Текст книги "Бег в никуда (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 5. Дом Матери

Просыпаться пришлось под зверски холодным ливнем. С небес хлестало так, что я почти на ощупь добирался до веток с рыбой. Их чудом не смыло. Торопливо жрать сырую рыбу прямо под струями ледяной воды было совершенно лишним опытом в жизни. Пока я оскальзываясь и матерясь искал свои копья, ливень перешел в более приемлемый дождь, сквозь который уже что то можно было разглядеть. Сориентироваться мне помогло то, что еще не совсем рассвело – и даже сквозь туманную хмарь и водяную завесу я видел устремляющийся в небеса (или нисходящий с них?) луч света.

Вскоре Система порадовала меня внезапным сообщением:

– «Вы вступаете на территорию – Дом Матери.»

И тут же замигал красный конвертик.

"Добро пожаловать, бессмертный. На территории невозможен прогресс навыков и характеристик, агрессия и враждебные действия по отношению к другим разумным и их сопровождающим наказывается моментальной смертью. Возрождение бессмертных при таком нарушении пройдет на значительном расстоянии от территории Дома Матери. В случае повторного нарушения на той же территории, кроме упомянутых выше мер, бессмертному будет будет ограничен на нее вход сроком на 100 лет.

Дома Матери – специальные зоны, где жители этого мира могут шагнуть за границы достигнутой силы. В каждом Доме есть Хозяин или Хозяйка, которые предоставляют услуги и товары, ассортимент которых может существенно различаться в зависимости от расположения территории."

Упомянутый дом оказался круглым приземистым строением, выполненным из монолитного черно-серого камня. У него было 4 входа ровно по сторонам света, если верить компасу. Круглая выпуклая крыша выпускала из своего центра толстый, но не жгущий глаза луч – как я понял, это был своеобразный маяк. Внутри все было скучно и интригующе одновременно. Во первых – объем помещения был на пару порядков больше, чем снаружи. Этакий здоровенный каменный купол, пустой внутри, с толстенной колонной по центру, в которой сквозь камни мерцал свет. Колонна была окружена сплошной стойкой, за которой находился во вторых – Хозяин Дома. Это был самый классический из всех классических джиннов. Синий мужик, в распашонке, шароварах, с светящимися глазами, длинным черным чубом на лысой голове и выражением лица как у Самого Главного Д'Артаньяна. В третьих – из внутренних стен мегакомнаты, потолок в которой возле колонны доходил до высоты метров в сорок, торчали лица. Огромные человечьи рожи с абсолютно пустым выражением лица и широко распахнутым ртом торчали через равные расстояния по всему кругу помещения.

Наверное многим джинн бы показался классическим НПС. Необходимо было подобрать вопрос, на который он реагировал, никакой инициативы сам не проявлял, хотя обращался ко мне по имени при ответах. Мне он показался закабаленной духовной сущностью, по крайней мере так он ощущался моими монашескими инстинктами. Монашеские инстинкты…бред полный, но иначе наработанную совокупность мелких навыков и специфических ощущений не назовешь. Твердят они мне, что это сущность, значит сущность.

Он рассказал мне каким образом происходит повышение характеристик – лица в стенах. Разумный, желающий поднять свои характеристики, сначала сваливал в пасть любой головы…что то. От камней и травы до редких минералов и драгоценных камней. Тушки животного происхождения так же годились, кроме трупов разумных. Когда ресурс пропадал в пасти, глаза рожи светились зеленым, если большая часть ресурса годилась на прогресс характеристик, красным – если материалу было отказано или он был уже в избытке, вспышка золотого обозначала, что "пожертвованного" материала хватало, чтобы поднять каждую из характеристик на 1. Наибольшего эффекта можно было добиться, пихая в пасть голов трупы магических существ, особенно подземных. После того, как глазки моргнут золотым, разумному оставалось добавить накопленные свободные очки к желаемым характеристикам и самому нырять в пасть роже. Через некоторое время она его выплевывала уже "прокачанным".

Еще одним интересным моментом была торговля. Хозяева сдавали площади на безопасной территории Домов в аренду, продавали множество эксклюзивных и интересных товаров, работали как банк, хранилище и даже аукцион. За деньги, естественно. Ничего бесплатного. В уплату они принимали монеты Пана – медь, серебро, золото в пропорциях 10/30/1. Либо…ценные металлы, кости и органы чудовищ, драгоценные камни, которые могли как пойти в качестве платы, так и быть обменяны на валюту Пана по определенному, но неизменному курсу. Достаточно было приволочь пред глаза джинна или джинны какой нибудь ценный ништяк, как они не задумываясь называли его стоимость и готовы были тут же обменять его на деньги. У меня промелькнула мысль, что у этого мира вскоре будет одна валюта – очень уж удобный вариант для всех рас и наций.

Когда я уже собрался уходить, не находя новых вопросов, синий надменный дух меня ошарашил. Оказывается, всем разумным, кто впервые достиг Дома Матери полагался приз, причем на выбор! Мне было предложено абсолютно без-воз-мез-дно выбрать из следующего списка: случайная пассивная способность низкого ранга (хочу!), книга примитивного навыка на выбор (очень хочу!) и набор новичка, включавший в себя набедренную повязку, легкую тунику, сандалии, острый короткий нож и огниво с кресалом. Все предлагаемые предметы считались "вечными" – при воскрешении они оказывались на мне!

В душе я плакал, страдал и разрывался на части. Хотелось всё. Абсолютно всё было мне дико необходимо, срочно нужно и до боли желанно. Книги предлагаемых навыков включали в себя краткие инструкции на сотню страниц и из них мое внимание приковывало "Искусство выживания". Ориентация в дикой природе, изготовление примитивных инструментов, росжиг огня, поиск воды… Достаточно было коснуться купленной книги и подтвердить желание получить навык, как она исчезала, передавая владельцу навык. Подобные книги, по словам Хозяина Дома были доступны либо в местах, подобных этому и редко, либо их могли создать наставники смертных, обучающие тому же навыку. Что делали редко и нехотя.

Мне понадобилось около часа раздумий и вся сила воли, чтобы выдавить из себя ответ – "Выбираю способность". Джинн тут же осенил меня засветившейся синей рукой и снова застыл в позе профессионального Д'Артаньяна. Я лихорадочно залез в "Статус".

«Слабое улучшение обоняния – острота вашего обоняния получила коэффициент 1.2 по отношению к общему показателю Восприятия»

Понятно. Восприятие есть показатель совокупный от всех органов чувств, а чуять запахи я стал лучше на 20 процентов. Пока это абсолютно бесполезно, но в будущем надо будет обязательно учиться пользоваться носом. В душе я горько рыдал по упущенным трусам, знаниям и ножу. Оп, красный конвертик.

«Вами получена малая новая особенность вне Купели. Обеспечьте себе сытное питание во избежании негативных эффектов».

Ясно, значит пора двигать дальше. В будущем эти Дома будут бесценной возможностью провести ночь в безопасности, но пока можно ночевать где угодно. Пора на рыбалку.

Направив стопы к старому месту, где остались кабаний хребет и рыбьи потроха на приманку, я внезапно наткнулся на несколько близкорасположенных кострищ. Видимо сюда приходили разведчики Рошвана целым отрядом. Не удержался и перерыл носом всю землю вокруг черных кругов, питая надежду найти что нибудь полезное – старый нож или наконечник стрелы. С этим не повезло, зато наткнулся на тщательно обглоданные кости какого то не очень крупного животного и обрывок ремня. Получилась небольшая вязаночка запасных костей. И то хлеб. То есть рыба.

Набив рыбы, остаток дня медитировал в надежде и рыбку съесть и…энергетику прокачать. Увенчалось успехом. Жизнь то налаживается!

Джинна я еще долго пытался опросить на следующий день. Переиначивал вопросы, повторялся, просто проговаривал вслух разные слова, имеющие хоть какое то отношение к этому миру. Синекожий дух не реагировал на мои попытки получить желаемое перебором, как и не повторял ответы на уже заданные "успешные вопросы". Единственная моей удачей мог считаться лишь удачный вопрос – "Как умереть насовсем?". Услышав его, синекожий оживился и бодро ответил, что Система будет спрашивать всех игроков о том, хотят ли они жить дальше. Раз в сто лет. Достаточно лишь ответить "нет", как тут же сразу того-этого. Помрешь.

На этом сакральном знании я понял, что большего не добьюсь. Применять к нему насилие в качестве эксперимента было откровенно ссыкотно.

Устав от бесплодных попыток, я отошел стойки и сел в позу лотоса у одной из каменных морд, попутно отметив, что стоило бы помыться. Хотелось расслабить головной мозг, упорядочить мысли, возможно придумать какой нибудь дельный вопрос, который заставить синюю морду среагировать.

Вдруг, как в сказке, скрипнула дверь. Дальняя от меня.

Я затаил дыхание. Интересно, еще один визитер? Смертный, бессмертный?

Вскоре новый гость Дома показался мне на глаза, подойдя к джинну. Последний целиком завладел вниманием хрупкого и смуглого ребенка.

На вид я бы дал ему лет десять. Смуглая цыганская или арабская внешность, впрочем мои ставки на последнюю. Мысль о оцифрованных цыганах вызывала комок в горле. Ребенок был одет в наполовину чистую белую рубаху до пят, подпоясанную веревкой, за которую был заткнут здоровенный нож и держался руками за горловину внушительного мешка, эдак литров на двадцать. Нехило пацан прибарахлился…

Маленький хомяк тем временем скрестил ладони на груди, поклонился джинну и начал заунывно что то ему вещать, периодически повторяя поклоны. Язык мне был совершенно не знаком. Джинн успешно делал вид, что ничего не понимает, не слышит и не ощущает.

Я внимательнее присмотрелся к мальчишке, в надежде увидеть статус. Ух ё…

"Намир Фашад. 2 уровень". Обычный вроде бы "пустой", девяти-десяти лет. Но вот ниже имени и уровня красным пульсирующим цветом горели очень интересные приписки, которых я раньше не встречал ни у кого. "Вор","Осужденный", "Предатель султаната Уррас", "Клятвопреступник", "Беглец от правосудия".

– Так вот ты какой, игрок на максимальной сложности…, – не удержавшись, ляпнул я.

Парнишка подпрыгнул с испуганным визгом, начав судорожно озираться по сторонам. Быстро обнаружив меня, он застыл в растерянности, явно не понимая, что делать дальше. Я продолжал сидеть, размышляя о размерах той жопы, в которую житель арабских стран себя вогнал, натворив бед и смывшись Зовом к Матери.

Хилое детское тело. Чужая страна. Целая пачка отметок в Статусе, которые по убеждениям Системы являлись едва ли не вечными. Отсутствие знания языка. Интересно, он дурак, мазохист или просто человек попавший в сложную жизненную ситуацию? Может в тех его султанатах детей склоняют к непотребным сношениям, от которых он доблестно сбежал…

Малолетний преступник тем временем выволок из за импровизированного пояса свой кинжал и начал осторожно приближаться ко мне. Мда, вариант со сложной жизненной ситуацией вычеркиваем, дурака и мазохиста пока оставляем. Вставать я не собирался. Убить или ранить пацан меня явно не сможет, даже если ему очень повезет. Зато если порежет, то увижу как Дом расправляется с такими гостями.

В последствии пришлось вычеркивать и мазохиста. Зато оставшегося дурака возводить как бы не в куб. Намир или Фашад, хрен пойми кто он там есть, попытался меня прогнать из Дома, издавая угрожающие слова на своем языке и тыкая в мою сторону кинжалом. Смотрелось это нелепо, но все таки смотрелось. В какой то момент фальшивый ребенок понял, что его кривляния не будет желаемых им действий и эмоций, поэтому выкрикнув нечто особо обидное, поволок свой мешок назад к джинну. Там он начал, постоянно косясь на сидящего меня, вываливать из мешка какие то шмотки. Синекожему было совершенно безразлично на проделки мальчишки, пока тот не протянул ему на вытянутых руках какой то отрез ткани, сопровождая жест фразой на своем языке. Джинн скосил глаза на пацана и на весь дом произнес фразу на неизвестном языке, смысл которой я почему то понял: "Я не приму украденные вещи!".

Я остолбенел, арабчонок остолбенел, синекожий снова привычно остолбенел. Первым опомнился мелкий, засунув руку себе запазуху и быстро достав ее назад, явно с чем то. Хозяин Дома снова порадовал нас феноменом незнакомо-понятного языка, прорычав: "Я не приму украденные деньги!".

Вот те бабушка и Юрьев день.

Парнишка снова начал что то ныть духу, а я тем временем продолжил сидеть и развлекать себя мыслями. Вот наполучал ты таких статусов – и что дальше? Допустим, они вечные, но лазейка то должна быть? Скорее всего, выход из ситуации довольно прост – вернись к нации, где осуществил злодеяния, сдай награбленное, покайся, отработай свое на каторге. И на свободу с чистой совестью. Лет через тридцать-сорок. А там уже сущие пустяки остаются, всего то найти себе наставника, получить класс, начать честную жизнь. Но вот вернуться на место преступления…уже тянет на неслабый такой эпический подвиг. А что, по сути то, остается? Сидеть в лесах и охотиться на зайцев. Или же…выйти на большую дорогу, вообще плюнув на цивилизацию. Но вот много ли ты награбишь в теле ребенка десяти лет?

От размышлений меня оторвал мальчишка. Он опять стоял передо мной в прежней позе, держа в одной ручонке нож, а в другой мешок своих краденных ништяков. Но теперь не тыкал в меня ничем острым и не ругался. Вместо этого пытался что то произнести. Наконец то у него что то получилось.

– Помощь! – на очень ломанном английском произнес бессмертный. И тыкнул пальцем в меня.

– Помощь! – с важным видом тыкнул я пальцем в себя, потом указал на него и твердо ответил, – Нет!

Пацану такое не понравилось. Он злобно прошипел что то нецензурное, явно борясь с желанием тыкнуть меня ножом. Понимания, что такое взрослый человек, класс монаха и как глубоко я ему могу пропихнуть все его пожитки, у него явно не было. Оказывать этому типу хоть какую то поддержку я не собирался. Как и покушаться на его вещи тем или иным образом. Мало ли чем от них можно заразиться…в Статусе.

– Я…очень…важный…человек, – тщательно проговаривая слова, произнес воришка. Глядя на меня своими выпуклыми карими глазами, он с нажимом и убежденностью вещал дальше, – Я близок…к шейху! Ты поможешь мне выйти из компьютер, я дать много денег!

– Ты – никто. Преступник. Вор. – Мое знание английского позволяло оперировать лишь простыми фразами, – Я не буду тебе помогать. Оставь меня.

Близкий к шейху ворюга так и не унялся. Чередуя слова на английском и родном он убеждал, приказывал, угрожал. Под конец, отчаявшись, даже начал предлагать мне стыренные у какого то несчастного вещи! Хотя, судя по богатой вышивке и отделке кинжала, он явно грабанул кого то из знати. Какие то подштанники, ожерелье, пару колец, золотая шкатулка. Надпись "ворованное" я на предметах не видел, что тоже было ценной информацией. Наконец, поняв, что от меня ничего добиться не выйдет, юный отрок ушел назад к Хозяину Дома. Сочувственно покивав…джинну, я решил валить дальше по дороге жизни и возможно с песней. А то ножик у бывшего араба хороший, жизнь у меня трудная, но поддаюсь искушению с трудом. Пока что.

– Жди! Я с тобой! – внезапно услышал я за спиной. Глубоко вдохнул…выдохнул, усиливая циркуляцию Ки по телу, сосредоточив некоторую ее часть в глазах и голосовых связках. Обернулся.

– Пойдешь за мной – убью. – Сказать получилось внушительно, аж от стен срезонировало. Хороший фокус, интересно, а как на Лилисанну накачанный Ки и мотающийся перед лицом хер то подействовал? Я провел большим пальцем по горлу, чтобы Махмуду…Намиру…Фашаду все было предельно ясно.

Закрывающаяся дверь заглушила детские визги и проклятия.

Глава 6. Дивный мир

Слышался неторопливый плеск волн пока еще безымянной реки, шумела молодыми листьями роща раскидистых деревьев невдалеке, прохладный ветерок шаловливо обдувал тело. Чуть пригревало полуденное солнце. Отличное время и место для того, чтобы успокоить дух, отбросить суетные мысли и проникнуться жизнеутверждающим величием буйно растущего растительного мира вокруг.

Но я этого не замечал. Раззявив до границ возможного рот, я пялился на гигантских размеров термитник, самостоятельно обгладывающий молодое деревце. До этого момента мое сознание довольно инертно относилось к происходящему. Новый мир, бессмертие, пара лун в небе со своей атмосферой – все эти вещи мало перекликались не с пониманием, а с ощущением всего, со мной произошедшего. Но вот наблюдение за тем, как здоровенное строение насекомых, покрытое ими же, жрет дерево, отрастив от своей основной массы сравнительно тонкую ложноножку, заставило проникнуться до глубины души.

Сам термитник не очень напоминал дома своих мексиканских собратьев – или где там термиты строят себе высокие, пустотелые хоромы, напоминающие стволы мертвых деревьев, покрытые песком. Он больше был похож на землистого цвета пирамиду, расположенную на очень солидном, бесформенном фундаменте. Древоядная конечность здания как раз и выходила из этой части строения. Жильцы тоже внушали – каждый из товарищей насекомых являлся муравьем длиной чуть меньше моего локтя. Угольно черные тварюшки деловито ползали по родной хате, явственно шевелили траву у ее подножия и особо густо осыпали ложноножку…конечность…не знаю что. Приближаться для более детального осмотра достопримечательности я разумно не стал, оставаясь по пояс в воде. Надеюсь, они не водоплавающие…

Тем временем термитник догрыз дерево, оставив от него общипанный ствол, встал и пошел к следующему. Мне показалось это несколько неправильным и удивительным, проще говоря – охренел как никогда. Строение тем временем не спеша двигалось, задрав свою рабочую конечность повыше.

В один момент этот отросток соизволил пошевелить своей верхней частью и я увидел глаза.

Это была черепаха! Огромная, высотой со старый двухэтажный дом, черепаха, на спине которой покоился термитник!

Массивную рептилию практически не было видно из под муравьев и их дома, но такие мелочи гиганта явно не волновали – он дошагал до следующего деревца и начал его с упоением жрать. Какая то длинноногая птица размером с крупного аиста решила поживиться муравьем-другим и приземлилась почти на самую верхушку термитника, там где жителей было особенно мало. Однако закусить хотя бы одним насекомым ей было не суждено – длинная гибкая шея молниеносно метнула к птахе довольно маленькую по сравнению с туловищем голову, молниеносный укус и останки неудачливого охотника валятся вниз, где ими тут же начинают заниматься черные трудяги. Что оказалось для меня особенно любопытным, так то, что гигант замер почти на пять минут с открытой пастью, пока его арендаторы тщательно проверяли пасть на предмет крови, ошметков и перьев. Полноценный симбиоз, надо же. Потрясающе.

Только вот почему здоровенная рептилия пристально смотрит на меня и трава начинает колыхаться все ближе и ближе?

Как только первый из черных муравьев соскочил на воду и бодро побежал ко мне по ее поверхности, я с полузадушенным воплем моментально кинулся уплывать. Изо всех сил уплывать. Быстрые повороты головы показывали мне, что черная река насекомых, высыпавших из травы, умеет перемещаться по любой поверхности. Хорошо, что не так быстро как я плаваю. Тем не менее, преследователями они себя показали упорными и целеустремленными, плыть пришлось полностью плюнув на тот факт, что в глубинах могут водиться не менее опасные твари.

Гребя подальше, вниз по течению, я со временем понял, что муравьи преследовали меня ровно столько, сколько меня видела черепаха. Видимо, я здорово ошибся с первоначальной оценкой, такое управления своими постояльцами указывало на прямой мысленный контроль. Только вот откуда у черепахи мозги, ее голова как у миниатюрного диплодока!

Выйдя на берег никем не сожранным и испытывая по этому поводу сильное облегчение, я углубился в небольшой лесок, росший вдоль течения. Интересно, почему муравьи на меня напали? И напали ли? По словам Системы, опасностей в определенном радиусе от поселений разумных смертных сейчас быть не должно. Но предпочту все таки верить собственным ощущениям, тогда они мне диктовали драпать!

Мимо по стволу дерева пробежала…белочка. Существо вцепилось передними четырьмя лапками в толстую ветку и с любопытством на меня уставилось. Я ответил ей тем же, потому как оставшиеся восемь или девять пар лапок, вместе с длинным туловищем обвивали ствол толщиной с мой охват почти полностью.

Да, такая после пьянки придёт и всё. Или не после, а вместо.

По лесу я шарахался аккуратно и скромно, стараясь не хрустеть ветками и не колотиться лбом об стволы деревьев. Такая осторожность сама собой прорезалась после встречи с черепахой, вместе с огромными сомнениями в абсолютной безвредности окружающей меня среды. Что не замедлило окупиться – к полянке, где чем то были заняты почти два десятка седых негров я вышел незамеченным. Едва заметив присутствие гуманоидов, тут же сполз в пожухлую листву и предпринял меры по аккуратному окапыванию себя любимого.

Тощие седые чернокожие тем временем явно устраивали привал, разводя костер, раскидывая лежаки и устанавливая котелок на треногу. Большая их часть, одетая в одинаковые белые туники, сидела на земле с повязками на глазах и оживленно вертела головами. Таких седоков я насчитал чертову дюжину. Меньшая же, одетая в нечто наподобие очень легких металлических лат с глухими шлемами, деловито ходили по округе, занимаясь хозяйством и периодически ныряли в едва видимый с моей позиции овраг. Они явно никуда не торопились.

Я прищурился, разглядывая их статусы. Ааа. Темные эльфы. И судя по повязкам и шлемам – подземные жители этого мира.

Хозяйственно-бронированная часть народа могла похвастаться уровнем за шестидесятый и были смертными, если к таким долгожителям применимо подобное слово. Они были вооружены длинными трехгранными кинжалами, чем то наподобие клевцов и нагрудными перевязями с ножами, скорее всего метательными. Также возле вещмешков лежало пять небольших, но выполненных из металла арбалетов. Если кто то из этих ребят меня увидит или учует, врядли даже вякнуть успею.

Начав медленно отползать задним ходом, я бросил взгляд на сидящих эльфов в туниках и с повязками. Вот это да! Бессмертные! Поголовно! Да еще и все, как на подбор "пустые" и что удивительнее всего – десятого уровня! Вот это да…с чего бы им такое счастье?

Но подумаю об этом на досуге и в безопасности, пока нужно аккуратненько сделать ноги. В отличии от сомнительного поведения черепахоподобной повелительницы муравьев, разумных совершенно не сдерживала безопасная территория. И то, что раса, везде и всюду описываемая как крайне злобная, решит меня приютить, обогреть и приодеть, я не верил от слова совсем.

Процесс отступления проходил гладко. Я мышью отполз от лагеря метров на двадцать, встал на карачки и тихой сапой принялся удаляться в сторону реки, искренне радуясь тому, что вышедшие из подземелья личности сейчас в больших неладах с собственной сенсорикой. Им явно требовалось много времени на адаптацию, что смертным, что бессмертным – зрение и слух должны были "переключиться" с родного режима.

Что меня и спасло.

А нет, не спасло. Что то кинулось мне на спину и начало уверенно душить, захлестнув каким то ремешком через голову. Раздалось тихое утробное рычание. Я от неожиданности дернулся вперед, нога проехала по листве, под которой явно был жирный слизняк, и неловко упал на бок. Вокруг горла чувствовалась все усиливающаяся пульсирующая боль. Особо не соображая, что делать, я попытался ударить локтем за спину, несколько раз. Безуспешно. Либо противник был очень мал, либо ловок. Помогло катание на спине, пока пальцами я судорожно пытался оттянуть удавку от горла – мой душитель явно не хотел быть раздавленным, поэтому выскользнул из под меня и отскочил в сторону.

Противостоял мне щуплый и низкий темный эльф, с кожей почти пепельного оттенка. Он пригнулся к земле, растопырив руки, в которых был вытянутый из за пояса нож и что то вроде пращи, которой меня и пытались задушить. Очень длинный уши, торчащие горизонтально к поверхности, оскаленный рот с мелкими белыми зубами и два открытых без всяких повязок глаза, которыми тот на меня смотрел без всякой душевной теплоты, дополнялись чем то вроде намордника, полностью закрывающего рот. А еще у этого чахоточного существа была роскошнейшая грива белоснежных волос, доходящая аж до лодыжек, перехваченная в нескольких местах ремешками. Впрочем и вся одежда эльфа состояла из разнокалиберных ремешков, сокрывающих в принципе только срам.

Я со всей доступной скоростью вскочил на ноги, едва успевая уклониться от молниеносного тычка ножом в лицо. За первый тычком тут же последовал второй, оставивший мне знатный порез на предплечье. Третий я остановил, просто схватив левой рукой рукоять кинжала поверх сомкнутых на нем пальцев и сжав как следует. Хруста не раздалось, хотя глаза моего оппонента тут же расширились от боли. Раздумывать было некогда, поэтому я вздернул кинжал, руку и ее владельца в воздух, а свободной правой рукой снизу вверх врезал агрессору в солнечное сплетение сжатым кулаком. Глаза у эльфенка выпучились, он захрипел и задергался. В растерянности, не понимая, что делать дальше с противником, я предпринял действия, показавшиеся мне разумным компромиссом – не опуская руки, прислонил его к толстому стволу дерева и еще три раза врезал туда же. Идея "если выживет, то будет точно не в состоянии поднять тревогу" дала течь, грудь странного эльфа вмялась внутрь тела.

Сзади раздалось похожее шипение, я обернулся, как ужаленный в зад кот, не догадавшись выпустить тело из руки. В грудь прилетел небольшой округлый камень. Больно. Выпустившая камень эльфийка, выглядящая как близнец свежеотбитого мной в мясной продукт эльфа, отличалась от него лишь наличием двух мелких острых сисек и чуть более темного оттенка кожи. А еще тем, что на ее ременной сбруе болтались три увесистых тушки зайцев. Девчонка стояла, снова разматывая в воздухе пращу.

Мыслей убить ее у меня не возникало, поэтому я поднатужился, кинул навстречу девчонке тело ее товарища или кем он ей там был и дал деру со всех ног. Кто знает, сколько еще таких охотничков в одних ремнях бегает тут по окрестностям?

Бег по лесу босиком занятие не менее рискованное, чем мытье яиц в бассейне с крокодилами. Только повреждения ты себе обеспечиваешь сам. Вот я себе и обеспечил, поскользнувшись на какой то влажной ереси и приложившись мордой лица о толстенный корень дерева. Собирая мысли в кучу и хлюпая напрочь разбитым носом, я обалдело раскорячился, неловко пытаясь встать. И тут же подпрыгнул от острой боли в заднице, куда угодил выпущенный из пращи камень. Угрожающее шипение послышалось в третий раз.

– Твою то мать, – обреченно прошептал я, разворачиваясь. Белогривая эльфийка тем временем отбросила пращу и достала нож. В другой руке она сжимала такой же, видимо подобранный у павшего спутника. Зайцев она тоже не забыла срезать, видимо, для повышения своей скорости. Девушка сделала два скачка по направлению ко мне, остановилась и закатила глаза, пустив из под своей глухой полумаски пену. А потом крест накрест провела ножами по своей невеликой груди, пуская ручейки крови и разрезая ремешки. Я оторопело выдохнул, брызгая кровью и утер нос, отдающий ценную жидкость как отечественные продавцы неликвидное дерьмо в Черную Пятницу.

Атака темной эльфийки ничем не отличалась от похожих действий ее собрата, но шуровала она кинжалами с обоих рук настолько часто, что перехватить их было нереально. Приходилось враскорячку осторожно отскакивать, молясь, чтобы не поскользнуться и водить по сторонам взглядом во время очень кратких передышек, в поисках какой нибудь удобной коряги. Я хрипел и фырчал носом, девчонка шипела, оба истекали кровью по разным причинам из несерьезных ран. Наконец она снова храбро скакнула вперед и с тихим оханьем припала на колено, видимо напоровшись ступней на какой то сучок. Я не упустил возможность схватить оба пучка ее шикарных волос за кончики и сильно дернул за них, окончательно лишая опасную личность равновесия. На всякий случай дернул еще пару раз, заставив девушку пропахать носом по земле где то с метр и начал взглядом искать дерево покрепче. Планы были просты – раскрутить и ушибить об дерево, но видимо, эльфийка умудрилась как то прочитать мои мысли, поэтому молниеносно отчекрыжила себе волосы намертво зажатым в руке ножом и подскочила с места. Голая, грязная, окровавленная, с новой прической, она вытаращила на меня глаза и забулькала что то явно нецензурное. К ее сожалению, слишком близко от моей персоны, поэтому получила простой удар ногой в уже пострадавшую грудную клетку. Но достаточно сильный, чтобы сверхлегкую тушку унесло назад, заставив несколько раз перекувыркнуться.

Я начал оглядываться в поисках ножа, который оставила пущенная в полет спартанским приемом эльфийка, но мои планы резко изменились, когда из чащи выскочил бронированный темный эльф и разрядил в меня арбалет. К счастью мимо, но намек, что пора убегать, я принял как родной, рванув прочь без оглядки, лишь дав себе указание не прерывать бег даже в случае острой боли в ногах, имевших все шансы найти себе что нибудь неприятное в густом лесу. Крики или звуки преследования я не слышал, но вполне обоснованно полагал почему – разведчики не орут и двигаются даже по незнакомой территории куда лучше и бесшумнее городского жителя, пусть даже и в вполне атлетичном теле.

Увы, но бегать по лесу сломя голову невозможно в принципе. Каким то чудом сохраняя приличную скорость, поскальзываясь и ушибаясь об корни и стволы деревьев, я минут пять уверенно удирал, постоянно ожидая арбалетного болта в спину. Это ожидание послужило веской причиной недооценки того, что спереди, проще говоря – совершая очередной прыжок практически в никуда с здоровенного корня, я попал обеими ногами в нечто очень волосатое, очень мягкое и сильно охреневшее от такой побудки. Каким образом я скатился с этого волосатого и огромного и продолжил бег, не помню, но как то получилось. Вот теперь за спиной раздавался обиженный рев какого то очень крупного существа, в котором вроде бы проскальзывали какие то слова, возможно даже ругательные.

Пулей вылетев из леса, я радостно загалопировал под уже садящимся солнцем дальше вдоль реки, не обращая внимания на то, что за спиной давно уже тихо и никаких посторонних звуков не разносится. Мелькали мысли даже утопиться, чтобы железно сбить со следа преследователей, но как то не хватило духу. Тем более, из лесу я вырвался, так и не выпустив из рук длиннющие волосы напавшей на меня эльфийки. Терять их сейчас было бы жалко.