355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Евгений Щепетнов » Военачальник » Текст книги (страница 8)
Военачальник
  • Текст добавлен: 22 сентября 2016, 10:50

Текст книги "Военачальник"


Автор книги: Евгений Щепетнов


Жанр:

   

Попаданцы


сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 6

– Сюда вставляется деревянный пыж, потом закатывается ядро, потом опять пыж. Черпак воды вы уже залили. Зимой под пушкой ставится жаровня, вот тут, под тыльной частью. Теперь смотрите: маг-пушкарь должен как бы проникнуть в пушку, ощутить воду, залитую под первым пыжом, и, воспользовавшись Силой, мгновенно нагреть ее выше температуры кипения. Если вы слишком сильно нагреете воду – пушка может взорваться, если недостаточно – пар вытолкнет ядро рядом и оно никуда не полетит. Смотрите, как надо!

Арефий встал рядом с пушкой и сосредоточился. Через минуту Влад увидел, как аура пушкаря засияла отраженным светом Силы, пускаемой в ход, и пушка, глухо ухнув, так что заложило уши, выплюнула тяжелый шар, с шелестом и воем понесшийся над землей. Снаряд ударил в мишень – деревянный щит с нарисованными на нем кругами, в ста метрах от стены города, и пробил здоровенную дыру.

– Заряжай следующий! – Обслуга пушки бросилась исполнять, заталкивать еще один чугунный шар в орудие.

Влад решил наладить производство чугунных ядер – свинцовые были слишком дороги, их было решено использовать только в особых случаях, для разбивания самых прочных объектов – таких, например, как осадные башни.

Влад усмехнулся, стоя за спиной Марины и переступил с ноги за ногу – ему до чертиков надоело стоять позади нее и изображать телохранителя…

После того как Влад распрощался с Марьяной, он перенесся в Пазин, на свою лужайку, где обычно приземлялся после перехода через портал. Увы, его встретило неприятное известие, продолжившее череду неприятностей этих дней: слуги, ухаживающие за собаками, сообщили, что почти все головастые щенята погибли. Остались только два крупных щенка, кобелек и сука, которые бодро посасывали своих мамаш. В чем было дело, он так и не понял. Возможно, те переделки, что он задал организмам зародышей, оказались несовместимы с жизнью. Но если бы он был рядом, то, вероятно, сумел бы предотвратить несчастье, но это не факт.

«Все, все пошло как-то враздрай! – думал он. – Еще и Марьяна добавила!»

Дело в том, что, когда он улетал, Марьяна обняла его и, грустно улыбнувшись, сказала:

– Влад, я хочу создать семью, хочу детей. Знаю, что с тобой это не получится. Не знаю, что мне делать: и с тобой не хочу расставаться – куда я от тебя денусь? – и семья мне нужна. Теперь я молодая, здоровая, мне, как и всем бабам, хочется счастья. Подумай на этот счет, а? И прости меня, что я оказалась такой же, как и все бабы… не думай ничего плохого – я всегда за тебя и пойду за тобой куда угодно, хоть в преисподнюю. Но так хочется подержать маленькое тельце… поухаживать за ним…

В общем, настроение у Влада было отвратительное, а тут еще и гибель щенят. Он сдержался, чтобы не наорать на слуг – они-то при чем?

Обнял бросившуюся к нему Амалию – с меньшей радостью, чем хотел бы, что она сразу почувствовала и слегка замкнулась в себе. Марина тоже виновато косилась на него – она ничего не смогла сделать, чтобы спасти щенят, ее не было в тот момент в поместье.

Макобер отсутствовал, со слов Амалии. Он побрился, оставив короткую франтовскую бородку а-ля испанский вариант, и с Панфиловым они унеслись выбирать место для посадки драгоценного куста мясницы. За ними последовал отряд стражи, человек пятьдесят, – из попытки похищения Влада были сделаны должные выводы.

Поместье фельдмаршала было окружено двумя уровнями защиты: внешним – патрулями стражи, на улице перед домом и внутренним – избранными охранниками, которыми руководил Казал, они находились везде, где только можно, к огромному неудовольствию собак.

Щенят похоронили в дальнем углу и заровняли место, чтобы не напоминало о неудавшемся эксперименте. Собаки тыкались носами в руку Влада, радостно его приветствуя, – как всегда, они не винили человека в том, что случилось, он же был их бог…

Свидетелями прибытия Влада оказались трое стражников, которых Амалия сразу же отделила от остальных и приказала строго-настрого молчать о том, что фельдмаршал появился у себя дома – пусть враг так и думает, будто он пропал. От Влада слишком много зависело, чтобы он мог позволить себе рисковать – по крайней мере до тех пор, пока не разберется с мятежниками.

Поздним вечером, на большой, закрытой от посторонних глаз веранде, освещенной магическим светильником, собралась вся компания: во главе стола Влад, похудевший, но вполне бодрый, Амалия, в неизменном черном костюме, только легком, шелковом и украшенном серебристыми узорами, Марина, в довольно легкомысленном сарафане, обрисовывающем ее соблазнительную фигуру (после того как ее омолодили, она стала предпочитать ну совсем уж смелые одеяния, как будто отрывалась за все годы старческой жизни), Макобер – он был в золотистом костюме, с испанской бородкой, тросточкой для форсу, Панфилов – тоже помолодевший, скромно одетый в простой на вид, но очень дорогой костюм из шелковой ткани. Ну и само собой – Казал. Он все время молчал и следил за тем, чтобы собравшимся никто не мешал совещаться, время от времени выходя из дома и возвращаясь на свое место. Аканфия они услали разбираться с пушкарями, чтоб посмотрел, что там происходит в литейке. Ему предстояло возглавить артиллерию города.

– Приветствую, друзья! Вот я и снова с вами. Небось уже простились со мной? – Влад усмехнулся и продолжил: – Итак, давайте прикинем, что сделано и что надо сделать. С кого начнем?

– Я бы начал с тебя, – усмехнулся Ньюмакобер. – Не стану повторять то, что я тебе когда-то говорил, хотя это и было как раз про покушение на тебя! Как приятно произнести: «Я же говорил!» – сам себе кажешься таким умным, а тот, кому говорил – таким болваном!

– Я сейчас тебе врежу, вот тогда узнаем, кто был болваном! – буквально как кошка зашипела Амалия. – Если перечислить то, чего ты натворил и продолжаешь творить, то проступки господина Влада по сравнению с твоим идиотизмом покажутся детской шалостью! Кто выкинул трактирщика из окна и ушел с его служанкой, прихватив еще и проститутку? Господин Влад? Нет! Некий волшебник с восемьюстами прожитых лет за спиной – прожить прожил, а ума не нажил! У меня уже лежит жалоба в городскую стражу, а трактирщик со сломанной рукой и разбитым носом жаждет крови некого болвана!

– Не будем останавливаться на частностях! Это к делу не относится! – заволновался Макобер, опасливо глядя на улыбающегося Влада. – Мы не обо мне говорим! Без нашего руководителя всем нам придет конец. Образно выражаясь, мы все так вляпались в это дело, что, если его убьют, нам тоже не поздоровится. Давайте думать, как его уберечь. Какие есть предложения?

– Это кто тебе давал права вести совещание? – подозрительно покосилась на него Амалия. – Вот шустрый дедок, везде свой нос сунет – как бы не прищемили, а, старый развратник?

– Ладно, ребята, перестаньте, – легонько хлопнул по столу Влад. – Я и правда ступил, не ожидал такого развития событий, хотя меня предупреждали и Макобер, и другие. Впредь наука будет. Амалия, у тебя есть какие-то предложения по ситуации?

– Охранять круглые сутки. Пускать только своих, и то после досмотра магиков – нет ли магической личины. Ездить только в закрытой карете плюс надевать непробиваемую одежду. Я же знаю, вы умеете такую делать. Все время быть настороже и под охраной.

– Ты закончила?

– Вроде как да, – недоуменно пожала плечами начальник Тайной службы, – пусть другие выскажутся.

– А чего тут высказываться, – тоже пожал плечами Панфилов, – я езжу с отрядом в пятьдесят человек, надеваю кольчугу, а я не такой важный человек, как он. И еще, мне хорошо помнится, как бывает больно, когда срезень вспарывает внутренности. Никому не желаю это ощутить…

– Все согласны? Макобер? – Влад взглянул на франтоватого магистра, опустившего глаза к столу. – Кстати, тебе не стоило бы одеться поскромнее? Например, какую-то форму носить? Я же тебе говорил! Что это за бальный костюмчик?! В моем мире в таких ходят только те молодые люди, что ублажают престарелых дам – альфонсы называются.

Амалия не удержалась и прыснула, глядя на побагровевшее лицо Макобера, а он, яростно зыркнув на девушку, с негодованием воскликнул:

– Это лучший костюм, что можно было достать в городе! Даже у императора такого нет! Ладно, ладно, не надо так страшно на меня глядеть, как будто сейчас испепелишь. Придумаю костюм, форму, то есть. Потом с Мироном поговорим, чего-нибудь придумаем. А с Амалией я согласен. Ух ты, пумпочка моя! – Макобер послал ей воздушный поцелуй. – Тебе надо будет обеспечить хорошую охрану и кольчугу, ну и экипаж, конечно. И езди себе, куда хочешь, в сопровождении двухсот стражников.

– А если стражников подкупят? И моя охрана на меня нападет? Что тогда?

– Хм… ну, перековать тогда всех.

– Можно и так. Но я предлагаю другое. Исчезнуть. Я собираюсь исчезнуть.

– Это как? – удивился Макобер. – Сам-то думаешь, что говоришь? Неужели они тебя так напугали? Да без тебя тут все развалится!

– Эй ты, дамский угодник, сам думай, чего говоришь! – вскинулась Амалия. – И почему вы, господин Влад, вместо молодости ума ему не добавили? Я поняла, что вы имеете в виду. Да, это был бы выход. Я так хожу на встречи со своими агентами – меняю одежду, наношу грим. А если узнают? Надеть магическую маску? Любой магик сразу раскусит. Мне кажется, это не совсем удачная мысль.

– А я поняла, – неожиданно вмешалась в разговор Марина, до сих пор молчавшая и рассматривавшая узоры на лакированной столешнице, – только мне это все равно не нравится! Мне нравится именно этолицо.

– Ух ты! вон ты чего задумал… – протянул Макобер. – Только ты и мог до этого додуматься… А вернуть все назад сможешь потом? Завидую твоим способностям. Я вот боюсь такие штуки творить, да и, честно говоря, не получается. Да нет, нет! Чего вы все на меня уставились! Не собираюсь я заниматься переделкой людей! Растения – пожалуйста, а людей боюсь… если только попробовать…

– Макобер, я тебе запрещаю без моего ведома заниматься переделкой человеческих тел – исключительно по моему приказу или же во благо мне, и опять-таки по разрешению! И боже тебя упаси обойти мой приказ, как ты обошел систему регенерации и нажрался! Я тебя поймаю и переделаю в старую бабку, с сиськами до колен и кривыми ногами! Вот тогда похулиганишь!

– Да ладно, ладно! Чего ты разбушевался-то? – буркнул Макобер, сверкнув хитрыми глазами. – Ничего я не собираюсь делать! Совсем меня уже зашпыняли! Житья от вас нету!

– Тебя зашпыняешь, – тихо, под нос, сказала Амалия. – Как крыса, везде ход найдет!

– Вернуть назад смогу. Я ничего не забываю – в том числе и своего лица. В охране добавится один стражник, вот и все. Буду таскать меч, следуя за Мариной, тем более что нам с ней нужно слетать в Лазутин, в Школу магии.

– А что, мне нравится, – кивнула Амалия, – исчез, и все. Где-то есть, а где – никто не знает. Мы знаем. Только мы. И если никто не распустит язык по пьянке, то никто и не будет знать, а значит, непосредственная опасность фельдмаршалу Владу исчезнет. Да, это умный выход. Согласна.

– А чего сразу на меня смотрите?! Как она сказала про пьянку, так на меня вперили зенки! – рассердился Макобер. – Я болтаю, да не выбалтываю! И вообще, это была просто проверка, можно ли обойти систему защиты организма. Больше я так делать не буду. Вот ведь нашли себе мишень для упражнений в острословии! Амалия, я тебя отшлепаю! Ну когда Влада рядом не будет. Ты любишь, когда тебя шлепают? Нет? А ты пробовала? Ох!.. Вот какая польза от нового тела – даже вино почти не расплескалось! Благодарю, красотка! – Макобер отхлебнул, поставил на стол бокал с вином, которым в него запустила Амалия, и с довольным видом откинулся на спинку стула.

– Значит, так и порешили. Сейчас и сделаю, чтобы вы знали, кто есть кто. И еще – придется мне отвести отдельную комнату, рядом с Мариной, чтобы я «охранял» ее постоянно. Прежнего охранника прикрепите к Макоберу, пусть с ним ходит и следит, чтобы тот пакостей не учинил, и все докладывал Амалии – где наш бодрый старичок бродит, кого радует своим тугим телом, как себя ведет в трактирах. А я буду ходить за Мариной.

Амалия бросила подозрительный взгляд на явно довольную Марину и бесцветным голосом сказала:

– А может, лучше за мной будет ходить новый охранник? И жить тут рядом…

– Перестань… ну, прокрадешься ночью… к нам, – с усмешкой сказал Влад. – Это же не навсегда. Потом я появлюсь из небытия. Мне с Мариной, я же тебе сказал, нужно в Школу магии. А еще разведать, что там с гильдией магии Лазутина. Девчонки, не ссорьтесь, ладно? Вот и ладушки… теперь начинаем превращения.

Влад закрыл глаза, выбрал из памяти образ и начал модифицировать свое лицо. Через пятнадцать минут за столом сидел мужчина лет сорока, с жесткими, решительными чертами, длинными, до плеч темными волосами с проседью и ярко-голубыми глазами, сияющими на смуглом скуластом лице.

– А что, хорош! – с интересом разглядывая Влада, сказал Макобер. – Настоящий самец! И этот шрам справа как будто к месту… Люди десять раз подумают, прежде чем задеть такого буяна. Проверим? Пошли в трактир?

– Проверим… попозже, – усмехнулся Ньювлад. Пока что доложите, что сделано. Амалия, полковники тебя воспринимают как моего представителя? Нет возмущений, что, мол, баба им чего-то диктует? Хотя я и передал им приказ, но могут возмущаться, что над ними поставили женщину. Так как там дела?

– Пусть попробуют повозмущаться, – криво усмехнулась Амалия. – Я у них на глазах одного наглого лейтенанта перекинула через забор, после этого замолчали. А вообще им все равно, кто ими командует, лишь бы жалованье было да пожрать и выпить. Сейчас у нас в наличии шесть тысяч семьсот бойцов, но обученных из них половина, а обстрелянных – и того меньше. Полковники целыми днями их гоняют – обучают держать строй, фехтовать, стрелять из луков, но разве можно за недели обучить хорошо стрелять? Этому учатся годами. Будем делать, что можем. Команды на пушки набрали, по пять человек на каждую – заряжать, подтаскивать – магиков-пушкарей только нет. Рекруты идут на службу довольно охотно – деньги платятся, все об этом знают.

– Это хорошо, о деньгах мы сейчас поговорим с Панфиловым. Тебе, Амалия, вот какое задание: мне нужно узнать точно расположение Ламунского: где он живет, куда ходит, как ходит, какая у него охрана – все, что нужно.

– Хотите его убрать? – понимающе спросила Амалия. – Давно надо было. Может, без него и захлебнутся со своим мятежом.

– Ага. Хочу. Только так, чтобы не попасться. Нам нужно выследить его приближенных и попробовать захватить кого-нибудь из них – сделаю из них убийц. Без Ламунского, скорее всего, все развалится.

– Сделаем.

– Мирон, что там у нас с деньгами? – Влад поднял глаза на Панфилова, до этого увлеченно рассматривавшего бедра рыжей Марины. – Ты брось там заглядываться на женщин! Женить тебя надо. Всю Марину уже глазами съел.

– А чего ты, окружил себя красотками, а тут и одной нету! Сделал бы и мне красотку какую-нибудь! Ладно, к делу. Итак, идея с монополией на спиртное была, конечно, дельной. Но – много случаев воровского винокурения. У меня есть информация по подпольным винокурням, позже передам Амалии.

– Хорошо, – кивнул Влад, – винокурни не разорять – поставить своих людей на производство, а тех, кто нарушил, выставить голыми на базарной площади и высечь. Потом выгнать из города плетьми.

– А семьи? Тоже выгнать? – Амалия побарабанила пальцами по столешнице. – Или ограничиться конфискацией денег и ценностей?

– Ограничься. У вас организована служба налоговых надзирателей?

– Да, есть такая, ходят. Проверяют винокурни, продажу спиртного, выявляют нарушения. Если находят – им премия в размере недельного оклада.

– Хорошо. Только доведите до их сведения, что, если кто-то возьмет деньги за то, чтобы скрыть нарушения, будет повешен. Если обнаружите такого, обязательно повесьте на видном месте и табличку на него с указанием его преступления не забудьте прикрепить. Что там с казной?

– Есть в казне деньги. Марос хорошо справляется, все учитывает.

– А что там с Метиславом? На него много денег уходит? Он там не возмущается происшедшими переменами?

– Да не смеши. Ему даже неинтересно то, что делается в городе. Балы закатывает, денег на это мы выделяем, фрейлины ему дают – что еще можно желать? Да чтоб мы так жили!

– Надоест, – усмехнулся Влад. – Что с поставками металла?

– Все, что могли, реквизировали, что-то купили. Ждем прибытия кораблей. Пока ни один не пришел. Тут еще слухи плохие – это уже относительно кораблей, отправленных на юг за продовольствием, – викантийские рейдеры перехватывают наши суда, уже три пропали. Раньше они не конфликтовали с империей, теперь решили гадить исподтишка. Не удивлюсь, если окажется, что Ламунский уже обратился к Викантии за помощью. Нам нужны военные корабли для защиты берегов и наших торговых судов, но имперская флотилия очень дряхлая. Империя, надо признать, никогда не отличалась хорошим военным флотом, не то что Викантия. Подумай над этим.

– Подумаю, потом. Сейчас в пяти днях пути от столицы стоит огромная армия, готовящаяся к штурму. Впрочем, знаешь, что пришло в голову: а ведь ты прав, я не учел подступ к городу с моря. Нам нужно прикрыть вход в бухту. В нее ведет узкий проход, относительно узкий. Насколько помню, он перекрывается большой цепью – я видел ее, уходящую в воду. Нужно узнать: она действует? Ее можно поднять? Впрочем, даже если ее поднять, они могут высадить десант на молы, а оттуда уже на берег. Надо сделать так, чтобы противники вообще подойти не могли. Цепь ведь скорее служит препятствием для выхода из бухты без разрешения власти, а не для входа в нее… Давайте подумаем, где поставить пушки? Туда надо десяток орудий, не меньше.

– Да проще простого – на входе в бухту, на берегу, стоят два форта. Там всегда стояли катапульты, заброшенные в настоящее время. Форты можно восстановить, пушки там встанут замечательно. Только вот как туда их поднять… весят они ой-ой… Но и это возможно – придется строить помост, чтобы их затащить.

– Значит, стройте. Еще вопрос: что там с мясницей? Сигизмунд, Мирон, вы что-то придумали?

– Придумали. Мы устроили питомник в твоем поместье – втором, где собирались делать клинику. Теперь у тебя ровные ряды кустиков, и на каждом – по несколько килограммов мяса. Ну, не совсем мяса, но все-таки мяса. Я ел – мне понравилось. Откроем лавку на рынке, будем торговать – по низким ценам и с ограничением по количеству.

– Это верно. Пусть народ ест, а то скупят оптовики, задерут цену и будут на этом наживаться, а людям не достанется. Постарайтесь увеличить плантацию. Найдите еще место.

– Дело-то не в месте, дело в выращивании. Тебя не удивило, что за один день мы умудрились вырастить сто кустов?

– Нет, не удивило. Этот павлин не только трактирщиков умеет из окна выбрасывать, но и выращивать растения. Мне надо увеличить количество производимого мяса. Что хотите делайте, но дайте мне мяса! Мне и армию кормить надо, и горожан!

– В том и проблема – Макобер-то один! Нам нужно больше специалистов по скоростному выращиванию растений! – Панфилов развел руками. – Ищите ему помощников, он не может и с боевыми магами заниматься, и с растениями. Физически не успеет. Когда полетите в школу Лазутина, подберите в гильдии способных магиков.

– Я понял. Будем искать. Последний вопрос: Сигизмунд, что с алмазами?

– Пока ничего. Мы с Мироном обсуждали это дело, занимаемся. Все сразу мне не успеть. Нашли резчиков, завтра займемся этим вопросом плотнее, – ответил Макобер.

– Ну, тогда все! Разбегаемся по своим делам и кроватям. Я отправляюсь охранять Марину, ну а вы – кто куда. Сигизмунд, давай без причуд, ладно? Ты мне можешь сильно навредить…

– Ладно, ладно! Иди, охраняй Марину, как следует ее охраняй! Амалия, душа моя, идем, я тебя поохраняю! Или мне к тебе прийти? Ай! Не надо было так кидаться! Я все понял! Все, все, ухожу!

Потихоньку все разошлись, и в комнате остались лишь Влад, Марина и Амалия. Девушки холодно смотрели друг на друга, и Влад, как бросаясь в холодную воду, заявил:

– Я вообще буду спать один, раз вы так себя ведете. Или вы договоритесь между собой, или я к вам не прикоснусь. Мне все вы по-своему дороги, и не хотелось бы стать причиной вашей размолвки. Каждая из вас по-своему любит меня, неужели вы не сможете найти общий язык? Девчонки, я так спать хочу, устал – давайте-ка сразу решим, что и как. В доме сейчас есть кто-нибудь чужой? Охранники?

– Нет, только Казал, и все. Внутрь никого не пускаем, все снаружи. Казал у себя в комнате. Слуги разошлись, как ты и приказал.

– Хорошо. Ванну приготовили? Пойду я смою с себя дорожную пыль, а вы пока обсудите ситуацию.

Влад прошел в ванную комнату, где стояла большая ванна, наполненная холодной водой. Рядом, в очаге, имелся котел, наглухо вмазанный внутрь, в котором бурлил кипяток, лекарь взял деревянный ковш, зачерпнул горячей воды, разделся, погрузился в ванну и застыл в полудреме.

Через некоторое время послышались шаги, зашуршала одежда, и в ванне стало довольно тесно – четыре руки мылили его, гладили, ласкали.

Ночь прошла довольно бурно и продуктивно. Никто из его партнерш не остался в обиде.

Утром Влад осторожно выбрался из сплетения женских тел, невольно залюбовавшись картинкой. Когда это увидишь такие красивые женские тела в свободных позах после ночи любви. Он прошел в ванную, смыл с себя следы ночных развлечений и надел свою простую одежду, в которой привык ходить всегда и везде – она ничем не отличалась от той, что носили наемники, так что внимания привлечь не могла.

В каморке, возле своей спальни, ночевать в которой по понятным причинам он не стал, Влад взял свой меч с молекулярной заточкой, кинжал, достал белье, которое он сделал еще в клинике – непробиваемое, по типу кевлара, – и переоделся. Теперь его макриловыми наконечниками было не взять… разве что только в голову.

В ванной послышались голоса – Марина и Амалия все-таки встали и теперь обменивались впечатлениями о прошедшей ночи, он не стал слушать их откровения, смутившие бы и бывалых солдат гвардии, и направился к столовой, где уселся на скамейку и стал ждать появления своих подруг.

Проходившие мимо слуги с удивлением смотрели на незнакомого мужчину, но ничего не говорили – их хорошо вышколили, и раз какой-то вояка сидит тут, значит, так надо.

Через полчаса, умытые и сытые, Влад и Марина отправились к площадке для перемещения. Амалия в это время отвела всех подальше и раздавала поручения, отвлекая внимания от странной парочки.

Марина стала делать пассы руками, якобы создавая портал – вдруг кто-то за ними наблюдает? – а Влад, сосредоточившись, действительно открыл портал.

Зазмеились молнии, взрезав воздух, – Марина прыгнула в радужное пятно, зажмурив глаза и тоненько взвизгнув, а за ней шагнул и Влад.

Привычный удар по ногам, как будто при прыжке с парашютом, – Влад выпал из подпространства возле тракта на обочине дороги. Он хорошо запомнил это место, так что направил вектор перелета именно сюда. Дорога была пуста, что его порадовало. Не хватало только опять объяснять проезжим купцам, что они не демоны, а вполне нормальные магики.

Марина стояла рядом, с любопытством наблюдая за его появлением, и только потом заметила:

– Завидую вашим способностям! Вот так взять и переместиться куда угодно! – Она помолчала пару секунд и добавила: – Тут такой вопрос пришел в голову: сейчас вы не Влад, значит, вам и имя нужно придумать какое-то другое, чтобы не вызвать подозрений. Какое имя возьмете? И еще, я буду звать вас на «ты», чтобы не было подозрений, хорошо?

– Хорошо. Имя? Элвис Пресли… поэт-песенник… – задумчиво пробормотал Влад. – Нет-нет, это я так, своим мыслям. Пусть будет… хм… Марк, к примеру. Да, Марк. Так и зови.

– Хорошо… Марк. Пойдем в Лазутин. До него… версты две, как я помню. Что-то далеко ты нас забросил, Марк, чуть не возле клиники.

– Нет, а что, лучше было появиться во всей красе на базарной площади? В том и дело, что анонимно. Пошли скорее. За полчаса дойдем…

Они зашагали по пыльному тракту, и Влад вспомнил, как не так давно он впервые приехал в город на коне «завоевывать» этот Лазутин – ну чистый Д’Артаньян! С тех пор прошло вроде и не так много времени, и кто он теперь? Можно сказать – самый могущественный человек в империи, прячущийся под личиной простого охранника.

Влад поправил меч на поясе – он пристроил ножны по японскому обычаю, рукоятью вниз, на поясе, чтобы ничем не напоминало его прежний способ ношения оружия. Мало ли кто увидит и что поймет…

Марина так и отправилась в своем легкомысленном шелковом сарафане, привлекая взгляды встречных путников и гордо неся на голове огненный костер рыжих волос.

У ворот Лазутина скучали стражники, отпустившие несколько скабрезных шуток в адрес магини, на которые она не обратила никакого внимания.

Заплатив за вход в город, под удивленными и озадаченными взглядами городской стражи, Влад и Марина ступили на булыжную мостовую города.

Влада беспокоила какая-то мысль, и он не мог понять, что же все-таки лезет ему в голову? Почему стражники так странно на них смотрели? А потом понял: парочка, не имеющая при себе никаких вещей – переметных сум или просто вещмешков, да при этом дама в таком нарядном и легкомысленном виде, – все это не могло не вызывать недоумения.

Военачальник озвучил Марине эти мысли, и она, кивнув, нахмурилась и прибавила шагу:

– Давай-ка мы поскорее дойдем до моего дома… Ты не забыл, что я вообще-то тут жила, и довольно долгое время? Тут мой дом… если его еще не разграбили. Будем жить у меня, пока не уладим дела в Лазутине.

– Отлично – меньше будем светиться по постоялым дворам. Сейчас утро, сразу пойдем в гильдию или вначале навестим Школу магии?

– Мне кажется, вначале давай сходим в школу – там два выпускных класса, это человек тридцать почти готовых лекарей-магиков. Конечно, их способности не ахти какие, ну а ты на что? Обработаешь их, и будут пушкари. В гильдию пойдем уже в последнюю очередь…

– Как скажешь. Тебе виднее.

Дом Марины не представлял собой ничего интересного – обычное здание, двухэтажное, красного кирпича. Ставни были закрыты, двери, выходящие прямо на улицу, – тоже.

Влад недолго недоумевал, как они туда попадут, но Марина подошла к дверям и начала громко стучать – так, что Владу показалось, будто она собирается не открыть двери, а снести их с петель.

Минут через пятнадцать раздался старческий голос, грозно спросивший:

– Кто это там ломится, какой негодяй! Я сейчас стражу покличу, безобразники!

– Матвей, открывай! Это Марина!

– Марина? Ты откуда взялась? Врешь небось! Марина уехала по делам! Нет ее дома!

– Вот черт старый! – выругалась магиня. – Слуга мой, ему уже лет восемьдесят, он еще мальчишкой у меня начал служить, когда мне было… не будем про возраст!

Она засмущалась, покосившись на Влада, и с новой силой забарабанила в дверь, присовокупив волшебные слова:

– Старый дурак! Я все равно войду, возьму швабру, что стоит под лестницей, и отлуплю тебя так, что ты забудешь, где спрятал свою бутылку с вином!

– Хе-хе… видать, ты и правда Марина! Наконец-то! – Дверь открылась, и перед глазами Влада предстал сморщенный высокий худой старик с красным от возлияний носом, который ласково обнял свою хозяйку. Влад даже заподозрил, что Матвей не всегда был простослугой, слишком уж радостно и запанибратски встретил он свою госпожу.

– А это кто с тобой, – прищурился старик, рассматривая Влада, – опять любовника привела? Какой по счету? Вот ты неугомонная шлюха! Никак не можешь без мужиков, как без воздуха!

– Ну чего ты несешь, дурак старый! И правда сейчас тебе врежу, не соображаешь уже, что говорить, а что нет! Веди в дом, скотина ты эдакая! – Марина побагровела и с опаской кинула взгляд на Влада – слышал или нет, а старик повернулся и пошел, бурча по дороге:

– А что я такого вредного сказал? Ну любишь ты мужиков, и что? Они тебя тоже любят. Я тоже любил, пока стар не стал. А ты вон какая красотка! Мм… просто пирожное сливочное! Надо тебе замуж выходить – и не меньше чем за графа.

– Да ты отвяжешься со своими женитьбами? Приготовь нам спальню. Небось все пылью покрылось? Воды набери. Сам-то как себя чувствуешь? Можешь работать или нанять кого?

– Не очень самочувствие, – сознался старик, – иногда забываю, что делал только что… иногда не могу встать утром. Помру, наверное, скоро. Вот и освободишься от меня, возьмешь молодого управляющего. А ведь мог я когда-то, а, Марин?

– Мог, мог, только не болтай чего не надо! – опять заволновалась Марина и покосилась на Влада. – Слушай, может, поможем ему? Жалко старика – он всю жизнь у меня живет…

Влад с интересом посмотрел на Марину и подумал: «Вот так одинокая женщина заполняла нишу любви и замужества. И придумывать ничего не надо – готовый управляющий и любовник под рукой. Ну а почему бы и нет?»

– Сделаю. Только внешность его менять не буду, самочувствие улучшу и тело укреплю, а внешне он останется почти таким, как есть, иначе соседи поймут, что он странно помолодел, а нам светиться ни к чему. А так-то в целом будет как обычный мужчина. Хорошо?

– Отлично. Матвей, пойдем в твою комнату! Я ему тут оставила денег, дом оставила, чтобы жил, сколько ему надо, – собиралась проведать, после того как уехала в клинику, да некогда было… Ну чего коситесь – ну да, да, он время от времени был моим любовником! А что такого? Парень молодой, статный – это сейчас он высох весь, а когда-то был мужчина о-го-го! А я всегда любила мужчин, да…

– Да я ничего – чего ты разволновалась-то? Я сам такой, только люблю женщин, а не мужчин. Ничуть тебя не осуждаю, ни капли. Пошли, время идет, время…

Они прошли в комнату, неплохо обставленную, но отдающую запахом старого человека, который уже при всем желании не в силах не только поддерживать уют в доме, но и просто следить за собой. Простыни были несвежие, подушка посерела, а на столе, подоконнике и шкафу лежал толстый слой пыли. Марина ничего не сказала, но поморщилась и подтолкнула Матвея к кровати:

– Ложись!

– Зачем? Ты со мной ляжешь? Ты когда вернулась? Я соскучился по тебе…

– Вот черт! – Марина отвернулась и незаметно стряхнула «соринку» с глаза. – Спать!

Старик закрыл глаза и выключился, усыпленный магиней, а Влад погрузился в транс и стал исследовать его организм. Он сильно износился, но и сейчас было видно, что когда-то это был крупный и красивый мужчина. Марина не соврала ни на крошку, и даже насчет «о-го-го»… Влад усмехнулся своим мыслям и приступил к делу…

Через двадцать минут на кровати лежал тот же старик, только как бы сбросивший лет тридцать – он был седой, но пигментные пятна исчезли, морщины слегка подразгладились, его тело соответствовало телу тридцатипятилетнего мужчины, а лицо – пятидесятилетнего. «Хорошо, что он носит бороду, не так будут заметны изменения», – подумал Влад, и напоследок внедрил в голову старика преданность хозяйке… ну и себе – ну так, на всякий случай, вдруг у помолодевшего старика проснется ревность или же появятся еще какие-то мысли, которые смогут привести к вредоносным последствиям. Влад стал довольно подозрителен и не хотел пускать дело на самотек.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю