332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Евгения Мэйз » Другие: Она чужая (СИ) » Текст книги (страница 38)
Другие: Она чужая (СИ)
  • Текст добавлен: 16 декабря 2020, 23:30

Текст книги "Другие: Она чужая (СИ)"


Автор книги: Евгения Мэйз






сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 39 страниц)

Ее раскрасневшиеся, припухшие от поцелуев губы были все еще приоткрыты, чуть заветрившись от учащенного и тяжелого дыхания в такт быстро бьющемуся сердцу. Было заметно, как по ней пронесся очередной озноб, который она передала ему, ощутимо прочертив пальцами по его влажному плечу, соскальзывая ими на бок, проведя ими до самого бедра. Щекотно не было, прикосновение было волнующим.

– Нет, мне хорошо, – проговорила она хрипло, тут же исправившись, Кэш медленно улыбнулась, не спеша опускать запрокинутую голову, лежа на темном покрывале собственных волос, – А тебе?

Алекс усмехнулся, перенося вес на левую руку, прикасаясь к ней, неторопливо целуя ключицы, ямочку между ними, тонкую шею, аккуратный подбородок, легко прикусывая его, отчего девушка улыбнулась, продолжая вести цепочку поцелуев вдоль линии лица, задерживаясь на чувствительной точке возле ушка.

– Мне тоже, очень.

Женщина охнула от горячего дыхания, что приятно обожгло ухо, стоило ему только завладеть мочкой, сжать ее губами. Алекс провел ладонью по ее бедру, запуская руку под ягодицы, укладывая и удерживая ее на месте, делая движение вперед, целуя уголок ее губ.

– Ты не даешь мне…

– Не даю? Не сказал бы.

Переспросил он у нее, перебивая и с удовольствием наблюдая за отдачей на каждое прикосновение, движение. Кэш открыла глаза, на ее лице мелькнула совсем легкая улыбка, тут же сменившаяся судорожным выдохом.

– Алекс!..

Она успела едва слышно произнести его имя, прежде чем потянуться к нему и поцеловать, запуская руки ему в волосы, спутывая, притягивая его к себе, возвращая поцелуй с не меньшим пылом, словно и не было ничего менее получаса назад.

По телу продолжали проноситься волны удовольствия, вместе с непрекращающимися холодками озноба, Кэш пошевелила рукой, на минуту ей показалось, что она задремала, отключилась от реальности, воспринимая происходящее, как очень реалистичный прозрачный сон. Свесив ноги с кровати и несколько раз смяв пальцами мягкий ворс, она оглянулась на спящего среди светлых подушек мужчину, точнее на его обнаженную спину, едва-едва прикрытую легким одеялом. Стоит слегка потянуть ткань, и он предстанет перед ней во всей своей атлетичной красоте.

"Кэшеди! Милая! Кэш!! – Кэш помотала головой, отгоняя воспоминания, что прозвучали так явственно и пронеслись перед глазами, как будто ничего и не кончалось. Она почувствовала его руки на своих бедрах, она видела как он тянулся к ней, целовал, терзая губы, как его горячие ладони прожигают кожу ягодиц, прижимая ее к себе еще ближе.

Какая все-таки заманчивая мысль взять и разбудить его, повторить все заново, но Кэш откинула ее на время в сторону, убрав руку замершую в нескольких сантиметрах от него.

Ей, им и в самом деле надо немного передохнуть, ему тем более, он всю ночь и весь день на ногах, и сейчас еще демонстрирует чудеса выносливости, вместо того чтобы после максимум второго раза отвернуться к стенке и с чистой совестью засопеть в подушку.

Кэш поднялась с кровати, порадовавшись тому, что включить напольный светильник ей не составило большого труда, а свет от него оказался очень мягким, помещая большую часть комнаты в приятный полумрак.

Кэш переступала через разбросанные вещи, отказавшись от первого порыва начать поднимать их: ничего мнущегося среди нет, но вот стоит только взять что-либо в руки, как обязательно из кармана вывалится что-нибудь звенящее, грохочущее, отскочит от пола, стены, ударится в потолок, а потом рассыплется, раскатываясь по всей комнате с оглушающим звоном. Так обычно бывает, так работает закон подлости.

Ничего страшного, пусть еще немного полежит на полу, как доказательство безумного желания.

По телу вновь прошелся озноб, приятные ощущения не желали отпускать ее так просто, напоминая о том, что же только что или совсем недавно произошло с ней.

Ей жутко хотелось есть, собственно чувство голода и заставило ее подняться с кровати. Сейчас же и оно отступило, стоило ей оказаться в знакомой душевой, на этот раз с висящими на двери темно-синими полотенцами. Где они были в прошлый раз? Он специально убрал их подальше?

Горячая вода смыла остатки сонливости, прогнала приятную истому, оставив только слабость, ощущение свежести и все-таки голод. Есть ей так и не расхотелось, придется спускаться вниз и пытаться найти что-нибудь из еды, шариться по полкам в поисках чего-нибудь съестного.

Нет, она знает, как выглядит его кухня представляет, где находится холодильник, чайник, мойка с кранами, другое дело, что она совершенно не представляет в какой стороне искать выключатели. Помещение большое, а если вспомнить высокие барные стулья у столешницы в центре. Она обязательно их уронит!

Кэш кутаясь в полотенце, подошла к окну, выглянув наружу: темно и безлунно, только ярко зеленые волны северного сияния прорезают небо, волнуясь, как море в непогоду.

«Надо найти телефон и подсветить им, глядишь удастся разобраться.»

Кэш, как можно более осторожно, периодически посматривая на Алекса, приподняла с пола куртку, прижав ее к себе, вышла из комнаты и только потом принялась рыться по карманам в поисках телефона, молясь, чтобы его аккумулятор не разрядился.

Зарядки должно хватить еще на пару часов пассивного использования. Кэш, не выпуская из рук куртки, сначала проложила себе путь по опасной лестнице в гостиную, а затем уж стала передвигаться в сторону кухни.

– Ты далеко собралась? – раздалось позади хмурое.

Кэш подскочила от неожиданности, тут же оборачиваясь, в то самое время как на кухне вспыхнул яркий свет, ослепляя. Она зашипела, ударившись обо что-то бедром, это что-то громыхнуло, тотчас же упав на пол. Кэш зажмурилась, тут же открывая глаза: стул валялся у ее ног, чудом не упав ей на пальцы.

– Черт!

Алекс, так и не отняв руку от панели с выключателями, хмуро взирал на то, как она наклоняется, поднимая с пола высокий табурет.

– К холодильнику! За ветчиной и сыром.

– В куртке?

Кэш, поставив предмет мебели на место, взглянула на сонного мужчину, что кажется еще не совсем отошел от дремы. Бог его знает, что заставило его подняться с кровати, натянуть джинсы, не утруждая себе тем чтобы застегнуть их. Кэш посмотрела на свои руки: точно вцепилась в вещь, не выпустила!

– Да. Ты поймал меня. Решила, что надо делать ноги, схватила куртку, совсем забыв о том, что на мне одно лишь полотенце.

Его взгляд смягчился, он все-таки мотнул головой в сторону, пытаясь избавиться от сонливости. Кэш отбросила вещь в сторону, на злополучный стул, приближаясь к Алексу, складывая руки у него на поясе, поцеловала грудь, взглянув ему в лицо.

– Я не хотела будить тебя, а что и где находится в твоем доме – я не знаю. В куртке был сотовый телефон, бросить ее на полу, я не додумалась. Мне казалось я тихо шла, ничем не гремела.

– Дело не в тебе, – Алекс обнял ее за плечи, расслабляясь и отпуская сон, – и в тебе одновременно. Видимо я еще не успел крепко заснуть, повернулся, чтобы обнять тебя, а схватил пустоту, открываю глаза и вижу лишь смятые простыни, пустую подушку. Все было похоже на сон, вот до этого момента.

Она коснулся губами ее лба, затем только решительно отодвинул ее от себя, взяв за плечи и посмотрев ей в лицо. Теперь он точно проснулся, вернулся в реальность.

– Так куда ты собралась?

– Не куда, а зачем! – поправила его Кэш, – Я тебя будить не хотела, а вот есть очень сильно.

Его взгляд смягчился. Он совсем забыл об этом, у него ведь крутилась – эта мысль, что после надо обязательно дойти до кухни и сообразить что-нибудь перекусить. Девушка покусывала губы, чтобы не улыбнуться, на него очень даже интересно посмотреть, когда он такой, взгляд с другого ракурса так сказать, что же будет завтра утром?

– Кэш, я совсем забыл.

Алекс пощелкал выключателями и свет на кухне стал более сносным, приятным глазу – определенно пропало ощущение операционной палаты и теперь здесь хотелось остаться, если не навсегда, то надолго– точно. Кэш еще было непривычно находиться в незнакомом для нее помещении, чужом доме, но все же интересно сидеть за столом, с любопытством наблюдать за мужчиной, что несмотря на все ее уговоры, решил приготовить стейки.

– Я вполне бы обошлась сэндвичем или худо-бедно яичницей.

– Я не обойдусь, – только ответил ей Алекс, сдабривая мясо черным перцем и солью, – давай не будем повторяться в еде. Яичница была на завтрак.

Это магия!

Смотреть на то, как готовит мужчина, ловко управляясь с кухонной утварью, ловить носом аппетитные запахи – есть в этом некое волшебство, что-то такое, что притягивает взгляд и одновременно отдает первобытными корнями. Но разве готовили мужчины в доисторические времена? Они ведь только охотились, мамонтов в пещеры таскали. Все остальное делали женщины.

Вот чему она удивляется? Он ведь как-то жил до этого? До Крейга? Не все же время он питался в ресторанах и едой, что доставляют на дом? До того, как стал финансово независимым человеком?

– Вчера, – возразила Кэш, но только для того, чтобы возразить. – Сегодня ни ты, ни я ее еще не ели.

Еще пара минут и на столе, в тарелке, лежали нарезанные овощи, куски белого хлеба, рядом, возвышались две бутылочки острого на вид соуса с кусочками красного перца и мелкой пылью красной паприки. Кэш разливала чай по кружкам, не выдержав безделья, на которое ее пытался обречь мужчина.

– Я попросила приехать Тицида, – проговорила она, отставляя чайник на круглую подставку, – знаю, что ты ему тоже звонил. Тицид случайно обмолвился, думал, что я с тобой чего-то не поделила.

Она оперлась на кухонную мойку, глядя на то, как Алекс заканчивает приготовления мяса, выкладывая их на тарелку и отставляя ее в сторону. Все делает по науке, не раскладывает сразу же по тарелкам, а дает стейкам «отдохнуть». Он отставил сковороду в сторону, подальше от разгоряченной плиты.

– Зачем?

Все те же джинсы, накинутая серая футболка, босые ноги, лохматый – такой домашний в своем образе и не скажешь, что банкир. Лесоруб.

«Разве может быть мужчина настолько притягательным, даже теперь, когда я уже видела все, развернула обертку?»

Может.

Алекс, вытерев руки и отбросив в сторону полотенце, подошел к ней. Кэш коротко пересказала ему обо всем произошедшем этим днем, не скрывая раздражения от происходящего.

– Мне вдруг показалось, что эти ребята присланы сюда совершенно не по тому, что ФБР решило взять это дело под контроль. Ты ведь говорил, что привез дополнительную помощь от полиции или я все же ошиблась?

– Нет, ты не ошиблась. К появлению ФБР я не имею никакого отношения.

Алекс помрачнел, но его недовольство продлилось недолго. Главное, что он разобрался с основной причиной их неприятностей и пока он может быть спокоен, не волноваться, что Кристофер появится вновь, на какое-то время ему будет вовсе не до этого. Что до Талиана… Вряд ли он будет так рьяно исполнять свои обязанности в том виде в каком он пребывает сейчас, особенно без чеков, что присылал ему Крис каждый месяц.

– Тицид говорит, что они могут вмешиваться куда и когда угодно, но все равно. Дело-то пустяковое!

– Я сейчас вернусь, присмотри за мясом, но не трогай его!

Выдал Алекс туманное распоряжение, направившись прочь из кухни обратно в спальню, но внезапно вернулся, чмокнув ее в губы и только потом отправился за тем чем перед этим. Кэш посмотрела ему вслед. Ей нравится этот мужчина и даже более чем.

– Как ты это представляешь? – бросила ему вслед Кэш, подходя к плите и заглядывая во внутрь посуды, – следить, но не трогать.

Как это бывало обычно, когда она готовила, если она видела небольшой кусочек, что отвалился или который можно было отщипнуть, попробовав блюдо в процессе варки, то она обязательно делала это. Этот случай не был исключением и у нее уже почти получилось, в этот самый момент она получила увесистый шлепок по заднице.

– Я же просил не трогать!

Кэш отскочила от плиты, смущенная тем, что ее застали врасплох. Кто бы мог подумать, что он вернется так быстро?

– Я не трогаю, а пробую! У меня свои способы присматривать за вверенным мне блюдом, – попыталась оправдаться Кэш под его смеющимся взглядом, но чувствуя, что у нее это не получается, решила перевести разговор на другую тему, – куда ты ходил?

Алекс достал из кармана телефон, показав его ей, тут же разблокировав его.

– Мы можем не гадать по поводу ФБР, а позвонить Селин и узнать все у нее.

Кэш скрестила руки на груди. Она уже слышала имя этой демоницы и пока, Кэш бы не назвала свои воспоминания приятными, вызывающими хоть сколько-нибудь положительные ассоциации. Не в ревности дело, но ее паранойя неожиданно шепнула ей, что это девушка упомянула имя Талиана неспроста, а потому что хотела столкнуть их лбами. Вполне себе в духе демонов и их отпрысков, нет в этом ничего удивительного, но тем не менее ни понимания, ни радости Кэш в своей душе не нашла.

Алекс уже приложил телефон к уху, взглянув на нее. Кэш осталась неподвижной, ожидая, когда же начнется этот разговор и она сможет услышать, как он общается с ней в живую.

– Кэш?

К ее неудовольствию и какому-то затаенному нежному чувству, что проклюнулось в душе, как первый побег ранней весной, Алекс заметил ее настроение.

– Все в порядке?

Он обратил внимание на ее мрачный вид, на то как все же изменился ее взгляд, когда она смотрела на него, но теперь уже отвернулась. Телефон покатился по столу, завертевшись на ровной, каменной поверхности, а Алекс подошел к ней, глядя на ее профиль, на аккуратные ушки, лишенные украшений, с убранными за них еще влажными волосами.

– Что случилось?

– Ничего. Позвони уже своей, – она помедлила немного, подбирая слово, которое бы точно охарактеризовало эту девушку и не выдало уже предвзятого отношения Кэш, – информаторше.

– Подождет. Я думал что тебе интересно почему здесь вдруг оказались федералы?

– Интересно, – она кивнула, быстро облизнув губы. – Позвони уже ей, не тяни!

Алекс подошел еще ближе, притягивая ее к себе, заключая ее в плен между собой и мойкой.

– Я хочу знать в чем причина твоего испортившегося настроения. Скажешь мне?

– Сейчас ночь, но ты собрался звонить ей? Я такое себе могу позволить лишь с очень близкими друзьями и то, я десять раз подумаю над тем, а так ли уж важна та причина, по которой я хочу их побеспокоить.

Вот как значит это выглядит со стороны. Нет, Алекс и раньше сталкивался с проявлениями ревности, с более острыми и скандальными формами, сейчас все выглядит по-другому. С одной стороны ее слова заставляют улыбаться, а с другой как-то совсем не смешно, только что все было хорошо.

– Кэш, в моем мире я привык решать проблемы, если не моментально, то очень быстро, получать информацию еще быстрее. Все стоит денег и вызванные неудобства в том числе. Я заплачу ей и за информацию, и за поздний звонок.

Кэш кивнула ему, но поворачиваться не спешила, говоря в сторону.

– У меня с ней ничего не было и не будет никогда.

Девушка повернулась к нему, задержав взгляд на его лице.

– Хорошо. Я поняла.

– Точно?

– Да.

Алекс подобрал ее руку со столешницы, целуя ее ладонь, в одно движение пересадил ее на мойку. Кэш уже лишившаяся своего хрупкого махрового одеяния, щеголяла по дому в обещанной им свободной футболке, что прикрывала ее голую попу и теперь, когда он усадил ее на каменную столешницу, она не почувствовала ее прохладной поверхности.

– Хорошо, я позвоню ей позже, завтра днем и ты будешь рядом. Договорились?

Она кивнула, облизнув пересохшие от волнения губы. Алекс поцеловал ее, заключая ее лицо в ладони, сначала нежно, но с каждым новым движением губ все более волнительно, увлекая в мир потрясающих ощущений, заставляя забыть обо всем, отступить плохое настроение и раствориться в чувствах, в желаниях.

– Ты точно не хочешь знать, что сказал Талиан? – не сразу ему удалось справиться с дыханием, сердце еще глухо стучало в груди, отдаваясь в висках.

На лице девушки расцвел нежный румянец, а глаза блестели лихорадочным блеском, она не сразу, но все же кивнула ему.

– Хочу.

Алекс встал между ее ног, проводя руками по бедрам, но глядя при этом в запрокинутое к нему лицо. Кэш судорожно вздохнула, ее руки поднимали его футболку, стремясь прикоснуться к обнаженной коже мужчины, но она, одернув себя, оправила ткань, опуская ее вниз и просто провела ладонями по его груди.

– Но я все же уверена в том, что дело не во мне, иначе, он бы бросился мне на шею с рыданиями, как только бы увидел у себя на пороге.

Алекс шутку оценил, вспомнив тот момент, когда только услышал ее голос за дверью. К своему немалому облегчению он не услышал ничего такого, что говорило бы о том, что потрепанный внешний вид вызывает в ней жалость или сочувствие. Жестоко? Бессердечно? Может быть.

Бессердечно – толкать людей на преступления, а потом с равнодушием взирать на их сломанные жизни, выбрасывая их на свалку словно сломанные вещи, разонравившиеся игрушки, тут же принимаясь за новые, что идут за помощью, в надежде изменить судьбу, стать счастливее.

То, как поступил Алекс с Талианом, это по меньшей мере справедливо.

– Не в чувствах, это точно, Талиан развил довольно-таки интересную деятельность, совместив прибыльное занятие в мире людей, принося пользу, если бы это можно было так назвать, своему плодовитому папаше. И деньги зарабатывает и души губит, везде в плюсе.

Кэш приподняла бровь, ожидая продолжения. С каждой секундой ей было все труднее сконцентрироваться на его словах, очень сильно ее отвлекали его руки, что продолжали поглаживать ноги лишенные такого сомнительного барьера, как несколько миллиметров ткани, то и дело дразня ее, забираясь ей под футболку.

– Алекс, я прошу тебя, пожалуйста, остановись! – не выдержав, взмолилась Кэш, удерживая его руки. – Я твой рассказ уже воспринимаю через слово, а мы ведь еще не поели.

Алекс только довольно улыбнулся, но гладить перестал, подхватив на руки, он перенес ее на стул, усаживая за стол, а сам сел напротив.

– И что ты сделал? Я, надеюсь, ты не убил его?

Кэш, прежде чем отправить в рот кусочек мяса, показала ему язык, быстро добавив:

– Не надо так сверкать глазами! Если ты думаешь, что я за него беспокоюсь, то зря…

– А за что?

– Не знаю, как тебя, но меня совершенно не радует перспектива видеться с тобой раз в месяц и совсем не вдохновляет мысль о сексе в комнате для свиданий, в какой-нибудь федеральной тюрьме.

Алекс усмехнулся, не вдохновляет ее видите ли!

– Что так?

Женщина пожала плечами, хрустя ломтиком огурца. Ее глаза весело блестели, когда она посмотрела ему в лицо, на какое-то время задумавшись, перестав разглядывать его.

– Уж больно редко! Придется найти способ, чтобы устроиться туда на работу.

Алекс подавился смешком, едва ли не закашлявшись. Кто о чем думает! Он – о ее чувствах к Кристоферу, а она о редких свиданиях с ним.

– Ну, а если серьезно?

– Я серьезно. Он оживет пусть и не сразу, а тебя посадят. Не думаю, что он придет доказывать твою невиновность. Не понимаю я его, как можно надеяться на что-то, после всего что было?

Алекс пожал плечами.

– Не знаю, я особо не разговаривал с ним. Не смотри на меня так!

– Как? Я всего лишь надеюсь на то, что в этот раз он все поймет и навестит его голову прекрасная, светлая мысль – оставить меня в покое. Я Тала… Талиана, – быстро исправилась Кэш, хохотнув, она верно истолковала его взгляд, – видела, выглядел он не слишком-то хорошо.

Алекс помолчал немного, оценивая увиденное, ее реакцию на свои слова.

– Алекс! Прекрати, пожалуйста, так на меня смотреть. Ты думаешь мне жалко кого-то из них? Нет. Если только Кристофера…

– Что?!

– Не перебивай, я не договорила. Я бы ему сама вломила, но честно говоря, – она помедлила, гоняя крошечный помидор сорта черри в лабиринте из кусочков свинины, – я беру часть своих слов обратно, хорошо, что ты наведался к нему самостоятельно.

– Почему? Теперь ты меня заинтриговала.

– Да, неужели?

Алекс с совершенно невозмутимым видом кивнул, словно это не он только что испытал прилив ревности. Он и сам знает, что с этим надо что-то делать! Сколько это еще будет продолжаться? Неужели всегда?

– Я не уверена, что мне удалось бы сдержаться, – продолжила женщина, провожая взглядом покатившийся по столу помидор, – когда я его видела в последний раз, я пообещала ему, что, если он еще раз приблизится ко мне, я убью его. Технически он ко мне не приближался, но вот фактически…

Кэш на секунду задумалась, прожевывая уже остывшее содержимое вилки и размышляя над тем, что и в какой очередности она бы отрубила этому придурку.

– Да, мне бы этого тоже не хотелось, – кивнул Алекс, глядя на то, как она ест.

«И никаких: ты что я на диете?! Интересно, если заказать пиццу среди ночи, она и на нее согласится?»

Кэш приподняла брови. Тут что-то не так. Не он ли так зло сверкает глазами стоит ей только упомянуть кого-нибудь из бывших? Он ведь к Дэну так не относился. Плохой пример. Он и не видел их вместе.

«Однако предполагал, что я могу быть с ним и цветы слал! Какая противоречивая у него ревность!»»

– Ты меня заинтриговал. Почему?

Теперь настал очередь Алекса жать плечами, заявляя серьезно, но при этом скрывая веселье.

– Меня тоже не устраивают редкие свидания и секс в тюремной комнате.

Кэш рассмеялась, но все же вернулась к тому с чего они начали, не переставая улыбаться при этом.

– Так что ты сделал?

– Я поговорил с ним. Нет, морду я ему все же набил, но меча не вынимал. Я предложил ему выбор: ты или его нынешнее положение. Он ведь пока еще не сенатор, но продолжает стремиться к этому, без поддержки инвесторов ему не выйти к власти.

– Но другим же это удается!

– Там ситуация другая. Тебя либо любит народ, либо другие обманывают народ, говоря, что делают все для него. Трудно делать вид, если ты более чем наверняка знаешь, что ничего не выйдет только лишь потому, что нет поддержки сверху.

Кэш поднялась из-за стола, убирая грязную тарелку в мойку. Алексу нравилось происходящее на кухне, кажется, что так должно было быть всегда и она тот самый недостающий элемент, которого тут так долго не хватало.

– Я так понимаю, что он пожалел о том, что в свое время попросил помощи у тебя? Только не пойму, почему за эти два года он не нашел поддержку у кого-нибудь другого? Я бы сделала именно так.

Алекс пожал плечами, привлекая ее к себе. Ему достался поцелуй в щеку, с защекотавшими кожу влажными волосами, выпавшими из ее потихоньку рассыпающейся косы.

– Мир больших денег он очень тесен, все друг у друга, как не крути, но на виду. Прекрати финансирование я, а также несколько крупных инвесторов, что доверяют мне и моему мнению, и рекомендациям, с ним вряд ли захотел бы связываться кто-то еще. Нет, он бы нашел таких, где-нибудь в Европе или Азии, на Востоке. Я больше чем уверен в этом, что рано или поздно такие бы нашлись, но у Кристофера мало времени. Он ведь хочет получить не только власть…

– Ага и след в истории оставить, – произнесла Кэш, проведя указательным пальцем по его брови, спускаясь ему на висок, – он когда-то говорил мне об этом.

– Но время уходит, время, пока ему еще не задают неудобных вопросов. На мой взгляд он хочет слишком много, нельзя иметь популярность и творить большие дела.

– Кеннеди удалось.

– Ты думаешь он хочет себе такой же судьбы?

Кэш покачала головой, освобождаясь из его рук, усаживаясь на свое прежнее место. Она знает, чем может закончиться это объятие. Она забудет про чай, а он не доест, да и поспать ему совершенно не мешало бы.

– Не думаю. Значит, он выбрал деньги? Чудесно. Я правда так думаю.

Кэш собралась уже было с облегчением выдохнуть, решив, что тут дело вовсе не в одержимости Кристофера, а в простой и обыденной мести, чувстве превосходства, желании взять реванш, отыграться. Ее радость не продлилась долго.

– Нет, он послал меня.

– Что? Скажи, что ты шутишь?

Алекс покачал головой, хотел бы он ей это сказать и может так и надо было бы сделать, если по уму. Он все видел, видел какие эмоции промелькнули на ее лице, как облегчение вдруг сменилось тревогой, а там и вовсе раздражением.

– Да. Не знаю из-за тебя или из-за моего условия, а может быть из-за неприятных ощущений после моего вступления, перед тем как я начал наш разговор, – Алекс поморщился, ему самому хотелось бы, чтобы причиной было второе обстоятельство, – но ему никогда не нравилось, когда дергают за ниточки его независимости. Он отказался, послал меня. Поэтому я связался с Тицидом, его юристы ведут мои дела, так что это даже хорошо, что ты его пригласила, нам будет, что обсудить.

Кэш все же поднялась, возвращаясь к нему, Алекс повернулся к ней, глядя на нее вопросительно.

– Спасибо, что ты делаешь это, но у меня есть к тебе небольшая, но все же увесистая просьба.

– Да?

Кэш обвела взглядом его лицо, с улыбкой вспомнив его признание в любви.

– Не рассказывай мне больше о нем. Я и в самом деле не хочу знать ни о чем, что касается Кристофера и не хочу, чтобы в наших отношениях был хоть малейший отголосок его присутствия. Можно ведь считать, что твое решение – это просто потеря интереса к нему из-за отсутствия доверия или чем еще руководствуются люди подобные тебе, решая отозвать деньги?

– Подобные мне?

Переспросил он ее, притягивая к себе. Она не знает, что значит для него ее просьба, не представляет, как сильно его чувство к ней.

– Не цепляйся к словам, ты ведь меня понял. Делай все, что считаешь нужным, но только меня поставь в известность, если только вдруг решишь пригласить его в гости.

Алекс, чуть помедлив, кивнул. В гости? Кристофера? Он должен выжить из ума!

– А если все-таки решу? – зачем-то спросил он у нее, хотя примерно представлял, что именно она ему ответит.

– Постараюсь не отягощать ваши посиделки своим присутствием, отправлюсь к Каллисто или проведаю Сиену, мириться ведь когда-нибудь надо.

Алекс не выпускал ее лицо из виду и только когда ее глаза встретились с его, негромко сказал:

– Я люблю тебя.

– Был рад увидеть тебя, – Тицид легко приобнял девушку, с вызовом посмотрев в сторону Алекса.

Слепым нужно быть, чтобы не заметить, как он смотрит на нее. Алекс остался невозмутим, только усмехнувшись этой хулиганской выходке. За тот месяц, что он здесь, Тицид не раз и не два пытался портить ему кровь, но пока выходило слабенько.

В этом стоило винить Кэш, которая ни в какую не желала подыгрывать ему ни в мелочах и уж тем более по-крупному.

– И я тебя, – Кэш оказалась придавленной его объятиями, сдавленно прошептав, – но я еще жить хочу, отпусти меня. Хотела бы я сказать, что мне жаль, что я вызвала тебя по такому пустяку, но я не сожалею. Ты здорово упростил мне жизнь.

Кэш отступила назад, встав рядом с Алексом и взяв его за руку.

– Не говори. Дело и в самом деле пустяковое, а у меня появилось время для отдыха и для таких неожиданных, но приятных знакомств.

Тицид, несмотря на свое прошлое поведение, взглянул на еще одну девушку, присутствующую на взлетной полосе и стоящую неподалеку от их компании. Хлоя только мило улыбнулась в ответ на это, а Алекс приподнял бровь, перед этим оглянувшись на нее.

Как можно воспринимать хоть сколько-нибудь серьезно его попытки разозлить его, когда он сам оказался свидетелем завязывающихся симпатий между волчицей и этим доходягой?

Если бы не строгий костюм – этого юриста можно было с легкостью принять за начинающего и вечно голодного рок-музыканта.

Кэш и Алекс наблюдали за тем, как Тицид прощается с Хлоей. Ее он в объятья не заключил, вдруг показавшись им с другой стороны – как-то очень неловко коснулся ее щеки губами, постаравшись незаметно сунуть ей в руки небольшой прямоугольник визитки. Темная картонка с узнаваемыми золотистыми буквами быстро исчезла в объемной куртке Хлои, а сама девушка смущенно улыбнулась, кивая его словам, что он едва слышно шепнул ей на прощанье.

– Кто бы мог подумать, что он может быть таким милым и это после того, как она опрокинула на его дорогущий костюм этот ужасный красный суп? Ему ведь палец в рот не клади, отгрызет по самые плечи, он целую неделю вонял этой гадостью, жареной свеклой… Брр! Не говори об этом Марте, но русская кухня это не ее.

Проговорила Кэш содрогнувшись, под все более и более нарастающий рев самолета, двигатель которого пилот вдруг решил завести, игнорируя технику безопасности и находящихся людей на взлетной полосе.

– Это был борщ, он ведь заказал именно его, – поправил ее Алекс. – Кто бы мог сказать, что я буду ломиться по вечерам в окно к одной хамке, что отдавила мне все ноги, а потом в течение нескольких часов оскорбляла мою мужскую гордость своей сообразительностью и совсем не скромными замечаниями по поводу моего телосложения?

– Разве я это начала тогда? Совсем не так все было!

Кэш повернулась к нему, возмущенная его словами, в очередной раз поразившись его наглости. Алекс кивнул, улыбаясь, но не поворачиваясь к ней. Он лишь прижал ее к себе покрепче, но все же не выдержал, поворачиваясь и целуя ее в губы.

– Да, именно ты.

Все и в самом деле было так, пока Тицид гостил у него, ведь Алекс настоял на том, чтобы тот жил у него, не пожелав слушать о вариантах с гостиницей или проживанием у Кэш дома. Кэш отказалась ночевать у него на этот период, мотивировав это тем, что…

«Это как-то слишком рано, давай оставим место романтике?»

Она мстила и издевалась одновременно. Ему досталась роль влюбленного юнца, что каждый вечер ломится к ней в окно, терпеливо ожидая, когда она откроет ему дверь.

– Ты наглый и беспринципный. Но ты сам виноват, – Кэш отвернулась.

– Я виноват? Ты как это представляешь? Ты бы стала жить с ним в одном доме?..

– Ты тоже мог погостить у меня, – только ответила Кэш на это, глядя перед собой – я все ждала, когда ты предложишь остаться у тебя, а у меня поселить Тицида, но так и не дождалась! Ты опять не посоветовался со мной!

– Я тебе уже несколько раз это предложил, перебраться ко мне, и ты мне так ничего и не ответила.

– Я думаю.

– Я уже стал обживать свой сугроб…

– Ты в нем дольше десяти минут никогда не проводил! Обживать он его начал!

Алекс только улыбнулся про себя. Они ведь уже не в первый раз говорят об этом, каждый раз выходит очень и очень весело, ему пока не надоело препираться с ней. Алекс погладил узкую ладошку, Кэш сжала его ладонь, судорожно вздохнув при этом.

– Ты лучше спроси, где он пропадал последние дни, по вечерам?

– Не говори, что у Дэна…

Алекс сдержал смех, махнув Тициду рукой, когда тот оказался в салоне самолета, закрыв за собой дверь и устроившись у иллюминатора.

– Ох, если бы! Исследовал окрестности и достопримечательности Крейга с новоявленным гидом.

Он покосился в сторону Хлои, что не спешила подходить к ним, пока самолет не исчез с трассы аэродрома. Кэш не успела высказать своего удивления. Она виделась с Хлоей в будние дни урывками, а на выходные – в баре, но там она всегда была в компании своего избранника. Она обмолвилась как-то, что Дэн стал внезапно против их общения. Теперь-то понятно почему. Когда только успела? И ведь ничего не говорила, ни разу не призналась!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю