Текст книги "Четыре профиля американского орла"

Автор книги: Евгений Белогорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Американцы не решились, открыто вмешиваться в китайские дела, ограничившись лишь помощью чанкайшистам при эвакуации их с материкового Китая на Тайвань, при помощи кораблей 7 флота, который не позволил частям НОАК помешать бегству своего противника.

Казалось что, потерпев поражение своих интересов в Китай, американский президент смириться с подобным положением вещей, но Трумэн не желал складывать оружия, активно противостоя своим врагам.

Отныне новым местом его борьбы со Сталиным стала Страна утреней прохлады Корея, которая была разделена по 38 параллели на советский север и американский юг и была удобным местом для попытки взятия реванша за неудачу в Китае.

Несмотря на неоднократные предложения СССР о создании на Корейском п-ове нейтрального государства, американцы сознательно тормозили этот процесс, активно вооружая войска своего ставленника Ли Сынмана для возможного броска на север. Оставленный про запас, южнокорейский диктатор вскоре пригодился своему заокеанскому покровителю, который решил развязать новую, скоротечную войну в Кореи. В случаи удачи, американцы получали полный контроль над Корейским п-овом, выходили к границам Китая и, оказывая постоянное военное давление не Мао, готовились вбить клин, в его только зарождавшийся военный союз со Сталиным.

Война началась в июне 1950 года, неожиданным нападением южнокорейских солдат, на приграничные части их северного соседа расположенных вдоль 38 параллели. О том, что Трумэн уже заранее знал о начале боевых действий, говорит его тайный приказ о полной поддержке лисынмановских войск, который американский президент отдал в первый день войны для ВМС США.

Однако военные действия разворачивались не так, как желал их видеть Вашингтон. Советские специалисты не даром ели свой хлеб, и наглый агрессор получил достойный ответ. Вскоре уже северные корейцы вели свое полномасштабное наступление, повсюду встречая радостную поддержку народных масс.

Спасая положение, американские дипломаты грамотно использовали трибуну ООН. На внеочередной сессии, которая проходила без присутствия советского представителя, было принято скоропалительное решение о вводе американских войск на территорию Кореи под флагом данной организации.

Используя это решение, командующий американскими войсками в Японии генерал Маккартур, незамедлительно приступил к переброске в Корею двух пехотных дивизий при поддержке 5-той воздушной армии и 7–го флота.

30 июня 1950 года первая американская дивизия генерала Дина, десантировалась на юг полуострова. Вместе с южнокорейскими войсками она вступила в бой под Тэтжоном, который оказался для нее роковым. Попав под шквальный минометно-артиллеристкий огонь, солдаты в панике разбежались, а сам генерал вместе со штабом попал в плен.

Не оправдала себя палубная авиация четырех американских авианосцев, на которых возлагалась особая надежда. Несмотря на видимые успехи, американцы продолжали считать северокорейские части примитивными вояками, для разгрома которых достаточно хорошей бомбежки, после чего они должны были в панике разбежаться.

Пилоты самолетов яростно бомбили и уничтожали все подряд, снискав себе славу убийц мирного населения, но не смогли остановить продвижение северных корейцев к Цусимскому проливу.

Маккартур лихорадочно бросал в бой остатки своего японского корпуса и ценой огромных потерь, к концу августа он смог стабилизировать фронт, оказавшись прижатым к морю красными частями.

Чтобы спасти положение и лицо страны, генерал потребовал от Трумэна прислать из Америки лучшие войсковые части и в первую очередь 1 дивизию морской пехоты, элитарное ударное подразделение, прославившееся в прошедшей войне. Именно ее 15 сентября, Маккартур высадил глубоко в тылу корейских войск под Инчхоном. Под прикрытием 261 кораблей, американцы благополучно десантировались и, не встречая серьезного сопротивления, вышли к Сеулу, создавая угрозу полномасштабного окружения для войск маршала Чо Ен Гуна.

Однако взять сходу корейскую столицу не удалось. Неожиданно для себя американцы встретили яростное сопротивление немногочисленных сил защитников города, и бои за столицу затянулись на несколько недель. Агрессор потерял убитыми и ранеными свыше 12 тысяч человек и не сумел окружить северокорейские войска на юге п-ова.

К 1 октября северяне благополучно отвели свои войска за 38 параллель, но охваченный угаром побед, президент Трумэн отдал приказ о продвижении своих сил на север. Исполняя решение своего главнокомандующего, Маккартур быстро подтянул резервы и, используя огромное численное превосходство, пересек разделительную линию по направлению к Пхеньяну. Столица северной Кореи была взята 20 октября в ходе комбинированной атаки сухопутных войск и высадки воздушного десанта. Преследуя отступающего противника, американские части 27 октября вышли к пограничной с Китаем реке Ялуцзян.

Ободренный столь быстрыми победами, Маккартур хвастливо заверил президента, что к Новому году, будет в руках американцев. Трумэн был рад этому и уже мысленно прикидывал, как он будет диктовать свои условия, китайцам имея на руках столь убедительный аргумент как разгром коммунистов в Кореи, под флагом ООН.

Однако в этот момент в дело решительно вмешался Сталин. Желая поддержать своего боевого союзника и остановить зарвавшихся звездных молодцов за короткий срок, с 15 по 24 ноября на территорию Китая был переброшен 64-й истребительный авиационный корпус советских ВВС, который состоял из трех истребительных дивизий. Летчики имели приказ полностью закрыть небо над Манчжурией и не допустить появление над городами Китая вражеской авиации. Вслед за этим, к корейской границе были сосредоточены 18 дивизий армии КНР численностью около 180 тысяч под командованием маршала Пэн Дэхуая.

Выждав удобный момент, 25 ноября 1950 года, китайские части начали свое мощное контрнаступление во фланг американских войск, которые на сутки раньше двинулись к советско-корейской границе, имея приказ генерала Маккартура добить остатки вооруженных сил северной Кореи. К огромному ужасу Трумэна выход к границам с Китаем вызвал не ожидаемые им переговоры с позиции силы, а жесткий ответный удар.

Он был столь сильный, что американцы и их южнокорейские союзники начали поспешное отступление, стремясь поскорее выскользнуть из-под удара «китайских добровольцев».

Желая остановить или хотя бы ослабить наступление врага, Маккартур приказал авиации разбомбить мосты через Ялуцзян, по которым наступающим непрерывным потоком шло подкрепление с территории Китая. И здесь их ожидал новый сюрприз. Вылетевшие на задание эскадрильи бомбардировщиков Б-29 не смогли выполнить приказ своего командования, поскольку были атакованы советскими истребителями с большими потерями для американских сил.

Так началось прямое, но тайное противостояние в воздухе американских и советских пилотов, которое сводилось только к воздушной дуэли между ними. Скованные директивами своего командования советские ассы не могли бомбить аэродромы противника и пересекать линию фронта в отличие от авиации американцев. Советские МИГи надежно закрыл корейское небо, на всем протяжении фронта не позволяя противнику сорвать снабжение продвигающихся в глубь территории наступающих частей.

Не останавливаясь и не давая врагу стратегической паузы, китайские дивизии продолжали стремительно наступать, и уже к 3 января 1951 года, они взяли Сеул, и успешно отбили контрнаступление срочно переброшенных из Японии новых дивизий. Ценой больших потерь Реждуэю удалось сбить наступательный порыв северян, стабилизировать фронт, и перевести войну в стадию позиционных сражений, где победы носили только локальный характер.

Разъяренный своими неудачами, которые случились всего за шаг до его громкой победы, генерал Маккартур поспешил нажать на Трумэна для оказанья быстрой помощи. Находясь со своим штабом в Японии, он стал настойчиво требовать от президента немедленного разрешения на нанесение полномасштабного ядерного удара по городам северного Китая и советского Приморья, видя только в этом реальную возможность, одержать победу над «азиатами». Кроме этого Маккартур предложил вести войну руками азиатов и перебросить на Корейский п-ов китайские дивизии с Тайваня, ради уменьшения потерь среди американских солдат. Излагая свои идеи будущей войны, генерал вновь горячо гарантировал скорую и безоговорочную победу над коммунистами, но к своему огромному изумлению получил категорический отказ Трумэна.

От стремительного наступления северян, за чьей спиной грозно маячила фигура Сталина, американский президент находился в сильном психологическом шоке. Все надежды на маленькую победоносную войну с треском провалились и теперь дальнейшее продолжение этого конфликта, неизменно приводило к полномасштабной мировой войне.

И тут Трумэн, постоянно вынашивавший за все годы своего правления агрессивные планы по уничтожению Советской России, впервые явственно ощутил всю громадную ответственность, которая ложилась на его плечи с принятием решения по продолжению войны. И впервые пожав не лавры победителя, а терновый венок проигравшего, Гарри Трумэн сильно озаботился.

Весь его военный опыт, полученный президентом в начале века, говорил что, бросив свои лучшие части в войну с сомнительным исходом на востоке, он может получить реальный полновесный удар со стороны русских на западе.

Трумэн очень опасался, что закаленные в горниле войны русские войска просто сметут американские части в воды Ла-Манша, повсеместно встречая поддержку со стороны местных коммунистов и просто сочувствующих людей. Одновременно, учитывая слабость войск Турции и Ирана, следовало ожидать удар и по ним, с первоочередной целью захвата нефтеносных районов Ближнего Востока. Своеобразное воплощение замыслов Ромеля, но только наоборот. При подобном раскладе боевых действий, Комитет объединенных штабов нарисовал не радужную перспективу новой мировой войны. По их подсчетам, потери американских ВВС в этой войне будут столь масштабны, что летчики могут отказаться летать из страха перед ними.

Сидя в Овальном кабинете Белого Дома, президент Трумэн приходилось вновь и вновь, мучительно продумывать и скрупулезно просчитывать различные варианты прямого столкновения своей страны с СССР и в который раз приходить к неутешительному выводу, Америка пока еще не готова разбить своего основного конкурента и окончательно устранить «русский вопрос» с своего светлого пути. Может это, сделает кто-то другой из его приемников, но никак ни Гарри Трумэн. Номинально числясь в покорителях Берлина и Токио, он не сможет стяжать себе лавры победителя Москвы.

Поэтому, горестно вздохнув, американский стратег, в очередной раз был вынужден отодвинуть глубоко в стол свой блистательный план и, опасаясь прямого столкновения с русскими, из-за не в меру ретивого Маккартура, снял его с поста главнокомандующего американскими силами в Кореи, невзирая на все прежние боевые заслуги генерала.

После этого, началась затяжная позиционная война, продлившаяся около двух лет. Ценой больших потерь новый командующий экспедиционного корпуса генерал Рэджуэй смог выбить северян из древней столицы Сеула и отодвинуть вклинившиеся войска противника за 38 параллель. Но большего американцам свершить в этой войне не удалось, несмотря на все старания нового командующего.

Длительность конфликта и большие потери, самым мрачным образом сказались на политической судьбе Трумэна. Американцы не простили Трумэну гибель 54246 своих соотечественников в далекой азиатской стране. Его избирательный рейтинг упал до рекордно низкого показателя, и грозный истребитель мирного японского населения не рискнул выставлять свою кандидатуру на новый президентский срок, тихо и скромно уйдя в политическое небытие, вместе со своими грандиозными мечтаниями.

От бесславного поражения в этой длительной войне, как это случилось позднее с другим президентом ястребом, Америку спас господь Бог, прервавший жизненный путь Сталина, который, несомненно, смог бы довести это дело до победного конца.

Сменивший Трумэна на посту президент Эйзенхауэр, с радостью подписал с северными корейцами мирный договор, который закреплял патовое положение между воюющими сторонами этот конфликт, оставляя окончательное решение корейского вопроса на потом.

Зеленые джунгли с огненным глянцем напалма.

( Двойной портрет людей, потерявших все из-за строптивости Юга.)

Рассматривая новых персонажей пожелавших дернуть за усы тигра большой войны, следует признать, что в подобном деянии их невозможно разделить друг от друга. Подобно сиамским близнецам при всей своей непохожести внешне и внутренне, они слепо двигались милитаристским курсом несмотря ни на что.

Оба оказались неудачниками; один потерял жизнь, другой вкус жизни, став добровольным затворником. Этих непохожих близнецов звали Джон Кеннеди и Линдон Джонсон, вступивших в историю Штатов как президент и вице-президент этой страны. Пробыв в этом звании три года Линдон Б. Джонсон, сменил своего не в меру энергичного и импульсивного Джон Ф. Кеннеди решившего привнести свежую струю крови в жилы успокоившейся после Кореи Америки. Подобно Трумэну, Джонсон неожиданно для себя принял страну, венец, но не королеву.

Роковой выстрел в Далласе моментально вывел Джонсона в первые люди страны, которую сильно трясло и лихорадило от недолгого правления самого молодого президента Америки. Сменив осторожного и взвешенного Эйзенхауэра в 1961 году, честолюбивый потомок ирландцев решил оставить свой яркий след в истории США и уже на ступенях Капитолия, во время своей инаугурации, принялся энергично извещать весь неамериканский мир, о своем видении «новых рубежах» американской политики.

Желая эффектно противопоставить себя Хрущеву, Кеннеди легко и быстро спровоцировал новый Берлинский кризис, который вывел на все главные улицы города, огромное количество американских и советских танков и солдат, готовые в любой момент открыть огонь по противнику. Только благодаря огромной выдержке командиров и самих воинов, не допустивших самопроизвольного открытия огня, в этом сложном психологическом противостоянии удалось избежать начала широкомасштабного столкновения в Европе двух сверхдержав. Для разрешения кризиса в спешном порядке состоялась встреча двух лидеров, на которой, по словам Кеннеди, он был полностью раздавлен Хрущевым, старым политическим тяжеловесом. Не желая больше испытывать судьбу в зависимости от крепости нервов своих военных, генсек приказал быстро и тайно отделить западные секторы города с расквартированными там американскими войсками, от столицы ГДР возведя в кратчайший срок знаменитую Берлинскую стену.

Но это было только началом в противостоянии США и СССР. Вскоре новым очагом конфликта стала Куба, где к власти пришел просоветски настроенный Ф. Кастро. Этот остров находился рядом с южной границей Штатов, которые всегда рассматривали его, если не как свою вотчину то, несомненно, как верного союзника в Карибском бассейне.

Вкладывая большие деньги в экономику страны, ее курорты и прочею недвижимость, американские капиталисты были шокированы решением молодого команданте за один день национализировавшего их собственность. Столь громкий и откровенный щелчок по носу со стороны России вызвал у молодого Кеннеди самую лютую злобу в отношении Кастро и его режима. По его приказу специалисты ЦРУ в спешном порядке организовали прямую интервенцию бежавших из Гаваны кубинских эмигрантов, основательно экипировав их оружием и предоставив транспортные корабли. Кроме этого в распоряжении десанта были выделены 24 бомбардировщика Б-26 и 14 военно-транспортных самолета. Под столь мощным прикрытием батистовцы высадились в бухте Кочинос 15 апреля 1961 года.

И вновь Кеннеди ждало сильное разочарование, эмигрантский десант был уничтожен силами кубинской самообороны за 72 часа, успевших получить советское оружие и советских инструкторов. Кастро стал национальным героем, а Америка опозорилась на весь мир, не рискнув начать свое вторжение на остров Свободы, поддержку которому тут же высказала Россия, спешно направив на Кубу свой воинский контингент. Желая спасти лицо страны, американский президент на веки вечные записал режим Кастро в число главных врагов США и торжественно пообещал спасшимся батистовцам обязательно водрузить знамя ударной бригады – 2506 над Гаваной через десять или двадцать лет.

Мало кто из американцев знали, что обаятельный рыжеволосый Кеннеди болен неизлечимой болезнью надпочечников и постоянно страдает из-за сильных болей в позвоночнике вызванных травмой которую он получил в результате аварии на торпедном катере в водах Тихого океана… Именно эти нестерпимые боли, в конце концов, и привели к знаменитому Карибскому кризису октября 1962 года, чуть было не ставшего Третьей мировой войной.

Как утверждают сами американские журналисты, длительно изучавшие историю жизни Кеннеди, обычные обезболивающие препараты плохо помогали президенту в борьбе с его недугом, и он с радостью прибег к помощи медицинского шарлатана ставящего своим пациентам «уколы жизни» в чей состав входили большие дозы полунаркотические препараты. Попробовав их чудесную силу, президент уже не мог отказаться от них до самой своей смерти.

После инъекций этими препаратами, Кеннеди всякий раз прекрасно себя чувствовал, боль отступала, и его настроение значительно поднималось, зачастую переходя в сильную эйфорию, значительно мешавшую грамотно исполнять возложенные на него государственные обязанности. После нескольких дней благоденствия неизменно следовал быстрый спад и тогда президент долго приходил в себя от депрессии, остро нуждаясь в новых живительных инъекциях.

Только этим, может полностью объяснить столь стремительное и бурное развитие Карибского кризиса. Едва президенту было доложено о скрытом размещении на Кубе советских ракет с ядерными боеголовками, аналогичных тем, что уже стояли у самих американцев на боевом дежурстве в Турции и Италии, Кеннеди отдал приказ о немедленном начале военной блокады непокорного острова, уже основательно потрепавшего президентскую психику.

Подобными действиями, Кеннеди в один момент закрутил гайки военной машины, отказавшись от любых дипломатических переговоров, чего неукоснительно придерживался его предшественник Эйзенхауэр, прошедший сам войну с немцами. Эйфория Джона буквально сквозила во всех его действиях и приказах, которые один за другим сыпались на американских военных, всего за несколько дней доведя дело до близкого прямого столкновения между США и СССР.

Когда же эйфория от «укола жизни» прошла, президент с ужасом стал осознавать всю близость термоядерной войны созданный его руками. Едва Кеннеди доложили, о появлении в русском посольстве костров из сжигаемых секретных документов, что однозначно говорило о полной решимости противника идти до конца, он быстро направил туда своего брата Роберта для проведения незамедлительных мирных переговоров. Единственное условие, которое выдвинул Кеннеди; Америка должна сохранить свое лицо в этом конфликте.

Хитрый Хрущев моментально оценил ситуацию и мастерски извлек из этого максимальную выгоду. Русские согласились демонтировать свои ракеты на Кубе взамен чего, через полгода, США вывезли аналогичные ракеты со своих баз расположенных на не только территории Турции, Италии, но и даже в Великобритании.

Получив повторную оплеуху от Кастро, Кеннеди, давший гарантии, что США не будут искать пути свержения ненавистного им режима военным путем, незамедлительно потребовал от ЦРУ немедленного уничтожения кубинского лидера диверсионным путем. Американские рыцари плаща и кинжала бросились исполнять пожелание президента и незамедлительно попали в ловушки, предусмотрительно приготовленные им советским КГБ. Вновь мир узнал об отравленных сигарах, ручках с цианистым калием и даже радиоактивном порошке с помощью которых американцами планировалось уничтожение неуязвимого для Кеннеди Кастро.

Однако большей головной болью для американского лидера стала его собственная армия.

Генералы Пентагона были в страшной ярости от своего конфуза, когда в самый последний момент им жестоко дали по рукам, поставив человеческие жизни над их военным престижем. Они открыто говорили президенту, что русские их «поимели» и требовали незамедлительно поправить пошатнувшийся в мире американский престиж. И хотя после своего провала президент стал громогласно объявлять о необходимости свертывания гонки вооружения, ради выправления ситуации Кеннеди включил в зону влияния американских стратегических интересов Вьетнам, где шла упорная борьба между коммунистическим Севером и демократическим Югом. Там он позволил своим военным славно порезвиться, не ограничивая их ни каким-либо санкциями и приказами. С согласия южновьетнамского правительства, в Южный Вьетнам было отправлено около десяти тысяч солдат, которые должны были оказать помощь сайгоновской администрации в борьбе с местными партизанами. Кроме этого в Южный Вьетнам широкой рекой полилась американское вооружение и инструктора советники, сумевшие за короткий срок довести численность войск Южного Вьетнама до четырехсот тысяч человек.

Смерть от руки Ли Харви Освальда в ноябре 1963 года, прервала эту завуалированную деятельность молодого адепта «холодной войны». Погибнув на глазах сотен тысяч американцев и руках любящей красавицы жены, Кеннеди моментально стал героем мучеником, а дело о его убийстве на долгие годы превратилось в мировую сенсацию с различными вариантами трактования.

Как считают самые продвинутые американцы, убийство Кеннеди было, несомненно, делом рук кубинского лидера Фиделя Кастро, решившего отомстить американскому президенту за все его неудачные попытки своего устранения руками кубинских эмигрантов, американских левых и тайными агентами КГБ.

По мнению же хорошо осведомленных советских журналистов и аналитиков, президента заказали свои же нефтяные магнаты во главе с Хантом и Гети, руками сговорчивых американских спецслужб ЦРУ и ФБР, которые грубо и решительно пресекали любые попытки вывести следствие за рамки официальной версии убийцы одиночки. Кеннеди сильно прижал благополучие акул нефтяного бизнеса введением большого налогообложения на их прибыль, что было расценено бизнесменами как покушения на святыни мирового капитала.

Согласно же древней мудрости; истинна, всегда лежит по средине и поэтому с большей вероятностью можно считать, что Д.Ф.К. убрала американская мафия, которой он сильно задолжал. Ретивые американские журналисты доказали, что между боссами мафии и отцом президента Джозефом Кеннеди было негласное соглашение, согласно которому Джон получал нужные ему голоса избирателей в обмен на некоторые услуги главарям бандитского синдиката.

Мафиози честно сделали свое дело, путем различных махинаций с избирательными бюллетенями, обеспечив победу Кеннеди на 0,17 % над его конкурентом Никсоном.

Однако Джон не сдержал обещания своего отца, приказав своему брату Роберту занимавшего пост министра юстиции начать полномасштабную войну с преступностью и в первую очередь с мафией. Подобного подлого обращения мафия еще никому не прощала, и вскоре прозвучали выстрелы со склада учебников, навсегда подарившие Кеннеди ореол страдальца, который закрыл все его прошлые неудачи.

Джонсон умело воспользовался столь притягательным среди простых избирателей имиджем своего предшественника благодаря чему, с огромным преимуществом в пятнадцать миллионов голосов, смог переиграть своего конкурента на выборах президента 1964 года Б. Голдуотера.

Бог любит Америку. Перед самым избранием Джонсона президентом Соединенных Штатов, из Москвы пришла радостная для Капитолия весть об уходе с политической сцены энергичного Хрущева. Недовольные его волюнтаристической политикой, высшие круги партаппарата поспешили заменить его, на осторожного и прагматичного Брежнева. Кроме этого из-за идеологического разногласия, был разрушен некогда мощный военно-политический союз между СССР и Китая, имевший огромный политический вес для сдерживания американской глобальной политики. Ранее боевые союзники, теперь эти страны, рассматривали друг друга если не как потенциальных врагов, то явных конкурентов.

Не воспользоваться подобным подарком судьбы было с американской стороны сверхглупостью, и поэтому едва закончилась инаугурация, как Линдон Джонсон решил продолжить агрессивную политику своего предшественника. Для поднятия ранее несколько пошатнувшегося военного престижа Америки, была нужна быстрая и победоносная война над слабым соперником, и президент охотно прислушался к мнению своих военных советников, выбравших в качестве объекта для порки Южный Вьетнам. Джонсон решил помочь правительству Южного Вьетнама в его борьбе с партизанами Вьетконга, а затем и подмять под себя и северную ДРВ, видя в ней для себя легкую добычу. Военный министр США Макнамара, радостно заверил президента, что уже находившийся во Вьетнаме десятитысячный контингент американских войск вместе с сайгоновскими солдатами, легко справятся с несколькими тысячами крестьян в черных пижамах. Макнамара явно не рассчитывал, что война будет затяжной и принесет американцам большие потери.

Хорошо изучив опыт своих предшественников в Индокитае французов, американцы посчитали, что для полной и быстрой победы над патриотическими силами Южного Вьетнама необходимо лишить их поддержки со стороны ДРВ, которая постоянно поставляла повстанцам, оружие, боеприпасы и своих военных инструкторов.

Одержав победу в этом секторе Юго-Восточной Азии, американцы не только вырывали еще одну страну из лап марксистов, но и имели реальный шанс изменить в свою пользу уже сложившийся военный баланс на планете.

Историческое решение о начале боевых действий было принято 30 июня 1964 года на острове Гуам, во время переговоров между Вашингтоном и Сайгоном. Для воплощения его в жизнь, США подтянули к берегам Южного Вьетнама мощную авианосно-ударную группировку в составе четырех авианосцев, одного противолодочного авианосца и одного десантного вертолетоносца с полком морской пехоты на борту, которые принялись наводить порядок вблизи демаркационной линии у 17 параллели.

Демонстрируя свою ярую приверженность по защите демократических ценностей западного мира, Джи Ай принялись зачищать джунгли Южного Вьетнама от партизан Вьетконга проводя при этом полномасштабные армейские операции по уничтожению живой силы противника. Вместе с этим, американцы упорно держали корабли 7-го флота вблизи территориальных вод ДРВ, дожидаясь особого приказа о начале действий против северного соседа.

Это случилось 2 августа 1964 года, когда американское командование заявило, что суда их великой армады были атакованы, маломощными торпедными катерами ДРВ. Стоит ли говорить, что зарвавшийся агрессор был достойно наказан палубной авиацией 7 флота, которая уничтожила противника еще на дальних подходах к американским кораблям. Ущерба от этой атаки не было, но оскорбленное величие первой страны мира требовало сатисфакции. И она незамедлительно последовала. Через три дня палубная авиация США произвела свою первую бомбежку территории ДРВ, полностью уничтожив пункт базирования вьетнамских катеров. Правда по прошествию многих лет, сами американцы признаются в своей дезинформации по поводу атаки катеров, но это будет потом, а тогда у них появилось стопроцентное оправдание для начала боевых действий против коммунистов.

Начиная воздушную войну, Джонсон был полностью уверен, что в отличие от Кореи, во Вьетнаме границу не пересекут «три миллиона китайских добровольцев». Разлад между былыми союзниками позволял американцам надеяться на скорый успех в этом сложном деле. Оставаясь неуязвимым для ответного удара, американцы желали мощью своего оружия одержать победу там, где до них уже потерпели неудачу французы. Но страх и трепет перед самолетами и бомбами США не проняли азиатов. Получив удар, они приняли единственно верное решение, полностью оправдавшее себя в борьбе с прежним агрессором. Слабые вьетнамцы стали втягивать Америку в длительную войну, помня по примеру Франции, что европейцы привыкли только к быстрой победе, неизменно проигрывая в затяжных столкновениях.

Поэтому, в январе 1965 года коммунисты нанесли ответный удар, предприняв полномасштабное наступление на центральном плато Южного Вьетнама против американских солдат и сайгонских соединений. Нападавшие буквально раскололи страну надвое, смело, осаждая города и военные базы, нанося сайгоновской армии большие потери в живой силе. Наращивая наступление, партизаны атаковали вертолетную базу Плейку, где было убито 200 военнослужащих США и уничтожено или повреждено 22 американских самолета и вертолета.

Взбешенный подобными действиями врага, 7 февраля Джонсон отдал приказ о начале полномасштабной бомбежки территории к северу и северо-востоку от Ханоя, а так же вдоль границы по 17 параллели. Обрушив многие тонны бомб на вьетнамскую землю, американцы уничтожали не только военные объекты, но и гражданскую инфраструктуру страны, стремясь подорвать экономику Вьетнама.

Для срыва наступления противника на центральном плато, 8 марта 1965 года американцы высадили в Дананге 9 бригаду морской пехоты, начав, таким образом, полномасштабную войну против Вьетконга и ДРВ. Хорошо вооруженные и обученные, при поддержке вертолетов и танков, американцы смогли остановить солдат Вьетконга, нанеся им значительные потери в живой силе.

Но вскоре праздновавшие победу американцы вынуждены были признать, что явно поспешили с громкими реляциями. Они просто недооценили своего противника, который перешел к другой тактике войны. Отныне вьетконговец большей своей частью днем обрабатывал землю а, ночью достав АК-47, совершал нападение на них. Свершив ночной налет на врага, вьетнамцы вновь становились мирными гражданами с нетерпением дожидавшиеся наступления ночи.

Кроме этого американские аналитики получили для себя неприятный сюрприз. Вопреки их прогнозам СССР и КНР не сцепились между собой за правом контроля над правительством ДРВ, а каждый из них стал самостоятельно помогать Вьетнаму поставками оружия и военного снаряжения.

И если Китай помогал в основном стрелковым оружием и малой артиллерией, то Москва в спешном порядке поставила ракетные комплексы со своими специалистами и истребители МИГ–17 и МИГ-21. Уже в июле 65 года, советские военные сбили свой первый американский «Фантом» во вьетнамском небе во время налета на Хайфон.

Война явно разворачивалась не так, как прежде виделось из окон Пентагона или Белого Дома, имея тенденцию к затяжному характеру, чего Джонсон очень не хотел.