Текст книги "Ты будешь моим... (СИ)"
Автор книги: Харли Напьер
Соавторы: Харли Напьер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
Разговор с мамой, знакомство с зятем и переезд
Мы сидели на той же маленькой кухне, только теперь не напротив друг друга, а рядом. Мама держала мою ладонь в своих натруженных и немного шершавых ручках. Глаза наши покраснели и опухли от слёз, никак не получалось остановить этот бесконечный поток из глаз. Но несмотря на это, на душе стало легче… С нее сняли тот груз, что ненавязчиво, но постоянно давил. Напоминал о себе и мешал быть целостной, а может, даже полноценной в моральном плане.
– Прости меня… – уже в который раз подавленно шептала мама, поглаживая мою руку, она неотрывно и очень внимательно меня рассматривала, будто стараясь запомнить каждую чёрточку, видимо, боясь, что могу исчезнуть, испариться, оставить ее одну. Глупенькая. Я теперь никогда больше ее не потеряю. – Я так виновата перед тобой…
– Расскажи мне, пожалуйста? – с мольбой в осипшем голосе попросила Надию. Она торопливо и нервно кивнула и, закусив губу, робко начала свою интерпретацию событий прошлого. Глаза мама отвела и, словно углубившись в воспоминания, взгляд её застыл на одном месте.
– Я очень любила Радгара, – уныло и устало произнесла Надия. – Как же сильно я его любила… Меня накрыло этим чувством с головой. Было абсолютно всё равно, что он демон, враг, тот с кем мне следовало бороться и кого положено было ненавидеть… Шла наперекор всем: родителям, обществу, совету… Сама выбрала отказаться от крыльев и своего предназначения, так и не познав, что это такое. Но ни капли не колебалась и не сомневалась, – она облизала пересохшие губы и продолжила. – Мама так плакала, отец пугал изгнанием и карой, что последует за моим, как им казалось, необдуманным поступком. Брат… Он обнял меня и посоветовал слушать своё сердце. Поддержал, убеждая, что, невзирая на любые невзгоды, так и останусь его младшей сестрёнкой.
Она замолчала. А я не хотела отвлекать, страшилась спугнуть это откровение… Мама моргнула несколько раз и опять заговорила – Есть вещи, которые мы никогда не забудем. В мой основной список входят: лицо Радгара, когда я приехала, та нежность и восхищение, что расцвели на нём с осознанием, что я сделала ради него, его полные радости и любви глаза, когда он впервые взял тебя на руки… Мы жили как в сказке. Даже сейчас не могу вспомнить ни одной нашей серьезной ссоры. А потом… – глаза ее увлажнились, а голос задрожал. – Меня с детства воспитывали, вбивая в голову, что демоны – это твари без души и эмоций. Они затуманивают разум, одурманивают тебя, лишая воли и подчиняя себе… Впервые эти мысли поселились в моей голове, когда Радгар вышел на работу, а я осталась с тобой дома. Стоило позвонить маме, и она навязывала мне страх, что всё бутафорное, ненастоящее, мол я сама себе придумала его любовь, а на самом деле не нужна ему. Абсурд… Правда, тогда мне так не казалось, а доводила себя до крайности, впадала в истерики и металась по квартире с чувством, что что-то не так, ждала подвоха или какой-то пакости. Тогда было гораздо строже со смешанными браками. Не могло быть и речи, чтобы член совета связал себя узами брака с человеком. Я не могла выйти на улицу или сходить в магазин. Везде были косые взгляды, презрение и надменный тон. Всё это ещё больше взращивало мои опасения. Правда, стоило лю… Радгару вернуться домой, страхи отступали, улетучивались и становились надуманными, – мама отпустила мою ладонь и вытерла мокрые щеки, достала платочек из кармана старенького ситцевого платья и вытерла нос, после чего глубоко и печально проговорила – Так я жила три месяца в каком-то аду, созданном собственными руками. Сейчас понимаю, что нужно было поговорить с ним, рассказать о своих переживаниях… Но… Дошла до того, что не могла видеть демонов, слушать рассказы Радгара про своих друзей или коллег. А звонки из дома… Мне всё рассказывали и рассказывали новые ужасы, которые творили демоны. Про людей, одержимых ими и совершающих ужасные поступки. Они якобы убивали собственных детей, бросали их, калечили своих родителей, воровали, лгали и издевались над слабыми… – лицо Надии побледнело, а пальцы неконтролируемо теребили платочек, указывая на то, что она приближалась к самому тяжёлому моменту своей истории. – Это был обычный день… Такой же, как и все остальные. Мне позвонила мама и по её голосу и рыданиям я поняла, в нашей семье случилось горе. Не сразу удалось что-либо понять из ее сбивчивого рассказа и проклятий, которыми она сыпала в мой адрес. Славы… Моего старшего брата больше не было… Единственного, кто оставался у меня в Светлой столице, искренне любил, поддерживал и не давал унывать… – слёзы текли крупными каплями по маминому лицу, в глазах ее отражалось сильное горе, боль потери близкого до сих пор не отпускала. – Они были на задании, простом и привычном: убить низшего демона. Но каким-то образом там оказался и высший, он заступился за эту тварь, и брату ничего не оставалось как убить и его. Ты прекрасно знаешь, что высших трогать без приказа на ликвидацию запрещено так же, как и им Хранителей. Однако тот напал на брата, и у него не было выбора… Они пришли за ним… По решению Совета, – Надия с ненавистью выплюнула последнее слово. – По решению Радгара… Темные убили брата, восстановив баланс и «справедливость», чтобы другим было неповадно убивать безнаказанно высших демонов. Славик оказался в западне: не защити он себя – погиб бы там, правда, за него бы отомстили. Он выбрал иной вариант, и всё равно они его убили… Я не могла поверить своим ушам. Радгар ничего мне не сказал, не попытался разобраться или помочь брату. Проголосовал «за», а потом собирался вернуться ко мне, лечь в одну кровать, шептать слова любви. Пелена спала. Не зря я столько тревожилась, вся его любовь оказалась притворством, обманом… Я не помню, как собиралась… Не хотела его видеть, говорить с ним, слушать его лживые оправдания. Только ты в колыбельке останавливала меня.
Она торопливо взяла меня за руки и крепко сжала их, заглядывая в глаза. Я же в тот момент не могла поверить в услышанное. Папа не мог! Он бы так не сделал, сейчас точно была в этом уверена. Один раз уже сомневалась в нём, а потом было мучительно стыдно. Что-то тут не так. Что-то они упустили…
– Я не могла взять тебя с собой. Обречь на голод, скитание и жизнь в таких условиях. Без образования, без права выбрать свой путь. Он любил тебя, в этом я не сомневалась, он мог дать тебе всё. Поэтому, затоптав свой эгоизм, выбрала для тебя лучшее: оставить с отцом. Прости меня, Нейла… Прости, дочка… Но я не могла этого забыть и сделать вид, что ничего не произошло… – мама кинулась мне на шею и рыдала, прижимая к себе, гладя и громко всхлипывая.
– Тише, – перебирая её волосы и глотая слёзы, умоляла я. – Тише, родная. Всё хорошо. Я простила. Я не держу зла.
– Я – чудовище, – мотала она головой и жарко шептала. – Я сама стала той, кого презирала. Бросила собственное дитя из-за гордыни, из-за…
– Перестань посыпать голову пеплом, – взяла маму за плечи не в силах больше терпеть ее самобичевание, которое тонкой иголкой кололо сердце, отстранилась и серьёзно посмотрела в её глаза. – Если кто-то и может тебя винить, то только я. Но во мне нет зла или ненависти. Я просто рада, что нашла тебя, что ты всё рассказала. Теперь всё будет по-другому. Слышишь? Теперь мы будем вместе.
– Но как? – растерялась она, ещё вздрагивая в моих руках.
– Легко, – уверенно произнесла я. – Собирайся, ты едешь со мной. Хватит тут полы мыть. Без тебя справятся.
– Куда же я поеду, Нейла? – заволновалась мама. – У меня же там ничего нет, да и никому я там не нужна.
– А я? – с наигранной обидой спросила у Надии и, увидев ее несмелую улыбку, добавила. – Я дочь советника, и за это время многое изменилось. Будешь жить рядом. Найдем тебе работу. Имей в виду, тут я тебя не оставлю, – категорично заявила маме.
– Я даже не знаю, – потерянно, с сомнением пробормотала она.
– Это решённый вопрос, – поднимаясь и чувствуя лёгкость и необычную эйфорию, бодро проговорила. – Вещей у тебя много? Я сейчас Влада позову, он поможет.
– Кого? – мама окончательно перестала что-либо понимать, кажется, она находилась в шоковом состоянии. Сидела, заторможено соображала и часто моргала.
– Влада. Моего мужа, – терпеливо объясняла Надии.
– Ты замужем? – охнула она и сложила руки на груди. – А детки есть?
Глаза ее заблестели. Так, она явно хотела внуков… Из-за того, что не растила родную дочь. Это же прекрасно, будет замечательная бабушка.
– Да. Детей пока нет. У нас был сложный период. Но сейчас всё наладилось. Собирайся. Сейчас вернусь, – быстро проговорила и пулей вылетела на улицу.
Муж курил, сидя на капоте авто, и осматривал местный «пейзаж». При моем появлении отбросил сигарету и напряжённо всмотрелся в мое лицо.
– Как всё прошло? – волнение Влада за меня проскальзывало в его интонации.
– Хорошо, – со счастливой улыбкой обняла его за шею, греясь в любимых руках.
– Так хорошо, что у тебя все глаза заплаканные? – недовольно ворчал любимый, чувствовалось, как он собран, того и гляди пойдет бить всех, из-за кого плакала. Герой мой…
– Ну, как без этого? После стольких лет разлуки и скелетов в шкафу, – нарочито весело сказала, а потом перестала улыбаться, уткнулась носом в его шею и, вдыхая сногсшибательный запах мужа, тихо продолжила. – Я хочу ее забрать с собой.
– Что для этого надо? – Я говорила, что люблю его? Обманывала! Обожаю…
– Мужская сила, – целуя его скулу, щеку и двигаясь к губам, шептала, – Влад, – нежно позвала у самых губ.
– М-м-м? – прикрыв глаза, лениво отозвался брюнет.
– Я так тебя люблю…
– А я тебя, – открыв глаза, серьёзно и спокойно произнес муж. А после поцеловал… Так сладко, так ласково, что весь окружающий мир потерялся. Пропали звуки. Остался только он и его губы, язык, требовательные руки…
***
Влад понравился маме, она суетилась, волновалась и чувствовала себя неловко. Да и как он может не понравиться? Посмотрев мамины вещи, убедила её, что это всё не пригодится. Поэтому налегке, загрузились в авто и, заехав в администрацию, чтобы предупредить о её отбытии, покинули поселение. Не могла усидеть на месте, развернувшись в пол-оборота, рассказывала маме о столице, о своей жизни и про фонд, который я организовала. Надия охотно слушала и безостановочно хвалила меня. Так и зазнаться можно.
– Влад, а чем ты занимаешься? – по обоюдному решению эти двое сразу перешли на «ты». Маме-то было интересно узнать про зятя как можно больше, а я заволновалась. Не маленькая, догадывалась, что они с Намтаром ничем законным не промышляли.
– Всем понемногу, – смотря на нее в зеркало и улыбаясь, отвечал муж, – Намтару с клубом помогаю, да и так по мелочи. Небольшой свой бизнес.
Ага, оружие, наркотики… Мысленно выдохнула. Ничего не поделаешь, с темными жить – играть по их правилам.
– А где я буду жить? Надеюсь, не у вас? Вы молодая семья, нечего мне вам мешать, – сразу строго предупредила мама.
– Не волнуйся, – примирительно ответила. – Сейчас приедем, пока чай попьем и перекусим, я уже найду тебе квартиру. Желательно, конечно, в нашем доме…
– Ты только цену смотри, я откладывала, но цены в столице, наверное, высокие, – забавно рассуждала Надия вслух.
– Конечно-конечно, – не стала с ней спорить. Можно подумать, я не смогу снять маме квартиру, но, уже начиная понимать её характер, для себя решила, что делать всё стоит аккуратно и желательно за ее спиной.
А ещё. Надо поговорить с отцом и узнать все обстоятельства того дела. Потому как эти двое страдают от разлуки, хотя и старательно избегают даже имён друг друга. Ни черта они не отпустили и не забыли. Конечно, тяжело простить и отпустить всю ту боль, что лелеяли годами, но, может, хотя бы смогут нормально общаться. Это было бы самым чудесным подарком судьбы…
Катерина, фотография и неадекватные мысли
Свободных квартир в нашем доме не нашлось, поэтому пришлось временно поселить маму у Татьяны. Подруга была совершенно не против, тем более сама она там временно отсутствовала и с радостью предоставила своё жилище. Я же начала рассматривать варианты покупки жилплощади, мне очень не хотелось, чтобы Надия жила не рядом. Какой-то подсознательный страх отметал эту идею.
Влад ушёл в комнату, а мы с мамой не могли наговориться, она рассказывала про брошенные земли, работу, трудности, с которыми ей пришлось столкнуться. Сколько чая мы выпили… Не счесть. С неохотой проводила ее до Таниной двери и вернулась домой. Муж уже спал, обнимая мою подушку. Заулыбалась, интересно, он что меня представляет во сне вместо нее? Приняла душ, легла с другой стороны кровати и прижалась к его спине, Влад сонно заворочился и, что-то пробормотав, повернулся ко мне, сгребая в объятия руками и обхватив меня ногами. Хихикнула. Меня просто придавило, от его тела веяло жаром.
– Ты меня раздавишь, – сдавленно прошептала, пытаясь принять более удобную позу. – Подушка была более сговорчивой, – хмыкнул муж, немного отстраняясь и давая возможность дышать. – Она просто не могла возразить, – дразнила, проказливо улыбаясь. – Нет, – не согласился брюнет, приподнял голову, сощурил глаза и нагло выдал. – Просто от меня всё без ума. Даже текстиль. – Да у вас, и правда, мания величия, – потрогав его лоб, наигранно сочувственно произнесла я. – Ты хочешь сказать, – угрожающе спросил Влад, приподнимаясь и нависая надо мной. – Что я не прав. И ты не без ума от меня? – Ага, – закусив губу и стараясь не рассмеяться, кивнула в ответ. – А ну, повтори, – мстительно попросил муж и принялся меня щекотать. Визжала, извивалась и смеялась в голос. – Все! – взмолилась, не в силах больше терпеть такую «пытку». – Сдаюсь! Подушка, как и я, в восторге от тебя. – То-то же, – довольно прошептал муж и провел языком по ложбинке между грудей. – Хочу тебя… Ты такая сладкая…
Выгнулась, закрыла глаза, отдавая своё тело во власть его ласк. Пальцы Влада нежно коснулись внутренней стороны бедра, медленно поднимаясь выше и вызывая мурашки, а потом дразня провели по моим намокшим трусикам. Рядом с ним невозможно не быть готовой и не хотеть его…
– Моя… такая горячая, такая влажная, – хрипло бормотал муж, отодвигая тонкую ткань в стороны и вводя в меня два пальца. Мышцы внизу моментально отозвались, сжимая его изнутри, разгоняя кровь по венам и пуская дрожь по телу. Плавно двигаясь во мне и слегка надавливая большим пальцем на клитор, Влад вызывал стоны наслаждения из моей груди, заставляя шире раздвигать ноги и плавиться от безумной неги, что разливалась внизу живота.
Это было неторопливое и полное ласки и любви соединение двух душ. Он не старался быстрее насытиться. Нет. Влад дарил мне удовольствие. Словно на грани парила, падая в пропасть и поднимаясь в небеса. Сжимала простынь и срывала голос от криков и эмоций, которые дарил мне любимый…
***
Поездку к отцу пришлось немного отложить, мы сидели с Ангелиной на моей кухне, собрав экстренное «заседание». А дело все было в том, что Арман ответил на мой запрос. Демон выяснил, номер принадлежал некой Катерине, обычной девушке, проживающей неподалёку, в ближайшем к столице брошенном поселении. В связях с темными она замечена не была, да и вообще представляла из себя заурядную и непримечательную личность. Теперь мы сидели и думали с Гелей, что делать с полученной информацией.
– Надо ехать к ней и всё спросить, – уверенно заявила девушка. – Катерина должна знать, кто мог воспользоваться ее документами, либо зачем она сама нам звонит. – Да, можно, – согласилась с ней. – Но как это сделать? Я могу завтра, пока Влад на работе съездить одна. – Нет, – отрицательно покачала головой Ангелина. – Поедем вместе. Во-первых, мне тоже звонят, во-вторых, я тебя одну не отпущу. – Тебе нельзя покидать столицу, – напомнила ей. – Лучше я справлюсь одна. Не хватало из-за этого еще тебя подставить, – непоколебимо возразила. – Ладно, но будешь на связи всё время, – поразмыслив, неохотно разрешила Геля. – Я в туалет, – бодро поднимаясь, известила она, покидая кухню.
Тоже встала со своего места, желая приготовить ещё кофе. Может, стоит сказать мужчинам? С другой стороны, чем опасна человеческая женщина? Просто поговорю с ней и уже тогда расскажу всё мужу.
Меня отвлёк звук нового сообщения, пришедшего на телефон. Даже два. Наши телефоны с Ангелиной ожили одновременно. Без задней мысли взяла смартфон в руки и удивилась. Отправитель – тот самый загадочный абонент. А вот потом… Мир покачнулся. Пошатнулась и я, боясь упасть, неловко приземлилась на стул. Всё плыло… Так больно… Так… Как будто кто-то воткнул нож в самое сердце и провернул несколько раз. Я задыхалась, хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег…
– Нет… Нет… Нет… – жалобно и надломлено шептала, снова и снова изучая снимок на экране. Клуб. Вип комната, её я узнала. На диване сидели Намтар и Влад с бокалами, наполненными янтарной жидкостью, явно алкоголем. Муж ещё и курил. А ещё… Возле демона стояла блондинка, она наклонилась к нему и что-то говорила на ухо, рука Намтара располагалась под ее юбкой, а на лице застыла усмешка. Рядом с зеленоглазым сидела брюнетка, одну руку пристроив на его паху, а второй оттягивая ворот своего платья, демонстрируя моему мужу свои прелести. И он смотрел… Фотограф запечатлел очень удачный момент. По мужчинам было видно, как им нравилось происходящее, и стал очевидным итог этого мероприятия…
Рваные всхлипы разрывали душу, меня трясло, как при лихорадке.
– Нейла, что случилось? – рядом на корточки присела взволнованная и напуганная Геля. – Что с тобой? – Посмотри телефон, – еле шевеля губами, выдавила из себя. Роняя голову на стол и закрывая ее руками. Не быть. Не видеть. Не слышать. Не существовать. Провалиться сквозь землю. Я не переживу… Не смогу… Сломаюсь. Я уже была подобна безвольной кукле, стал безразличен мир вокруг. – И ты поверила? – злой голос Гели выдернул из прострации. Подарил надежду. – Думаешь, фотошоп? – встрепенулась, поднимая заплаканное лицо от столешницы. В отличие от меня она выбрала другую эмоцию. Гнев. Такой рассерженной я её ещё не видела. – Думаю, пора познакомиться с этой Катериной, – недовольно сообщила Геля. – Пусть ответит на наши вопросы. Чего сидишь? Поехали, я из нее всю душу вытряхну. И если это, – она развернула гаджет экраном ко мне, – правда. Демону не жить.
Она слишком сжимала его, руки ее подрагивали, выдавая состояние. Ангелина держалась, но с трудом. Две ревущие женщины было бы перебором в данной ситуации.
– Сейчас? – апатично уточнила. Такая усталость навалилась, и такая жгучая обида разрывала всё тело. Скручивая нервы узлами. Странное состояние, никогда ранее не испытывала его. – Нет, блин. До завтра подождем, – фыркнула она на мою заторможенность. – Мне его сейчас видеть нельзя. Дров наломаю. На радость этой курве. – Да, – рассеяно кивнула, пытаясь подняться. – Да, надо ехать. Конечно. Всё узнать. Всему должно быть логичное объяснение.
Взяла сумку и, не выдержав, всё же спросила – А если… Что вдруг… Это правда, – последние слова прошептала как-то пискляво. – Тогда всё. Приплыли, – нервно хохотнула она. – Будем с тобой свободными и пьяными. – Я не хочу. Можно отмотать время назад, можно стереть мне память? Убрать все воспоминания о нем? – истерично просила, размазывая слезы по щекам. – Не поможет, – хмуро отозвалась Геля, беря меня за руку и ведя на выход. – Промыли мне мозги, что толку? Стоило его увидеть, как всё вернулось.
***
Управляла автомобилем из ряда вон плохо, нарушала множество правил, никак не могла взять себя в руки. На пассажирском сидении курила Геля, уже четвертую по счету сигарету, напряжённо думая о чем-то, хотя и дураку понятно, о чем конкретно. Она кусала нижнюю губу и смотрела в одну точку. Меня отвлекала дорога, старалась гнать плохие мысли, несмотря на то, что даже дышать было больно. Лёгкие, как у заядлого курильщика, отзывались спазмами на каждом вдохе.
Звук мелодии входящего заставил отвлечься от дороги, звонила папина помощница. – Да, Айла? – сколько не старалась, голос предательски дрожал. – Здравствуйте, Нейла. Извините за беспокойство, но тут такой нюанс… – она замялась, подбирая слова. – Слушаю тебя, – поторопила её. – Ваш супруг звонил, просил расторгнуть договор и дал согласие на развод, но без вашего согласия… – резко затормозила, сворачивая на обочину. Не будь этого фото, я бы иначе восприняла новость. Никогда бы не подумала в плохом ключе, решила бы, что муж хочет что-то изменить в нашей жизни. Но сейчас мыслить адекватно не получалось. – Скажи, я согласна и оформляй, – убитым голосом дала добро. – Какое ещё дерьмо случилось? – невесело поинтересовалась Ангелина. – Влад попросил развод, – тихо ответила ей, а после принялась колотить руль до боли в руках, с нечеловеческим криком. Била его и выла. Раненым зверем, убитым любимым… – Нейла! – кричала на меня Геля. – Нейла! Прекрати. Да что за пиздец-то?! – она ударила меня… По щеке. Возвращая в реальность. – Осталось ещё Намтару сообщить об отмене свадьбы – будет полный набор. Успокоилась?
Кивнула, пальцы дрожали, а кисти рук ломило. Будут синяки… Черт с ними. Схватила отлетевший под ноги сотовый и набрала Влада. Недоступен. Отключил телефон…
– Набери Намтара, – получилось хрипло, голос я сорвала. – Поехали, – непоколебимо приказала Ангелина. – Они, возможно, и не виноваты. А Влад мог захотеть организовать свадьбу по уму и взять тебя в жены сам, а не по принуждению, – пыталась она достучаться до моего искаженного и сломанного сознания.
Не слушая ее, набрала Татьяну. Я, может, и рехнулась от горя, но остатки разума ещё остались.
– Ней, чего? – радостно, запыхавшись, вместо приветствия спросила подруга. – Тань, – просипела с натугой. – Я сейчас сброшу тебе адрес и контакты Армана. Звони мне каждые полчаса и, если не отвечу, сообщи ему, где мы. – Ты что… Заболела? – озадаченно поинтересовалась подруга. – Куда и с кем ты поехала? – С Гелей. Я потом всё объясню. Пожалуйста, сделай, как я прошу, – умоляющие попросила ее. – Мне это не нравиться, – забеспокоилась Таня. – Ты уверена в том, что делаешь? – Да, – просто отозвалась и сбросила вызов.
Если бы Влад ответил, если бы Ангелина позвонила Намтару, возможно, передумала бы и вернулась обратно. Но сейчас я, сломленная, нуждалась в опровержении всего того дерьма, что творилось в моей голове.
– Теперь, есть хоть какая-то подушка безопасности, – сообщила вновь закуривающей девушке. Она кивнула, и мы продолжили путь.
***
Невзрачный дом стоял на отшибе, покосившейся и покрытый местами мхом. Окна были грязными и мутными, одно даже разбито. Мой седан с трудом преодолевал глубокие лужи и грязевое месиво под колесами.
– Ну, как из фильмов ужасов, – хмыкнула Ангелина, осматриваясь. Действительно, дом вызывал неприятные ассоциации и располагался на приличном расстоянии от остальных строений. На улице накрапывал противный дождик, небо было пасмурным.
Бросив машину на дороге, взяла сумку и вышла на улицу. Ноги увязали в липкой грязи, а туфли моментально потяжелели. По деревянным доскам, что заменяли тут тропинку к дому, прошли с Гелей к двери, и она настойчиво постучала. Нам долго не открывали.
– Может, нет никого? – с сомнением оглянулась ко мне подруга по несчастью, я в ответ пожала плечами, и тут нам открыли. На пороге стояла высокая, худая девушка. Волосы ее грязными сосульками свисали на лицо, на ней были грязные джинсы и порванный свитер, рукава которого она нервно тянула вниз. Синяк под глазом и стеклянные, безжизненные глаза. Наркоманка. Аура у нее была практически абсолютно черная.
– Вам кого? – грубо спросила низким голосом, совершенно не подходящим к ее внешности. – Катерина – ты? – не менее «дружелюбно» бросила Геля. – Да, чё хотели? – продолжала источать добродушие эта дама. – Поговорить, – заявила Ангелина и, оттеснив хозяйку, прошла в дом. Я последовала за ней. Катерина и не сопротивлялась, закрыла за нами дверь и прошла следом. В комнате стоял бардак: битые бутылки, гора грязной посуды на столе, от которой уже распространялась вонь на всё помещение, старый и местами дырявый диван. На потолке висела лампочка и слабым жёлтым светом освещала комнату, делая ее ещё более убогой.
– Кому давала свои документы? – брезгливо окинув взглядом «хоромы», в лоб спросила Геля. Я же старалась не дышать и боролась с желанием зажать нос пальцами. – Парню своему, – с вызовом ответила Катерина, сложив руки на груди. Складывалось впечатление, будто она понимала, о чем речь, и не собиралась отпираться. – Кто такой? Как зовут? – обходя комнату по кругу, продолжала допрос Геля, а я заметила стул и присела на него, решив, что он безопасен и не так грязен. – Демон. Зовут Дан, – не стала скрывать информацию хозяйка этого жуткого места. – Демон? – усмехнулась Ангелина. – Низший, как я понимаю. Ну и зачем мы ему понадобились? Скучно стало? – Нет, – с ненавистью прошипела Катерина, лицо ее исказила злоба. – Сказал, что вы должны за всё ответить. Зря вы сюда приехали, Нейла и Ангелина, – с победной улыбкой закончила она.
Должного эффекта от того, что она в курсе наших имён, произвести не удалось. Это было ожидаемо. Зато плохое предчувствие ударило в спину, заставляя зашевелиться волосы на голове. Запах. Необычный. Он ненавязчиво стал щекотать ноздри. Немного сладковатый. Ангелина тоже его почувствовала.
– Ты тут не одна? – нахмурилась она, принюхиваясь. А потом глаза ее расширились и девушка, резко подорвавшись, крикнула мне, – уходим!
Я лишь успела подняться, как снова упала обратно, руки и ноги перестали слушаться, меня клонило в сон. Вот, что за запах… Мне под ноги упала Катерина, посмотреть, что с Гелей, не было сил. Сознание покидало меня, сумка выпала из непослушных пальцев. Сквозь туман в голове и темные круги перед глазами увидела, как в комнату заходят двое. Хотела что-то сказать, встать, но вместо этого окончательно потеряла сознание…
