Текст книги "Темный ангел одиночества"
Автор книги: Инна Бачинская
Жанр:
Прочие детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 12
Марта (заключение)
…Хрустальная люстра вспыхнула, как взорвалась. Глаза мои были прикованы к человеку в кресле. Это была Марта – я узнала ее. Она сидела очень прямо, странно неподвижная, напоминая манекен. В голубом платье с разорванным воротом и встрепанными рыжими волосами. На светлом ковре у ее ног валялись черные перчатки с камешками, сверкнувшими в огне люстры. Она не повернула головы в мою сторону, смотрела мимо, куда-то в пространство. Она улыбалась – на щеке обозначилась знакомая ямочка. Улыбка ее была бессмысленной – она, похоже, не заметила, что зажегся свет. То, что я испытывала, был уже не страх, а самый настоящий ужас – мне показалось, она мертва.
Я заставила себя подойти к ней. Она по-прежнему никак не реагировала на мое присутствие. Я тронула ее за плечо и негромко позвала:
– Марта!
Взгляд ее, скользнув по комнате, уперся в меня. Она была жива, но… что-то было не так. Все было не так! Мне казалось, что она меня не видит.
– Марта, – повторила я, беря ее за руку.
Ее рука была холодна как лед и безжизненна.
– Марта, что с вами? Вы меня слышите? – повторила я громче. – С вами все в порядке? Мы очень беспокоились, и Евгений, и Леша Добродеев. Марта, вы меня слышите?
Она по-прежнему улыбалась бессмысленной улыбкой и молчала. Глаза ее с расширенными зрачками смотрели на меня в упор и… не видели. Шок? Одурманена наркотиками?
– Марта, вы меня слышите? – закричала я в отчаянии. – Что с вами?
Я опустилась на диван, снова достала мобильник. Евгений отозвался сразу, словно ожидал звонка.
– Катя, да! Что? – В голосе его были страх и надежда.
– Евгений, Марта дома… у себя. Я пришла, а она здесь… в своей квартире. – Мой голос мне не повиновался.
– Как?! Вы нашли ее? – вскрикнул он. – Она у себя? Но как же так, ведь я был там! Я сейчас приеду!
…Я сидела на диване, не сводя глаз с Марты и одновременно чутко прислушиваясь к звукам в квартире. Мне пришло в голову, что здесь может быть кто-то еще. Тот, кто привел ее сюда, – вряд ли она сумела добраться самостоятельно. Мысль эта заставила меня поежиться и перевести взгляд на дверь. В квартире не было света – почему? Почему Марта сидела в темноте?
«Она пришла, когда было светло! – осенило меня. – Уселась в кресло и… просидела, не шевелясь… до сих пор? Не заметила, что стемнело? Видит в темноте? Или наоборот – не видит? Ничего не видит?»
Сколько же она так сидит? В субботу, во второй половине дня, Евгений был здесь, и Марты не было. Значит, получается, она здесь… с вечера субботы? Хотя, возможно, он был здесь еще не раз. Он метался по городу в поисках Марты. В пятницу ее сбила машина, «Скорая» привезла ее в травмопункт, она лежала на носилках в своей белой шубке, испачканной кровью…. Она ли? У меня перед глазами стояла белая шубка с засохшими черными пятнами, валяющаяся в прихожей. А потом Марта исчезла, и никто ничего не заметил. То ли сама ушла, то ли… не сама. А что было дальше? Ее привезли домой – потом, а где она была в ночь с пятницы на субботу? Как она попала сюда? Где она была все это время?
Я вздрогнула от звука хлопнувшей двери. Раздались торопливые шаги, и в комнату ворвался Евгений. Меня он, казалось, не заметил вовсе.
– Марта! – Он бросился к женщине в кресле, упал на колени. – Марточка! Родная моя! Слава богу, ты жива! – Он прижался лицом к ее рукам, лежащим безвольно на коленях. – Как ты меня испугала! И потом еще эта дурацкая передача… Позвонила тетка, говорит: твоя Марта попала в аварию, я сразу же бросился к тебе, а тебя нет… Я чуть с ума не сошел! – Он говорил очень быстро, глотая слова. – Бросился к Гоше, он сидит на новостях, выпросил запись… Смотрел раз десять и ничего не понял… Марточка, что случилось? – Он поднял голову, заглянул ей в лицо, начиная осознавать странность ее молчания. – Марта, что с тобой?
Я сидела молча. Евгений повернулся ко мне, он был растерян.
– Катя… она что-нибудь сказала?
Я покачала головой. Долгий миг мы смотрели друг на друга.
– Что случилось? – спросил он безнадежно. – Марта, ты меня слышишь? – Он потряс ее за плечи. Голова Марты мотнулась как у тряпичной куклы. Она не перестала улыбаться слабой бессмысленной улыбкой, в которой сквозило безумие, и на щеке ее обозначилась ямочка.
– Кто вам открыл? – Он повернулся ко мне.
– Дверь была не заперта. Она… Марта сидела в темноте. Я включила свет…
– В темноте? – Из того, что я сказала, он выхватил одну фразу. – Но почему?
Я пожала плечами.
– Марта! Ты меня узнаешь? – Он все еще надеялся. – Может, воды? Катя, что случилось?
– Я не знаю, похоже, она под действием лекарств. У нее зрачки расширены.
– Наркотики? Вы думаете? Что с ней сделали? – Он поправил разорванный воротник ее платья. – Марта!
– Я думаю, ей нужен врач.
Зазвонил мой мобильник, и я вздрогнула. Галка! Не ко времени. Я отключилась.
– Да, да! – заторопился он. – Сейчас! У меня есть знакомый доктор, Слава Кучинский… – Он стал поспешно тыкать в кнопки телефона; промахивался – так дрожали руки – и начинал сначала. – Славик, это Евгений! – закричал отчаянно. – Можешь приехать, это срочно! Пожалуйста! Адрес… – Он стал диктовать адрес. Он не поднялся с пола – так и сидел у ног Марты, привалившись к ее коленям.
Доктор Славик приехал через тридцать минут. Был это молодой человек с негустой бородкой и пучком волос на затылке. Выглядел он несерьезно. К тому же оказалось, что он хирург.
– Славик, посмотри, что с ней?
– Это твоя жена? – спросил Славик, наклоняясь над Мартой.
– Да. Понимаешь… – Евгений беспомощно взглянул на меня, я кивнула – давай, мол, все равно уже ничего не скрыть… – Понимаешь, она исчезла, сегодня шестой день, а в вечерних новостях в пятницу показали сюжет про аварию, и там была женщина, похожая на Марту…
Доктор Славик присвистнул.
– А где же она была все это время?
– Катя говорит… Познакомься, это моя знакомая Екатерина Берест, она искала Марту…
– Частный детектив? Это про вас статья? Королевская яхта?
Он ухмыльнулся, окинув меня с ног до головы оценивающим взглядом. Он был хирург, а все хирурги циники, как мы знаем. Частный детектив в его табели о рангах находился где-то между экстрасенсом и шаманом, и те и другие в его глазах были шарлатанами. Он привык лечить скальпелем. Я кивнула ему, и он расплылся до ушей.
– Ну… да. Катя говорит, что ту женщину привезли в травмопункт в пятницу вечером, и оттуда она исчезла.
– Исчезла? Что значит – исчезла? – удивился доктор Славик, пытаясь нащупать пульс на запястье Марты. Он приподнял ей веко, взял в руки ее голову, наклонил вперед, потом назад. Марта не реагировала.
– Просто исчезла. Слава, что с ней?
– Не знаю, чем-то ее, похоже… – Он поддернул рукав платья Марты на одной руке, затем на другой. – Во всяком случае, это был не укол. Опоили, скорее всего. Трудно сказать вот так сразу.
– Зачем? – в отчаянии закричал Евгений. – Кто?
– Жень, не рви сердце, жива ведь. Мы приведем ее в норму. Надо бы заявить…
– Заявить? – с недоумением повторил Евгений. – Зачем?
– Типичный киднеппинг. А как она попала домой? Кто-то должен был видеть, когда она вернулась, с кем, надо бы поспрошать соседей. Да и в травмопункте… люди просто так не пропадают, даже у нас.
– Мы не знаем, как она попала в квартиру и когда, дверь была не заперта. Ее не было несколько дней… в последний раз я заходил сюда в понедельник, позавчера. Мы живем у меня, это квартира родителей Марты, она стоит пустая уже несколько лет.
– Странная история, прямо детектив. – Он мельком взглянул на меня. – Надо бы ее в стационар, промыть желудок, взять анализы. Я бы показал психиатру. Можно Лембергу, он у нас самый толковый.
– Без больницы никак?
– Никак, Женя. Это всего на пару дней, ты можешь оставаться с ней, если хочешь.
Я поднялась, чувствуя, что больше не нужна. Евгений рассеянно пожал мне руку и попросил звонить. Доктор Слава проводил меня до двери и спросил:
– Ну-с, и что вы, коллега, обо всем этом думаете? Как детектив?
– Я не детектив, – ответила я. – Я просто знакомая. Пока не знаю.
– Странная история, – повторил он. – Ерунда какая-то, ей-богу. До свидания, Катя… ничего, что я вас по имени? Приятно было познакомиться. – Он сунул руку в карман: – Моя визитка. Звоните, если что. Но лучше просто так, пообщаться. – Он задержал мою руку в своей, заглянул в глаза. Я кивнула…
…Пока я была у Марты, наступила ночь. Стало холоднее, с севера прилетел ледяной ветерок, и в небе появились звезды – далекие, маленькие и замерзшие. Галка отозвалась мгновенно.
– Катюха, ты чего не отвечаешь? – закричала Галка. – Ты не одна? Опять? Неужели опять этот хмырь? Сколько можно!
– Галюсь, я была у Марты, – перебила я ее.
– У кого? Что значит – ты была у Марты?
– Я проходила мимо ее дома и решила зайти, а дверь была открыта…
Галка ахнула.
– Она была дома.
– Марта была дома?! А где же она… что случилось?
– Я позвонила Евгению, он тут же приехал. Мы не знаем, где она была. Она как будто невменяемая. Молчит, ни на что не реагирует, сидит неподвижно…
Галка снова ахнула:
– Как молчит? Совсем ничего?
– Совсем ничего. По-моему, она нас даже не заметила. Евгений вызвал своего знакомого врача, и тот сказал, что, возможно, наркотики, и еще сказал, что нужно в больницу. Евгений чуть с ума не сошел.
– Ты где сейчас? – спросила Галка.
– На Театральной, около ее дома.
– Подожди, Катюха! Я мигом! Хватаю тачку и лечу! Поговорить надо!
…Мы просидели в кафе «Тутси», которое оказалось поблизости, почти до полуночи. Благо народу было немного. Галка выспрашивала подробности, ее интересовали мельчайшие детали, она поминутно перебивала меня и вскрикивала громким шепотом, оглядываясь на посетителей:
– Ну, Катюха, ты отчаянная! Я бы ни за что! А вдруг там убийца? И света нет! Ужас! И она как мертвая! Неужели ни слова? Ни единого словечка? Разорванное платье? И шуба в крови? На полу? Кошмар! Значит, это она в новостях! И на носилках! А оттуда ее увезли… украли! И накачали какой-то дрянью! Может, пытали или с целью выкупа. А она убежала и как-то добралась до дома.
В голосе ее звучало сожаление, что все состоялось без ее участия…
Глава 13
Новости сыска
Майор Мельник и его группа прочесывали гостиницы города. Сначала центральные, потом помельче и победнее, включая мотели и кемпинги за городом. У них был фоторобот, составленный со слов дежурного из «Интер-Хилтон». Оперативники и курсанты полицейской школы опрашивали работников гостиниц, горничных и даже шоферов такси, дежурящих у гостиниц. Были задействованы десятки осведомителей.
Не обошли вниманием и местных путан, вывернув наизнанку их клиентуру. Несмотря на недовольство тех и других. Были проверены пункты проката автомобилей – такой козырный персонаж должен быть на машине, решил майор Мельник. Были задержаны восемнадцать человек, которые после допросов и мытарств были отпущены. Главного актера поймать не удалось. Не факт, что он остановился в гостинице – в городе процветал частный гостиничный бизнес; не факт, что он все еще в городе. Майор Мельник полагался на свое чутье, которое подсказывало ему, что он все еще здесь, а возможно, ему хотелось, чтобы он еще был здесь. Этот человек, серийный убийца, зачем-то приехал в их город – ведь не для того, чтобы убить девушку по вызову. Нет, было у него здесь дело. А потому не обошли вниманием кустарей сыска – частных агентов; в банках интересовались, не снимал ли кто крупные суммы, не получал ли переводы.
И в один прекрасный момент группа вышла на охранное предприятие «Королевская охота». Среди клиентов предприятия числились мелкие и крупные бизнесмены, банки, магазины, промышленные объекты. Владелица «Охоты» Екатерина Берест пребывала в отпуске, замещал ее бывший оперативник, ныне пенсионер, Иван Варфоломеевич Гавриленко. Он засуетился, вытащил картотеку клиентов, заметив, правда, что они не работают по частному сыску, а предоставляют охрану для различных мероприятий, корпоративов и деловых встреч, а также осуществляют доставку корреспонденции. Никого, отвечающего описанию человека из «Интер-Хилтон», среди клиентов предприятия не было. Кроме того, не было также чужих – все были свои, городские. Старик хотел было вызвать Екатерину Берест, но майор Мельник сказал, что пока не нужно. Иван Варфоломеевич дал им исчерпывающую информацию, и не нужно беспокоить хозяйку. Он представил себе мужеподобную мощную тетку с громким голосом и манерами фельдфебеля и поморщился.
Поисковая работа продолжалась, но безрезультатно и с меньшим рвением, согласно законам инерции…
* * *
Утром позвонил наш новый знакомый, дипломированный фотограф Иван Денисенко, и сказал, что ему только что звонил Игорек-Чертушка из Дома моделей и сообщил, что вспомнил фамилию сотрудницы, которая приводила Нонну Гарань наниматься в модели. Лепешко! Вероника Семеновна Лепешко, она работала у них бухгалтером, а шесть лет назад уволилась. Игорек разыскал ее адрес, она живет в Посадовке.
– Знаете, Катенька, мне давно не было так хорошо, – признался Иван. – Мы так славно посидели вчера! У вас славная подружка, такая теплая и хозяйственная. Все мои женщины ничего, кроме кофе, не умели, повезло же кому-то. Она замужем?
– Галка? Замужем.
– Конечно, такая женщина! – вздохнул он. – А дети есть?
– Четверо.
– Четверо? Великий человек велик во всем! – с пафосом произнес Иван. – А чем вы сегодня занимаетесь?
Я едва не рассмеялась – Иван, измученный одиночеством, рвался дружить.
– К сожалению, у меня много дел, сказала я, да и Галка занята семейством, так что извините.
Иван огорчился и предложил сопроводить меня в Посадовку. Он все в поселке знает, так как у Лолы там дом, и он, Иван, часто бывал там и даже жил месяцами, когда в его квартире был ремонт после потопа. Был такой момент в его жизни – трубу прорвало, и в результате потоп. Вечно одно и то же – то пожар, то потоп.
Я сказала, что подумаю. Он разочарованно простился. Галке он понравился, а мне… не знаю! Ивана слишком много, и он мельтешит, кроме того, пьет. Вчера почти один вылакал бутылку водки, нос стал малиновым, физиономия багровой, он размахивал руками и изображал своих знакомых, культовых в городе фигур, в лицах и запускал такие словеса, что уши вяли. Я представляла их вместе – злую, с раздвоенным язычком переводчицу Лолу и жизнерадостного пьяницу Ивана. Дипломированный фотограф! Наверное, его работы такие же жизнерадостные, как он сам. Галка хохотала как ненормальная; я же думала о Марте и почти не слушала. Эти двое спелись мгновенно. Результатом моих раздумий стала встреча на другой день с домработницей Аленой Андреевной и визит к Марте.
Марта… Марта нашлась, и моя миссия закончена, практически не начавшись. Но загадка осталась. Странная история Марты не давала мне покоя. Вчерашний хирург Славик сказал, надо бы опросить соседей, может, кто-то видел, как она пришла домой… просто интересно! Вряд ли в ее состоянии она могла самостоятельно добраться до дома. Можно еще раз опросить работников травмопункта и людей со «Скорой»…
– Опять лезешь куда не просят? – прорезался Каспар.
– Пока не лезу, но…
– …хочется?
– Отстань, а? Она теперь с Евгением, ей ничего не угрожает. Нужно позвонить, узнать, как она. Может, пришла в себя и хоть что-нибудь вспомнила. И есть простое объяснение…
Евгений ничем не смог меня порадовать – состояние Марты без перемен. Она молчит, ни на что не реагирует, сейчас они оба в городской больнице, в терапии.
…Посадовка, засыпанная снегом, выглядела как альпийская деревня на рождественской открытке. Улица Полевая, дом пятнадцать – сразу от остановки троллейбуса, сказал Иван, который все здесь знает. Дом был громадный, двухэтажный, под красной черепицей, с большими окнами. Из центральной трубы курился синеватый дымок. Я прошла по расчищенной дорожке к дому, ожидая, что на меня бросится злая собака, потому что здесь у всех должны быть собаки. Я не ошиблась – из-за угла дома на меня с лаем выскочил маленький кудлатый песик! Ткнулся в ноги и запрыгал мячиком.
– Ты не кусаешься? – спросила я, трепля его загривок.
– Кого надо? – раздалось грозное откуда-то сверху. – Женщина, вы к кому?
На основательном крыльце стояла толстуха в меховой безрукавке.
– Вероника Семеновна! – закричала я. – Я к вам!
Представляя себе нашу встречу, я была уверена, что она пригласит меня в дом, мнились мне также чай с вареньем и сушками и задушевный разговор о Нонне Гарань, не то знакомой, не то племяннице… Но суровая реальность опрокинула все мои планы. Приглашать меня в дом никто не собирался. Если со мной согласятся поговорить, то беседа произойдет на свежем воздухе. Странно, что у нее такой безобидный песик, ей бы подошел волкодав.
– В чем дело? – сурово вопросила женщина.
– Я ищу вашу племянницу Нонну Гарань! У вас есть ее адрес?
– Ничего у меня нету! – ответила она твердо. – И племянницы у меня нету.
– Может, не племянница, а знакомая, – настаивала я. – Мне сказали в Доме моделей, что вы приводили ее, хотели устроить на работу. У меня есть фотография!
– Приводила, десять лет назад. Меня подруга попросила, и я привела. Но ее не взяли. С тех пор я ее не видела. Да она и не из нашего города была, приезжая. Как приехала, так и уехала. Мне ваша фотография без надобности.
– Может, подруга знает?
– Подруга умерла.
Мы перекрикивались – она с крыльца, я, стоя посреди двора. Что-то мешало мне подойти ближе. Песик все прыгал вокруг меня. Она даже не спросила, зачем я ищу Нонну Гарань, молча смотрела, и выражение лица у нее было враждебным. Пауза затягивалась.
– Извините, – пробормотала я, делая несколько шагов по направлению к дому. – Может, еще кто-нибудь знает о ней? Она проживала в нашем городе, но в адресном бюро ничего нет…
– Ничего не знаю. А зачем она вам нужна? – Она все-таки спросила…
– Ее ищет один человек, они были знакомы когда-то, и он приехал в наш город, чтобы найти ее.
– А вы кто будете?
– Я… занимаюсь розыском, меня попросили.
– А что за человек?
– Обыкновенный клиент.
– Вы из полиции?
– Нет, я частным образом.
Она смотрела на меня тяжелым взглядом исподлобья, и мне было непонятно, почему она не выставит меня вон и что значат ее расспросы – праздное любопытство или… что-то другое. Она не производила впечатления любопытного человека – в ней чувствовалась кулацкая основательность и жесткость. Я стояла под прицелом ее неприветливых глаз, и мне хотелось поскорее убраться. Я чувствовала, что нужно уйти, но была словно в ступоре, понимая, что она та самая ниточка, что связывает меня с призрачной Нонной Гарань. Первая и последняя ниточка, и других у меня нет.
– Идите, девушка! – вдруг сказала она. – Ничего я не знаю.
Я хотела дать ей свой номер телефона, на всякий случай и по законам жанра, но язык мой словно прилип к гортани, и я не смогла выдавить ни слова. Молча кивнула и пошла к калитке. Песик побежал следом. Я чувствовала, что она смотрит мне вслед – как раз между лопаток, и там, как от луча лазера, горело красное пятнышко.
Я шла по пустой деревенской улице, постепенно приходя в себя. Сзади заскрипел снег, и меня вдруг тронули за плечо. Я с воплем отскочила в сторону.
– Напугала ведьма? – спросил нетрезвый пенек в волчьем малахае и ватнике. – Верка, она такая! Она своего мужика насмерть извела! А вы ей кто будете? Из налоговой?
– Нет, я по личному… – пробормотала я, отодвигаясь – от мужчины несло перегаром.
– Выгнала? – Он радостно ощерился.
– Нет, мы поговорили… все нормально. Извините… А вы ее хорошо знаете?
– Я?! Да, почитай, всю жизнь! С таких пор… – Он провел рукой над сугробом, что, видимо, значило – с младых ногтей. – Она и тогда была тигра!
– А ее сестра? – выстрелила я наобум.
– Сестра? Не было вроде сестры… не припомню, – сказал он с сомнением. – Мать была, помню – пивом торговала. Наторговала на дом. И дочка не теряется, деньжата водятся. На второй этаж заробила на паленой водке. А что?
– Ничего! Спасибо! – Я побежала по дорожке, от души надеясь, что он не побежит следом.
Теперь осталось позвонить клиенту и сказать, что облом. Никаких следов Нонны Гарань в нашем городе не выявлено. Как сказала бухгалтерша – не из нашего города! Как приехала, так и уехала. А фотоателье сгорело. Так что мы бы с нашим удовольствием, но извините, не фарт. А тем временем я… А чем же займусь я? Может, стоит появиться наконец на работе?
– Даже не смешно! – прорезался Каспар. – Нигде ты не появишься! То есть появишься, но… не там, а совсем в другом месте.
– Все-то ты знаешь! А тебе не показалась странной горячность этой женщины? Казалось бы, что за секреты? Пыталась устроить моделью девушку, за которую попросила подружка. А дальше пошел сплошной негатив – имени подружки она не назвала, в то время как девяносто девять процентов женщин ответили бы: Надя просила… или Зина, или Аня… и я привела ее к Регине; подруга умерла; девушка без корней – не из нашего города… а откуда? Не догадалась спросить! Хотя она ответила бы, что не помнит. И при всем при этом – расспросы, зачем мне это нужно и что за человек разыскивает.
– Ты как-то все… даже не знаю! – с досадой сказал Каспар. – Как в кривом зеркале! Все ставишь с ног на голову. А она-то всего-навсего сказала: не знаю, а зачем вам? Нормальная человеческая реакция. Люди вообще нелогичны, и смысл речей нужно понимать в принципе, а не исходя из каждого отдельного слова. А все эти языки жестов и мимики… ты же не психолог! Знаю, знаю, у тебя интуиция, логика, нестандартный образ мышления…
– Может, хватит? И вообще… мне сейчас не до Нонны.
– Ой, неужели Марта? Тайна Марты стучит в твое сердце и не дает покоя!
– Имеешь что-нибудь против?
Каспар задумался.
– Нет. Все равно без толку. Все равно сделаешь по-своему.
– Так и запишем.
…В седьмой квартире, что на втором этаже, судя по забитости серой пылью между дверью и порогом, давно никто не жил. Удивительно, что в нежилых квартирах даже двери «нежилые» – тусклые, скучные, с потемневшими замками. В восьмой чувствовалось движение, в глазке мелькнул блик… Я позвонила еще раз, и дверь тихонько отворилась на ширину цепочки. Там молчали, и было темно. Человека я не увидела – так, тень. В пустом молчащем доме.
– Извините, я хочу спросить…
– Вы аферистка? – спросили из-за двери. Голос слабый, сиплый.
Я растерялась.
– Нет, я…
– По ремонту?
По ремонту?
– Нет, я частный детектив.
– Кто?
– Частный детектив. Я хочу спросить про вашу соседку с третьего этажа…
– Я уж три года не выхожу, ноги болят. Ко мне племянница ходит, говорит, аферистов полно, никому не велит открывать. Если начнут ремонт, переселят к черту на кулички. Успеть бы помереть. У нас, почитай, весь дом пустой. Все выехали. Ее убили? – Человек за дверью закашлялся.
– Нет, она жива.
– А чего же тогда?
– Вы не видели, когда она вернулась домой? Это могло быть позавчера или вчера… Она из десятой квартиры, у меня есть фотография… – Номер был дохлый, вряд ли обладатель сиплого голоса видел хоть что-то…
Я не ошиблась – молчание было мне ответом. Потом дверь осторожно закрылась, звякнула цепочка и щелкнул замок. Я, преодолевая оторопь, стояла под дверью, ожидая неизвестно чего. Тишина в темном подъезде оглушала, была густой и тяжелой, и я подумала, что в этот полумертвый дом как нельзя более вписывается странная история Марты…
Квартира девять на третьем этаже была обитаема – оттуда неясно доносились крики, музыка, грохот от падения тяжелых предметов.
Я позвонила – скрежет звонка был устрашающим, казалось, весь дом содрогнулся. В коридоре раздался топот, и дверь распахнулась. На меня смотрел странный полураздетый молодой человек с раскрашенным лицом и длинными, стоящими дыбом красными волосами – парик? Я попятилась.
– Не бойтесь, – ухмыльнулся он. – Мы репетируем. Вы, наверное, Зоя? Валеры нет, уехал! Будет не скоро. Так что, сами понимаете, помочь ничем не можем. И адреса не оставил, извините. Сказал передать большой привет. Кроме того…
Дурацкая ситуация!
– Я не Зоя! – перебила я молодого человека. – Я по другому делу!
– По другому? – удивился он. – Вы кто вообще?
– Частный сыщик. Понимаете, мне нужно…
– Кто? – поразился он. – Зойка наняла частного сыщика? Совсем офигела, дурища! Я же говорил ему…
– Да нет! Я по поводу ваших соседей!
– Так вы не от Зойки?
– Нет! Я хочу спросить про соседей из десятой квартиры…
– Валера! – заорал молодой человек. – Тут к тебе пришли! Выходи! Говорит, не Зойка!
Появился новый молодой человек – тоже полуголый, тоже размалеванный, но в синем парике.
– Здрасьте, девушка! – Он с удовольствием окинул меня взглядом. – Чем могу? Мы репетируем, не бойтесь. Заходите! – Он отодвинулся, пропуская меня.
– Нет, спасибо. – Я отступила назад. Обстановка дома действовала мне на нервы, странные молодые люди оптимизма не добавляли. – Я хочу спросить про ваших соседей из десятой квартиры… вы их знаете?
Валера едва не вывалился из прихожей, уставившись на дверь десятой квартиры.
– Понятия не имею, кто там живет. Я думал, никто… тут вообще людей мало осталось. Я снимаю за копейки, и воды горячей никогда нет. Но зато можно репетировать, никто не жалуется. Мы из Авангард-студии Молодежного.
Я достала из сумочки фотографию Марты, уже ни на что не надеясь. Он взял, оба склонились, рассматривая.
– Видел! – вскричал он. – Подождите, когда это? В понедельник вечером! Точно! В понедельник вечером. Говорите, она из десятой? Там света никогда нет. Наши ребята пару раз промахивались, звонили туда, даже ногами стучали, и ни разу им не открыли. Я как раз выходил, а она стоит на крыльце. Я еще придержал дверь, пропустил. В белой шубке… воротник рукой зажала. Говорю: «Прошу, мадам!» – а она не ответила, прошла мимо. Даже не взглянула. Какая-то странная, как под кайфом, шубка расстегнутая, шарф по полу волочится…
– У нее была сумочка? – спросила я.
– Не помню, нет вроде. Я еще постоял, посмотрел ей вслед, думаю, куда, интересно, она направляется. А она остановилась перед лифтом, постояла… а там темно, я еще подумал – не видит кнопок, хотел помочь, спросить, кто нужен, но тут она отошла от лифта и стала подниматься по лестнице на второй этаж – идет, за перила цепляется, медленно… Она! Рыжая, с большими глазами, в светлой шубке, и лицо белое… как у японки! Я еще удивился, почему не на лифте. Правда, я тоже лифтом не пользуюсь – это корыто имеет подлючую привычку застревать между этажами. Пашка однажды просидел три часа, пока не нашли механика.
– А вы никого больше не видели? Никто не входил следом?
– Никто. Она была одна. А что?
– Она ушла из дома несколько дней назад. Она живет в другом месте, это ее старая квартира, и она почему-то пришла сюда.
– А где она сейчас?
– У себя, за ней приехал муж.
– Понятно! Загуляла дамочка, с кем не бывает.
– А больше вы никого здесь не видели? Может, в другой день.
– Ну, живут наверху какие-то персонажи, видел несколько раз. А здесь никого не видел, говорю же: думал, квартира пустая. А на пятом этаже крыша вообще проваленная. Не сегодня завтра поставят на капремонт или снесут к чертовой матери. Может, чайку? – предложил он любезно.
– Спасибо, я спешу! Может… – Я запнулась.
Он понял.
– Конечно, давайте телефончик, как только что вспомним – сразу отзвонимся! В лучших традициях детективного жанра.
Клоун в красном парике в знак восхищения находчивостью друга ткнул его кулаком в спину и закричал:
– Заходите! Гостям всегда рады!
Дверь захлопнулась. Я нерешительно подошла к десятой квартире, потянула за ручку двери. Дверь была заперта. Слева от меня зияла черная клетка лифта, снизу тянуло сквознячком; пахло тлением. Мне вдруг стало страшно…
Я слетела по лестнице, выскочила на улицу и перевела дух. Ну и домик!
Шла по улице – вечерело уже, во всю ширь неба полыхал оранжевый закат. А я пыталась слепить то, что знала о Марте. Повторяя в такт шагам, словно гвозди заколачивала…
Четверг, девятое декабря: во второй половине дня Марта ушла к себе, так у них должны были ночевать участники семинара по билингвизму. Взяла ключ и ушла.
Пятница, десятое: сюжет в вечерних новостях – ДТП на углу Пятницкой и проспекта Мира.
Суббота, одиннадцатое, вторая половина дня: Евгений был в квартире Марты – отпер дверь запасным ключом, квартира была пуста. Везде полный порядок, постель не тронута, вода отключена; холодильник отключен. То есть, похоже, Марты здесь не было вообще. Актер Валера, тот, что в синем парике, сказал, что у нее не было с собой сумочки. Где же тогда она держала ключ? И где теперь ее ключ? Я попыталась вспомнить, не было ли ключей на тумбочке в прихожей…
Воскресенье, двенадцатое: Леша Добродеев вытащил меня в гости с дальним прицелом познакомить с Евгением. Просьба Евгения о помощи.
Понедельник, тринадцатое: визит в травмопункт, информация о том, что женщину в белой норковой шубке действительно привезли около десяти вечера в пятницу, но она исчезла. Сестричка сказала: «Наверное, встала и ушла, так бывает». Интересно, много ли она видела таких, кто встал и ушел. Доктор Славик Кучинский сказал, что такого не бывает даже у них.
Вторник, четырнадцатое: поиски Нонны Гарань. Марта выпала из программы.
Среда, пятнадцатое: беседа с домработницей; визит к Марте, на всякий случай. По наитию. Дверь отперта, Марта дома. Невменяема.
Четверг, шестнадцатое: встреча со свидетелем из девятой квартиры – актером Валерой. Он опознал Марту на фотографии и сообщил, что видел, как она вернулась домой вечером в понедельник, то есть тринадцатого декабря. Она была одна, в странном состоянии.
А спустя еще день, в среду, я обнаружила ее сидящей в кресле в гостиной. Получается, с вечера понедельника Марта сидела в своей квартире, одна, в темноте… Я поежилась – мистика какая-то! Если она вернулась вечером, как говорит актер, то должна была включить свет. Она отперла дверь, вошла, сбросила на пол шубку и пошла в гостиную, где уселась в кресло. И проделала это в полнейшей темноте. Она не пыталась позвонить Евгению, не пыталась позвать на помощь… и если бы я не пришла, то кто знает, как долго она просидела бы… вот так. И дверь была не заперта.
А где она была с вечера четверга, когда отправилась к себе, если в субботу в квартире не было никаких следов ее присутствия, по словам Евгения? В пятницу был показан сюжет по телевизору, и мнения разделились: кто-то считал, что это Марта, кто-то не верил, что это она.
То есть получается, что Марта исчезла в четверг, мелькнула в пятницу, да и то под вопросом, и появилась в своей квартире только в понедельник вечером, то есть через четыре дня после исчезновения, если принять за точку отсчета вечер четверга.
И что бы все это значило? Где она была четверо суток?
Нужно поговорить с людьми со «Скорой», решила я, показать им фотографию и разрешить сомнения – Марта или не Марта.