355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Галина Александрова » Домовёнок Кузька и пропавшая азбука » Текст книги (страница 1)
Домовёнок Кузька и пропавшая азбука
  • Текст добавлен: 17 сентября 2016, 21:12

Текст книги "Домовёнок Кузька и пропавшая азбука"


Автор книги: Галина Александрова


Жанр:

   

Сказки


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]

Галина Александрова
Домовёнок Кузька и пропавшая азбука

Глава 1. БЕСПОКОЙНЫЙ ВЕЧЕРОК

Куда ни бросишь взгляд – кругом снег. Он выпал только вчера и укрыл всю землю своим мягким, воздушным одеялом. Вся деревенька на берегу речки Безымянки выглядела сейчас как большой сугроб. Только трубы торчат, да дорожки прочищенные, как ходы, виднеются. В окнах горит свет, и такая благодать вокруг, такое спокойствие, что просто сердце радуется.

В одной небольшой избушке, под столом, расположились два домовенка, над книгой склонились, пальчиками своими по ней водят и о чем-то шепчутся.

– Ты посмотри, какой остров нарисован, – сказал Кузька.

– Ничего особенного, – пробурчал Нафаня, – у нас здесь лучше. А эти пальмы на нормальные деревья даже не похожи.

Кузька и Нафаня учились читать. Вернее, сейчас они буквы учили. И прошли почти весь алфавит. Сегодня была уже предпоследняя буква. Оставалось совсем немного, и это очень радовало друзей.

А какая Азбука у них была замечательная! Ее сам Нафанюшка и подарил Кузьке на день рождения. А когда Кузька начал буквы изучать, то решил Нафаню снова в гости позвать, чтобы он тоже грамотным стал.

Приехал Нафаня – Кузька аж на месте подпрыгнул. Не узнать друга! Прямо-таки другой домовой. Постарел лет на триста, а может, и на все пятьсот.

– Что же ты с собой наделал, Нафанюшка, что приключилось? – поинтересовался Кузька.

– Да, понимаешь, больно розовый я был раньше да гладкий. Точно поросеночек. Все меня и дразнили: «Нафаня-Хрюфаня». Вот и попросил я нашего Бурчука повлиять на мою внешность своими заклинаниями волшебными. Только я просил лет двести мне прибавить. А он, старый, считать совсем разучился и состарил меня на все пятьсот, – и Нафаня виновато развел в стороны свои волосатые ручки.

Теперь он был с седой бородой, волосатыми ушками и даже пятками!

– Ничего, – утешал его добрый домовенок, – ты так солиднее смотришься! А теперь давай за Азбуку сядем.

Учиться по волшебной Азбуке – одно удовольствие. Не простая ведь азбука, а с картинками, которые светятся и переливаются. Книга еще сама и буквы называла. Сиди, запоминай.

Правда, еще задания давала. Надо было на каждую букву по два слова придумать. Но это особенно нравилось домовым. Вот сейчас они стали вспоминать слова на букву «Ю».

– Юла, – нашелся Кузька, от радости мотнув своей рыжей головой, – юла, юла по полу гулять пошла.

– Гулять? – переспросил Нафаня. – Зачем ей гулять?

– Ну она же крутится-вертится и даже подвывает немного, как метель в зимний день за окном. Кстати, скоро и метели начнутся. Хорошо, что нам с тобой есть чем заняться.

– Темновато что-то стало, – Нафаня выглянул из под стола, – давай лампу вниз перетащим.

– А чего не перетащить, – согласился Кузька.

Он вылез, забрался на стул, взял керосиновую лампу и отнес ее под стол.

– Пока бабки Настасьи и Анютки нет, мы можем ею пользоваться.

– Совсем другое дело, – удовлетворенно хмыкнул Нафаня, потирая нос от холода. – Когда печь-то топить будете, я что-то замерз уже.

– Потерпи, они за дровами в лес поехали, скоро будут. Тогда и погреемся. Давай пока слово придумывай, не отвертишься, а то книга листочек не перевернет и мы не узнаем последней буквы. А так хочется.

– Сейчас, согреюсь только, – Нафаня приблизил нос к лампе, пытаясь хоть так погреть его. Потом долго смотрел по сторонам, пытаясь отыскать в горнице что-нибудь, что начиналось бы на эту букву. Взгляд его упал на юбку бабки Настасьи.

– Юбка!

– Ура! – обрадовался Кузька, подпрыгнул на месте и ударился головой о стол. – Ой!

Картинки и буква в азбуке стали переливаться, листок шевелиться, но в это время дверь распахнулась и в дом вошли бабка Настасья и внучка Анютка. Следом за ними ворвался холодный воздух.

Глава 2. СМЕРЧ-НЕУЧ

Бабка Настасья сразу за ужин принялась, Анютка с котом играть стала, а Кузька с Нафаней ученье продолжили.

Только в книгу заглянули, как дверь сама распахнулась да так сильно об стенку стукнулась, что половники и дощечки с нее полетели, загрохотали.

– Вот не проследишь, – стал ворчать Кузька, – обязательно дверь не закроют. Все самому делать надо, глаз да глаз за всем.

Он уже хотел пойти да навести порядок, но тут увидел, что в комнату залетел какой-то вихрь. Все тоже заметили и остолбенели, а бабка Настасья ухват на ногу себе уронила, но боли не почувствовала – на странное видение смотрела.

А вихрь по комнате покружил, под стол залетел, книгу с пола поднял и давай ее подкидывать. Играл-играл, а потом вместе с ней и вылетел в еще незакрытую дверь.


– Азбука! – закричал Кузька и бросился к выходу.

Но на улице он уже ничего не увидел, только снег серебрился под светом луны.

– Пропала, пропала, – Кузька снова забежал в избу, забрался под стол и запричитал: – Украли, украли. Мою Азбуку любимую! Ах, что же мне теперь делать? Как без нее буду? А ведь нам всего одна буква осталась.

– Горе какое, – вторил ему Нафаня, – прямо из-под носа книгу увели!

Бабка Настасья закрыла дверь на крючок, подбросила в печь дровишек и села на табуретку. Ее напугал непонятно откуда налетевший вихрь, но так как ее горшки и половники остались целыми, она быстро перестала печалиться и уже через несколько минут попросила Анютку почитать ей что-нибудь про животных. Очень бабка Настасья любила такие книги.

А домовые под столом сидели хмурые и обиженные и все думали о том, что выпало на их долю. Но делать нечего – надо ужинать да спать ложиться.

Скоро легли все, лампу затушили. Только Кузька ворочался с бока на бок и все думал: «Беда-беда, огорчение. Какое мне, домовому, теперь учение? Самое главное забрали, последнюю букву выучить не дали».

Но сон одолел и Кузьку. Закрыл маленький домовенок глаза, решил, что утро вечера мудренее, и заснул.

Наутро, едва открыв глаза, Кузька сразу вспомнил, что за горе с ними приключилось, разбудил Нафаню и сказал:

– Нечего бока отлеживать. Это дело так не оставим. Разузнаем, кто это Азбуку нашу украл, найдем и накажем.

– Где ж ты его сейчас искать будешь? – спросил Нафаня. – Снега кругом, холод. Все дороги замело – не пройти, не проехать. Может, до лета подождем?

– Как бы не так, – покачал рыжей головой маленький домовенок, – ты, Нафаня, хоть и старше меня, да, видно, совсем не умнее. Если ждать, то потом вообще ищи-свищи. Надо сразу, по горячим следам. Сейчас по избам пойдем с домовыми советоваться, спрашивать-расспрашивать. Не может быть такого, чтобы никто не знал про этот странный воздуховорот. Найдется кто-нибудь, поведает нам, что это за напасть такая нападучая, воришка крадучая.

Кузька очень торопил Нафаню и даже не дал ему как следует позавтракать. Тот еще не успел чашку на стол поставить, а Кузька уже в валенках у порога стоял, Нафаню дожидался.

– Копуша ты, копуша. С места тебя не сдвинешь, – ворчал Кузька, – пошевеливайся, поторапливайся.

Пошли домовые по домам. Говорили со всеми домовыми, но никто им ничего объяснить не мог, никто про такое и не слыхивал. Осталась еще одна изба, где Кузька с Нафаней еще не были. Там самый старший домовой обитал.

Залезли друзья через трубу в дом, дверь им открывать не хотели. Пусто кругом. Печь не топлена, едой и не пахнет.

– Что же случилось? Отчего никто нас не встречает? – изумился Кузька.

– Так и не живет здесь никто, – предположил Нафаня, – слышь, какая тишина кругом, даже мышей не слышно.

Но тут из дальнего уголочка послышался храп. Несомненно, там кто-то был. Друзья подошли ближе и увидели домового в грязном кафтане. Он лежал, свернувшись в клубочек, и похрапывал.

– Проснись, очнись, – стал тормошить его Кузька.

Тот недовольно передернул плечами и собрался перевернуться на другой бок, но тут до него дошло, что к нему гости пожаловали.

– Что надо? – недовольно спросил домовой.

– Совета и помощи пришли искать, – сказал Кузька.

– Да, – сразу оживился тот. – Слушаю.

Кузька с Нафаней рассказали ему все, что видели, и спросили у грязненького домового, не знает ли он, кто мог украсть у них Азбуку.

– Ой, что-то припоминаю такое, – сморщил лоб домовой, – было дело, встречался я с этаким чудом. Вы даже не представляете, кто это.

– Кто?

– Это Смерч-Неуч. Есть такой. Он ужас как не любит тех, кто хочет чему-либо научиться. Просто терпеть не может и всячески им вредит. Видно, он и украл у вас книгу.

– Ужас какой, – протянул Нафаня.

– А не знаешь ли ты, где искать его? – спросил Кузька.

– Помнится мне, что живет он на краю земли, в забытой пещере. А край земли – это конец нашей деревеньки с той стороны, в которую никто ходить не решается, потому что там горы высокие и страшные. Говорят, много и народу там пропало, да и домовые не возвращались.

– Да, я слышал про эти горы, – заинтересовался Кузька.

– Вот там идите и ищите, спать мне не мешайте. Кстати, вы грамотные?

– Не совсем, – смутился Кузя. – До буквы «Ю» грамотные.

– С этим Смерчем-Неучем справиться можно, если только знания какие имеешь, читать, например, умеешь.

– Ладно, пойдем мы, – слегка огорчился Кузька, – ты хоть бы печь растопил, замерзнешь ведь.

– Я знаю, что делаю, – сказал хозяин этого странного дома, отвернулся и уже через минуту мирно захрапел.

Глава 3. РЕШЕНИЕ

– Ну что, – развел руками Кузька, когда друзья вышли на улицу, – делать нечего, придется нам идти в эти страшные горы и искать Смерч, забирать книгу.

Нафаня поежился от пробирающего холода.

– Может, все-таки подождем, – жалобно сказал он. – Куда мы сейчас пойдем? Кругом снег, дорог не видно, заблудиться можем.

– Нет, друг мой, Нафанюшка, надо. Если тебе не хочется, то я один пойду. Не могу я книгу свою оставить в беде. Она мне дорога. Ведь это твой подарочек. Да и как же мы можем начатое дело до конца не довести? Последняя буква осталась незнакомой.

– Незнакомой… – пробурчал Нафаня. – Одному тебе вообще нельзя. Не пущу тебя.

Друзья медленно пошли к дому. Солнце стояло высоко в небе, снег блестел и переливался. Из труб домов шел дымок, где-то в сараях мычали коровы, лаяли собаки. Жизнь шла своим чередом.

Домовые вернулись домой. Бабка Настасья уже щей горячих наварила, на стол собирала.

Кузька и Нафаня разделись, присели в уголке около натопленной печки и снова завели разговор.

– Я с собой палатку-самоделку возьму, чтобы ночевать в ней, – уже мечтал Кузька, – огниво – костер разжигать, еды наберу, веревок возьму.

– Ну ты и выдумщик! – перебил его Нафаня. – И как мы все это понесем?

– Так, значит, все-таки мы? Ты идешь со мной? – обрадовался маленький домовенок.

– Не брошу я тебя, так и знай. Вовек себе такого не прощу, – опустил глаза Нафаня.

– Как я рад, – воскликнул Кузька, – я так и знал! Ну теперь-то мы точно этого Смерча-Неуча одолеем.

– Ты особо не веселись, – повторил Нафаня, – ты мне скажи: как мы все это понесем?

– Мы с собой санки возьмем, – сообразил маленький домовенок, – и лыжи!

– Зачем лыжи? Я на лыжах не умею.

– Надо обязательно их взять. По снегу ходить без них трудно. Когда в гору лезть, там еще можно, но по ровной поверхности лучше на лыжах. А научиться нетрудно. Прямо сегодня и поучимся. У меня как раз две пары лыж в сараюшке без дела стоят-пропадают. Ух, как я люблю на них кататься! Сейчас перекусим и отправимся в лесок.

– Ox, ox, с тобой скучать не приходится. Это ж надо! В моем-то возрасте и на лыжах, – не мог успокоиться Нафаня, – меня же все домовые засмеют.

– Никто не засмеет. Еще и завидовать будут. Все! Решено! Сегодня у нас прогулка, а завтра идем в путь. Только надо еще раз обдумать, что с собой взять. У Анютки, кстати, книжка есть про путешественников, которые зимой путешествуют, мы там все картинки рассмотрим. Все будет хорошо, не переживай, – с воодушевлением говорил Кузька.

Но Нафаня все еще боялся-сомневался. Он вообще очень трудно мирился с различными приключениями. Не то, чтобы он совсем их не любил. Очень даже любил, но долго не мог решиться на них. Зато потом всегда оставался довольным.

Вспомнил домовой, как они с Кузькой ходили с Дремой бороться. Нафаня тогда тоже боялся, но потом так собой гордился и был благодарен Кузеньке, своему дружку, за то, что тот вытащил его. Именно тогда и подарили Кузьке Азбуку. С тех самых пор и стали мечтать друзья читать научиться. А тут вот такая оказия.

Бабка Настасья снова загремела тарелками. Домовые выглянули из-за печки и поняли, что пора спешить подкрепиться, а то ничего не останется.

Как всегда Кузька с Нафаней сели под столом, потихоньку таская с него лакомства.

– А говорят, что после еды надо некоторое время отдохнуть, – отвалившись от тарелки, довольно произнес Нафаня, – так что прогулка откладывается.

Тут маленький домовенок поперхнулся так, что даже раскашлялся.

– Ишь, чего придумал! Отдохнуть. Вот вернемся, и отдохнешь. Успеешь еще. И есть так много не надо было.

Кузька не мог терпеть и ждать. И Нафаня понял это, взглянув на него. Догадался он, что отнекиваться бесполезно – не поможет.

Друзья оделись потеплее и пошли в сарай за лыжами.

Сначала у Нафани ничего не получалось. Ноги у него разъезжались в противоположные стороны, и он постоянно падал. Но потом как-то все наладилось, и в конце прогулки домовые залезли на небольшую горочку и стали с нее кататься.

– Лучше бы я взял санки, – кричал от страха Нафаня, съезжая с горы, – а-а-а-а!

– Лучше да кабы, – вторил ему Кузенька и за компанию тоже кричал: – А-а-а-а!

Глава 4. ПАЛОЧКА-ВЫРУЧАЛОЧКА

Друзья решили выйти в путь к обеду. Они хорошо поели, еще разок проверили свои котомочки и, когда солнце набрало свою силу, двинулись в сторону страшных гор, куда никто не осмеливался не то что хаживать, но даже в ту сторону посматривать.

Шли домовые на лыжах и за собой санки с поклажей тянули. Старались идти быстро, но у Нафани с непривычки не получалось. Он весь взмок, передвигая ногами и стараясь сохранить равновесие. Кузька терпеливо смотрел на его мучения и верил, что скоро друг научится и дела пойдут гораздо лучше.

Горы стояли вдалеке и, казалось, совсем не приближались. От белого снега, который еще и на солнце блестел, слепило глаза. Нафаня в душе уже сто раз поругал себя, что согласился. Он хотел сказать Кузьке, что можно еще вернуться, но как только заглядывал в глаза дружка своего, сразу понимал – все его слова будут совершенно бесполезными.

– Давай отдохнем, – попросил Нафаня, в очередной раз плюхнувшись в сугроб.

– Вон у тех кустиков остановимся, – ответил маленький домовенок.

– Какие кустики? – удивился Нафаня.

– Ну вон, – Кузька показал рукой.

– Вон те палки, что ли? Это ты называешь кустиками?

Друзья в полном молчании добрались до кустиков. Сняли котомки, а сами сели на санки.

– А где дрова брать будем? – оглядевшись вокруг, спросил Нафаня.

– Можем этим кустиком воспользоваться, – предложил Кузька, – а потом, что по дороге найдем.

– Кустиком, кустиком, – ворчал Нафаня, – этим кустиком совсем не согреешься.

– Не ной, авось не замерзнем.

Кузька подошел к кусту и начал его ломать. Ветки гнулись, но не переламывались. Это очень огорчило маленького домовенка, и он уже чуть не плакал.

Вдруг прямо из-под снега вынырнул какой-то зверек. Он напоминал ежика – имел такие же иголки, только был совершенно белым. Кузька открыл рот от удивления да так и не смог его закрыть.

– Чего тут шумите? – спросил зверек, уставившись на непрошенных гостей.

– Мы? – зачем-то переспросил Кузька.

– Вы.

– Дрова ищем, – дрожа от холода, проворчал Нафаня.

– Ха-ха-ха, – засмеялся странный белый ежик, – дрова? Ха-ха-ха!

– Ты кто? – спросил маленький домовенок.

– Я-то? Я Ежик.

– А почему белый? Я знавал нескольких ежиков, но все они были обыкновенные – серые.

– Я не простой, я – морозоустойчивый Ежик. Мы все белые. Снега, зимы не боимся, а летом в спячку впадаем.

– Вот это да! – от души обрадовался Кузенька. – Вот диво дивное, белый морозоустойчивый еж! Мы очень рады встрече с вами. Мы домовые – Кузька и Нафаня.

– А чего вам дома не сидится? Или тоже морозоустойчивые? – спросил диковинный ежик.

– Горе у нас. Смерч-Неуч книгу украл. Спасать идем. Ты знаешь его? Слышал, может, что-нибудь?

– Конечно, – захихикал белый зверек, – в нашей стороне все его знают. Только никто с ним не водится, потому что он злой и жадный. А вы, похоже, смелые, раз решились пуститься по зиме в горы и без единого полена.

– Забыли, – развел руками домовенок.

– Ладно, сделаю вам костер.

Белый Ежик вытянул из кустов какую-то палку и стал ее разламывать. Она переломилась на две половины безо всякого труда. Одну часть ежик на снег положил, а вторая снова стала прежней, такого же размера. Зверек снова от нее половину отломил, та опять выросла. Так дровишки на костерок и собрались.

Обрадовались домовые, стали чай в котелке греть. Ежа белого плюшками-ватрушками угощать.

– Попробуй, какие, – протянул пирожок Кузька, – бабка моя, Настасья, пекла. А как печет – душу вкладывает, песни поет.

– Вкусно, – набил круглые щечки Ежик, – мастерица бабка твоя. Передай спасибо ей.

Поели, посидели. Надо дальше идти. Собрали домовые вещи свои, стали с Ежиком прощаться.

– Постойте. Вижу я, хорошие вы, добрые. Не могу допустить, чтобы замерзли в горах, пропали. Дам я вам подарочек, вот эту палочку-дровишку. Видели, как она дровишки ловко делает. Сколько от нее не отламывай, а все равно целой останется. Только не потеряйте ее.

– Ой, спасибо, – чуть не прослезился Кузька, – выручишь нас очень. А на обратном пути мы тебе палочку твою волшебную вернем. А то вы, белые ежи, хоть и морозоустойчивые, но и вам, наверное, греться надо.

– Можете не спешить. Мы не пропадем. Ладно, идите, вам до темноты к горе подойти надо. Лучше всего вон к тому ее краю. Там подниматься удобнее. Только будьте осторожны, в этих страшных горах много всяких страхов и вредностей. Сами-то не знаем, но слышали. Ой, чуть не забыл. У меня для вас особые чехлы на ваши валенки есть.

– Какие такие еще чехлы? – насторожился Нафаня.

– С колючками. Мы шкуру иногда меняем, у нас и остается. Когда на гору будете взбираться, оденете эти шкурки на валенки, и они не будут скользить. Очень удобно.

– Мы уж и не знаем, как и благодарить тебя, – развел руками Кузька. – Какой ты друг хороший оказался, спасибо тебе преогромное.

Глава 5. ЖЕЛТЫЕ ГЛАЗА ВОЛКОВ

Домовые торопились изо всех сил – ведь зимой темнеет гораздо раньше, чем летом, и к началу темноты поспели к подножию горы. Палатку-самоделку решили ставить в одном месте, которое было окружено стеной с трех сторон. Такой вот уголочек. Чтобы ветер не задувал.

Благодаря палочке-дровишке костер разожгли быстро и сели около него погреться. Сидели, смотрели в черное небо, на котором светились редкие звездочки. Наверное, их тучи закрывали. Но вскоре туча проплыла, и на небе показалась большая и круглая луна.

– Смотри, какая луна, – задрав голову, сказал Кузька, – мне кажется, что здесь она не такая, как у нас. Не пойму, в чем дело, но мне так кажется.

– Не разбираюсь я, – буркнул Нафаня, – устал и спать хочу. Мне сейчас не до луны.

– За костром надо бы последить.

– Зачем? Будем спать в палатке, а утром снова разведем.

Домовые забрались в свой новый домик, свернулись там калачиком, прижались друг к другу и заснули.

Кузька проснулся от того, что ему показалось, будто кто-то негромко подвывает. Он открыл глаза и начал вглядываться в темноту. Нафаня сопел рядом, а больше никаких посторонних звуков.

Только маленький домовенок снова улегся, как тут же услышал страшный вой. На этот раз и Нафаня проснулся.

– Что это? – спросил он. – У меня мурашки по спине побежали. Страшно.

– Тихо, не шуми. Мне кажется, что это волки воют. У нас за деревней тоже иногда такой вой слышно, – прошептал Кузька и поднялся.

– Я боюсь.

– Надо снова костер развести, они огня боятся.

Кузька откинул полог палатки и выглянул наружу. Луна передвинулась немного в другую сторону. Она бросала свой свет на снег, поэтому было не особенно темно.

Домовенок разжег костер. Свет от него осветил то место, где они находились, зато вокруг стало почти ничего не видно.

Нафаня, стуча зубами, тоже вылез из палатки.

– Ой, смотри! – крикнул он другу. – Там огни какие-то.

Кузька посмотрел в сторону, куда показывал Нафаня, и действительно увидел там желтые небольшие огни.

– Это волки, – с уверенностью сказал Кузька, – эти огни – их глаза.

– Они нас слопают?

– Не дадимся, будем бороться.

– Как?

– Не знаю, – ответил маленький домовенок.

– Может, им остатки пирога дать, чтобы они на нас не заглядывались?

– Этим их не подкупишь, – сказал Кузька. – Знаешь, сколько надо пирогов, чтобы накормить голодных волков! Да еще и неизвестно, станут ли они их есть.

Тут волки снова завыли, и домовые от страха прижались друг к другу. Желтые глаза стали приближаться.

– Хватай палки из огня, будем ими защищаться, – сказал Кузька, первый подошел к костру и вытащил из него горящую палку.

То же самое сделал и Нафаня. Домовые стали размахивать палками, на концах которых сверкал огонь.

Волки замерли, уставившись на это необычное зрелище. Им никогда еще не приходилось видеть, чтобы в воздухе носились такие искры.

А друзья, заметив, что их выдумка подействовала, с удвоенной энергией стали размахи вать огнем и устроили настоящий фейерверк

– Как мне это нравится! – радостно кричал Кузька. – Как здорово! Надо будет нашим такое показать. Вот уж обрадуются!

– И глаза желтые удаляются, – поддакивал Нафаня. – У нас получилось! Мы их победили!

– Ура!

Друзья так радовались маленькой победе, что совсем забыли о времени. Ведь была глубокая ночь, а им надо было хорошенько выспаться перед трудной дорогой.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю