Текст книги "О кошках"
Автор книги: Ги де Мопассан
Жанр:
Классическая проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)
Ги де Мопассан
О кошках
Мыс Антиб[1]1
Антиб – местечко на французском побережье Средиземного моря, недалеко от Ниццы. В конце 1885 года Мопассан купил здесь виллу Мютерс. В воспоминаниях Франсуа Тассара описывается приезд писателя зимой 1885 – 1886 годов на эту виллу; интересно здесь следующее указание Тассара, относящееся к данному очерку и вообще характеризующее творческую работу Мопассана, в которой нередким сотрудником являлась его мать, Лора де Мопассан: «Сидя рядом с матерью, мой господин счастлив. Удобно разместившись, они обсуждают тему его будущей новеллы, переделывают план, потом наконец приходят к полному согласию, и мой господин восклицает с улыбкой: «Превосходно, моя новелла теперь прочно стоит на ногах, как спрыгнувшая кошка консьержа». Эта кошка действительно постоянно играла с моим господином на скамье; когда мы только что приехали, это маленькое существо казалось таким печальным, но она скоро поняла, что ей нашелся товарищ и друг. И тут уж она каждый день точно являлась на свидание и не упускала случая получить удовольствие. Она была так прелестна; у нее был мягкий и густой мех, белый с темно-серыми пятнами, а желтые глаза положительно блестели умом! Это подало моему господину мысль написать очерк о кошках» (Souvenirs... par François, pp. 53—56).
[Закрыть]
I
Несколько дней назад, сидя на скамейке у дома, на самом солнцепеке, перед клумбой цветущих анемонов, я читал недавно вышедшую книгу Жоржа Дюваля[2]2
Жорж Дюваль (1847—1919) – французский драматург и романист, сотрудник ряда газет, в частности «Голуа».
[Закрыть] «Бочар» – книгу честную, что редкость, и притом захватывающую. Большая белая кошка садовника вспрыгнула мне на колени; от этого толчка книга захлопнулась, и я отложил ее в сторону, чтобы погладить животное.
Было жарко. В воздухе реял запах едва распустившихся цветов, запах еще робкий, неуверенный, легкий; порою доносились и холодные дуновения с высоких белых вершин, которые я видел вдали.
Но солнце было палящее, жгучее, такое, которое будит землю, насыщает ее жизнью, вскрывает семена, чтобы оживить дремлющие зародыши, раскрывает почки, чтобы развернулись молодые листки. Кошка каталась у меня на коленях, ложилась на спину, задирала кверху лапы, выпуская и втягивая когти, показывала острые клыки; в почти сомкнутой щели век виднелись ее зеленые глаза. Я гладил и вертел мягкое, нервное животное, нежное, как шелковая ткань, приятное, теплое, очаровательное и опасное. Кошка мурлыкала, довольная и готовая укусить; ведь если кошки любят, чтобы их ласкали, то они любят и царапаться. Она вытягивала шею, извивалась, а когда я переставал ее гладить, вскакивала и совала голову мне под руку.
Я действовал на нее раздражающе, но и она раздражала меня, ибо я и люблю и ненавижу этих зверей, пленительных и коварных. Мне приятно трогать их, проводить рукой по шелковистой, потрескивающей шерстке, чувствовать теплоту их тела в каждом волоске тонкого восхитительного меха. Что может быть нежнее, что дает коже более утонченное, более изысканное, более редкостное ощущение, чем теплая, трепещущая шкура кошки? Но эта живая одежда сообщает моим пальцам странное и жестокое желание задушить животное, которое я ласкаю. Я чувствую и в нем желание искусать, растерзать меня, чувствую его, и оно заражает меня, передается мне, как флюид, я вбираю его кончиками пальцев в теплой шерсти, и оно поднимается, поднимается по моим нервам, по всему моему телу, к сердцу, к голове, оно наполняет меня, пробегает по коже, заставляет меня стискивать зубы. И все время, все время я чувствую в кончиках всех десяти пальцев легкое и острое щекотание, которое пронизывает меня и возбуждает.
И если кошка начинает первая, если она кусает, если она царапает меня, то я хватаю ее за шею, верчу в воздухе и отшвыриваю далеко, как камень из пращи, – так быстро и так резко, что никогда не даю ей времени отомстить за себя.
Я помню, что любил кошек еще ребенком, но мною и тогда овладевало вдруг желание задушить их своими маленьким руками. Однажды в самом конце сада, где уже начинался лес, я неожиданно увидел что-то серое, катавшееся в высокой траве. Я подошел посмотреть. Это была кошка, попавшая в силок, полузадушенная, хрипящая, издыхающая. Она извивалась, скребла землю когтями, подпрыгивала, падала обессиленная, вскакивала опять, и ее хриплое, частое дыхание напоминало шум насоса; этот ужасный звук запомнился мне навсегда.
Я мог бы взять лопату и перерубить силок, мог пойти за слугой или позвать отца. Но нет, я не двинулся с места и с бьющимся сердцем, с трепетной и жестокой радостью смотрел, как она умирает: ведь это кошка! Будь это собака, я скорее перегрыз бы медную проволоку собственными зубами, чем дал бы животному мучиться лишнюю секунду.
И когда кошка околела, околела совсем, но была еще теплая, я потрогал ее и дернул за хвост.
II
А между тем кошки прелестны, прелестны именно потому, что, лаская их – когда они трутся о нас, мурлычат, лежат, свернувшись на наших коленях, и смотрят на нас своими желтыми глазами, как будто не видя нас, – мы понимаем все непостоянство их нежности, весь предательский эгоизм их наслаждения.
Есть женщины, которые вызывают такое же чувство, очаровательные, милые женщины с ясными и лживыми глазами, избирающие нас для того, чтобы понежиться около любви. Когда они раскрывают объятия, протягивают губы, когда сжимаешь их с бешено бьющимся сердцем, когда наслаждаешься чувственной и упоительной радостью их изысканной ласки, ты обнимаешь кошку, кошку с когтями и клыками, коварную, лукавую кошку, влюбленного врага, который укусит, когда устанет от поцелуев.
Все поэты любили кошек. Бодлер[3]3
Бодлер (1821—1867) – французский поэт, родоначальник декадентства. Приведенные сонет и четверостишие в конце новеллы взяты из его книги «Цветы зла» .
[Закрыть] божественно воспел их. Известен его изумительный сонет:
Любовник и мудрец, дотягивая дни,
Равно влюбляются, в томленьях неизбежных,
В сокровище семьи – в котов, больших и нежных.
Что домоседствуют и зябнут, как они.
А те, познанию друзья и сладострастью,
Полночной тишиной и жутью дорожат;
Их по
...
конец ознакомительного фрагмента
Популярные книги за неделю
-
Яблочный бизнес мадам попаданки (СИ)
Я - попаданка в магический мир, живу в полуразрушенной усадьбе вместе со слугами. И все,… -
Смертник из рода Валевских 1-10.…
Максимилиан — последний в роду баронов Валевских. Вся его семья казнена за якобы попытку… -
Собиратель Земель русских Том 1 (СИ)
Просто попаданец в Князя Киевского (Три Богатыря). Только вот между мультиком и миром… -
Эльф. Выбор без права возврата (СИ)
Что бы вы хотели получить на совершеннолетие?Золотое кольцо с фамильным гербом?… -
Каково это — быть дальней родственницей Императора и последней княгиней угасающего рода?…
-
Она — безумная исследовательница на ржавом корабле. Он — элитный солдатик из прошлого,…
-
ФИНАЛ Все дороги ведут в Рим. Но у Дардиолая, Бергея и Дарсы иная дорога,…
-
Некрофобия: Пробуждение мертвых (ЛП)
Обычный летний день. Трава зеленая, цветы цветут. Все в порядке с миром. Затем начинают… -
Пророчества сбываются одно за другим, и Сталин больше не спрашивает, кто такой Чайкин. Он…
-
Развод в 44. Вот и сказке конец... (СИ)
- У тебя есть любовница?- Да, - лениво отвечает муж, - но для нас это ничего не меняет,… -
Умер человеком — и переродился в теле орка-полукровки. Только освоился — и оказался…
-
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет…
-
Я умер в собственном кабинете, разругавшись из-за «Оскара», а очнулся двадцатитрёхлетним,…
-
Идеальная пара. Но один из них убийца. Кто именно? Патрик Вандерпул — сын…
-
Рунный маг империи. Том 3 (СИ)
Вновь возвращение на учёбу, и меня ждут новые приключения. Жаль только, что подсказок к… -
Бывшие. Ловушка из прошлого (СИ)
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ… -
«Ваш муж изменяет вам. Приходите сегодня в восемь в северное крыло» — Кристианна не…
-
Попаданец. Город на холме. Книга 1 (СИ)
Боевой пловец. Офицер разведки в запасе.Гражданский контракт: ночное обследование… -
Создано с помощью нейросети.---А он попал, или они попали?И это Россия, 18 век...Момент…
-
Они были успешными и состоятельными, но в одночасье... Стали студентами в своем…

























