Текст книги "Право вернуться"

Автор книги: Игорь Негатин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

22

Уильям Фоули, эсквайр… Судя по некоторым фактам, из богатой и благополучной семьи, но, как это часто бывает, свернул на кривую дорожку и превратился в бандита. Разумеется, не сразу, а после нескольких темных дел, которые провернул в округе Ривертаун, где он некогда служил шерифом. После того как сменил сферу деятельности на менее уважаемую, но не менее рискованную, начали появляться слухи о его прошлом.

Одни считали его мифическим героем, вроде местного Робин Гуда, а другие проклинали, вспоминая всех тех, кого он успел отправить на тот свет. Поговаривали, что перед тем как убежать из дома, он укокошил своего папашу и ограбил ювелирную лавку. Скорее всего это ложь, но обыватели за кружкой пива любят почесать языками.

Чего только не доводилось слышать!

Слышал даже такую историю, что Марк Брэдли и Уильям Фоули были очень дружны, пока жизнь не развела их по разные стороны. Скажу честно, не знаю, насколько можно доверять этим слухам. Марк игнорировал вопросы по этому поводу. Либо отмалчивался, либо отмахивался и приказывал заняться каким-нибудь «полезным для города» делом.

Судя по описаниям, Уильяму Фоули около сорока пяти лет. Ростом около шести футов и двух дюймов. Высокий дядя… Узколицый, кареглазый, шатен. Носит длинные волосы. Особые приметы: на носу, в районе переносицы, короткий горизонтальный шрам. Знает французский и русский языки. Хороший стрелок.

Если судить по делам, а не по внешности, то он один из тех, кто с улыбкой заявится к вам в гости, а потом спокойно всадит нож в спину, пока будете готовить кофе и рассказывать свежие новости. Жесток, вспыльчив, мстителен. Последнее не удивило – здесь большинство таких. Обычай кровной мести хоть и не обсуждается в приличном обществе, но активно поддерживается в жизни.

Банда Уильяма Фоули состояла из девяти человек, но при необходимости он мог собрать и больше. Разномастное отребье, которого хватало в этих краях, с большим удовольствием вставало под его «знамена», если дело касалось таких серьезных дел, как налет на небольшой городишко или ограбление банка. Когда одни бандиты погибали, на их место приходили новые. Да, текучка кадров была серьезной проблемой в этом бизнесе.

Год назад он подгадал время, когда в сейфах скопилась приличная сумма, и устроил налет на банк Ривертауна. Тот самый «Юго-Западный», в котором я открыл счет. Заварушка была страшная. Половина банды блокировала контору шерифа, а остальные занялись ограблением, ухлопав трех клерков, кассира и пятерых горожан, которые помогали Марку Брэдли. Кроме этого, был убит помощник шерифа – некто Джон Крайтон. Говорят, это был хороший парень, который больше всего на свете любил лошадей и свою семью – жену и двух маленьких дочерей. Между прочим, вдова Крайтона – моя соседка. Она живет неподалеку и очень дружна с миссис Грегори.

Почему я вспомнил о бандитах? Ярмарка, дамы и господа! Осенняя ярмарка Ривертауна! В ближайшую субботу наш городок должен выйти из полусонного забытья и на целых четыре дня стать настоящим центром округа! Кстати, мне прислали приглашение на ужин к мистеру Джекобсу. Слава богу, что он состоится после праздника. Закончится нервотрепка, тогда и погуляем. Даже интересно будет взглянуть на местный бомонд в неофициальной обстановке.

Пока ужин был только в планах, портной шил мне костюм, а на центральной площади уже строились небольшие павильончики и навесы. Если сказать, что город гудел, то это будет не совсем точно. Ревел, как водопад! На ярмарку съезжались все фермеры, живущие в пределах ста миль. Кроме того, будет специальный пароходный рейс из Брикстоуна, забитый под завязку гостями. Торговцы, закупщики скота и конечно же разнообразная шваль, готовая обчистить карманы или проломить голову своему ближнему.

Надо заметить, что наш коллега – шериф Брикстоуна – не валял дурака и большую часть криминальных молодчиков отлавливал еще на тамошней пристани, но десяток бузотеров как-то пробирался на борт, чтобы позабавиться в Ривертауне. Вечная головная боль для шерифа, не считая местных ковбоев, которых, даже при всем желании, пай-мальчиками тоже не назовешь.

Если будет интересно, то не стесняйтесь – устрою экскурсию по городу. Не знаю, как вам, но мне было любопытно взглянуть на подготовку к празднику, несмотря на большое количество работы по обеспечению безопасности. Да, нас ожидала не самая легкая неделя, и это при двадцати добровольных помощниках, которые на время праздника получали такую же зарплату, как и мы со Стивом Палмером.

Самое удивительное, что среди этих помощников я увидел Большого Криса. Того самого парня, с которым чуть не схлестнулся в баре Коллинза. Как оказалось, на прошлой ярмарке убили одного из его приятелей, и он думал, что убийца, которого помнит по характерному шраму, появится и в этом году. По крайней мере, очень на это надеялся.

– Ты, главное, не убивай его сразу, хорошо? – сказал ему Брэдли во время инструктажа.

– Может, мне его пивом угостить?!

– Забери, вежливо проводи в кутузку, а потом мы его допросим и…

– Отпустите восвояси, – опять огрызнулся здоровяк.

– Не хами мне, приятель, – холодно предупредил шериф и кивнул на камеру, – иначе сам всю ярмарку просидишь в кутузке. Ты меня понял?

– Понял… – угрюмо отозвался Крис.

– Не слышу!

– Да, сэр!

– Так-то оно лучше… – проворчал Марк и продолжил прерванный разговор.

Я сидел напротив, делал заметки в блокноте и разглядывал этого парня. Русоволосый, вихрастый. Глаза светло-серые, но когда злится, то они темнеют, как грозовая туча. Широкие скулы, мощная шея. Большой Крис… Он и правда «большой». Здоровый, как буйвол, а шириной плеч может потягаться с кузнецом Чаком, который тоже находится здесь. Сидит неподалеку, что-то тихо рассказывает Стиву и, как всегда, смущенно улыбается.

– Алекс и Стив… – шериф оторвал голову от бумаг и обвел взглядом помещение, будто не знал, где мы сидим.

– Да, сэр!

– Завтра утром сходите на площадь и присмотрите пару мест, где можно будет поставить наших ребят, чтобы они не сильно бросались в глаза, но хорошо видели происходящее и не теряли времени, чтобы добраться до какой-нибудь потасовки.

– Сделаем, – кивнули мы.

– Мистер Талицкий возьмет ружье с одним патроном и удержит весь город… – с легкой ехидцей в голосе заметил Крис. – Он любит такие развлечения… до поры до времени.

– Если там будут такие бараны, как ты, то без проблем, – отрезал я. – Можно даже ружье не заряжать, а взять палку, которой свиней гоняют.

– Мистер Брэдли… – побагровел парень.

– Чего тебе? – не отрываясь от записей, спросил шериф.

– Вы бы издали приказ, чтобы ваш помощник не слишком нарывался на неприятности…

– Видишь, Большой Крис, ты уже сейчас к шерифу побежал, – усмехнулся я. – Что будет, если возьму дробовик? Побежишь жаловаться мэру?

– Кто-то сейчас…

– Уймитесь! – Марк покосился на меня, потом зыркнул на Криса и рявкнул: – Оба!

Все-таки не удержался парень, решил припомнить тот случай в баре. Ну-ну… Буйный ты наш. Вроде и не дурак, но слишком уж горячий. Даже сейчас на стуле не усидит – ерзает на одном месте, будто ему в задницу шило воткнули.

– Зря ты с ним связываешься, – сказал Стив, когда все разошлись, а мы остались в офисе, чтобы бросить взгляд на план города и обсудить завтрашние дела.

– Не люблю, когда хамят.

– Да, Крис не самый покладистый мальчик, который рождался в нашем городе, но человек он неплохой и надежный. В случае какой-нибудь заварушки на него можно будет положиться.

– Чтобы получить удар в спину?

– Зря ты так… – поморщился рыжий.

– Как есть. Давай лучше план города еще раз посмотрим.

Может, и правда я зря наехал на Большого Криса, но злился не меньше этого парня. Дело, ради которого появился «на этом свете», замерло на месте. Если честно, то хотелось взять и отправиться в знаменитый Форт-Росс, о котором рассказывал шериф Брэдли. Там все-таки свои, русские. Пусть они из другого, параллельного или какого-то там мира, но свои. С другой стороны – понимал, что не самое лучшее время уходить из города. Осень пролетит быстро, а там и зима не за горами.

Придется ждать весны…

Торчать в этом провинциальном городишке и ждать, надеясь на счастливый случай, который прольет свет на судьбу брата. Да, это неприятно. Не люблю сидеть на одном месте. Будто караулишь Фортуну, чтобы хлопнуть эту взбалмошную красотку по заднице! Повернется лицом или наоборот – нагнется и раздвинет ножки – это уже не столь важно.

Наутро мы отправились на центральную площадь, где шумели рабочие, возводя помост для самых важных гостей и трибуну для мэра. Пока Стив разговаривал с торговцем, который развернул слишком большой навес для своих посетителей, я отошел в сторону, к штабелям досок. Просматривал записи и вычеркивал уже выполненные поручения. Вокруг шумели люди, стучали молотки, пахло древесной смолой, свежими стружками, краской и еще чем-то неуловимым, напоминающим о детстве.

Вспомнился последний Новый год, который мы праздновали всей семьей. Отец притащил из лесу большую, под самый потолок, елку. Мы доставали из коробки хрупкие украшения и распутывали простенькую гирлянду, которая подмигивала нам разноцветными лампочками. Я даже усмехнулся этим воспоминаниям, которые всплыли в памяти совершенно не к месту и не по сезону.

– Не оборачивайтесь, мистер Алекс, – сказал кто-то за моей спиной и даже дотронулся до моего локтя. Голос низкий и такой тихий, что сразу и не поймешь – мужской или женский.

– Слушаю.

– Хотите узнать о делах Уильяма Фоули?

– Хм… Например?

– Например, кто снабжает его припасами и оружием?

– Не скажу, что я умираю от любопытства, но определенный интерес присутствует.

– А чью именно ложку вы нашли среди трофейных вещей, не хотите узнать?

– Это уже интереснее… – напрягся я.

– В таком случае, мистер, приходите вечером на склад у старой пристани. Только будьте так добры, приходите один – тогда, может, и поговорим. Придете?

– Хорошо, приду.

Спустя несколько секунд я обернулся, но, разумеется, не смог понять, кто именно из толпы подкрался ко мне с этим странным предложением. Почему я согласился? Нет, это не азарт и не глупые игры в шерифа и бандитов с большой дороги. Неизвестный собеседник или собеседница что-то знали о моем брате. Это гораздо интереснее, чем Уильям Фоули и вся его шайка.

23

Дождался наступления сумерек и начал собираться на встречу. Что-то мне подсказывало, что это не пустышка и не дешевый трюк, чтобы выманить мистера Талицкого из дома. Если кто и захотел бы свести со мной счеты, то незачем расписывать такой план. Расправиться можно в любой момент, подкараулив у дома или по дороге. Улочки здесь глухие, по вечерам становится пусто, а горожане даже не подумают бросаться на выручку, услышав крики о помощи. Мало ли кому и по какой причине голову хотят проломить? Вмешаешься, а там не просто так избивают, а вдумчиво, со значением колотят. Конфузно получится… На каждый крик не побегаешь, да и какой может быть крик, если тебя дубинкой благословили? Пикнуть не успеешь…

Старая пристань, о которой упомянул мой неизвестный собеседник, служила горожанам по сей день. Разве что местный флот стал помельче. Лодки рыбаков, десяток карбасов и даже одна баржа, правда, полузатопленная и ни на что не годная. Днем здесь довольно шумно, но уже в сумерках берег пустел. Здесь не любили задерживаться дольше положенного.

Говорили, что в полночь на берег выходят все те, кто утонул в реке. Мол, собираются утопленники на барже и ведут свои неторопливые беседы. Не знаю, не проверял. Случая не представилось. Кто-то из рыбаков рассказывал, что и русалок видел, со всем положенным набором русалочьих аксессуаров – бюстом пятого размера и хвостом тридцать шестого. Правда, рассказчик был изрядным пьяницей, но ему верили. Жители любят такие истории. Я спустился на берег и пошел в сторону пирса, а если быть точным, то к его остаткам: из воды торчали лишь покосившиеся столбы. Чернел сарай с провалившейся крышей. Хрустнула под ногами галька…

– Алекс, – послышался тихий голос, – это вы?

– Да. – Я повернулся и увидел, как от стены отделилась черная, почти незаметная тень…

Нового знакомого звали Семен Покровский. Да, он русский. Мало того… Черт побери, но я даже не знаю, как объяснить и принять эту новость. Она, если честно, слегка вышибла меня из седла. Этот парень – из нашего мира…

Человек, случайно попавший в другой мир, как это бывает только в книгах и фильмах. Или в суровой реальности, но, само собой, про такой случай никто книг не пишет по вполне понятным причинам. Разве что параллельный мир смилостивится и отпустит человека обратно. Тоже, если честно, не самый лучший вариант. Вернешься, а тебя давно похоронили, оплакали и забыли.

Семен Покровский шагнул в этот мир попросту, без всех этих научных штучек вроде моей капсулы, снаряжения и хотя бы приблизительной информации, куда именно попал и как вернуться обратно. История банальная и, как выразился сам Покровский: «…без эффектов, которые могли бы хоть как-то объяснить этот феномен». Не было ни грома, ни молнии, ни голоса, который бы нашептал про «особую миссию» в этом призрачном мире.

Среднего роста, русоволосый. Куцая бороденка редкими клочьями. Глаза сине-зеленого цвета, но тоски в них – на десятерых хватит. Худое лицо, да и сам он какой-то слишком высохший, что, впрочем, неудивительно, учитывая обстоятельства его жизни. Какие именно? Батрачит парень на одного фермера. Трудится за еду, одежду и небольшое жалованье в девять марок. Одет… Ну как может одеваться фермерский работник? Комбинезон на лямках, разбитые в хлам ботинки, серая блуза и замызганная, похожая на банный колпак шляпа.

Тридцать два года, холост, бывший сотрудник конторы, которая занималась всем подряд, если это приносило хоть какие-то деньги. Такие «универсальные» фирмы встречаются все реже и реже, но иногда мелькают на деловой периферии, вызывая справедливое удивление. Чем именно он занимался, Семен Покровский не рассказывал. Отмахнулся: мол, дело это прошлое и даже вспоминать неохота. Я не спорил. Не хочет человек рассказывать – и ладно. Мне с ним детей не крестить. Пять лет назад он отправился с друзьями в Карелию, чтобы немного отдохнуть на свежем воздухе и проветриться, оторвав задницу от компьютера. Вот и оторвался. На всю катушку…

– Понимаешь, какое дело… – замялся парень, но его можно было понять.

– Что случилось?

– Я даже не знаю, с чего начать.

– Начни с самого начала, – предложил я.

– Все началось с поездки в Карелию… Отдохнуть, порыбачить. Собирались уже уезжать, да и загуляли напоследок. Утром проснулся – голова гудит! Похлебал супчика и пошел к озеру. Озёра там… – вздохнул он, – закачаешься!

– Да, красивые. Дальше-то что было?

– Присел над водой, чтобы сполоснуть котелок с ложкой, и тут в голове зашумело. Все в красном тумане, руки дрожат, а сердце где-то под горлом бьется. Думал, что после гулянки штормит. Очухался, смотрю – сижу на берегу озера. В руках все тот же злосчастный котелок и ложка. Только…

– Только берега другие, – кивнул я.

– Вот именно… Даже близко ничего похожего не было.

– Что дальше?

– Разное, – поморщился Покровский. – Некоторые вещи и вспоминать неохота. Добрался до фермы. Все никак поверить не мог, что вляпался в параллельный мир.

– Не в параллельный, а в «призрак». Он скорее «перпендикулярный».

– Что? – не понял парень. – Перпендикулярный? Это как?!

– Этот мир классифицируется как «призрак».

– Твою мать… – выдохнул Семен и даже головой покачал. – Погоди… Получается, что в нашем мире про него знают?!

– Знают, но очень мало.

– Алекс… – он встрепенулся, будто озарение какое нашло, – тебя забросили сюда?!

– Про это, мистер Сёма, мы позже поговорим. – Я вытащил из кармана сигару, прикурил и кивнул: – Давай вернемся к разговору о банде Фоули и к тому, как ты остался без ложки.

– Ложки? – переспросил Покровский и грустно усмехнулся. – Ну да, конечно…

Он вздохнул, поерзал на досках, словно устраивался поудобнее, и начал рассказывать про ферму, хозяина и банду Фоули. Хозяйство, где живет и работает Семен, находится на северо-восточном побережье озера Глория. Судя по описаниям, чуть севернее того места, куда меня забросило. Края там глухие, людей почти нет, а если и забредет какой-нибудь охотник, то ненадолго. Вот на этой отдаленной ферме наш Уильям Фоули и зимует, пользуясь тем, что у хозяина две дочки на выданье.

Не знаю, что именно Уильям пообещал или чем именно пригрозил, но фермер послушно выполнял его приказы, кормил и снабжал всем необходимым. Продукты и товары привозил из Ривертауна, а если быть точным, то забирал уже подготовленное. Мешки, ящики – все это увозилось не из города, а с лесопилки, которая находилась выше по течению. Поставщики? Местные торговцы, которые связаны с Фоули. Целая агентурная сеть в городе, а шериф – ни сном ни духом. Я уже не говорю про мэра и судью – они вообще не при делах.

На ферме жили лишь близкие Фоули люди – самые отъявленные головорезы. Пять или шесть человек. Остальные – в пяти милях к северу, на заброшенном хуторе, куда раз в неделю завозят продукты.

– Откуда ты знаешь, что именно там? – спросил я.

– Так я эти продукты и отвожу.

– Хозяин тебе, значит, доверяет?

– Не в этом дело, – покачал головой он. – Я когда к нему попал, то был в шоке. Представь себя на моем месте! Ни еды, ни одежды нормальной. Джинсы, кеды, майка… Будто за пивом вышел.

– Да уж… Не позавидуешь. Ладно, бухти дальше.

– Ну вот, – он провел ладонью по бороде, – попал на ферму, лепечу что-то невнятное про моих друзей, лагерь и палатки. Хозяин таращится, как на идиота, а сам дробовик из рук не выпускает.

– Тебя приняли за блаженного?

– Именно, – он усмехнулся. – Никогда бы не подумал, что быть дурачком так выгодно. Я даже подыгрывал, изображая слегка помешанного. Поэтому и на ярмарку взяли. Меня и еще двух парней, которые у хозяина вроде охраны.

– Вот тут он прав, хозяин твой. Взял бы кого-нибудь из местных – они бы не просыхали, пока все деньги в салунах не оставили.

– Обжился немного, – продолжал рассказывать Семен, – начал присматриваться и понял, что занесло меня в другой мир. Потом заявился Фоули со своими людьми.

– И один из них отобрал у тебя ложку? – улыбнулся я.

– Глупо получилось. Сидел во дворе и кашу кукурузную ел. Какой-то бандит проходил, ложку увидел и забрал. Понравилась она ему, понимаешь… Ну а что я мог сделать?

– Все верно, – вздохнул я. – Но это и хорошо, что забрал. Рассказывай дальше.

– Ну вот… Добрались мы, значит, до Ривертауна, начали павильон строить к ярмарке. Тут я и услышал разговор рабочих, которые о новом помощнике шерифа рассказывали – Алексе Талицком, который брата ищет. Мне фамилия твоя показалась странной, а тут еще про ложку упомянули, которую ты на трупе нашел и так разозлился, что одному парню руку сломал.

– Сломал по другому поводу, но это не важно. Почему ты решил, что я из нашего мира?

– Одежда, походка, и ты, когда пишешь, карандаш держишь правильно.

– Здешний народ что, по-другому держит? Не замечал. Ладно, Сёма… Поздно уже, а тебе еще работать на своего эксплуататора. Завтра вечером встретимся, посидим, подумаем, как тебе помочь и куда пристроить. Нечего русскому парню на этого бандитского прихвостня горбатиться. Или у тебя другие планы имеются?

– Какие у меня планы? Только просто так с фермы не отпустят. Долг на меня повесили, за четырех бычков. Не углядел, волки задрали. Два года отрабатываю, а конца-края не видно.

– И много ты ему должен?

– Две сотни марок.

– Неплохие у него проценты… – присвистнул я.

Он кивнул и поднялся. Отряхнул одежду от налипшей древесной трухи и вдруг замялся.

– Саша… Как там… дома?

– Ничего нового. Ладно, ступай, Семен Покровский. Завтра поговорим.

– Хорошо.

– Слушай, а ты про «часовщиков» случайно ничего не слышал?

– Про кого?! – вытаращился Покровский. – «Часовщиков»?!

– Да это я так… Не обращай внимания, – отмахнулся я. – Мало ли…

Мы подошли к выходу из сарая. Я придержал Семена и выглянул наружу… Вроде тихо. Небо на удивление чистое, без облаков, и даже луна висит, как фонарь над входом в бордель. Пристань как пристань… Пустой берег, уставленный лодками, несколько штабелей бревен и полузатопленная баржа с полусгнившими бортами и торчащим костяком шпангоутов.

– Ты чего?

– Быстро поедешь – раньше помрешь. Слышал такую песню?

Мы успели выйти и сделать несколько шагов, как ахнул выстрел, и над бревнами вспухло белое пороховое облако. Каким-то чудом я успел толкнуть Семку в сторону берега. Сбил парня с ног, и мы покатились в липкую прибрежную грязь. Еще выстрел! Тягуче и очень противно. Пуля ударила в причальный столб, пробила гнилое дерево и ушла в реку. Семен барахтался в полузасохшей тине, а я смотрел в сторону этих невидимых стрелков и пытался нащупать револьвер.