Текст книги "Кошачий патруль"

Автор книги: Галина Куликова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Кудесников решил, что тетка не только выглядит, но и разговаривает как героиня телесериалов.

– Зайдем с другой стороны, – предложил он и обратился к Тамаре: – Вы хотели ехать к Андрею Ивановичу на работу.

– Предварительно я ему позвонила. В бухгалтерию. Мне сказали, что он отъехал по делам. Мобильный оказался бесполезен – Андрей был вне зоны доступа. Я долго слонялась вокруг офиса его фирмы, а потом несолоно хлебавши отправилась к Маришке на свидание. Она наверняка там с ума сходила. И я очень расстроилась и разнервничалась, когда Маришки на месте не оказалось, – призналась Тамара. – В голову полезли всякие мысли...

– Я бы никогда... – всхлипнула Марина. – ...ничего с собой не сделала!

– Мы знаем, знаем, милая, – нежно сказал Елагин и тотчас стушевался, поймав на лету пронизывающий взгляд Кудесникова.

«Да, этот Елагин тот еще персонаж!» – думал сыщик. Какова его роль во всем этом деле – еще предстояло выяснить. Не так-то просто придется. Выуживать информацию из мужиков, которые считают, что все вокруг движется по однажды установленному порядку, чрезвычайно трудно. Они раздражаются по пустякам и всякий личный вопрос считают завуалированным обвинением.

– В конце концов, – продолжала Тамара, – я догадалась, где она, и побежала по бульвару вниз. Там ее и обнаружила. Мы отправились сюда, решив перенести встречу с Андреем на вечер. А потом раздался звонок. Нам позвонили из милиции и сказали, что... Что Андрей умер в метро.

Узнав, на какой станции это случилось, сыщик сразу задал нужный вопрос:

– А что там, на этой станции? Кто-нибудь знает, куда Андрей Иванович мог ехать?

В комнате внезапно повисла такая тишина, что стало слышно, как на кухне кот шуршит целлофаном. Вероятно, он нашел что-то вкусное и решил не ждать милости от людей. Промышлять по чужим кухням Мерс начал недавно, когда по требованию ветеринара Кудесников перевел его на низкокалорийный корм.

– Ну... кхм... – откашлялся в кулак Елагин. Его взгляд заметался по сторонам, словно искал, за что зацепиться. Все же друг семьи превозмог себя и встретился с сыщиком глазами. – Там неподалеку моя квартира. В пяти минутах ходьбы.

– Отлично, – подхватил Кудесников. – Значит, можно предположить, что Андрей Иванович направлялся к вам. И что вы имеете прямое отношение к намечавшемуся разводу. Наверняка он хотел спросить у вас о своей жене.

– Ну что вы такое говорите, Арсений! – неожиданно возмутилась Тамара. – Стас тут совершенно ни при чем!

– Вот и милиция так думает, – подхватила Фаина, затушив сигарету в пепельнице, стоявшей на подоконнике между горшками с кактусами. – Что Стас тут совершенно ни при чем.

– Кстати, а что же на самом деле думает милиция? – спросил Кудесников. И хотел спросить что-то еще, но Фаина его перебила:

– Мне кажется, ваш кот открыл холодильник.

– Ну что вы! Впрочем... Кто его знает? Иногда я сам удивляюсь его фантазиям.

– Думаю, нужно посмотреть. – Она поднялась со стула и двинулась на кухню, бросив через плечо: – Может быть, стоит его приструнить?

Поняв намек, Арсений отправился вслед за ней. Мерс сидел на полу и с удовольствием ел сардельку, для удобства наступив лапой на привязанную к ней веревочку. Холодильник был закрыт, никаких разорванных пакетов вокруг не наблюдалось, и где паршивец добыл эту самую сардельку, было совершенно непонятно.

– Я просто вынуждена выдать вам одну страшную семейную тайну, – трагическим шепотом сказала Фаина, приблизив к Кудесникову ярко накрашенное лицо. Над верхней губой у нее блестели капельки пота.

– Пожалуй, я уже знаю эту тайну, – не смог сдержаться Арсений. – Стас Елагин прежде ухаживал за Тамарой, а потом переключился на ее сестру.

– Кто вам сказал? – сердито спросила Фаина. Она хотела, чтобы для сыщика новость стала открытием.

– Я догадался. Не нужно быть семи пядей во лбу. Все трое напряжены и взвинчены. И в этом виновата не только смерть Папаскина.

– Все трое страдают из-за этой двусмысленной ситуации, – дернула плечом Фаина. – У Тамары уязвленное самолюбие, Марина испытывает чувство вины, а Стас разрывается между своей любовью и чувством долга.

– Какого такого долга?

– Если мужчина разлюбил женщину, – назидательно сказала Фаина, – он должен ей... Что, как вы полагаете?

– Коробку шоколадных конфет, – без промедления ответил черствый Арсений. – Послушайте, сейчас не время решать философские вопросы. Лучше просветите меня относительно того, что такого случилось в последнее время в этом любовном... квадрате.

– Почему квадрате?

– Одна из вершин – муж, подозревавший, что он обманут.

– Чтобы Маришка изменила мужу? Ха. Это совершенно невозможно. Когда она врет, немедленно краснеет. С детства даже самая невинная ложь ей не дается. Жаль, следователи не в курсе дела. Иначе не мучили бы ее. А уж Папаскин-то точно знал про эту особенность своей жены. Понятия не имею, зачем он отправился к Стасу домой.

– Это лишь предположение, – напомнил Кудесников. – Точно мы пока не можем сказать, как Андрей Иванович оказался на той станции. Зачем и почему.

Звонок в дверь прервал его рассуждения.

– Наверняка милиция! – пискнула в комнате Марина.

– Спокойствие, дамы, – громовым голосом возвестил сыщик. – Вы забыли, что мы ожидаем прибытия Белкина.

Он сам отправился в коридор, перешагнув через кота, который растянулся на полу и играл веревочкой от сардельки.

На пороге действительно стоял Белкин. У него был убитый вид, и челка свисала на лоб как-то особо печально.

– Здрась... – бормотнул он, переступив порог.

– Привет, привет, – вполголоса ответил Арсений. – Тебя тут ждут, знаешь ли. Марина при всех сообщила, что ты ее успокаиваешь. Нормально?

Щеки Белкина немедленно покрылись нежным младенческим румянцем, а зрачки, казалось, совершили полный оборот вокруг носа.

– Пришел как раз вовремя, – не дожидаясь ответа, продолжал Кудесников. – Рассказчики как раз дошли до кульминационного момента. Убийства.

Он завел напарника в комнату, поздоровался вместо него с присутствующими и загнал в кресло, стоявшее в самом углу. В течение последующего разговора он и сам заметил, что Марина постоянно оборачивается и смотрит на Белкина. Это было так странно... Вот если бы она оборачивалась и смотрела на него, он бы не удивился. Привык к женскому вниманию. Белкин же как мужчина стоил немногого. Впрочем, может быть, он к нему несправедлив? Одевается этот тип в дорогие шмотки и, несмотря на то что часто попадает впросак, держится довольно неплохо.

– Так что произошло с Андреем Ивановичем на вашей, Стас, станции метро?

– Она не только моя, – резонно возразил тот, ерзая на диване. – Там еще сто тысяч человек выходят. Смеетесь вы, что ли?

– В милиции сказали, Андрюша принял огромную дозу гормонального препарата. У него началась страшная аритмия. Его успели доставить в больницу, но помочь не смогли. Лишь определили, чем он отравился. Оказалось – уже поздно...

– Этот препарат был ему прописан?

– Нет, что вы! Андрюша вообще не пил лекарств.

– Это была дурацкая фобия, – раздраженно вставила Тамара. – Я с ответственностью вам это говорю. Иногда просто необходимо задавить болезнь в зародыше. Так нет – он ни за что не соглашался даже на самую безобидную таблетку! Сколько я с ним билась!

– А вы что, врач? – поинтересовался Кудесников.

– Нет, я не врач, я редактор,– сердито ответила та. – И еще – просто разумная женщина. Маришка с мужем вообще спорить не могла, вот мне иногда и приходилось вмешиваться.

– А что вы можете сказать про этот самый препарат, который послужил причиной смерти? – обратился Кудесников ко всем сразу.

Однако ответила ему снова Тамара. К настоящему моменту уже стало понятно, что она дама не промах.

– Он продается без рецепта, но как и многие другие препараты, в больших количествах может стать смертельным ядом. Особенно для человека со слабой сердечно-сосудистой системой.

– А что, Андрей Иванович лечил сердце?

– Ему нужно было лечить сердце, а он все мальчика из себя изображал! – продолжала выговаривать покойнику Тамара. – Прости, Мариш, но разве мало я сил положила на его уговоры?

– Уб-уб-уб... Убийство, – напомнил из своего угла Белкин.

Он сидел прямо, не касаясь спинки кресла, и руки держал скрещенными на животе. Поза, прямо скажем, не слишком удобная. Кудесников про себя решил, что Белкин объелся пончиков.

– При себе у Андрюши ничего не нашли, никаких лекарств. Врачи говорят, что таблетки он проглотил вместе с кофе.

– Вероятно, перед тем, как спустился в метро? – уточнил Арсений.

– Это невозможно, – тотчас заметила Тамара. – Мы с Маришкой консультировались у знакомого врача. Реакция следует очень быстро. Он должен был выпить смертельную дозу прямо там, на станции. Иначе и быть не может.

– У нас что, в метро теперь продают кофе? – поинтересовалась Фаина и, заметив, какими глазами все на нее смотрят, высокомерно объяснила: – Я же передвигаюсь на машине. Сто лет не спускалась в этот... подземный ад.

Выдав богатую метафору, Фаина достала из пачки очередную сигарету и прикурила. Кудесников давно уже ломал голову над тем, почему Тамара назвала тетку надеждой и опорой. Скорее всего, она просто повторила ее собственные слова. На самом деле от надежды и опоры было мало толку. Больше всего вокруг Марины кружил Стас Елагин. Проявлял заботу, поддерживал, успокаивал. Несмотря на это, она постоянно поворачивала голову и бросала тревожный взгляд на Белкина, явно проверяя, на месте ли он. Арсения это страшно озадачивало. Несколько раз он пытался посмотреть на напарника другими глазами и оценить его мужскую привлекательность. В конце концов он на это дело плюнул, решив, что на месте женщины был бы безоговорочно разочарован.

– Итак, – вернулся он к главной теме дня, – милиция немедленно взялась за Марину. Что вполне естественно.

– Они выяснили, что муж незадолго до своей кончины потребовал развода, – мрачно сказала Тамара, в очередной раз засунув прядь за ухо. Прядь уже лоснилась от постоянного разглаживания и выглядела ненатурально.

– Откуда?

– Так она сама сказала! – с иронией обронила любезная тетка, ткнув сигаретой в сторону безутешной племянницы.

– И у нее не было алиби, как я понимаю, – вздохнул Кудесников. – Вашего мужа убивали, пока вы бегали по бульвару от памятника к памятнику.

– Ну откуда они могли знать! – неожиданно вмешался Стас Елагин.

Кудесников промолчал, хотя мог бы возразить, что две умные сестры вполне могли прикончить одного доверчивого бухгалтера. У Марины был мотив, а Тамара ей помогала.

– Они заставили меня дать подписку о невыезде, – созналась Марина, выпятив губу. Так она, видно, пыталась остановить очередной поток слез.

– Да? – нейтральным тоном пробормотал Кудесников.

– Маришка такого дурака сваляла! – снова вмешалась Тамара. – Сюда пришел какой-то тип – не то оперативник, не то дознаватель – кто их там разберет. И пока вел беседу, бродил мимо книжного шкафа. Достал с полки медицинский справочник, открыл на той странице, где торчала закладка, и нашел описание действия того самого препарата... Да там еще все подчеркнуто. Не то чтобы улика, но...

– Это незаконно! – первым возмутился Стас Елагин. Было заметно, что он волнуется и нервничает.

– Он у меня разрешения спросил, – простонала Марина. – Я и разрешила! Я этот справочник никогда в глаза не видела! Чего мне было опасаться?

– Откуда же он взялся? – гнул свое Стас. – Книги сами в дом не приходят, Маришенька.

Поскольку никто не собирался отвечать, Арсений подал голос:

– Во-первых, его мог принести Андрей Иванович. Во-вторых, если я не ошибаюсь, замок на входной двери квартиры недавно был взломан? И вы сказали, что ничего из дому не пропало, верно? Так, может быть, что-то, наоборот, появилось, а?

– Кто-то принес сюда этот самый справочник и спрятал среди других книг?

– Убийца, – будничным тоном ответил Кудесников. – Кто же еще? Если бы милиция не нашла справочник случайно, следователь наверняка получил бы анонимный звонок или записку. Выходит, все это было спланировано заранее. Вашего мужа действительно убили.

– Арсений, и что же мне теперь делать? – спросила Марина испуганным тоном.

Неожиданно из угла комнаты раздался голос забытого Белкина.

– М-мы най-най-найдем уб-убийцу! – заявил он, вскочив на ноги.

От его пафоса у Кудесникова свело скулы. Он хотел припечатать напарничка вопросом: «А где ты был, когда убивали Папаскина? Пончики жрал? Должен был глаз с него не спускать!» Однако увидел, с какой надеждой поглядела на Белкина Марина, и сдержал свой порыв.

– Вот с чего мы начнем, – сказал он вместо этого. – Дадим от имени вдовы объявление в газетах следующего содержания: «Такого-то числа в такое-то время на такой-то станции метро мужчина почувствовал себя плохо. Вызванные врачи отвезли его в больницу. Свидетелей данного происшествия просьба связаться с Мариной Папаскиной. Телефон прилагается. За полезные сведения вознаграждение гарантируется».

Что в имени тебе моем?
Безумства храбрых.
Дела пахнут керосином

– Значит, ты его просто потерял из виду? – в десятый раз спрашивал Кудесников, посыпая омлет луком.

– Д-да, – подтвердил Белкин, следя за его действиями примерно как Мерседес, сильно оживлявшийся в те минуты, когда мыли его миску, чтобы наложить в нее очередную порцию еды.

Вообще-то Белкин сразу предложил свою помощь на кухне, заверив хозяина, что готовит отменно, но тот ему не поверил и лично взбил в миске яйца с молоком.

– То есть ты думал, что Папаскин в офисе, и поэтому все утро болтался поблизости? И в час дня тоже? А он в это время уже ехал в метро на роковую встречу.

– Д-да, – снова подтвердил тот и, схватив вилку, взял ее наизготовку.

Он все время хотел есть, и в этом они с котом были очень схожи. Правда, кот жил здесь на полном пансионе, а Белкин обещал покупать продукты. Если ему на время расследования позволят остаться здесь. Кудесников еще не решил, позволит или не позволит. Но еще на одну ночевку дал «добро».

– Слушай, а ты был женат? – набрался наглости и спросил он.

– Н-нет, – быстро ответил Белкин, принимаясь за еду.

От омлета шел душистый пар, и прежде чем положить кусок в рот, он накалывал его на вилку и вдумчиво обнюхивал.

– Ну, а девушка у тебя хотя бы была когда-нибудь?

– Д-да.

– А как ее звали?

– Ан-Ан-Ан... – Он попытался еще раз, но у него ничего не вышло.

– Андромаха? – предположил Арсений.

– Т-тося, – решил укоротить имя возлюбленной Белкин. – Он-на сбеж-сбеж-сбеж... Сбежала с пар-пар-пар...

– С парикмахером? – снова встрял Кудесников, которому даже нравилась эта игра в угадайку. – С пародистом? Нет? С кем же, черт возьми... С парковщиком? С партизанами?!

– С пар-парнем из ее группы в ин-ин-институте, – отмел его догадку Белкин.

– Круто. Значит, Тося. Ну да. Антонина – это Тося. Конечно.

Кудесников проснулся среди ночи в холодном поту. Протянул руку и хлопнул по клавише выключателя. Вспыхнул свет. Тогда он свесил ноги с кровати и схватил себя за волосы.

– Белкин! – громко позвал он.

Белкин, который спал все на том же диванчике, немедленно принял вертикальное положение. Двумя руками он держался за край одеяла. Всклокоченный, он всегда делался похожим на сову. Вероятно, у него была такая совиная стрижка, которая разлохмачивалась совершенно определенным образом.

– Ч-чего? – испуганно спросил он, хлопая ресницами.

– Белкин, я дурак! – воскликнул Арсений, который обзывал себя при людях только в самых крайних случаях. – Твоя невеста Тося на самом деле Антонина, верно? А жена Стручкова Анастасия вполне может быть... Асей! Мы должны срочно это проверить. Срочно! Конечно, я могу ошибаться, но нюх подсказывает мне, что это не так. Завтра с утра ты отправишься в ту компанию, где работал Стручков...

– К-кто это? – удивленно спросил Белкин, пошевелив пальцами на ногах. Пальцы были короткие и кривые. Все у этого типа было каким-то не таким, как положено.

– Черт, я же тебе рассказывал! У меня есть еще одна клиентка, Рита. Возле ее дома на столбе повесили мужчину по фамилии Стручков. И все бы вроде ничего, но жена этого Стручкова исчезла. Говорят, ее и милиция не может найти. Так вот, зовут эту даму Анастасия. По слухам, она – красавица. А еще у нас есть снимки той самой красавицы-блондинки, которая вела какие-то дела вместе с Папаскиным. Ты фотографировал ее на презентации альбома Ариадны «Нить».

– Н-ну?

– Эту женщину зовут как? Ася. Может, это одна и та же женщина?

– П-почему? – продолжал допытываться Белкин.

Кудесников взъерошил волосы и махнул рукой:

– А черт его знает. Интуиция. Я завтра позвоню Петренко, начальнику той фирмы, где работал Стручков, и скажу, что приедет мой помощник. То есть ты. Я бы и сам поехал, но, понимаешь, у меня с утра мероприятие.

Итак, утром Белкин один отправился на задание – в компанию, где работал Стручков. Фотографии Папаскина и прелестной блондинки он взял с собой. Кудесников в самом деле предупредил директора по телефону, что приедет некий человек и покажет ему фотографии. Директор должен всего лишь опознать на них женщину. Или не опознать – как получится.

Директор взволновался. Он был уверен, что Кудесников причастен к официальному расследованию, а всякое внимание со стороны властных структур напугает кого угодно. Поэтому он ждал помощника с нетерпением и тревогой. Он даже отложил совещание. Белкин явился довольно быстро, пожал Петренко руку и, сопя, веером разложил перед ним снимки.

– Уз-уз-узнаете кого-ниб-нибудь? – спросил он, перетаптываясь от нетерпения.

Петренко лег грудью на стол и уставился на фотографии. Потом быстро перебрал их одну за другой и ткнул сильным пальцем в прелестную блондинку, сопровождавшую Папаскина на вечеринке.

– Это она.

– К-кто? – уточнил Белкин, глядя не то на Петренко, не то в окно.

– Анастасия Андреевна. Жена Гены. Ну, Геннадия Стручкова. Я про нее вашему товарищу рассказывал. Говорят, ее найти не могут, это правда?

– П-правда, – на всякий случай согласился Белкин, который очень не хотел ляпнуть что-нибудь не то и испортить Кудесникову игру.

Он собрал фотографии, скупо поблагодарил Петренко и двинулся к выходу. Покинув прохладный кабинет, где работал кондиционер, и попав в душный коридор, он мгновенно облился потом и встряхнул на себе рубашку, чтобы впустить под нее немного воздуха. Это не помогло, и тогда Белкин принялся расстегивать пуговицы, потому что жару он не любил и ненавидел ходить в потной одежде.

Именно в этот самый момент в коридоре появилась женщина. Высокая и стройная, она шла навстречу Белкину изящной походкой. Лицо ее скрывали солнечные очки, а волосы были повязаны желтой косынкой.

Белкин во второй раз облился потом. К женщинам он относился уважительно, и показывать незнакомкам свое голое брюхо считал некрасивым. Он начал судорожно приводить одежду в порядок, но, разумеется, не преуспел и боком проскользнул мимо незнакомки к выходу. На него повеяло ароматом розовых лепестков – нежным и сладостным. И как это представительницы прекрасного пола ухитряются не потеть в такую погоду?

Выкатившись за ворота компании, Белкин продолжал ругать себя за то, что поддался порыву и обнажил живот в столь официальном месте. Увлекшись, он начал разговаривать сам с собой и размахивать руками, пытаясь найти аргументы, извиняющие его недостойное поведение. Через некоторое время краем глаза он заметил какое-то движение слева. Повернул голову и обмер. Рядом с ним по шоссе медленно ехала милицейская машина.

Из окна на Белкина угрюмо смотрел страж порядка, занимавший пассажирское сиденье. Как только Белкин обратил на него внимание, машина немедленно остановилась и милиционер выбрался наружу. Попросил предъявить документы. Несчастному пришлось долго объяснять, что он в полном порядке, а его бурная жестикуляция – всего лишь реакция на кое-какие важные события.

На звонки по мобильному телефону Белкин, по понятным причинам, некоторое время не отвечал. Кудесников, который ехал на задание, долго чертыхался, а потом перезвонил Петренко.

– Да, на фотографиях, безусловно, Анастасия Стручкова, – подтвердил директор. – Кстати, она появилась в офисе, как раз когда ваш человек уходил. Нет, он ее не задержал. Даже не знаю почему. Наверное, не узнал. Она в солнечных очках была. Чего она хотела? Не представляю себе... Я сразу заявил, что ее милиция ищет в связи, значит, с насильственной смертью супруга, а она, значит, подхватилась и сразу ушла. Сказала, что обстоятельства изменились и она мне, значит, потом позвонит. Не мог же я силой ее держать?

«Ну, я разберусь с ним вечером», – подумал Кудесников и тут же поймал себя на мысли, что испытывать к Белкину негативные чувства очень сложно. Несмотря на всю дурость напарника, он ему совершенно точно нравился. Кроме того, от Белкина была ощутимая польза – он покупал в дом продукты и, когда ему позволяли, с удовольствием готовил сложные блюда. Обязательно с соусом. Учуяв этот соус, Мерседес несся на кухню со всех лап. Чаще всего, несмотря на диету, ему давали вылизать тарелки.