Текст книги "Информационные войны. Новый инструмент политики"

Автор книги: Георгий Почепцов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

В украинских президентских выборах 2004 г. все было наоборот: был физический объект, но он был развернут в несоответствующий ему объект виртуальный. Убийство Гонгадзе и отравление В. Ющенко как физические объекты существовали, но они были развернуты в обвинения против власти, которые потом не получили судебного подтверждения. То есть виртуальный объект, направленный на делегитимизацию власти, не имел под собой физических оснований. Для политических целей вообще характерны процессы уничтожения альтернативных интерпретаций, когда амбивалентность превращается в однозначность.

Применение информационных технологий в обычном избирательном процессе также является приметой современности. И здесь наиболее интересным вариантом стал микротаргетинг, когда были найдены возможности выделять группы избирателей, способных изменить свое мнение, вместе с проблемами, которые на них влияют.

Например, в выборах Дж. Буша в 2004 г. были выделены группы избирателей, связанные с темой образования, для которых она являлась существенной. К ним в дом стучались волонтеры и рассказывали о новой программе республиканцев в области образования. Это мог быть сосед или учительница из соседней школы. То есть вовсю использовалась еще одна технология – социальных сетей. Ведь в личном общении люди больше доверяют друг другу, чем при передаче информации с экрана телевизора или со страниц газета. Та же технология с огромным количеством задействованных волонтеров была использована в 2008 г. при выборах Обамы (о работе с волонтерами в этих выборах см. в[218]218
  Electing the president 2008. The insider’s view. Ed. by K.H. Jamieson. – Philadelphia, 2009


[Закрыть]).

В выборах Обамы М. Пенн увидел две новые группы избирателей, на которых было направлено сильное воздействие[219]219
  Penn M.J. Microtrends. The small forces behind tomorrow’s big changes. – New York – London, 2007


[Закрыть]. Во-первых, это этнические меньшинства. Если в выборах 1996 г. они составляли 17 процентов, то в выборах 2008 г. уже 27 процентов. Во-вторых, избиратели, получающие более ста тысяч долларов в год, перешли от 9 процентов в 1996 г. к 26 процентам электората в 2008 г. Все они были против войны в Ираке. Зарабатывающих больше 200 тысяч было шесть процентов, и все они голосовали за демократов.

Каждый такой вычленяемый сегмент обладает своими интересами и своими СМИ, в рамках которых они должны получать нужные виды сообщений. И все это и есть информационные технологии выборов, поскольку они направлены на разговор напрямую с этим сегментом. Возникают две особенности такого подхода. С одной стороны, это узкая проблема, интересная именно данному сегменту и, следовательно, способная трансформировать его поведение. С другой, это личностное общение, когда человек получает не только информацию на волнующую его тему, но еще и таким способом, от которого трудно уклониться.

Бархатные революции 1989 г. также активно оперировали информационно-виртуальными объектами. События в Румынии, подаваемые тогда как гнев народа, только сегодня стали выстраиваться в подлинном свете. Вот что пишется сейчас о непонятной стрельбе в те годы, которая и вызвала возмущение против власти[220]220
  Морозов Н. Декабрьские события 1989 года в Румынии: революция или путч? // polit.ru/research/2010/01/20/morozov.html


[Закрыть]: «На начальном этапе событий в террористах практически все видели сотрудников репрессивных органов – Секуритате. Огромную роль в разжигании ненависти к службе государственной безопасности сыграло телевидение, непрерывно передававшее сообщения о зверствах «террористов-секуристов», демонстрировавшее заложенные ими «бомбы замедленного действия» и даже самих арестованных террористов, которые позже, как правило, оказывались схваченными по ошибке невинными людьми. С течением времени, однако, все чаще стало высказываться мнение, согласно которому уничтожение департамента государственной безопасности входило в масштабный план дестабилизации Румынии. Если прежде Секуритате единодушно ненавидело практически все население страны, то в настоящее время общественное мнение Румынии по вопросу о ее роли расколото. В то время как румынские либералы продолжают резко негативно оценивать допускавшиеся Секуритате в «эпоху Чаушеску» злоупотребления и нарушения закона, государственники видят в бывшем департаменте госбезопасности защитника национальных интересов страны, расценивают сотрудничество с ним как проявление патриотизма, а за нападками на него усматривают организованную внешними силами кампанию по «демонизации» Секуритате».

Человечество постоянно расширяет свои возможности, задавая новые пути своего развития. Кстати, интернет также был задействован в полном объеме на выборах Обамы. Новое время принесет новые информационные технологии, поскольку человечество живет сегодня в экономике знаний, где все большее число людей работает в информационных сферах и где там же вырабатывается ВВП.

Интернет породил новые области использования в целях воздействия. Это социальные медиа и блогосфера. Уровень доверия в этих областях выше, по этой причине бизнес всеми силами пытается овладеть искусством управления этими информационными потоками.

С 1998 г. фирма Burson-Marsteller выделяет E-fluentials[221]221
  E-fluentials // www.burson-marsteller.com/Innovation_and_insights/E-Fluentials/Pages/default.aspx


[Закрыть]. Это люди, составляющие 10 процентов пользователей интернета, но имеющих влияние на миллионы других пользователей. Фирма выпустила даже целую брошюру, посвященную такого типа работам онлайн[222]222
  E-fluentials. The power of online influencers // www.burson-marsteller.com/Practices_And_Specialties/AssetFile/E-Fluentials%20Brochure.pdf


[Закрыть]. 10 процентов американских пользователей интернета составляют 11,1 миллиона взрослых людей. Внимание к ним позволило нащупать следующие закономерности:

• свою информацию они передают в среднем 14 знакомым,

• если свой позитивный опыт они передают 11 людям, то негативный – 17,

• мужчины в основном делятся информацией о технологиях, женщины о еде и здоровье, они также мобилизуют других в борьбе за женские проблемы,

• 84 процента читают информацию о продуктах или услугах на сайтах мнений,

• они скорее обращаются к веб-сайтам компаний, чем к онлайн журналам,

• они готовы подключиться: 90 процентов говорят, что читают электронную почту от источников, заслуживающих доверия.

Активное освоение бизнесом этих новых информационных пространств можно увидеть в[223]223
  Gillin P. The new influencers. A marketer’s guide to the new social media. – Fresno, 2007


[Закрыть]. Бизнес, спецслужбы, а затем и политики активно включились в разработку нового ресурса.

Возникло также серьезное «внутривидовое» воздействие и зависимость внутри самой информационной сферы. Кинорежиссер Б. Левинсон, который известен своим фильмом «Хвост влияет собакой», говорит о переносе стандартов Голливуда на новостное телевидение[224]224
  Сулькин О. Хвост виляет Америкой // Итоги. – 2003. – 22 апреля


[Закрыть]: «Мы зачастую даже не задумываемся, что видим на кино– или телеэкране. А ведь практически все несет на себе родовой отпечаток презентации. Возьмите любую телепрограмму новостей. Логотип станции, музыкальный ряд, ритм смены сегментов, графические элементы оформления картинки, диктор обещает вернуться через минуту, экран вспыхивает, переливается, подмигивает. Даже если ты захочешь представить себе голый факт, он всегда будет деформирован, окрашен».

Соответственно существует различие мягких и жестких новостей[225]225
  Baum M.A. Soft news go to war. Public opinion and American foreign policy in the new media age. – Princeton, 2003


[Закрыть]. Жесткие новости – это привычная нам подача информации в теленовостях, мягкие – это подача, например, в ток-шоу. То есть происходит существенное влияние канала подачи на само содержание, его отбор и акценты внутри. Абсолютное большинство тем с трудом могут проникать в ток-шоу. Легко проходят туда те, которые имеют личностный оттенок, могут заинтересовать широкий круг людей.

Информационные технологии также призваны работать на увеличение доверия в своих сетях. Если СМИ это доверие потеряли, то оно сохраняется только в сетях личностных контактов, где, собственно, и протекает жизнь человека. Анализ социальных сетей (английский термин SNA – Social Network Analysis) стал сегодня инструментарием в бизнесе, политике и военном деле. Даже Саддама Хуссейна обнаруживают в ходе иракской войны с помощью анализа такой социальной сети.

Эта проблема, называемая то первичной группой, то малой группой, время от времени возникает то в массовых коммуникациях, то в социологии. Так во время Второй мировой войны обнаружилось, что желание воевать у солдат связано в первую очередь с их отношениями внутри такой малой солдатской группы[226]226
  Lowery S.A., DeFleur M.L. Milestones in mass communication research. Media effects. – New York, 1995


[Закрыть]. Уровень доверия внутри таких мини-коллективов достаточно высок.

Если секты можно трактовать как закрытые социальные сети, то сегодня особый интерес представляют также открытые социальные сети. Это Twitter, MySpace и др. Человек, заходящий в сеть, оставляет за собой персональный след, позволяющий даже давать прогноз о его кредитоспособности[227]227
  Conley L. How Rapleaf is data mining your friends lists to predict your credit risk // www.fastcompany.com/blog/lucas-conley/advertising-branding-and-marketing/company-we-keep


[Закрыть], (русский перевод —[228]228
  Слежка за френдами // slon.ru/articles/186457/


[Закрыть]). Фирма Rapleaf, специализирующаяся на анализе социальных сетей, акцентирует внимание, например, на следующих фактах о конкретном человеке[229]229
  An interview with Nathan Scripps of Rapleaf // www.dealerrefresh.com/rapleaf-improving-car-dealers-social-media-strategy/


[Закрыть]: какие сайты он посещает, как много у него друзей, кто из его друзей также является потребителем. В Rapleaf также установили, что в Gmail больше женщин, чем мужчин, что пользователи AOL – старше, а в Hotmail больше мужчин[230]230
  Perez S. Gmail users are young, female; AOL users are older // www.readwriteweb.com/archives/gmail_users_are_young_female_aol_users_are_older.php


[Закрыть]. 75 % пользователей почты вообще моложе 35 лет.

Сегодня в сетях ищут людей с депрессией, опираясь на ключевые слова, а также людей, представляющих опасность для других[231]231
  Goh T.-T., Huang Y.-P. Monitoring youth depression risk in Web 2.0 // VINE: the journal of information and knowledge management systems. – 2009. – Vol. 39. – N 3


[Закрыть],[232]232
  Scanner seeks suicide phrases on social networks // www.inteldaily.com/news/120/ARTICLE/12271/2009-10-19.html


[Закрыть]. Соответственно активизированы интересы государственных спецслужб, поскольку блоги дают представление о настроениях миллионов.

Тема психологии и интернета имеет множество ответвлений, в том числе интернет-поддержку людей, склонных к самоубийству[233]233
  Barak A. SAHAR: an Internet-based emotional support service for suicidal people // construct.haifa.ac.il/~azy/sahar02.htm


[Закрыть]. Киберпсихология направлена на анализ факторов, определяющих человеческое поведение в киберпространстве[234]234
  Barak A., Suler J. Reflections on the psychology and social science of cyberspace // gsb.haifa.ac.il/~sheizaf/cyberpsych/01-Barak&Suler.pdf


[Закрыть]. Это позволяет разрабатывать соответствующий превентивный инструментарий. Тем более что в онлайне люди ведут себя более свободно, чем в реальной жизни, поскольку снимается определенный эффект подавления[235]235
  Barak A., Hen L. Exposure in cyberspace as means of enhancing psychological assessment // gsb.haifa.ac.il/~sheizaf/cyberpsych/06-Barak&Hen.pdf


[Закрыть].

Дж. Сулер перечисляет целый ряд причин, объясняющих то, почему люди ведут себя в интернете иначе, чем в жизни[236]236
  Suler J. The online disinhibition effect // www-usr.rider.edu/~suler/psycyber/disinhibit.html


[Закрыть]. Новые социальные контексты порождают новые модели поведения.

Все это говорит о том, что перед нам возникает совершенно новый объект. Возникает множество методов интернет-анализа[237]237
  Reips U-D. How Internet-mediated research changes science // gsb.haifa.ac.il/~sheizaf/cyberpsych/12-Reips.pdf


[Закрыть], например, Funnel Web Analyzer[238]238
  Funnel web analyzer // www.quest.com/funnel%2Dweb%2Danalyzer/


[Закрыть], который дает бизнесу возможность ответа на следующие вопросы по посещению их веб-сайтов.

Изучаются психологические особенности электронной переписки людей[239]239
  Suler J. E-mail communication and relationships // www-usr.rider.edu/~suler/psycyber/emailrel.html


[Закрыть], романов в сети[240]240
  Cyberspace romances // www-usr.rider.edu/~suler/psycyber/bvinterview.html


[Закрыть], депрессивные характеристики, отражающие склонности к самоубийству[241]241
  Barak A., Miron O. Writing characteristics of suicidal people on the Internet: a psychological investigation of emerging social environments // construct.haifa.ac.il/~azy/SuicidalWritingOnline-Barak&Miron.pdf


[Закрыть], мониторинг общественного мнения[242]242
  Subrahmanian V.S. Mining online opinion // www.computer.org/portal/c/document_library/get_file?uuid=6e9bef9f-5208-480d-b8dc-a1634bfebb15&groupId=889101


[Закрыть].

В этом же ряду стоит внимание к феномену «малых миров»[243]243
  Watts D.J. Small worlds. The dynamics of nerworks between order and randomness. – Princeton, 1999


[Закрыть],[244]244
  Monge P.R. a.o. Theories of communication networks. – Oxford, 2003


[Закрыть]. Считается, что один человек стоит от другого в мире в цепи знакомств на расстоянии шести других людей. Есть также феномен сильных и слабых связей[245]245
  Easley D., Kleinberg J. Networks, crowds, and markets. Reasoning about a highly connected world // www.cs.cornell.edu/home/kleinber/networks%2Dbook/


[Закрыть],[246]246
  Hara N. Information and communication technology-facilitated social movements // www.slis.indiana.edu/news/story.php?story_id=2047


[Закрыть],[247]247
  Hara N. The Internet use for political mobilization: voices of participants // www.uic.edu/htbin/cgiwrap/bin/ojs/index.php/fm/article/view/2123/1976


[Закрыть]. Как показывают эксперименты, контринтуитивно, например, человек, ищущий работу, обращается за информацией, идя по набору своих слабых, а не сильных связей, поскольку считает, что в области сильных связей этой информации нет.

Информационные и коммуникативные технологии облегчили функционирование социальных движений. Они сделали их сильнее, поскольку усилили их мобилизационные возможности.

Более того, даже терроризм подпадает под эту же шапку, поскольку основными его жертвами являются не те, на кого был направлен удар, а те, кто сидят у экранов телевизоров. И именно под этим углом зрения ведется планирование террористических актов. Последствия 11 сентября для Америки были очень значительны. Б. Дженкинс перечисляет их: от усиления президентской власти до многочисленных отступлений от закона, которые были бы невозможны в другой ситуации[248]248
  Jenkins B.M. How a decade of terror changed America // www.rand.org/commentary/2009/12/30/SPH.html


[Закрыть].

Такие информационные технологии, как кино или телевидение, в состоянии открывать новые тренды или закрывать старые. Если «Наша RUSSIA» один из своих постоянных сюжетов посвящает геям, то понятно, что это работает на будущее снятие напряжения к этой проблеме. Если сериал «Школа» вызывает серьезное отторжение из-за того, что там демонстрируется[249]249
  Экранная реальность и правда жизни: о сериале «Школа» // www.svobodanews.ru/content/transcript/1933408.html


[Закрыть],[250]250
  Телесериал Валерии Гай Германики «Школа» вызвал волну протеста // www.runewsweek.ru/news/society/32104/?referer1=rss&referer2=news


[Закрыть], то его демонстрация все равно продвигает в массы подобное асоциальное поведение, поскольку возмущаются одни, а смотрят другие. Вот данные фонда «Общественное мнение»[251]251
  Телесериал «Школа». Первые впечатления // bd.fom.ru/pdf/d04shkola10.pdf


[Закрыть]. Каждый третий (33 процента) смотрел хотя бы одну серию. Из них: нравится – 8 %, не нравится – 21 %, затруднились ответить – 4 %.

Смену тренда кино или телевидение могут осуществлять путем смены героики. Они также могут унормировать то поведение, которое до этого считалось асоциальным. Новые типы героев (танкисты, летчики, трактористы) возникали в советское время, новые типы старых исторических персонажей стали переходить в героическую плоскость в постсоветское время. Ведь школа подобным образом может трансформировать ментальность только молодого поколения, кино и телевидение как своеобразный ментальный «бульдозер» делает это же для старшего поколения. Фильмы «Код Да Винчи» и «Гарри Поттер» не зря вызывают возмущение в чувствительной среде: они пропускают на уровень обыденного сознания то, с чем в прошлые столетия велась борьба.

Это содержательные информационные технологии, призванные трансформировать имеющееся содержание. Формальные технологии безразличны к содержанию, сквозь них идет, усиливаясь в процессе этого перехода, любое содержание. Сюда относится упомянутая выше риторика, которая может работать с любым контентом.

Сюда же мы отнесем и такие технологи, как митинг или личное общение, которые используются в любом социально значимом переходе: от выборов до революций. В таких случаях СМИ могут или запаздывать, или блокировать новые смыслы перехода, поэтому на авансцену выходят такие технологии, как митинг и личное общение.

Все это определенные информационные технологии, призванные задать свой способ оперирования со смыслами. Интересно, что во многих подобных технологиях собственно информация отступает на второй план, более главной составляющей становится способ ее подачи. И это связано с тем, что способ подачи может реально менять сам смысл.

В заключение ответим на еще один вопрос: в чем разница между информационными технологиями и ПР-технологиями? Во-первых, ПР-технологии могут работать не только со смыслами, а и напрямую с физическими событиями, создавая нужного вида контексты. Именно так работал «отец-основатель» ПР Эдвард Бернейс, который, выступая против размещения подготовки специалистов по ПР на факультетах журналистики, подчеркивал, что ПР – это не филологическая, а социальная дисциплина.

Во-вторых, в ПР-технологиях резко завышена роль креативности. Как только эта креативность исчезает, эти технологии уже не годны для употребления. Креативными были и информационные технологии при их возникновении, но сегодня эта новизна университета или библиотеки как технологии по трансляции знаний потеряна.

В-третьих, они различаются и в своих целях: если информационные технологии сосредоточены на создании и передаче информации и знаний, то ПР-технологии имеют своей конечной целью убеждение. Вспомним, что Дж. Аркилла, а это американский гуру информационной войны, выделяет четыре информационных подвида: факты, информация, знания, мудрость[252]252
  Arquilla J., Ronfeldt D. Looking ahead: preparing for information age conflict // In Athena’s camp. Preparing for conflict in the information age. Ed. by J. Arquills, D. Ronfeldt. – Santa Monica, 1997/ RAND


[Закрыть]. Это связано с тем, что он разграничивает информацию как процесс передачи и информацию, как лежащую в основе любой структуры, когда смена этой базовой информации ведет к смене самой структуры. При этом первые два подвида (факты и информация) относятся к процессу передачи, вторые два (знания и мудрость) к структурному взгляду на информацию. Когда Советскому Союзу поменяли базовую информацию в период перестройки, он перестал быть Советским Союзом.

В принципе мы можем считать ПР-технологии подвидом информационных технологий с учетом отмеченных выше отличий от информационного «канона». На полюсах теория – практика ПР тяготеет к практической составляющей, откуда и следуют все отмеченные различия.

Информационные технологии выходят сегодня на авансцену, поскольку развивается информационная цивилизация, производительные силы которой создают информацию и знания. Соответственно информационные же технологии представляют и наибольшую опасность в качестве нового орудия атаки. Защита от новых информационных технологий входит сегодня в число наиболее актуальных задач.

Глава третья. Информационная война: современность

Информационная политика и безопасность современных государств

Социосистемы развиваются с изменением роли их отдельных компонентов. Религия, например, имела один статус в прошлом и другой – сегодня, хотя для мусульманских стран этот статус сохраняется на достаточно высоком уровне. Идеология значима в тоталитарных государствах, а в современных демократиях ее статус в чистом виде, несомненно, упал. Информация в наше время набирает вес, входя в число приоритетных параметров, влияющих на другие параметры социосистемы. И это должно быть именно так, поскольку мы живем в рамках технологического уклада информационного порядка. Вырабатывая информацию, современные государства порождают валовой национальный продукт.

Возрастание роли информационного компонента в современном обществе объясняется не только чисто экономическими причинами, но и:

• техническими: сегодня техническая поддержка информационного компонента сделала из него достаточно мощную силу, когда один человек может нанести вред целому государству, что, кстати, привело к возникновению феномена современного терроризма,

• социальными: никогда не было такого уровня зависимости власти от населения, поскольку демократия опирается на сменяемость власти,

• организационными: структура современного общества настолько взаимозависима, что воздействие на один компонент сразу отражается на других.

В прошлом можно найти ситуации, когда гиперболизации роли информационного компонента могла приводить к сокрушительным результатам. Практически все революции – и французская, и русская – базируются на интенсивной работе информационных механизмов, которые внезапно начинают порождать потоки информации, направленные на разрушение имеющейся иерархической структуры данного общества. Определенным сегментам общества доказывают, что общество имеет несправедливое устройство, а их статус в этом обществе недооценен. Во французской революции этим сегментом была только что возникшая буржуазия, которая не была «учтена» в имеющейся иерархии, в русской революции – это крестьяне, ставшие солдатами, потерявшими свою старую социальную идентификацию.

И перестройка, и бархатные революции, а потом и цветные, были выстроены их «конструкторами» так, чтобы раскачать старую иерархию. Они конструировались определенным образом, чтобы заблокировать противодействие старой власти. Кстати, все это прообразы (прототипы) информационных войн, которые стали привычным компонентом социального развития сегодня.

Еще раньше, в 50-е годы, такие механизмы гиперболизации информационного компонента конструировались западными спецслужбами сознательно, чтобы не допустить перехода, например, азиатских стран к советскому пути развития. В этой модели интенсивного перехода к капитализму, которая вводилась вместо социалистической, информационный компонент начинал функционировать как бы независимо от политического и экономического. И постепенно под его влиянием трансформировались и политический компонент, и экономический. Старые иерархии (политические и экономические) не выживали в новой информационной среде.

Законодательное обеспечение информационной политики и безопасности

Как правило, требования международных организаций направлены на расширение доступа, в то время как требования самих стран больше направлены на свою защиту от внешнего воздействия. возможно, это результат оборонной политики прошлого, хотя сегодня понятно, что воздействие в физическом и воздействие в информационном пространстве не являются идентичными.

Организация ЮНЕСКО видит цель информационной политики в том, чтобы «дать право всем гражданам данного общества на доступ и использование информации и знаний». При этом акцентируются выгоды для общества от такого широкого подхода: «Выгоды от информации для общественного доступа возможно легче описать в неэкономических определениях. Для информации, произведенной правительствами, возможно, самая большая неэкономическая ценность, связанная с размещением информации для общественного доступа – прозрачность управления и продвижение демократических идеалов. Чем большее количество информации свободно доступно от правительства и о правительстве, тем менее вероятнее будет то, что правительство сможет скрыть незаконные действия, коррупцию и плохое управление. Наоборот, чрезмерная секретность разводит тиранию. Открытое и неограниченное распространение общественной информации также повышает общественное здоровье и безопасность, и общее социальное благосостояние, поскольку граждане принимают более информативные решения относительно своей ежедневной жизни, окружающей среды и будущего».

Эти же задачи расписаны в государственных документа и любой страны. Открытым только остается вопрос реального приближения к сформулированным требованиям. Тяжелая судьба закона о доступе к публичной информации, выполнение которого, как оказалось, очень трудно реализовать, ярко демонстрирует разрыв между законодательством и реальными практиками.