Текст книги "Эти нежные девичьи руки"

Автор книги: Евгений Кукаркин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

– Предупредите своих, – просит он.

Он открывает дверь. Я кричу через динамик.

– Не стреляйте. Это я, Федор Иванович с детьми.

Прожектора слепят в лицо. Кричу назад девочкам.

– Возьмитесь за руки, закройте глаза и пошли...

Свет кончил бить в глаза, когда меня схватили за руку.

– Все в порядке, Федор Иванович?

У меня в глазах еще не рассеялись яркие чертики, но вот они медленно распадаются и я различаю черты следователя.

– Эти... подонки, все там?

– Да.

– Вы вывели всех?

– Всех.

Девочек и воспитательницу перехватывают несколько гражданских, они заталкивают их в небольшой автобус.

– Куда это их? Я же обещал им, что их отправят домой.

– Их и отправят. Только пусть сначала пройдут проверку у врачей.

Рядом оказался Сергей Сергеевич.

– Как там обстановка, Федор Иванович?

– Лидия Петровна ранена, остальные в порядке.

– Как же ты уговорил их?

– Обратился к гражданской совести.

Полковник хмыкнул.

– Этих в другую веру не обратишь. Темнишь, Федор Иванович.

– Может быть и темню. Я с ней, полковник, проработал два года и за это время кое что узнал...

– Что же именно?

– Кипучая, энергичная, страстная женщина, любит командовать, всегда желает быть первой. Всего положительного и отрицательного даже не перечислишь, одно только могу вам сказать. Там, в учебном комбинате, ее друзья звали Лидию Петровну просто – Мастер.

– Мастер? – воскликнул Григорий Иванович.

– Да, Мастер.

– Может быть это тот главарь, которого мы и ищем?

– Это она, я уже проверил, – говорит Сергей Сергеевич. – как только от вас, Федор Иванович, поступил звонок, я поднял на уши всех. Ей не надо даже было подбирать кличку, она у вас работала мастером и у бандитов пользовалась такой же кличкой.

– А я то искал... мужика, – горестно говорит следователь.

Рядом стоит представитель от МВД и ухмыляется.

– Долго бы ты его еще искал, если бы не этот случай.

– Вот что, мужики, я пойду успокою свою жену. Вам от меня ничего не нужно?

– Да чего с тебя, праведника, возьмешь, – хмыкает полковник, – давай валяй к жене. Мы с тобой... потом поговорим...

– Пока.

Я поднимаю руку в виде салюта и иду к оцеплению. Сзади неожиданно раздалась очередь из автомата и пошло...

Дома Саша долго меня допрашивала, как я вел переговоры, как вела себя Лидия Петровна? Конечно, много чего я ей не рассказал.

– Утором на работе меня встречают уж очень уважительно. Мастера чуть ли не кланяются, дети шушукаются и показывают на меня пальцами.

– Доброе утро, Федор Иванович.

Это секретарша. Она принесла мне в кабинет крепкого чая и дольку лимона, что уже весьма невероятно.

– Федор Иванович, вот чайку... попейте... Сама заварила, "Здоровье" называется.

– Спасибо. Что у нас сегодня по плану?

– Похороны Веры Артемовой. Вам, наверно, придется на них присутствовать от администрации цеха.

– Хорошо. Что еще?

– Вчера спецназ штурмом взял учебный комбинат.

– Все... погибли?

Она поняла, под кем я понимаю "все".

– Нет, нашу Лидию Петровну не нашли...

– Как... не нашли?

– Так. Все бандиты были убиты, а ее там не было.

– Значит ушла?

Неприятно заныло сердце.

– Самая большая загадка вчерашней истории. Никто теперь не знает, где она. Говорят, что при обыске в ее доме, нашли несметные богатства. А сама то здесь... завтраки приносила, такие худосочные..., будь-то была бедна.

– Ой...

Я подскакиваю и с сожалением гляжу на часы.

– Что такое?

– Опаздываю. Мне же пора бежать в морг, на похороны.

– Ничего. Успеете. Для Веры это уже не так важно... Лучше скажите, кого оставляете за старшего? Старшего мастера нет, вас тоже...

– Саша... То есть, Александра Васильевна.

Маргарита Макаровна улыбнувшись, кивает головой

– Я пока вас попрошу, – продолжаю я, – вызовите с учебного комбината двух мастеров на замену...

– Я все сделаю, Федор Иванович.

Саша не дает девочкам отвлекаться. Бегает от одной к другой и держит их в напряжении. Я с трудом ее остановил, хлопнув по плечу.

– Федя, ты чего?

Она устало срывает маску.

– Тебе придется сейчас принять цех. Я ухожу на похороны.

– Неужели ты думаешь, что я могу передать это сложное хозяйство кому-нибудь другому. Лидии Петровны нет, я должен покинуть цех, а старший должен быть. Сейчас сюда из учебки придет смена, так что... давай.

Не дожидаясь ее возражения, пошел к воротам цеха.

Сегодня на кладбище появился Сергей Сергеевич. Он встал за моей спиной и шепотом попросил.

– Федор Иванович, отойдем в сторону.

Выстроившись в очередь, родственники и близкие люди стали прощаться с Верой. Гроб открыли, ее бледное лицо с заострившимся носиком, выглянуло последний раз на этот свет. Я тихонько отошел за кусты и памятники, где меня ждал полковник.

– Что случилось Сергей Сергеевич?

– Все плохо, Федор Иванович. То ли следователь, то ли начальник МВД, мне пока кажется, что это он, выдали тебя уголовной шушере, сообщили им, что Лидию Петровну выдал ты.

– Откуда это известно?

– Мы зачищаем город, ловим остатки банды Лидии Петровны. Сегодня утром поймали двух типов, пасущих проституток. От них то и узнали, что около шести утра, кто-то позвонил по телефону и предупредил их об аресте, а также о том, что ты заложил главаря.

– Так... И что же дальше?

– А дальше... Тебе надо уезжать из этого города.

– Опять все ломать. Ведь так здесь все наладилось.

– Я вас понимаю. Ведь это у вас второй раз. Первый раз помогли нам в Ленинграде, тогда кажется, организованная группа фарцовщиков пыталась втянуть вас в свой преступный мир. Нам тогда, после ареста всей группы, пришлось переправить вас в Свердловск...

– Давайте не будем о моем прошлом. Поговорим лучше о настоящем. Куда меня теперь?

– Думаем, переведем в Барнаул, главным технологом завода.

– Я же хотел женится, даже невесту нашел.

– Женитесь. Это для переезда не помеха. Даже на новом месте солиднее будешь выглядеть.

– И когда нам уезжать?

– Через недельку – две. Пока надо через министерство официально пропихнуть тебе замену. Вы пока собирайтесь, как раз времени на свои дела хватит. Если надо на ЗАГС нажать, так обратитесь ко мне, сегодня же обкрутят.

– За это время меня и Сашу не могут эти... прихватить?

– Мы за тобой и невестой последим. Даже охрану вам организуем. Но все же, береженого бог бережет, придется из дома выходить пореже, постараться только на работу и обратно.

– Господи, что же соврать Саше?

– Соври что-нибудь. Теперь иди к своим... – Сергей Сергеевич кивает на толпы расходящихся от могилы Веры людей.

– До свидания, полковник.

– До свидания, Федор Иванович.

Саша носится по цеху, наводя свои порядки. Заступившая на ее место женщина, получает придирок больше всех.

– Фаина Николаевна, – учительским тоном говорит Саша, – не отвлекайтесь только на одну девушку, обратите внимание на соседей, они начали переговариваться, быстрей остановите их.

Теперь она рядом со мной.

– Похоронили?

– Да. А у тебя как?

– Ну и сволочная же работа быть ИО начальника цеха. Как ты только тянешь?

– Вот так и тяну. Сейчас зазвенит звонок, конец первой смены.

Затихают двигатели. Девочки толпами покидают цех. Вот наступила тишина и тут визг, вопли и крики, вновь наполнили помещения. Новая смена, после осмотра врача, ринулась в раздевалку. Саша подскочила и, бросив бутерброд, выскочила из комнаты мастеров.

– Я сейчас...

Через десять минут, она врывается обратно.

– Федя, быстрей, там драка. Они меня не слушаются. Бьются, буквально, стенка на стенку...

– Иду.

Вскакиваю и несусь к знакомой двери, за которой уже четко слышны вопли и крики. Саша не отстает от меня и старается хоть что-то сказать из-за плеча.

– Федя, ты только с ними не очень, поосторожней, пожалуйста. Они еще глупенькие девочки...

– Сейчас разберемся...

В раздевалке черт знает что. Несколько полуодетых фигурок тузят друг друга с воплями и матом. Свободные девочки прижимаются к стенкам и шкафчикам, поддерживая криками драчунов.

– А ну, прекратить, – рявкаю я. – Тихо.

Драка прекращается. Растерзанные девочки столбенеют и с испугом смотрят на меня.

– Так. В чем дело?

Молчание. Кто-то уронил табуретку и она показалась выстрелом... Некоторые девчата вздрогнули.

– Я не буду вас допрашивать, за что и как вы это начали, но все, кто участвовал в драке прошу пройти врача вновь. Я не могу допустить к работе, ваши исковерканные руки. Если получите бюллетень, то уволю.

– Федор Иванович, – раздался робкий голос. Это Галя Петрова, самая бойкая девушка в группе. По ее спокойному виду, понятно, что она не участвовала в драке. – Простите нас. Не надо выгонять тех, кто получит бюллетень. Мы понимаем, что не дело затевать драки в общественном месте, но у нас есть такие дуры, у которых так и чешутся руки... Я думаю, мы их потом мозги вправим.

– Далековато тебе до моих мозгов, сука, – злобно шипит из угла взъерошенное существо. Это голос Вари, приехавшей в наш город из Краматорска.

– До твоих, нет.

– Паскуда...

– А ну прекратить, – я встаю перед Петровой, готовой ринутся в бой. Ладно, я никого не уволю, но всех участников драки, все равно, прошу пройти врача.

И тут я слышу отчаянный вопль Саши.

– Федя, сзади...

Резко поворачиваюсь и тут же лезвие ножа вошло в мое тело. Злобное лицо Вари уставилось на меня.

– Это тебе за наших..., – хрипит девочка.

– Что ты сделала? Мы же все для вас...

Я перехватил ее руку и сжал. Сильно кольнуло в груди. Варя выпустила нож, а перед моими глазами начало темнеть.

– Девочки, что же вы наделали? – слышится крик Саши.

Кто-то заверещал, а я медленно валился на замусоренный пол.

В палате светло. Лежу, как принц, один. За дверью бродит охрана. Сегодня у меня Сергей Сергеевич. Он сидит рядом на стуле и продолжает разговор.

– Варвару науськал Крот, мы его уже поймали и посадили. Травил девчонку наркотиками, вот и довел...

– А что с Варей?

– С Варей? Понимаешь, ее чуть тогда не убили. Девчонки набросились на нее и с трудом удалось вырвать беднягу от них. Врачи уже делали вторую операцию. Лицо так изуродовано, что не узнать.

– Значит и Крота кто-то предупредил?

– Он и предупредил, начальник МВД. Мы его тоже взяли под стражу. Хорошо, что прослушивали его телефон...

– Что же теперь будет со мной? Операция в Барнаул срывается?

– Нет. Она только еще начинается. Твое ранение кстати. Теперь постараемся замести следы от мафии. Сначала отправим тебя лечится в Сочи, а потом переправим на новое место. Здесь уже об этом никто не узнает.

– Полковник, просьба к вам. Вы девчонок, которые били Варю, постарайтесь не привлекать... Отпустите их с миром.

– Все надо делать по закону.

– Много ли его у вас здесь. Эта, сволочь, не сажается, а девочек за что-то покарают, испортят им всю жизнь. Разве это справедливо.

– Ладно обещаю, что не дам в обиду.

– И терзать допросами не будете?

– Не буду, не буду, успокойся.

Саша принесла фрукты. Села на кровать и принялась рассказывать последние новости.

– Новый начальник цеха из Москвы приехал, такой сердитый, суровый. Везде нос сунул, посмотрел как мы работаем и тут же на место Лидии Петровны сунул мужика, какого-то доцента из пед училища.

– А тебя?

– А меня то что? Как была мастером, так и осталась. Только вот... новый говорит, что временно...

– Что значит временно? Тебя скоро уволят что ли?

– Слух прошел по цеху, что тебя переводят на новое место с повышением, ну и естественно, я уеду с тобой.

– Так это же хорошо.

– Вроде не записаны и свадьбы не было, а уже к тебе привязали.

– Давай тогда запишемся, кто же нам мешает.

Саша начинает моргать глазами и они становятся влажными.

– Ну какой же ты дурачок. Кто же делает самой красивой девушке такое предложение. Как будь-то подписал в цехе приказ, жениться и все...

– Сашенька, выходи за меня за муж.

– Вот теперь это другое дело.

Она осторожно, чтобы не коснуться бинтов, наклоняется ко мне и целует в губы.

Я быстро поправлялся и, наконец, мне разрешили перебраться домой. На завод не ходил, но все новости стекались ко мне по телефону и от Саши. Из министерства, прямо домой, официально пришла бумага о переводе на новое место и увольнении с предприятия. Деньги и оформленную переводку, привезла Маргарита Макаровна.

– Федор Иванович, как вы здесь? А вообще-то ничего, выглядите молодцом.

– Поправляюсь.

– Вас все в цеху вспоминают и очень сожалеют, что вы от нас уходите. Правда, все это так странно. Мне в отделе кадров порекомендовали не заполнять графу, куда именно вас направляют.

– Меня тоже предупредили, что возможно внесут некоторые изменения в мое новое назначение, так как все зависит от того, что скажут врачи после лечения.

– Что-нибудь серьезное?

– Не знаю. Больно глубокое ранение.

– Да... да..., я знаю. Хотите новость? Ходят слухи, что нас реорганизуют. Цех закроют на два месяца, а потом...

– Кроме цеха, ничего не хотят еще построить?

– Нет. Не надейтесь, Федор Иванович. Я читала вашу записку в министерство, о расширении завода за счет побочных производств. Так вот , вчера на имя нового начальника цеха, пришел ответ. Побочные производства развивать не будут.

– Очень жаль.

– Все остается по прежнему, Федор Иванович.

Мать Саши получила от меня в подарок бабочку с глазами из переливта. Она долго ахала, потом закинула вопрос.

– А как же коллекция? Куда ее денете? С собой повезете?

– Это как Саша решит.

– Александра, – кричит она в дверь кухни, – куда коллекцию денешь?

– Мы решили подарить ее местному музею. Не таскать же с собой хрупкие вещи по всему свету.

Вы что, больные? Да за каждую вещь, вам такие деньги отвалят, что можно век не работать.

– Мы еще новых наделаем. На наш век хватит. Правда, Федя?

– Правда, Сашенька.

Я не ожидал такого прощания с городом. На вокзале собралось до сотни девчат, пришли мастера, родители, друзья, знакомые. Подъехал на персональной машине новый начальник цеха, недалеко, от меня со своей свитой устроился Винчак и следователь. Нас с Сашей закидали цветами. Я смотрю на эти глаза: мокрые, сухие, любопытные, дружеские и... родные. Господи, неужели это мне. Вон Глаша Иванова, там Аня Адамайте, уже располневшая Галя Смирнова будущая мама, заводила Галя Петрова, вечно любопытная татарочка Галима, Лиза Горюнова, драчуны Маранджева, Кацуева и другие.

– Не покидайте нас, – в разнобой кричат некоторые.

– Мы вас любим...

– Возвращайтесь...

Новый начальник склонился к моему уху.

– Ну, Федор Иванович, не ожидал таких проводов. Сегодня суббота и пришли почти все смены, родители... Скажите им что-нибудь на прощание.

– Разве их можно перекричать?

– Можно. Я сейчас.

Новый начальник вобрал в себя воздух и рявкнул так, что мне заложило уши.

– А ну, тихо. Молчать. Сейчас Федор Иванович говорить будет.

Привокзальная площадь потихонечку затихает. Я собрался с духом.

– Мои девочки, я хочу пожелать вам одного. Молю бога и хочу, чтобы вы выросли настоящими людьми...

Уже в купе Саша откинулась на спинку.

– Я... не ожидала такого.

– Я тоже.

– Поцелуй меня.

Я склоняют над ней и целую в мягкие губы. Саша обхватывает мою шею руками. Вдруг... может мне показалось, дверь купе приоткрылась и улыбающееся лицо Лидии Петровны уставилось на меня, один глаз мигнул.

Я дернулся.

– Ты чего? – шепчет Саша.

– По моему, я не закрыл дверь.

Она оглянулась. Дверь приоткрыта, но в ней никого нет.

– Действительно. Иди закрой...

Кажется, мои приключения еще не кончились.