355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Фрида Митчелл » Забудем прошлое » Текст книги (страница 7)
Забудем прошлое
  • Текст добавлен: 29 сентября 2016, 03:00

Текст книги "Забудем прошлое"


Автор книги: Фрида Митчелл



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

– Прекрасно, – ответил кому-то Арчи. – Если этот тип появится на горизонте, постарайтесь, чтобы он не заметил наблюдения.

Мэгги словно очнулась, вспомнив, что вторгшийся в ее дом человек действительно находится при исполнении. Он не просто торчал здесь, подобно няньке, а старался предугадать все возможные варианты развития событий. Варианты ее защиты и безопасности. Но разве она, пытаясь показать, что и сама сильная и может отстоять собственную жизнь, осложняет ему работу? Этому человеку, вероятно, было бы проще охранять ее в другом, безопасном доме, но она не согласилась перебраться туда и этим создала новые проблемы.

– О'кей, позвони мне сразу же. Хорошо. – Арчи положил трубку, выключил определитель и повернулся к Мэгги.

Какие бы доводы он ни приводил, споря, это происходило не от отсутствия желания пойти ей навстречу. Мэгги вспомнила, как он разговаривал по телефону: сосредоточенно, полностью погрузившись в дела и заботы. Скорее всего, подумала она, это и была основная причина его отступления. Как он смог бы любить меня, прислушиваясь к каждому шороху за дверью?

Агент Браун находится на задании и не производит впечатления человека половинчатых действий. Мэгги видела это по его глазам. Он принимал все или ничего. Хотя он и утверждает, что нет ничего абсолютно белого или абсолютно черного, между ними лежит множество прочих оттенков серого цвета. Да, если бы они сегодня были вместе, то все приобрело бы беспросветный серый цвет.

– Я собираюсь лечь спать, – тихо сказала Мэгги и направилась в спальню.

Она не попросила присоединиться к ней, хотя до боли хотела бы ощутить тепло рук Арчи, вкус его поцелуев, изгоняющих тьму и страх.

Стоя под душем, она размышляла о своем бесстыдном поведении сегодняшним вечером. Ее так сильно влекло к Арчи, что нескромные мысли возникали сами собой. Вытираясь махровой простыней, Мэгги раздумывала: огорчена ли она его отказом? Она оделась в голубой атласный пеньюар и развязала ленту, освободив волосы. В комнате стояла невыносимая жара. Мэгги подошла к окну и просунула руку за занавески, чтобы открыть задвижку, и… словно все черти вырвались на свободу.

Выключив свет внизу, перепроверив запоры и сигнализацию на окнах и дверях, Арчи отправился в свою комнату. Сняв туфли, носки, ослабив пояс и расстегнув рубашку, он вдруг услышал резкий сигнал тревоги.

Меньше чем через секунду, схватив пистолет, он выбежал из комнаты в холл. Арчи не остановился, чтобы определить, откуда идет звук. Им владела одна мысль: что с Мэгги?

Одним прыжком Арчи миновал коридор, распахнул дверь в ее комнату и, держа пистолет наготове, обшарил спальню глазами по периметру. Мэгги замерла у окна, ее рука закрывала рот, будто это могло сдержать наполняющий дом рев. Она была не вооружена, никто не держал ее на мушке. Но сигнал тревоги продолжал звучать.

– Что тут, черт побери, происходит? – заорал Арчи, силясь перекрыть какофонию.

Глаза Мэгги вспыхнули с облегчением, и она сделала шаг вперед.

– Я не хотела… – выдавила она виновато, как нашкодивший ребенок.

Арчи опустил ствол, быстро пересек комнату, отключил сигнализацию. Шум оборвался так же резко, как и начался.

– Почему ты не отключила эту чертову сирену? – рявкнул Арчи.

– Потому что ты не сказал мне, как…

– Даже ребенок мог бы догадаться, – не сдержал он грубости в голосе и тут же покраснел: ведь он ничего не объяснил этой бедолаге, поскольку был поглощен страстным влечением к ней. Ну хорошо, сейчас все растолкую, решил он и начал, с каждым словом заводясь все больше и больше: – Сигнализация установлена на каждом окне. Ее можно отключить, нажав на белую кнопку. Чтобы выключить подслушивающее устройство, надо поднять крышку прибора и дождаться зеленого огонька. Поняла, черт возьми?! Агенты, ведущие наружное наблюдение, рассредоточены вокруг дома на расстоянии пяти минут ходьбы друг от друга. Сотрудники ФБР, работающие во всех больших аэропортах страны, имеют фотографию преступника. Снимками Уоттера и соответственными указаниями на его счет снабжены все полицейские участки штата Колорадо. Твоя идиотка-подруга уже съела свой ужин и легла спать, а мне чертовски надоело, что ты вымещаешь злость к своему бывшему мужу на мне! – уже невпопад брюзжал Арчи.

В запале он даже не сообразил, что своей филиппикой обижает Мэгги. Арчи понял это только тогда, когда увидел удивление в ее глазах. Но она не отступила, подумал Арчи с некоторым восхищением. Как обычно, Мэгги не показала, что боится.

Едва взглянув на нее, стоящую с гордо поднятым подбородком, в облегающем прекрасное тело синем атласном халате, оттенявшем голубые глаза и волосы, упавшие черным облаком на плечи, Арчи перестал сердиться. Поднеся руку ко лбу, он потер его в надежде разобраться, на что же в действительности разозлился. На себя самого, понял он. За то, что нестерпимо желал Мэгги, за то, что брел за ней в мыслях, словно лунатик, за то, что его реакция на сигнал тревоги была реакцией самца, а не агента ФБР.

– Вряд ли ты сможешь стереть свой хмурый взгляд рукой, – усмехнулась Мэгги.

Арчи смущенно опустил руку. Он не мог взглянуть на Мэгги, не мог позволить ей понять, что только сейчас пришел в себя. И он уставился на висящий над кроватью пейзаж дикого юго-восточного побережья страны, довольно удачный: выражающий одиночество и силу – все то, что было в самой Мэгги. Его взгляд упал на ночной столик, на лежащий там наготове пистолет тридцать восьмого калибра, который был лучшим партнером ночью. Арчи подошел к телефону и набрал номер первого наружного поста.

– Это Браун. Все нормально. Я случайно задел окно.

Он не знал, зачем ему понадобилось брать вину за ложную тревогу на себя, не захотел анализировать причину. Это было скорее извинение перед Мэгги за грубость по отношению к ней. Арчи положил трубку и, не поворачиваясь, чтобы не встретиться с Мэгги глазами, пробормотал:

– Извини меня.

– А ты извини, что я по незнанию включила сигнал тревоги, – ответила Мэгги слегка дрожащим голосом.

Арчи посмотрел на нее. К его удивлению, эта дрожь была не от слез и не от реакции на его гнев. Мэгги пыталась сдержать улыбку, закусив губу.

– Почему ты… – начал он, непроизвольно сокращая разделяющее их пространство и беря ее за руку.

И это было ошибкой. Арчи не следовало касаться ее, потому что теперь он не был уверен, что сможет остановиться.

Рот Мэгги приоткрылся – сладкий, манящий, многообещающий. Ее глаза расширились и словно загорелись голубым огнем. Арчи почувствовал, будто его обжигает своими светилами Вселенная. Казалось, в его душе рухнула какая-то преграда.

– Я не могу притворяться, Мэгги, – срывающимся голосом прохрипел он.

– И я не могу, – прошептала Мэгги.

Чувствуя, что совершает самую большую ошибку в жизни, и осознавая в то же время, что эта ошибка стоит того, чтобы из-за нее рисковать жизнью, Арчи склонился к лицу Мэгги.

Мэгги закрыла глаза, когда его теплые губы, нежно касаясь, затрепетали около ее губ. Легкий поцелуй огнем пронзил все ее тело, руки и ноги стали ватными. Арчи сказал, что не умеет притворяться, и Мэгги сначала не поняла, о чем свидетельствовали эти слова: о победе или о поражении в той борьбе, которую он вел сам с собой. Она лишь почувствовала, что стала понимать его гораздо лучше после сегодняшнего вечера, после его шуток и смеха, после его болезненного внутреннего противоборства. Она перестала видеть в нем рыцаря в сверкающих доспехах. Перед ней был просто человек, сильный, но со своими слабостями.

Он тоже от чего-то убегал. Арчи был ранимой натурой и эта ранимость – следствие его нелегкого детства. Он нуждается в тишине и покое, в дружбе, в возможности разделить с кем-то вечер, перед тем как окунуться в ночные кошмары.

Мэгги поцеловала его в ответ, не желая ничего другого, кроме этого нежного, сладкого прикосновения. Она прильнула к нему, чувствуя, что этот момент послан ей судьбой. Их встреча и все, что должно затем последовать, были предначертаны божьей волей. Или злым роком…

– Ах, Мэгги…

Он произнес ее имя, как молитву или как обещание. От одного только его голоса на глазах у нее появились слезы.

– Я никогда никого не хотел так сильно, как тебя.

Признание немного испугало и насторожило Мэгги. Неужели это правда? Но то, что она увидела в его взгляде, успокоило ее, развеяло страхи и сняло напряжение.

– Да, Арчи, да, да… – простонала она в ответ, словно он задал сакраментальный вопрос.

Он прижал ее к себе так, что их бедра соприкоснулись, и она смогла почувствовать всю силу желания Арчи, его страсти. Целуя Мэгги, он побуждал ее к ответному поцелую, разжигая в ней безумие. Сегодня вечером Мэгги почувствовала, что снова живет. Эта жажда общения, близости и означает: она жива, жизнь продолжается. Она положила руку на грудь Арчи и почувствовала под пальцами биение его сердца. Арчи скопировал ее движение, и Мэгги поняла, что он тоже чувствует, как колотится ее сердце под его теплой ладонью.

Нежно, боясь обидеть неосторожным движением, он положил Мэгги на постель. Арчи не торопился, но и не казался медлительным в своих действиях. Его руки касались лица Мэгги, играли с ее волосами, мимолетно дотрагивались до желанной груди, опаляя тело прикосновениями. Мэгги казалось, что его рука была магнитом, а ее тело – чистым железом, не отпускающим от себя другое намагниченное тело. Арчи доставил Мэгги еще большее удовольствие, освободив ее от одежды, и губами продолжив свои ласки.

– Боже мой! – простонал он. – Во всем мире нет женщины прекраснее тебя!

Мэгги смотрела на него затуманенными от страсти глазами. Арчи касался ее тела будто скульптор, лепящий шедевр, которым будут восхищаться потомки. Он поглаживал, ласкал, щекотал и дразнил ее, и Мэгги казалось, что по ее плоти разливается огненная жидкость.

– Пожалуйста, ну же… – пробормотала она, и ее руки умоляюще потянулись к нему.

Он так много хотел бы дать ей, а у него так мало времени – только ночь, одна счастливая ночь. Завтрашний день, возможно, принесет сожаление, напряженность и, весьма вероятно, встречу с Джеком Уоттером. А потом, так или иначе, придется покинуть этот дом.

Поэтому сегодня ночью он должен воплотить в жизнь каждую фантазию и мечту их обоих. У него появилась возможность стереть все ужасы из памяти этой бедной женщины, заменить боль на удовольствие, а страх на экстаз…

– О… Арчи, – прошептала Мэгги, сливаясь с ним в единое целое.

Никогда в своей жизни она не чувствовала ничего подобного. Повторится ли это когда-нибудь? Они не только слились телами, утоляя страсть друг друга, но, казалось, сами души их соединились и растворились одна в другой.

До тех пор пока дыхание Арчи не стало ровным и спокойным, пока гулкие удары его сердца не превратились в тихие и ритмичные, Мэгги не размыкала своих нежных объятий.

– Я хотела бы, чтобы сегодняшняя ночь никогда не кончалась, – прошептала она.

– Еще есть время, – ответил он, поглаживая ее волосы и прижимаясь губами к ее плечу.

Да, еще есть время. Еще есть несколько драгоценных часов. Но Мэгги уже научилась улавливать нюансы в каждом слове Арчи.

Ночь закончится и наступит завтра, а вместе с ним придут неуверенность и отсутствие определенности.

8

Джек щелчком открыл толстый телефонный справочник штата Колорадо, который доставила ему горничная. Джек расщедрился и дал девушке на чай пять долларов. Горничная еще может пригодиться.

Изучив оглавление, он отметил подходящие разделы и скривился от обилия номеров. Но Джек знал, что усердие вознаграждается сторицей. У этого правила нет исключений.

Перенеся телефон со стола на удобную постель, Джек откинулся на подушки, набрал первый номер и, представившись Арчибалдом Брауном из ФБР, хищно осклабился.

Он попал в точку на пятнадцатом звонке. Вот как помогает знание имен опасных людей, подумал Джек.

Арчи стоял под душем намного дольше, чем требовалось. Вода, играя, струилась по его голове и широким плечам, по мускулистой спине. Наблюдая за мыльной пеной, смываемой теплой водой, он думал о том, как было бы хорошо, если бы так же просто смывались и исчезали иллюзии.

Его мысли возвращались к тому, что произошло этой ночью. Прикосновения к Мэгги, ощущение ее бархатистой кожи, и теплых рук – что может быть прекраснее! И еще – ее полное доверие к нему. Он добивался этого доверия, жаждал его. Но то, чего он боялся больше всего, все же случилось. Она проникла в его сердце, которое он всегда держал на замке. Сегодня утром он стал другим человеком. Другим мужчиной. Прежний Арчибалд Браун остался в прошлом.

Пребывание в этом доме уже не было для него очередным заданием. И сама Мэгги не была больше случайным эпизодом в его практике, она стала частью его жизни. Как же теперь оставаться трезвым рационалистом? Нет, сухо поправил себя Арчи, ничего напоминающего эту, пожалуй, главную черту моего характера не было с самого начала, как только я увидел Мэгги. Теперь я буду защищать ее жизнь не столько из профессионального долга, сколько по велению сердца.

Ну, а Мэгги? Какие мысли и чувства волновали ее?

Она с отсутствующим видом готовила завтрак: яйца, бекон, тосты и рагу из овощей. Но ее мысли были сосредоточены на звуках льющейся воды в ванной, на стоящем под душем мужчине. Этой ночью он открыл ей бесценные сокровища своих человеческих и мужских достоинств и своего сердца.

Сегодня утром Мэгги боялась Арчи и той близости, которая соединила их ночью. Побывав в раю, они снова вынуждены вернуться к суровой реальности.

Когда Арчи покинул ее спальню, направляясь в душ, Мэгги показалось, будто он унес с собой всю теплоту, которую отдал ей ночью. Да, жизнь несправедлива, потому что она четко расставляет все по местам. Ведь Браун на задании, а она, Мэгги, лишь эпизод в его богатой на события и людей работе.

Зазвонил телефон. Перед тем как поднять трубку, буквально в последнюю секунду, Мэгги вспомнила о полученных от Арчи инструкциях. Слабо улыбнувшись, она выполнила все необходимые манипуляции и, когда загорелась зеленая лампочка, подняла трубку.

– Алло?

– Это Мэгги Хантер? – осведомился мужской голос, в котором Мэгги сразу уловила тревожные нотки.

– Кто говорит? – ответила она вопросом на вопрос, наблюдая за работой определителя номеров.

Мужчина издал короткий сдавленный всхлип.

– Я избил жену. Я не знаю, что делать. Мне нужна помощь. Один друг посоветовал мне обратиться к вам. Он сказал, что вы могли бы поговорить со мной. Или с моей женой. – Последовал еще один всхлип.

Судя по голосу, человек пребывал в ужасном состоянии из-за содеянного. Не редкость, что мужчина чувствует себя виноватым за насилие над женой, но не совсем обычно, что не жертва ищет помощи.

– Сочувствую, – сказала Мэгги. – Я понимаю, как сильно вы страдаете. И ваша жена тоже.

– О боже, – простонал он, – вы даже не представляете.

Мэгги краем глаза увидела Арчи, спускающегося по лестнице, и заставила себя улыбнуться. Он был полностью одет, подтянут и выглядел готовым ко всему. Он вопросительно поднял брови, и Мэгги покачала головой, давая понять, что абонент, с которым она в данный момент разговаривает, ничего общего не имеет с их делом.

– Алло? – надрывался голос в трубке. – Вы меня слушаете? Вы можете что-нибудь сделать?

– Видите ли, у меня несколько иной профиль, мистер… э-э-э… мистер?..

– Мне нужна помощь! – возопил мужчина, игнорируя намек Мэгги на то, что пора бы представиться. – Пожалуйста, леди, мне нужна помощь!

– Я могу порекомендовать вам обратиться к квалифицированному…

– Нет!

Мэгги чуть не выронила телефонную трубку: она узнала голос. Звонивший был никем иным, как Джеком Уоттером. Мэгги почувствовала, как страх проникает в каждую клеточку ее тела. Джек обнаружил ее под новым именем. Если это так, то он, по-видимому, уже знает, по какому адресу ее искать. Мэгги с мольбой взглянула на Арчи.

Ее отчаяние мгновенно побудило его к действиям. Знаками приказав Мэгги продолжать разговор, он схватил маленькие наушники и повернул тумблер прослушивания.

Ужас парализовал Мэгги, но Арчи взглядом требовал продолжать разговор, и она выдавила из себя с весьма заметной дрожью в голосе:

– Простите, сэр. Я… Я думаю, что не смогу вам ничем помочь.

– Но мне говорили, что именно вы сможете мне помочь.

– С-сэр…

– Не скромничайте. Вам не одурачить меня.

Низкий хриплый смешок, один из тех, какие Джек издавал, готовясь опробовать на Мэгги новый способ гнусного издевательства, донесся из телефона. Мэгги закусила губу, чтобы не закричать.

– Ну ты, сучка, – прорычал Джек, догадавшись, что его инкогнито раскрыто. – Тебе никогда не удавалось обвести меня вокруг пальца.

– Будь ты проклят! – закричала Мэгги и с отвращением отшвырнула трубку, словно дотронулась до смертельно ядовитой змеи.

– Этот тип отключился, – констатировал Арчи, положив трубку на место и тут же сняв ее снова. Не выключая определителя, он набрал номер и через секунду заговорил:

– Объект только что проявился… Нет, я не знаю, как он вычислил. У меня не было возможности спросить его, – съязвил Арчи. – Вот координаты с определителя. – Он зачитал цифры и продолжил: – Да, как можно скорее. Это следовало сделать вчера. Слушай, нам нужны еще две группы, вокруг восьмого блока… двадцать четыре часа… на три дня. Да, верно. Позвони, как только выяснишь. – Несколько секунд он слушал, потом выкрикнул в телефон: – Он что?!

Мэгги попятилась, уловив в голосе Арчи смесь шока и ужаса. Если уж видавший виды агент ФБР так реагирует, тогда действительно случилось нечто из ряда вон выходящее.

– Проклятье! Направь группы сюда сейчас же!

Арчи положил трубку, закрыл крышку прибора. Несколько мгновений он стоял спиной к Мэгги, упираясь ладонями в стол. Наконец обернулся.

– Уоттер знает, где ты живешь. Он на пути сюда.

Мэгги почувствовала, что вот-вот упадет в обморок. Она наивно полагала, что находится в безопасности, пока Джек был неизвестно где и не знал ни ее нового имени, ни адреса. Но, услышав его голос, она увидела все в совершенно ином свете. Все разговоры о ее подготовке и профессионализме, даже о злости, стали казаться пустой бравадой.

Теперь Мэгги сомневалась, что способна самостоятельно даже передвигаться по дому. Она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Это необходимо сделать. Время пришло. Долгое ожидание подходит к концу.

– Почему ты спросил: «Он что?!» – обратилась она к Арчи.

Тот нахмурился.

– Отпечатки пальцев Уоттера обнаружены в машине коммивояжера. И в офисе доктора. Индианаполис требует его выдачи.

Объяснение не удовлетворило Мэгги. Она чувствовала, что не известие об этих «подвигах» Уоттера шокировало Арчи, заставив побледнеть.

– Прежде чем выдать Индианаполису, его надо схватить, – резонно заметила Мэгги.

– Схватим, схватим. Мы прижмем его к ногтю, он пойдет на суде как убийца. Получит по полной программе.

– Ты хочешь сказать, что его не следует убивать сейчас, так? – Мэгги нахмурилась, ее страх полностью пропал.

– Пойми, Уоттер не только твой бывший муж, который охотится за тобой, – он убийца. Теперь он сядет навсегда.

– Но пока что он на свободе.

– Это ненадолго. Слишком длинен тянущийся за ним кровавый след.

– Ему нечего терять, – вызывающе сказала Мэгги.

Она заметила в глазах Арчи вспышку раздражения.

– Точно. Вот почему я хочу расторгнуть нашу сделку. Мы увезем тебя отсюда в безопасный дом. Прямо сейчас. Сию минуту.

– Нет! – выкрикнула Мэгги. – Почему сейчас?! Я хочу знать, что именно тебе сообщили только что по телефону. Из-за чего ты так нервничаешь?

– Слушай. Несомненно, Уоттер уже на пути сюда. Наши люди везде, где он мог появиться: в аэропорту, на автобусных станциях. Но они были на своих местах и два дня назад, а преступник все равно проскочил незамеченным.

– Оставив позади пару трупов…

– Знаешь, почему я не могу оставить тебя здесь? Чтобы ты не стала номером четыре.

– Номером четыре?! – в ужасе воскликнула Мэгги.

– Да, он оставил свои следы еще и в салоне красоты.

– Парикмахерша сначала выкрасила ему волосы?

– Черт возьми, не будь циничной! Он убил ее. После того, как… – Арчи удержался от пересказа деталей зверского убийства.

– Поэтому ты так побледнел?

Он угрюмо кивнул и отвернулся.

Мэгги не хотела больше ничего знать. Нет нужды выяснять подробности сотворенного Джеком, если даже агент ФБР оторопел, услышав о случившемся. Но она ощутила себя в каком-то смысле реабилитированной. Конечно, Мэгги не успокаивало то, что кто-то еще стал жертвой мерзавца. И, надо отдать должное Арчи, он всегда серьезно относился к ее уверениям насчет садистских наклонностей Уоттера. Но идиоты, которые подписали документ об освобождении потенциального убийцы, присяжные, купившиеся на показное смирение Уоттера, судья, определивший срок заключения в три года, – все эти люди спали со спокойной совестью. А ведь они сделали все, чтобы принести несчастье не только ей, но и еще трем семьям. О, как Мэгги ненавидела за это систему правосудия! Даже Браун не до конца мог понять ее истинно праведную ярость. Она, должно быть, скрежетнула зубами, так как Арчи бросил на нее недоуменный и в то же время требовательный взгляд.

– У нас еще есть время скрыться в безопасном месте.

– Нет, – повторила Мэгги и вернулась в кухню.

Разложив по тарелкам остывшие яичницу, бекон и овощное рагу, она подумала: а не предложить ли Арчи кукурузных хлопьев – и хотела было спросить его об этом, но решила, что он не оценит юмора в такую минуту.

– Мэгги…

– Оставь, Арчи. Мы оба знаем Джека и готовы к схватке с ним. – Странно, подумала вдруг Мэгги, что человек, способный убивать людей, имеет имя. Убийца, в котором не осталось ничего человеческого, не должен иметь и имени, кроме какого-нибудь дьявольского прозвища. – Ему удалось уйти от всех агентов ФБР, которых приставили следить за ним. Кто преградит ему путь в Энглвуде?

– Я! – громко произнес Арчи.

– Нет, не ты. Ты ведь хочешь увезти меня в безопасное место и играть роль няньки. Мы увязли в этом деле. Неужели ты не видишь? Представь, Джек проберется сюда, после того как мы уедем. Ему не потребуется много времени выяснить, что меня здесь нет. Он знает меня. Я могла измениться, но ты сам говорил, что никто не может измениться до неузнаваемости. Он был женат на мне десять лет и знает мои привычки не хуже, чем я сама.

Что из сказанного вызвало на лице Арчи страдальческую гримасу? Тот факт, что она была замужем за Джеком в течение десяти лет? Это для него не новость. Что бывший супруг знает ее привычки? Так она тоже знает привычки Джека, и это сейчас их единственный козырь.

– Мэгги…

Она перебила:

– Джек хитер и коварен. Если он почует засаду, то спрячется, станет выжидать… Я изменила фамилию, внешность, переехала в другой штат. А Джек вышел из тюрьмы и меньше чем за три дня нашел меня. – Мэгги пересекла кухню и положила руки на стойку, разделявшую ее и Арчи. – Мы оба знаем: если я снова спрячусь, Джек снова найдет меня. Это будет только вопрос времени.

– Если бы не твоя чертова подруга…

– Он все равно нашел бы меня, а Шарлет только ускорила дело, и все. Уоттер применил бы другие методы и способы. Этот негодяй охотится за мной. Ему нечего терять. Он обязательно появится, потому что уже вычислил каким-то образом мой телефон, а найти адрес, зная номер, – пара пустяков. – Рыдание подступало к ее горлу, и Мэгги на мгновение умолкла. – Но тогда тебя здесь уже не будет! – Слова сорвались с языка, до того как Мэгги успела их обдумать.

Арчи обошел стойку, взял Мэгги за плечи и легонько встряхнул. Она даже не осознавала, что кричала на него, не чувствовала, как текли по лицу слезы.

– Успокойся, Мэгги, все будет хорошо.

– Я хочу покончить с этим. Тем или иным способом. Мне все равно как. Разве ты не понимаешь?

Браун не хотел и не смог бы спорить с ней. Она права: с этим надо покончить. Раз и навсегда! Он крепко обнял Мэгги и прижал к себе.

– Ты права, да, детка, ты права. Мы никуда не уйдем. Останемся здесь и схватим его.

Арчи стал гладить ее дрожащие плечи, в душе поклявшись, что она больше никогда не будет плакать из-за Уоттера. Никогда больше не будет бояться бывшего мужа. Он не мог выразить свои чувства словами, потому что тогда была бы нужна заключительная фраза, типа «я буду с тобой всю жизнь», но такого обещания он дать не мог.

– У тебя всегда возникает так много проблем при выполнении заданий? – чуть успокоившись, спросила Мэгги. Ее голос прозвучал почти по-детски.

– Нет, – сразу же ответил Арчи, усмехнувшись. – Это дело для меня не совсем обычное. Во всех смыслах…

Странно, и это даже как-то задело Арчи, но пары коротких недосказанных фраз оказалось достаточно, чтобы к Мэгги вернулся ее обычный юмор.

– Мне приятно это узнать. Ненавижу обыденное, – заявила она, встав в театральную позу. – В бурном море страстей я чувствую себя как рыба в воде… Извини, я немного разошлась, это нервное, – остановила себя Мэгги и отвернулась.

– Можешь не извиняться, я все понимаю.

У него все слишком просто, даже обидно, подумала Мэгги и вышла из кухни.

– Мэгги.

Не оборачиваясь, она остановилась у первой ступени широкой лестницы.

– Я слушаю.

– То, что случилось этой ночью…

– Если ты скажешь, что это не должно было случиться, я открою по тебе огонь, – криво улыбнулась Мэгги и услышала легкий смешок Арчи.

– Тогда я, пожалуй, ничего не скажу.

– Ешь, я пойду ненадолго наверх, – бросила через плечо Мэгги, медленно поднимаясь по лестнице и мысленно умоляя Арчи остановить ее, удержать.

Но ее постигло разочарование, хотя и нельзя было не оценить проявленной Арчи заботы.

– Держись подальше от окон, куда бы они ни выходили. Даже если услышишь снаружи подозрительный звук, не подходи близко к окну. И, если ты любишь меня, то, войдя в спальню, запирай ее изнутри в любое время. И никому не открывай, кроме меня. Поняла?

Мэгги восприняла это как эпитафию их союзу, который продолжался одну-единственную ночь, несколько чудесных часов. «Если ты любишь меня», – сказал Арчи. Но эта фраза была произнесена случайно и ничего не значит. Или нет?

– Никому, кроме тебя, – ответила она негромко, но значительно. И тут же с ужасом подумала: а вдруг Арчи не будет единственным, кто сможет постучать в ее дверь.

Наблюдая за поднимающейся по лестнице Мэгги, Арчи чувствовал себя так, будто от него уходит частица чего-то самого сокровенного, чистого, искреннего, необыкновенного. Ну кто, кроме Мэгги, мог ожидать с полуулыбкой на лице самую невероятную опасность? Он видел, как она была потрясена, когда узнала голос Уоттера. Ее красивое лицо побледнело, глаза расширились от ужаса, губы стали бескровными.

И внезапно вся его, Брауна, ненависть, все отвращение, которое он испытывал к Джеку Уоттеру, многократно возросли. Как мог этот человек издеваться над Мэгги? Да такие, как она, встречаются одна на миллион. На сто миллионов. Если и существовала женщина, которая могла заставить Арчибалда Брауна подумать о будущем, то это только Мэгги, в чем-то похожая на него, Арчи.

Она тоже не жила будущим, готовясь к противостоянию Уоттеру. И это противостояние насмерть: или она его, или он ее… Арчи вздохнул. Он догадывался, что хотела сделать Мэгги. Но сегодня утром, казалось, не мог рассуждать здраво. Он только знал, что эта женщина могла бы быть той самой единственной, которая способна разбить его сердце.

Арчи взглянул на остывший завтрак с отвращением и, не притронувшись к нему, налил себе кофе. Он почувствовал себя больным из-за сообщения коллеги из штаб-квартиры ФБР в Денвере о последней жертве Уоттера – двадцатишестилетней парикмахерше из салона красоты в местном аэропорту. Преступник задушил молодую женщину шнуром от фена и оставил на лице жертвы фотографию Мэгги. Никакое другое послание не могло бы доходчивее объяснить намерения Уоттера.

И еще одно сообщение поразило Арчи: преступник несколько раз представлялся агентом ФБР Брауном. Какая наглость, какая злая ирония! Уоттер назвался его именем и теперь охотится еще и за ним самим. Браун почувствовал, что не только жизнь Мэгги, но и его собственная висит на волоске, и это именно тогда, когда на далеком горизонте для него вспыхнуло полное надежд и обещаний будущее.

Ну ладно, подумал он мрачно. Фальшивого Арчибалда Брауна ожидает небольшой сюрприз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю