355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Гордон Руперт Диксон » Черный Чарли » Текст книги (страница 1)
Черный Чарли
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 18:14

Текст книги "Черный Чарли"


Автор книги: Гордон Руперт Диксон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Гордон Диксон
Черный Чарли

* * *

Вы спрашиваете, что такое искусство? Наверное, вы решили, что у меня есть готовый ответ, раз я до седых волос занимался покупкой произведений искусства для музеев и галерей. Но все не так просто.

Что же такое искусство? Сорок лет я рассматривал, ощупывал, боготворил предметы, созданные нашими предками в надежде передать вдохновение, которое владело ими в миг творения.

Тем не менее, у меня нет точного и ясного ответа на ваш вопрос. Дилетант отзовется не задумываясь: искусство – красота. Но искусство не обязательно красиво. Иногда оно уродливо. Иногда грубо. А иногда произведение искусства остается незавершенным. Теперь, оказываясь в ситуациях, когда надо принимать решения, я полагаюсь, на интуицию. Вы понимаете, что я имею в виду. Например, в ваши руки попадет нечто: статуэтка или кусок камня, разрисованный и раскрашенный древним человеком. Вы осматриваете камень. Ничего особенного – просто грубое, примитивное изображение невиданного зверя, даже школьник в наши дни нарисует лучше. Но это поначалу.

Вы долго держите камень в руках, ваше воображение пробивается сквозь толщу времени прямо к нему – мастеру, сидящему на корточках у стены своей пещеры, – и тут совершенно неожиданно, вместо грубого камня перед вашими глазами картинка – мир, каким видел его тот невероятно далекий человек, когда создавал эту вещь. И вот уже перед вами не просто камень, а великолепное воплощение замысла художника. Именно это ощущение и есть искусство. Неважно, в какие одежды оно наряжено, оно – волшебство, которое разрушает все преграды между художником и зрителем. Для него не существует ни расстояний, ни культурных различий. Позвольте, я расскажу вам одну историю...

Несколько лет назад, путешествуя по недавно открытым мирам в качестве закупщика для одного из известнейших художественных салонов, я получил от человека по имени Кэри Лонган космограмму с просьбой посетить планету под названием Мир Элман и оценить несколько статуэток, которые он хотел продать.

Я редко получал подобные приглашения. И еще реже соглашался на них, передавая их фирме, которую в данный момент представлял. Но планета, о которой шла речь, входила в ту же систему, где я находился, и я ответил согласием. Закончив дела, я сел на межпланетный корабль и через пару дней прибыл на Мир Элман.

Планета оказалась открытой совсем недавно и почти не исследованной. Порт, в котором мы сели, был одним из двух, способным принимать корабли из глубокого космоса, хотя расположенный неподалеку город размером больше напоминал деревню. Мистер Лонган не встретил меня в порту, и я отправился на такси прямо в гостиницу, где предусмотрительно заказал номер.

Ближе к вечеру в дверь позвонили. Я открыл, впустив высокого смуглого человека с копной темных нестриженных волос и зелено-карими глазами, в которых застыла тревога.

– Мистер Лонган? – спросил я.

– Мистер Джонс? – осведомился он в ответ и, переложив некрашеную деревянную коробку в левую руку, протянул мне правую. Я закрыл за ним дверь и предложил сесть.

Коробку он водрузил на кофейный столик, стоявший между нашими креслами. Я обратил внимание, что одет он в грубого покроя рубашку и бриджи из желтовато-серой синтетики; такой наряд, очевидно, было принято носить в лесу. Вид его совсем не вязался с обстановкой гостиничного номера, он это сознавал и от того явно чувствовал себя не в своей тарелке. Довольно-таки странный тип с точки зрения торговли произведениями искусства.

– Честно говоря, – сказал я, – никак не возьму в толк вашу космограмму. Фирма, которую я представляю...

– Это у меня с собой, – он положил руку на коробку.

Я удивленно посмотрел на нее. Коробка была в длину не более полуметра и в высоту сантиметров двадцать.

– Там? – Я взглянул на него, начав подозревать неладное. Наверное, мне следовало быть более осторожным. Но вы же знаете это ощущение – ожидание сюрприза, когда перед вами вдруг засверкает надежда первому открыть никому неизвестное произведение искусства.

– Расскажите мне, мистер Лонган, – попросил я, – откуда эти статуэтки?

Он посмотрел на меня немного с вызовом.

– Их сделал мой друг.

– Друг? – переспросил я. Должен признаться, история начинала меня злить. В таких ситуациях невольно чувствуешь себя идиотом.

– А позвольте спросить, этот ваш друг уже продавал что-нибудь из своих работ?

– Нет... – Лонган замялся. Было очевидно, что ему не по себе, но и меня не радовали мысли о потерянном времени.

– Понятно, – я встал. – Вы заставили меня свернуть с намеченного маршрута и проделать дорогостоящее путешествие, чтобы показать работу какого-то любителя. До свидания, мистер Лонган. И, пожалуйста, не забудьте свою коробку.

– Вы никогда ничего подобного не видели! – он смотрел на меня с отчаянием.

– Не сомневаюсь, – отрезал я.

– Посмотрите. Я покажу... – дрожащими руками он попытался открыть замок. – Раз уж вы проделали этот путь, почему хотя бы не взглянуть?

Поскольку избавиться от него без помощи управляющего отелем было затруднительно, я угрюмо сел.

– Как зовут вашего друга?

Пальцы Лонгана замерли на замке.

– Черный Чарли, – ответил он, глядя в сторону.

Я вытаращил глаза.

– Извините, как? Блэк? Чарльз Блэк?

Лонган метнул в меня острый взгляд и покачал головой.

– Просто Черный Чарли. Это звучит именно так. Черный Чарли, – сказал он неожиданно спокойно и продолжил свою возню с замком.

Внутренне усмехнувшись, я смотрел, как он сдвигает в сторону неуклюжий, ручной работы засов. Он уже собрался поднять крышку, затем вдруг передумал. Повернув коробку, он подвинул ее ко мне.

Дерево было твердым и шероховатым на ощупь. Я поднял крышку. В пяти маленьких отделениях лежали куски серого мелкозернистого песчаника разной, но абсолютно непонятной формы.

Я внимательно рассмотрел их, затем перевел взгляд на Лонгана, чтобы убедиться, не розыгрыш ли это. Но его глаза были необычайно серьезными. Я вынул камни и выстроил их в линию на столе. Я рассматривал их по очереди, стараясь разобраться в том, что это такое. Но в них ничего не было, совсем ничего. Один отдаленно напоминал правильную пирамиду, другой был слегка похож на скорчившуюся фигуру зверя, в остальных с трудом угадывалось сходство с пресс-папье, и все же было видно, что над ними работали. На каждом имелись следы резца, и они были отполированы, насколько это вообще возможно в работе с таким зернистым камнем.

Я посмотрел на Лонгана. В его глазах застыло напряженное ожидание. Но мне было совершенно ясно, что здесь нет ничего, кроме верности другу, который, вне всякого сомнения, также не имел ни малейшего представления об искусстве. Я постарался говорить как можно мягче.

– Что, по мнению вашего друга, я должен с этим сделать, мистер Лонган? – спросил я тихо.

– А вы разве не собираетесь купить это для музея на Земле? – спросил он в ответ.

Я покачал головой и взял камень, который был похож на скрюченную фигурку животного, повертел в руках. Ситуация была не из приятных.

– Мистер Лонган, я занимаюсь этим много лет...

– Знаю, – перебил он. – Я читал о вас в выпуске новостей, там сообщалось, что вы прибыли в нашу систему. Поэтому я написал вам.

– Понятно, – сказал я. – Повторяю, это мое ремесло, и могу смело похвастаться, что кое-что смыслю в искусстве. И если бы эти изделия представляли какую-нибудь художественную ценность, я наверняка ее увидел бы. Я ничего здесь не нахожу.

Он в упор смотрел на меня. В его зелено-карих глазах читалось изумление.

– Вы... – проговорил он наконец. – Не может быть, чтобы вы это всерьез! Вы обозлились, потому что я заставил вас летать на Элман.

– Мне очень жаль, – ответил я. – Я не обозлился и отвечаю за каждое слово. Эти штуки совершенно ничего не стоят! Ничего! Кто-то обманул вашего друга, сказав, что у него есть талант. Вы окажете ему услугу, открыв правду.

Он долго смотрел на меня, как будто ждал, не добавлю ли я еще что-нибудь, чтобы смягчить приговор. Затем вскочил со стула, тремя огромными шагами пересек комнату и стал напряженно глядеть в окно. Его мозолистые руки нервно сжимались и разжимались.

Я дал ему время переварить мои слова. Затем начал укладывать камни обратно в коробку.

– Мне очень жаль, – сказал я.

Он резко повернулся, шагнул вперед и с высоты своего роста заглянул мне в лицо.

– Вам жаль? Вам в самом деле жаль?

– Поверьте, – ответил я искренне, – мне очень жаль.

– В таком случае, не сделаете ли вы еще кое-что? – он говорил очень быстро. – Не могли бы вы поехать со мной и сказать Чарли то, что вы сказали мне.

– Но... – я собирался вежливо отклонить просьбу, но когда в шести дюймах от своего лица увидел его измученные глаза, не смог отказать. – Ладно.

Он вздохнул с облегчением.

– Спасибо. Мы отправимся завтра. Вы даже не представляете, что это для меня значит. Спасибо.

У меня было достаточно времени, чтобы пожалеть о своем решении. На следующее утро Лонган разбудил меня ни свет ни заря, выдал комплект лесной одежды наподобие его собственной, включая высокие непромокаемые сапоги, и помчал меня в своем флайере, способном передвигаться по земле и по воздуху и набитом всякого рода оборудованием, необходимым для жителей лесного района. Но слово есть слово, и я был рад, что сдержал его.

Мы летели на юг вдоль горной гряды, пока не показался болотистый берег какой-то чудовищной реки. Здесь, к моему большому неудовольствию, мы начали снижаться. Я не питаю любви к жаркому влажному климату и совершенно не понимаю, как могут люди добровольно согласиться жить в таких условиях.

Мы легко сели на воду, и Лонган направил флайер к берегу, если можно так назвать кочки, поросшие длинными коричневыми водорослями и покрытые жидкой грязью.

Лично я ни за что не стал бы доверять этому чавкающему болоту, готовому поглотить человека в любой момент, но Лонган ступил на берег довольно-таки уверенно, и мне ничего другого не оставалось, как последовать за ним. Грязь растекалась, и вокруг моих сапог образовались лужи. Нос и рот залепил горячий, отвратительный запах гниющих растений. Из-за тонкого равномерного облачного слоя небо казалось белесым и неприглядным.

– Сюда, – Лонган свернул направо.

Я двинулся по узкой тропинке к небольшой просеке на болоте, где стояли сплетенные из ветвей, скрепленных грязью, куполообразные хижины. И здесь мне впервые пришло в голову, что Черный Чарли может оказаться не человеком, а аборигеном этой планеты, хотя я и не слышал до сих пор ни о каких гуманоидных расах в других мирах. Чувствуя легкое головокружение, я подошел вслед за Логаном к входу одной из хижин и остановился. Лонган коротко свистнул.

Не знаю, что я ожидал увидеть. Однако, вне всякого сомнения, нечто похожее на человека. Но то, что появилось в проеме входа, скорее напоминало большую выдру с плоскими, цепкими пальцами на четырех конечностях. Существо было покрыто черной, блестящей чуть влажной шерстью. Ростом оно было около четырех футов, хвоста я не заметил, зато шея у него оказалась длинной и похожей на змеиную. Весило оно, должно быть, фунтов сто – сто пятьдесят. Голова на длинной шее была длинной и узкой, как у породистого колли, с такой же черной шерстью. Еще я заметил блестящие, умные глаза и большой рот.

– Черный Чарли, – представил Лонган.

Существо посмотрело на меня в упор, но я не отвел глаза. Внезапно я осознал абсурдность ситуации, в которой оказался. Ни один нормальный человек не смог бы представить себе это существо в роли скульптора. А ведь я именно и должен был убедить Черного Чарли в том, что он вовсе и не скульптор; и к тому же я не знал ни единого слова на его языке.

Я повернулся к Лонгану.

– Послушайте, – начал я с вполне понятной злостью, – как вы себе представл

...

конец ознакомительного фрагмента


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю