332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Эйверин Кутеж » Вредина, маг и обряд, пошедший не так! (СИ) » Текст книги (страница 6)
Вредина, маг и обряд, пошедший не так! (СИ)
  • Текст добавлен: 15 декабря 2020, 09:30

Текст книги "Вредина, маг и обряд, пошедший не так! (СИ)"


Автор книги: Эйверин Кутеж


Соавторы: Антонина Крейн



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)

Глава 19. Мир в ожидании конца

Не успела Мэгги договорить свою фразу, как комната наполнилась негодующими криками и бранью. Кто-то даже на ноги вскочил, демонстрируя крайнюю степень возмущения.

Борис со стоном приподнялся с моих колен и обвиняюще выпростал длань в сторону медсестрички:

– Пошто, неверная?! Нормально же общались!

Мэгги пожала плечами:

– Ну просто вы вводите Вилку в заблуждение, утверждая, что никто в мире Гало не может придумывать новые заклинания. Артур ведь может!

– Это еще не факт! – почти выплюнул Иньч, чье лицо неприятно заострилось при упоминании студента. – Всё, что мы знаем пока, так это то, что папаша Эдинброг устроил этот глобальный %&* с Тварями!

– Неправда! – вскочила Мэгги. – Порталы с Тварями были и раньше, отец Артура всего лишь пытался их закрыть!

– Ага, а вместо этого размножил!

– Он не специально! Все допускают ошибки!

– Но не такие, которые стоят жизни тысяч людей! – зашипел Иньч, тыча костлявым пальцем Мэгги в грудь.

– Большим делам – большие риски! – уперлась та.

– Народ, наро-о-од! – Борис по-барски раскинул руки и нахмурился, пытаясь утихомирить гостей. – Как по мне, беда не в том, что старый мистер Эрик Эдинброг заявил всем, что он изобретет заклинание, которое навсегда закроет дыры меж мирами… Да здравствуют уверенные в себе люди и всё такое. Беда в том, что, когда у него это не получилось, он пошел путем, не достойным истинного самурая.

Все закивали, хотя вряд ли многое знали о наших земных самураях. И об их понятиях чести.

Как и Борис. Ибо он повернулся ко мне и пояснил:

– Чтоб ты знала: повесился папка Артура два года назад.

– Господи… – пробормотала я ошарашенно.

– Ага, – тяжело вздохнул Борис. – Что почему-то не убило его пошатнувшуюся репутацию, а, наоборот, укрепило ее: для многих извращенцев самоубийство стало признаком того, что чувак был гением, обиженным незаслуженно.

– Он и был гением, Бор! – закричала Мэгги, но Борис лишь отмахнулся.

Пара студентов недовольно поднялись, одернули тоги и буркнули:

– Мы пойдем. Не любим политику. И Эдинброгов.

– Не-не-не! – Бор ухватил их за руки. – Всё, тема исчерпана. Развлекаемся дальше. Мэгги просто мирра в голову стукнула: прямо сквозь поры на коже к мозгу примкнула и закоротила там что-то. Мэг, вечеринки – время наслаждений, а не политических споров… Тем более, греческие вечеринки. Кстати, рассказать вам, что такое настоящая дионисийская оргия?

– Рассказать! – обрадовались студенты.

Мэгги поморщилась, но потом пожала плечами и плюхнулась обратно на ковер.

Ребята начали болтать, смеяться и придуриваться, более не касаясь темы Артура. Мне же определенно не хватило информации…

Поэтому, когда мы стали играть в карточную игру с непонятными правилами и очень фривольным подтекстом, и мы с Мэгги выбыли в первом же раунде, я попросила ее показать мне террасу:

– Хочу подышать свежим воздухом!

Мы нырнули под шторы и вышли на балкон. Вновь горы и звезды, июньская влажная ночь, красота. И мы – две дуры в простынях и с голыми плечами.

– Мэгги, ты знаешь, что мне от тебя нужно! – деловито сказала я.

– Э, я хоть и медсестра, но таблетками не торгую!

– Что?! Да нет, мне нужно продолжение про Артура!

– А… Прости, вечеринки Бора всегда вносят смуту в мое представление о реальности.

Медсестричка локтями оперлась о широкие перила, уставленные кадками с пионами, и заговорила…

* * *

История оказалась простой. Отец Артура – Эрик Эдинброг – однажды понял, что может создавать новые заклинания. Совсем как великие маги древности. Его талант проверили, после чего пришли к выводу: это правда. В нем есть что-то, что делает его творцом. Вот только независимые творцы никому не нужны, конечно же: так Эрик Эдинброг стал королевским чародеем, волшебным соловьем в золотой клетке. Ему заказывали заклинания: сначала мелочь, потом все более сложные. Самым важным стал заказ на закрытие порталов…

Тех самых, что ведут в мир Тварей. Раньше эти порталы – бич мира Гало, наследие апокалипсиса – открывались всегда в одних и тех же местах. Там сутками караулила армия, готовая в любой момент вступить в схватку с чудовищами.

Эрик взялся за плетение. У него ушло на формулу много лет, и ушло бы еще больше, однако… У короля закончилось терпение:

– Мне надоело ждать, – сказал он. – Закрывай порталы сейчас. У тебя было достаточно времени.

– Но… – сказал Эрик.

– Закрывай.

И когда ткань меж миров была прорвана в следующий раз, Эрик Эдинброг вышел Тварям навстречу и стал плести формулу. Один-одинехонек, потому что специфика колдовства его была такова, что никто другой не мог воспользоваться придуманными им заклинаниями. Хотя пробовали, конечно.

Сначала казалось – все получится. Когда колдун закончил чары, все порталы в стране захлопнулись одновременно. Люди возликовали, но рано… Не прошло и нескольких минут, как порталы открылись вновь.

Но теперь их было в несколько раз больше. И они открывались в непредсказуемых местах: в городах и деревнях, школах и магазинах, церквях и больницах…

Простые люди стали гибнуть. Массово. Кто-то говорил: ничего, Эрик, дерьмово, но бывает, вернись в лабораторию и продолжи работу, зря король вытолкнул тебя раньше времени. Но куда больше было тех, кто писал: мы ненавидим тебя, ненавидим, умри, убийца. И Эрик, сдавшись, решил умереть…

– Это ужасно, – сказала я.

– Да, – согласилась Мэгги. – А еще через некоторое время после гибели Эдинброга ученые выяснили: порталы растут. Они стали появляться чаще. Их больше. Ткань бытия превратилась в труху, и… Согласно прогнозам, уже скоро прохудившаяся реальность порвется совсем. Конечно, все ломанулись исследовать бумаги Эрика, и поняли, в чем была ошибка формулы, но… Беда в том, что никто не может ее применить. В них нет этой искры великого мага. Колдовство специфично и не дается никому, кроме… Артура. Который пока что всего лишь студент. Король сказал: пусть Артур окончит Форван, пусть экзаменаторы признают, что он обладает необходимой квалификацией, и тогда я допущу его к бумагам в Антрацитовой Библиотеке. И он не выйдет оттуда, пока не вызубрит подправленное плетение. А вызубрит – попробует вновь закрыть порталы. Вот, собственно, и всё, – Мэгги пожала плечами.

Я покачала головой, не спеша отвечать.

Мне нужно было переваривать эту историю. Легкий летний ветер плясал на балконе, качая розы и наши простыни, за окном шумела вечеринка, принявшая совсем разухабистый характер. Под нами простилался Форван – ночной, безмолвный, совсем не похожий на мир в ожидании конца…

– Как-то это странно, – сказала я наконец, – Доверять судьбу мира одному человеку. Что если Артур ошибется так же, как его отец, и только ухудшит вашу ситуацию?

Мэгги кивнула:

– Конечно, такое может случиться. Тогда всех, кого успеют, начиная со знати, уведут в другие миры – у нас в столице есть большой телепорт для этого, недавно как раз построили… А все остальные… – она безнадежно махнула рукой. – Будем доживать, как получится. Собственно, поэтому люди – те, кто в курсе происходящего – разделились на две команды. Тех, кто верят в Артура, и тех, кто подозревает, что он нас добьет.

– А сам Артур как думает? – протянула я.

– Понятия не имею. Артур не шибко распространяется.

Я хотела еще ее расспросить, но тут из комнаты к нам шагнул Борис, «пораженный в самое сердце нашим нежеланием проводить время в его обществе». Землянин толкнул монолог на тему нашей жестокости, и он получился у него настолько забавным и, черт возьми, милым, что мы с Мэгги позволили подхватить нас под локотки и утащить обратно в комнату.

– Безобразие, говорю я, полнейшее безобразие! – шутливо ругал нас Бор. – Уж полночь миновала, а мы еще не пляшем!

Я сначала рассмеялась той физиономии, которую он скорчил, а потом вдруг спохватилась.

– В смысле, «полночь миновала»? У тебя на часах десяти нет!..

– Да они тыщу лет уже не идут, мне просто лень снять, – отмахнулся Бор.

Я тихо ойкнула. После полуночи я должна быть в комнате, а значит…

– Мне надо бежать! – ахнула я, кидаясь к дверям.

– Куда! Комендантский час! – переполошилась Мэгги.

Но я уже не слышала. Я выбежала в коридор и рванула туда, где был портал-цветок. Я добежала до лотоса: он вел на первый этаж. Мне надо будет телепортироваться туда, а потом уже к нам на десятый. Я вскочила на бортик бассейна, потом шлепнулась в центр цветка…

И тотчас из темноты коридора на меня прыгнул Борис, выбежавший, оказывается, вслед за мной. Он чуть не сшиб меня с ног – если бы не закрывающиеся уже лепестки, я бы точно выпала из портала. А так – лотос сжал нас, как двух пассажиров метро в час пик, не позволяя ни вдохнуть, ни шевельнуться.

– Какого фига?! – возмутилась я. Голос был глухой, ибо меня слегонца расплющило по мощной груди Отченаша.

– Спасаю тебя, дуреха!! – взревел тот. – По первому этажу академии нельзя бродить после полуночи. Ночь – время ангелов.

– В смысле? – не поняла я.

– Долбанные статуи в коридорах. Оживают и жрут все, что движется, – буркнул Бор. – Обычно крыс, но человеку будут очень рады. Такая вот ночная охрана от незваных гостей.

Он стоял, обняв меня, уткнув мне подбородок в затылок. От него сильно пахло мускатным парфюмом – пропитаюсь насквозь. Несколько секунд спустя мы телепортировались: лепестки цветка стали раскрываться.

– Вышли из лотоса – и сразу обратно, чтоб перезапустить телепорт! Надо вернуться на защищенные этажи! – приказал Бор, таща меня за руку.

Но план его не удался. Едва мы соскочили на бортик бассейна, как сзади раздался странный мраморный скрип… Я обернулась. Возле лотоса стоял каменный ангел.

И улыбался, наклонив голову вбок.

– Ёптыть! БЕЖИМ! – гаркнул Борис, дергая меня за руку так, что, казалось, сейчас вырвет.

Глава 20. Ангельское дело

Мы рванули вперед по холлу первого этажа.

Слабая ночная подсветка не столько рассеивала тьму, сколько нагоняла жути. Босые ступни звонко шлепали по полу. Тоги-простыни трепетали: мы имели все шансы закончить эту гонку в стиле ню. Ну, главное, чтоб живыми!

Борис энергично тащил меня вперед. Я только тихо попискивала, пытаясь за ним угнаться. Позади была тишина… Обманчивая, ведь когда нам встретилось зеркало, я увидела: на нас охотятся уже четыре ангела.

Они плыли-скользили над полом, а если встречали ступеньки или другие препятствия, то мигали, телепортируясь на полметра вперед. Понятно: двери для них не помеха!

И да, они всё еще улыбались. У одного с уголка рта свисал окровавленный хвостик крысы. Беззвучная, дикая гонка.

– А ты можешь что-нибудь… наколдовать на ходу?! – задыхалась я.

– Не могу! – рявкнул Бор. – Я ж не Гэндальф! Ищем другой портал!

Мы сигали по коридорам, пока не показался новый цветок лотоса. Но уже когда мы собирались прыгнуть в него, из темноты нам навстречу выплыл пятый ангел…

– Твою мать! Не вариант! Сюда!

И Борис лихо свернул в неприметный проход коридора. Я за ним! Темнота еще гуще, полный дурдом в голове и тихие скрипы сзади!

Мы закладывали крутые виражи. Это не помогало: количество наших преследователей всё росло, а пути отступления сокращались. Адские ангелы выскакивали перед порталами каждый раз: знали, где подстеречь лакомство…

– Так может, на лестницу?! – прохрипела я, когда в боку моем стало совсем уж невыносимо колоть. – Раз другие этажи защищены?

– Нет! На лестнице нас догонят, так как будут безостановочно телепортироваться!

– А если на помощь позвать?

– Мобильников нет, не серчай!

– На улицу?

– Рванут за нами!

– Р-р-р!! Ну а у тебя какие идеи, Борис?! – обиделась я на своего спасителя.

Он тоже обиделся. Даже руку вырвал. И я, конечно же, тотчас споткнулась.

Мгновенная карма, что!

– Черт!

Я грохнулась просто эпично. Растянулась полностью – стукнулась даже лбом. Хвала адреналину, упав, я сразу вскочила обратно, как неваляшка, но колени были содраны, а из носа хлынула кровь…

– Вилка! – ахнул Борис. – Больно?

– Пока нет, – сглотнула я, утираясь. – Только страшно! И кроваво!

– И впрямь кроваво… – в глазах его вдруг промелькнуло что-то странное. Что-то вроде азарта – впрочем, мне было не до подробного анализа.

– Так, не бойся! – решил Бор. – Дуй за мной!

Еще пара коридоров – и Борис на полном ходу влетел в высокие двери с золоченой табличкой «Зоохранилище». От удара плечом хрустнула щеколда, створки распахнулись, и мы ввалились в огромное помещение со сводчатым потолком. То ли ангар, то ли музей, то ли цирковой прицеп в максимальной комплектации.

Разноразмерные вольеры наполняли зал…

А в них спали странные существа. Грациозные и массивные, текучие и туманные, мигающие и поглощающие свет. Все клетки светились красным: были заперты на магическую защиту.

Мы мчались мимо, и кое-какие животные начали просыпаться: потягивались, выли, рычали. Это пугало. Еще сильнее я заволновалась, обернувшись: за нами летел уж десяток оживших скульптур.

– Вот! – крикнул Борис, лихорадочно пожимая мне руку. – Вот, смотри, что нам нужно!

Он доволок меня до огромной, длиннющей клетки, которая стояла в центре помещения. Песок покрывал ее пол, в ней было две решетчатых двери напротив друг друга. Но внутри – никого. Бор подлетел к первой двери и быстро набрал на замке охранный код. Клетка перестала светиться и открылась.

– Дамы вперед! – землянин решительно втолкнул меня внутрь. – Беги насквозь! И окликни меня, как достигнешь дальней двери! Я дождусь здесь, отвлеку их, чтобы они не зашли с другой стороны!

Я рванула. Дорожка моих следов – хромающих и местами кровавых, сигналила панику азбукой Морзе.

Землянин остался снаружи, размахивая руками и крича:

– Сюда, козлы! А ну ко мне, крылатые ублюдки! Быстрее, ну!

– Бор, я на месте!

Он обернулся и, убедившись, что я и впрямь у цели, рванул за мной с головокружительной скоростью. Раззадоренные ангелы вплывали в клетку на некотором отставании.

– Теперь ты отвлекаешь! – приказал Бор, несясь ко мне по песку. – Будь их целью: у тебя кровь – захотят начать ужин с тебя! А я должен запереть их!

И, бешено пробежав клетку насквозь, он мимо меня выскочил наружу и помчался в обратном направлении. Черт! Но он прав: за ангелами и впрямь надо было закрыть входную дверь…

Я стояла, приманка приманкой, в ужасе глядя на то, как приближаются скульптуры. У меня не было и десятой доли смелости Бориса, чтобы задирать их. Мне было так страшно, что казалось, воздух сгустился, и липкий ужас облизывает меня, изучая. Ангелы уже подплывали: медленнее, кровожаднее… Песок в клетке стал подниматься, будто торнадо.

– ВЫБЕГАЙ! – гаркнул Бор вдалеке.

Преодолев странное сопротивление, я выскочила наружу и лихорадочно хлопнула дверцей.

Ангелы поняли, что их провели.

Они безмолвно и яростно заметались по вольеру. Они пытались телепортироваться вовне, но защита мешала им – скульптуры лишь дико мигали, как барахлящий телеэкран.

Один из ангелов бросился на прутья решетки, да так сильно, что по мраморным крыльям побежали трещины. Его искаженное улыбкой каменное лицо оказалось ужасно близко… Гнев. Безумие. Почему-то отчаянье. Безмолвный улыбчивый крик.

Я застыла в ужасе… Но тут Бор – разгоряченный, бешеный, – подлетел сбоку и чуть не сбил меня с ног, ухватив в объятье и отвернув от страшной клетки.

– Спасибо… – пробормотала я.

– Это еще не конец! – крикнул он, уже таща меня прочь из хранилища. – Бегом! Не оборачивайся! Теперь нам надо все-таки добраться до портала, пока не явились еще скульптуры!

– Черт, а их еще много? – застонала я, вспоминая, что да – я же сама видела как минимум двадцать штук вчера днем…

– Со мной ничего не бойся! Бежим, не оглядывайся!

Его уверенность придавала мне сил.

Мы вновь петляли по коридорам, один раз чуть не столкнулись с новым ангелом, но Бор заметил его из-за угла, резко затормозил меня и крепко обнял:

– Тс-с!

Про себя я невольно отметила, что начинаю находить это «обнимочное» положение весьма надежным. Безопасным, знаете ли. Это очень удобно: позволить кому-то симпатичному и приятно пахнущему решить все проблемы.

И вот мы у портала-цветка. Шагнули внутрь и несколько секунд спустя оказались на каком-то из жилых этажей.

Мы дружно рухнули на бортик бассейна. Здесь было темно и тихо, и только несколько факелов горели вдоль двух коридоров. Их пламя плясало, кружевные тени разбегались по стенам.

Сердце мое билось, как проклятое. Адреналин сводил с ума, заставляя поледеневшие от ужаса пальцы мелко подрагивать. Бор тоже тяжело дышал, а глаза у него были горящие и сумасшедшие: ликующие глаза победителя.

– С ума сойти! – выдохнула я. – Вот это приключение, боже мой! Спасибо, что спас меня, Бор! Это… Спасибо!!!

Он довольно улыбнулся. Мы оба чуть ли не искрились от пережитого. Нас колотило.

– Ну а как иначе? – хрипло рассмеялся Борис. – Как я мог позволить им сожрать такую прекрасную, неунывающую землянку?!

– Прекрасную вряд ли, – усмехнулась я и утерла разбитый нос. – Как минимум сейчас.

– Самую прекрасную на свете, – галантно возразил Бор. – Только тс-с-с! – он лукаво приложил палец к губам. – Это секрет, договорились?

– Что именно? – рассмеялась я.

Воздух был горячим. Бор был горячим. Я тоже.

– Всё наше приключение. Я хочу, чтобы детали принадлежали только нам с тобой. Это важно, Вилка! И то, что я такой нежный – тоже тайна.

– А ты разве нежный?

– О да! Признаться, пока ты не появилась, я часто думал, что все последние три года – это вообще галлюцинация, и на самом деле я лежу в коме, попав под машину, и никакого Гало не существует, и я лишь вижу чудный, странный сон, – финансист вдруг вздохнул так горько, что у меня в груди что-то понимающе сжалось. – Хотя, возможно, ты тоже мираж, – добавил он, хмыкнув. – Просто усложненный.

– Я не мираж, эй! – возмутилась я. – И это всё не сон.

– Любой мираж сказал бы, что он не мираж!

Я подумала и ущипнула его за запястье:

– Видишь? Миражи так себя не ведут.

– Ты ущипнула меня! – наигранно вознегодовал он. – Я тебя спасаю, а ты меня щиплешь! О нет! Коварная!

Я засмеялась.

А потом продолжила хохотать. Наверное, это была истерика: вечеринка и погоня, кровь и вино, ангелы и сущности, прошлое и будущее, моя сжатая пружиной тоска – потерянность в незнакомом мире… Такая же, как у Бориса. Я смеялась почти до слез, а Бор смотрел на меня торжествующе и азартно.

– Можно проверю по-своему? – подмигнул он, выгадав паузу в моем хохоте.

– Что?

– Что ты действительно не мираж, – сказал он, и, не дожидаясь ответа, потянулся вперед и поцеловал меня.

Ох, кошечки!

У меня внутри все буквально обрушилось.

В смысле – и так, при взгляде на финансиста, ни у кого не возникало сомнений, что он хорош – ходячий тестостерон и чувство юмора в одном флаконе – но одно дело теоретизировать, а другое – почувствовать на себе…

Бор знал, что делает.

Дикая смесь из гонки, спасения, страха и облегчения, радости не-одиночества и животного ужаса от преследований взрывалась внутри фейерверком, и поцелуй казался идеальным, киношным ее венцом.

В первое мгновение я совсем обалдела от нахлынувших… нет, не чувств, а скорее эмоций. Я судорожно, сладко вздохнула, прикрыла глаза и инстинктивно подалась навстречу, чувствуя, как сердце обливается горяченной кровью, поршнем накачивает жизнь – вот они, настоящие приключения…

Борис был одуряюще соблазнителен и харизматичен. Он запустил руку мне в волосы, игриво прикусил за губу, от него так приятно пахло. Он целовался великолепно, но…

Я кое о чем вспомнила. Вернее, кое о ком.

И моя острая эйфория схлынула одномоментно. Бор придвинулся ближе, а я, наоборот, вдруг рванула назад, чуть не ухнув в бассейн.

– Не стоит… – хрипло и удивительно томно шепнула я. – Не надо!

– Почему? – он облизнул губы.

– Просто… не хочу.

Не говорить же Борису, что в этот момент перед моим внутренним взором с какой-то радости объявился Артур Ван Чтоб Его Эдинброг?!

Неприглашенный, прошу заметить! Взял и влез в мысли! Обломастер!

– Окей, – Борис кашлянул и отстранился. Взъерошил волосы и, подумав, подмигнул мне, мол, я не обижаюсь. – Но помни, Вилка, все случившееся с нами – тайна! Тсс-с-с-с… – лукаво приложил он палец к губам.

А потом встал и в два быстрых шага скрылся в правом коридоре.

– Вилка! – тотчас услышала я негромкий оклик вдалеке.

И из-за левого угла вылетел маленький шарик-пульсар. Он подлетел ко мне, обернул вокруг меня дугу, как спутник планеты, и с ликующим визгом унесся обратно во тьму. Не успела я подскочить и хоть как-то пригладить волосы, поправить долбанную тогу, как шарик вернулся.

На сей раз за ним шел Артур.

– Ну привет, фамильяр, – ровно сказал он, оглядев меня с головы до ног.

Легок на помине…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю