332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Евгений Малинин » Проклятие Аримана - Магистр » Текст книги (страница 23)
Проклятие Аримана - Магистр
  • Текст добавлен: 30 октября 2016, 23:34

Текст книги "Проклятие Аримана - Магистр"


Автор книги: Евгений Малинин






сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– У меня нет шеи... – резонно заметил монстр.

– Ну так он тебе ее из грудной клетки вытянет, а потом сломает! мгновенно нашелся демон. – И кто же это тебя в такое дело вляпал?!

– Да вон, на башне карлик сидит... – растерянно доложил Омарыч.

– Ты че, братан, совсем уже!.. – снова возмутился Эстубал. – Опять с каким-то карликом снюхался!

– Мало ему Шишкин Зад подгадил! – поддержал второй демон. – Снова с карликом связался!

– Действительно, ты че, Шишкина Зада забыл?! – тут же подхватил Эстубал. – Э, а может, у тебя просто нездоровая тяга к карликам?!

– Да нет!.. – смущенно возразил Омарыч. – Просто он мой вызов начертил... Ну вот я и... того. А тут как раз этот длинный стоит... Ну, значит, с ним и надо... того... разобраться... Вот я и... того... пошел...

– Слушай, ты, Омарыч, – угрожающе надвинулся на рослого монстра невысокий по сравнению с ним Эстубал. – Вот его, – он ткнул огненным пальцем в мою сторону, – надо звать Серый Магистр! А если обращаешься непосредственно к нему, говори – повелитель! Если ты это не усек, мы тебе щас клешни-то поотрываем и с пивом употребим! Прямо сырыми!

– С пивом – это хорошо, – поддержал товарища второй демон. – Только пиво надо вскипятить!

– Ну чего сразу клешни, клешни?! – заныл было Омарыч, а потом неожиданно предложил: – А может, действительно пойдем рванем по пиву?! Ну их, этих магов с ихними разборками! Сами стрелку друг другу забивают, а посылают нас!

– Посылают вас! – авторитетно поправил его Эстубал. – Мы на службе!

– Но и на службе пиво не вредит! – гнул свою линию второй демон.

– Так пойдем! Я угощаю!.. – Омарыч радушно развел в стороны свои огромные клешни.

Эстубал оглянулся и посмотрел на меня. Я еле заметно кивнул.

Демоны обняли монстра с двух сторон, тот положил им на плечи свои клешни, и эта чудная троица, развернувшись, побрела по пустыне прочь от башни, загребая раскаленный песок ногами и горланя какую-то студенческую песню на старофранцузском. Когда они отошли шагов на тридцать, их фигуры стали размываться в горячих струях поднимающегося воздуха, а потом и вовсе растворились. Только залихватская песня звучала еще несколько секунд, удаляясь и становясь все менее разборчивой.

А когда песенное трио окончательно стихло, с башни раздался голос карлика Якоби:

– Эй, Серый Магистр, давай ко мне, я тебя не трону... Я усмехнулся и вместо того, чтобы подниматься по воздуху, снова ступил на Серую тропу. Ведь теперь я точно знал, куда направляюсь.

Карлик ждал меня гордо выпрямившись и опершись на выщербленный башенный зубец. Однако когда я неожиданно появился прямо перед ним, он слегка растерялся. Тем не менее, крякнув, он грозно спросил:

– Ну! Какое у тебя ко мне дело! Я приветливо улыбнулся и ответил:

– Я разыскиваю меч и парный ему кинжал. Меч светлый, серебристый, кинжал темный. Оба клинка имеют надписи и, кроме того, обладают магией... Так вот, мои друзья сказали, что у тебя может быть такое оружие...

Он бросил на меня подозрительный взгляд и проворчал:

– Чего ж сразу не сказал?.. Обзываться начал?..

– Да уж очень меня твоя встреча расстроила...

– Ха! Встреча его расстроила!.. Посмотрите какой нежный!.. Ты ж – Серый Магистр, как я слышал!.. Значит, башку на месте должен иметь?.. Что ж тебя такие мелочи расстраивают?! Ну погорячился я... Подумаешь! Ты себе представить не можешь, как мне эти... туристы досаждают! Ведь десяти лет не проходит, чтобы кто-нибудь не заявился. И обязательно сразу драться начинают! Нет поговорить сначала, хотя бы "здрасьте" сказать, так ведь нет! Прям с ходу начинают шаманить!..

– Слушай! – перебил я его, внезапно сообразив, что вот так болтать он сможет часами. – Ты мне лучше ответь – есть у тебя оружие?

Якоби замолчал, словно его язык споткнулся о мой вопрос, а потом снова заворчал:

– Вот так всегда! Нет – поговорить с человеком, дать ему излить наболевшее, посочувствовать! Так нет! Подай мне требуемое, а потом хоть подохни – мне до тебя дела нет, раз мое дело решено! Только до своего дела каждому дело есть! А разве это дело?!

Он строго уставился на меня, а у меня его "деловые" рассуждения уже вызвали легкое головокружение. Очевидно, поняв по моему виду, что еще одну его тираду я просто не выдержу, он коротко мотнул головой и угрюмо бросил:

– Пшли!..

Затем карлик смешно топнул ногой, так что колокольчик на его башмаке возмущенно звякнул. В тот же момент одна из плит в дальнем конце площадки откинулась и открыла прямоугольное отверстие, ведущее внутрь башни.

Якоби повернулся и молча направился к отверстию. Я последовал за ним.

Как только моя голова опустилась чуть ниже уровня каменного пола верхней площадки башни, откинутая плита подпрыгнула, словно подпружиненная, и, перевернувшись, закрыла входное отверстие. В тот же момент на круглой внутренней стене башни, по которой сбегала винтовая лестница, звонко фыркнув, вспыхнул яркий бездымный факел, осветив несколько десятков ступенек. Малорослый хозяин башни не торопясь переступал со ступеньки на ступеньку, и мне приходилось также сдерживать шаг, чтобы, не дай бог, не наступить на пятку маленькому гордецу. Едва мы достигли нижней границы освещенного пространства, как с фырканьем зажегся следующий факел, расположенный ниже, а верхний тихо угас. Мы снова шагали в освещенном пространстве.

Таким образом мы миновали пять факелов, и мне пришла в голову мысль, что мы, пожалуй, находимся уже под землей. В этот момент маленький маг, не поворачиваясь, угрюмо поинтересовался:

– Есть хочешь?..

– Ну, вообще-то я не завтракал, – немного неуверенно проговорил я.

– Значит, хочешь, – удовлетворенно проворчал Якоби. – Так может, сначала пообедаем, а потом уже смотреть железо пойдем? У меня от всех этих колдовских штучек такой аппетит разыгрался...

– Заманчивое предложение... – задумчиво ответил я, – только вот я привык сначала дело делать, а уже потом...

– Так разве ж обед – не дело?! – запальчиво перебил меня карлик. Разве ж есть что-нибудь делей этого дела?! И вообще, когда тебя приглашает полный маг лерд Якоби, отказываться или кочевряжиться просто неприлично!.. – Он Я оглянулся и сурово посмотрел на меня. – Хорошо! – сдался я. – Только обед должен быть легким...

– Ты не мой повар, чтобы я с тобой меню обсуждал! – отрезал хозяин. Чего на стол поставлю – то и сожрешь!

В этот момент лестница кончилась. С площадки, на которой мы оказались, расходилось три коридора, больше похожих своими облупленными низкими кирпичными сводами на Древние подземные ходы.

Лерд Якоби нырнул в один из ходов, на мое счастье оказавшийся достаточно коротким, поскольку идти по этому ходу мне пришлось согнувшись в три погибели. Когда я добрался до распахнутой двери, своим видом напоминавшей о застенках суздальских монастырей, хозяин этих хором уже пересек находившийся за дверью огромный сводчатый зал и суетился в дальнем его углу.

Я шагнул через порог и огляделся. Предназначение этого помещения мне было совершенно непонятно, во всяком случае, столовой залой оно служить никак не могло, поскольку прямо посредине, от двери к дальней стене, выстроились три массивные колонны, на которые опирался высокий сводчатый потолок. Разделенный таким образом на две половины зал был, кроме того, плохо оштукатурен и аляповато расписан блеклыми красками. Но в одном из его пределов, ближе к дальней стене, стоял довольно большой стол, накрытый чистой красной скатертью. Именно на этот стол хозяин выставлял кастрюльки, судки, -тарелки и тарелочки с разными закусками и готовками. Некоторые из выставляемых емкостей вкусно попахивали, некоторые были явно заморожены. Попадались среди разнокалиберных посудин и кувшины, в которых что-то призывно плескалось, и бутылки, покрытые пылью и облепленные старой паутиной.

Меня сразу заинтересовало устройство местного продовольственного склада. Я почему-то был уверен, что лерд Якоби обретается в этой неуютной башне в гордом одиночестве, и был удивлен количеством и качеством выставляемой снеди.

Но когда я подошел ближе, у меня от удивления буквально полезли глаза на лоб. В углу, где шуровал гостеприимный карлик, не было ни люка, ни окна в поварню. Там стояло... зеркало! Да-да, обыкновенное напольное зеркало в старой тяжелой резной раме. В этом зеркале в настоящую минуту отражался, похоже, какой-то фруктовый склад, во всяком случае, это было огромное, довольно темное помещение, заставленное стройными рядами ящиков с различными свежими фруктами и виноградом, мешками с орехами и сушеными фруктами.

Прямо-на моих глазах карлик-лерд запускал свои длинные лапы в зеркало, отчего по Нему расходились небольшие, но все-таки вполне заметные круги, и вытаскивал из ящиков яблоки, бананы, апельсины, виноград, какие-то неизвестные мне мелкие фрукты зеленовато-бурого цвета. При этом Якоби так здорово пыхтел, что я испугался, как бы его не услышала охрана склада.

Заметив, что я стою рядом, этот оптовый вор нисколько не смутился. Повернув ко мне свой замечательный нос, он хихикнул и спросил:

– Орехи уважаешь?!

Я ничего не успел ответить, поскольку он ответил сам:

– Я уважаю... – Ив следующий момент уже развязал один из мешков.

– Во, фундучок! – довольно воскликнул карлик, запуская в мешок обе руки и принимаясь таскать горстями орехи на свой стол. Когда он вытащил пяток полных пригоршней, мешок завалился набок и орехи рассыпались по всему полу. Карлик неодобрительно посмотрел на лежащий мешок, почесал свою лысину и буркнул:

– Ладно, сами приберутся.

После этого он бросил на меня подозрительный взгляд, а потом буркнул в сторону зеркала:

– Покажи меня!..

И тут же ряды ящиков и мешков за стеклом исчезли, а в зеркале отразилось... ну, в общем, то, что и должно было отражаться в этом зеркале.

Лерда Якоби такая метаморфоза ничуть не удивила, он даже не обратил на нее внимания, поскольку занимался перетаскиванием снеди на другой конец стола, где стояли два жестких стула с высокими прямыми спинками.

Сервировал обед мой хозяин довольно быстро, и уже через минуту мы сидели за столом друг напротив друга. Посуда, правда, у него подкачала. На дне двух больших чистых тарелок, поставленных между приборами в качестве личной посуды, синела крупная надпись по-английски – "Благотворительная столовая Хиггса. Не тащи тарелку, дай поесть товарищу!". Столовые приборы тоже были замечательны. Предложенная мне большая ложка из чистого алюминия имела идеально круглое отверстие, и если вы думаете, что оно было на ручке, то вы ошибаетесь. А вот на вилке, тоже алюминиевой, отверстие было на ручке. И сквозь это отверстие было продето стальное колечко с обрывком довольно толстой цепочки. Зато рядом с благотворительными тарелками стояли настоящие хрустальные бокалы.

Увидев, что я с недоумением разглядываю сервировку, карлик довольно захихикал:

– Это они устраивают, чтобы посуду у них не перли... А я спер... Пусть теперь новую ложку с дыркой делают...

Здесь он спохватился, вспомнив, видимо, об обязанностях хозяина.

– Ну ладно, давай по первой, перед закуской!..

В руке у него оказалась покрытая пылью бутылка. Он ее быстро обтер неизвестно откуда взявшейся тряпкой, ткнул пальцем в горлышко, от чего пробка провалилась внутрь, а наружу плеснул густой темно-бордовый фонтанчик, облизнул обмоченный фонтанчиком палец и набулькал содержимое в большие бокалы.

Я элегантно взял свой бокал за ножку и с улыбкой посмотрел на хозяина, ожидая тоста. И дождался! Карлик, едва видневшийся над столом, ухватил свой бокал, радостно буркнул:

– Ну, будем... – и лихо опрокинул его себе в глотку. Сморщив свою и без того сморщенную физиономию, он приложил к своему носяре рукав и шумно втянул воздух. Затем, грохнув пустой бокал на стол, схватил с дальней тарелки соленый огурец и принялся его с удовольствием хрумкать, разбрызгивая рассол.

Увидев, что я все еще держу свой бокал в руке и не свожу с него круглых глаз, он махнул огурцом, тоже сделал круглые глаза и гостеприимно заорал:

– Ну! Ты чего тянешь! Давай, давай опохмеляйся! – Я поднес бокал к губам и ощутил чудесный аромат старого выдержанного сухого вина. Сделав первый маленький глоток, я покатал его за щеками и с наслаждением проглотил. И тут же чуть не подпрыгнул на своем стуле!

Карлик соскочил со своего места, подбежал ко мне и, дождавшись, когда я попробую вино, хлопнул меня по плечу:

– Ну?! Правда, редкостная кислятина?!

Я перевел дух и сделал еще глоток для успокоения, на этот раз побольше. Проглотив вино, я повернулся к сверкающим глазкам и холодновато заявил:

– Ничего подобного! Прекрасное вино с очень редким и очень богатым букетом!

Лерд Якоби повернулся ко мне спиной и отправился к своему стулу. Забравшись на него, он, не поднимая на меня глаз, проворчал:

– Я так и знал, что тебе понравится... Тот тип, который его подает в ресторане в Холме, всегда при этом талдычит:

"Это вино для истинных целителей!.." Так вот я сразу понял, что ты целитель...

Я не выдержал и рассмеялся:

– Наверное, не для целителей, а для ценителей?!

– Ты чего, хочешь сказать, что я еще к тому же и глухой?.. – сразу окрысился Якоби. – Я что, по-твоему, целителя от ценителя не отличу?!

И вдруг он спохватился:

– Э-э-э, между первой и второй промежуток небольшой!.. – И снова схватился за бутылку.

– Ты еще не допил?!

После такого возмущенно-осуждающего возгласа мне было уже не до смакования букета. Я выплеснул в себя остатки из бокала и подставил его под свежую струю.

Но из бутылки он налил только мне, а сам потянулся к закупоренному сургучом высокому узкогорлому кувшину. Любовно взяв его на руки, карлик погладил ему бок и заявил:

– Кому-то нравится кисленькое, а мне горяченькое! Вот мы чего употребим с удовольствием.

Он провел ногтем мизинца по горлышку кувшина и отломил верхушку. Затем аккуратно наклонил кувшинчик над своим немытым бокалом и до краев наполнил его прозрачной жидкостью.

Я сразу узнал запах водки.

– Хлебное вино!.. – подтвердил мою догадку карлик. – Ну, со знакомством!.. – И он лихо опрокинул бокал, а потом повторил операцию с рукавом и огурцом.

Я, пригубив понравившегося мне вина, положил на свою тарелку кусок курицы, тушенной в сливовом соусе, и, отправляя в рот отлично приготовленное мясо, подумал, что надо как-то уговорить коротконогого лерда съесть еще что-нибудь, кроме огурца. А то сегодня мы в его оружейную не попадем.

А тот, словно прочитав мои мысли, уже набулькал себе очередной бокал и посмотрел на меня ясным взором завзятого трезвенника.

– Ну ты чего, есть, что ли, сюда пришел?! – предложил он очередной тост, приподнимая свой хрустальный сосуд.

– Слушай, ты бы закусил!.. – в свою очередь предложил я.

– Я до четвертой не закусываю! – объявил гордый лерд.

– А огурец?.. – ехидно поинтересовался я.

– А огурец – это не закуска!.. – высокомерно заявил малорослый алкоголик. – Огурец – это символ!..

И он, подняв над собой свой огурец, посмотрел на него как на символ.

Я плеснул немного из бутылки в свой недопитый бокал и, потакая нездоровой страсти своего хозяина, приподнял его в приветствии.

Якоби тяпнул очередную дозу и, понаблюдав с отвращением, как я смакую свое вино, заговорил:

– Вот ты уже наверняка решил, что я тривиальный алкаш!.. А ведь это совсем не так! Я отрицательно помотал головой:

– Нет, ты не тривиальный алкаш!

Маг бросил на меня короткий, совершенно трезвый взгляд, пытаясь определить, насколько я серьезен, а затем продолжил свою исповедь:

– Да! Я не тривиальный алкаш. Я просто стараюсь рассмотреть и понять мир во всех его проявлениях...

– И водка в этом помогает?.. – перебил я его, потянувшись за хорошим куском копченой семги.

– Да! И не надо по этому поводу ерничать!.. – Его глазки снова вспыхнули внутренним огнем. – Я могу с гордостью сказать, что свои наиболее интересные находки я сделал именно в подпитом состоянии. Вот ты видел мою лазейку?

Маг мотнул головой куда-то в сторону, но я сразу догадался, что он имеет в виду свое замечательное зеркало.

– Я до сих пор не могу разобраться с тем заклинанием, которое я наложил на это старое зеркало! А почему?! А потому, что в состоянии легкого подпития моя гениальность возрастает до небывалых высот! Вот если бы к тому моменту, как ты сюда прибыл, я успел бы тяпнуть пяток рюмочек, – он ласково погладил свой стопятидесятиграммовый бокал, – фиг бы ты попал ко мне на башню!..

Я в ответ на это наглое утверждение только улыбнулся.

– И напрасно ты дыбишься!!! – тут же взвился карлик. – Я пьяный страшен!!!

И вдруг он как-то обмяк.

– А вообще-то я добрый... Вот когда я уничтожу эту гниду и стану правителем, меня все мои подданные знаешь как любить будут?..

Он посмотрел на меня, стараясь угадать степень моего доверия к его словам.

– Это какую же гниду ты собираешься уничтожить? – живо поинтересовался я.

– А ту, которая присвоила себе звание Оранжевого магистра! – снова окрысился карлик, потеряв сразу всю свою доброту.

Едва вспомнив об Оранжевом магистре, Якоби быстро наполнил свой бокал и залпом его выпил. Правда, после этого он живо положил себе полную тарелку какого-то салата и принялся усиленно жевать, от чего его речь потеряла свою четкость.

– Вааще-фа я эфу ованвэвую атину вавно мох вы азтавить... – Он проглотил свой салат и добавил: – Только жду удобного момента...

– И за что же ты его так залюбил? – полюбопытствовал я.

– А ты не знаешь?! – Он на секунду забыл о своем салате.

– Нет... – честно ответил я.

– Так это же он меня таким сделал!!! – Карлик вскочил на свой стул ногами и ткнул себя в грудь обоими большими пальцами.

– Как это?! – изумленно переспросил я.

– А ты что ж, думал, я такой родился?! Я утвердительно кивнул.

Его личико жалко скривилось, и он медленно и неуклюже опустился на свой стул.

– Когда меня отдали в школу магов, я был высокий-красивый мальчик. Мои длинные белокурые волосы были предметом зависти всех моих товарищей по классу. А какие у меня были способности!!! Уже на втором году обучения моя магия обрела окраску!!! На третьем году я вполне мог выбирать между желтой, оранжевой и красной!!! И я выбрал оранжевую магию... Я думал, что смогу дополнить ее желтой и красной, усилить оранжевый цвет и разнообразить оттенки...

Тут он замолчал, стремительно схватил свой кувшинчик, снова налил полный бокал и одним духом выпил. Затем занюхал водку рукавом и принялся быстро есть свой салат. Я не говорил ни слова, не желая прерывать его рассказ. И Якоби, проглотив три-четыре ложки салата, действительно продолжил:

– Конечно, кто-то сообщил о моих успехах Оранжевому магистру... Ты же знаешь, как это делается?! Кто-то заработал свои желтяки!.. И Оранжевый не стал организовывать на меня покушения или насылать порчу. Он пригласил меня к себе учеником, и я согласился... А как было отказаться двенадцатилетнему мальчишке от такой чести – стать личным учеником магистра!

Он вернулся к своей тарелке и поковырял в ней вилкой, но я чувствовал, что ему хочется излить душу, и по-прежнему молчал.

– Теперь-то я понимаю, что он специально оставил ящик своего стола незапертым – он прекрасно знал, насколько я любопытен! Я залез в этот ящик и нашел клочок старинной рукописи с незавершенным заклинанием. Глупец!!! Как я был горд собой, когда смог его закончить, а главное, понять, что читать его надо перед зеркалом! И я его прочитал! И превратился в то, что ты сейчас видишь...

Лерд помолчал, погрузившись в горькие пьяные воспоминания. Потом он поднял глаза, увидев меня, усмехнулся и уже спокойнее договорил:

– Как же он смеялся, когда понял, что его замысел удался... Я понял, что он рассказал все, и негромко спросил:

– А каков же был его замысел? Я, честно говоря, не вижу смысла в этой... подлости...

– О, он сразу мне все пояснил! Еще когда я стоял перед зеркалом и рассматривал того уродца, который в нем отобразился. Он тихо подошел ко мне сзади и, довольно усмехаясь, -сказал: "Ну, как ты думаешь, кто-нибудь захочет иметь такого господина?.."

Мы помолчали, а потом я снова негромко проговорил:

– Но это заклинание довольно легко снять... И тут маг буквально подскочил на своем стуле.

– Конечно, я уже давным-давно без труда уничтожил бы это заклинание, если бы оно было наложено кем-то другим! Но я же сам заколдовал себя!

– Но снять-то его может кто-нибудь другой, – несколько растерявшись, предположил я.

– Да, конечно! Кто, по-твоему, может снять заклинание уровня магистерского!.. Правильно – магистр! А кому из магистров нашего Мира Спокойной Воды нужен был какой-то там талантливый мальчишка?!

Он снова схватил свой кувшин, но, тряхнув его, убедился, что тот пустой. И тогда он с размаху запустил им в зеркало, крикнув:

– Забери!..

Я пожалел древнее зеркало, но за то мгновение, в течение которого кувшин летел до зеркальной поверхности, она замутнела, покрылась короткой зыбью и за стеклом отразилась какая-то помойка. Кувшин c отбитым горлышком беспрепятственно миновал поверхность стекла и упал в кучу гниющих отбросов. Зеркало сразу же приняло свой обычный вид.

Пока я наблюдал метаморфозы, происходившие с зеркалом, хозяин башни выудил из кучи продуктов новый кувшинчик, отчикнул ему горлышко и налил себе полную рюмку. На этот раз он тянул водку долго, короткими глотками, а после того как выпил, не стал нюхать рукав, а положил себе на тарелку кусок мяса, запеченного с овощами, и принялся по-настоящему обедать.

– Ну, у тебя и отношение к вещам... – кивнул я в сторону зеркала, пытаясь перевести разговор на другую тему.

– Да, я его не люблю... – ворчливо проговорил Якоби. – Это ведь то самое зеркало!.. Единственное, что я забрал из замка Оранжевого магистра, когда покидал его... Но если ты думаешь, что я держу его при себе, чтобы оно напоминало мне о моей глупости, то ты ошибаешься!.. Оно не дает мне забыть мою клятву. Ту, которую я дал, когда смотрел на довольную, смеющуюся оранжевую рожу! Я обязательно стану Оранжевым магистром, пожелают того мои подданные или не пожелают!!! А того из них, кто вывякнет недовольство, я положу рядом с их прежним господином!!!

– Но тогда тебя, доброго, все будут ненавидеть...

– А пусть! Я им не запрещаю!

– Но подданным необходимо любить или хотя бы уважать свою власть! Без этого никакая власть не удержится...

– А я женюсь!.. – как мне показалось, невпопад ответил Якоби.

– Как это?! – не понял я. – Зачем?!

– Я женюсь... – ласково, как маленькому несмышленышу, начал пояснять маг, – и возьму себе жену-красавицу! Вот пусть ее мои подданные и любят!..

В его глазенках снова затлел злой огонек:

– Но надо, чтобы моя жена была не только красива, надо, чтобы она была еще и сказочно зла!

– Зачем?! – снова изумился я.

Он вытер рукавом губы, взобрался на стул и встал в третью позицию, подняв над своей уродливой головой длинную руку.

– Она будет прекрасна, и все будут ее обожать! А я буду вытворять самые чудовищные вещи, и меня все будут ненавидеть! Но никто не будет знать, что я вытворяю эти гнусности, только исполняя прихоти своей злобной жены-ведьмы!

И тут на его ресницах показались крупные горькие слезы, а личико жалостливо перекосилось.

– И только лет через триста, когда я умру, всем станет известно, какой я был добрый и что заставляла меня делать моя жена-чудовище! И как я страдал, живя рядом с этой мегерой! Вот тогда и навсегда мой народ меня пожалеет, поймет мою нежную душу и полюбит меня!!!

Закончив выступление, он неожиданно неловко поклонился и, не распрямляясь, рухнул на стол. Я вскочил, чтобы помочь ему встать, но стоило мне положить руку ему на плечо, как он жалобно всхрапнул... Когда он успел заснуть, было для меня полной загадкой.

Я поднял на руки маленькое тельце и переложил его на середину стола, которая не была занята, а сам подошел к зеркалу.

Слегка прощупав его магию, я удивился: заклинание, наложенное на стекло, было достаточно простеньким, и если лерд Якоби не мог разобраться с ним, то почему он считал себя сильным магом?! Впрочем, трогать это заклинание я не стал – зеркало прекрасно справлялось со своими нелегкими обязанностями. Однако это исследование натолкнуло меня на другую мысль.

Я вернулся к спящему карлику и принялся исследовать теперь уже его. Через несколько минут я понял, что бедняга действительно зачарован. И заклинание, наложенное на него, настолько прочно вросло в его плоть, что сделать хоть что-то было не только чрезвычайно трудно, но и опасно для жизни Якоби.

Несмотря на это, я продолжал осторожно разматывать замысловатую сеть заклинания, пронизывающего спящее тело. Было очень хорошо, что маг спал пьяным сном, его тело совершенно не реагировало на мои магиедцй манипуляции даже на подсознательном уровне.

Провозился я очень долго и все-таки понял, каким образом можно попробовать снять заклинание. Только для этого мне необходимо было что-то живое, какое-нибудь маленькое животное или растение. Только на живое можно было заставить перейти это заклинание. А что живое можно было найти в этой мертвой пустыне?!

Я уже собрался попробовать активизировать зеркало и с его помощью попытаться раздобыть хотя бы мышку, когда мне в голову пришла совершенно неожиданная мысль! Мои клинки! Они ведь были выращены, а значит, в какой-то мере могли считаться живыми. Сомневался я недолго, скоро в моей руке появилась моя несравненная дага. Я положил клинок рядом с неподвижным телом мага и принялся составлять заклинание соблазна. Путь составления был стандартным подбор высоты голоса, подбор фонетики звука, выбор языка, выбор порядка произнесения звуков и выстраивание фразы, подбор ритма, проверка благозвучия, подбор сопровождающих пассов, контроль совместимости составных частей заклинания. Наконец я был готов.

Сосредоточившись и набрав побольше воздуха в грудь, я начал читать составленное заклинание. В этом подземелье было довольно легко отрешиться от всего, и мой голос плавно перетекал из одного фонетического ряда в другой, а руки точно в выбранном темпе творили необходимые пассы.

Когда заклинание было закончено, я ощутил привычное разочарование. Мне хотелось еще раз повторить это замечательное произведение, но как раз этого-то и нельзя было делать.

И как всегда, поначалу казалось, что ничего не происходит. Но мое Истинное Зрение позволяло мне видеть, как узор наложенного на карлика заклятия чуть дернулся, словно принюхиваясь к окружающему. Затем оно обнаружило лежащую рядом дагу и та показалась ему необычайно привлекательной. Заклятие потянулось к клинку, как к новой жизни, пытаясь, не упустив уже захваченного тела, накрыть еще и живой клинок, но тот лежал слишком далеко. Несколько секунд заклятие было в нерешительности, и это были самые напряженные секунды! Заклятие выбирало свой путь. И все-таки спетый мной наговор соблазна оказался сильнее, заклятие оставило человеческое тело, бросившись к предложенной приманке!

Я напряженно следил за результатами своего колдовства и, наблюдая, как соблазненное заклятие умирает на клинке, не давшем ему новой силы, едва не пропустил изменений, начавших происходить с телом мага. Эти изменения действительно сначала были практически незаметны, но постепенно становились все более стремительными! Словно невидимые пальцы гениального ваятеля, скользящие по податливой глине, они мяли, выкручивали, растягивали несчастную плоть, лежащую на столе! Первой полностью преобразилась голова. Ее форма стала правильно округлой, глазницы увеличились, нос приобрел почти классическую форму, оставшись лишь слегка длиннее обычного, губы пополнели и приняли четкие очертания, скулы стали шире и рельефнее. Лысый череп покрылся длинными густыми белокурыми волосами.

Менялось и само тело, правда, несколько отставая от уже принявшей окончательный вид головы. Плечи раздались вширь, мышцы рук и груди обрели мужскую рельефность и силу, разрывая яркую детскую одежонку в тряпки, ноги вытягивались на глазах, обретая необходимую пропорциональность.

Скоро уже на столе оказался спящий молодой мужчина, светловолосый, с правильными чертами лица и высоким крепким телом.

И только тогда я понял, как я устал! Меня просто валило с ног!

В голове мелькнуло: "Одежку ты будешь доставать себе сам..." – и я, пошатываясь, направился к выходу из зала. Пройдя подземным коридором до развилки, я свернул в другой коридор и почти сразу же наткнулся на небольшую дверь. Я толкнул ее, и о чудо! Увидел широкую кровать, застланную Лоскутным стеганым одеялом. Не разбираясь, чье это ложе, и не раздеваясь, я рухнул на одеяло и мгновенно уснул.

Разбудил меня вопль! Вот никогда бы не подумал, что мож-но так орать густым бархатистым мужским баритоном. Видимо, автора этого вопля тоже несколько смутил его тембр, потому что продолжения не последовало, и я снова заснул.

Следующее мое пробуждение было гораздо более приятным. Я уже выплывая из сна в окружающую действительность, когда услышал деликатный скрип двери. Кто-то явно проверял, не проснулся ли я, и в то же время не желал меня будить. Я открыл глаза.

Через узкую щель неплотно закрытой двери в комнату проникал тонкий отсвет факела, освещавшего коридор. За дверью явно кто-то стоял. Усевшись на кровати, я почувствовал себя прекрасно отдохнувшим, несмотря на то что спал одетым. Наверное, поэтому, когда я заговорил, мой тон был вполне доброжелательным.

– Заходи, Якоби, заходи...

Дверь приоткрылась побольше, и в проеме появилась высокая статная фигура белокурого мужчины, которого я вечером оставил спать на столе. Только теперь он был довольно изысканно одет в элегантный оранжевый камзол с серебристой отделкой, желтые штаны и такого же цвета высокие сапоги.

– Значит, это все-таки я?! – напряженным голосом проговорил он.

– А разве в этой башне есть еще кто-нибудь? – ответил я вопросом на вопрос.

Он улыбнулся:

– Когда я проснулся и подошел к зеркалу, то решил, что у меня в гостях действительно еще кто-то появился...

– Но ты быстро разобрался, в чем дело, – улыбнулся я в ответ.

– Значит, это ты со мной сотворил?..

– А тебе не нравится?..

– Так ты действительно – Серый Магистр... – Он не спрашивал, а, казалось, рассуждал сам с собой. Но я все-таки ответил:

– А ты сомневался?..

Неожиданно маг опустился на одно колено и дрогнувшим голосом произнес:

– Прости, повелитель, я действительно сомневался. Ты ведь никак не проявил свою силу... Просто сидел и слушал..

– Мне и этого хватало... – попробовал я отшутиться. Разговор становился слишком патетическим, а меня патетика всегда настораживала. Маг, видимо, почувствовал мое настроение, потому что, коротко кивнув, поднялся с колена и перевел разговор на другое.

– Если ты отдохнул, повелитель, я предлагаю позавтракать, а потом я покажу тебе свое оружие. Ты же из-за оружия явился ко мне в башню?..


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю