Текст книги "Пока она не полюбит тебя... (СИ)"

Автор книги: Ирина Горячева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

– Тебе помочь? – донеслось из комнаты.

– Спасибо. Я сама справлюсь.

– А ты одна живешь? – спросил Ярослав, как раз в тот момент, когда я вернулась в комнату с двумя чашками горячего чая в одной руке и пакетом печенья в другой.

Парень, моментально сориентировавшись, придвинул журнальный столик к дивану. Я избавилась от своей ноши и присела на край дивана рядом с гостем.

– С родителями, конечно, но они сейчас в командировке. Приедут еще очень не скоро. Ты пей, печеньку бери.

– Спасибо, – он отхлебнул из чашки, – очень вкусно.

Надо же, какой вежливый.

– А твои родители… – я не успела закончить фразу.

Парень, до этого не проявлявший никаких эмоций, как мне показалось, погрустнел.

– Они умерли… давно уже, – сказал он.

– Ой, извини, – я прикусила язык, вечно ляпну что-нибудь не вовремя.

– Да, ничего. Мама умерла, когда я был еще младенцем. Не помню ее совсем. А с отцом… у меня были сложные отношения.

– А хочешь, сходим завтра в кино? – почему-то спросила я. Наверное, из желания сменить неприятную для Ярослава тему.

– Хочу, – он сразу ожил.

– Отлично, – я задумалась. Интересно, какие фильмы ему нравятся? – Тогда я закажу билеты, а ты жди меня здесь же завтра часов в шесть вечера. Договорились?

Он посмотрел на меня, молча кивнув. И я впервые увидела его глаза, голубые, словно небо.

Весь следующий день я не находила себе места. И не могла дождаться вечера. После танцев я почти галопом неслась домой, думая лишь о предстоящем свидании и мечтая как можно скорее увидеть своего нового знакомого. Только бы он пришел. Только бы не забыл и не передумал.

Мои переживания были напрасны, парень ждал меня в условленном месте. Я заскочила домой, бросила рюкзак на пол в коридоре. На ходу заглянув в зеркало, стянула с волос пушистую резинку. Да, так намного лучше! Я пулей выскочила из подъезда на улицу.

– Ну что, идем в кино? – прощебетала, скрывая за весельем не понятно откуда взявшееся смущение.

– Конечно, – он встал со скамейки. – А тебе так лучше.

– Как – так? – не поняла я.

Ярослав пропустил кончики моих волос между своих длинных пальцев.

– С распущенными волосами, – уточнил он.

После кино, парень проводил меня домой и мы договорились встретиться снова. Завтра после занятий.

Ночью я очень долго не могла уснуть, металась по кровати из стороны в сторону. В голову постоянно лезли разные мысли, в основном касающиеся Ярослава. Вырубилась я уже под утро. И если бы не предусмотрительно подготовленные мною два будильника, я бы снова проспала. К счастью, второй будильник все же заставил меня открыть глаза. Поэтому на первую пару, я попала вовремя.

На перемене Наташка с подозрением скосила на меня глаза, увидев, как я разложила на парте содержимое косметички.

– Не успела накраситься, – пояснила я подружке.

– Я вижу, – ответила Ната с такой интонацией, что я почувствовала себя провинившейся девочкой.

Чьи-то ладони закрыли мне глаза.

– Миронов! – возмутилась я. – Ну что за детский сад!?

Стас выскочил откуда-то сзади, как черт из шкатулки.

– Лиз, сходим сегодня куда-нибудь вдвоем? – предложил он.

– Неа, не смогу. Надо к коллоквиуму готовиться.

– Так рано же еще, – бесцеремонно влезла в разговор Наташка.

– А потом все разом навалится, и опять ничего толком не выучу, – я улыбнулась и победно уставилась на подругу. Что, съела? Ха! У меня же черный пояс по отмазкам.

Наталья пожала плечами и потеряла интерес к нашему со Стасом разговору. Хотя и разговора-то никакого не было, от него меня спас звонок мобильного. Стасик украдкой бросил взгляд на экран моего телефона. Теряюсь в догадках, что он там хотел увидеть.

– Привет, мамочка! – радостно закричала я, отметив исчезновение одногруппника из поля зрения. Не знаю, чему обрадовалась больше, звонку родителей или удачному поводу избавиться от Стаса. – Да-да, у меня все отлично. У вас с папой как? Ага, хорошо. Ну, мам, что ты такое говоришь? Конечно. Ага, и вы тоже. И я вас. Папе привет. Ну все, пока-пока.

Я убрала телефон в рюкзак. Заодно сгребла туда же косметичку.

С горем пополам отмучилась на оставшихся лекциях. И когда последняя из них закончилась, я вскочила со своего места, как ужаленная, и бегом помчалась на второе свидание с самым симпатичным парнем во Вселенной.

Где-то… 10 месяцев назад…

Молодая женщина сидела в кресле, поджав ноги и уставившись невидящим взглядом в одну точку на стене. Тишину внезапно нарушил резкий звук дверного звонка. Женщина вздрогнула и сильнее вжалась в кресло. После того, что случилось с ней, она боялась даже подходить к двери. Звонок не замолкал. Женщина осторожно тихими шажками подошла к входной двери и заглянула в глазок. В подъезде стоял высокий прилично одетый мужчина лет пятидесяти.

– Кто там? – спросила хозяйка квартиры.

– Мария Анатольевна, я – отец Вашего студента Станислава Миронова, откройте пожалуйста, – попросил мужчина. – Нам нужно поговорить.

Марию Анатольевну стала бить мелкая дрожь. Она прислонилась к стене.

– Уходите! Нам не о чем говорить!

– Если Вы боитесь, мы можем поговорить через дверь. Но не думаю, что в Ваших интересах афишировать те неприятности…

Женщина рывком открыла дверь, пропуская мужчину в коридор.

– Под неприятностью Вы имеете в виду тот факт, что Ваш сын предлагал мне заняться с ним сексом на парте в аудитории? – зашипела она в лицо пришедшему. – А получив отказ, подкараулил меня в подъезде, затащил в мою же квартиру, избил и изнасиловал, пока я была без сознания?

– Мария Анатольевна! Поверьте, Станислав раскаивается и просит прощения за свой поступок. Поймите, он сейчас переживает непростой период из-за смерти матери…

– Мне все равно! – перебила она гостя. – Зачем Вы пришли?

– Я прошу Вас, умоляю Вас, Мария Анатольевна, не ломайте жизнь моему сыну, заберите заявление. Содеянное уже не исправить. Не подумайте, я не оправдываю мальчика…

– Он не мальчик! Он насильник с наклонностями садиста! Если не остановить его сейчас, дальше будет только хуже! – она обреченно опустила голову. – Уходите! Или я вызову полицию.

Мужчина сделал глубокий вдох, затем выдох.

– Давайте начистоту! – тон его изменился и стал деловым. – Вы ведь умная женщина! Вы знаете, кто я такой. И должны понимать, полиция мне ничего не сделает. Что касается Вашего заявления, оно будет навсегда похоронено в кипе прочего бумажного мусора. А Вы потеряете работу и приобретете дурную славу.

– И что Вы предлагаете!? – она с ненавистью глянула на него, прекрасно понимая, что он прав.

Отец студента растянул губы в улыбке, но глаза его оставались холодными.

– Ну вот, совсем другое дело, – он достал из кармана пальто толстый конверт и протянул молодой преподавательнице. – Поезжайте в отпуск, отдохните, развейтесь. Это поможет забыть неприятные моменты.

– Это что взятка!? – она машинально убрала руки за спину.

– Ну что Вы, Мария Анатольевна! Это просто небольшая компенсация морального и физического ущерба, – и видя, что женщина сомневается, добавил: – Будьте же благоразумны! И обещаю, сын Вас больше не побеспокоит.

Мужчина окинул быстрым взглядом коридор, после чего небрежно бросил конверт на телефонную полку и покинул квартиру.

На улице его ждал молодой парень. Мужчина с размаху отвесил ему затрещину.

– Идиот! – процедил он сквозь сжатые зубы.

– Ай! – вскрикнул парень. – Больно же, пап!

– В тюрьме будет больнее!

– Что теперь будет? Меня посадят?

– Иди в машину! Ничего с тобой не будет! Переведу тебя в другой институт. Подальше из этого города. А еще раз такое вытворишь, своими руками задушу! Ты меня хорошо понял!? – и он снова треснул сына по затылку.

– Да понял я, пап, понял!

– Понял он… – мужчина хлопнул дверью автомобиля. – Пристегнись!

Здесь и сейчас…

Я застегнула молнию на платье и покружилась возле зеркала. У нас с Ярославом сегодня в некотором смысле юбилей – двадцатое свидание. Поэтому выглядеть хотелось идеально. Парень предложил встретиться возле дома и пойти погулять в парке. Я накинула свой любимый небесно-голубой плащик и в очередной раз поймала себя на мысли о глазах Ярослава.

Как раз в тот момент, когда я уже выходила из квартиры, моя соседка-первоклашка снимала с шеи шнурок с ключом.

– Какая ты сегодня красивая, – я повернулась на тоненький голосок Насти. – У тебя свидание с женихом?

– Ага, – улыбнулась я и кивнула девчушке в ответ. – Он ждет меня во дворе.

Настя потеребила белый бантик на косичке.

– Я никого не видела во дворе, – помотала головой соседская девочка, поворачивая ключ в дверном замке. – Наверное, он еще не пришел.

Я стрелой промчалась вниз по ступенькам, совершенно не жалея каблуков, выпорхнула на улицу и испытала несказанное облегчение. Ярослав ждал меня возле подъезда. Видимо Настя просто не обратила на него внимание. Что взять с ребенка?

Я помахала парню рукой в знак приветствия и добавила:

– Привет.

– Привет, Елизавета. Я очень рад тебя видеть. Идем?

Я согласно закивала, и мы пошли в парк. Ярослав не обнял меня и не взял за руку вопреки моим тайным мечтам и ожиданиям. Этот факт безумно разочаровал.

Не знаю, сколько времени мы провели в парке, гуляя и рассказывая друг другу забавные истории. Ярослав поведал мне о своем детстве, о том как подшучивал над няней, а позже над частными учителями, которых ему ото всюду выписывал отец. Слушая его, я то и дело заходилась в приступах смеха. Редкие люди, попадавшиеся нам на пути, косились на нас и предпочитали обходить стороной. Но меня это ничуть не беспокоило. Пусть думают, что хотят.

Болтая о том о сем, мы не заметили как зашли вглубь парка. Асфальтированные дорожки сменились сперва на гравиевые, а затем и вовсе на узкие земляные тропинки. Здесь пахло сыростью и прелой листвой.

Как по взмаху волшебной палочки, небо заволокло тучами. А ведь еще мгновение назад светило солнце. Несколько крупных дождевых капель прорвались сквозь редкие пожелтевшие листочки берез, свисавшие над тропинкой, и упали мне на лицо.

– Бежим скорее, сейчас будет ливень, – потянул меня за руку Ярослав.

И действительно, с неба вдруг стеной хлынул самый настоящий ливень, холодный и противный.

В надежде спрятаться мы рванули с тропинки влево по мокрой траве под раскидистый дуб, еще не полностью сбросивший листву. До спасительного укрытия было не более десяти шагов. Но и этого оказалось достаточно. Мой плащ был мокрым почти насквозь. С волос струйками стекала вода. Я прижалась спиной к шершавому стволу. И мне отчего-то стало смешно. Подозреваю, что это была банальная истерика из-за испорченного свидания. Я ведь так долго наряжалась и прихорашивалась, а какой-то дождь свел все мои старания на нет. Однако стоя под деревом я меньше всего думала о причине своего смеха. Потому что слишком опасным было расстояние между мной и парнем, который мне нравился. Слишком близко были его небесные глаза и его губы… Кажется, мои мысли опять понесло куда-то не туда. Я уставилась в землю, усиленно делая вид, будто меня интересует нечто валяющееся где-то под ногами. На самом же деле мне необходимо было отвлечься от мысли о губах Ярослава. Не знаю, к счастью или к сожалению, моя попытка с треском провалилась.

Парень указательным пальцем убрал прилипшую к моей щеке прядь мокрых волос. Я невольно посмотрела ему в глаза и увидела в огромных черных зрачках собственное отражение. Ярослав сделал шаг вперед, прижав меня своим телом к дереву. Правая его рука продолжала исследовать мою щеку, левая поглаживала мою ладонь. В мозгу у меня билась всего одна мысль – о поцелуе. И когда мысль эта уже достигла последней точки исступления, и я готова была сама поцеловать парня, он склонил голову к моему лицу. Я сделала глубокий вдох и поняла, что безвозвратно тону в голубых глазах. Долгожданный поцелуй был сладким и пьянящим. Хотелось чувствовать губы Ярослава на своих как можно дольше. Совсем не так, как со Стасом. Я вздрогнула. Причем тут Стас? Ярослав отстранился.

– Извини, я что-то сделал не так? Да? – шепотом спросил он.

Черт! Черт! Конечно, нет! Наверное, он почувствовал, как я вздрогнула.

– Да… То есть нет… Это было… классно! – внутри нарастала паника, я боялась одним неосторожным словом испортить все. – Просто есть один парень…

Ярослав нахмурился, и лоб прорезали две глубокие складки.

– Почему ты не сказала, что у тебя есть парень? – выдавил он из себя после некоторой паузы.

– Нет-нет, ты не так понял, – замахала я руками, нервно улыбаясь. – Стас мне не парень. Мы только учимся вместе и все. Проблема в том, что он хочет быть моим парнем. Все время куда-то приглашает…

Ну вот, с ходу выдала все, о чем не нужно было говорить. Во всяком случае сейчас.

– А ты хочешь, чтобы он был твоим парнем? – вопрос Ярослава прозвучал неожиданно.

– Конечно, нет, что ты! Но он думает, что хочу, – я готова была расплакаться, понимая, что по своей же глупости теряю Ярослава.

– Ты давала ему повод так думать? – разговор плавно перетекал в допрос.

Я растеряно пожала плечами. Если человек вобьет себе что-то в голову, то и обычное общение может посчитать поводом.

– Кажется, нет, – не совсем уверенно произнесла я.

Ярослав еще сильнее, чем до этого, прижал меня к дубу и слегка сдавил пальцами плечи.

– Ты целовалась с ним так же, как только что со мной? – от прозвучавшего вопроса моя голова закружилась, а в глазах потемнело.

– Там на турбазе… – я ощутила, как его пальцы на моих плечах сжались сильнее. – Я задремала, а он пришел… я проснулась от того, что он целовал меня.

Неожиданно хватка ослабла, парень провел большим пальцем по щеке, вытирая слезинку. Надо же, я и не заметила, что плачу.

– Я не хотела, – пробормотала я, прислоняясь щекой к его груди.

Он кивнул, и морщины на лбу разгладились.

– Я знаю, – он двумя пальцами за подбородок приподнял мое лицо. – Пообещай мне, что никогда никто кроме меня не будет целовать тебя. По крайней мере, пока я – твой парень.

– Обещаю, – как ни старалась говорить спокойно, голос все же дрогнул.

Ярослав улыбнулся и снова накрыл мои губы поцелуем.

Дождь уже давно прекратился. И мы вволю наобнимавшись и нацеловавшись, пошли домой. Парень как всегда проводил меня до подъезда, прощаясь, чмокнул сначала в щеку, потом в губы. Легко, едва касаясь. Иначе чем недавно в парке. В квартиру я зашла мокрая, грязная, но безумно счастливая. Хотелось петь, танцевать и кричать о своем счастье. Ну а если не кричать, то уж точно поделиться распиравшей радостью с подругой. Я бросила плащ в ванную – потом постираю. Скинула в коридоре возле зеркала туфли, прошла в комнату, взяла мобильный. Прямо с ногами забралась на диван и набрала номер Наташки.

Где-то… В это же время…

Девушка вышла из кабинки туалета, помыла руки и вытерла бумажной салфеткой. В маленькой сумочке, висевшей на плече, затрезвонил телефон.

– Алло? – она почувствовала раздражение. Умеет же Лизка звонить не вовремя. – Привет. Неа, не мешаешь… Да ничем... Могу… Так-так, рассказывай… Да ты что! Ну и как он тебе?.. Не может быть! Ну ты даешь, подруга!.. Значит, у вас все серьезно? Ну поздравляю!.. Угу, ну давай, до встречи.

Наташа спрятала телефон обратно в сумочку. Получается, у Лизки теперь есть парень. Это хорошо! Можно с чистой совестью заняться Стасом.

Девушка вышла в зал. Официантка как раз выставляла на столик заказ: капучино с пирожным для нее и кофе с тостами для Стаса.

Наталья шлепнулась на диванчик и набросилась на пирожное. Она прожевала бисквит и, как ей казалось, эротично слизнула с ложки остатки взбитых сливок.

– Послушай, Стасик, хватит тебе бегать за Лизкой, – она ковырнула новую порцию десерта. – На ней свет клином не сошелся. Вокруг полно симпатичных девчонок.

– Если ты имеешь в виду себя, – парень хмыкнул, – то мы это уже обсуждали. Ты для меня просто друг.

Наташа звякнула ложкой по блюдечку и наклонилась так, чтобы быть ближе к сидящему напротив парню.

– Правда? – она приподняла одну бровь. – А на турбазе мне показалось, мы больше, чем просто друзья.

– Наташ, – он тоже наклонился, – мы были пьяными. Я толком даже не помню, что мы делали. Может, ты все это выдумала, чтобы поссорить нас с Лизой.

– Миронов, ты дурак, – возмутилась девушка. – Нет никаких вас с Лизой! И никогда не будет! Ты этого еще не понял?

Стасик откинулся на спинку диванчика.

– Вот увидишь, я добьюсь своего. И в следующем году мы с Лизкой поженимся.

Наташа замерла, потом рассмеялась так громко, что некоторые из посетителей кафе обернулись.

– Ну-ну, только пока ты сидишь здесь и строишь планы, Лизка ходит на свидания с другим.

Станислав напрягся, его ноздри раздулись.

– Врешь! Я спрашивал, и она сказала, что у нее никого нет.

– Ну, стало быть теперь есть, – Наталья развела руками. – Потому что ровно десять минут назад она звонила и хвасталась, как классно он целуется.

– Не верю! Ты все врешь! – он побагровел и выскочил из-за стола, вывернув на скатерть остатки кофе. – Ты врешь!

Наташа не ожидала такой реакции и немного испугалась.

– Тихо ты, успокойся, – она заозиралась по сторонам, испытывая неловкость за поведение парня. – В конце концов, она всего лишь встречается с ним, а не спит.

Но ее слова еще больше разозлили Стаса. Он прорычал что-то нечленораздельное и вылетел из кафе.

Здесь и сейчас…

Прозвенел звонок на большую перемену. И я решила воспользоваться этими тридцатью минутами, чтобы спуститься в столовую и чего-нибудь перекусить, так как утром завтракать не стала. В очереди уже стояли человек десять таких же голодных студентов как и я. Взяла себе порцию хрустящих жареных пельменей с соусом, зеленый чай и ватрушку. Заняла свободное место в самом углу. Не знаю почему, но мне хотелось сейчас стать маленькой и незаметной. Просто посидеть в тишине и подумать о своем о девичьем. Я довольно быстро расправилась с пельменями и приступила к чаю, когда заметила решительно шурующего по проходу между столиками Стаса. Может, пронесет, и он меня не заметит? Я уткнулась в чашку.

– Привет, – он без приглашения подсел ко мне. Вот же, принесла нелегкая, блин!

– А, привет, – сделала удивленные глаза, как будто только что увидела – решил попить чая?

– Нет, хочу поговорить с тобой, – он как-то чересчур серьезно посмотрел мне в глаза. – Последнее время это стало сложно. Как будто ты избегаешь меня.

– Да ну, что ты! Тебе показалось! – принялась уверять я парня. Надеюсь, получилось не слишком наигранно.

– Тогда почему ты не соглашаешься на свидание со мной?

– Стас, мне некогда думать о парнях и свиданиях. У меня все дни расписаны. Танцы, английский, бассейн, и еще я хочу пойти на курсы парикмахера, – изрядно приукрасила я действительность.

– Но на своего Ярослава ты время находишь! – он стукнул кулаком по столу.

От неожиданности я дернулась и вытаращилась на него во все глаза. Даже не нашлась, что ответить, но Стасу, похоже, это и не было нужно. Он продолжал:

– Я уже сто раз приглашал тебя в кино, но ты отказываешься. Все время находишь какие-то дурацкие причины. Что со мной не так, Лиза? Чем твой Ярослав лучше меня? Он ведь не любит тебя, так как я люблю.

Я закашлялась, поперхнувшись ватрушкой. Он вскочил со своего стула и кинулся ко мне. Я-то наивно думала, чтобы похлопать по спине, помогая прокашляться. Но нет… Он, по-моему, этого вообще не заметил. Он театрально упал на одно колено передо мной. Я почувствовала как краснею, попыталась поднять его с пола. Не тут-то было.

– Лизка, – торжественно начал парень, – я готов простить тебе, что ты целовалась с Ярославом. Даже если ты спала с ним, я прощу. Только выходи за меня замуж.

Я изваянием застыла с поднесенной ко рту чашкой чая и захлопала глазами. Он готов что!? Простить!? Очуметь можно! Он вообще что о себе возомнил!? Когда дар речи ко мне вернулся, у меня началась самая настоящая истерика.

– Замуж? Ой держите меня! – покатывалась я от смеха, вытирая слезы. – Ой не могу! Ты прикалываешься, Стас?

Парень вскочил с колена, кажется, он ожидал другую реакцию и теперь злится.

– Что смешного? – он навис надо мной, красный, как помидор.

Я наконец-то просмеялась.

– Стас, ты совсем что ли? Ну какой еще замуж? Нам всего по девятнадцать лет. Надо сначала закончить учебу, найти работу, а потом…

– Дура ты, Лизка! – буркнул он, развернулся и выбежал из столовой, оставив меня в замешательстве. Ну и что это сейчас было?

Где-то… Примерно в это же время…

То и дело подбивая ногой в воздух ярко-желтые листья, я тащился по парку, где не так давно гулял с Елизаветой. Какая сила влекла меня сюда? Не знаю. Наверное, та же, что заставляла постоянно думать об этой милой девушке. За мою короткую жизнь в человеческом теле, мне ни разу не приходилось любить. В этом не было надобности, поскольку жениться все равно предстояло по отцовскому приказу на той, которую он выберет. А за ту вечность, что я скитался, будучи проклят ведуньей Рогнедой, я много наблюдал за людьми. Изучал поведение, речь, узнавал новые слова. Пытался постичь, что же такое эта любовь? Я часто слышал о ней и о том, что чувствуешь, когда любишь. Однако все равно не понимал. Все изменилось с появлением Елизаветы. Судьба это или простое совпадение? А может, начинало сбываться проклятие? Я убеждал себя, что лишь желание вновь стать живым человеком движет мною. Но это была ложь. Лиза понравилась мне сразу же, как только я увидел ее. Еще там на турбазе. Она сидела на кровати в одной из комнат. И по какому-то невероятному стечению обстоятельств именно на месте этой комнаты когда-то очень-очень давно находилась моя спальня. И на том месте, где я впервые увидел Лизу, стояла моя кровать. А потом… потом я понял, что девушка меня видит. Я решил, что это мой шанс снять проклятие. И только теперь я понял, что уже тогда с первого взгляда влюбился в Елизавету. Именно поэтому впервые за многие сотни лет я покинул то место, где когда-то был мой дом. Именно поэтому я нашел Лизу. Мне хотелось, чтобы и она полюбила меня. Я мечтал стать обычным человеком, чтобы всегда быть с ней… Об одном я забыл… нам никогда не суждено быть вместе. Если верить проклятию, когда я вновь обрету видимую плоть, та, что полюбит меня – умрет… Готов ли я пожертвовать жизнью Лизы, чтобы спасти свою? Никогда! Напротив, это я пожертвую своей жизнью и своей любовью, чтобы спасти ее. Пока еще не поздно, пока она не влюбилась в меня, я… я уйду. Не сегодня… Завтра утром. А сегодня хочу увидеть ее… в последний раз, чтобы запомнить на всю оставшуюся… вечность.

Здесь и сейчас…

Вечером я ждала в гости Ярослава. Он заявился на час раньше оговоренного времени. Не могу сказать, что меня этот факт так уж сильно расстроил. Только вот подготовиться к визиту гостя как следует, я совершенно не успела.

– Ой, ты сегодня рано, – я открыла дверь пошире.

Парень переступил через порог и без всяких предисловий начал:

– Елизавета, я не мог ждать. Мне надо поговорить с тобой.

– Ээээ, – промычала я. Что ж за день-то, всем приспичило со мной поговорить? – Идем в комнату. Чай или кофе будешь?

– Нет-нет, – Ярослав покорно следовал за мной в комнату.

– А я себе, пожалуй, сделаю, – озвучила я свои мысли вслух. – Подождешь?

– Конечно, – ответил Ярослав, усаживаясь в кресло.

Я метнулась на кухню и очень скоро вернулась с чашкой чая и сдобным сухариком.

– Так о чем ты хотел поговорить? – я выжидательно уставилась на Ярослава.

Парень прикусил нижнюю губу и некоторое время ее жевал. Видимо, не знал, как и с чего начать. Я не торопила. Пусть соберется с мыслями.

– Видишь ли, Лиза, – начал он, наконец-то. Ой, что-то мне от такого начала не по себе, – мы не очень давно с тобой знакомы. И так мало знаем друг о друге.

– Я знаю о тебе все, что мне нужно, – поторопилась я успокоить Ярослава.

Но он, по-моему, и не услышал меня.

– У нас большая разница в возрасте, – продолжал он. – И есть много такого в моей жизни, о чем я просто не знаю, как тебе рассказать.

Я поставила чашку на стол. Ну, вот тебе и здравствуй! Ох, не к добру он завел этот разговор. Уж, не собирается ли он расстаться со мной? Нет-нет-нет, только не это!

– Ярослав, ты чего? – заглянула в его голубые глаза. – Какая еще большая разница? Всего-то три года. В наше время это вообще не разница.

– Вот именно, Лиза! – он вскочил с кресла. – Все дело во времени! Мы не сможем… быть вместе.

– Что-то я тебя не пойму, – надулась я. – Совсем недавно ты называл себя моим парнем. А теперь… Если я тебе не нравлюсь или просто надоела, и ты не хочешь со мной встречаться, так и скажи.

Он шагнул ко мне и обнял ладонями за плечи. От прикосновения его рук стало тепло во всем теле.

– Елизавета, милая моя, – заговорил он, слова давались ему с трудом, – ты мне нравишься. Очень сильно нравишься.

– Тогда объясни уже, в чем проблема? – все еще не понимала я, чувствуя себя героиней дурацкого мелодраматического сериала.

Раздался звонок в дверь.

– Черт! Кого там принесло!? – процедила я и потопала в коридор.

Принесло Наташку.

– Привет, подружка! – прощебетала она. – Я не помешала?

– Честно говоря, ты немного не вовремя, – ответила ей раздраженно. – Я не одна.

– Ну, наконец-то, – она хихикнула и, нахально отпихнув меня в сторону, почапала в комнату.

Я зашла следом. Ярослав сидел в кресле, держась за голову и раскачиваясь из стороны в сторону. Наташка окинула любопытным взглядом комнату.

– Я че-то не поняла, ну и где твой чудо-парень?

Я захлопала глазами.

– Вообще-то сидит в кресле, и ты смотришь прямо на него.

Наташка во все глаза вытаращилась на меня так, что я испугалась за нее.

– Лизка, ты меня разыгрываешь? Или просто не хотела пускать?

– Что за глупости? С чего ты это взяла? – не понимая, к чему этот вопрос, я тупо уставилась на подругу.

– Лиза, але! – Наташка пощелкала пальцами у меня перед носом. – В комнате кроме нас никого нет!

У меня в горле запершило и появилось ощущение застрявшего комка. Я закашлялась, пытаясь пропихнуть его. Несколько раз я переводила взгляд с подруги на понуро молчавшего парня и обратно.

– Ярослааав, – тихонько позвала я, надеясь на объяснения.

Он поднял голову и посмотрел на меня взглядом, от которого защемило сердце.

– В этом и есть проблема, Лиза, – шепотом сказал он.

– Ты, что человек-невидимка? – что за бред я несу?

– Нет, но кроме тебя никто не может видеть и слышать меня.

– Ну не фига себе! – я была полна праведного гнева. – Мог бы предупредить…

Я перевела взгляд с Ярослава на подругу. Наташка как-то вся скукожилась. Наверное, она решила, что я тронулась мозгами. Только этого мне сейчас и не хватало!

– Э… м… ну я, пожалуй, пойду. А то у меня еще дела… Можете не провожать… сама найду дверь… Пока, э… ребята, – пролепетала моя подруженька и как можно скорее ретировалась из нашего маленького дурдома.

Я села напротив Ярослава и долго смотрела на него, пытаясь осмыслить услышанное. Меня поразила моя реакция на происходящее. Я не крутила пальцем у виска и не билась в истерике. Как будто подсознательно ожидала чего-то в этом роде, а то и вообще знала. Ярослав, видимо, тоже ждал иной реакции, поскольку смотрел на меня и молчал, время от времени хлопая глазами.

– И что все это значит? – наконец-то, вернулся ко мне дар речи, и я лихорадочно перебирала в голове все потенциально возможные объяснения. Бесполезно.

– Это неважно, Лиза, – парень покачал головой. – Я должен уйти. Поверь, так будет лучше для тебя.

– Ну знаешь, что! – я гневно уперлась кулаками в бока. – Давай-ка, я сама буду определять, что для меня лучше. И если уж ты окончательно решил уйти, то хотя бы скажи почему.

– Я не могу! Это… это непросто… Лиза, ты не поймешь… не поверишь мне.

Я закинула ногу на ногу, всем своим видом изображая готовность слушать долго и внимательно.

– А ты все же попытайся.

Парень тяжело вздохнул.

– Ладно, я расскажу, – сдался он и грустно улыбнулся. – Может быть, тогда ты сама захочешь, чтобы я ушел.

– Вот уж не надейся! – огрызнулась я.

Ярослав никак не отреагировал на мое восклицание. Его лицо стало таким же бесстрастным, как в нашу первую встречу. Он начал свою историю почти шепотом:

– Как я и говорил тебе, моя мать умерла очень скоро после моего рождения. Моим воспитанием занимались многочисленные няньки, а чуть позже учителя, бесконечно выписываемые отцом. Когда мне исполнилось десять, мы с отцом поехали за город. Там он впервые взял меня с собой на охоту. С этого момента вся моя жизнь разделилась на две части – учеба, когда я жил в городе и охота, когда мы выезжали в загородное имение. Ни развлечений, ни игр, ни друзей. К пятнадцати годам я ненавидел свою жизнь; ненавидел учителей, отца, охоту, учебу. И все делал назло.

Парень замолчал, и я решила заполнить паузу умным высказыванием:

– Ну такое поведение свойственно подросткам. Это называется юношеский максимализм.

– Сейчас – да, а в то время это называлось непочтением к родителям и строго наказывалось, – он скривил губы в усмешке. – Нужно ли уточнять, что наказания не добавляли во мне ни любви к отцу, ни желания подчиняться ему? За городом я часто сбегал из родительского дома и прятался в лесу, наблюдая, как толпа слуг безуспешно ищет меня, и как злится отец. В один из таких побегов я увидел, как деревенские мальчишки приставали к девушке. Я вступился за нее. В результате впервые в жизни пришел домой в драной одежде, с подбитым глазом и разбитой губой. После объяснений с отцом я долго не мог сидеть. Мне строго настрого запретили выходить за пределы усадьбы.

– Но ты, разумеется, нарушил запрет, – предположила я самое очевидное развитие истории.

Ярослав кивнул и продолжал:

– Более того, я тайком бегал домой к Инге, так звали девушку, которую я спас от деревенских мальчишек. Это продолжалось несколько лет. Потом наша дружба переросла в близкие отношения. Меня тянуло к ней снова и снова, но это не была любовь. Хотя, что я, выросший с ненавистью в сердце, мог знать о любви? Уж не знаю, как, но отец узнал о моих похождениях. Мы сильно повздорили, и он в сердцах рассказал, что моя Инга – дочь ведуньи. И чем дальше я буду держаться от нее, тем лучше будет всем. Я поклялся отцу, что больше никогда не пойду к ней.

Я слушала Ярослава, раскрыв рот. Кажется, я начала догадываться, что будет дальше. Перед глазами всплыли образы мальчишек-рыболовов, встреченных во время поездки на турбазу и рассказавших нам байку о призраке молодого князя, проклятого ведуньей. Парень, не подозревавший о моих догадках, рассказывал дальше:

– Два года мы с Ингой не виделись. Потом я нарушил обещание. И снова отец узнал о наших отношениях. И я в очередной раз обещал ему оставить Ингу. И вновь тайком пошел к ней. Когда я вернулся домой, отец поставил меня перед фактом о моей скорой женитьбе. А если я откажусь, он отречется от меня. Я не хотел говорить об этом Инге, но когда пришел к ней, она уже все знала. Она устроила скандал, стала угрожать мне и требовать, чтобы я женился на ней. Хотя я никогда ничего не обещал ей и не говорил, что люблю. И Инга, и ее мать знали, что княжескому сыну никто не позволит жениться на простой девушке, тем более на дочери ведуньи. В общем, мы окончательно рассорились. Я женился на той, которую мне выбрал отец. И постепенно стал забывать Ингу. Спустя какое-то время к нам в усадьбу заявилась сама ведунья. Она сказала, что из-за меня Инга утопилась в озере, и я должен ответить за это. Я испугался, что нас увидит отец, и что ведунья может причинить вред моей жене. Я накричал на нее, сказал, что никогда не любил Ингу, что лишь использовал ее и наговорил еще каких-то глупостей, а затем прогнал. Прежде чем уйти, мать Инги коснулась моей груди и сказала, что я стану бесплотным невидимым духом. И останусь им до тех пор, пока меня не полюбит та, в которую влюблюсь я. Я не придал этому значения. А на следующее утро проснулся от беготни и криков отца на слуг. Они искали меня. Я в чем был выскочил из своей комнаты и бросился к отцу. Но… Тогда-то я и понял, что меня никто не видит и не слышит. Я побежал к ведунье просить прощения, но она исчезла. И после этого я долгое время искал ее, но безуспешно. Что я только не делал, чтобы вернуть себе прежний вид. Время летело. Я видел, как моя жена обвенчалась с другим и родила ему двоих сыновей. На моих глазах умер отец. Я много раз видел, как менялась власть, и из нашего дома сделали конюшню, затем казарму. А потом турбазу. Сколько девиц я перевидал за свое бестелесое скитание. Только вот меня никто не видел… И тут вдруг после стольких веков отчаяния появилась ты… – он замолчал.