Текст книги "Подарок"

Автор книги: Геннадий Ищенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)

Понедельник начался с приёма платных больных, который длился до обеда. Потом приехали медики. Видимо, их предупредили, что сегодня нужно раньше закончить, потому что привезли только трёх больных, с которыми Ольга управилась минут за сорок.

– Закончили на час раньше, – сказала она мужу. – Пойду отдохну. Ты проводишь на встречу?

– Не до конца. Высадите меня в центре. Хочу воспользоваться случаем и перегнать в клинику твою машину. Рогожину я уже звонил, так что её подготовят.

Машина за ними пришла не в три, а немного раньше.

– Вы уж извините, Ольга Александровна, – говорил знакомый по прежним поездкам шофёр, – только лучше нам иметь время в запасе. Пока доедем, машин будет не протолкнуться!

Потолкаться действительно пришлось, но в пробку не попали.

– Вы сейчас куда? – спросил водителя Игорь.

– Мы на Лубянскую, а вам куда нужно? Время есть, поэтому могу подбросить.

– Нет, спасибо, мне будет проще добраться на метро, поэтому высадите у ближайшей станции. Ольга, когда закончите, не забудь позвонить.

– Мне сказали проводить вас сразу, как только приедете, – сказал Ольге встретивший Сергеев. – Мобильный телефон отдадите секретарю.

– Вы разве не будете присутствовать?

– А вам нужна нянька? С вашим язычком справитесь и без меня.

Остановились у ничем не примечательной двери, рядом с которой было закреплено устройство контроля, забранное в стеклянный футляр. Заминка произошла из-за того, что Геннадий Михайлович не сразу вынул из внутреннего кармана кителя карточку оптической идентификации.

– Непрезентабельная дверь у вашего директора, – заметила Ольга. – А в защите уже применяете наши наработки.

– Это не его кабинет, – ответил генерал, поднося карточку к окошку считывания. – А технику дорабатываем.

За дверью было небольшое помещение, в котором находились два офицера в штатском.

– Здравствуйте, Геннадий Михайлович, – поздоровался один из них. – С вами Ольга Славина?

– Да, – ответил Сергеев. – Ольга, пройдите идентификацию.

– Прислоните к этой пластине любой из пальцев, – попросил второй офицер, протянув девушке небольшую стеклянную пластину с очерченной площадкой для контроля.

Ольга приложила к ней указательный палец и вернула устройство.

– Отпечатки моих пальчиков брали не со стакана? – спросила она Сергеева. – Могли бы и официально снять, как у мужа, я не отказала бы.

– Контроль пройден, – сказал офицер, посмотрев на пластину. – Можете заходить.

– А кому отдавать мобильный телефон? – вспомнила Ольга.

– Там будет сотрудник, ему и отдадите, – сказал Сергеев.

За этой комнатой оказалась другая, которая играла роль приёмной. У ведущей к начальству двери стоял небольшой стол, за которым сидел ещё один офицер. Ольга подошла, поздоровалась и протянула телефон.

– Проходите, пожалуйста, – сказал он, приветливо улыбнувшись. – Вас ждут.

Девушка вошла в комнату, в дальнем конце которой стоял большой круглый стол с сидевшими за ним мужчинами. Директора ФСБ она уже видела и сразу узнала. Вторым был президент.

– Здравствуйте, Ольга Александровна, – поздоровался директор. – Подойдите и садитесь.

Президент кивнул ей, не сводя любопытного взгляда.

– Здравствуйте, – отозвалась Ольга. – В разговоре можете называть по имени, так будет удобней. А вот как обращаться к вам? Господин президент?

– Зовите по имени-отчеству. Расскажите мотивы вашего поведения после захвата сактов. Почему вы их отпустили? Мы слушали записи, но там есть неясные моменты.

– Разобраться в моих мотивах нетрудно, – начала объяснять Ольга. – Сакты действуют на Земле не одну сотню лет, а обратили на себя внимание только в последнее время, да и то это не повлияло на их безопасность. У бесцеремонности, с которой они себя ведут, наверняка должны быть основания в виде непробиваемой нашими средствами системы безопасности. А муж той Ольги, по её словам, относится к их элите, поэтому должен быть защищён по максимуму. Даже если бы я передала его голым, ваши люди далеко не увезли бы. Но допустим, что вы его повязали и где-то хорошо спрятали. У вас просто не те весовые категории, чтобы тягаться с сактами. Вы не вытянули бы из него больше, чем я. И зачем он тогда нужен? Чтобы что-то потребовать взамен?

– А если и так? – спросил президент.

– Не будут они с вами разговаривать! – отрезала Ольга. – Для начала могут превратить в асфальтовую площадку какой-нибудь небольшой город тысяч на сто жителей, а если вы не поймёте намёка, продолжат в том же духе.

– Вы действительно думаете, что могут на такое пойти? – спросил директор.

– Нет. Это я привела пример их возможностей и того, что с вами никто не будет разговаривать.

– Откуда такой вывод?

– До сих пор непонятно? Тогда перейду к примерам. Допустим, пятилетний пацан стянул у соседа из квартиры сто рублей. Стоит с этой бумажкой в сжатом кулачке и угрожает соседу. Дай, мол, дядя, тысячу, а не то я порву твою сотню! Вот и вы для сактов как тот ребёнок, к сожалению, чужой. Но ведь и чужих детей не бьют за провинность ломом, а только таскают за уши. Поэтому я думаю, что они поступили бы иначе, например, обработали бы М-излучением какой-нибудь город, уничтожив в нём всю электронику. Надеюсь, что поблизости не было бы атомной электростанции. Мы не американцы, у которых всё на чипах, но и для нас последствия были бы катастрофическими. Зато они сами никого не убили бы. И сколько таких городов потребуется для того, чтобы вы вернули им похищенного?

– Так вы считаете, что мы ничего не сможем с ними сделать? – спросил президент.

– Пока мы не можем ничего им противопоставить, но у меня есть мысли по поводу того, как действовать в сложившейся ситуации.

Она замолчала, дожидаясь реакции собеседников.

– Я полагаю, что вы ими поделитесь, – сказал президент.

– Конечно, поделюсь, у меня в этом свой интерес. Я не могу забиться в какую-нибудь глушь и не пользоваться магией, а значит, за мной рано или поздно придут. Сакты не просто так выпалывают магию на Земле или сдерживают технический прогресс на планете Занги, так они предохраняют свою цивилизацию от конкурентов. Вы слушали запись и знаете, что в секторе пространства, который сакты считают своим, они нашли только пять планет с разумными обитателями, и лишь две из них с гуманоидами. По моему убеждению, их собственная цивилизация давно остановилась в развитии.

– Откуда такие выводы? – спросил директор.

– Из родовой памяти, которую я получила не так давно. Жрицы встречались с сактами семьсот лет, и за это время ни сами сакты, ни их техника существенно не изменились. Да и рассказ мужа Ольги это косвенно подтверждает. Очень низкая рождаемость при большой продолжительности жизни привела к стабилизации численности населения на их материнской планете. Все проблемы на ней давно решены, а свои космические колонии они свернули за ненадобностью. Экспансии в космосе нет, а другие планеты используются для развлечения и добычи сырья, которого не хватает дома. У сактов нет стимулов к развитию, но за соседями приглядывают. Мы зациклились на технике и развиваемся очень однобоко, что рождает много проблем и ставит под вопрос наше существование. Они и следят, чтобы мы не доросли до магии, которая может изменить ситуацию. В мире Занги имеет место обратное. Там много магически одарённых существ, но полный застой в технике. Вот и получается, что конкурентов у них нет даже в отдалённой перспективе. Поэтому я для них как заноза в заднице. А я хочу жить полной жизнью, родить детей и передать им всё, чем владею сама, и не трястись каждую минуту из-за того, что за мной или за ними может кто-то прийти.

– Ваша позиция нам понятна, – сказал президент. – Но что вы можете предложить?

– Охоту. Я хочу создать в рамках нашего управления отдел по ловле туристов, с целью получения нужных нам знаний. Хотят у нас развлекаться? И ради бога! Только за всё нужно платить и не только неизвестно откуда взявшимися денежными знаками. Не хотят делать это добровольно, возьмём плату сами. Меня нужно будет назначить...

– Начальником, – усмехнулся директор.

– Ни в коем случае, Александр Владимирович! – вернула усмешку Ольга. – Начальник должен руководить, решать массу самых разных вопросов и подолгу находиться в управлении. Зачем мне такая головная боль? Вполне хватит должности зама. Я и на неё не претендовала бы, но придётся много работать с силовиками, а они болезненно реагируют на приказы, исходящие от тех, на ком нет погон. Теперь о самих предложениях. В тех местах, которые являются наиболее привлекательными для отдыха и развлечений, нужно создать сеть станций с датчиками магии. Это и будет поначалу основной задачей отдела. Мы должны с большой точностью пеленговать любые проявления магии, чтобы оперативно высылать группу захвата. Основой этой группы буду я сама, так как никто другой с этим не справится. Но будет нужна помощь на случай, если нарвусь на мага, который окажется не по зубам. Все мои парни должны быть защищены новыми скафандрами. После захвата подчиняю сакта, быстро вытаскиваю ценные для нас знания, а напоследок заставляю всё забыть и стереть записи в регистраторах десантного модуля.

– А не насторожит отсутствие записей? – поинтересовался директор.

– Не должно. Сюда приезжают преимущественно мужчины и очень редко они же со своими подругами. Большинство отдыхающих предпочитает находить подруг здесь. Запись ведётся постоянно, а модуль после поездки возвращается на базу. А кому интересно, чтобы его развлечения в постели смотрели работники сервиса? Поэтому в нарушение правил записи стирают.

– Станции будут создавать долго, чем это время думаете заниматься?

– Как чем? – удивилась Ольга. – В первую очередь клиникой. От сактов я себя на время обезопасила, так что можно работать спокойно. Мне нужно несколько месяцев, чтобы полностью овладеть магией жриц. Попутно составлю несколько руководств по разным разделам магии для школы. Это уже будет не та туфта, которую собирал КГБ, а настоящее. Потом у меня в планах оздоровление детей-инвалидов с попутным отбором из них способных к обучению магии. К этому времени должны построить городок, и я буду делить время между школой и клиникой. Дадите вертолёт?

– Конечно, дам, – сказал директор. – До вашего прихода Владимир Михайлович говорил, что вы национальное достояние. Как можно такой что-то не дать?

– Наконец-то, оценили! – засмеялась Ольга. – А какое звание не жалко?

– Дадим майора. Хватит?

– А это ничего, что жена будет майором, а муж только старшим лейтенантом?

– Для него это будет иметь значение? – спросил президент.

– Для него не будет, а вот для окружающих – наверняка. И учтите, что он довольно быстро осваивает азы магии. Через полгода будет не очень сильным магом, на уровне большинства сактов.

– А почему вы считаете, что они слабы в магии? – спросил директор.

– По двум причинам. Первая заключается в моей оценке магического уровня мужа той Ольги. Я определила его как очень низкий, а ведь он относится к высшему руководству планеты. Он и мной заинтересовался из-за высокого потенциала в магии. Да и постоянная кража магически одарённых соотечественников Занги говорит о том же. Жриц они всё-таки побаивались и расправились с ними чужими руками. Вторая причина заключается в том, что магу нужно долго вкалывать, а тех же результатов легко добиться с помощью техники. Вот станете вы обучаться быстрому счёту при наличии калькулятора? Кто-то, может, и станет, но большинство проголосует за калькулятор.

– Хотите сказать что-нибудь ещё?

– Пожалуй, нет. Основное я уже сказала, а детали пока не имеют значения.

– Хорошо, – сказал президент. – Мы дадим прослушать запись этого разговора аналитикам, выслушаем их мнение и потом решим, как действовать дальше.

Глава 26

– Ну и где моя красавица? – спросила Ольга мужа.

– Загнал на площадку за инженерный корпус и укрыл тентом. Всё равно пока не получится пользоваться. А когда расплатимся с Рогожиным, нужно продлить дорогу и построить гараж на две-три машины. Ты сильно устала?

– Я не устаю от болтовни, даже если она с президентом.

– Значит, не выдержал и приехал. Пойдём под сосны, там сегодня поставили лавочки. Посидим немного, и ты вкратце расскажешь, к чему пришли. Сумеешь отогнать комаров?

– Есть такое действие в копилке жриц, только я им не пользовалась.

– Вот заодно и попробуешь.

Они сели на одной из двух удобных лавочек со спинками, вкопанных под группой отдельно стоявших у дороги сосен.

– Я поделилась своими мыслями о ловле сактов, – начала рассказывать Ольга. – Подкинула идею создания отдела и застолбила там для себя место зама. Сказали, что буду майором. О тебе не забыла, так что готовься к повышению.

– Тебя не догоню. Ладно, это всё суета. Я не сомневался в том, что твои предложения пройдут на ура. У нас очень амбициозный президент, к тому же проблема сактов сильно нервирует верха и силовиков, а тут такая возможность совершить рывок вперёд и утереть всем нос!

– А ты сомневаешься, что может получиться?

– В том-то и дело, что должно получиться. И я этого немного боюсь.

– Из-за сактов?

– Не только. Вот выловили вы несколько учёных, повязали и заставили исповедоваться. Наши умники, если их ткнуть носом в суть проблемы, рано или поздно в ней разберутся. И что дальше? Звездолёты России гордо уходят в дальний космос, а весь остальной мир смотрит на это дело с восторгом и пониманием?

– Ах вот ты о чём. Да, боюсь, что не будет ни восторга, ни понимания.

– Вот и я боюсь того же. Американцы воспринимают любое усиление России как личный вызов. Мы для них по-прежнему остаёмся врагом номер один. И во времена Союза идеология была не главным. Главное – это то, что мы были единственными, кто не позволял им единолично править миром. Нас все не любят, хотя для такого отношения нет оснований. В России много неосвоенной территории и ресурсов, а нас подозревают в желании захватить чужое. А теперь представь, что у русских появятся знания и технологии, до которых весь мир додумается лет через двести. О магии я пока молчу. Делиться – идиотизм, они не дали бы нам ничего. Наш мир слишком разделён и переполнен конфликтами. Поделиться с другими – значит вынести эти конфликты в космос и сделать их более разрушительными. А если не поделишься, то восстановишь против себя всех. А есть ещё сакты. Сами они не будут с нами связываться, но могут разделаться чужими руками. Вспомни своих жриц. А если в результате таких разборок наш мир превратится в радиоактивную помойку, то им же и лучше. Потенциальный конкурент накрылся медным тазом, а развлечения себе найдут. Я, конечно, упрощаю...

– Я тебе говорила, что не считаю себя дурой?

– А зачем тебе говорить? Я знаю это и без твоих слов.

– Среди книг, которые мы оставили на квартире твоих родителей, есть одна Злотникова. Ты знаешь, что я не увлекалась фантастикой, но кое-что прочла и сейчас вспомнила. В названии есть слово «Армагеддон». Там описано то, о чём ты сейчас говорил, и даже приведено решение.

– Вспомнил я эти книги. Их там две. Техноблокада?

– Конечно! Вывести на орбиту спутники с излучателями М-энергии, и пусть попробуют воевать. А тявканье мы как-нибудь переживём, лишь бы не хватали за пятки. Да и не будут они долго на нас тявкать. Как только убедятся в том, что мы самые крутые, будут лизать наши пятки, как сейчас лижут американцам. В мире ценят силу и считаются только с сильными.

– Ладно, эти мировые проблемы – дело далёкого будущего. Давай обсудим свои дела, точнее мои. Мне уже надоело заниматься одним телекинезом. Я всаживаю нож в мишень за пять метров, это мой потолок. Давай расширять программу. Ты почти весь день в клинике, а у меня навалом свободного времени. Надо его заполнить чем-нибудь полезным, а то скоро от безделья полезу на стенку или побегу искать работу. А в моём новом положении это как-то...

– Я сама хотела предложить тебе заняться боем. Ускорять своё время у тебя не получится из-за слабой энергетики, а вот ускорить тело в несколько раз вполне реально. Сегодня позанимаешься по старой программе, потому что новую нужно разработать. Пошли домой, уже совсем стемнело.

Утром, после завтрака, жена ушла лечить, а Игорь совершил свой утренний променад по территории клиники, во время которого узнал, что Рощина срочно вызвали в управление. Поболтав с ребятами из технической службы, он направился к росшим возле кафе соснам и начал формировать захваты и рвать ими шишки. Это было сложнее, чем бросать предметы. Когда почувствовал усталость, решил до обеда почитать купленную в последней поездке книгу. Немного зачитался, поэтому, когда появился в кафе, жена вместе с Рощиным уже заканчивала обедать.

– Привет опоздавшему! – сказал Алексей. – Готовь водку – будем обмывать новые погоны. Прямо сумасшедший карьерный рост. Так ты скоро меня догонишь.

– Дали капитана? – спросил Игорь. – А почему обмывать? Обмывают медали и ордена. Как обмывать погоны?

– Обмывают звёзды. Да что объяснять, если ты не пьёшь!

– Ладно, хватит трепаться. Лучше выкладывай, что сказали в управлении. Или это секрет?

– Секрет, но не для вас. Ольге я уже рассказал, а тебе повторять не буду, тем более здесь. Скажу только то, что через три дня к вам для лечения прибывает Лаура Гуеррера.

– Президент? – спросил Игорь. – У неё, кажется, рак?

– «Да» по обоим вопросам. Врачи дают ей три месяца жизни. Представляете, какой поднимется шум, когда выяснится, что она вернулась из России здоровой?

– Пусть себе шумят, – равнодушно сказала Ольга. – Шум и без неё вот-вот начнётся. Я удивляюсь, что пока всё ограничивается только слухами и сплетнями. Или за это нужно благодарить родное управление?

– Не нужно нас благодарить, – сказал Алексей. – Это раньше мы могли легко контролировать прессу. Сейчас наше вмешательство может вызвать обратную реакцию, поэтому к такому прибегают в крайних случаях, ваш в них однозначно не входит. Только не потревожим ли сактов?

– Ты слушал запись допроса «туристов»?

– Нет. Меня тогда не было в клинике. Сергеев переписал и забрал с собой, а у нас всё затёрли. Сейчас записи засекречены. Моего допуска должно хватить, но пока не поднимал вопрос о прослушивании.

– Тогда я немного просвещу, тем более что народ разбежался и нас никто не слышит. Да и время есть. На Земле у сактов имеется своя агентура. Это и сами сакты, которым не сидится дома, и купленные аборигены. И агенты из землян не знают, на кого работают. Они исправно собирают информацию и передают её кураторам. Там уже одни сакты. На всю планету выделено чуть больше ста кураторов, которые распределены очень неравномерно. В отсталых и не имеющих большого значения регионах их очень мало, если только эти места не посещаются массово их соотечественниками. А в таких странах, как США или Россия, их больше. Мы с Игорем видели одного, когда он приходил к нам покупать мой поводок. Потом как-нибудь расскажу. Так вот, кураторы собирают всю информацию, которую доставляют агенты, проводят первичный анализ и отсев того, что, с их точки зрения, не является существенным. А точка зрения кураторов напрямую зависит от их руководства. Ни один не нарушит директив, поступающих сверху. Руководство у них – это отпущенный мной муж его бывшей жены. Теперь понимаешь, какую директиву в отношении меня получили все кураторы? Я так расположила его к себе с Игорем, что он относится к нам почти как к родным и рассчитывает лет через десять получить в свой штат. Поэтому кураторам прикажут не мешать некой Ольге Славиной баловаться с лечением и сколачивать капиталец, а на шум плевать. Соответствующая установка будет от кураторов их агентам. Единственная опасность заключается в том, что Землю иногда посещают и другие члены Совета. Но это бывает редко, при таких посещениях их не интересуют местные сплетни, да и не принято у членов Совета вмешиваться в дела коллег. Могут приватно задать вопрос, с какой стати он разрешил мне здесь резвиться, так у него найдётся что ответить.

– Ты так много узнала за час?

– Меньше, чем хотелось, но я не могла рисковать и задерживать их дольше. С ними в любой момент могли связаться, да и не знаю я особенностей системы безопасности. И я опасалась, что у нашего руководства могут сдать нервы, и последует приказ действовать жёстко, а это сильно усложнило бы мне игру. Не хотелось светить перед сактами своими возможностями и портить отношения с руководством управления.

– Значит, можно не беспокоиться по поводу шума из-за результатов лечения этой Гуерреры, – сделал вывод Рощин. – Это хорошо. Руководство страны заинтересовано в том, чтобы её не только вылечили, но и приняли по высшему разряду, так что ждите комиссию, которая всё здесь осмотрит и решит, что можно улучшить за государственный счёт.

– Я не возражаю, пусть улучшают, – сказала Ольга, – лишь бы потом не предъявили счёт мне. Нам ещё с полгода расплачиваться с Рогожиным из-за драконовских налогов. Надеюсь, родное управление не потребует плату за свои услуги?

– Не потребует, я узнавал, – успокоил Рощин. – Только оборудование охраны будет числиться на балансе управления и уберётся в случае прекращения нашего сотрудничества.

– Не смеши! – сказал Игорь. – Из вашего управления никто сам не уходит, таких любителей поиграть в самостоятельность выносят вперёд ногами. Да и не выгодно нам от вас отрываться: кто-нибудь обязательно сожрёт, не поможет и магия.

Ольга только закончила лечение шести больных, которых привезли медики, когда на трёх машинах прибыла ожидаемая комиссия. Одиннадцать её членов за полтора часа обошли всю территорию клиники, сделали для себя какие-то выводы и отбыли восвояси. Утром следующего дня в клинику началось нашествие. Игорь проснулся в шесть часов от шума, который производила техника рабочих, занятых благоустройством территории.

– Откуда они взялись в такую рань? – удивился он, выйдя на улицу.

Вдоль дороги от самых ворот до клиники по обеим её сторонам с помощью техники выкапывались ямы, куда тут же высаживались вполне зрелые деревья высотой метра четыре.

– Липы, – присмотрелся он к ближайшим деревьям. – И зачем эти «потёмкинские деревни»? Они же не достоят даже до приезда президента, сдохнут раньше.

– Приживутся! – уверенно сказала Ольга, кутавшаяся рядом с мужем в халат. – Смотри какие корни, да ещё вместе с землёй. И как только смогли выкопать и довезти? А вон и автоцистерны с водой. Сейчас зальют корни, и всё будет нормально. Там, наверное, добавили стимуляторы роста. Уже конец лета, нет большой жары, и это озеленение не пропадёт, а до зимы деревья успеют укрепиться. Хорошо придумали.

Следом за озеленителями приехали рабочие, которые за каких-то два часа преобразили фасад клиники.

– Вот кого Рогожину нужно было подряжать для строительства! – сказала Ольга, полюбовавшись на их работу. – Совсем другой вид у здания.

У ворот уже скопились другие машины. Как только закончили строители, приехали дизайнеры, которые, засучив рукава, взялись за интерьер внутренних помещений клиники и кафе. Не дожидаясь окончания их работы, в клинику пешком от ворот пришли работники ателье, которым заказали пошив униформы для персонала и охраны. Всех быстро измерили и чуть ли не бегом бросились к своим машинам.

– Скажи, зачем мне этот парадный мундир? – наседал Игорь на Рощина. – Я даже повседневную форму надевал два или три раза! И у меня достаточно цивильной одежды, сшитой в престижных ателье!

– У госпожи президента очень трепетное отношение к военным, – объяснил Алексей. – Поэтому наверху решили не скрывать твою принадлежность к нашим рядам, а наоборот, выставить тебя во всём блеске. Не понимаю, из-за чего ты кипятишься? Поносишь мундир и повесишь в шкаф, может, ещё пригодится. Да и за работу плачено не из твоего кармана. Или у тебя мало места в шкафу? Тогда потесни Ольгу с её платьями.

Минут за двадцать до начала приёма пациентов из клиники выехали дизайнеры, и в ней установилась привычная рабочая атмосфера.

– Классно сделали! – одобрила Ольга, осматривая с мужем рабочие помещения. – Мне сказали, что вечером привезут новую мебель. Хорошо прибарахлились за счёт государства. Что бы здесь ещё сделать?

– Повесь на стенку диплом целителя, – посоветовал Игорь. – Зря, что ли, Рогожин за него платил? Так все делают.

– Обязательно повешу. Найди Алексея и закажи для меня сейф. Я собираюсь писать руководства по магии, а такие записи лучше не бросать на столе.

– А почему не поставить магическую защиту?

– В арсенале жриц только такая защита, что вора для опознания нужно будет собирать по частям. И для неё нужно делать накопители. Кстати, хорошо, что напомнил. Закажи Алексею несколько крупных кристаллов горного хрусталя. Они должны быть чистыми и без сколов. Если потребуется, заплати. В таком кристалле можно запасти довольно много энергии. Он увеличит твои возможности раза в три, если будешь не очень долго использовать. Такой накопитель можно поставить на ловушку или следящее заклинание. Утечка очень маленькая, так что служат долго.

Вечером им обновили часть мебели, а на следующий день, до приёма больных, привезли всем по два комплекта униформы, строгой на вид, но элегантной и дорогой даже на неискушённый взгляд Игоря. Для него персонально доставили парадный мундир офицера ФСБ со всеми его капитанскими регалиями. Жена сразу же заставила надеть, после чего сама же его и раздела, а заодно быстро сбросила и свою одежду. В результате они пришли завтракать последними, и пришлось поторопиться с едой, чтобы не задерживать приём больных.

– Вот почему военные мундиры так привлекают женщин? – говорила Ольга, спеша в клинику. – Помнишь, как я несколько раз пыталась заставить тебя поступить в офицерское училище? Упирался, а в конечном итоге вышло по моему.

– Уточнили время прибытия президента, – сказал Рощин за обедом. – Она приедет завтра в два часа дня. Ты можешь немного ускорить лечение, чтобы вы успели пообедать? Вот и хорошо. Других больных после обеда не будет. Вместе с ней приедут муж, посол и переводчик. Наверное, будет сопровождать кто-нибудь и из нашего МИДа, но мне о них не говорили. Охрана наша. Клинику вылизали от и до, и ребят приодели так, что любо-дорого посмотреть. Сегодняшние пациенты это оценили. Я был у выхода, когда уезжала последняя партия, и слышал разговоры.

– А ты почему заодно не прибарахлился? – спросил Игорь. – Заказал бы и себе мундир.

– А мне не надо. Мундир уже есть, причём практически новый. Парадная одежда мало снашивается, а этот я пошил в начале года и ещё не надевал. Только здесь не будет никого в форме, кроме тебя. Ты муж Ольги и совладелец фирмы, и твоё служебное положение не связано с работой клиники. А если здесь на каждом шагу будет по офицеру ФСБ, то какой из этого сделают вывод? Правильно, так и подумают, что вы – это наш филиал. Так что я буду, как и ребята, в форме охранника. Ты чем думаешь заниматься с утра?

– Сшибать шишки.

– Полезное занятие, – согласился Алексей, – но есть более нужное. Пока Ольга будет вести приём платных больных, предлагаю съездить в управление. Тебе нужно получить табельное оружие, заодно возьмём сейф для Ольги и заедем в одно место насчёт хрусталя. Если его оплачивать из фондов управления, то это займёт несколько дней. Предлагаю вам купить за свой счёт, а потом задним числом провести покупку через бухгалтерию. Или вообще не скупитесь: не такие уж там большие деньги и не будет волокиты с оформлением бумаг. На будущее отдал заявку на кристаллы, но, пока нет отдела, не открыты темы не выделены средства, поэтому она будет лежать без движения. Бюрократия, друзья мои! Привыкайте к тому, что по каждому вопросу не побежишь к директору – выгонит на фиг. Ребятам тоже нужно привезти личное оружие, положенное по штату охранникам. А то у них только серьёзные стволы, которые не стоит показывать посторонним.

– Надо – значит, съездим, – согласился Игорь. – Шишки никуда не денутся.

Следующий день начался как обычно. Ольга немного сократила время на каждую партию больных, что не сказалось на лечении. За выгаданные таким образом тридцать минут успели быстро пообедать и привести себя в порядок. Кортеж президента, состоящий из трёх машин, прибыл с небольшим опозданием. Лаура Гуеррера оказалась высокой, приятной на вид женщиной с густой копной чёрных, слегка вьющихся волос. Было видно, что она плохо себя чувствует, хотя и улыбается хозяевам. Игорь заметил, что гостья покусывает губы, а на лбу выступили мелкие бисеринки пота. Ольге не надо было смотреть на гостью, чтобы почувствовать мучившую её боль. Вместе с президентом приехал муж. Переводчик представил его как Эрнеста Гуеррера.

– Синьора Лаура говорит по-английски или по-французски? – спросила Ольга через переводчика.

Оказалось, что гостья прекрасно знает оба этих языка.

– Мы покидаем вас, господа, – сказала Ольга. – Игорь, займи наших гостей, пока я буду лечить госпожу Лауру. Ей нужна срочная помощь. А после лечения мы к вам присоединимся.

Она перешла на французский, обняла Лауру и увела с собой. Её муж дёрнулся было следом, но посол его задержал, что-то сказав по-испански.

– Я вам не представился, – сказал он на русском. – Хуан Дельгадо.

– Я ожидал, что у вас будут вторые имена, – сказал Игорь. – Даже заглянул в интернет посмотреть, что они означают.

– Есть и вторые, – засмеялся посол. – Мы посчитали, что ни к чему в гостях строго придерживаться наших традиций. Господин Славин, разрешите задать вопрос? Сколько времени может занять лечение? Нам перед поездкой называли совершенно фантастические цифры вроде часа.

– Если только один пациент, времени понадобится меньше, – ответил Игорь. – Переведите господину Эрнесту, что не нужно так волноваться за жену. Думаю, что через полчаса он увидит её здоровой. Где господа хотели бы провести это время? Может быть, пройдём в кафе?

– С вашего позволения, мы хотели бы осмотреть клинику, – ответил Эрнест через переводчика.

– Тогда прошу пройти за мной! – пригласил всех Игорь. – Охрана может остаться у машин или побыть в фойе.

Он провёл гостей по клинике, объясняя назначение отдельных помещений и особенности приёма больных. Вместе с ними ходил и чиновник из МИДа, который скромно держался сзади.

– Я показал саму клинику, – сказал Игорь, когда всё осмотрели. – На нашей территории есть ещё здания вспомогательного назначения, но в них нет ничего интересного, а в кафе, если у вас будет желание, можно пойти после излечения госпожи Лауры. Давайте присядем в этой комнате и немного подождём, жена скоро должна закончить лечение.

– Я не понимаю, – сказал Эрнесто. – Вы говорите об излечении моей жены, как о свершившемся факте. А между тем врачи с мировым именем ничего не смогли сделать. Как такое может быть?