Текст книги "Респ4ун (СИ)"

Автор книги: Илья Хруст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Но уж чересчур складно этот самый Синнер говорит, да и вовсе это похоже на правду.

– Выглядит так, будто готовил эту речь, – сказал Кирилл, всматриваясь в Синнера, и ища повод усомниться в своих словах. Тот в свою очередь пожал плечами.

– Делай в таком случае то – что тебе велели. – Почти безразлично ответил Синнер, – Убить нас? Или что? Я устал от такой жизни, мне надоело брать на себя ответственность за каждое человеческое существо, которое я соблазняю по указке демонов.

Кирилла поразила глубина отчаяния, звучавшая в голосе человека, и на миг представил себе какого это быть постоянно окруженным демонами, помогать им в том, что для тебя омерзительно и неприемлемо. Ощущать постоянную угрозу для себя и родных. И внезапно для себя он решил раскрыть карты:

– Ассалем рассказал мне, как совершить обряд экзорцизма. Перед этим он дал мне это зеркало, что бы я мог определить кто передо мной. А это место он нашел благодаря большому выплеску энергии, видимо в тот момент и была попытка открыть дверь в «ту сторону».

Повисла тишина, которую нарушила Олика:

– Обряд экзорцизма? Как это?

– Ты не знаешь что такое экзорцизм? Сильно сомневаюсь…

– Да нет, термин мне знаком. Только, что ты вкладываешь в это слово? Какие именно действия? Ты обычный человек, что ты можешь кроме как махать клинком?

– Демон, думаю, на тебе я эту механику и проверю. – Сказал Кирилл, ничуть не поменявшись в лице и продолжая спокойно сидеть.

– Стоп, народ. Давайте не будем пороть горячку, – Кирилл и Олика разорвали свое противостояние взглядами и обернулись на Синнера, – нам всем нужны союзники. Кирилл ты один не справишься.

– Ты мне поможешь. Разве не об этом ты здесь распинался.

– Да, да. Это само собой, но и Олика нам поможет.

– Ты хочешь сказать, что я должен довериться демону. Демону! Парень! Это не человеческое существо, – Кирилл принялся жестикулировать правой рукой, пытаясь придать своей мысли физическую форму, – она убьет нас обоих и предаст при первой возможности.

– Ты не знаешь всей ситуации, она будет чрезвычайна полезна нам…

– Исключено, она, похоже, поглотила твои мозги своей промежностью. Она опасна!

– Послушай, я хочу помочь, искренне, но без нее нам не справиться.

– Хорошо. Я слушаю. – Кирилл поменял позу, сложив руки на груди, будто закрываясь от доводов.

– Всех этих людей удалось одержать одним способом – я звал их на оргии, на групповой секс и прочее. Не знаю как ты, но я в этом разбираюсь, и главная проблема всех мероприятий подобного толка в том, что парней на это соглашается много, а девушек всегда мало. И когда у тебя в резерве есть девушка, это девяносто процентов успеха. С девушкой ты с легкостью можешь организовать множество различных групповых форматов, МЖМ, ЖМЖ, ЖМЖМ и прочая аббревиатура.

– И что ты предлагаешь совратить демона что ли? И произвести над ним экзорцизм, так же как одержание? Во время секса? Или как?

Синнер махнул рукой, дернув при этом ногу Олики:

– Нет. Лограй мне приказал найти людей для одержания, и я считаю его нужно устранить первым, поэтому я позвоню и скажу ему, что нашел человека, для группового секса, который предлагает втроем на одну. Обрисую перспективы сотрудничества, выдумаю, что он приезжий, что у него свои пары и девушки в Волгограде и прочее и прочее. Тебе не знаком этот мир разврата, а я могу наговорить с три короба. Олика нужна нам для того что бы успешно сымитировать эту встречу, я ясно излагаю?

– Все равно не пойму, зачем она нам нужна? Позвони ему, скажи обо всем этом, он приедет на встречу, там мы с ним и расправимся.

– Он силен физически, в смысле как человек.

– На всякий случай, если ты не обратил внимание, у меня есть меч.

– О том и речь – он лучше умертвит свое тело, бедолагу Серегу, но сам Лограй выживет, поэтому надо действовать тоньше. Сыграем в порно.

***

Вечером этого же дня, Кирилл сидел в кресле и безучастно всматривался в старенький телевизор. Небольшой дом на задворках города, огороженный просевшим и старым забором, выглядел убого и ненадежно. Однако, как объяснил Ассалем, это все что осталось от смелого и бравого Брая в мире людей. Дом долгое время пустовал, но Брай иногда навещал свое хозяйство, одерживая людей близких к смерти, поэтому сил у его реципиентов не хватало на своевременный ремонт или банальный уход за хозяйством. Повсюду пыль и плесень, крысы просто пешком ходили, не выветриваемый запах гнили. Хорошо хоть электричество есть.

У Кирилла не было много времени навести хотя бы видимый порядок, вместе с Синнером они успели подготовить одну комнату к обряду экзорцизма. Когда Синнер увидел место предстоящей оргии (пускай и ее имитации), он в отвращении сразу высказал, что их план обречен. Обычно для таких активных действий выбирают более подходящее место. На что Кирилл развел руками, и попытался отшутиться, что поделать, если Брай и вовсе девственник, куда ж ему до группового секса. Синнер, похоже, не оценил шутку, он не знал кто такой Брай – а вот демон Лограй ему известен, и его хитрость тоже. Весь план летел к чертям (в прямом и переносном смысле), Лограй увидев местный бедлам и возможно что-то догадается, ну или не согласится заниматься здесь сексом. В общем, поведение демона тяжело предсказать.

Кирилл решил пойти на силовой вариант, их все-таки трое, да пускай, демон силен, но у Олики есть шокер, который по рассказам Синнера она уже использовала против него. Синнер лишь покачал головой, и закатил глаза, после чего попрощавшись, вызвал такси и поехал к Олике. По первоначальному плану, Синнер и Олика заезжают за Лограем и на одном такси добираются до дома Кирилла – от этой части плана не было смысла отказываться и в половине седьмого такси стояло возле подъезда дома, где Лограй играл в семьянина.

Теперь Кирилл сидел и ждал их прибытия.

Вскоре он услышал шум двигателя и скрип тормозов, через секунду раздались хлопки закрывающихся дверей автомобиля, после чего машина укатила. Кирилл услышал голоса во дворе, они уже открыли калитку и брели сквозь заросший огород, по еле заметной тропинке. Синнер что-то шутил и сам же смеялся, наверное, пытаясь как то отвлечь Лограя.

По задумке, дверь в дом будет открыта, первым входит Синнер, за ним Лограй, и замыкает шествие Олика, которая должна вырубить демона шокером, когда тот отвлечется на Кирилла.

– Заходи, – по-хозяйски сказал Синнер, переступая через порог, – он уже, наверное, заждался нас. Эй, развратник-шесть-шесть-шесть, мы приехали.

Кирилл поднялся со своего места и направился к входу.

– Ну и дыра… – начал было Лограй, увидав в коридоре Кирилла, тут же врезал Олике по лицу локтем, та отлетела назад, стукнувшись об стену. Правой ногой он ударил Синнера, под колено, тот сложился пополам, и чуть было не упал, задержавшись о стену.

Кирилл ринулся вперед, с ножнами в руках и, используя их как копье, попытался протаранить Лограя, в принципе ему это удалось, и концом своего оружия он сильно ударил демона в грудную клетку. Лограй не упал, а отлетел назад, зацепившись руками за стены, после чего решил ретироваться и выскочил на улицу – Кирилл следом за ним. Во дворе Кирилл нагнал его, и в этот раз ему было удобнее работать ножнами от меча, используя их как булаву. Кирилл пытался ударить демона по затылку, но внезапно Лограй остановился и выставил блок – ножны с силой ударили его по левой руке. Раздался глухой звук, кости руки все же выдержали, однако после удара рука Лограя обвисла. Недолго думая, Лограй правой рукой с разворота ударил Кирилла в скулу, тот лишь отчасти увернулся. Внезапная контратака чуть не повалила его на землю, он отступил на шаг, моргая и тряся головой, Лограй не стал развивать успех и кинулся наутек.

Кирилл приходил в себя, слишком медленно, но заметил, как на бегу его обогнул Синнер, и на всей скорости, прыгнул на спину Лограю, повалив его на землю. Последовала короткая возня и кряхтение, и каким-то образом Лограю удалось сбросить с себя Синнера и оттолкнуть ногами. Воспользовавшись возможностью, Кирилл навалился на Лограя, припечатав его к земле, он сел ему на грудь и принялся бить кулаками ему по лицу. Демон пытался закрыться от него одной правой рукой, но Кирилл все же в таком положении был сильнее его.

После непродолжительного избиения Лограй потерял сознание. Кирилл прекратил наносить удары и тяжело дыша, поднялся на ноги. Синнер тоже принял вертикальное положение, и, растирая отбитое колено проговорил:

– Вечно с этими демонами все не плану…

– Откуда он узнал?

– Давай оттащим его в дом. – Синнер не желал более рисковать, Кирилл был с ним согласен.

Они подняли Лограя подмышки, каждый со своей стороны и поволокли в дом.

– Тяжелый…. Мой план был далек от идеала, – кряхтя, произнес Синнер, – был не учтен важный момент. Если уж Олика поняла что ты, побывал в Долине, то Лограй и подавно это смог распознать.

– Кстати, да. Я так думаю и остальные одержимые способны на это.

– Согласен. – Попытался кивнуть Синнер, перетаскивая бесчувственное тело через порог дома. Там их встретила Олика, зажимая рукой окровавленный нос.

***

Лограй был прикован к стулу, и сидел посреди небольшой комнаты, с забитыми окнами. Все стены были увешаны зеркалами, даже на потолке, прямо над узником Кирилл и Синнер закрепили одно большое зеркало. Брай, по словам Кирилла, заранее все это приготовил, проделал крепления для рам, закупил необходимое количество зеркал, он видимо готовился к чему-то подобному.

Помещение освещало несколько свечей, расставленных по углам комнаты, усугубляя и без того мистическую атмосферу. Лограй пришел в себя, и осмотрелся, проверил свои путы, убедившись в их надежности, поднял голову и посмотрел на Синнера.

– Можешь сказать прощай своей тихой и спокойной жизни. Заодно можешь заказывать банкетный зал, где будут проходить поминки твоих родственников.

Синнер отлип от стены и посмотрел на Олику, которая стояла рядом, затем перевел взгляд на Кирилла:

– Мы сегодня начнем, или так и будем терпеть это ничтожество? – Он указал на Лограя, который выглядел как окровавленный кусок плоти. Оба глаза заплыли и потемнели, губы и нос разбиты в кровь.

– Закрой свой гнилой рот, человечишко, я съем твою никчемную душу, как только освобожусь и поверь мне, это будет очень скоро, – Лограй поменялся в лице и его гримаса ярости пугала Синнера не меньше чем его угрозы.

– Ладно. Заткнись, пожалуй. – Спокойно и по-деловому проговорил Кирилл, подошел поближе к узнику и вытащил меч из ножен. – Сейчас и проверим, чего стоит твоя кровь Ассалем.

Лограй в ужасе посмотрел на Кирилла.

Кирилл, схватился за меч левой рукой и чуть надавил ладонью на острие, и почувствовал, как сталь неглубоко проникает в его тело, кровь заструилась по мечу и капала на пол.

Внезапно Лограй начал выть, истошно, будто раненый пес, Синнер в ужасе наблюдал за ним, и за Кириллом, который отступив на шаг, опустил клинок вниз и упер острие в пол. Кровью и острием клинка он принялся выводить знаки на деревянном полу, вычерчивая что-то незамысловатое, и Синнер не смог разглядеть рисунок, кровь, стекающая с меча, размывала границы. Лограй не прекращал выть, но стал намного тише, он со страхом смотрел на меченосца, его глаза наполнились ужасом, на разбитом лице отобразилась гримаса паники.

Зеркала, отражающие все вокруг в разных проекциях, внезапно осветились ярким белым светом, комнату залили ослепительные лучи, Синнер и Олика прищурились и закрыли лицо руками. Лограй заорал с новой силой, то был крик отчаяния и страдания, его затрясло, и если бы не стул, к которому он был прикреплен, он, наверное, взлетел бы. Крик начал прерываться, изо рта пошла пена, и глаза демона закатились. Он уже не орал, звуки из его рта были похоже, скорее, на скрип, он распылял вокруг себя пот, слюни и кровь, все мышцы на его теле в одночасье вздулись, выдавая сильное перенапряжение. Картина вселяла омерзение и тошнотворный ужас.

Внезапно свет из зеркал потух, и комната погрузилась во тьму, так как свечи быстро истлели, еще вначале процесса. Мрак будто поглощал звуки и сквозь его плотность стал пробиваться плач, тихий, но безудержный.

Олика первая очнулась и включила телефон в режим фонаря, не стала огладываться вокруг, и пошла, включать свет. Синнер смотрел, как ее свет отражается во всех зеркалах, как он мимоходом падает на скукоженную фигуру в центре комнаты. Наконец зажглась единственная в этой комнате лампочка в люстре, и противный желтоватый свет уничтожил темноту.

Кирилл все так же продолжал стоять напротив узника, с клинком в руке, он пристально смотрел на Лограя, размышляя кто сейчас перед ним сидит. Затем, будто вспомнив что-то, кинул на пол свой меч и неповрежденной рукой начал шарить у себя во внутренних карманах толстовки. Достав оттуда зеркальце Ассалема, он поднес его к лицу и посмотрел в него на отражения пленника.

– Как ни странно, но у нас вроде как получилось. Как звали этого парня до одержания?

– Сергей, – ответил Синнер, немного отстраненно. Он не верил своим глазам, неужели от Лограя ничего не осталось? Неужели этот обряд убил его? Или просто изгнал из тела Сереги? Или изгнал из мира людей?

– Серега, – сказал Кирилл, – ты как?

Но Сергей молчал, и только тихонько хныкал.

– Думаю ему необходимо время, что бы прийти в норму. И мне кажется, что его можно уже и развязать, – Синнер подошел поближе и принялся расстёгивать наручники. – Довольно не сложный процесс, я бы так сказал.

– Угу, только порез очень глубокий оказался, а так все в ажуре.

– Осталось еще шесть, – Синнер закончил с наручниками на руках и присел, что бы разобраться с его ногами.

– Вообще-то семь… – сказал Кирилл, явно намекая, что про Олику он не забыл.

– Давай-ка, это обсудим гораздо позже. Я уверен, мы сможем обойтись без насилия над теми, кто нам помогает.

Кирилл кивнул.

– Как думаешь, с этим товарищем проблем не будет? Что он сделает, когда все осознает, вспомнит?

– Не имею представления, возможно он и вовсе спятил, и нам не придется об этом задумываться.

Ассалем

Асселем снова гипнотизировал взглядом бездну Пропасти, из окна своего храма, в задумчивости вертя в руках куб с душами. Эта безделушка не давала ему покоя, он чувствовал всех заключённых, успокоив их введя в некий астральный стазис, негоже элементариям постоянно испытывать чувство тревоги и беспокойства, в условиях тотальной войны между светом и тьмой. К тому же, они сильно его раздражали своим нытьём и паникой.

От мыслей отвлёк вызов Горуса, канал связи возник справа от него, и покровитель Сил Света и Бесконечной Долины возник перед ним, в боевом обличие, и его огромная соколиная голова на человеческом теле, сначала была повёрнута куда то в сторону, затем Горус обратил взор птичьих глаз на Ассалема.

– Мы не одержали вверх, но и не проиграли. – Послышались его слова, сквозь короткий клюв.

– Что ж, впрочем как и всегда.

– Да, но мы понесли огромные потери. Брай погиб, вместе с целой когортой отборных воинов света, прикрывая отход твоего бесценного смертного! – Горус был зол и раздражён, его птичьи глаза вспыхнули ярко жёлтым.

Ассалем как обычно не проявлял эмоций, его чёрный немигающий взгляд, спокойно рассматривал взъерошенного повелителя.

– Я уничтожил Лограя, Брай перед смертью одолел Каммельна, после того как Мир Пропасти лишился главного воина – Демона Хранителя, которого также убил я. И, уверяю тебя если бы не эти смертные – у меня бы ничего не получилось. – Изрёк Ассалем, подымая руку, в которой вертел Душе Куб. – Я помню как ты с недоверием относился к моим убеждениям, и кажется ты сомневался на чьей стороне люди и их души. Если ты узнаешь всю историю, нашего с ними сотрудничества, думаю, твои подозрения и твоё пренебрежение…

– Ты уничтожил Лограя? – перебил его Горус, жёлтый свет глаз сменился на абсолютно белый. – Как?

Ассалем раздумывал над ответом, погружение в пограничное пространство, было под негласным запретом, но он воспользовался им, без одобрения со стороны повелителя.

– Я воспользовался силами пограничного пространства. – Ассалем проговорил с максимальной безучастностью, глаза Горуса с новой силой вспыхнули жёлтым, и на сей раз оракулу показалось, что властелин долины шагнёт к нему в храм и задушит его огромной рукой, но тот остался на месте и ждал. – Там я встретил Лограя, он менял души людей, в результате он не заметил меня и я уничтожил большую его часть. Лишь часть его сущности удалось ускользнуть в мир людей. Что бы добить его, я хотел использовать Брая, однако, он погиб, как тебе известно. Тогда я послал смертного и он справился.

Взгляд Горуса потух, он будто и не смотрел на оракула, будто и вовсе потерял интерес к беседе. Но, Ассалем знал, что владыка принимает новые сведения к обработке, и уже думает как использовать нынешнее положение дел и фигур в свою пользу. Партия между светом и тьмой ещё не завершена, ей всего то, по человеческим меркам не более двух тысяч лет.

– Последствия от манипуляций в пограничном пространстве? – Отрывисто проговорил Горус.

– Не могу сказать однозначно. В результате цикличности определённого промежутка времени пришлось пожертвовать одиннадцать душ, впрочем все они уничтожены при ликвидации Демона Хранителя, как и возможные отклонения от основного потока времени.

Горус кивнул, возможно даже удовлетворенно, на одиннадцать душ ему было абсолютно всё равно, искривление и возможные петли во времени, его так же не касались, это всё в мире людей. Секунду помолчав, Горус прервал контакт, как всегда резко и не прощаясь.

Ассалем ожидал нечто подобного, Брай был лучшим воином, и Горусу тяжело смириться с потерей такого верного и умелого воина, естественно Горус был взбешён. Но в результате получился некий баланс, фигур на доске поубавилось, значительно… однако. Что делать с этим?

Оракл снова взглянул на чёрную материю Куба Души, он подвесил его в воздухе и долго всматривался как он неспешно крутился, источая тихий гул. Ассалем так и не успел спросить Горуса, что ему делать со всеми элеметариями, а это ко всему прочему важный стратегический компонент, возможно меняющий баланс. Силы света никогда не воспользуются им, для объединения с помощью него с миром людей, по принципиальным соображениям. Хотя не только – у Бесконечной Долины банально не хватит столько «инструментов» для создания Чёрной Радуги, Сет единственный кто может воспитать демона сочетающий в себе столько необходимых для этого навыков. Сет скорее сгинет, но не раскроет столь важный военный элемент воздействия.

Однако ему было жаль эти души, они совершенно не при чём, огрехи пограничного пространства наградили их избранностью, перерождаться каждые сотню лет и служить проводниками или громоотводами или зачем ещё какой непостижимой цели. На это Ассалем возможно получил бы ответ, снова оказавшись в пограничном пространстве, но он более не желал рисковать. Возможно это задачка была бы в духе Брая, но у него не было необходимых навыков и его умения использовались совсем в другом русле.

Ассалем решил разбудить души, он не хотел перемещать их в храм, а оставить в том же ограниченном мраке Душе Куба, все же не настолько он проникся к людям, как тот же Брай.

– Я всех вас приветствую в храме Бесконечной Долины, моё имя Ассалем, – сказал он используя ментальный канал и человеческий язык. Внутренности Душе Куба колыхнулись, будто многослойный студень, люди долго молчали, затем мыслеголос одного из заключённых прорвался сквозь паническое молчание.

– Мы наверное должны приветствовать в ответ? Или что? – Это был мужской мыслеголос.

– Я буду не против. Но по большей части, это не играет никакой роли.

Снова молчание, затем женская личность прорвалась в ментальную связь:

– Что нам теперь делать? Где мы? Мы ничего не понимаем? Мы мертвы? И где Кирилл? – Под конец вопросов, Ассалем уловил и осознал такую глубину отчаяния и боли, что он вмиг понял, почему Брай полюбил людей. Оракул не мог ощущать и чувствовать так же как воин света, однако модель эмоций ему понятна, и возможно сейчас, за такой короткий промежуток времени он полностью проникся страданиями душ. Но не испытал единения с ними… Однако в память о Брае ему захотелось сделать что-то хорошее в их отношении, правда что хорошего он в нынешнем положении мог им предложить? Правду? Знания? Освобождение?

– Прежде чем вы начнёте задавать вопросы, я объясню всё что в моем понимании вы должны узнать. Смертным здесь не место, но вы не просто смертные. Элементы, или побочные или наделённые некой специализацией, добавлены в мир людей высшими создателями. Кто это такие, даже нам, жителям Бесконечной долины не известно. Свет и Тьма, выражаясь вашей терминологией, воюют уже давно, хотя эти понятия увы далеки от истинного значения, но для вас этого понятия будет достаточно. Вселенная многомерна, и не ограничивается только вашим космосом, до он безграничен, но существует многоуровненность мироздания, я опять таки упрощаю, дабы совсем уж вас не путать. Не могу точно сказать на каком уровне располагается наш мир или ваш, но есть те кому служит наш покровитель Горус, и его враг Сет, так же служит, но уже другой стороне. С Сетом вы уже успели познакомиться. Наша война, именно Горус против Сета, ведётся уже очень давно, и ваш мир не первый, который используется Светом и Тьмой. Существуют определённые древние силы, питающиеся вашими душами, это конечно если упрощать механику и сводить все к единой и понятной концепции. Ваш мир людей относительно недавно встретился на пути этих сил, две тысячи лет произошёл первый контакт, тогда было какое то определённое событие, Горус участвовал в нем, но его совершенно бесполезно об этом расспрашивать. И это к делу не относится. Наши миры, имею ввиду и Бесконечную Долину и Мир Пропасти, почти никак не соприкасаются с вашим миром, и нас разделяет так называемое пограничное пространство, однако у Пропасти есть… назовём это Колодцем Отравы, которое непостижимым образом соединяет ваш мир и Пропасть. Где-то в глубине бездны. В нашем мире Долины, так же нареку это как, Полями Восхождения, местный аналог Колодца Отравы. Эти два явления нечто иное как одно и то же с точки зрения пограничного мира. Далее, упрощая модель, для вашего восприятия поясню: рождённые люди наделяются душой, люди проживают свою жизнь, и в зависимости от того как человек прожил жизнь, его душа меняет свою астральную ценность для высших сил. Души, после смерти человека, с тёмным окрасом спектра, непостижимым для меня образом, оказываются в Колодце Отравы. Светлые души попадают на Поля Восхождения. И светлые и тёмные души служат пищей для древних сил, так как избирательностью, как я понимаю они не обладают. Конечно, консистенцию души, в гастрономических пределах, сложно сопоставить между собой, даже светлые души имеют некоторую «подпорченность», однако тёмные имеют явный гнилостный характер. Высшие силы поглощают и тех и других, однако, тёмные души, являясь, как вы понимаете, отравой, после поглощения исчезают на совсем. То есть, это не просто смерть физического тела и переход в иное состояние, для перерождения, как было две тысячи лет назад, а настоящее уничтожение из всех возможных миров. Светлые души, после полей восхождения, лишаются какой-либо индивидуальности, превращаясь в единую целую ментально-астральную кашу, поглощаются силами, и здесь есть своё однако: принцип бессмертности человеческой души в этом случае работает по всем законам вселенных. Светлые души, после своего астрального истощения, возвращаются обратно в человеческий мир, что бы вновь пройти цикл, и волею судеб стать либо светлой, либо тёмной душой. Вот, упрощённая модель вашего бытия. Я собираюсь поместить вас на поля восхождения, дабы вы пополнили собой пищевой состав и дальше переродились в мире людей и прожили новую жизнь.

Ассалем, окончив свою краткую лекцию, осматривал ментальным взором собравшиеся души, те хранили гробовое молчание. Узнанное, для них было тяжело для осознания, Оракул понимал это, все эти новые знания шли вразрез с тем, что в их мире преподносилось за истину.

– Я так понимаю, – послышался мужской ментальный голос из глубин душе куба, – выбора у нас особо нет, и вернуть нас в прежнюю жизнь нет возможности?

Ассалем обратил свой взор на говорящего, в ментальном диапазоне, это была искрящаяся субстанция.

– Ты все верно понимаешь, ваши физические тела разрушены. Для всех окружающих вас людей из того мира – вы мертвы, скорее всего ваши тела найдены и опознаны, и уже похоронены.

– Очаровательно. – Очень тихо промыслил тот же человек.

– Я понимаю ваши эмоции, и мои слова о том что с точки зрения бесконечности, ваши жизни меньше чем ничто, вас нисколько не успокоят, но обстоятельства вынуждают меня поступить именно так – у вас будет шанс жить в вашем мире так, как вы этого захотите.

– Но мы ведь все равно не вспомним что было до этого? Поэтому… что толку нам от твоего поступка?

– Это правда. После полей восхождения ваши души будут очищены, вы будите пустой ячейкой для света, либо для тьмы.

Ассалем чувствовал отчаяние, поглощающую неотвратимость предстоящего для них события, однако он все равно чувствовал что должен это сделать ради Брая, тот ценил человеческую жизнь как таковую.

Внезапно ощущение внешнего контакта выдавило его сознание из душе куба.

– Что ты собираешься делать с элементариями? – Голос Горуса был жесток и лишён эмоций.

Ассалем некоторое время приходил в себя, и потому ответил с запозданием.

– Я решил отправить их на поля восхождения, что бы…

– Повелеваю тебе их оставить в нашем мире. Придать им форму. И если ты говоришь что использовал одного из них в качестве воина-посланника, значит и здесь из этого что-нибудь да выйдет. У Сета численное превосходство на данный момент. Хотя битва окончена, а до новой ещё есть время.

– Они могут погибнуть в битве, что тогда?

Соколиные глаза Горуса быстро моргнули, и в них заиграла жёлтая искра.

– Ассалем, нам нельзя возвращать их в мир людей, это не просто души, это элементарии, которые перерождаются каждый раз. Вероятность использования их Сетом слишком велика, даже учитывая что душе куб у нас, он может придумать что-нибудь новое, и снова использовать это против нас. Их условная смерть в наших мирах, скорее всего оставит их здесь, я бы назвал это бесконечным боевым ресурсом.

– «Скорее всего». – Озадаченно пробормотал Ассалем.

– Да, я не могу предсказать, что будет, если они погибнут, возможно я выберу момент и сделаю это с одним из них, что бы проверить. Но помещать их на поля восхождения я тебе запрещаю.

Горус исчез.

Ассалем не переживал, что души могли услышать его, даже если и так, они не обсуждали их судьбы на человеческом. Теперь ему нужно всё это как то преподнести людям, умолчав о некоторых деталях.

– У меня для вас новости… – Начал он, снова погрузившись в душе куб.