Текст книги "Ангелочек с рожками"

Автор книги: Ирина Хрусталева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 11

– Ну, девочки, что будем с ним делать? – Лариса обратилась к Жене и Наташе, как только прояснила случай с сережками.

– Я ему не верю, – сказала Наташа.

– А мне кажется, что он сказал правду, – ответила Женя.

– Про дочку он наверняка наплел, для того чтобы мы жалостью к нему прониклись, а вот про остальное не знаю, – сказала свое слово Лариса.

– Что нам с ним делать-то? Не оставлять же здесь?

– Давайте спросим, есть ли у него с собой документы. Если есть, посмотрим адрес, где проживает, и отпустим. Если что, всегда сумеем найти, – подала идею Евгения.

– А если нет у него ничего с собой, тогда что? – не сдавалась Наташа.

– Нечего гадать, Женя права, пойдемте обыщем его, – махнула головой Лариса и направилась в комнату к арестанту. Парень сидел в той же позе, с кислым выражением на лице.

– У тебя с собой какие-нибудь документы есть? – обратилась к Ивану Лариса.

– Да, в заднем кармане брюк водительское удостоверение лежит, – оживился тот. Лариса подошла к нему и попыталась залезть в карман.

– Задницу-то приподними хоть немного, я же залезть не могу.

– Как я, интересно, ее приподниму, вы же связали меня по рукам и ногам? – возмутился Иван.

– А ты попробуй, – пыхтела Лариса, протискивая руку в карман. Кое-как ей удалось вытащить документ, и она начала внимательно изучать его.

– Так, Хромов Иван Викторович. Жалко, поздно уже сегодня, не получится все сведения про тебя узнать. Ну, ладно, отпустим тебя, но имей в виду, что завтра мы будем знать о тебе всю подноготную. Если обманул, я тебе не завидую, – пригрозила Лариса.

– Зачем мне вас обманывать? Рассказал все как на духу.

– Ты про дочку-то наврал? – внимательно глядя на него, спросила Лариса.

– Нет, не наврал, честное слово, – замотал головой Иван.

– А сколько же денег нужно на операцию? – поинтересовалась Евгения.

– Двадцать штук зеленых. Мне такой суммы сроду не заработать, если только киллером наняться, я же снайпер классный. Только я, наверное, никогда не смогу в человека выстрелить.

– Интересно, а когда снайпером был, ты, что же, по воронам стрелял? – фыркнула Наташа.

– Там совсем другое дело, там война и перед тобой враг. А вот так, чтобы в мирного человека, и только за то, что он богат и кому-то мешает, так я не могу, – произнес Иван.

– А нож к горлу приставлять ни в чем не повинной девушке, значит, можешь? – взвизгнула Наташа.

– Ладно, девочки, давайте развяжем бедолагу да отпустим подобру-поздорову, – предложила Лариса и приблизилась к пленнику.

– Я даже и пальцем не пошевелю, чтобы его развязать, – взъерепенилась Наташа. – Меня чуть кондрашка не хватила, когда он свой нож вытащил. Перепугалась так, что едва прямо в лифте в штаны не наложила. Я бы его тоже с удовольствием отпустила, только с балкона, с твоего, Ларка, десятого этажа и без парашюта, – говорила Наташа, бегая вокруг пленника.

– Вы уж извините меня, девушка. А что мне оставалось делать? Я когда увидел, что Лариса вам с балкона рукой машет, сразу понял: вот мой шанс. Когда в лифте удостоверился, что вы именно на десятый этаж едете, тогда только нож и вытащил. А, кстати, зачем вы лифт остановили?

– Это я сзади рукой по кнопкам шарила, думала, может, с диспетчером соединят, и там тогда услышат, что в лифте происходит. А в результате нечаянно на кнопку «стоп» нажала. Сама перепугалась до смерти, думала, что ты сейчас меня насиловать будешь, – призналась Наташа, и на ее губах промелькнула слабая улыбка. Глаза уже не так сердито смотрели на Ивана, и голос стал мягче. Лариса тем временем распутала веревки, и парень с наслаждением расправил конечности.

– Ничего не чувствуют, – пробубнил Иван, растирая руки. Он вдруг схватился за голову и застонал.

– Господи, как голова-то болит. Чем, интересно, вы меня так приласкали?

– Чернильницей, – спокойно ответила Евгения, – два раза.

– Да, не завидую я тому, кто с вами свяжется, – хохотнул Иван и сморщился от боли. – Шишка с мой кулак.

– Ты на всякий случай в травмпункт сходи, вдруг что-то серьезное, – посоветовала Женя.

– А, на мне все как на собаке заживает, – Иван махнул рукой, – хорошую школу выживания прошел, когда служил.

– А жена твоя, случайно, не знает, чем ты промышляешь? – спросила Лариса.

– Нет у меня жены, умерла, когда Настю родила. Вот и ращу с самых пеленок. Настенька сейчас у моей матери, в Зеленограде живет, там воздух хороший, а для ее здоровья это как раз то, что нужно, – вздохнул Иван, а потом улыбнулся: – Хорошая у меня дочка, на меня похожа, и ласковая, как котенок. Я пока неделю работаю, не могу выходных дождаться, чтобы поехать к ней. А вот за последние три месяца только один раз и ездил, все не получалось. Думал, вот доведу дело до конца, продам украшения и приеду туда к ним сразу с деньгами. Ладно, что теперь об этом говорить, только душу травить, – махнул парень рукой и поднялся со стула. – Я могу уйти или вам еще что-то нужно знать? – обратился он к Ларисе, почему-то сразу определив ее статус «главнокомандующего».

– Нет, ничего пока не нужно. Если понадобишься, мы тебя сами найдем, а сейчас уходи, пока не передумали.

– Может, все-таки его в милицию сдать, чтоб больше неповадно было воровством заниматься? – предложила Наташа. Иван уставился на нее испуганными глазами, а потом перевел взгляд на Ларису, ожидая приговора.

– Иди, иди, чего смотришь? – махнула та рукой в сторону выхода.

Иван рысью побежал в прихожую и, остановившись у двери, обернулся к Ларисе, которая шла за ним.

– Вы мне сами откройте, я в вашем замке не разберусь. Да, и еще, вот возьмите ключи от квартиры Евгении, они мне вроде ни к чему больше, – и он положил на ее ладонь связку ключей. Потом, немного помявшись, склонился поближе к Ларисе и прошептал: – Я сначала не хотел вам говорить, но смотрю, вы ничего девчонки. Передайте Жене, что за ней какие-то крутые следят, я не раз видел джип в ее дворе. Потом встретил его возле ее работы, уже больше двух месяцев это продолжается. Я-то целых три месяца ее пас, поэтому сразу их заметил. Пусть поостережется. Теперь откройте мне, пойду я, – заторопился Иван. Лариса открыла дверь и выпустила несостоявшегося воришку.

– Счастливо тебе, Иван. Надеюсь, что с твоей дочкой будет все хорошо. Не нужно надеяться на воровство, такие деньги не принесут добра и счастья.

Иван собрался что-то сказать, но потом только махнул рукой и пошел к лифту. Когда он вошел в лифт, Лариса тихонько закрыла дверь. Она вернулась в комнату, где сидели девушки, и устало опустилась в кресло.

– Вы знаете, девчонки, мне почему-то стало очень его жаль, когда он рассказывал про свою жену и дочь, – вздохнула Лариса.

– Мне тоже, – ответила Женя.

– А я, если честно, не поверила ему, – сказала Наташа.

– Почему?

– Не знаю, не поверила, и все, – пожала Наташа плечами. Она первая встала и, уперев руки в боки, сказала: – А что это, интересно, вы расселись? Ты, Ларка, что Володе сказала? Что будешь у меня ночевать, а там нами и не пахнет. Давайте-ка быстренько собираемся и отчаливаем. У тебя, Ларка, не квартира, а остров приключений. Я уже боюсь здесь долго задерживаться.

– Нечего на мою квартиру наговаривать, очень даже уютная, и я ее безумно люблю, что бы здесь ни происходило, – возмутилась Лариса, защищая свой кров.

– Девочки, хватит спорить, – встала между подругами Евгения. – Ларис, действительно пора собираться. Я сейчас только переоденусь и буду готова. Наташа, ты мне не подскажешь, что нужно сделать, чтобы мое лицо приобрело нормальный оттенок? – обратилась Женя к Наташе, чтобы переменить тему разговора.

– Приедем ко мне, я тебе маску сделаю, и завтра уже будешь в порядке, – махнула Наташа рукой. Она опять посмотрела на Ларису и гаркнула: – Ну, мы едем или не едем?

– Успокойся, конечно, едем. Что орешь как контуженая? – шикнула на нее Лариса.

– Сама такая, – беззлобно ответила та и пошла в спальню к зеркалу. Наташа ни при каких обстоятельствах не выходила из дома без соответствующего макияжа. А так как ей за последние два часа пришлось не раз утирать слезы, то, естественно, все, что было на лице, смылось. Когда она разложила на трюмо все, что имелось в косметичке, в комнату вошла Лариса.

– Нет, Натка, ты в самом деле контуженая. Мы же на машине поедем. Ну, скажи на милость, кто будет на тебя смотреть? Кому нужны твои накрашенные глаза и губы?

– Не важно. Вдруг ГАИ остановит? Я что же, по-твоему, должна сидеть за рулем без лица? – возмутилась подруга, намалевывая губы яркой помадой.

Лариса сложила руки на груди и прищурила глаза.

– Я вот о чем думаю, дорогая. Ты когда замуж выйдешь, в постель тоже будешь в макияже ложиться? Или, как институтка, станешь свет выключать? Или еще что-то придумаешь? – с сарказмом спросила она.

– А что? Японские женщины всегда ложатся с мужем накрашенными, да еще вырабатывают в себе дар спать красиво. Представляешь, Лар, у них там закон такой есть. Если мужу не понравится, как спит его жена, он может подать на развод, и это будет считаться вполне существенной причиной. А я уже придумала, как мне быть. Я себе татуаж сделаю – на глазах, бровях и губах. Буду всегда свежа, красива и накрашена. Так-то! – и Наташа показала Ларисе язык. Та посмотрела на подругу и расхохоталась. Она обняла Наташу за плечи и поцеловала ее в щеку.

– Вот за что я люблю тебя, Натка, ты никогда не унываешь и стараешься найти выход даже из безвыходных ситуаций.

– Так я же мудрая, – сморщила Наташа нос, – потому что уже старая, как черепаха Тартилла. Скоро двадцать восемь стукнет, а мне еще ни разу замуж не предложили, это же скандал и полная задница.

– Не прибедняйся, у тебя воздыхателей хоть пруд пруди, – засмеялась Лариса.

– Во-во, ты правильно заметила, ими только пруд прудить, а больше они ни на что не годные, – фыркнула Натка и встала со стула. Она еще раз бросила взгляд в зеркало и, повернувшись к Ларисе, сказала: – Все, я готова, можно отчаливать. Я, Ларочка, жду такого мужчину, чтобы увидеть и пропасть. Чтобы влюбиться без памяти и нырнуть в омут с головой.

– Принца на белом коне? – засмеялась Лариса.

– Принц мне ни к чему, они слишком привередливые. Все равно, кто он, лишь бы человек был хороший и любил меня по-настоящему, а денег у меня и своих достаточно, – улыбнулась Наташа и, обняв Ларису за шею, потащила ее из спальни. Женя была уже готова и с нетерпением ждала подруг. Она тут же вскочила с кресла и спросила:

– Все, девчонки, можно уезжать?

– Да, поехали. Сейчас, только проверю, все ли выключено, а то я один раз ушла, а утюг включенным оставила. Вспомнила об этом, когда в супермаркете покупки делала. Понеслась к выходу как очумелая и, представляете, с корзинкой, в которую продукты уже положила, но еще не оплатила. Меня охранники у машины поймали, чуть в милицию не сдали. И каково же мне было, когда я приехала домой и, посмотрев на утюг, вспомнила, что он сам автоматически отключается?

Лариса пробежалась по квартире, проверила, все ли в порядке, и присоединилась к девушкам, которые с нетерпением ждали ее у дверей. Когда они вошли в лифт, Лариса спросила у Евгении:

– Жень, я так у тебя и не выяснила со всей этой катавасией. Ты в Ростов дозвонилась?

– Да, поговорила с мамой, ничего ей не стала объяснять, просто попросила, чтобы она сказала, что я у нее, если будет звонить Алексей Александрович. Она придумает что-нибудь, если он попросит меня к телефону. Потом я позвонила ему самому и сообщила, что прямо сегодня улетаю к матери.

– И что он тебе на это сказал?

– Ничего, мать – дело святое, и он прекрасно это понимает. Побеспокоился, есть ли у меня деньги, и все на этом. Правда, еще сказал, что со мной хочет поговорить один человек, а когда я спросила, что за человек, он ушел от ответа. Говорит, когда приедешь, тогда все и узнаешь. Я вот о чем думаю, Ларис. Теперь-то выяснилось, что никто меня убивать не собирался, а всего лишь вор хотел ограбить. Зачем мне тогда у тебя жить? Я же могу спокойно домой вернуться.

– Не говори гоп, моя милая, пока не перепрыгнула, – осадила девушку Лариса. – Мы этому Ивану поверили на слово, но нет никакой гарантии, что он нас не провел. Так что сиди у меня и не рыпайся, пока не выясним все до конца. Тем более ты уже свекру сообщила, что уезжаешь. Что ты ему скажешь, если домой вернешься? Что мать так же внезапно выздоровела, как и заболела? Еще не вечер, моя милая, нужно быть готовыми ко всему. Вот когда все закончится, тогда и будем решать, где тебе жить и что делать. Все началось с того, что мы решили найти убийцу Саши. А теперь выходит, что про это совсем забыли со всеми последующими событиями. Я от своего слова отступать не собираюсь и хочу продолжить свое расследование. Насчет того человека, который хочет с тобой поговорить, у меня уже имеются соображения. Наверняка это Володя, ведь он тоже занимается тем же, чем и мы. Только бы не столкнуться с ним на узкой дорожке, я даже и представить боюсь, что он со мной сделает, – Лариса закатила глаза под лоб. – И потом появилась еще одна причина для того, чтобы тебе не появляться дома, – задумчиво добавила она.

– Какая причина? – удивленно спросила Евгения.

– Потом, все потом. Радуйся, что мы с тобой рядом, остальное – мелочи жизни, – отмахнулась Лариса.

Девушки вышли во двор и прошли к машине Наташи.

– Наташ, ты с Женей езжай на своей тачке, а я поеду на своей за вами следом, – предложила Лариса.

– Это еще почему?

– Ну, не ехать же завтра сюда за машиной? С утра я должна кое-какие дела сделать, кое-что выяснить. Не будешь же ты меня везде на своей тачке возить? – сказала Лариса.

– Понятно. Хорошо, езжай на своей, – согласилась Наташа, – а ты, Женя, запрыгивай ко мне.

Две машины выехали со двора и направились в сторону Наташиного дома. За ними следом ехал джип, не выпуская их из поля зрения.

Глава 12

Наташа с Женей подождали, когда подъедет Лариса, и все вместе пошли к дому. Только Ната открыла дверь квартиры, как из ее недр послышалась трель телефонного звонка. Лариса, даже не разувшись, спотыкаясь, помчалась к телефону. Она почему-то была уверена, что это звонит Владимир. Она не ошиблась и услышала на другом конце провода сердитый голос своего друга:

– Где это, интересно, вас носит? Видно, не такая Наталья больная.

– Ты что, Володь, совсем уже? Мы давным-давно дома сидим, и никаких звонков не было, – почти натурально возмутилась Лариса, а сама закатила глаза под лоб и прикусила губу.

– Ты мне, дорогая моя, лапшу на уши не вешай. Телефон не отвечал, а ваши мобильники вне зоны досягаемости. Что это значит? Ты, случайно, не хочешь мне объяснить? – рявкнул Владимир в трубку и многозначительно засопел.

– Володя, хватит тебе. Что с тобой в последнее время? Почему ты мне сцены устраиваешь? Ну, заехали в магазин на полчасика, у Наташки холодильник совсем пустой. Но дома мы уже давно, честное слово. Хочешь, я тебе Наташку к телефону позову?

– Что толку от твоей подруги? Вы же с ней всегда заодно. Ладно, с тобой спорить себе дороже, сейчас вы дома, и слава богу, а то я уже волноваться начал. Что там с твоей дорогой подругой приключилось? Надеюсь, ничего серьезного? – уже более спокойным голосом спросил он.

– Не знаю, Володь, наверное, что-то по-женски. Низ живота болит, голова кружится и поташнивает, – тут же придумала Лариса.

– Может, это и не болезнь совсем? Что-то уж больно симптомы многообещающие, – хохотнул Владимир.

– Нет, этого не может быть, я у нее уже спрашивала. Здесь что-то другое, – Лариса поторопилась разубедить друга.

– Так врача вызовите, вдруг что-то действительно серьезное, – посоветовал Владимир.

– Ладно, немного подождем, она сейчас каких-то таблеток наглоталась, а если легче не станет, тогда вызовем. Все, милый, пока, пойду ужин приготовлю, нужно перекусить, – поторопилась закруглить разговор Лариса. Она боялась, что Володя начнет задавать еще какие-нибудь вопросы и она ляпнет не то. Как только Лариса начинала врать, она завиралась до такой степени, что потом сама не могла отличить, где правда, а где ложь.

– Ну, пока, – сдержанно ответил Владимир. – Вам там мужская поддержка не нужна? Если что, позвони, я приеду.

– Да, да, непременно, милый. Если что, я обязательно позвоню. Целую, пока, – и Лариса поспешно отключилась. Наташа все время, пока Лариса говорила по телефону, стояла у двери в комнату, прислонившись к косяку и сложив руки на груди.

– Ну, ты, подруга, даешь, – покачала она головой, как только Лариса положила трубку. – Не могла что-нибудь другое придумать? По-женски я, видите ли, больна. Нашла что мужику говорить! Надо же было такие симптомы придумать! Первое, что мне пришло в голову, когда тебя слушала, что я беременна, – пыхтела Наталья, раздувая ноздри. – У меня от возмущения прямо слов нет, одни слюни, и те матом, – высказалась напоследок Наташа и, резко развернувшись, помчалась на кухню.

– Натка, не обижайся, я ляпнула, что первое пришло в голову, – виновато затараторила Лариса и побежала следом. – В конце концов, ничего в этом обидного нет. Подумаешь, – развела она руками. – Ну решит Володя, что ты залетела, ну и что? Тебе-то какая разница? Ты что, девочка, чтобы стесняться этого?

– Да иди ты, знаешь куда? – покосилась Наташа на Ларису, и та виновато опустила глаза. В это время позвонили в дверь, и на этом спор их прервался. Наташа открыла дверь и увидела соседа Игоря, который жил этажом ниже. Тот стоял с выпученными глазами, волосы на башке стояли дыбом, в довершение ко всему руки его дрожали так, что он никак не мог застегнуть пуговицу на рубашке.

– Чего тебе? – поинтересовалась Наташа.

– Наташ, у тебя похмелиться ничего нет? Только что проснулся, а в доме ни капли, одни пустые бутылки, – хриплым голосом спросил сосед.

– У меня что, ликеро-водочный завод здесь? – гаркнула Наташа и уже собиралась закрыть дверь. Но сосед поставил ногу в проем и взмолился:

– Наташенька, не дай ты мне пропасть, ведь подохну, если не опохмелюсь. Если выпить нечего, дай хоть полтинник, Христом-богом прошу.

Девушка посмотрела на Игоря осуждающе и покачала головой.

– Ведь молодой ты еще. Что же так губишь себя, Игорь? Прямо уже глаза мои на тебя не смотрят. Две жены от тебя сбежали, все соседи двери перед тобой закрывают. Неужели не можешь себя в руки взять?

– Веришь, соседка, пять раз завязывал, но каждый раз оказывалось некрепко, – горько усмехнулся Игорь и посмотрел на Наташу глазами побитой собаки. – Дай полтинник, а.

– Мне полтинника не жалко, мне тебя жалко, дурака, – Наташа махнула рукой и сняла с вешалки сумочку. – Не надоело бегать по всему дому, рубли стрелять на бутылку? Давно бы на работу устроился и жил, как все нормальные люди, – не успокаивалась она.

– А я же по гороскопу Стрелец, видно, на роду мне так написано: бегать и стрелять, – засмеялся Игорь, глядя, как она достает из сумочки кошелек. – Валерку знаешь, с третьего этажа? Вот он по гороскопу Лев, поэтому и богатым так быстро стал, – продолжал говорить сосед, не отрывая глаз от кошелька.

– Это почему же «поэтому»? – удивилась Наташа.

– Потому что он всех своих компаньонов сожрал, – загоготал Игорь. – А вот моя первая жена Рак была. Ой, Наташа, точно тебе скажу, рак он и есть рак, – продолжал веселиться сосед.

– Не понимаю, – покачала та головой.

– Что здесь понимать-то? Ни рыба ни мясо, вот тебе и рак, – опять заржал Игорь.

– Да ну тебя, балабол ты. На, бери деньги, иди похмеляйся, – Наташа протянула соседу пятьдесят рублей.

– Вот спасибо тебе, милая, я, как в церковь пойду, за твое здоровье свечку поставлю, – залебезил алкаш и побежал к лифту, потом обернулся и напоследок крикнул: – Мой тебе совет, никогда не выходи замуж за Козерога.

– Это почему же? – осторожно спросила Наташа, чувствуя какой-то подвох.

– У них с потенцией проблемы, поэтому и ходят все время с рогами. Козероги, одним словом, – снова засмеялся Игорь и растопырил над головой пальцы, изображая рога. Продолжая смеяться, он нырнул в лифт, который гостеприимно распахнул перед ним двери.

– Вот балабол, – опять повторила девушка и, улыбнувшись, закрыла дверь.

– Кто это там? – спросила Лариса.

– А, сосед мой, Игорь, опять его похмельный синдром мучает, – махнула Наташа рукой и уселась за стол. – Раньше хороший мужик был, а пять лет назад, как начал пить, так и покатился по наклонной плоскости. Что водка с людьми делает, уму непостижимо, – вздохнула она. – А где наша Евгения?

– Вроде в комнате она, телевизор смотрит, – ответила Лариса и полезла в холодильник, чтобы посмотреть, что можно сообразить на ужин. Она вытащила куриные стейки и замороженную картошку фри. Внизу нашла овощи для салата. – Не боишься задницу отрастить от такого питания? – спросила она у Наташи, держа в руках пакеты с продуктами.

– Нет, не боюсь, чтобы мне задницу отрастить, нужно год на одних макаронах сидеть и заедать их десяточком пирожных, – засмеялась подруга. – Не в коня корм, одним словом. Я уже даже хотела себе пивные дрожжи купить, чтобы хоть чуть-чуть поправиться. Я вот думаю, Ларис, может, поэтому мужчины и уходят от меня, что я такая костлявая?

– Не говори глупостей. Что-то не помню я ни одного мужика, который от тебя ушел. Ты же их сама выпроваживаешь, – покачала головой Лариса.

– Да? – нахмурила лоб Наташа. – Точно, сама выгоняю. Но это происходит тогда, когда у меня срабатывает мой внутренний колокольчик, который звонит и предупреждает: «Наташа, пора бросать, иначе он бросит тебя первым». Я его, колокольчик свой, всегда слушаюсь, и выпроваживаю очередного друга подобру-поздорову. Очень не люблю, когда меня бросают, это унижает мое женское самолюбие, – рассуждала Наталья, отправляя в рот печенье одно за другим.

– Прекрати жевать, аппетит перебьешь, я сейчас ужин приготовлю, – одернула ее Лариса. – Правда, кулинар из меня никудышный, но из того, что я у тебя нашла, и лошадь приготовит.

– А при чем здесь лошадь? – не поняла Наташа.

– Да это я так, для красного словца ляпнула, не обращай внимания, – засмеялась Лариса и вытащила из шкафа сковородку, чтобы пожарить стейки, и фритюрницу для приготовления картофеля. Наташа поднялась и прошла в комнату. Женя сидела в кресле и смотрела телевизор.

– Ты что это одна здесь скучаешь? – спросила Наташа.

– Я не скучаю, я телевизор смотрю, – улыбнулась девушка.

– Что интересного показывают?

– Да вот, криминальная хроника. Опять ювелирный магазин ограбили, почти в центре города. Четыре человека убиты, и снова никто ничего не видел, – вздохнула Евгения, а потом вдруг заплакала.

– Что с тобой, Женя? Такие случаи сейчас каждый день происходят. Не плакать же из-за всех? – уговаривала ее Наташа.

– Ой, Наташа, я как подумаю, что мой Сашка чем-то криминальным занимался, у меня сердце прямо заходится. Как будто ножом его режут. Ведь я с ним два года прожила, он всегда был таким добрым и хорошим. Не могу себе даже представить его в роли преступника.

– Да с чего ты это взяла? Откуда у тебя такие мысли, что Саша – преступник? Выкинь это из головы, девочка, – попробовала успокоить Женю Наташа.

– А откуда тогда в нашем доме пистолет? Почему Саша его с такой тщательностью запрятал? Он костюм, в котором пистолет был зашит, никогда не надевал, тот ему маловат стал. Просто висел в шкафу, как память о нашей свадьбе. Саша знал, что я его тоже никогда не трогаю, значит, прятал оружие с тем расчетом, чтобы я не нашла, – торопливо говорила Евгения, размазывая слезы по лицу.

– Ну, это же понятно, почему он прятал пистолет, Женя. Не хотел тебя пугать. А оружие сейчас у каждого второго есть, и в этом нет ничего удивительного. Для самообороны люди приобретают.

– Если бы это так и было, он не стал бы его от меня прятать, я его характер очень хорошо изучила, – не сдавалась Евгения, – нет, Наташ, что-то здесь не так. Может быть, мне в милицию пойти и сдать оружие от греха подальше?

– В милицию, конечно, можно пойти. Только что тебе это даст? Саши уже нет в живых, и наличие пистолета не поможет следствию. Ты лучше пока при себе его придержи. Вот когда вся карусель закончится, тогда и сдашь.

– И все-таки меня не оставляет мысль, что Сашу не просто так убили, что он замешан в какой-то неприятной, преступной истории, – опять перешла на щекотливую тему Евгения.

– Это все твои домыслы. То, что произошло на самом деле, мы не знаем. Знает один Саша, но он ничего теперь рассказать не может. Значит, какой вывод? Нужно во всем слушать Ларису, а она обязательно докопается до истины, помяни мое слово. Я уверена, что Саша просто жертва каких-то немыслимых, чудовищных обстоятельств. Не нужно раньше времени вешать на него ярлык преступника. Ты его жена, знаешь его больше кого-либо, и я удивляюсь, что именно ты назвала его преступником. Ты спроси у Ларисы, верит она в это? Я думаю, что нет, поэтому хочет докопаться до разгадки, – без передышки говорила Наташа, укоризненно качая головой.

Зазвонил телефон, и Наташа, подняв трубку, лениво сказала:

– Да, слушаю.

Немного послушав, она перевела удивленный взгляд на Женю и протянула ей трубку.

– Это тебя.

– Меня? – вытаращила глаза девушка. – Не может быть, это какая-то ошибка. Никто не знает, что я у тебя. И вообще я даже сама не знаю номер твоего телефона, – зашептала Женя, испуганно глядя на Наташу.

– Нет никакой ошибки, попросили Егорову Евгению, с которой я час назад приехала, – тоже шепотом ответила Наташа и сунула растерянной Жене в руки трубку. – Чего ты побледнела, как покойник? По телефонным проводам тебя никто не укусит. На, поговори и выясни, кто это может быть, – советовала Наташа. Женя осторожно взяла трубку и поднесла ее к уху.

– Алло, я слушаю, – дрожащим голосом сказала она.

– Здравствуйте, Женечка. Почему вы от меня прячетесь? – спросил приятный мужской голос.

– Кто это? – задала Женя вопрос и, посмотрев на Наташу, пожала плечами.

– Это ваш старый знакомый, меня зовут Вячеслав. Вспомнили?

– Вячеслав? – удивилась Женя. – Как вы узнали этот номер телефона? Я же вроде вам сказала, что уезжаю, а когда приеду, позвоню сама? Зачем вы меня преследуете и звоните совершенно незнакомым вам людям? – возмутилась она.

– Я, конечно, понимаю, что это не совсем прилично, но мне очень хочется вас увидеть, – промурлыкала трубка бархатным голосом.

– Вам бы следовало сначала поинтересоваться, хочу ли видеть вас я, – строго сказала Женя, и глаза ее зло сверкнули.

– И все же, Женечка, я настаиваю на нашей встрече. Обещаю, что ничего плохого с вами не случится, мы просто поужинаем вместе, и я отвезу вас туда, куда пожелаете, – настойчиво продолжал Вячеслав.

– Нет, Вячеслав, при всем к вам уважении я никуда не поеду и прекрасно поужинаю дома в компании со своими подругами, – не сдавалась Женя.

– Тогда я с удовольствием присоединюсь к вам и вашим подругам, – тут же нашелся собеседник.

– Нет, – почти прокричала Женя и зажала трубку рукой. Она посмотрела на Наташу испуганными глазами и прошептала: – Он собирается прийти к нам в гости, на ужин.

Наташа злорадно улыбнулась и, подойдя к Жене, взяла у нее из рук трубку.

– Милости просим, Вячеслав, будем ждать вас с нетерпением. Правда, ужин у нас не такой, как в ресторане, но умереть с голода не дадим, – прочирикала она и отключилась.

Евгения смотрела на нее как на ненормальную, открывая и закрывая рот. Слова буквально застряли у нее в горле.

– Дыши ровно, подруга, – улыбнулась Наташа и хлопнула Женю по спине, чтобы та наконец смогла вымолвить хоть одно слово. Девушка отлетела на полметра и спросила:

– Ты соображаешь, что делаешь?

Наташа непринужденно пожала плечами и, ехидно улыбнувшись, ответила:

– Если Магомет не хочет идти к горе, пусть сама гора придет к Магомету.

Буквально через тридцать минут появился Вячеслав. В руках он держал букет алых роз, торт и бутылку шампанского. Розы он вручил Жене, а торт и шампанское отдал хозяйке дома. Знакомство прошло непринужденно. Мужчина чувствовал себя свободно, вел себя безупречно и все время улыбался. Когда ужин закончился и приступили к чайной церемонии, напряжение отступило почти совсем.

– Как романтично, – произнесла Наташа и закатила глаза под лоб. – Мне никогда так в жизни не везло, чтобы мужчина влюбился в меня с первого взгляда, – хитро посматривая на Вячеслава, восхищалась она.

– Наташа, прекрати сию минуту, – зашипела Женя.

– А что я такого сказала? – пожала та плечами. Вячеслав сидел за столом рядом с тремя девушками и сдержанно улыбался. Лариса напряженно рассматривала его и не могла понять, что он собой представляет. На вид очень респектабельный молодой человек, но взгляд… Его взгляд смущал ее, он как будто заглядывал каждой из них в душу, пытаясь разобраться, что они задумали.

– А почему вы вдруг только сегодня решили встретиться с Женей? – спросила Лариса у Вячеслава.

– Я хотел это сделать раньше, но никак не решался, – непринужденно ответил он. – Вчера, когда я позвонил Евгении, она сказала, что уезжает на неопределенное время. Вот я и решил, что сегодня увижусь с ней. Я подумал: вдруг она и в самом деле куда-нибудь уедет и я потеряю ее, – он внимательно посмотрел на Женю. Та ужасно смутилась и отвела взгляд. Было видно, что ей нравится Вячеслав, но она пыталась скрыть это. – Женя, я могу поговорить с вами наедине? – обратился он к ней. Она вспыхнула и торопливо сказала:

– У меня нет секретов от подруг.

– Женя, нельзя так. Может, Вячеслав хочет сообщить тебе что-то не предназначенное для посторонних ушей? – влезла в разговор Наташа. Евгения посмотрела на нее испуганными глазами. Она встала из-за стола и кивнула Вячеславу.

– Хорошо, пройдемте в комнату, поговорим.

Когда парочка удалилась, Лариса набросилась на Наташу:

– Что ты все время лезешь куда не просят? Вдруг он захотел бы говорить при нас? Не очень-то мне нравится этот Ромео. Такой упакованный мужик, и вдруг влюбился, как мальчишка. Он видел Женю всего один раз, если верить ее словам.

– Что ты задергалась, как муха в паутине? Женя потом расскажет нам содержание разговора. Не думаю, что он при нас был бы с ней откровенен, – заявила Наташа и пожала плечами. – Не переживай, лучше тортика съешь, вкусный – просто отпад. Надеюсь, этот тип не отравил его, прежде чем нам принести, – хихикнула Наташа и отрезала себе кусок внушительных размеров. Лариса поднялась со стула и вышла на балкон, дверь на который вела прямо из кухни. В Наташиной квартире было два балкона, второй был в спальне. Лариса посмотрела вниз и увидела «Мерседес», припаркованный недалеко от подъезда. Немного поодаль стоял джип, и возле него маячило двое парней.

– Да, какие мы крутые, прямо по самую некуда, – проворчала Лариса и вернулась в помещение. Наташа с наслаждением поглощала торт и запивала его чаем.

– Как там погодка? – спросила она и запихнула в рот огромный кусок бисквита.