355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Говард Фаст » Чудовищный муравей » Текст книги (страница 1)
Чудовищный муравей
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 08:53

Текст книги "Чудовищный муравей"


Автор книги: Говард Фаст


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Фаст Говард
Чудовищный муравей

Говард Фаст

Чудовищный муравей

Каждое лето, обыкновенно в августе, четверо моих близких друзей и я отправляемся на недельку порыбачить на озера Сейнт Реджис, в Адирондаке. Мы постоянно снимаем один и тот же домик, наслаждаемся греблей на каноэ, рыбалкой, а иногда даже вылавливаем несколько окуньков. Мы не так уж и сильны в рыбалке, но зато прекрасно играем в карты, с удовольствием занимаемся хозяйством и вообще расслабляемся.

Прошлым летом я приехал в Адирондак на три дня позже друзей. У меня накопились неотложные дела, которые я должен был закончить до отъезда. Погода стояла приятная – ровная и теплая, и я решил остаться еще на пару дней после отъезда моих друзей. Перед нашим домиком была небольшая совершенно ровная поляна, и мне захотелось часок-другой поиграть на ней в гольф. Вот почему металлическая клюшка для гольфа оказалась потом рядом с моей кроватью.

В первый день, когда я остался один, я открыл на ужин банку консервированной фасоли и пиво. Потом лег в постель, прихватив книгу "Жизнь на Миссисипи", пачку сигарет и двухсотграммовую плитку шоколада.

На улице было еще совсем светло. Сквозь окно проникало достаточно света, чтобы можно было свободно читать. Оторвавшись от книги, я как раз потянулся за очередной сигаретой, когда заметил его на ножке кровати. Кончиками пальцев я нащупал клюшку для гольфа и одним движением поднял и опустил ее. Удар вышел точным и беспощадным – я убил его.

Первым делом я обнаружил, что весь мокрый от пота. Потом почувствовал, что мне становится плохо. Я вышел на воздух. Меня рвало.

Прикоснуться к нему голыми руками не мог. Я взял кусок бумаги, поддел его и бросил в корзину для рыбы. Потом отнес корзину в багажник и поставил рядом с вещами, собранными для отъезда. Затем вернулся, запер дверь, сел в машину и поехал в Нью-Йорк. По дороге всего только раз остановился вздремнуть – на подъезде к Тровею. И проспал не более часа. Когда я подъехал к городу, уже почти рассвело.

Во время завтрака я объяснил жене, что мне никогда особенно не импонировало одиночество. Потом пошел в кабинет, закурил и принялся рассматривать корзину для рыбы, стоявшую на столе.

Я продолжал сидеть в своем кабинете и курить сигарету за сигаретой. В конце концов я позвонил в музей и спросил, кто заведует отделом энтомологии. Мне назвали имя – Бертрам Либермэн, и я попросил его к телефону. У него был приятный голос. Я представился, назвав свою фамилию Морган. Еще сказал, что я писатель, и Либермэн вежливо заметил, что слышал обо мне и даже читал что-то из моих вещей.

Я попросил Либермэна назначить мне встречу, если это возможно. Он ответил, что сегодня очень занят и спросил меня, нельзя ли перенести на завтра.

– Боюсь, что нам необходимо встретиться незамедлительно, – твердо сказал я.

– О! Вам нужно получить какую-нибудь информацию?

– Нет, я хотел бы показать вам один экземпляр.

– О!

– Я думаю вас это заинтересует.

– Это насекомое? – мягко спросил Либермэн.

– По крайней мере мне так кажется.

– О? Большое?

– Довольно большое, – ответил я.

– Одиннадцать часов вас устроят?

– Я буду, – сказал я.

– Еще один вопрос. Это насекомое – мертвое?

– Да, мертвое.

Кабинет Либэрмэна был большим и квадратным. Кроме него здесь были двое: человек из ФБР Фицджеральд и сенатор Хоппер.

Мы обменялись рукопожатиями, и Либермэн спросил меня, указывая на корзину:

– Это то самое?

– Да.

– Я могу посмотреть?

– Пожалуйста, – ответил я. – Я ничего не собираюсь от вас скрывать. Я могу даже вам его подарить.

– Спасибо, мистер Морган, – сказал Либермэн. Он открыл корзину и заглянул внутрь. Потом резко выпрямился, и Фицджеральд и Хоппер вопросительно посмотрели на него. Либермэн кивнул:

– Да.

– Как вы думаете, что это, мистер Морган? – спросил меня Либермэн.

– Мне кажется, вам это должно быть лучше известно.

– Да, конечно. Я только хотел узнать ваше мнение.

– Это – муравей. Таково мое впечатление. Но я впервые вижу муравья, длиной в четырнадцать-пятнадцать дюймов. И я надеюсь, что в последний.

– Понятное желание, – кивнул Либермэн.

Фицджеральд обратился ко мне:

– Могу я спросить вас, как вы убили его, мистер Морган?

– Клюшкой. Я имею в виду клюшку для гольфа. Я рыбачил с друзьями на озерах Сейнт Реджис в Адирондаке и взял с собой клюшку для коротких ударов. Короткие удары – самое слабое место в моей игре. Когда друзья уехали, я собирался тренироваться в коротких ударах по четыре-пять часов в день. Вы понимаете...

– Нет необходимости вдаваться в такие подробности, мистер Морган, улыбнулся Хоппер.

– Я мирно лежал в постели и читал, и вдруг увидел его на ножке кровати. Рядом со мной была клюшка...

– Я понимаю, – кивнул Фицджеральд.

– Вы стараетесь теперь не смотреть на него, – заметил Хоппер.

– А вы не могли бы сказать, мистер Морган, почему вы его убили, спросил Либермэн.

– Почему?

– Да, почему?

– Я не понимаю вас, – сказал я.

– Садитесь пожалуйста, мистер Морган, – кивнул Хоппер. – Постарайтесь расслабиться.

– Я не спал с тех пор. Мне очень бы хотелось отоспаться, а потом я бы рассказал вам, какой это было пыткой.

– Мы совсем не хотели огорчить вас, мистер Морган, – сказал Либермэн. Но мне кажется, что некоторые детали этого происшествия очень важны. Именно поэтому я и спрашиваю вас, почему вы его убили. У вас, наверное, была причина. Может быть, он нападал на вас?

– Нет.

– Сделал какое-нибудь неожиданное движение по направлению к вам?

– Нет. Он спокойно сидел на ножке моей кровати.

– Почему же тогда?

– Это не умышленно, – вмешался Фицджеральд. – Мы знаем, почему он убил его.

– Правда?

– Ответ очень прост, мистер Морган. Вы убили его потому, что вы человек.

– О?

– Да. Вы понимаете меня?

– Нет, не понимаю.

– Тогда почему же вы его убили? – снова задал этот вопрос Хоппер.

– Я до смерти перепугался.

Либермэн поднялся с кресла.

– Вы умный человек, мистер Морган, и я хочу вам кое-что показать.

Он открыл один из стенных шкафов, и я увидел восемь банок с формальдегидом, и в каждой из них был заспиртован точно такой же экземпляр, как мой. И все без исключения они были изуродованы, что говорило о насильственной смерти.

Либермэн закрыл шкаф.

– И это всего за пять дней, – сказал он и пожал плечами.

– Новый вид муравьев, – довольно глупо пробормотал я.

– Нет, это не муравьи. Подойдите сюда!

Либермэн пригласил меня к столу. Фицджеральд и Хоппер присоединились ко мне. Либермэн достал из ящика стола набор анатомических инструментов и, воспользовавшись одним из них, перевернул насекомое и показал на нижнюю часть туловища, похожую на грудную клетку.

– Видите, какое тут приспособление, мистер Морган.

– Да.

При помощи двух скальпелей Либермэн нашел бороздку и отделил заднюю часть туловища. Она оказалась полой, как жерло бомбометателя, и была похожа на контейнер, который носило на себе насекомое. В нем находились четыре своеобразных и удивительно гармоничных капсули, напоминающие орудия, каждая около полутора дюймов длиной.

Сейчас я видел муравья во всех деталях и понимал, что раньше толком не рассмотрел его. Мы никогда как следует не видим того, что страшит нас или вызывает чувство брезгливости. Сквозь омерзение ничего не увидишь. Но теперь, когда страх и ненависть отступили, я внимательно вглядывался в это существо и понимал, что передо мной был не муравей, хотя и очень походил на него.

– Я не знал! Что можно ожидать от человека при виде насекомого таких размеров?

Либермэн кивнул головой.

– Скажите мне ради бога, как оно называется!

– Мы не знаем, – сказал Хоппер. – Мы представления не имеем, что это такое.

Либермэн показал нам разбитый череп, из которого вытекала белая жидкость.

– Что-то подобное мозгу, – сказал он, – и в большом количестве.

– Это было, наверное, очень умное существо, – предположил Хоппер.

Либермэн рассуждал вслух:

– Совершенно ясно, что это насекомое с развивающейся структурой. Мы очень мало знаем об умственных способностях насекомых. Это не совсем то, что мы обычно понимаем под умом. Скорее совокупное явление – такое, как если бы приходилось задумываться над составляющими тела человека...

Хоппер и Фицджеральд с одобрением слушали Либермэна. Я задал вопрос:

– Что было бы, если бы это было возможно?

– Что?

– Проявление того вида совокупного ума, о котором вы говорите.

– О? Трудно сказать. Это было бы за гранью наших самых смелых предложений. Во всяком случае человек по сравнению с таким муравьем не представлял бы из себя ничего.

– Не верю, – отрезал я.

Мои собеседники невозмутимо ответили:

– Мы тоже не верим. Мы предполагаем.

– Но если это существо такое умное, почему оно не употребило ни одного из своих орудий против меня?

– А это было бы признаком ума? – мягко спросил Хоппер.

– Возможно, ни одна из этих капсул не является орудием, – заметил Либермэн.

– Вы не знаете этого точно? Разве у других таких существ не было таких же капсул?

– Были, – коротко ответил Фицджеральд.

– Откуда все-таки они взялись? Кем они были?

– Мы не знаем, – сказал Либермэн.

– Но вы можете это выяснить. У вас есть ученые, инженеры, и, слава Богу, мы живем в век фантастической техники. Разберите его на части!

– Мы это уже сделали.

– И что вы выяснили?

– Ничего.

– Вы хотите сказать, – спросил я, – что вы не в состоянии сделать никаких выводов относительно этих приспособлений – ни что это такое, ни как они работают, ни для какой цели существуют?

– Совершенно верно, – подтвердил Хоппер. – Ничего, мистер Морган.

– Но наверное они должны действовать как своего рода орудия.

– Почему? – спросил Либермэн. – Посмотрите на себя, мистер Морган. Вы культурный и умный человек и все-таки вы не можете представить себе такой склад ума, который исключал бы оружие как предмет первой необходимости. А ведь оружие – необычная вещь, мистер Морган. Это инструмент убийства. Мы никогда не задумываемся об этом, потому что оружие стало символом мира, в котором мы живем. Признаком цивилизации, мистер Морган? Или оружие и цивилизация в конечном счете несовместимы? Вы можете представить себе уровень мышления, при котором концепция убийства представляется невозможной или совсем не существует? Люди воспринимают окружающее субъективно. Почему тогда подобные существа, к примеру, не могут действовать, исходя из их уровня субъективности? Они идут на сближение с людьми – и в результате погибают. Почему? Скажите, мистер Морган, что может объяснить существование таких высокоорганизованных существ, как это? – Либермэн рукой показал на лежащее на столе насекомое. – Я самым серьезным образом спрашиваю вас. Какое вы можете дать этому объяснение?

– Несчастный случай, – пробормотал я.

– Восемь банок в моем шкафу? Восемь несчастных случаев?

– Я думаю, доктор Либермэн, – сказал Фицджеральд, – вы в конце концов найдете объяснение.

Я сел и закурил сигарету. Мои руки дрожали. Хоппер извиняющимся голосом сказал мне:

– Мы были довольно грубы с вами, мистер Морган. Но буквально за несколько дней еще восемь человек сделали то же, что и вы.

– Но скажите мне, откуда все-таки появляются эти существа?

– Почти не имеет значения, – честно сказал Хоппер. – Может быть, с другой планеты – с Луны или Марса, может, из недр земли. Неважно.

– Тогда почему вы не сообщите о них миру? Нужно положить этому конец, пока дело не зашло слишком далеко!

– Мы уже думали об этом, – признался Фицджеральд. – Но подумайте, что тогда начнется – истерия, паника, дикие предположения, что это результат атомной бомбы?

– Они могут совсем уйти, – сказал я.

– Могут, – подтвердил Либермэн. – Но если у них нет чувства смерти, у них, возможно, нет и чувства страха.

– Я склонен думать, что они все же уйдут, – вставил Фицджеральд. Должен же у них в конце концов быть инстинкт самосохранения, доктор!

– Надеюсь, – согласился Либермэн. – Надеюсь...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю