Текст книги "Начертание русской истории"

Автор книги: Георгий Вернадский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Четвертый период
Победа леса над степью (1452–1696)

Предварительные замечания

§ 60
Пространство, занимаемое русским народом

От половины XV века начинается широкое наступление русского народа на юг и восток. Этот колонизационный процесс связывается с развитием государственной территории (Польско-Литовского и Московского государств), но идет и независимо от расширения государственной территории. На юго-западном фланге русская народность, как сказано было, к концу XIV века дошла до Черного моря (между Бугом и Днестром). Однако уже в конце XV века русские поселения оттиснуты от Черного моря крымскими татарами. Тем не менее русскому народу удается удержать за собой течение Днепра до Днепровских порогов (образование Запорожской Сечи). По течению Дона и Волги русский народ за указанное время быстро двигается вперед (захват Средней и Нижней Волги московскими войсками, казаки на Дону и на Тереке). В колонизационной деятельности Московского государства играет особое значение «засечная черта» – выдвигаемые вперед против степи укрепленные линии. Значительная колонизационная деятельность развивается в области Левобережной Украины после присоединения Малой России к Московскому государству. На восток от Волги усаживается яицкое казачество. Юго-восточная окраина России заселяется как усилиями государства (засечная черта), так и стихийным процессом: население бежит от государственных тягот и крепостного права, а со второй половины XVII века – также от преследований против раскола. Это беглое население стремится образовать собственные своеобразные государства – казачьи (см § 61). На северо-восточном фронте меньше чем за столетие – с конца XVI по середину XVII века – русская колонизация подчиняет себе огромное пространство Сибири (кроме Камчатки). В самом конце XVII века, вследствие вооруженного вмешательства Китая, русской колонизации закрыт путь на нижнее течение реки Амура (Нерчинский договор 1689 года).

§ 61
Церковная и государственная организация

В начале периода расщепляется прежде единая организация Русской Церкви. Наряду с северо-восточной русской митрополией (московской и всея Руси) устанавливается митрополия юго-западная (киевская и всея Руси). Обе русские митрополии формально составляют епархии одного патриархата – цареградского. Северно-русская митрополия, однако, представляет собой с самого начала периода автокефальную поместную церковь. В конце XVI века северно-русская Церковь превращается сама в патриархат (1589). В Юго-Западной Руси с половины XVI века происходит (при содействии польско-литовской государственной власти) новый страшный натиск латинства на Православную Церковь. В самом конце XVI века провозглашается подчинение западнорусской Церкви римскому папе (Берестейская уния 1596 года). Однако унию признало лишь меньшинство западнорусского духовенства и народа. Православная Церковь устояла наряду с униатской. Во второй половине XVII века, после присоединения Малороссии к Московскому государству, возбужден вопрос о присоединении западнорусской митрополии к патриархату московскому и всея Руси (присоединение осуществилось в 1686 году). Однако именно в половине XVII века начинается церковный раскол старообрядчества в самой северо-восточной Церкви.

В отношении государственной организации русский народ в этот период продолжает быть раздробленным. Более мелкие деления на княжества, однако, быстро исчезают. В ХVI веке Московское государство, охватывающее собой главную массу великорусского населения, приобретает окончательное единство своей государственной организации. Белорусское и малорусское население в начале периода продолжает в главной массе своей входить в состав Литовского государства. Польско-Литовская уния 1569 года отрезает у Литовского великого княжества богатые и населенные области – воеводства Волынское, Киевское, Брацлавское. Между Московским и Польско-Литовским государством все время идет ожесточенная борьба. На степной окраине Польско-Литовского государства образовалась Запорожская казачья республика, признававшая над собой власть Польши. На юго-восточной окраине Московского государства образовались казачьи республики – Донская и Яицкая (XVI век). С уничтожением древних вечевых городов (дольше всего продержались Новгород и Псков) вечевая форма власти возродилась в виде казачьего круга. Наконец, довольно значительное русское население находилось в составе Турецкой империи. Во второй половине XVI века Турция захватила Угрию и Молдавию (северная граница Турции шла по Карпатским горам, Днестру, нижнему течению Буга и доходила до устья Днепра). Таким образом, и Угорская, и Молдавская Русь оказались под властью Турции[141]141
  Угорская Русь в конце XVII века перешла к Австрийской монархии (отбившей Угрию у турок).


[Закрыть]. В 1672 году турки захватили также к северу от Днестра Подольскую землю с Каменцом и Брацлавом[142]142
  Возвращена Польшей в 1699 году.


[Закрыть].

Из числа государственных образований, между которыми разделена была русская народность, особое значение в истории русского народа имело государство Московское, так как оно являлось основным независимым государственным образованием русского племени. В рассматриваемый период царство Московское и всея Руси сильно выросло территориально. Основополагающее значение в этом процессе имело занятие всего течения Волги и части побережья Каспийского моря (Казань – 1552, Астрахань – 1556, Терский городок – 1586). Далее на восток русское государство в течение конца XVI и первой половины XVII века заняло всю Сибирь до Тихого океана. На западе – попытка захвата Ливонии в XVI веке (при Грозном) окончилась неудачей. В начале XVII века русское государство потеряло и Ижорскую землю. Во второй половине XVII века Московское государство наступало на Польшу и Турцию. В 1656 году Молдавия была принята в русское подданство – это приобретение не могло быть однако, закреплено. В конце XVII века русскими захвачен Азов (1696) – русское государство достигло моря на юге. Около середины XVII века Малая Россия (Украина) вошла в орбиту Московской государственности. Около этого же времени Москвою была сделана попытка овладеть Белоруссией. И хотя попытка эта не удалась, к исходу XVII века Московское государство превратилось в государство всех ветвей русского племени – в «царство всея Великия и Малыя и Белыя России».

§ 62
Сожители и соседи русского народа

Начиная с половины XV века, как мы видели (§ 59), в Москве и по городам Московского княжества оседают значительные количества служилых татар. На Оке возникает целое татарское царство на службе московского государя – Касимовское царство. Переход татар на службу Московского государя продолжается и в дальнейшем. Часть этих служилых татар немедленно принимает святое крещение, часть остается мусульманами, но все одинаково служат московскому государю и составляют прочную основу его силы. По мере распространения Русского государства к востоку и юго-востоку все растет количество турецко-татарских, монгольских (а позже и маньчжурских) племен, входящих в состав Русского государства, причем многие из этих племен подчиняются сразу (становятся мирными инородцами – так и в Киевской Руси были свои «поганые»), другие же оказывают довольно упорное сопротивление.

Другой элемент, вливающийся в XV–XVII веках в море русского народа, составляют выходцы с запада – поляки, румыны, «фрязи» (итальянцы и французы). Численность их невелика по сравнению с турками и монголами, но они имеют большое значение, так как являются в большинстве случаев нужными для государства специалистами (ремесленниками, офицерами, врачами). Образовав особую слободу в Москве (Немецкую слободу), эти выходцы с запада начинают оказывать все большее влияние на русские нравы и понятия.

Чаще, чем прежде, приезжают в XV–XVII веках в Москву греки, большей частью представители греческого православного духовенства, за государевым жалованием.

Сильное греческое влияние идет на Русь непосредственно из Молдавии. Молдавия и Валахия подпадают в XVI–XVII веках греческой культуре. То, что не удавалось Византийской империи, удалось грекам после падения Византийской империи и отчасти именно благодаря этому падению. Попав в состав Турецкой империи, Молдавия и Валахия, как христианские земли, оказались в тесной зависимости от константинопольского патриарха. Таким образом, приближение к Руси границ Оттоманской империи принесло с собою усиление греческого влияния на Русь через Молдавию.

На западе соседями русского народа в XV–XVII веках продолжали оставаться поляки, немцы, шведы (одно время еще датчане в прибалтийских землях). Поляки господствовали над Западной Русью посредственно (через Литву) и непосредственно. С Русью восточная Польша до последней трети XVII века вела почти непрерывную борьбу. Напряженная борьба шла и со шведами (которым в XVII веке удалось оттеснить Русь от Балтийского моря).

На юге и юго-востоке Московскому государству пришлось иметь дело с рядом восточных народов и государств, из которых часть вновь возникла в XV веке, а часть вступила в непосредственные отношения с Московским государством после того, как пала пелена Золотой Орды. Из вновь образовавшихся татарских государств особое значение имели Крымское и Казанское царства. Крымское ханство позже подпало Турции, но сохранило все же свое лицо в составе Турецкой империи. Казанское царство в середине XVI века завоевано было Москвою. Заняв после того и Астрахань, Москва через Каспийское море оказалась непосредственных отношениях с Персией и кавказскими народами. Персидское царство во второй половине XVI и первой половине XVII века достигло значительного могущества (шах Аббас Великий, 1586–1629). На восток от Волги и Яика с русским народом граничили монгольские и турецкие кочевые государства ойратов, «казаков» (киргизов) и др. Заняв в половине XVII века Сибирь до реки Амура, русские вошли в соприкосновение с Китаем как раз в эпоху нового расцвета Китая (император Канг-Си 1662–1722).

§ 63
Международое положение Москвы

Середина XV века – поворотный момент во всей международной политике. В 1453 году турецкий (османский) султан Магомет II взял город Константинополь и этим уничтожил Византийскую империю[143]143
  Через несколько лет (1460) Магомет занял и полуостров Морею (Пелопоннес), где еще сохранялось Греческое государство (деспотат Мистра).


[Закрыть]. После падения Константинополя и чрезвычайного усиления Османской империи на время прервались установившиеся торговые пути из Европы на Восток, в Персию и Индию[144]144
  В героический период своего расширения, XV–XVII веках. Османская империя не была склонна свободно пропускать на восток «франков», с которыми вела ожесточенную борьбу (главным образом с венецианцами и генуэзцами).


[Закрыть]. В поисках новых торговых путей европейцы стремятся с этих пор использовать как морские пути[145]145
  Открытие Колумбом Америки в поисках морского пути в Китай в 1492 году, открытие Васко да Гамой морского пути в Индию вокруг Африки в 1497–1498 годах и др.


[Закрыть], так, с другой стороны, и континентальные пути через Евразию. Именно в поисках северного пути в Индию английская экспедиция Ченслера в середине XVI века «открыла» Московию. Путь в Персию стараются установить через Москву англичане и голландцы в XVI–XVII веках. Москва стала отчасти выполнять в международном общении ту роль, которую прежде исполняли Византия и Золотая Орда: Москва сделалась посредницей между Азией и Европой.

Глава IX
Москва и Литва во вторую половину XV и первую треть XVI века (1452–1533)

§ 64
Великий князь Иван III

Овладев с татарской помощью московским столом, великий князь Василий Васильевич довершил затем свое дело разгромом Новгорода, укрывшего у себя Дмитрия Шемяку (§ 59). В 1456 году новгородцы присягнули на том, что Новгород впредь будет послушен Москве и не будет принимать «лиходеев» великого князя. Василий Васильевич умер в 1462 году, сумев восстановить порядок внутри Московского государства и создать для Москвы все возможности блестящего международного положения. На основании, которое заложил Василий, сын его Иван воздвиг новое государственное здание. Московское княжество явным образом при Иване превратилось в государство Московское «и всея Руси».

Иван III был осторожный политик, не любивший рисковать, тщательно подготавливавший каждый свой шаг. Осторожность, однако, сочеталась в нем с широкими планами и с сознанием высоты своей власти. Иван III напоминал характером литовского великого князя Ольгерда. При Иване III Московское государство начинает вести широкую восточную политику. Весьма вероятно, что на этот путь натолкнули московских людей те татарские царевичи и князья, которые с 1440-х годов служат московскому государю. Связи Москвы с восточными государствами начинают проявляться с 1460-х годов. В 1464 году русские послы были (по сведениям персидского историка Абдар-Реззака) в городе Герате[146]146
  В нынешнем Афганистане.


[Закрыть]. В 1466 году в Москву прибыло посольство ширваншаха Фаррух-Есура (владетеля Шемахи и Баку); в том же году пошло ответное посольство во главе с Василием Паниным[147]147
  С этим именно посольством отправился в Индию тверской купец Афанасий Никитин, описавший потом свое «хождение за три моря».


[Закрыть]. Серьезное внимание Иван должен был уделять ближайшим соседям своим с юга и юго-востока. В 1465 году золотоордынский царь Ахмат приготовился к походу на Москву, чтобы снова заставить Москву платить себе «выход». Москва была спасена на этот раз от нашествия неожиданным нападением Крымской орды на Золотую. Что касается Казанского царства, Иван всячески пытался разложить его изнутри, выдвигая своих кандидатов на казанский престол. В 1467 году некоторые из казанских татарских князей, недовольные своим царем Ибрагимом (сыном Махмутка), пригласили на царство его вотчима и дядю Касима (служилого московского царевича)[148]148
  Касим был женат на вдове своего брата Махмутка.


[Закрыть]. Касим выступил в поход на Казань во главе своих татар и в сопровождении сильного русского войска. Однако Ибрагим был кем-то вовремя предупрежден и не допустил Касима переправиться через Волгу. Иван III и Касим не отказались, однако, от мысли овладения Казанью. На весну 1469 года в Нижний Новгород собрана была сильная великокняжеская рать (часть полков пришла на судах по Волге, другая – по Оке). Смерть Касима заставила отложить поход. Вдова Касима была отпущена в Казань к своему сыну Ибрагиму, которого она бралась уговорить подчиниться Москве. Уговоры не подействовали, и осенью того же 1469 года поход состоялся. Великокняжеские полки подступили к самой Казани. Ибрагим просил мира «на всей воле» московского государя.

Обеспечив себя со стороны Казани, Иван III, продолжая политику отца, обратил свои силы на Новгород. В Новгороде образовались две партии – литовская и московская (сохранить полную самостоятельность никто из новгородцев уже не надеялся). Литовская партия состояла главным образом из бояр, московская – из низших слоев населения. В 1471 году Новгород заключил союзный договор с великим князем литовским, польским королем Казимиром Ягайловичем. Казимир обещал защищать Новгород от Москвы и посадил в Новгороде своего наместника, обязавшись соблюдать все вольности новгородские. Договор новгородцев с Казимиром возбудил бурю негодования на Москве. В этом договоре москвичи увидели не только политическую, но также религиозную и национальную измену. Поход Ивана на Новгород сравнивали с походом Дмитрия Донского на Мамая. Московская рать шла под начальством князя Даниила Холмского. Сильный отряд вел Касимовский царевич Данияр (сын Касима). 14 июля 1471 года новгородское войско было совершенно разбито на реке Шелони[149]149
  Видную роль в битве играли татары царевича Данияра.


[Закрыть]. Литовская помощь не приходила, и Новгороду пришлось просить пощады. Новгородцы отказались от всяких сношений с Литвой и заплатили Ивану огромный откуп (15 ¹/₂ тысячи рублей). Не имея сил помочь Новгороду, король Казимир поднял на Москву своего союзника, золотоордынского хана Ахмата. Ахмат дошел до Оки (у города Алексина), но идти далее не решился. Великий князь собрал большую рать. В Коломне стоял со своими татарами царевич Данияр, а в Серпухове другой татарский служилый царевич Муртаза (сын Мустафы[150]150
  Муртаза этот называется в наших летописях казанским царем, но царя с таким именем в Казани не было.


[Закрыть]) (см. § 59). Данияр и Муртаза готовились отрезать обозы и жен Ахмата в случае дальнейшего движения Ахмата к Москве. Ахмат не решился идти дальше Алексина и повернул назад; отступление его быстро превратилось в бегство.

§ 65
София Палеолог

В 1472 году состоялся брак Ивана III с византийской царевной Софией Палеолог[151]151
  Первая жена Ивана, тверская княжна Мария Борисовна, умерла в 1467 году.


[Закрыть]. Брак этот имел большое политическое значение. Брак с Софией Палеолог делал московского князя наследником византийских императоров. София была дочерью последнего деспота Мистры (см. выше) Фомы Палеолога и племянницей византийского императора Константина XI, погибшего при взятии Константинополя турками. При занятии турками Мореи в 1460 году Фома бежал в Рим к папе. После смерти Фомы папа остался опекуном его детей (двух мальчиков – Андрея и Мануила – и одной дочери Зои-Софии).

Дети воспитывались в духе Флорентийской унии. Мысль о браке Зои-Софии с московским князем зародилась в римских кругах, по всей вероятности, в связи с надеждами осуществления унии в Москве[152]152
  В Литве уния считалась осуществленной, так как с 1458 года киевским митрополитом поставлен был принявший унию болгарин Григорий.


[Закрыть] и с мечтаниями о помощи Москвы в деле изгнания турок из Константинополя[153]153
  В Риме надеялись не столько на саму Москву, сколько на то, что Москва явится посредницей между Римом и Золотой Ордой для того, чтобы поднять Орду против Турции. По этому примеру видно, что в Риме были в то время еще плохо осведомлены о том, что делалось по сю сторону Карпат.


[Закрыть]. Великий князь согласился на брак, и папа отправил Софию в Москву в сопровождении своего легата Антония. София выехала из Рима 24 июня 1472 года, пересекла к северу всю Европу, из Любека на корабле приплыла к Ревелю, оттуда путь ее лежал на Юрьев (Дерпт) и Псков. Общее смущение на Руси вызвал папский легат Антоний, перед которым везли в санях латинское распятие. Великий князь созвал по этому поводу на совет духовенство и бояр. Митрополит Филипп сказал: «Буде ты в благоверной Москве позволишь нести латинский крыж перед латинским бискупом, то он виидет в единые врата, а я, отец твой, другими изыду вон из града». Латинское распятие велено было спрятать.

Царевна София въехала в Москву 12 ноября 1472 года, Иван III немедля обвенчался с ней и после того решительно отклонил все домогательства папского легата о признании Флорентийской унии, хотя всячески одарил и обласкал легата (пробывшего в Москве до января 1473 года и имевшего прение о вере с митрополитом Филиппом). Брак с Софией Палеолог многое изменил в московском великокняжеском быту. Введены были изменения в дворцовом церемониале. На печати московского великого князя появился византийский двуглавый орел. Вместе с Софией прибыло много греков и итальянцев, которые остались в Москве. Греки и «фрязи» приезжали в Москву и после того. Среди них были архитекторы, художники, всякие мастера (в числе других – архитектор Аристотель Фиораванти, строитель Успенского собора и Грановитой палаты в Москве).

§ 66
Отношения московского государства с мусульманским миром от Ахматова нашествия 1472 года до конца княжения Ивана III

Золотоордынский царь Ахмат действовал в согласии с литовским великим князем Казимиром и по его наущению. Это соглашение Золотой Орды и Литвы вызвало перекрестный союз Крымского (Перекопского)[154]154
  Крым по-татарски и значит «ров», «перекопь».


[Закрыть] царства с Москвою. В 1473 году был заключен договор между Менгли-Гиреем и Иваном III. Иван обещал действовать против золотоордынского хана Ахмата с тем, чтобы Менгли-Гирей воевал против Казимира. В 1475 году Менгли-Гирей также прислал Ивану грамоту, в которой просит «царевичей своих Даньяра и Муртазу (против Ахмата) отпущати», а сам обещается за то бороться с Казимиром. Однако в том же году с Менгли-Гиреем произошла неожиданная катастрофа. В 1475 году генуэзские колонии в Крыму были завоеваны.

Одновременно турки покорили весь Крым. Менгли-Гирей был взят в плен и отвезен в Константинополь; вскоре он вернулся оттуда как подручный султана.

Союзников против Ахмата Иван III искал и в Персии, где в это время захватил власть туркменский вождь Узун-Хассан. Венецианские послы Барбаро и Контарини, ехавшие к Узун-Хассану просить помощи против османского султана Магомета II, в 1475 году встретили в Тавризе русского посла, «фрязина» Марка Руфа. По всей вероятности Иван Ш в это время вошел в сношения также с Ногайской ордой (кочевавшей между Волгой и Аральским морем). Обеспечив себя целой системой союзов, Иван мог спокойно ждать Ахматова нашествия.

Ахмат пришел к реке Угре (пограничной между Москвой и Литвой) летом 1480 года. На противоположном берегу выстроилась сильная московская рать. И Ахмат, и Иван медлили с нападением. Иван поехал в Москву укреплять столицу и собирать новые силы[155]155
  Чем вызвал против себя обвинение в трусости, главным образом среди духовенства и простонародия.


[Закрыть]. Ахмат ждал литовской помощи[156]156
  О которой он сговорился с Казимиром перед началом своего похода.


[Закрыть], но она не приходила, так как Казимир должен был думать о защите южных границ Литовско-Русского государства от Менгли-Гирея. Два войска стояли друг против друга до глубокой осени. Тем временем Иван послал служилого царя Нур-Даулета и воеводу Василия Ноздреватого произвести набег на «Юрт Батыев», то есть главное становище Золотой Орды, где находились жены Ахмата и его князей. По всей вероятности, известие об этом набеге принудило Ахмата к быстрому отступлению от русской границы; в свою очередь, отступило и русское войско[157]157
  Это событие, без достаточных к тому оснований, и считается «падением татарского ига». Нур-Даулет получил в 1486 году Касимов после Данияра.


[Закрыть]. В начале 1481 года Ахмат подвергся внезапному нападению тюменского (шибанского) князя Ибака с ногаями. Ибак собственноручно убил Ахмата, с вестью о чем послал в Москву князя Чум-гура. Золотая Орда, однако, еще существовала после того в течение 20 лет. Правили в ней сыновья Ахмата: Сеид-Ахмед, Муртаза, Сеид-Махмуд, Шейх-Ахмет (Шихмат) Ахматовичи все время поддерживали дружбу с Литвой против Москвы, в то время как Менгли-Гирей твердо держался союза с Москвой против Литвы.

Влияние Менгли-Гирея сказывалось и в казанских делах. Одна из бывших жен казанского царя Ибрагима, Нур-салтана, вышла вторым браком за Менгли-Гирея. Сын этой Нурсалтаны и Ибрагима, царевич Махмет-Аминь, выступил после смерти отца претендентом на казанский престол. В Казани началось междоусобие. Наконец, с помощью ногаев, осилил старший сын Ибрагима, Ильгам. Иван III весной 1487 года отпустил Махмет-Аминя из Москвы на Казань, дав ему в подкрепление сильную московскую рать под начальством одного из лучших тогдашних воевод, князя Даниила Холмского. 9 июля князь Холмский взял Казань и возвел на казанский престол Махмет-Аминя; царь Ильгам был взят в плен. Таким образом, и казанский царь сделался подручным московского великого князя.

По отношению к Казани Ивану удалось, таким образом, достичь блестящих успехов. Что же касается Золотой Орды, то Иван не мог быть спокоен, пока существовали ее остатки.

В 1491 году золотоордынские цари Сеид-Ахмед и Шейх-Ахмет предприняли большой поход против крымского хана Менгли-Гирея. Чтобы помочь Менгли-Гирею, Иван III двинул против Золотой Орды значительные русские и татарские силы[158]158
  Касимовского царевича Сатылгана, сына царя Нур-Даулета.


[Закрыть]; казанскому царю Махмет-Аминю Иван также велел послать своих воевод на помощь Менгли-Гирею. Поход достиг цели: золотоордынские цари возвратились от Перекопа «без брани». В 1502 году Менгли-Гирею удалось совершенно разгромить последнего царя Золотой Орды Шейх-Ахмета. Золотая Орда распалась окончательно.

Политика Ивана III по отношению к мусульманскому миру достигла таких блестящих успехов исключительно благодаря тесным связям Ивана с этим миром как через служилых, так и через союзных татарских владетелей[159]159
  Почва к чему была, как сказано, подготовлена еще отцом Ивана, Василием.


[Закрыть]. Поражает также дальновидная политика глубокой дипломатической разведки и стремление к дипломатическим связям в недрах мусульманского мира. Черта эта осталась характерным признаком политики Ивана III и во вторую половину его княжения[160]160
  Например, в 1490 году в Москве был посол гератского владетеля султана Гусейна, Урус-багадур, с предложением «о дружбе и любви».


[Закрыть].