Текст книги "Эксперимент. Самые жестокие исследования в психологии"

Автор книги: Ганс Айзенк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 31 страниц)

Эксгибиционисты почти всегда мужчины, которым доставляет наслаждение вызывать удивление и шокировать своих зрителей. Их следует отличать от стриптизеров и мужчин, и женщин, – которые обнажаются в первую очередь ради экономической выгоды, а не для сексуального удовлетворения. Кроме того, люди, наблюдающие стриптиз, делают это преднамеренно и добровольно. Иногда эксгибиционисты мастурбируют во время обнажения, но чаще предпочитают делать это в уединении, сразу после обнажения.

Ситуативные характеристики

Если эксгибиционисту несвойственна чрезмерная развязность, он может, например, скрываться за оконными шторами в своем доме и ждать, когда ученики пойдут из школы. Когда мимо проходят юные девушки, он распахивает окно, быстро демонстрирует себя и мгновенно прячется за шторами. Однако это опасно, так как личность такого правонарушителя легко установить. Для другой излюбленной процедуры используется автомобиль, который медленно следует за женщиной или за группой женщин. Как только автомобиль поравняется с женщиной, эксгибиционист открывает дверцу, демонстрирует себя и быстро уезжает. Более смелый эксгибиционист часто действует как «уличный эксгибиционист (flasher)», который распахивает пальто перед избранной жертвой, убеждается в том, что произвел некоторое впечатление, а затем убегает или уходит прочь.

Любимые места для обнажения могут быть различными, однако большинство эксгибиционистов предпочитает общественные места – парки, театры, магазины или относительно тихие улицы. Проводившееся в Торонто исследование (Mohr, Turner and Jerry, 1964) показало, что 74 % опрошенной выборки предпочитали открытые места и чаще всего демонстрировали себя непосредственно из припаркованного автомобиля. Прочие члены выборки обычно предпочитали собственные дома, демонстрируя себя через окно или раскрытую дверь.

Подавляющее большинство эксгибиционистов в качестве жертв предпочитает незнакомок и редко демонстрирует себя более одного раза одной и той же жертве. Хотя жертвами обычно являются женщины, эксгибиционист может иногда демонстрировать себя взрослым мужчинам и мальчикам. Эксгибиционисты, предпочитающие взрослых женщин, обычно демонстрируют себя им индивидуально, тогда как те, кто предпочитают девочек, как правило, показывают себя маленьким группам из двух-трех девочек (Evans, 1970; Mohr, Turner and Jerry, 1964). Большинство взрослых женщин-жертв эксгибициониста находятся в возрасте около двадцати лет и обычно не состоят в браке. Это поддерживает теорию, что большинство эксгибиционистов выбирает свои жертвы преднамеренно, опираясь на определенные признаки. Например, эксгибиционист может отдавать определенное предпочтение девочкам девяти-одиннадцати лет, которые выглядят «наивно». Другой может искать симпатичное лицо, темные волосы, красивые ноги или какие-либо другие физические особенности. Эксгибиционисты могут также иметь некоторые предпочтения в выборе условий и времени дня для публичного обнажения. В действительности, многие эксгибиционисты настолько предсказуемы, что если об инциденте будет сообщено в полицию, их можно легко обнаружить и арестовать.

Характеристики преступника

Большинство эксгибиционистов начинают практиковать подобное поведение со времени полового созревания, чаще всего в период между пятнадцатью и тридцатью годами (Evans, 1970). Вопреки распространенному мнению, дебют после тридцатилетнего возраста встречается чрезвычайно редко, если не считать людей с психическими нарушениями, связанными с органическим поражением головного мозга или со старческим слабоумием. По сравнению с генеральной совокупностью, эксгибиционисты обычно имеют как минимум средний уровень интеллекта, средний образовательный уровень и средние профессиональные притязания (Blair and Lanyon, 1981). Оказывается, что у большинства из них вполне солидный трудовой стаж (Mohr, Turner and Jerry, 1964).

Психозы или другие умственные нарушения среди эксгибиционистов встречаются не чаще, чем в популяции в целом (Blair and Lanyon, 1981). Однако уровень инцидентности предшествующих сексуальных преступлений (не эксгибиционизма), включая вуайеризм и даже покушения на изнасилование, у эксгибиционистов оказался выше среднего. В большинстве своем эксгибиционисты не совершают в отношении своих зрителей актов агрессии и не желают сексуального общения с ними. Весьма вероятно, что если бы жертвы стали проявлять интерес к сексуальной деятельности, большинство эксгибиционистов испугались бы, смутились и убежали. В большинстве случаев основной мотив эксгибиционизма – сексуальное возбуждение (подкрепление), которое преступник получает от того, что ему удалось шокировать, удивить или слегка испугать свою жертву. Эти реакции вызывают значительное сексуальное возбуждение. Позже такой человек, вероятно, будет мастурбировать, представляя себе этот образ. С другой стороны, если эксгибиционист не увидит ожидаемого испуга или удивления, а вместо этого увидит безразличное, незаинтересованное выражение лица, он почувствует разочарование и воспримет это как некоторый ущерб для чувства собственного достоинства.

Хотя многие эксгибиционисты женаты, большинство считаются социально и сексуально неблагополучными. Так считают и они сами, и те, кто их окружают. Многие чересчур интровертированы, застенчивы, социально неразвиты и чувствуют себя некомфортно в большинстве социальных ситуаций. В целом их описывают как неуверенных в себе, скромных, робких и пассивных. Большинство эксгибиционистов испытывают тягу к обнажению себя после удара по их хрупкому самолюбию – удара, который вызвал усиление чувства несостоятельности и напряжения.

Поэтому, подобно другим сексуальным преступлениям, эксгибиционизм является продуктом научения, поведенческим паттерном, подкрепленным сексуальным возбуждением и последующим ослаблением напряженности, достигнутым через мастурбацию. Многие эксгибиционисты указывают на то, что их поведение было первоначально приобретено в результате некоторых предподростковых сексуальных игр или случайным образом. Например, история большинства эксгибиционистов включает яркие воспоминания о юной девушке, выражающей изумление или страх от полового члена, увиденного либо случайно, либо в процессе сексуальной игры. Характерно, что это внимание вызывало сексуальное возбуждение у мужчины, и он мастурбировал, представляя себе этот случай. Этого не столь необычного случая обычно недостаточно для того, чтобы сформировался эксгибиционизм. Однако повторное соединение воспоминания об этом случае с сексуальным возбуждением, достигаемым с помощью мастурбации, может привести к закреплению склонности к эксгибиционизму у тех людей, у которых не сформированы достаточные механизмы самоконтроля или саморегуляции. Это значит, что доставляющие удовольствие повторные занятия мастурбацией в сочетании с этими мысленными представлениями являются сильным подкреплением для случайной демонстрации своего полового члена жертвам, которые воспринимаются как суррогат первичных наблюдателей. Если первая реальная демонстрация своих половых органов вызывает сексуальное возбуждение, формируется сильная подкрепляющая цепь событий. Каждый раз, когда эксгибиционист демонстрирует свои половые органы и получает эту последовательность вознаграждения, поведенческий паттерн становится все устойчивее.

В течение следующих периодов стресса и переживаний собственной несостоятельности демонстративное обнажение становится все более и более эффективным способом преодоления неблагоприятных эмоций, особенно когда доступны предпочитаемые жертвы. Следовательно, поскольку эксгибиционизм является приобретенной реакцией, он продолжает оставаться повторяющимся и стойким к коррекции. Кроме того, эксгибиционисты могут демонстрировать себя много тысяч раз без жалоб со стороны жертв. Возмущенные взрослые сообщают о случаях эксгибиционизма только тогда, когда жертвами оказываются их дети. Даже тогда они могут не сообщать в полицию, чтобы избавить ребенка от необходимости описывать полиции подробности инцидента.

Важно отметить, что эксгибиционисты, в отличие от многих педофилов, часто выражают желание изменить свое поведение. Они могут демонстрировать себя много раз, но, будучи обнаруженными, в большинстве случаев будут стремиться получить терапевтическую помощь. Кроме того, не так уж редки случаи, когда эксгибиционисты обращаются за профессиональной помощью до того, когда они оказываются под арестом за свое поведение.

Вуайеризм и фетишизм

Вуайеризм, также известный как скопофилия, или подглядывание, – вид полового извращения, который заключается в том, чтобы достигать сексуального возбуждения и удовлетворения от подсматривания за ничего не подозревающими людьми, когда они обнажены, раздеваются или совершают сексуальные действия. Термином «фетишизм» называют сексуальное стремление к неодушевленным предметам, а не к людям. Он отличается от партиализма (partialism) – гипертрофированного сексуального интереса к некоторым частям человеческого тела, которые в обычных условиях не ассоциируются с сексуальным возбуждением, например к колену. Фетишист может сексуально возбудиться при виде ботинок, сумочек, чулок, трусиков, меха или даже выхлопной трубы автомобиля. Объект фетиша можно поцеловать, приласкать, попробовать на вкус, понюхать или просто на него посмотреть.

И вуайеризм и фетишизм не считаются тяжкими сексуальными преступлениями, так как обычно не причиняют серьезного вреда обществу. Разумеется, эти извращения представляют собой бесцеремонное вторжение в частную жизнь других людей, поскольку подсматривание за «жертвами» осуществляется без их ведома, а их личные владения используются в «ненормальных» целях. Когда вуайерист или фетишист причиняет беспокойство, нарушает владения, незаконно проникает в жилище, повреждает имущество или ворует предметы, то он действует незаконно.

Напомним, что вуайерист иногда становится эксгибиционистом, и наоборот. Однако вуайерист реже, чем эксгибиционист, совершает серьезные преступления, например изнасилования или другие формы насильственных преступлений. Он не наносит своим жертвам телесных повреждений, и, как и эксгибициониста, его нередко описывают как пассивного, застенчивого, сосредоточенного на себе, покорного и безопасного человека. Клинические исследования показывают, что он страдает от серьезных проблем в общении с противоположным полом и социальной и сексуальной незрелости.

Определенного внимания заслуживает одно наблюдение, сделанное в рамках исследования Фонда Суда Королевской Скамьи (1978). Приблизительно 10 % из интервьюированных осужденных насильников признавались в том, что они подсматривали за своей жертвой через окно перед тем, как напасть на нее. Авторы предположили, что учитывая это открытие, некоторых любителей подсматривать необходимо обследовать на наличие склонности к насилию. Тем не менее необходимо отметить некоторые отличительные аспекты вуайеризма. Все преступники, кроме одного, заявили, что перед тем как начинать подглядывать, они собирались совершить изнасилование. Один насильник, утверждавший сначала, что, подглядывая за своей жертвой, он не намеревался изнасиловать ее, впоследствии признал, что все же хотел вступить с нею в сексуальные отношения. Кроме того, во время ареста у всех этих преступников, кроме одного, в доме было найдено оружие (ножи, огнестрельное оружие и др.), хотя они обычно не носили его с собой. Преступления обычно совершались путем насильственного вторжения в жилище жертвы, а жертву часто насиловали с чрезвычайной жестокостью.

Следовательно, эти насильники, вероятно, имели мало общего с типичными вуайеристами. Их намерение с самого начала состояло в том, чтобы совершить насилие над жертвой. Они, очевидно, вели наблюдение за жертвой с целью установить ее привычки, узнать, кто еще находился дома и как лучше всего проникнуть в ее жилище. Другими словами, они преследовали своих жертв. Типичный вуайерист получает сексуальное удовлетворение от подглядывания, воображения и, в конечном счете, мастурбации, без намерения иметь сексуальный контакт с жертвой, принудительно или иным образом.

Вуайеризм, подобно другим формам сексуальных отклонений, является приобретенным повелением. Хотя у каждого индивида есть свой особенный способ подглядывания, многие вуайеристы сообщают о своем юношеском опыте достижения сексуального возбуждения при наблюдении за раздеванием ничего не подозревающей женщины. Многие клинические исследования свидетельствуют о том, что мысленное представление этой сцены впоследствии ассоциируется с сексуальным возбуждением, которое опять же находит удовлетворение через мастурбацию. В конечном счете, такое обусловливание (условный рефлекс) приводит к появлению желания подсматривать различные реальные сексуальные сцены. Нужно учесть, что важным компонентом сексуального возбуждения, переживаемого вуайеристом, является раздевание его жертвы, не подозревающей о его присутствии. Эротические фильмы или порнография вряд ли могут послужить для этой цели.

Фетишизм является преимущественно мужским явлением и происходит в приватной обстановке, дома без вмешательства в жизни других людей. Для фетишиста сексуальным объектом являются неодушевленные предметы, с помощью которых он периодически достигает сексуального возбуждения. Объектом (фетишем) наиболее часто становятся некоторые предметы женской одежды, которые носят на теле, например предметы нательного белья, ботинки, туфли или чулки. Фетиш обычно используется при мастурбации; при этом субъект может тереть им свои половые органы, держать его в руках, обнюхивать или просто просить партнера надевать эти предметы одежды по время сексуальных отношений (DSM-IY, 1994, р. 526). Через классическое обусловливание сексуальное значение может приобрести практически любой предмет. Госселин и Вильсон (Gosselin and Wilson, 1984) описывают человека, у которого было неудержимое влечение к английским булавкам. С восьмилетнего возраста он испытывал чрезвычайное сексуальное удовольствие от пристального разглядывания этих блестящих предметов, закрывшись в ванной. «Когда ему было 23 года, его жена стала свидетелем полного цикла его странного поведения, которое началось с того, что он смотрел на английскую булавку около минуты. Он уставился на нее застывшим взглядом, издавая нечленораздельные звуки, совершая сосущие движения губами и оставаясь в полной неподвижности в течение минуты-двух» (Gosselin and Wilson, 1984, р. 104).

Как упоминалось выше, большинство объектов фетишиста – предметы, надеваемые женщиной, например предметы нательного белья, туфли, ботинки или трикотаж. Чокли и Пауэлл (Chalkley and Powell, 1983) установили, что нижнее белье, чулки и другие виды дамского белья были наиболее популярны у британских коллекционеров фетишем. Следующими по распространенности были резники и некоторые резиновые вещи, например, прорезиненные плащи, трубки, куклы и принадлежности для клизм.

В своем превосходном, хотя и спорном примере обусловливания фетиша Рачмен (Rachman, 1966) показывал испытуемому-мужчине слайд пары женских черных ботинок, сразу же после чего показывал слайды привлекательных обнаженных женщин (сексуальное возбуждение). После некоторого числа таких предъявлений испытуемые начинали сексуально возбуждаться в ответ на показ слайда с ботинками, о чем свидетельствовало набухание полового члена. Было также показано, что испытуемые начинали возбуждаться, не только увидев слайды определенных ботинок, но также и при показе слайдов других ботинок, а также туфель.

Фетишизм заслуживает нашего внимания прежде всего потому, что человек с сильным влечением к объекту может совершать кражи или незаконные проникновения в помещения для того, чтобы его заполучить. Один из главных способов, каким фетишист добывает объект своего влечения, кража. А поскольку в современном обществе сушилки для одежды распространены больше, чем бельевые веревки, то традиционный способ «охоты» фетишиста – кражи сохнущего белья с веревки на заднем дворе – был изменен более радикальными методами. Чокли и Пауэлл (Chalkleyand Powell, 1983), опросив свою выборку, состоящую из сорока восьми фетишистов, обнаружили, что 38 % из них испытывали значительное волнение и сексуальное возбуждение при краже фетиша. В этом смысле можно заключить, что некоторое количество загадочных краж (когда похищаются незначительные предметы, а более ценные вещи остаются нетронутыми) является результатом нетерпеливых поисков фетишей. Некоторые грабители фетиша достигают сексуального возбуждения, только находясь в чьем-то доме без ведома и присутствия хозяина. Однако грабитель-фетишист может, наряду со своим фетишем, прихватить и ценные вещи – либо с тем, чтобы отвести от себя подозрения, либо чтобы обеспечить «приличное» и «разумное» объяснение кражи в случае, если его обнаружат. В одном серьезном случае фетишизма, описанном Хейзелвудом и Берджесом (Hazelwood and Burgess, 1987), преступник признался, что он совершил более пяти тысяч краж прежде всего для того, чтобы добывать женские трусики, необходимые ему для удовлетворения его потребности. По его оценке, примерно в половине случаев его краж он крал ценные вещи.

Исправительная работа с сексуальными преступниками

Сексуальным преступникам, как правило, удается изменить свои девиантные паттерны поведения лишь с большим трудом. Несмотря на то что было испробовано огромное количество различных исправительных программ, только немногие из них успешно помогали уменьшить число сексуальных преступлений. Опрос исправительных учреждений для сексуальных преступников, проведенный в 1994 году, показал, что на тот момент существовало 710 исправительных программ для взрослых и 684 программы для подростков (Longo, Bird, Stevenson and Fiske, 1995), по сравнению с 297 исправительными программами для взрослых и 346 программами для подростков в 1985 году (Кпорр, Rosenberg and Stevenson, 1986). Несмотря на увеличение количества исправительных программ, доля действенных методик остается удручающе низкой. После тщательного обзора исследовательской и клинической литературы Ферби, Вейнротт и Блэкшоу (Furby, Weinrott and Blackshav, 1989, p. 27) сделали следующий вывод: «На сегодняшний день нет никаких доказательств того, что клиническое лечение уменьшает количество повторных сексуальных преступлений в целом, и нет никаких данных, которые позволили бы оценить, может ли оно быть дифференциально эффективным для различных типов преступников». В обзоре Ферби охвачены все варианты терапевтических подходов. Райс, Харрис и Куинси (Rice, Harris and Quinsey, 2001, p. 30) также пишут: «эффективность исправительной работы с сексуальными преступниками необходимо еще доказать… В этом смысле литература, в которой публикуются результаты исправительной работы, абсолютно бесполезна и не дает нам никаких подсказок, помогающих выбрать эффективные стратегии работы с конкретными типами сексуальных преступников».

Прентки, Найт и Ли (Prentky, Knight and Lee, 1997) пришли к заключению, что исправительная работа, направленная на сексуальных преступников, может осуществляться четырьмя способами. Первый способ – это пробуждающая воспоминания терапия, воздействие которое сфокусировано: 1) на помощи преступникам в понимании причин и побуждений их сексуального поведения и 2) на увеличении их сочувствия к жертвам сексуального нападения. Пробуждающая воспоминания терапия может включать индивидуальное, групповое, парное, супружеское и семейное консультирование. Вторым способом является психологообразовательное консультирование, которое проводится в форме групп или аудиторных занятий, направленных на устранение дефицита социальных и межличностных навыков. Психологообразовательные методы могут быть направлены на выработку умения контролировать эмоции, на профилактику рецидивов, а также на просвещение в таких вопросах, как человеческая сексуальность, отношения между мужчиной и женщиной и мифы о сексуальности и отношениях между людьми. Третий способ – медикаментозное лечение. Этот подход концентрируется на «снижении сексуальной возбудимости и частоты девиантных сексуальных фантазий с помощью антиандрогенов и антидепрессантов» (Prentky et al., 1997, р. 13). Четвертый способ – когнитивная терапия поведения, которая сосредоточивается на изменении представлений, фантазий, установок и аргументов, которые оправдывают и закрепляют насильственное сексуальное поведение. Прентки и его коллеги (1997) считают, что наиболее эффективной стратегией могла бы стать, по-видимому, некоторая комбинация этих четырех подходов, хотя какая именно – остается неясным. Однако они соглашаются, что когнитивно-бихевиоральные подходы (дополненные при необходимости некоторым медикаментозным лечением) остаются наиболее эффективными способами временного прекращения девиантного сексуального поведения у заинтересованных индивидов. С точки зрения когнитивно-бихевиоральной терапии, неадекватное сексуальное поведение является продуктом научения и усваивается по тем же самым законам, что и нормальное сексуальное поведение: посредством как классического, так и инструментального обусловливания, моделирования, подкрепления, обобщения и наказания. Поэтому оно поддается изменению. Когнитивно-бихевиоральная терапия, по сравнению с традиционной рациональной, ориентированной на понимание психотерапией, доказала свою краткосрочную эффективность в устранении эксгибиционизма и фетишизма (Kilmann, Sabalis, Gearing, Bukstel and Scovern, 1982), некоторых форм педофилии (Hall, 1995; Marshall and Barbaree, 1988), а также сексуальной агрессии и чрезмерной сексуальной возбудимости (Quinsey and Marshall, 1983).

Главная задача, однако, состоит не в том, чтобы помочь желающему измениться преступнику прекратить свои девиантные сексуальные занятия: задача в том, чтобы не допустить рецидивов в будущем и в других ситуациях. Это в чем-то напоминает соблюдение диеты. Большинство режимов похудания работают в тех случаях, когда человек действительно хочет похудеть. Однако они вряд ли могут гарантировать, что человек в конечном счете вновь не вернется к старым привычкам в еде.

Многообещающим подходом в исправительной работе с сексуальными преступниками является Программа профилактики возврата девиантного поведения (RP). «RP – это программа выработки навыков самоконтроля, предназначенная для того, чтобы научить людей, которые пытаются изменять свое поведение, предвидеть возможность рецидивов и не допустить их» (George and Marlatt, 1989, р. 2). Программа концентрируется на умении владеть собой: считается, что хотя клиенты не могут быть ответственными за причины своего поведения, они, тем не менее, должны отвечать за решение проблем. И в соответствии с названием программы, она концентрируется на профилактике возврата девиантного сексуального поведения. Поэтому RP разделяет задачу избавления от вредных наклонностей и задачу поддержания клиента в здоровом состоянии. Как утверждалось ранее, бихевиоральная терапия эффективна в прекращении девиантного поведения, но программа RP специально предназначена для того, чтобы действенно помогать людям поддерживать состояние «ремиссии». В этой программе проводятся различия между терминами «возврат» и «срыв» (relapse и lapse). «Возврат – это нарушение установленного для себя правила или системы правил, регулирующих нормы или стереотипы определенного целевого поведения» (George and Marlatt, 1989, р. 6). Срыв, с другой стороны, – это «единичный случай нарушения правила» (р. 6). «Применительно к сексуальным преступникам термин „возврат“ будет относиться к любым повторениям сексуального преступления, означая, таким образом, возврат проблематичного поведения в полном масштабе. Термин „срыв“ относится к любому случаю возникновения преднамеренных и обдуманных фантазий о сексуальном преступлении или любое возвращение к источникам стимуляции, связанным с паттерном сексуального преступления, но не к реализации самого преступного поведения» (р. 6).

У программы RP, как системы принципов и вмешательств, ориентированных на оказание психологической поддержки, две главные цели: она учит людей 1) эффективно справляться с «ситуациями высокого риска» (HRS) и 2) идентифицировать ранние признаки, предупреждающие о возможной опасности и об «очевидно неадекватных решениях» (AID), и реагировать на них. Ситуация высокого риска – это любая ситуация, которая ставит под угрозу способность человека контролировать свое поведение и, следовательно, увеличивает вероятность срыва или возврата девиантного поведения. Примеры ситуаций высокого риска, которые могут предрасполагать человека к повторению преступлений, включают отрицательные эмоциональные состояния, такие как злость и депрессия, межличностные конфликты и различные социальные давления (George and Marlatt, 1989). Исследование Питерса и его коллег (Pithers, Kashima, Gumming, Beal and Buell, 1988; Pithers et al., 1989) показало, что насильники перед совершением акта сексуальной агрессии часто испытывают злость и употребляют алкоголь или другие психотропные вещества. Педофилы, напротив, перед тем как найти ребенка, часто испытывают беспокойство или подавленность. Переживание собственной несостоятельности и низкая самооценка присущи обеим группам. Эти признаки свойственны начальным стадиям ситуации высокого риска. Другими словами, они психологически предрасполагают человека к рецидиву.

Оказалось, что возврат девиантного поведения происходит вследствие цепочки событий, каждое из которых представляет собой ситуацию высокого риска (Pithers, Marques, Gibat and Marlatt, 1983; George and Marlatt, 1989). Вначале появляются побуждения, мимолетные мысли или мечты о совершении преступления. За этим следуют более изощренные фантазии о совершении преступления. Затем возбужденный субъект занимается мастурбацией, продолжая фантазировать или рассматривая порнографические изображения, связанные с предполагаемой сексуальной деятельностью. Он начинает разрабатывать план совершения преступного действия. Наконец, субъект его совершает. RP обеспечивает систему, в рамках которой различные бихевиоральные, когнитивные и образовательные методы используются для того, чтобы научить сексуальных преступников распознавать и прерывать эти цепи событий (Marshall and Barbaree, 1988).

Если человек не знает, как справиться с этими ситуациями высокого риска, существует высокая вероятность того, что он может сорваться или рецидивировать. С другой стороны, если он научится справляться с обстоятельствами и сможет успешно проходить через ситуации повышенного риска, не нарушая при этом только что усвоенные правила, приобретенная способность контролировать свои действия усилится, а вероятность рецидивов снизится. Человек приобретает чувство уверенности и самодостаточности и становится лучше подготовленным к следующей встрече с ситуациями высокого риска.

Вторым компонентом в RP-вмешательстве является AID – очевидно неуместные решения. Решение, которое на первый взгляд кажется безвредным и не связанным с ситуациями высокого риска, как раз и может стать первым шагом к рецидиву. Например, решение педофила прогуливаться в парках и школьных дворах в то время, когда они точно заполнены детьми, могло бы быть ранним предупредительным сигналом. Поэтому важно, чтобы человек научился распознавать и предотвращать такие явно иррелевантные решения.

Для успешности профилактического RP-вмешательства особое значение имеет мотивация преступника. Без мотивации программа работать не будет. Напомним, что другой ключевой особенностью RP-программы является то, что она предназначена для помощи в прекращении ненормативного поведения, а не прекращения его непосредственно. Поэтому RP должна предшествовать программа терапии поведения или другая традиционная форма коррекционной работы, которая может прекратить девиантное поведение. Стадия исправления обычно занимает относительно короткое время. Другой важный момент, который выделяют Джордж и Марлатт (George and Marlatt, 1989), состоит в том, что одно лишь лишение свободы без курса коррекционной работы не может предотвратить повторные преступления. Они предлагают три объяснения этого факта. Во-первых, навязываемый извне принудительный контроль мало способствует тому, чтобы преступник обращался за помощью в изменении его жизни. Во-вторых, у преступника может все еще сохраняться приверженность к преступному паттерну через воображение. В-третьих, можно предположить, что преступник на самом деле может продолжать заниматься чем-то напоминающим его преступные паттерны даже во время заключения.

Программа добровольной амбулаторной коррекционной работы, предназначенная для растлителей малолетних, которую описали Маршалл и Барбари (Marshall and Barbaree, 1988), очень хорошо иллюстрирует некоторые процедуры, с помощью которых пресекается нежелательное поведение. В программе используются разнообразные бихевиоральные техники. Сначала клиницисты используют аверсивное обусловливание (выработку условного рефлекса с помощью отрицательного подкрепления), связывая удар током с девиантными визуальными и вербальными образами, возникающими у преступника. Затем с помощью терапии насыщением они уменьшают привлекательность девиантных фантазий во время занятия мастурбацией. Терапия насыщением представляет собой попытку ослабить сексуальные побуждения и тягу путем частой мастурбации. Наконец, они пытаются избавиться от девиантных мыслей, вызываемых видом детей или развивающихся в результате ежедневных фантазий, с помощью нюхательной соли. Каждый пациент имеет при себе нюхательную соль, и всякий раз, когда у него возникают девиантные мысли, пациент, согласно инструкции, должен поднести соль к носу и глубоко вдохнуть. Посредством аверсивного обусловливания вскоре девиантные мысли крепко ассоциируются с неприятным запахом нюхательной соли. В настоящее время нет никаких фактов, свидетельствующих о том, что такая аверсивная терапия оказывает отрицательное воздействие на «нормальные» сексуальные мысли и поведение.

Программа также способствует росту социальной компетентности растлителя малолетних через обучение его навыкам беседы со взрослыми партнерами, а также через снижение уровня его тревожности в ситуации общения со взрослыми. В программу исправительной работы также входит выработка уверенности в себе и консультирование пациентов по вопросам распоряжения финансами, досуга, употребления наркотиков или алкоголя. Маршалл и Барбари в течение трех с половиной лет осуществляли наблюдение за 117 пациентами, с некоторыми из них проводилась описанная выше исправительная работа, а с некоторыми нет. Было установлено, что 32 % членов той группы, с которой не проводилась исправительная работа, совершили повторные преступления, тогда как в группе, задействованной в коррекционной программе, эта доля составила только 14 %. В другой программе профилактики рецидивов Питерс и др. (Peters et al., 1988) насчитали в течение короткого периода наблюдения (менее одного года) 10 % рецидивов у насильников и 3 % рецидивов у педофилов.