Текст книги "Бойся своей мечты - она может и сбыться (СИ)"

Автор книги: Евгений Щепетнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Кое-чему научилась – снова улыбнулась Маша – Все больше как раз дыхательной гимнастике, цигун. Нервы поправила, и все такое. Курс иглоукалывания прошла. В общем – здоровье у меня сейчас гораздо лучше, чем до отъезда.

– А видно по тебе! – довольно кивнул Лось – Тощая была, как эта…как ее…бодибилдерша! Одни мышцы, да жилы! Нет, ты и такая была красивая, но…попку требовалось нарастить. А сейчас вот норма! И чувствуется – здоровьем просто пышешь. Только бледненькая. Загорать надо!

– Нарочно не загораю – Маша помотала головой – В Китае вообще ценятся незагорелые девушки. Чем ни бледнее кожа, тем считается – красивее. Так что я, когда загар слез, была там самой красоткой из красоток, особенно когда стала как девочка из «Семейки Адамс», бледная, как вампирша. Ну вот и приходится теперь соответствовать образу.

– Классно! – причмокнул Лось – Ты и раньше была красоткой, но теперь…породистая, как арабский скакун!

– То есть ты меня кобылой назвал? – серьезно осведомилась Маша.

– Эй, ты чего?! Я в хорошем смысле! – перепугался Лось – Арабские скакуны самые красивые в мире! И ужасно породистые и дорогие!

– Да ладно…не трону я тебя! Не буду пить твою кровь! – серьезно сказала Маша и вдруг расхохоталась – Ха ха ха! Попался! Так-то…животное под названием «лось»! Будешь еще меня кобылой называть?!

– Смеешься… – облегченно вздохнул Лось – Прежняя Маша возвращается! Я так расстраивался, так переживал! Все мы переживали! Ой, прости…я не о том. Вон, смотри! Самолет видала? Теперь можем сами в Москву летать, прямо с острова! Восемнадцать человек берет. А этих громил видала? Круто, да?! МИ-24, «крокодилы»! Бронированные! Летающие танки! И МИ-8, тоже в военном исполнении. А эти две стрекозы – летать по делам, на другие острова. Если захочется.

– Складов не видать! И где зенитки? Где ракеты? – Маша огляделась по сторонам – Шеф говорил, что их вроде бы под землю упрятали. Ничего не видать.

– Вот и хорошо, что не видать. Снаружи мы якобы беззащитны, как дети. Но на самом деле…как повылезут, как повыпрыгнут…и полетят клочки по закоулочкам! Дорого встало, конечно, но не хотелось привлекать внимания раньше времени – Шеф так сказал. Все, кроме сторожевых башен и радарных установок упрятано под землю или в капониры. И самое главное – «Красуха», наше главное оружие. Машины «Красухи» тоже под землю упрятали. Могут прямо оттуда работать. Любую ракету собьют, любой беспилотник. А те, что долетят – зенитчики собьют. Так что врагам не светит!

– Нарушители были?

– Были, как не быть. Высылали к ним группы на боевых катерах, разъясняли популярно – приватная зона. Отвадили. А то повадились лезть на пляжи – хоть пиши предупреждения, хоть не пиши. Мы их локатором за пятьдесят миль засекаем, потом ведем.

– Понятно… – кивнула Маша – А кто вместо меня работал? Ну…с кадрами, к примеру.

– Глафира. Твоя же помощница. Кстати – одевается, как ты, и прическу такую же сделала. Говорят – на тебя похожа. Тут вообще поветрие – девки норовят быть похожими на тебя, к Шефу мечтают в койку залезть. Тебя мол он прогнал, вакансия свободна, вот и в очередь пытаются его соблазнить!

– Успешно? – бесстрастно спросила Маша, но Лось как всегда это делают толстокожие мужчины – ничего не заметил.

– Ну как успешно…переспит разок, другой, а то и просто трахнет между делом, и выпроваживает. Ну чисто так…механически. Ну кто может занять твое место, ты чего?! Шеф на тебя не надышится! Он же ведь летал к тебе, так ведь? Мы спрашивали, как ты там. Говорит – лечится, нервишки подлечивает, скоро прилетит. И вот – ты тут. Слухай чо, Маш – давай какой-нибудь банкет закатим? Ну так…междусобойчик! Выпьем, обсудим дела наши скорбные – тем более что Шеф говорил, что надо будет поговорить нам четверым. Я так думаю – он все-таки решился на главную акцию. Кстати, на днях он остальные деньги переправил в банк. Это тоже верный признак. Говорит – когда шум начнется, вроде как не до нас будет. И вообще – надо все деньги теперь держать в евро, иенах и юанях. Доллары все сбрасывать. Доллар упадет.

– Решил Америку раком поставить? – одними губами улыбнулась Маша – Ненавижу, мрази! Я бы их бомбой! Ракетой! Всех!

– Те, что с тобой сотворили…американцы были? – понимающе кивнул Лось – Ну что же...отольются им слезы. А знаешь, кто это были?

– Знаю – кивнула Маша – Нашла. Два сына сенаторов США, один какой-то мутный, непонятно откуда взялся, и третий – сын генерала. Это он в основном и развлекался со мной, резал меня. Ненавижу! Я в сети видела – яхта пропала в районе Багамов, вот они на ней и были. Искали их. На остров не заплывали?

– Заплывали. Послали их подальше, да и все. Знать ничего не знаем. Они утерлись и уехали.

– Хочу их родителей убить! Все их семьи вырезать! – лицо Маши сделалось страшным, стало похожим на лик Медузы Горгоны – столь же прекрасный, сколь и смертоносный.

– Поговори с Шефом – пожал плечами Лось, и свернул на стоянку возле Замка – Хотя он и не любит, когда за проступки детей отвечают родители. Впрочем – тут скорее всего другой случай. «Сенатор Конгресса США» с его точки зрения является синонимом «проклятый бес» и «мерзкий упырь». А что уж говорить про натовского генерала – тут сам бог велел упыря придушить. О! Миша тут! Миша, встречай Машулю! Наконец-то дождались!

Крепкий, кряжистый Михаил с утробным хохотом подхватил на руки не сопротивляющуюся, довольную Машу и как пушинку подбросил вверх:

– С приездом! Хоть так тебя потискаю, пока Шефа нет! – и поцеловал в щеку – Заждались тебя, красотка! Все нервы там правила! Чем правила-то?! Иголки в тебя втыкали без наркоза?!

– Именно так! Втыкали, и без наркоза – улыбнулась Маша, обнажив белоснежные, безупречно белые зубы, ее гордость. Слава богу, что негодяи их не тронули, как и все, что выше плеч – Лечение у них такое дурацкое!

– Ну слава богу – улыбается! – довольно кивнул Михаил – Значит, отошла!

– Она даже хохотала! Сам видел и слышал! – улыбнулся Лось – Эх, Шефа нет! Пойдем, сейчас скажем, чтобы накрыли праздничный ужин. Как раз и Шеф к тому времени явится. Пусть в малом банкетном зале нам накроют. Маш, ты пойдешь с персоналом здороваться, или сразу к себе, переодеваться? Кстати, а ты чего так оделась – ну чистая ниндзя! Полегче нельзя было? Ну так – шортики, маечку…а можно и без маечки, с твоими-то сиськами! Нельзя прятать такое богачество!

– Тьфу, извращенец! – сплюнул Михаил – Маш, иди, душ прими с дороги, отдохни. Как все будет готово, позовем. Поспи немного, поваляйся. Эти дурацкие самолеты…там ноги некуда деть, не то что…

– Да я в бизнес-классе летела. Как в каюте – улыбнулась Маша – Но да, пойду, душ приму. Жарко!

***

Когда Константин вышел из портала, он тут же набрал номер Михаила:

– Миш, зайди ко мне. Есть о чем поговорить.

– И мне – есть о чем поговорить! – каким-то слишком веселым, довольным тоном ответил Михаил, чем вызвал некоторое удивление. Давно он не видал своего друга и зама таким довольным. А когда тот появился в кабинете, тут же спросил:

– Ты чего сияешь, как начищенный рубль? Что случилось?

– Маша приехала – ухмыльнулся бывший майор спецназа – У себя сейчас. Отдыхает, тебя ждет. Красивая – аж дух захватывает! Сама добралась, тебе говорит, хотела сюрприз сделать.

– Сделала, чего уж там – усмехнулся Константин – Я вообще-то хотел за ней завтра лететь. А она вон что – решила развлечься. Ну…пусть. Сделаю вид, что не знаю. Небось поляну накрыли?

– А то ж! Тебя ждем! – хохотнул Михаил – Вчетвером будем праздновать прибытие! Ох девки всполошатся! Опять место у твоего бока занято!

– Оно и не было свободно – проворчал Константин – Ладно, пока что к делу, вкратце: на днях начинаем. И вот еще что – усильте наряды. Возможна попытка нападения. Похоже что нас все-таки вычислили. Конечно же – не совсем, но…справки наводили. Пытались выяснить – откуда в банке взялись эти наличные и все такое. Само собой – нас сдадут. И главное, когда на нас наедут – захватите языка. Мне нужно знать – кто это, кто у них главный. Мы их выбьем, как сорную траву. Все, кто пользуется черной кассой, да в таких размерах – или наркоторговцы, или какие-то другие мафиози. Так что можно спокойно их выбивать.

– Может тогда подождать с главной акцией?

– Не-а…надоели эти говнюки! Я рожу нового президента Пиндосии хочу видеть только в прицеле! И всю его камарилью! Мрази, самые настоящие мрази!

– Ох…что-то мне ссыкотно, друг мой боевой – криво усмехнулся Михаил – Так хорошо, тихо все было! Не жизнь, а малина!

– Расслабился! Рассуропился! – жестко, неприятно улыбнулся Константин – Курорт, да?! Миш, мы не для того сюда забрались, чтобы жировать на ворованных деньгах! Мы мир желаем сделать чище! Вот такая у меня, понимаешь ли, мечта идиота! И вроде как у тебя, нет?

– И у меня – вздохнул Михаил – Только я не такой идеалист, как ты…наверное. И да – расслабился. Ей-ей тут хорошо! Жалко все потерять… Когда был нищим, спивался у себя на квартире – мне все было пофиг! Все равно подыхать! А теперь…когда на счету миллионы долларов, когда под боком красивые девки, когда на столе вкусная еда и питье…да, жалко все потерять. И страшно.

– Ты можешь уйти – жестко, мрачно сказал Константин – ты никому про меня не скажешь, я знаю. Так что можешь просто сказать: «Я выхожу из игры». И я тебя отпущу. Хоть сейчас.

– Обижаешь, командир! – Михаил нахмурил брови, его лицо помрачнело – Я своих на войне не бросаю. И не своих – тоже. Или ты меня считаешь паскудой, способным бросить в самый ответственный момент? Не считаешь? (Константин помотал головой) Тогда и нехрена трепаться! Мы вместе – до конца, какой бы он ни был. А это все (он обвел рукой вокруг себя) прекрасный сон. А сон всегда превращается в явь. Увы. Да и вообще – чего раньше времени панихиду петь? Может еще все закончится хорошо!

В дверь осторожно постучали, и Константин автоматически ответил:

– Войдите!

Дверь открылась и вошла Маша. Михаил обернулся, посмотрел, улыбка сползла с его губ, глаза выпучились, и указав пальцем он только и смог выдавить из себя:

– Э-э…это что?! Это как так?! Вот ни хрена же себе! Ой-ей! Ни хрена себе! Ну вы, ребята, даете!

Глава 6

Глава 6

Константин посмотрел, и брови его тоже поползли вверх. Нет, он чего-то подобного ожидал, но…результат превзошел все его ожидания. И как только она такое вытерпела?

Так-то Константин читал, что у женщин повышен болевой порог, у некоторых – так вообще настолько высок, что некоторые медицинские операции им делают без анестезии. И это обусловлено самыми что ни на есть природными причинами – женщина при родах испытывает такую боль, что если бы она чувствовала ее так же, как мужчина – скорее всего умерла бы от болевого шока. Но в Машином случае вообще что-то запредельное. То-то она изрезанная, истекающая кровью, с порванными внутренностями умудрилась еще встать и выпотрошить своих обидчиков! Конечно, она тогда находилась в шоковом состоянии и на душевном подъеме, но…все-таки это феноменально.

И вот теперь – ноги ее, руки, живот – все, насколько было видно из под одежды, покрыто яркими цветными татуировками, изображающими причудливых восточных драконов, небо, бутоны распускающихся цветов – и все сплошным, сплошным полотном, без единого сантиметра свободного от краски пространства! Свободны от краски были только ступни ног, кисти рук и шея с головой. Маша улыбалась легкой улыбкой, явно предвкушая, какое впечатление произведет ее внешний вид.

– Вот это да! – снова повторил Михаил, и посмотрев на Константина, потрясенно добавил – Так вот что за иглоукалывание вы там делали! И ты молчал? Ты же уже видел, да?

– Не-а… – хмыкнул Константин – Она мне не показывала. Говорила, что еще не готово и покажет, как все закончат. Да и постоянно в бинтах ходила. Так что для меня это тоже в первый раз.

– Ма-аш… – протянул Михаил – А что…там, где прикрыто, все то же самое? Раскрашено?

– Тебе показать? – усмехнулась Маша – Только по приказу Шефа. Скажет показать – покажу.

– Ну, я чисто дружески! Интересно же! – хохотнул Михаил – Покажи, а?! Костя, ну пусть покажет!

– Что, что покажет?! Кто покажет?! – в кабинет ворвался Лось и замер с отвисшей челюстью. И стоял так секунд двадцать, замерев и будто боясь выпустить воздух из груди. А потом сипло протянул:

– Да ни хрена же себе! Вот это да!

– Дверь за собой прикрой – негромко приказал Константин – И вообще нефиг врываться в кабинет большого начальства, когда его женщина демонстрирует свои татушки!

– Да-а-а…татушки, так татушки! – снова протянул Лось, отходя от Маши шагов на пять и на ощупь отыскивая стул. А сам глаз от Маши не отрывает, впился в нее взглядом – чуть слюни не текут. Константин даже усмехнулся.

– Маш, покажись полностью, если тебя это не затруднит. Но если не хочешь – не показывай – улыбнулся Константин – покажи этим кобелям, чтобы им ночью снилось и уснуть не могли!

– Да! Да! Покажи нам, кобелям! – простонал Лось – Господи, что ты с нами делаешь! Кстати, парни, я понял, на кого она похожа! Вот все не давало мне покоя, а теперь знаю! Ну если точнее…мне Глафира сказала. Все девки об этом шепчутся. Супермодель такая есть, зовется…

– Барбара Палвин – перебила его Маша, стягивая с плеч топик. Под топиком ничего не было – кроме собственно тела – Мне всегда это говорили. Мол, как близнец этой самой Барбары. Только у нее глаза голубые, а у меня карие. А еще – у нее волосы длинные, а у меня короткие (Маша стянула короткие джинсовые шорты). Ну и по фигуре – Барбара толстожопая, а у меня спортивная фигура, и бедра не такие полные. А так, да – губы, нос, подбородок, мы с ней как сестры-близнецы.

Шорты полетели на стул, за ними – узкие черные трусики. Секунды – и Маша уже стоит голышом. Если только это можно назвать «голышом». Она настолько покрыта татуировкой, что ей можно было бы ходить среди людей на оживленной улице, и казалось бы, что она надела какую-это экзотичную яркую туго облегающую одежду, украшенную красными, синими, черными и зелеными рисунками. Только если подойти ближе становиться ясно, что это никакая не обтягивающая тело одежда, а краска, вбитая в кожу искусными художниками.

– А ТАМ – было очень больно? – скривился Михаил, разглядывая низ живота Маши – Я бы не вытерпел! Я бы всех поубивал! Это же невозможно терпеть! И грудь! Красиво, конечно, но я бы точно не смог. На плече-то делал, и то чуть слезы из глаз не полились.

– Все можно вытерпеть…если захотеть – с усмешкой сказала Маша, поворачиваясь вокруг оси – ну как, шрамы видно? Нравится? Константин Петрович, вам нравится?

– Очень! – искренне ответил Константин – Честно сказать, я такого не ожидал. Теперь жди поветрия у нас на острове – все девчонки начнут татухи бить! Впору пригласить сюда тату-мастера!

– В Нассау пускай ездят, по очереди. На выходные – усмехнулся Михаил – Нечего тут этому мастеру делать. Мы же возим их за покупками, и всякое такое. Ну вот пускай там и набивают, если хотят.

– Я могу одеться? – спокойно спросила Маша.

– Конечно, конечно! – торопливо ответил Константин – Извини, что заставили тебя устроить стриптиз. Красиво, конечно! Главное, чтобы проблем не было со здоровьем. Чтобы краски были не ядовитые.

– Фирма гарантировала – пожала все еще голыми плечами Маша, извиваясь, натягивая трусики – за что мы им такие деньги проплатили? Все натуральное, природное, никаких ядовитых красителей – в договоре сразу было записано.

– А как там вообще – в Китае? – спросил Лось, пожирая глазами одевающуюся Машу. Она как раз сейчас надевала топик, и ее небольшие крепкие груди, тоже изрисованные до самых сосков смотрели на Сергея и подрагивали. «Ух, хороша!» – пульсировало у него в мозгу.

– Ну как в Китае…пандемию они задавили…живут, как жили – Маша потянулась за шортами – Что там, в Китае…еда дешевая, товары дешевые, китайцы невоспитанные, страшненькие, наши мужики гораздо красивее. Особенно некоторые… (она посмотрела на Константина), а Лось довольно хохотнул:

– Точно, ты про меня! Я некоторый!

– Вообще – скучно было без вас. Тоскливо. Все чужое,все не как у нас. Хоть и пытаются подделаться под Европу, но…гадюку и жабу не породнишь. Я там была пристальным объектом внимания мужчин – подкатывали, и не раз. По их меркам я очень красивая, особенно когда загар сошел. Но разве они могут сравниться… (она посмотрела на Шефа) Да и не надо мне этого. Ну что еще сказать…лечилась – медицина у них отличная, только деньги плати. Шеф меня пристроил в самую лучшую лечебницу. Там иглоукалывание, какие-то таблетки, что-то вроде гипноза. Вот, все-таки восстановилась. Еще – ходила в спортзал, тренировалась, насколько позволяло состояние. Сразу ведь все рисунки колоть нельзя, надо дать отдыхать коже, чтобы зажила. Вот и пришлось сидеть там четыре месяца. В тир ходила – стреляла. Все как обычно, как и тут. Они конечно вначале удивлялись, как это так – девушка, и в тире стреляет, но когда узнавали, что я русская – тут же успокаивались. Мы у них считаемся очень воинственными женщинами. В смысле – русские женщины. Китайские женщины только в кино вертятся как электровеники и мечами тычут. На самом деле очень избалованные, только и заняты тем, что украшают себя, да ищут развлечений. У них девок-то не хватает, на трех парней одна девица. Или даже на пятерых – так мне показалось. Удивительно еще, что они там повально не стали гомосексуалистами – девок-то где взять? Ну вот как-то так.

– Маш…а оно стоило того? – с сомнением помотал головой Михаил – Такие мучения! Мы же тебе говорили – тебе и со шрамами хорошо! Ты и так была красивая! Зачем?!

– Сейчас я красивее? – подбоченилась Маша, выставив вперед правую ногу.

– Ну…да! Но разве оно стоило того?! – упорствовал Михаил.

– Ну, во-первых идею подал Шеф. И я за нее уцепилась. Честно скажу – из-за этих шрамов у меня развился такой комплекс, что я…в общем – не знала, что и делать. Жить не хотелось! Мало того, что матку вырезали, так еще и вся в уродливых шрамах! И сколько бы вы об этом не говорили, мол, и так я красотка – все мы знаем, что НЕ красотка. И это меня просто убивало. Шеф меня спас во второй раз. Впрочем – это был не второй раз, когда он меня спас, но это уже другая история, и вам не интересно. Ни к чему. Ну, так вот: он подал идею, а я ее уже и развила. Да так, чтобы и следа от моего комплекса не осталось! А кроме того: теперь, если кто-то чужой на меня посмотрит – я просто спятившая девица, которая превратила свое тело в картинную галерею. И никто не свяжет исчезновение яхты с четырьмя мажорами, и порезанную на ленты девицу. Так что здесь имеется и практический смысл.

– Маш…ты всегда была красавица, и со шрамами красавица, и в татушках красавица. И мы тебя любим – прокашлявшись сказал Михаил, и Лось закивал головой. А Константин улыбнулся и подмигнул – Жаль, что так вышло…мы за тебя готовы порвать любого, кто на тебя хоть глянет плохо! Ты для нас как сестра!

– Сводная! Любимая! Ох, как любимая! – втянул воздух сквозь зубы Лось, и хохотнул басом, поймав сердитый взгляд Михаила – Уж и помечтать нельзя, что ли?! Я и не претендую!

– В общем – добро пожаловать в семью! С возвращением! – Михаил встал, и осторожно обняв Машу похлопал ее по спине. Следом за ним то же самое проделала Лось, что-то шепнув Маше на ухо и воровато оглянувшись на Константина. Ну а Константин просто протянул руки, и Маша подошла, плюхнулась к нему верхом на колени и крепко поцеловала в губы. От нее пахло шампунем, чистым телом и…страстью. Константин знал, что у Маши удалили только саму матку, яичники и все остальное остались на месте. То есть – она может испытывать сексуальное желание и на ее гормональный фон ничего не повлияло. Просто лишилась маленького мешочка, в котором могло развиваться ее дитя. Ее, и Константина дитя…

Грустно, конечно. Но ничего не поделаешь. Главное – жива, здорова, и…в общем – Маша после поцелуя шепнула Константину на ухо, что она его хочет. Значит, и с психическим здоровьем более-менее нормализовалось. По крайней мере, он так надеется.

– Буду теперь ходить в таких нарядах, в каком приехала – сказала Маша, слезая с коленей Шефа – Примерно в таких. Загорать не буду – чтобы татуировки не выцветали. Да и смысл какой загорать? При полностью закрытом краской теле. Вот такие дела, товарищи.

– Ну ладно…стриптиз посмотрели, Машу потискали, не пора ли перейти к делам? – хмыкнул, ухмыльнулся Константин – Расслабились здесь, рассуропились! А кто будет злодеев убивать? Пушкин?

– С кого начнем? – ухмыльнулся Лось – Шеф, ты знаешь – я всегда-пожалуйста, за любой кипеш, кроме голодовки! Когда начнем?

– Ситуация у нас такая – начал задумчиво и серьезно Константин…

***

– Чувствуешь? – Маша взяла руку Константина и провела его ладонью себе по животу – Шрамы никуда не делись. Они только спрятались. Вот так и на душе.

– Я знаю – коротко ответил Константин – я знаю… Они никогда и никуда не деваются. Стареют, уходят в дальний угол мозга, но не исчезают. Стараешься не думать о них, но не получается – все равно чувствуешь.

– Ты ее любишь – коротко, просто сказала, как констатировала Маша.

– Люблю… – вздохнул Константин – И тебя люблю. По-разному, но люблю. Вы обе у меня в душе. Знаешь, иногда сижу вот так, думаю…а что если она жива? Если каким-то чудом перенеслась в другой мир? Есть же фантастика такая…где человек вроде как погибает, а на самом деле он переносится в иной мир. Или в прошлое.

– Я знаю! Я читала. Это называется «попаданцы». Перенесся человек, и живет себе в другом мире! Может и твоя жена там?

– Я надеюсь – Константин сглотнул, пошевелился – Пусть она с другим мужчиной, пусть она в другом теле, но главное – чтобы жила! И ведь тело ее не нашли, понимаешь? Нет могилы! Нет тела! А раз нет тела – может и перенеслась? Я специально искал, читал в сети: в мире пропадает огромное количество людей, и тел их не находят. Куда они деваются? Может как моя Оля – переносятся в другие миры? А еще – на Земле находят людей, которые ничего не помнят. Вообще ничего не помнят! Кто они такие, откуда взялись. Живут потом годами в психиатрической лечебнице и ждут, когда их найдут родственники. Кого-то и находят. Только эти, потерявшие память, все равно их не помнят. Им рассказывают, что это вот – твоя жена, это дети. Они кивают головой, и…живут в семье. А может они на самом деле попаданцы из другого мира? И где-то появилась моя Оля, и ничего, совсем ничего не помнит. И живет с другим Костей, спит с ним в одной постели…

Константин вздохнул, взял руку Маши в свои ладони, прижал к груди:

– Мне везет на женщин. Вот Оля…была. Замечательная женщина! Вот ты попалась на моей дороге – за что мне такая верность, такое счастье? Другие мужики женятся на стервах, разводятся со скандалом и нервотрепкой, снова женятся, а я вот…

– Расскажи мне о ней – Маша шепнула едва слышно, но Констанин услышал:

– Зачем?

– Она – часть тебя. Я хочу знать о ней! Знать, что в ней ты полюбил. Я хочу ее хоть как-то тебе компенсировать! Нет, не заменить…просто сделать так, чтобы во мне была частичка ее души. Ради тебя.

– Иногда мне кажется, что в тебе очень большая часть ее души. Вы с ней чем-то похожи. Ну да, она гораздо старше тебя. Была… Сорок лет. Но выглядела на тридцать, не больше. Знаешь, бывают такие люди, которые всегда выглядят моложе, чем они есть на самом деле.

– Как ты, такие?

– И как я – усмехнулся Константин – В юности мне это доставляло много, очень много грустных минут. Все девчонки больше, выше меня, и как следствие – предпочитают парней постарше. А я маленький, щупленький – куда мне соревноваться с записными кавалерами? И обиднее всего, что писька-то уже работает прекрасно! Как у настоящего жеребца! А сунуть ее…хе хе…некуда! Не нужен мой агрегат этим рано повзрослевшим девицам! Сейчас и вспоминать смешно, а тогда…трагедия, да и только! Мне четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать лет, а у меня только и есть что вечный «стояк», прыщи и жалкие копейки в кармане. И рост – как у обычного маленького пацаненка. И это притом, что я всегда был спортивным – на турнике выделывал такое, что только ахали. Штангу подымал больше своего веса. Отжимался на одной руке. Дзюдо занимался. Ниже сверстников был! А потом…потом вдруг начал расти. Рос, рос…и в один прекрасный момент оказалось, что все те, кто был выше меня на полголовы легко проходят у меня в подмышке. И что они мне не соперники – ни по силе, ни по ловкости. И женщины меня любят. А те девчонки, что когда-то от меня нос воротили, превратились в старых, дряблых теток, на которых без слез не взглянешь. И кстати – теперь они норовят мне глазки строить! И это притом, что у меня жена красавица, и…вот ты, супермодель.

– Да не я супермодель! – поморщилась, цыкнула зубом Маша – Кость, пожалуйста, не зови меня этой чертовой моделью! Я тебе никогда не рассказывала, и не думала, что расскажу…но придется. Когда меня насиловали эти мрази, один из них кричал: «Глядите, я Барбару Палвин деру в зад! Что, Барбара, сучка, нравится тебе мой Бен? Нравится?» Тьфу, мрази! Раньше мне нравилось, когда меня с ней сравнивали, а теперь как услышу, так сразу вспоминается разрывающая внутренности боль, унижение, и радостный гогот мразей, наслаждающихся моими страданиями. Прости, что испортила настроение, но…вот так.

Помолчали. Минут пять ничего не говорили, потом Маша мягко попросила:

– Расскажи об Оле, ты начал, но не рассказал.

– Красивая она была. Как и ты. Маленького роста – мне всегда нравились «дюймовочки». Ниже тебя. Худенькая…была. С возрастом поплотнела, особенно после родов. Но сохранила фигуру, и груди почти не обвисли – наверное потому, что тоже небольшие. Кстати – как у тебя. Вы с ней и правда чем-то похожи, хотя ты наверное покрасивее. Но она – очень миленькая. У тебя лицо холеное, породистое, немного надменное – не зря здешние девки за глаза зовут «Княгиня», но при этом у тебя детские губки, глаза как у олененка. Эдакая смесь аристократической надменности и детской непосредственности. Коварная такая смесь! На первый взгляд подумаешь, что ты дурочка, которая кроме того, чтобы доить богатых папиков – ни на что не способна. И уж никто не может предположить, что ты знаешь несколько языков, прекрасно разбираешься в делопроизводстве, бухгалтерии, а еще – снайперски стреляешь, не боишься крови, и можешь голыми руками открутить башку какому-нибудь хаму.

– Ты меня такой и сделал – хихикнула Маша – Ты тренировал, наставлял. Ну и да – языки мне легко даются. Талант у меня такой. Но давай про Олю, не надо про меня. Про меня я и так все знаю, неинтересно.

– Ну и вот – маленькая, стройненькая, миленькая – домашняя такая, уютная… Работала медсестрой. Гроши получала, но работу свою любила – людям помогать, это правильная работа. Да и небогато мы жили. Пенсия у меня неплохая, но на нее особо не разгуляешься. Ну что еще…

– Она любила секс?

– Любила. Но стеснялась сама предлагать заняться. Вот когда старше стала, уже за тридцать пять – тогда да, иногда просто-таки требовала. А я что – я завсегда! Хоть утром, хоть вечером. Ты же знаешь…

– Еще как знаю! – тихонько хихикнула Маша – так отдерешь, аж…вспоминать приятно. Я когда в Пекине жила, вспоминала, как мы с тобой сексовались, и ласкала себя, приучала, тренировалась. Игрушки купила… Вначале никак не могла, аж трясло от воспоминаний…а потом привыкла – все из головы выгоню, все дурные воспоминания, оставлю перед глазами только твой образ, твою картинку…и будто с тобой занимаюсь сексом. Мне врач-психолог так и сказал: надо вымещать плохие воспоминания хорошими. Убирать барьер. Я ему сказала, что меня грабители изнасиловали, и теперь я при одной мысли, что в меня кто-то засунет член почти что падаю в обморок. Вот он и назначил терапию – вспоминать любимого человека, и делать так, будто я делаю ЭТО с ним. Но про Олю давай, про Олю!

– Мне и про тебя интересно – хмыкнул Константин – Ты мне этого не рассказывала.

– Стеснялась – вздохнула Маша – чисто физически было больно. У тебя ведь не маленький, а там…сплошная рана. Только и здорового осталось, что мой ротик. Понимаешь? Но про Олю, про Олю давай! Ты должен рассказать мне о ней! Тебе легче будет! И мне! Не отвлекайся на меня! Потом я расскажу тебе все, что ты захочешь знать – все, что угодно, любые подробности моего лечения, любые!

– Обязательно расскажешь – усмехнулся Константин – Чувствую, меня ждут некоторые открытия. Только один вопрос – тебе там не насоветовали…хмм…тренера с маленьким членом?

– Советовали – отрезала Маша – Но я отказалась. Максимум, на что согласилась – на массажиста. Только не фыркай, никаких проникновений! Чисто руками, притом чистыми руками! Приятно, да, но никакой измены! Ни в каком виде!

– Хе хе…я даже возбудился, представил тебя на массажном столе с молоденьким массажистом китайцем…

– Он был старым, худым, но очень умелым! Про Олю давай!

– Ну что про Олю…я в общем-то все рассказал. Любил я мою «дюймовочку», и сейчас люблю. Снится мне иногда. Молоденькая такая, стесняется, закрывается простыней…а я простыню сдергиваю, она хихикает, визжит…а потом вздыхает эдак, и начинает стонать…и впивается пальцами мне в ягодицы. Чуть не до синяков. Она сильная была, как ты. Кстати – и в этом вы похожи. Как и она, ты делаешь все, чтобы мне было хорошо, и никогда не ноешь, что у тебя голова болит, и вообще – сегодня не хочется. Как и она, ты наслаждаешься сексом и не брезгуешь ничем, и тебе это нравится. Я чувствую, как и многие умные мужики – нравится женщине со мной в постели, или нет. Веселая она была, как и ты. Умненькая. Книжки читала – и фантастику любила. Кошек любила, и собак тоже. И вообще – животных любила. Еще – врать не умела. Вот тут вы наверное с ней не похожи.

– И ничего подобного! Я тебе врать не умею! А другим – это же работа! – слегка обиженно заявила Маша – Оля наверное тоже врала больным. Ну…про болезни неизлечимые, и все такое.

– В общем – в тебя точно будто часть души Оли вселилась…когда Оля погибла (Константин сглотнул, и голос его стал глухим), я чуть с ума не сошел. Винил себя. Если бы я не начал всю эту бодягу с браслетом…она бы сейчас была жива. Ты помогла мне вылезти из депрессии. А я вот…не смог тебя уберечь. Изувечил, черт меня подери! Жила бы сейчас, да жила! Если бы меня не встретила!

– Ага… – мрачно буркнула Маша – Обслуживала бы вялый член Семена, отбивалась бы от его попыток подложить под боссов. А в один «прекрасный» момент плюнула бы на все, и согласилась. Лишь бы выжить, лишь бы вырваться из этой безнадеги! Слава богу, ты мне попался на жизненном пути. Ну а что случилось, то случилось. Что теперь поделаешь. Я смирилась. Иногда плачу, да…но какая девушка не плачет? У меня есть любимый мужчина, я красива, богата, у меня интересная работа, верные друзья! Я живу в сказке! И все благодаря тебе! И самое меньшее, что я могу для тебя сделать…