Текст книги "Невеста на спор (СИ)"
Автор книги: Евгения Светлакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)
– Но я люблю тебя! Я хочу быть с тобой, я…
– Любил бы – был бы со мной. И дети бы были у нас с тобой, правда? Но ты предпочел послушать родителей, ты предпочел оставить меня в качестве запасного аэродрома. Ты даже никогда не думал какого мне. Правда?
Ян стоял и не знал, что сказать. Я же понимала, что хочу реветь, реветь от обиды от жалости к себе и оттого, что десять лет жизни мне никто не вернет. Какой же я была дурой…
– Все уходи…
– Тат, хочешь я завтра же подам на развод? Хочешь? Это займет несколько месяцев, но я на тебе женюсь. Я…
– Да не женишься ты на мне! Хватит мне врать! – все же повысила голос, перебивая первую и пока единственную любовь в своей жизни. – Тебя все устраивает и всегда утраивало. Это я дура верила, что все исправится, но нет… А теперь поздно, я выхожу замуж, так что вещи и за дверь. Вопросы?
Ян если и хотел что-то сказать, то промолчал. Рассматривал меня, кажется, пытаясь понять, серьезно ли я говорю или нет. После вздохнул и ушел в комнату, чтоб через пару минут выйти с сумкой и молча одеться и выйти из квартиры.
И это все? Так легко меня отпустит? Да я, вообще, для него что-то значила? Несмотря на все мои слова я надеялась на то, что наши отношение для него хоть что-то значили, а теперь выходит…
Слезы побежали по щекам, а из груди вырвался жалостливый вой. Да, я сильная, я независимая… Я самая несчастная в мире… Я…
Я уже рыдала в голос, когда дверь отворилась. Сердце подпрыгнуло. Он вернулся! Вернулся… Но это был лишь сосед, мой будущий муж… Лишь какой-то художник…
Я хотела его выгнать, сказать, чтоб он убирался, но рыдания не дали произнести ни слова. Меня трясло от слез.
Меня поднял на руки и унесли в комнату, проигнорировав все мои попытки вырваться. Заботливо уложив на матрац и укрыв одеялом. Он не мешал мне реветь, он ничего не говорил. Просто сел рядом и гладил меня по голове и спине, пытаясь подбодрить…
Когда слезы кончились, а голос охрип от истерики, пришло опустошение пугающее опустошение. Постепенно мысли стали вязкими и сознание после всех потрясений, начало засыпать. Уже на грани сна я почувствовала нежный поцелуй в лоб.
– Я больше не позволю тебе плакать, – совсем тихо прошептал Игорь.
От этих слов на сердце стало теплее и спокойнее, и я заснула. С чувством полной безопасности. Не знаю, почему, но я верила этому мужчине. Верила и надеялась, что с этого момента моя жизнь изменится. И очень хотелось, чтоб в лучшую сторону…
Глава 15
– Баринов, я тебя убью! – я вылетела из квартиры, намереваясь высказать соседу, а последние четыре дня еще и жениху, все что я о нем думаю. Он выбросил все мои чипсы, оставив записку «вредно, ты достойна лучшего». Да он издевается? Я старалась не ругаться матом. Я девочка мне не положено и о чем я думала, делая предложение этому мужчине? Но оказавшись на площадке, чуть было не споткнулась о цветы… О море цветов…
– А что я успел сделать? – тут же отозвался художник, высовываясь из своей квартиры, это я так громко кричала или он караулил? При Взгляде на лестничную площадку и количества роз на ней, он усмехнулся. – О, поклонники разгулялись… Интересно от кого?
– Не знаю, – я удивленно осмотрелась. Кому, вообще, пришло в голову притащить столько ярко-алых роз? Господи, да я же их терпеть не могу… – Но это не ты?
– Цветы. Могу конечно, но розы? Еще и в таком количестве? Ты за кого меня держишь? Первое – это не практично, второе – это пошло, а еще тебе эти формальные цветы?.. Зная тебя, нужно дарить ромашки, герберы или еще что-то попроще, чтобы они подчеркивали твою красоту и женственность, а не оттеняли. А такое количество… Je ne peux pas. Хотя, признаюсь, идея про вагон ромашек была. Жаль, привести не успели…
– Тогда это от кого? – я уже и забыла, что только что хотела убить соседа за наглое обращение с моими запасами.
– У нас два варианта Федоров или парнокопытный, мне нравится больше первый. Он, конечно зануда редкостный, но человек хороший. А вот наш Як…
– Он Ян, – поморщилась как и от издевательства над именем, так и от запаха. Не люблю запах роз…
– Я и говорю парнокопытный. И, вообще, ты что-то мне хотела сказать? Не из-за цветов же ты так кричала? И, надеюсь, ты помнишь, что нас в одиннадцать ждут в ЗАГСе? И с цветочной поляной времени разбираться нет. Завтрак, макияж и вперед, хотя может ты хочешь ехать в таком виде…
Завтрак, точно!
– Ты выкинул весь мой завтрак! – выдала я, вспоминая причину, почему, вообще, оказалась на площадке.
– Я? Не припоминаю такого, завтрак я не выкидывал.
– Выкинул! – уперлась я.
– Нет, подожди. Я выкинул у тебя только вредную еду. То есть только то, что не желательно есть, вообще, и тем более на завтрак.
– Это были мои чипсы! Мои!
– А, ты о них? Ну, еще это были твои кексы, лапша и сухарики, множество не натуральных приправ и прочей химии. Я тебе уже говорил о правильном питании и таких продуктах, но могу повторить. Это вредно, а вредно в помойку…
Я открыла и закрыла рот от удивления, пропажу остального я пока не заметила, но как он, вообще, мог? Я пустила его в свою квартиру, я позволила ему в ней находиться, а он так с моими продуктами? Да он!
– О, все понятно, – Игорь аккуратно шагнул за пределы своей квартиры и, дотянувшись до меня, потянул к себе. – Пошли нормальным завтраком покормлю.
– Ты мне не муж! Я хочу на завтрак чипсы, – заупрямилась я не хуже маленького ребенка. Да я сейчас из вредности готова есть одни чипсы, лишь бы он меня не поучал!
– Хоти, – откликнулся Баринов, закрывая мою дверь на ключ. А меня толкая к себе в квартиру, где пахло блинчиками и кофе.
Вау, от такого аппетитного запаха я растерялась. Нет, я подозревала, что он умеет готовить. Он три дня меня выхаживал и кормил, пока я приходила в себя, после того как выгнала Яна, но блины? Да у меня мама их делать не умеет, а здесь художник-обалдуй умеет?
– Мыть руки и за стол! – распорядился этот самородок талантов.
– Не командуй мной! – рыкнула я, но послушно пошла мыть руки. Игорь следовал за мной, как надзиратель.
– Не ходи за мной, – буркнула, закрывая дверь в ванну, чтобы хоть ненадолго остаться одной. Признаться честно, когда меня посетила гениальная мысль выйти замуж за художника, я не так себе это представляла. Мне казалось, что если он и согласится, то для галочки, ибо прекрасно понимает, что браком по любви и не пахнет. Но все же были бы в выигрыше, правда? Хотя теперь-то я понимаю, что ему то от нашей свадьбы никакого КПД. Девушек домой теперь не приведешь, на приемы со мной, то есть никого не подцепишь. Как следствие, для секса остаюсь только я, но хватит ли ему такого расклада? Это я промолчу, что у меня проблем хватает. Начиная с пустой квартиры, заканчивая Яном и Леонидом. При этом он согласился, он поистине странный человек.
– Если ты постоишь в ванной и выйдешь, за мытье рук это не будет считаться.
– Отвали, а? Сейчас помою руки и приду.
– Обещаешь? – поинтересовался из-за двери Игорь.
– Да, – нехотя пообещала, не отстанет же.
– Отлично, кстати, я сегодня тебя познакомлю с родителями… – «обрадовал» меня художник и, напевая песенку про миллион алых роз, оставил меня в покое.
Родители? Он сказал родители? О господи, как я на это, вообще, подписалась?
***
– Приехали, – художник остановил машину и покосился на здание родительской клиники. Он не особо представлял как, вообще, будет сообщать о предстоящем браке семье. Главное, он не знал, как они воспримут эту новость. С одной стороны, они давно просили сами, с другой угодить им сложно. А подставлять под раздачу Таню хотелось меньше всего, но если они познакомятся после заключения брака, все будет намного хуже. Его родители с такими вещами не шутят.
– Может, ты сходишь без меня? Я в машине подожду… – заупрямилась девушка, явно не в восторге от идеи знакомства. Интересно предупреди он ее заранее о своих друзьях, тоже бы передумала.
– Я минимум там часа на четыре, но боюсь больше, – Игорь вздохнул, и эта трусиха сделала ему предложение? Вот уж не поверит.
Да иллюзий о причине всех событий он не питал. Да она просто решила им воспользоваться, чтобы избавится от своего парнокопытного, но кто теперь ее отпустит? Если она еще не поняла, что как только дойдёт до загса – бежать будет уже поздно, то придется намекнуть так. Нехорошо лишать человека возможности одуматься.
– Тогда может я домой? Заявление подали, здесь-то я зачем? Я на метро и домой…
– Таня, они тебя не съедят. Ты вредная, а они вредную пищу не едят… – пошутил он и сразу получил толчок вбок и шипение. Ох уж эта стерва.
– А ты то здесь зачем? Ты же вроде не практикуешь… – нахмурилась Таня, изучая здание.
– Ну, скажем так, отца не сильно устроило мое желание потратить жизнь на искусство. Так что я немного привираю, когда говорю, что я не практикую и у меня только диплом. Сложное мне, конечно, никто не доверит, но что-то попроще все мое… Провожу, я здесь обычно по три дня в неделю, так что пошли. Если я опоздаю хоть на десять минут, в следующем месяце я, вообще, отсюда не выйду.
– Все так строго? – его невеста удивленно вскинула брови.
– Строго? Нет, что ты в детстве бы я, вообще, из дома год не вышел никуда кроме школы… – Игорь улыбнулся, вспоминая свое детство, еще пять минут уговоров, и они зашли в клинику, где на стойке ресепшен их встречала мать.
– Игорь! У тебя через пять минут пациент! Отец рвет и метает! Ты… – и здесь мама заметила спутницу сына. – Добрый день, а вы…
Баринов усмехнулся, заметив, как мать одобрительно кивнула, проанализировав внешний вид девушки. И это только начало, но первый тест пройден, а с остальным…
– Мам, Это Моя Татьяна, прошу любить и обожать, свадьба на следующей неделе. Все оставляю вас вдвоем, я побежал, – он поочередно поцеловал женщин в щеку и, пока они отходили от шока, побежал переодеваться. С отца ведь и правда станется следующий месяц его не выпускать из клиники, а у него на март огромные планы… А Таня, ну почему-то он искренне верил, что общий язык они с матерью найдут. А вот чтобы принял отец, придется постараться…
– Что я говорил про приходить заранее? – рявкнул отец, стоило ему влететь в кабинет и занять второй стол. Сегодня он вместо медсестры. И зачем вот, спрашивается, учиться более шести лет? Второй вопрос, вообще, зачем он здесь? Хотя лучше промолчать, а то хуже будет – понизит, вообще, в санитары. А Алексей Алексеевич Баринов точно может, старший брат однажды месяц из этой должности не вылезал после того, как проколол ухо без родительского ведома. И никуда ведь не пожалуешься, отец же…
– У меня уважительная причина, – улыбнулся счастливый младший Баринов.
– И как зовут на этот раз твою уважительную причину? А подожди, дай угадаю – Муза, Очарование или, может быть, Ангел… – скептически скривился отец, перенося со стола в шкаф кипу каких-то справочником. Опять сидел за своим научным трудом и, кажется, опять зашел в тупик вот и недоволен.
– Татьяна, в следующую субботу свадьба, ты же придешь? – книги полетели на пол, а старший Баринов так и замер, переваривая услышанное.
– Думаю это да, – весело известил Игорь. Наслаждаясь эффектом. Что же есть контакт, а там видно будет.
Глава 16
– Господи, как я рада, – после довольно продолжительного молчания выдала мать Игоря. А мне вот больше понравилось, что мы десять минут сидели молча. Зона ожидания или как у них называется это место было я бы сказала роскошно. Особенно для больницы, но, с другой стороны, это же частная клиника. Может у них так положено. – Что же он молчал-то, я бы подготовилась, а здесь неделя… Всего неделя, что же успеешь сделать… Надо же его брату позвонить, а его дед с бабкой, да они же не смогут пропустить это… Вы уже решили в каком ресторане будете отмечать, а платье ты выбрала? Господи, как же я рада… Почему он не сказал то на юбилее, какой бы это был подарок…
– Наверное, потому, что мы только это решили, – попыталась защитить Игоря, но тут же об этом пожалела.
– Только вчера решили? Но свадьба же через неделю… – женщина всплеснула руками и принялась причитать, а я даже не знала, как слово вставить в ее монолог, но вот вывод к которому она пришла, заставил меня потерять дар речи.
– Быть не может, неужели… – моя будущая свекровь встала с места и прошлась туда обратно, потом остановилась и с восторгом посмотрела на меня, закрыв рот руками.
– Неужели будет ребенок…
– Да с чего вы это взяли! – моя челюсть упала, вот это логика.
– Господи, ты уже встала на учет? Плод развивается нормально? Срочно пойдем, у нас сегодня как раз работает прекрасный специалист. К нему очереди за полгода выстраиваются, но тебя он примет…
– Да не беременна я, – выпалила я, вставая. Надеясь, что хоть так привлеку внимание к своей персоне и докричусь до потенциальной бабушки.
– Идем, идем… – меня попытались потянуть к гинекологу. Вот спасибо, я как-то не горю желанием идти к столь деликатному врачу. Раз в полгода хожу и хватит с меня, а то что это «светило» меня не сильно прельщает… Давайте без меня…
– Ну не стесняйтесь, понимаю никто не любит, но ребенку…
Да какого хрена, нет у меня ребенка даже в проекте! Мы даже не спали еще, а мне уже о ребенке? Нет, мы так не договаривались…
Я невольно отступила от женщины, что стояла передо мной и не навязчиво предлагала сходить к гинекологу и на узи пока ждем Игоря… Мол ребенку полезно… И если я еще раз услышу эту фразу… Я закричу…
– Да не беременна я, – уже сотый раз повторила эту информацию. – С чего вы взяли?
Еще один шаг и я просто упала на огромный кожаный диван, что стоял за моей спиной, естественно, смещая его с места и вызывая кучу шуму. Я прибью Баринова! Надо было Леонида выбрать! Все проще… Сомневаюсь, что его мать так помешана на идеи внуков…
– Нет? Совсем нет? – разочарованно протянула женщина, понимая, что я хочу ей сказать. Ну слава богу. – Пока нет? Но почему бы не провериться сразу. Не стоит стесняться, если это и так мы же только рады Игорю давно пора. Остепениться… А дети… У нас можно пройти обследование пойдем я тебя запишу…Вы же уже планируете детей? Надо начать как можно раньше готовиться, чтобы можно было…
Я с трудом удерживалась, чтоб не завопить на всю клинику «Баринов!», хотя если учесть то, что это семейная клиника и Бариновых здесь может оказаться много, проще вопить «шут!». О том, что мама у него такая настойчивая надо предупреждать! Да, блин, я максимум думала, что могу ей не понравиться, но чтоб так! Где это, вообще, видано, чтоб с первых минут невестку припирают к стенке про беременность детей и прочее? Нет, я так не хочу…
– Тамара Валерьевна, – в холл, где мы до сих пор находились, заглянула медсестра. – Вас Алексей Алексеевичем просил к нему зайти. Что-то срочное.
– Да? Конечно же, – Женщина просияла, тут же хватая меня за руку, и потянула за собой. – Пойдем, познакомлю тебя со своим мужем.
С этими словами хрупкая на вид женщина потянула меня за собой с такой силой, что я с трудом успевала переставлять ноги, порой просто скользя по плитке. Да не так я представляла знакомство с родителями мужа, совсем не так…
***
– Она беременна? – в лоб спросил отец, ни капли не стесняясь пациента, которого Игорь осматривал.
– Падали? Морозили? Подворачивали? Оступались? Как-то могли повредить ногу? – стараясь не обращать внимания на отца, младший в семье врачей вел обычный прием. Может он и самый бестолковый из врачей Бариновых, но четко разделял работу и личное. А сейчас была работа, а главное – здоровье пациента. Остальное, не имело значения, как и то, что за пределами этих стен он Художник Игорь Баринов, здесь он врач и остального его не волновало.
– Упал вчера неудачно, – откликнулся больной, шипя даже от легких прикосновений.
– В травмпункт почему не поехали? Это может быть что-то серьезное, а вы вон сколько с ней прыгаете. К нам как добрались?
– Жена на машине подвезла, ну я вчера чуть выпил, а на пьяную голову упал, глупо вышло. Сами понимаете, принял на грудь и на подвиги. Пьяному же как понимаете море по колено, да и к вам ближе, чем в травму ехать да и вас мне посоветовали…
– Ладно, пришли не прогоним, посмотрим и вылечим. А теперь попрыгали на рентген, снимок нужен. Давайте я вас провожу, потом сможем сказать точно, что это и надо ли оперировать. – Младший Баринов помог мужчине с поврежденным опухшим коленом встать. Правда предложение, "а пойдемте-ка в травму отправлю" пришлось оставить при себе. Пришел, теперь надо смотреть. В крайнем случае, всегда можно перенаправить к другому специалисту, или в больницу, если совсем все печально. Хотя рядом есть отец пусть, если что, разбирается, а не допрашивает меня… – Нет, не беременна, – ответил на вопрос пока больной пытался принять устойчивое положение, опираясь на него.
– Но ты женишься! – скептически напомнил Алексей Баринов. Ну да, он же давно разочаровался, что без этого я смогу жениться…
– И что? Я в тридцать семь не могу жениться?… Так на меня обопритесь, вот пойдемте… – удерживая мужчину на себе, ибо тот явно плохо справлялся сам, Игорь повел его в соседнее крыло, где находился кабинет рентгенографии. Вся прогулка заняла около двадцати минут. Снимки же уже были загружены в медкарту и отец явно в состоянии решить, что с ними делать. Вернув пациента к кабинету, где сегодня вел прием отец, обнаружил недовольных людей… Маленькую толпу из трех человек… А это для частной клиники много. Поверьте, очень много. Особенно когда все проплачено и по времени.
– Так присядьте, – художник усадил своего больного на одну из лавок и проскользнул в кабинет, уже предчувствуя что-то неладное.
– …А вы кем работаете? Модель, продавец, бармен, официант? Может секретарь или… – вел допрос с пристрастием отец. Что же хорошая новость, он поверил, плохая, скептик процветает. Только вот во время приема… Так, это уже совсем новости. Для отца пациенты святое и такое?…
– Таня, финансовый директор. Не верите мне позвоните Арту, он подтвердит, – Игорь подошел и встал за спиной будущей жены, что явно была напугана таким напором. Ну да он бы тоже испугался, не знай он своих родителей. Правда он не подозревал, что они это выкинуть во время приемных часов. Это точно было что-то новенькое. – И я, конечно, ни на что не намекаю, но родители вы не забыли, что мы врачи? И это в первую очередь! – младший Баринов почти зарычал. – А еще у нас платная клиника и там сидя недовольные пациенты, что не есть хорошо для нашей репутации. Или вам важнее пилить мою невесту? Не ожидал я от вас такого. Кажется, в нашей семье паршивая овца – это я.
Мать смутилась и отвела взгляд, когда художник на нее посмотрел, а вот отца так легко было не пронять, правда, спорить не стал.
– Ты на сегодня свободен, – сухо велел он и опять смерил взглядом невестку. Ему Таня явно не нравилась. Отлично мнения разделились.
Игорь вздохнул и помог девушке подняться на ноги.
– Премного благодарен. Надеюсь, в следующий раз на более радушный прием.
– Тамара, проводи их и пригласите пациента, – Алексей Алексеевич вернулся на свое место и решил заняться работой, всем видом показывая, что сын для него перестал существовать.
– Да конечно, – мать обеспокоено посмотрела на нас с Таней и на мужа взглядом, в котором явно читалось неодобрение, после чего весьма нагло взяла под руку свою невестку и потянула за собой, а Игорь вспомнил о незавершенном деле…
– Идите, я догоню. Закончу тут, – вспомнил он про страдальца с коленом. Ну не мог же он оставить больного, которого осматривал. – Ты как хочешь отец, но прием я завершу.
Старший Баринов лишь хмыкнул, одобряя такое поведение. Чтобы он не думал, но все устроенное сейчас было проверкой, простой проверкой. И вот что получится в итоге пока рано судить.
Глава 17
– Да, семья у меня специфическая, – очень верно прокомментировал мое молчание Игорь. Когда мы уже проехали половину дороги к дому.
– Слушай, а почему ты никому не говоришь, что ты врач? Ты же работаешь по специальности… – вспомнила, что меня шокировало в этой истории изначально.
– Я не работаю, я выполняю требования отца… Это разные вещи поверь. Да мне не в тяжесть, все равно я не в состоянии безвылазно творить, но если бы не условие отца, я сомневаюсь, что надел бы белый халат еще раз… Да, мог бы послать и доказать свою позицию, но я не могу и не хочу его разочаровывать. Он мой герой, – Баринов улыбнулся, – Знаешь с каким восхищением я смотрел на него в детстве… Шварценеггер, Том Круз, Сильвестр Сталлоне… Кто там еще был? А не важно, никакие фильмы не могли затмить мне моего героя… «Папа помогает людям! Папа спасает жизни!» – с какой же я гордостью это говорил. Ну, а то что, когда он приходит домой он падает от усталости, что он по несколько суток мог не бывать дома, просто потому, что нет времени и проще переночевать в больнице и хоть немного поспать… Даже то, что от него всегда пахло хлором, спиртом и лекарствами меня не смущало. Какая разница, если ты знаешь, что кому-то он сегодня помог… Он герой… Был и остается. Хотя с весьма скверным характером…
Художник потряс головой.
– Один недостаток, правда, у всего этого был и остался – комплекс неполноценности, что формировался по мере взросления.
– Почему?
– Я никогда не буду так же хорош как он. Алексей Баринов – потрясающий хирург, к нему на консультацию ходят самые выдающиеся врачи… Ну и прочее. Про таких, как он говорят «врач от бога»… Я по сравнению с ним никто… Да и я очень много сил трачу на то, чтобы быть серьезным… Я еще в институте боялся его разочаровать, подвести…
– Но все равно как-то же ты стал художником…
– Сломался, – Баринов невесело засмеялся. – Cherchez la femme, как говорится. Правда, прежде чем получить имя и стать востребованным художником и продавать свои работы за большие деньги, я и санитаром в психушке. Подрабатывал и в городской поликлинике работал за какие-то гроши. И знаешь, я люблю обе свои работы и художника, и врача. Они обе делают мир лучше, одна – спасает души, вторая – тело.
– Ты меня не перестаешь удивлять, – я покачала головой, ну серьезно вот и как я должна была заподозрить в голом мужике в ванного врача?
– Надеюсь, в хорошем смысле, – мужчина посмотрел на меня лукаво улыбаясь, ни дать ни взять чертенок, того и гляди подкинет пакость. И почему я не выбрала Леонида? Вот правда? Сюрпризов так точно меньше. Я даже с его матерью знакома и детьми, да даже бывшими женами. А здесь мало того, что сам ходячий сюрприз, так и родители у него такие же…
– Так, идем! – не дал мне ответить Игорь, подтверждая мои мысли о том, что он ходячий сюрприз. Едва взглянув в зеркало заднего вида, включил поворотник. Чуть было не подрезав белый мерседес перестроился в крайней левый ряд и на первом же светофоре быстро развернулся.
– Куда? Мы же почти были дома! – я в панике завертела головой. Не хочу сюрпризы, совсем не хочу. Дома ноутбук и сериалы! Мне только интернет провели!
– Обещаю, тебе понравится, – ну да куда он меня послушает.
– Мне понравится дома! – я в панике схватилась за ручку и попыталась выйти, когда мы остановились на светофоре.
– Таня, – укоризненно покачал головой, – Мы пожениться собираемся, а я тебя на свидание еще ни разу не водил. Давай исправлять…
– А давай ночной разговор на лестнице считать свиданием, тогда у нас есть свидание и мы можем домой, – я с мольбой посмотрела на него, совсем не волнуясь о том, что веду себя как ребенок. Он видел меня рыдающей, что до него было позволено только Яну. Так что ребенка он переживет точно.
– Не считается, – хмыкнул художник, и на некоторое время замолчал. Я же с ужасом наблюдала за проносящимися мимо домами. Куда мы?
– Тань, – после некоторого молчания позвал меня мужчина, что сейчас был более врач, чем обалдуй-художник.
– Что? – спросила, не сводя взгляд с лица собеседника, у него даже мимика менялась, при таком тоне, будто я знаю двух разных Игорей Бариновых.
– Я сделаю все, чтобы стать тебе не просто способом спасение от этого парнокопытного, но есть одна проблема, – спокойно сказал Баринов-врач, блин, так диагноз обычно больным объявляют.
– Какая? – прекрасно я заговорила местоимениями.
– Ты никому не доверяешь, – ответил на вопрос мой жених, в очередной раз перестраиваясь в другой ряд.
– Ну, у меня было трудное детство… – попыталась оправдать эту свою черту.
– Но оно БЫЛО, а не ЕСТЬ, пойми есть здесь и сейчас, – немного повысив голос, указал на известный факт Игорь. – И, если ты не научишься доверять миру, близким и, главное, себе ты не сможешь быть счастлива.
– Себе я доверяю… – попыталась поспорить я.
– Едва ли, – мне улыбнулись, – Могла бы, ты и от себя бы спряталась.
– В психологи подался? – насупилась я. Вот мне копания в моих проблемах сейчас только не хватало, точно надо было выбрать Леонида.
– Нет, просто, ты мне нравишься Тань, но я попрошу лишь один раз, – мы остановились, и, заглушив двигатель, Игорь повернулся ко мне и протянул руку. – Доверься мне.
Я уверенно посмотрела на протянутую ладонь, а потом в синие глаза, что уже свели меня с ума. От волнения сердце стучало в ушах. Довериться ему? Довериться тому, кого я не знаю?
«Но именно ему ты сделала предложение», напомнили и девочка и стерва внутри, впервые придя к согласию. Я уже ему доверилась, уже…
– Хорошо, я постараюсь… – я вложила руку в его.
– Отлично! А теперь идем кататься на роликах! – изрек Игорь, вновь превращаясь в шута. Ладно, врач ушел. Прием, как видимо, окончен… Стоп! Он сказал ролики! Нет, только не это.
***
– Не заваливайся назад и, вообще, отпусти бортик – Игорь посмеивался над своей невестой, что впервые встала на ролики.
– Тебе легко говорить, а с бортиком у нас любовь с первого взгляда, – откликнулась Таня, вцепившись в стенку еще сильнее, когда мимо пронеслись дети, не особо волнуясь о взрослой тете, что в отличие от них еле стоит на ногах.
– Глупо конечно, ревновать к дереву, но я ревную, – Баринов подъехал к девушке и протянул руку. – Я надёжнее и как минимум теплее и мягче этой бездушной опоры.
– Ты двигаешься, он стоит, – зажмурившись, откликнулась девушка, еще крепче цепляясь за бортик.
– Тань, что я говорил о доверии? – художник вздохнул и закатил глаза, но терпеливо ждал, когда она решится.
– Ты тогда ничего не говорил о роликах! Знаешь, как страшно! А вдруг я упаду!
– Встанешь. Нет, тебя подниму я, но я тебе не дам упасть. Перед тобой самый лучший учитель. Со мной ты точно поедешь.
– А если я что-нибудь себе сломаю?
– Тем более у тебя есть я, починю, будешь в лучшем виде – никто и не заметит…
– Издеваешься? – разозлилась Татьяна, наконец-то поворачиваясь в его сторону и отпуская свою опору. И тут же попыталась упасть и оказалась в его объятьях.
– Конечно, разве иначе тебя заставишь действовать? – Игорь улыбнулся и помог своей девушке принять правильное положение. – Так, а теперь корпус наклони вперед и немного согни ноги… Вот, а теперь возьми меня за руку.
Боевая соседка вцепилась в его руку мертвой хваткой. Ну надо же она так голого мужика в своей квартире не испугалась, как сейчас роликов.
– Держись, а теперь поехали, – он аккуратно потянул ее за собой. – Ну переставляй ноги… Сначала правая… Наступила – прокатилась вторая… Не выпрямляй ноги! Вот у тебя получается… Я же говорил, что я лучший инструктор в мире!
– А ты кого-то уже научил кататься? – Таня осмелела и уже более уверенно переставляла ноги и даже понемногу разгонялась. – У тебя, наверное, армия благодарных учеников.
– Вовсе нет, – весело откликнулся Игорь, – У меня сегодня дебютный урок и ты мой первый и единственный ученик, что, вообще, согласился со мной кататься, – добавил он. На что получил ожидаемую реакцию.
– Ах ты… – девушка совсем забыла, что она на роликах и попыталась его ударить, но он ловко увернулся и тут же пожалел об этом, Таня потеряла равновесие и полетела на него. Утратив бдительность и просто желая не дать своей женщине упасть, он совсем забыл о равновесие и вместе с девушкой завалился на пол, чувствуя, что задница ему спасибо за такое точно не скажет, но успевая радоваться тому, что надел защиту и анализируя ничего ли не пострадало.
– Цела, драчунья? – он ощупал девушку, что лежала на нем, чувствуя, как ее трясет. Вот только слез ему сейчас не хватало, он же просто хотел… – Тань? Ты как, что случилось? Что-то болит? Таня, ты…
– Я тебя точно убью Баринов! – сквозь смех проговорила его невеста, не собираясь вставать.
– Убивай, только скажи точно все цело?… Руки, ноги нигде не болит… – он смотрел в милое лицо пытаясь понять не шок ли у его ученицы и думал, что делать в случае травм вести к родителям в клинику или ближайший травмпункт…
– Ты… Ты… – Татьяна давилась от смеха, продолжая на нем лежать и бить правой рукой по его груди. Ладно, одна конечность точно цела.
Игорь по удобнее перехватил бьющуюся в истерике девушку и попытался сесть.
– Таня успокойся, я… – окончание его слов заглушил поцелуй, которого он никак не ожидал. Но, повинуясь порыву, притянул к себе снова заваливаясь на пол и поцеловал в ответ. Нет, она его, только его и он сделает все, чтобы она это поняла…
Глава 18
– Давай я тебя донесу, – Игорь открыл дверцу машины, помогая мне выбраться с пассажирского сидения и, ведь точно, намеревался поднять меня на руки, но я отпрыгнула в сторону.
– Я сама! И, вообще, это твоя вина, зачем было идти на каток! – я гордо попрыгала мимо художника. Искренне желая вызвать у него чувство вины, вот как ему после этого доверять? Да не перелом, но ногу я подвернула, а виноват этот умник. О каком доверии может идти речь после такого?
– Ну тебя с твоим я сама, – не согласился Баринов, подхватывая меня на руки… О, а по тону вернулся злой доктор. Черт, у него точно раздвоение личности… Интересно, а мне кто больше нравится доктор или художник? – Я виноват мне и заглаживать вину, так что сиди и не возмущайся.
– Нет, я не хочу и мне неважно, как ты загладишь вину. Ты чуть меня не сломал, а мы еще не поженились! А что будет после свадьбы?
– Если бы ты не пыталась меня ударить, мы бы не упали… – обреченно вздохнул мой художник-врач, – Я, между прочим, тоже пострадал, отбил свою неподражаемую, извините за грубость, задницу.
– О, да, твоя задница! Это ужасно с моей стороны, она у тебя слишком прекрасна, чтобы с ней так обращаться!
– Это сарказм? – обиделся Баринов, удобнее перехватывая меня. Мне даже показалось он меня сейчас уронит.
– Не-ет, это чистая правда! – я обняла своего мужчину за шею и поцеловала в щеку. – Я же заценила ее тогда в ванной и не только ее, – намекнула на прекрасную картину одним субботним утром, и не только тогда. Предложение я тоже делала голому мужчине, не дав даже нормально надеть джинсы.
– Э, дамочка, – покачал головой Игорь. – После такого вы просто обязаны на мне жениться, чтоб не пострадала моя честь и репутация!
