть его, и за неё, я буду всю жизнь благодарить судьбу.
Глава 18
Роберт и Джерри, уехали ровно в шесть утра! И даже слёзы здесь уже не помогли бы, зачем же их зря тратить?
Всю дорогу домой, я старательно смеялась, шутила, да и вообще всеми силами пыталась показать, что у меня всё хорошо.
Так же и при отце, я была чудо дочерью. И лишь когда никого не было, я откидывала в сторону эту маску, накрывалась одеялом и просто рыдала в подушку, даже всегда всё знающую Карен, я смогла обмануть.
Дни же летели и летели, я успела сдать все экзамен, даже самостоятельно вновь занялась музыкой. Экзамен в академии был запланирован на четверг, то есть уже через два дня. Кошмар как же быстро пролетело время, уже ровно месяц, как Роберт ушёл из моей жизни.
За этот месяц, у меня даже появилась новая традиция: каждый день, вечером я включаю своему сыну музыку его отца.
Буквально неделю назад, я узнала, что у меня мальчик, я сразу же представила его таким же, как отец, с такими же волосами и глазами. Я представила его с микрофоном в руках, и слёзы покатились по белым щекам. Так же я успела наладить отношения и с Дамианом, теперь он даже пить бросил, зато вместо этого начал пектись обо мне словно я маленькая, но и, несмотря на это, вновь подпускать его к себе я не хочу.
Так же как нестранно и цветы перестали приносить.
– Саманта, ты ещё долго будешь возиться? Нам ехать пора...
Закричала Лили, которая буквально недавно простила отца, который бегал за ней целых две недели.
Я выбежала в гостиную, натянула свою куртку, и Лили весёлая, повезла меня на очередное обследование.
-Ленг! Тащи ещё бутылку!
Закричал Роберт, допивая уже вторую бутылку бренди.
– Приятель, а тебе не хватит? Ты еле на стуле можешь сидеть!
Роберт устало поднял взгляд, и кинул бутылку в стену.
– Я сказал ещё бутылку!
Бармена передёрнуло, и он быстро принёс ещё одну бутылку.
Которую Роберт неспеша начал смаковать.
Это уже вторая неделя как он вернулся из Нью-Йорка, вторая неделя его запоя, парень не понимал, Роберт уже давно, не испытывал такого, а если точно, то не испытывал никогда.
Роберту было тошно, при вспоминании о последнем разговоре с Самантой, было тошно, от своей жизни, которая окончательно потеряла смысл.
Роберт с силой сжал руки в кулаки, и громыхнул ими по барной стойке.
Бармен вновь подскочил и отошёл дальше.
Злость, обида, боль Роберта вышла на ружу, и он с силой опрокинул рядом стоявший столик.
– Роберт!
Джерри, рванул к другу, и попытался остановить его и тем самым спасти столик.
– Роберт, успокойся! Хватит уже! Ты сейчас тут всё разнесёшь.
Джерри, всё-таки успокоил парня, но легче от этого всё равно не стало. Роберт возможно уже и понял, что для него главное, и вот теперь просто боится, начать всё с начало.
– Джерри, что мне делать? Проклятие, и какой чёрт я вязался во всё это?
Джерри, знал только единственный выход из этой ситуации, но Роберт должен сам до него дойти.
Возможно это и правильно, что они теперь не вместе, у каждого будет время, что бы обдумать всё, и перестать строить из себя обиженных.
– Ненавижу врачей! Ну, что, я им сделала, что меня вот так просто взяли и обкололи?
– Не капризничай, лучше скажи спасибо, что с тобой вообще так возились!
Вскочив в машину попутно выставляя, Лили язык, я прижала два пальца к своей многострадальной вене.
– Хватит её уже мулять, подумаешь, комарик укусил.
Скривившись, я отвернулась к окну.
Интересно, как он? Жив ли здоров? Вспоминает ли меня, а может, забыл? Да нет, как же можно забыть мать своего собственного ребёнка?
Откинувшись на спинку сидения, я уже по привычке мысленно представляла Роберта, и то, что он подарил мне.
– Саманта, как считаешь, если я перекрашу волосы, твой отец меня не обреет на лысо?
– Нет.
Выдавила я в перерывах между смехом.
– Я давно уже хотела поменять цвет волос, но постоянно твой отец перебивал мои планы.
-Ну, ты же знаешь его. Покричит и успокоиться.
Лили улыбнулась, и дала наконец-то мне возможность нормально отдаться воспоминаниям.
Когда меня доставили домой, на часах стояло три дня, отец как обычно засиживался на работе, Лил чёт куховарила, я же, развалилась на диване, схватила журнал, и пролистывая, встретила самую любимую мордашку.
" ЗАВТРА СОСТОИТЬСЯ ПОДПИСАНИЕ КОНТРАКТА НА ВСЕМИРНОЕ ТУРНЕ РОБЕРТА АРМСТРОНГА"
И на всю страницу портрет Роберта, такой живой, счастливый.
Больше не испытывая злости, я с облегчением перевернула страничку, сейчас как и тогда, чувства притупляются, да и я только за.
– Что там интересного?
Лили уселась рядом, вытирая руки об полотенечко.
– Да ничего, всё как обычно!
Быстро шуганула на другую сторону, я так уютненько пристроила свою голову на коленях девушки.
– Скучаешь?
Намёк Лили был ясен даже и собаке. Ответ поступил незамедлительно.
– Нет
Жалость мне, их ни к чему, уже достаточно того, что я жалею сама себя... не постоянно конечно, но всё же...
Я слабая да? Столько перетерпела, и с Сарой и с Роуз, выдержала Алисию, и вот на тебе, из-за какого-то певца, я сломалась.
Вот и конец хорошему настроению!
– Лили, я наверно пойду к себе! Устала я сегодня.
Мачеха не стала меня задерживать и расспрашивать.
В комнате было так же тихо, как и в доме. А может себе попугая завести? Или собаку?
Нет жалко бедняг. Отыскав в шкафу, портрет Роберта, взобравшись в кресло, мои глаза отправились блуждать по тонким, чертам лица, по грустным глазам.
– А знаешь, что бы кто не говорил, я уверенна, что твой отец любит тебя.
Это замечание отозвалось болью в сердце, и слезами на глазах.
На протяжении месяца, я травила себе душу, воспоминаниями, но слёз то почти и не было. Характер бойца. Так недавно высказалась Карен, услышав по телефону, мой весёлый смех, и замечательное настроение. Знала бы она, что на самом деле тогда творилось со мной. Да уж, далеко мне до бойца.
Взглянув ещё раз на рисунок, я вернула его на место.
– Надеюсь, ты будешь счастлив!
Слова шли от самого сердца, и всё равно, что по щекам текли слёзы, всё равно, что я потеряла первую и единственную любовь, всё равно, что мне больно, я давно поняла, что счастье и я вещи не совместимые.
Из комнаты, я решила выйти, только уже когда вернулся отец.
– Привет, принцесса. Ну, рассказывай, чем сегодня занималась?
Вновь натянув маску вечно счастливого ребёнка, на губах воспылала улыбка, а голос стал более весёлым.
– Пили, гуляли... ну папа всё как обычно, наслаждались жизнью.
Вот сколько раз зарекалась, не врать, и всё равно же в то же болото лезу. Ну, никогда не научусь я правде.
– Проказница! У вас каждый день, это череда новых бед...
– Неправда... Привет котёнок.
Отец переключился от моей скромной персоны, к Лили, и, почувствовав себя лишней третьей, я скрылась... нет, не у себя в комнате.
Мне нужно было катастрофически выбраться на улицу, скрыться.
Но и там не было того, что я искала, раньше, я могла поделиться всем из Роуз или Сарой, но сейчас нет никого!
Глубоко вдохнув ночной воздух, лёгкие незамедлительно начали его переработку, закутавшись в плащ, мой взгляд упал на небо, где мерцали звёздочки, где всё было понятно, среди этих звёздочек, воображение нарисовало, и свои картинки. Целующаяся пара, которая буквально только начинала узнавать реальные ценности жизни. Картинки появлялись и исчезали, они были неуловимы, они были частью меня.
Слеза, скатилась и упала на плащ, прикрывающий живот.
– Эй, ты чего тут делаешь?
Лили, подкралась сзади, и прийти в себя времени почти и не было.
Я быстро отёрла глаза.
– Ничего!
Голос еле слышен, да и дрожал, что ужасно не понравилось мне
– Саманта, что-то болит?
"Сердце, болит сердце" кричал внутренний голос, но как всегда не обратив на него внимание, я постаралась ответить уже более спокойно.
– Всё нормально. Лили, я наверно пойду спать. Устала за сегодня... сильно устала.
Девушка, провела меня в дом.
– Иди, отдыхай, и смотри больше так меня не пугай.
– Не буду!
У меня уже не было сил не на что, я лишь переоделась и отправилась спать!
Лили прошествовала к мужу, и обняла его за шею.
– Плохо ей без него!
Джек вздохнул.
– Ну, мы уже ничего не вправе сделать! Да и она этого не хочет.
– Действительно жалко, что они так и не сошлись.
Джек кивнул.
– Ну, ничего она его скоро забудет, да и ребёнок будет отнимать все её илу. Переживём.
Лили, оторвалась от мужа и в упор посмотрела на него.
– Так как ты забыл Алисию?
Джек посмотрел на Лили, и в упор сказал!
– Лили, я тебе уже говорил, что с Алисией у нас чисто деловые отношения!
Девушка промолчала, но горький осадок всё же остался, и момент когда она застала мужа с Алисией, она будет помнить всегда, даже если Джек и будет отрицать всё. Жалко всё-таки, что они её так и не заметили, в том ресторане, где девушка их и застала.
Роберт уже несколько часов провалялся на диване, мучаясь от постоянной тошноты.
Тут то его и застала Марсия.
– Роберт вот ты где! Что с тобой? Неужели так и должен выглядеть, настоящая звезда?
Роберт тяжело прохрипел.
– Меня это не колышет. Марсия, тебе лучше уйти.
Девушка взбесилась.
– Роберт Армстронг, перестань быть грязной свиньёй, немедленно приведи себя в порядок.
Со второго этажа как раз спустился Джерри.
– Марсия, оставь его в покое! Пусть человек отоспится, не видишь, он еле дышит.
– А мне что сделать? Нужно было не связываться с этой шлюхой...
Договорить Марсия так и не смогла. Роберт не видя, что это всё-таки девушка, схватил её за горло.
Джерри поспешил спасти Марсию.
– Роберт задушишь же.
Рявкнул Джерри, пытаясь освободить бедную жертву.
– Мне всё равно, зато она больше никогда не откроет свой гнилой рот.
– Отпусти.
Прохрипела Марсия, упираясь руками в грудь парню.
Только вот остановила его вовсе не эта мольба и не попытки Джерри.
"Борись за неё, иначе так и останешься тенью своей собственной жизни".
Вот что стало спасением для Марсии. Роберт ослабил хватку, и девушка вырвалась на свободу, не отдышавшись, схватила вещи и выбежала из дома.
– Ты, что придурок?
Джерри, напрямую спросил, и без особого интереса вернулся обратно в номер.
Глава 19
В маленьком душном кабинете, среди всех своих менеджеров и продюсеров, Роберт Армстронг, подписывал окончательный договор на всемирное турне. В отличии от Саманты, Роберт не притворялся, вид его меньше всего напоминал того Роберта которым он был.
Не бритый, потрепанный, измученный.
Сейчас парень был на раздорожье и какую из дорог выбрать, сейчас и предстояло ему решить.
Роберт отложил ручку и положил голову на поднятые руки. Когда, он оставил Сэм, ему казалось что самое трудное позади! Он ошибался, без неё он погибает, первые дни Роберт справлялся, в Чикаго подправил все дела, даже в Нью-Йорке ему удалось добиться своего, но лишь добравшись сюда совершенно ясно понял, без этой девушки ему не нужно ничего! Он почти каждый день пил, посмел даже на Марсию поднять руку, он каждую ночь просыпался от кошмаров, да и редко вообще засыпал. Только хватит ли у него сил сделать выбор?
Роберт вновь взял ручку, и собрался ставить свою подпись, соглашаясь на условия сделки...
Утро я встретила в двенадцать часов и не как обычный ребёнок на улице, а в своей ванной за унитазом.
– Сегодня я вижу, день будет замечательным.
В комнате уже полным ходом орудовал Дамиан, расставляя все мои вещи для завтрашнего экзамена.
– Может заварить тебе, зелёный чай?
Предложил парень, рассматривая голубое платье.
– Слушай, неплохой фасончик!
Помимо страшной тошноты, я смогла выдавить смех.
– Хочешь примерять? Имей ввиду, порвешь, будешь шить.
Из ванной комнаты я буквально выползла, и сразу как змея заползла в постель
– Мало того, что я помираю, ещё и на последнюю репетицию ползти, нужно. Дамиан, если чего похорони меня громко.
– Сейчас получишь по языку. Сейчас, я заварю тебе чай, ты выпьешь, и с улыбкой закончишь этот день.
Пока я валялась как труп, Дамиан заварил зелённую жижу и всунул мне.
– Это что?
Одного взгляда на это, хватило, что бы тошнота отступила и на губах засверкала улыбка.
– Я в порядке!
Засмеялась я, возвращая непонятный напиток.
– Сэм выпей, это должно помочь...
– Что так ты ещё и не уверен, поможет Лии это вообще?
