Текст книги "Владислав Третьяк. Легенда № 20"

Автор книги: Федор Раззаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Дважды отец и… Венский позор

В декабре 1976 года в Москве проходили игры на Приз газеты «Известия». В воротах сборной СССР стояли Третьяк (три игры) и Сидельников (одна игра). Наш герой пропустил 8 шайб (больше всего шайб – четыре – влетело в его ворота в игре против канадского клуба из ВХА «Виннипег Джетс»), Сидельников – 3 (в игре против финнов, где мы победили 8:3). Тот турнир наши ребята выиграли, как и год назад.

Но это было не последнее радостное событие того декабря 1976 года. Именно тогда он во второй раз стал отцом – у них с Татьяной родилась дочь Ирина (как мы помним, сын Дмитрий появился на свет три года назад).

19 марта 1977 года завершился чемпионат СССР по хоккею. ЦСКА сумел вернуть себе чемпионский титул, отобрав его у «Спартака» (тот выступил весьма неудачно, откатившись на 6-е место). Третьяк сыграл в 35 матчах и пропустил 98 шайб. Его сменщик Николай Алдонин сыграл один матч целиком и несколько раз выходил на замену. Пропустил 15 шайб.

А в апреле Третьяк в составе сборной отправился на чемпионат мира и Европы в Вену (Австрия), но там добиться золотых медалей уже не удалось: второй год подряд советская команда их упустила, причем на этот раз их ожидало позорное 3-е место. Хотя начиналось все более чем прекрасно.

В первом же матче, против сборной ФРГ, Третьяк отстоял «насухо» – 10:0. Во втором матче, против финнов, Третьяк отстоял почти два периода и снова «насухо» – его заменили Сидельниковым на 51-й минуте при счете 8:0 в нашу пользу. Итог матча – 11:6.

В третьем матче нашим ребятам противостояли канадцы. В воротах у нас весь матч отстоял Третьяк и пропустил всего лишь одну шайбу (11:1). А вот в следующем матче, против сборной Румынии, наши ворота всю игру защищал Сидельников. И пропустил всего лишь одну шайбу в последнем периоде. Наши выиграли с разгромным счетом – 18:1.

28 апреля сборная СССР встречалась с командой ЧССР. Вспоминает В. Третьяк:

«Вот когда я почувствовал себя не в своей тарелке. Да и все остальные тоже. Слишком памятны были поражения, которые мы потерпели от команды ЧССР на минувшем чемпионате мира в Катовицах и в турнире на Кубок Канады… Тренеры тщетно пытались снять напряжение:

– Успокойся, успокойся, Владик. Все будет хорошо.

– Я спокоен, – отвечал я не столько им, сколько самому себе. – Да, я спокоен.

Но вот мы вышли на лед. Пожалуй, соперники нервничали еще больше. Вратаря сборной ЧССР Холечека окружила вся команда – что-то говорят ему, хлопают по щиткам клюшками. На первой же секунде сильный бросок по моим воротам сделал Эберман. Я отбил.

Затем с глазу на глаз со мной вышел Бубла, он бросил, я подставил клюшку и сразу грудью упал на шайбу. Момент был напряженный. Многое зависело от того, кто откроет счет. К счастью, это удалось нам. На 6-й минуте Капустин стремительно прошел вдоль борта за ворота Холечека, затем выдал пас назад, и Жлуктов с ходу забросил шайбу в ворота. Вскоре Мартинец, когда чехи играли в большинстве, швырнул шайбу издалека. Я был закрыт игроками и не среагировал на бросок. Счет сравнялся – 1:1.

ЧМ по хоккею в Вене (1977). Матч сборных СССР – ЧССР. Фото из журнала «Стадион» № 22, 1977 г.

В. Третьяк: «На первой же секунде сильный бросок по моим воротам сделал Эберман. Я отбил.

Затем с глазу на глаз со мной вышел Бубла, он бросил, я подставил клюшку и сразу грудью упал на шайбу»

На второй период мы вышли с совсем другим настроением: мы чувствовали, что сильнее соперников, что можем убедительно выиграть. Так и случилось. Капустин (дважды), Михайлов и Бабинов довели счет до 5:1, а в третьем периоде Якушев поставил точку – 6:1.

После игры ко мне подошел чехословацкий игрок Новак.

– Все правильно, – сказал он, – Вы сильнее, вы будете чемпионами.

– Посмотрим, – уклончиво ответил я. Когда мы шли в душ, Эберман, явно опечаленный неудачей, сказал:

– Ну что ж, мы чуть не выиграли Кубок Канады, а вы выиграете звание чемпионов мира. Так будет, вот увидишь…

– Ты, наверное, шутишь, – перебил я его. – Вся борьба на чемпионате еще впереди.

Я действительно думал так, как говорил. Но этого отнюдь не скажешь о некоторых других наших хоккеистах и тренерах. Они, кажется, поверили в то, что «золото» нам уже обеспечено. Слишком рано поверили… Смелые интервью журналистам, преждевременные выступления перед болельщиками, которые приехали в Вену, самоуверенность – все это было совершенно не в стиле нашей команды. Возможно, это и подвело нас…»

2 мая наша сборная скрестила клюшки на льду со сборной Швеции. Этот матч мог для нас стать решающим: выиграй его сборная СССР, и она досрочно завоевывала золотые медали чемпионата мира. Причем многие наши игроки не сомневались в том, что шведов они одолеют. Ведь всего три недели назад мы играли с ними товарищескую игру в Стокгольме и выиграли 4:2, причем уже в первом периоде «накидали» им три безответные шайбы. Однако эта расхоложенность сыграла с нашей сборной злую шутку.

На первой же минуте у Харламова был прекрасный шанс открыть счет, но он им не воспользовался. Потом в течение короткого времени шайба могла еще трижды влететь в ворота «Тре крунур», но этого не случилось. В итоге сработал принцип «не забиваешь ты, забивают тебе». И первый период закончился в пользу шведов – 1:0.

В раздевалке наши тренеры провели необходимую беседу с игроками, объяснили им, что надо не сбавлять оборотов – атаковать и атаковать. Во втором периоде наши ребята так и сделали, но в воротах шведов стоял Еран Хегюста, который буквально творил чудеса (не случайно после чемпионата его назовут лучшим вратарем, а также включат в символическую сборную мира). Да и защитники бились на последнем рубеже самоотверженно. А наши игроки обороны, наоборот, как будто оцепенели – у них ничего не получалось. Как итог – во второй двадцатиминутке в ворота Третьяка влетели еще две безответные шайбы. Это было уже похоже на мини-разгром – 3:0.

И снова в перерыве наши тренеры бросились объяснять игрокам, что нельзя так играть. Те согласно кивали. Но когда снова вышли на лед, все повторилось. Даже когда наша сборная играла в большинстве, у нее ничего не получалось. Соперники легко лишали наших хоккеистов возможности атаковать ворота, а при первом же удобном случае немедля контрнаступали. И третий период мы опять проиграли, хотя и с минимальным счетом – 1:2. Но общий итог матча был удручающим для сборной СССР – 1:5. Вот так: выходили на лед с мечтой о золотых медалях, а оказались сами биты самым жестоким образом.

Вспоминает В. Третьяк: «И сразу же атмосфера в команде переменилась. На смену благодушию пришло нервическое ощущение потери. Как будто нам теперь предстояло участвовать в погоне за чем-то украденным.

И посыпалось с разных сторон: «вы должны», «вы обязаны», «вам надо», «должны, должны, должны»… Человек посторонний, услышав все это, мог, наверное, решить, что, если мы не выиграем первого места, настанет конец света. Такая «накачка» не сулила ничего хорошего – это подтвердил уже следующий матч, с чехословацкой командой…»

Тот матч состоялся 4 мая 1977 года. На этот раз чехословаки вместо Иржи Холечека поставили в ворота ветерана Владимира Дзуриллу (это будет его последний мировой турнир перед ходом на пенсию). И уже в первом периоде соперники буквально задавили нашу сборную: «накидали» Третьяку три безответные шайбы. Наши защитники (Цыганков, Гусев, Бабинов, Лутченко, Васильев, Первухин) в тот день играли из рук вон плохо. Впрочем, и сам Третьяк выручал не так часто, как раньше. Вот почему после окончания первого периода его догнал в коридоре Владимир Петров и высказал свое недовольство: дескать, ты кончай шайбу вперед отбивать. На что вратарь ответил: «А ты лучше бы обороне помогал». Эти разборки внутри команды ничего хорошего не сулили.

Второй период начался с того, что чехословаки забросили нам еще одну шайбу. Счет стал просто угрожающим – 4:0 в пользу соперника. Однако далее произошло то, что обычно случается, когда какая-то из команд начинает крупно выигрывать – она успокаивается, расслабляется. Именно это и произошло со сборной ЧССР. Наши ребята этим воспользовались. Они проснулись от своего оцепенения, взвинтили скорости и забросили во втором периоде три шайбы (это сделали игроки первого звена Михайлов, Харламов, а также Балдерис из третьего звена). После этого требовалось еще немного поднажать в третьем периоде, и наши ребята могли склонить судьбу матча на свою сторону. Но чехословаки не позволили этого сделать, надо отдать им должное. И третий период закончился со счетом 0:0. Общий итог – 4:3 в пользу чехословаков. Так наша сборная после беспроигрышной серии из шести матчей проиграла вторую встречу подряд. Но еще не все было потеряно.

ЧМ по хоккею в Вене (1977). Матч СССР – Канада.

Схватка у канадских ворот. В то время как канадские игроки за грубую игру отправлялись на скамью штрафников, наши забивали в их ворота одну шайбу за другой.

В итоге 8:1 в нашу пользу

6 мая сборная СССР встречалась с командой Канады. Это была их вторая игра на этом турнире (как мы помним, первую наша сборная выиграла с разгромным счетом 11:1). Мы и в этот раз разбили канадцев в пух и прах (8:1), но какой ценой. Вспоминает В. Третьяк:

«К этому времени канадцы стали неузнаваемы. Видимо, в них взыграло самолюбие, вспомнили они о своей профессиональной гордости. Да и реакция канадских болельщиков, ругавших свою сборную на чем свет стоит, видно, возымела определенное действие. Профессионалы сыграли вничью (3:3) со сборной ЧССР, затем разнесли (7:0) шведов. Они явно покончили с анархией и, кажется, всерьез решили претендовать на главные трофеи. Забегая вперед, скажу, что, конечно, они заслуживали более высокого места, чем четвертое, но подвела «кленовых листьев» слишком грязная игра. Я всякое видывал на льду, однако то, что иногда вытворяли в Вене канадцы, было и для меня открытием. За такие дела у нас надолго отбирают клюшку. Пэйман, Маккени, Рассел и их приятели хулиганили не переставая, и судьям ничего не оставалось, как постоянно отправлять их на скамью штрафников. А соперники в это время забивали шайбы.

Матч СССР – Канада, который мы сыграли 6 мая, в этом смысле не стал исключением. Он напоминал то, что полтора года назад произошло в Филадельфии (в матче ЦСКА – «Филадельфия Флайерс» в январе 1975 года. – Ф.Р.). Канадцы, не будучи уверенными в своем мастерстве, решили запугать нас. Точно так же ранее они запугали шведов. «Психическая атака» началась еще до игры. «Если мне придется прыгнуть и схватить кого-нибудь за горло, чтобы выиграть матч, я сделаю это», – заявил Ф. Эспозито корреспонденту австрийской газеты «Нойе кронен цайтунг». Во время разминки шайба из канадской зоны случайно попала к нам. Гена Цыганков – добрейший парень, наш защитник – только прикоснулся своей клюшкой к этой шайбе, чтобы переправить ее обратно, как на него коршунами налетели профессионалы. Канадцы были готовы затеять драку уже сейчас, на разминке, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в том, какие они страшные и кровожадные.

Разминка кончилась, и тут кто-то из соперников демонстративно швырнул шайбу прямо в меня. Признаться, я был потрясен. Сколько играю – такого еще не случалось. Но это еще не все. Мы отправились по своим раздевалкам, и здесь нам пришлось услышать из уст канадцев все самые грязные ругательства, которые существуют за океаном. Случись это на улице, всю канадскую команду немедля отправили бы в полицию. Но это происходило во… Дворце спорта и называлось «психологической обработкой» соперников.

Право, зрелище было мерзкое. Злобные, перекошенные лица, пена на губах. В это трудно поверить, но это так. После матча я подошел к своему старому приятелю, бывшему профессионалу, Аги Кукуловичу, который долгое время работал в московском представительстве авиакомпании «Эр Канада».

– Аги, что же это за банду привезли в Вену?

– Мне самому за них стыдно, – ответил он.

Счет в этой встрече открыл Цыганков. Вскоре канадцы забили ответную шайбу, и здесь снова произошло то, о чем до сих пор я вспоминаю с отвращением. Соперники подкатывали к моим воротам и орали прямо в лицо: «Что, съел, проглотил шайбу?!» Они хотели вывести меня из равновесия, но добились обратного. Я сказал себе: «Все, этот гол последний в твоих воротах». Так и получилось.

Больше они мне не забили.

Их бесило то, что наши игроки не поддаются на мелкие провокации, не отвечают ударом на удар. Канадские хоккеисты были просто вне себя. План по запугиванию провалился. Судьи проявили твердость, не прощая ни одну из их выходок. Удаления назначались одно за другим. Канадцы сорвали голоса, ругаясь с арбитрами, но все было напрасно. Нарушителей отправляли на скамью, а мы в это время забивали шайбы.

Грубиян Пэйман, приставленный глядеть за Якушевым, выполнял свою миссию весьма «оригинально»: он цеплял Сашу крюком за шею. Рассел орудовал своей клюшкой, как оглоблей в деревенской драке, а когда его наказали, он устроил на скамье штрафников настоящую истерику: швырнул на землю шлем и разразился потоком брани.

После сирены, известившей о том, что профессионалы проиграли со счетом 1:8, Маккени в бессильной злобе ткнул клюшкой в живот Шадрина…

Кстати, когда матч закончился, некоторые из канадцев во время исполнения нашего гимна тоже повели себя неприлично: не сняли шлемов, стояли, демонстративно опершись на клюшки. Всем своим видом они показывали пренебрежение к победившей команде. Конечно, это не по-спортивному.

На что они надеялись? На то, что судьи закроют глаза? На то, что мы испугаемся? На то, что их выходки понравятся публике? Но судьи были тверды. А нас еще никто и никогда не мог запугать. Публика же стала презирать эту команду. Недаром австрийские болельщики скандировали: «Канада, гоу хоум!»…»

8 мая состоялась встреча между сборными СССР и Швеции. Успех в этой игре выводил нашу сборную в чемпионы, а поражение отбрасывало на третье место. Естественно, лишний раз «накачивать» советских хоккеистов надобности не было – все понимали важность этой игры. Однако именно чрезмерное волнение нас и подвело. Уже в первом периоде наши ребята стали много ошибаться: защитники позволяли сопернику «расстреливать» Третьяка, а нападающие не могли обыграть ни защитников (лучшим у шведов в тот день был Рональд Эриксон), на вратаря (Еран Хегюста снова творил чудеса). Однако первый период закончился вничью – 1:1.

ЧМ по хоккею в Вене (1977).

Раздевалка сборной Швеции после матча СССР – Швеция 1:3 (1:1,0:2,0:0). 8 мая 1977 г.

А вторую двадцатиминутку наши ребята проиграли подчистую: в ворота Третьяка залетело две безответные шайбы. И заключительный период наша команда начала при счете 1:3. Естественно, наши бросились отыгрываться, но шведы заперлись у себя в зоне, поставив перед своими воротами, что называется, «автобус». В итоге мы проиграли 1:3. Как пишет В. Третьяк:

«Разве можно было действовать в решающем матче (да и во всех других) так бескрыло и неизобретательно?! В этом матче со всей отчетливостью обнаружилось, что обеднел творческий арсенал сборной СССР. Шведы, по сути дела, опять поймали нас на ту же уловку: они использовали тактику «отката», мы же снова напоминали рыб, которые тщетно бьются о бетонную плотину, хотя рядом – чуть поищи – сколько угодно лазеек. Разве мы были слабее, чем «Тре крунур»? Нет, сильнее! Но наша команда, составленная из звезд, вдруг разучилась выполнять элементарные вещи. Для нее стало проблемой войти в зону соперников, реализовать численное преимущество… Мы не продемонстрировали в Вене ни новых комбинаций, ни оригинальных тактических построений.

Трудно, согласитесь, представить, чтобы чемпион мира по шахматам ехал на ответственный турнир, не имея в своем творческом багаже никаких новинок, «сюрпризов» для соперников. С нами же произошло именно так. А конкуренты не спали. Я из ворот примечал и хитрости новых чемпионов мира с участием Ивана Глинки, и «домашние заготовки» шведов…»

Лучшим вратарем турнира был назван швед Е. Хегюста (его команда взяла «серебро»). Что касается Третьяка, то он сыграл на турнире 9 матчей и пропустил 17 шайб (больше всего ему набросали шведы, выигравшие у нас 5:1). У Сидельникова было 4 игры и 7 пропущенных шайб.

Рассказывает В. Третьяк: «После чемпионата, уже в Москве, мне довелось услышать мнение одного психолога по поводу наших неудач в Вене. Оно не было неожиданным, подтвердило мои собственные мысли.

– Вы разучились проигрывать, – сказал психолог. – Уступая в счете, вы начинаете паниковать и забываете свою игру. Каждый лихорадочно делает то, что он считает нужным. Каждый вроде бы лезет из кожи вон и тратит все силы, но на льду нет команды, нет сплоченного коллектива. Преимущество в матчах со шведами было на вашей стороне, а победу праздновали соперники (вторую игру мы проиграли им 1:3. – Ф.Р.). Это же абсурд! Думаю, что и тренеры (Б. Кулагин, К. Локтев и В. Юрзинов. – Ф.Р.) не были способны разумно руководить игроками в тяжелые моменты. Вместо того чтобы сплотить сборную, они занялись поисками виновных…»

Новая метла, или Возвращение триумфа

Итак, сборная СССР на чемпионате мира и Европы в Вене заняла 3-е место, что считалось настоящим провалом. Такого не случалось с далекого 1961 года. После этого на тренерском мостике сборной СССР произошла рокировка – главным тренером был назначен Виктор Тихонов (вторым тренером стал Владимир Юрзинов, который до этого был третьим тренером), а вице-президентом Федерации хоккея СССР стал Анатолий Тарасов. Началась настоящая встряска в советском хоккее, которая должна была вернуть нас на лидирующие позиции в мире уже в ближайшее время. И ведь вернула!

Тренерский тандем Тихонов – Юрзинов опробовал себя в сентябре того же 1977 года в играх 1-го розыгрыша на Приз газеты «Руде право» в Праге (Чехословакия), где наша сборная выступила относительно удачно. Почему относительно? Мы заняли там 1-е место, однако опередили чехословаков только из-за лучшей разницы в забитых и пропущенных шайбах (у обеих команд было по 6 очков). Третьяк сыграл три матча и пропустил 9 шайб. Вторым вратарем в сборной был 22-летний Владимир Мышкин из «Крыльев Советов», который отстоял две игры (с «Цинциннати Стингерс») и пропустил 3 шайбы.

После провала в Вене к руководству сборной пришел новый тренер – Виктор Васильевич Тихонов

Однако спустя три месяца (в декабре) ситуация поменялась. После своего поражения дома на турнире «Руде право» чехословацкие хоккеисты приехали в Москву, на Приз «Известий», за реваншем. Они не скрывали своих намерений и в открытую заявляли об этом. В Москве этому верили мало, поскольку тихоновская сборная показывала хорошую игру и тоже была нацелена на победу. Но правы оказались гости, которые уже с первых секунд игры прочно захватили инициативу в свои руки. Чехословацкие хоккеисты играли легко, с выдумкой, в то время как наши выглядели на льду как сонные мухи. У советской сборной игра не ладилась по всем линиям: проваливались и защитники, и нападающие. В итоге голы в ворота Третьяка сыпались как горох: на 10-й минуте счет открыл Бубла, затем его удвоил Мартинец. Вторая двадцатиминутка тоже началась с гола в ворота героя нашего рассказа: шайбу провел Штясны. Четвертую шайбу гости умудрились и вовсе забить в меньшинстве – это сделал Глинка. А Поузер довел счет и вовсе до разгромного – 5:0. Игра была, по сути, сделана. И хотя нашим хоккеистам удалось забросить в третьем периоде три шайбы, однако и гости забили столько же. Итог – 3:8 в пользу гостей. И это при том, что перед матчем с Третьяком работал психолог! Вот как сам вратарь вспоминает об этом:

«Перед матчем пожаловал к нам в сборную психолог. Фамилии уже не помню – помню только, что он с космонавтами раньше занимался. И с ходу: «Неправильно работаете!» – «А как надо?» – «Дайте мне одного игрока – я вам его подготовлю!» Виктор Васильевич Тихонов и отвечает: «К Третьяку идите, он у нас самый мнительный…» Провел он со мной собеседование – что-то типа исповеди. На раскатке необыкновенный прилив сил чувствую: ни одной шайбы не пропустил. Ну, думаю, вот это психолог! Но, видно, в какой-то момент эта уверенность в себя переросла в самоуверенность. Пропустил я одну шайбу – и тут же расклеился. А закончилось все – 3:8. После этого случая психолог тот в команде и не появлялся…»

Шок от этого поражения испытали все советские болельщики: от простых до самых именитых. Например, шеф КГБ Юрий

Андропов (именно это ведомство курировало хоккейный клуб «Динамо» и попутно сборную) вызвал к себе для беседы старшего тренера нашей сборной Виктора Тихонова. Правда, ругать его не стал, а вежливо так поинтересовался, что произошло с командой. Спросил, сумеет ли она и дальше не опозориться. Тихонов пообещал, что таких осечек больше не произойдет. И действительно: 20 декабря наши ребята разбили финнов (7:3), а на следующий день повергли в уныние и шведов (9:2). Однако взять первое место все равно не сумели: оно досталось чехословакам, опередившим нас на одно очко (7 против 6).

Третьяк сыграл на Призе в четырех матчах и пропустил 15 шайб. Вторым вратарем был Александр Сидельников, который сыграл одну игру и пропустил 1 шайбу.

26 марта 1978 года завершился чемпионат СССР по хоккею. И снова победу одержал ЦСКА. Третьяк сыграл в первенстве 29 матчей и пропустил 72 шайбы. Его сменщик Александр Тыжных (Николай Алдонин ушел из клуба в прошлом году) отстоял в 7 матчах (и еще несколько раз выходил на замены) и пропустил 37 шайб.

В конце апреля в столице Чехословакии городе Праге начался 45-й чемпионат мира и Европы. Напомним, что шесть лет назад там уже проводился мировой турнир по хоккею с шайбой и тогда победа досталась хозяевам – сборной ЧССР. Естественно, и в этот раз чехословаки были настроены самым решительным образом повторить этот успех. Тем более, что до этого в течение двух лет им это сделать удавалось, и сборная ЧССР дважды подряд (1976–1977) становилась чемпионом мира. А тут, как говорится, сам Бог велел – чемпионат мира и Европы 1978 года волею судьбы проходил у них дома, в Праге. А ведь дома, как известно, и стены помогают. На ситуацию накладывалась и политическая составляющая. Дело в том, что в 1978 году в Чехословакии негласно отмечали 10 лет закрытия «бархатной революции-68», поэтому ледовое противостояние сборных ЧССР и СССР в том году обещало быть особенно яростным.

В первом матче турнира сборной СССР противостояла команда США. Наши ребята ее обыграли, но Третьяк пропустил в свои ворота целых 5 шайб (10:5). А потом еще четыре от сборной ФРГ (7:4). По словам В. Третьяка:

«Начали мы не очень хорошо: победы в матчах с явными аутсайдерами давались почему-то с большим трудом. Я пропускал много шайб.

– Все в порядке, Владик, – успокаивал Тихонов. – Сколько ты сейчас пропустишь – неважно. Главное, чтобы к решающим матчам ты нашел свою игру.

Мешало волнение. Рожденное ответственностью, желанием не подвести наш хоккей, оно передавалось от игрока к игроку и сковывало команду.

Перед отъездом в Прагу я сказал одному приятелю:

– Вот увидишь, мы выиграем этот чемпионат. Он с сомнением посмотрел на меня:

– Даже в лучшие для команды годы ты избегал таких обещаний.

А я был уверен! И другие ребята были уверены. Странно, да? Два года подряд мы уступали соперникам. Незадолго до того в Москве на Призе «Известий» чехословацкие хоккеисты нанесли нам сокрушительное поражение. Казалось бы, откуда такой оптимизм? Но неудачи вызвали у команды желание доказать всем, что мы сильные, что мы можем побеждать. Поражения не тяготили, а словно бы будили в нас какие-то скрытые силы. Так было с каждым. Неудачный старт вызывал в ребятах спортивную злость, мы становились грознее от матча к матчу…»

В третьем матче, против финнов, наши тренеры поставили на ворота второго голкипера – Александра Пашкова. И уже в первом периоде наши проигрывали 0:2. Но затем взяли себя в руки и победили со счетом 6:3.

ЦСКА – двадцатикратный чемпион СССР по хоккею. 1977 г.

Пашков стоял в наших воротах и в следующей игре – против сборной ГДР. И «зевнул» всего два раза (10:2).

Вспоминает В. Третьяк: «Переживаний у меня добавилось, когда дважды подряд – 30 апреля и 1 мая – Тихонов не ставил меня на матчи.

– В воротах сегодня Пашков, – просто говорил перед игрой тренер, никак не комментируя свое решение.

Наконец, видя мое подавленное настроение, Виктор Васильевич объяснил:

– Я тебя специально не ставлю в этих матчах. Отдохни. Верю, что потом не подведешь.

Полегчало на душе: все-таки верят в меня…» 4 мая сборная СССР сошлась на льду с командой Швеции. Место в воротах у нас занял Третьяк. К тому времени волнение у него уже давно прошло, поэтому стоял он, что называется, намертво – пропустил всего лишь одну шайбу, да и та влетела в его ворота в третьем периоде, когда судьба матча была уже фактически решена. В итоге наши победили 6:1.

И снова послушаем рассказ В. Третьяка: «…Тренировка. Пот заливает глаза. На льду две дюжины шайб, и чуть ли не одновременно они летят в ворота. Но разве я фокусник? Разве у меня десять рук? Эту отбил. И эту… Поймал в ловушку. Отбил. Отбил… Уф-ф! Подъезжаю к бортику, чтобы сделать глоток воды, перевести дух. Знакомый чехословацкий журналист – он стоит у скамьи – молча поднимает вверх большой палец. «Спасибо», – киваю ему и снова еду к воротам. Юрзинов, Цыганков и старший Голиков опять как из пулемета обстреливают меня шайбами.

– Внимание! – говорит тренер. – Теперь договариваемся так: мы делаем восемнадцать бросков, и если забиваем меньше шести голов, то победа присуждается вратарю. Если шесть и больше, то выигрываем мы. Согласен, Владик?

Я молча встаю в ворота и постукиваю себя клюшкой по щиткам. Бах-бах-бах… Пять шайб в сетке. Хорошо! Мои «соперники» под смех случайных зрителей кувыркаются на льду – таково условие нашей «дуэли».

– Согласен на пять! – кричу Юрзинову.

– Ух, сейчас мы тебе покажем! – шутливо грозится Гена Цыганков и, широко замахнувшись, делает первый бросок…

Теперь из восемнадцати четыре шайбы в воротах. Мои товарищи и тренер опять кувыркаются на льду. Я снимаю маску и еду к бортику. Пот льет с меня ручьями. Мокрые волосы слиплись. Кажется, клюшка весит целый пуд. Со скамейки и с трибун ловлю сочувственные взгляды: мол, достается же человеку…

Но усталость не мешает мне почувствовать, что шайбы постепенно становятся «дрессированными», что я близок к своей лучшей форме. А это главное. Теперь, чтобы окончательно обрести уверенность, мне нужен матч…»

Такой матч вскоре состоялся. 6 мая сборная СССР встречалась с хозяйкой турнира – командой ЧССР. Можно себе представить, какой ажиотаж царил тогда в обеих странах, особенно в Чехословакии, где вся страна, от мала до велика, переживала за своих хоккеистов. Все хотели повторения декабрьского триумфа, когда чехословаки разгромили нас со счетом 8:3.

Игра началась с бешеных атак хозяев на ворота Третьяка. Наши ребята хоть и были готовы к чему-то подобному, но все равно подрастерялись: столь мощно атаковали чехи. Как результат, на 8-й минуте Черник открывает счет. Однако спустя восемь минут Балдерис восстановил равновесие, чем оказал своим коллегам неоценимую услугу – они воспряли духом. И уже спустя минуту Первухин забивает вторую шайбу. Над стадионом имени Ю. Фучика повисла тягостная пауза. «Неужели и здесь, у себя дома, мы проиграем русским?» – думал в эти минуты каждый чехословак. Но советские хоккеисты сами упустили нить игры из своих рук.

Во втором периоде наши ребята стали неоправданно грубить, чем облегчили сопернику дело. На 22-й минуте, после удаления Фетисова, тот же Черник сравнял счет. Четыре минуты спустя Балдерис повторил ситуацию первого периода, забив свою шайбу после гола Черника. Но последний стал поистине героем той игры. За четыре минуты до конца второй двадцатиминутки он сравнивает счет – 3:3. А через минуту Глинка впервые в этом матче выводит хозяев поля вперед.

Трудно сказать, о чем конкретно говорили в раздевалках своим подопечным тренеры команд, но приблизительный смысл этих установок мог быть таким: чехословацкие наставники требовали от своих игроков собранности, выдержки, наши настраивали игроков на решительный штурм. В итоге более восприимчивыми к словам тренеров оказались чехословацкие спортсмены. Уже на пятой минуте заключительного периода Штясны увеличивает разрыв – 5:3. После этого «поплыла» не только наша оборона, но и Третьяк стал чувствовать себя неуверенно. В итоге спустя четыре минуты Эберман окончательно хоронит надежды советской сборной, забив шестую шайбу. И хотя через полминуты Лутченко сумеет сократить разрыв, но спасти игру нашим ребятам так и не удается. Итог – 4:6. Как пишет В. Третьяк:

«У меня после этой неудачи такое ощущение, будто я чего-то недоделал, будто безвозвратно ушло что-то важное. Положа руку на сердце, могу сказать, что две из шести пропущенных шайб (третью и пятую) я, наверное, мог взять…».

Спустя два дня сборная СССР встречалась на льду с канадцами. Те прислали на чемпионат среднюю команду (в ней было всего три звезды НХЛ: Марсель Дионн, Рик Хэмптон и Робер Пикар), но и она сумела попортить нам нервы. Ведь их тренер Хауэлл еще накануне турнира пообещал, что его подопечные хотя бы одну команду из большой четверки (СССР, ЧССР, Швеция, Финляндия) обязательно обыграет (и слово свое сдержит, дважды обыграв шведов). Вот и на игру против нашей сборной канадцы выходили с намерением утереть нам нос. И ведь у них это едва не получилось. Как скажет после матча наш замечательный актер Евгений Леонов (он входил в советскую культурную делегацию, присланную на этот турнир с тем, чтобы поддержать сборную СССР): «Такую драму не напишет ни один драматург».

Вячеслав Фетисов, забив четвертую шайбу, поставил победную точку в игре с канадцами. После финальной сирены на канадцев было страшно смотреть – так они были подавлены

И действительно, сюжет этой встречи развивался крайне драматично. К 56-й минуте (практически к концу игры) счет был ничейным – 1:1. Нервы у всех были на пределе из-за «скользкости» счета. Как вдруг, за четыре минуты до конца встречи, канадец Левер выводит свою сборную вперед. Радость забившего была столь огромной, что он три раза вынимал из сетки шайбу и снова забрасывал ее в ворота, чтобы все видели: это он, именно он, Левер, забил гол. Вместе с ним ликовала и вся команда. А также почти весь стадион Юлиуса Фучика, поскольку чехословацкие зрители в тот день болели именно за канадцев. Тогда многим показалось, что судьба матча фактически решена. Но наши ребята сотворили чудо.

Видя весь этот ажиотаж, они с таким энтузиазмом ринулись в бой, что канадцы были буквально смяты. В итоге сначала Валерий Харламов сравнял счет (2:2). Потом Сергей Капустин вывел нашу сборную вперед (3:2). А затем Вячеслав Фетисов поставил победную точку в игре (4:2). После финальной сирены на канадцев было страшно смотреть – так они были подавлены.