332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Ева Финова » Мечта трудоголика » Текст книги (страница 1)
Мечта трудоголика
  • Текст добавлен: 27 апреля 2020, 10:30

Текст книги "Мечта трудоголика"


Автор книги: Ева Финова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

ГЛАВА 1

Люди пчелы, это определенно не те, которые живут с девизом по жизни – пришел, увидел, победил, как некоторые гении. А те, кому приходится часто и много трудиться, чтобы хоть чего-то добиться в жизни.

Вот и я такая, маниакально-трудолюбивая, вечно уповающая на совесть работодателя. Однако меняла работу за работой, а она все никак не обнаруживалась ни у первого, второго, ни у двадцать пятого в череде беспрестанных мест, офисов, в которых вкалывала, пока меня ни вытесняла какая-нибудь «к-коллега», если не сказать словечко из матерного арсенала, не начинали травить завистники, и, наконец, (классика жанра) пока я не погребалась под руинами рутинной работы, которую на меня неподъёмными горами водружало само руководство, а иной раз даже сотрудники одного со мной ранга.

И вот в один из таких гадких дней после увольнения я стояла на мосту и молчаливо плакала, утирая слезы и сопли платком, пока они не высохли сами под освежающим ветром, набегающим с воды, и не начали щипать кожу.

Гудзон – раскидистая, широкая, берущая в Адирондакских горах река протянулась через весь штат. Она молчаливо текла под моими ногами на расстоянии добрых пятидесяти футов. Для чего строили такой высокий мост, хоть убейте, не пойму. Выйдя из берегов, Гуд скорее затопит башню Трампа, стоящую в низине Манхэттена, нежели дотянется до этой дороги.

Рядом со мной на металлическом парапете стоял непочатый термос с кофе, который я пила изо дня в день, уже как водичку, ибо давно не спасал.

Три кредитки были выжаты в ноль, и срок оплаты аренды неумолимо приближался. А та не в первый раз пугала меня своим размерами за какую-то мизерную студию на третьем этаже, не имеющую даже собственного выхода в подъезд. Каждый божий день корячусь на пожарной лестнице, а владелице только бы цены повышать.

Желая хоть как-то заработать, хозяйка двухкомнатной квартиры разделила её на два помещения, выделив в ту часть, что арендовала я, туалет, оборудовав его стоячим душем, и на том успокоилась. Даже раковины у меня не было. Зеркало и вовсе висело прямиком над сливным бачком, куда я и водрузила косметику, которой, впрочем, было не так много: тональный, пудра и филер. Роскошь, без которой я никак не могла обойтись, ибо мои синяки под глазами ставили меня в один ряд с наркоманами и алкашами в лице нового нанимателя.

Нью Йорк – оплот карьеристов и подлецов, и самых худших из них подлецов-карьеристов, не щадил никого. Ни красивую блондинку, приехавшую покорять город своей красотой, ни Пепин чулок, закончивший с отличием какое-нибудь престижное заведение кроме Гарварда и иже с ним Йеля. Эти два слова ныне будут вызывать у меня изжогу перманентно. Ибо все мои руководители, так или иначе, с ними связаны. Кто-то умудрялся бахвалиться даже просто двухмесячными курсами, которые прошел на каком-нибудь гуманитарном факультете. Гады! Выкинули меня с работы, не дав полного расчета.

– Уроды!!! – выдохнула с нажимом то, о чем давно мечтала, и тут же испугалась, потому как рядом со мной обнаружился мужчина в дорогой кожаной куртке, стильных штанах, наверное от Гучи или еще какого-нибудь итальянца, в не менее дешевой водолазке, тоже черной, кстати.

Манекен ходячий облокотился руками о перила и устремил свой взгляд вдаль.

– Прыгнешь? – спросил он, бесцеремонно откручивая крышку моего термоса и заглядывая своим непомерно длинным носом внутрь.

Шучу, конечно, профиль у него что надо, да и нос вполне себе красивый, с небольшой горбинкой.

– Вкусный, – сделал вывод объект моего тайного исследования, опробовав кофе, – в меру сладкий в меру крепкий, ты барристер?

– Н-н-нет, я всегда такой себе варю. Без него уже жить не могу.

– Отлично. Начнешь с моей секретарши.

– Ч-что?

– Что слышала. Нинэль абсолютно не умеет варить кофе, чем меня непомерно раздражает. А еще постоянно надувает губы при встрече. Как-будто комплектует об отсутствии там силикона.

Я смачно высморкалась, все еще не веря своему зрению, подсовывающему миражи из-за недосыпа. А затем стала искать сухой кусочек насквозь мокрой тряпки, чтобы вытереть еще и глаза. Таковой никак не находился, и я запаниковала, оглядываясь по сторонам. Круто, кто-то еще и стянул мою сумку.

– Держи, самоубийца.

– Я не… – начала было оправдываться, затем забила и все-таки отобрала у красавца платок: белый, идеально выглаженный, разве что не расшитый золотыми нитками.

Не знаю, что на меня нашло. Обычно бы отказалась, а тут страстно возжелала присвоить этот кусок нежной ткани себе. Без вариантов. Это как прикосновение к богатству, краткое, но такое сладостное.

– Может, пойдем уже отсюда, пока мою машину не эвакуировали? – попросил мужчина, оборачиваясь на мигающее аварийкой авто. А его Бентли-то был хорош, серебристый, блестящий купе с обтекаемыми формами кузова, такие только в кино про Джеймса Бонда и видела, раритет к тому же.

– Я тебя не держу, – выдавила из себя, вцепившись в платок пальцами, отчаянно надеясь, что он про него забудет.

– Слушай, если хочешь прыгать, делай это в батутном парке. А я не хочу портить свой день тем, что никого не спас. Меня потом изжога замучает.

– Ну, если только ради твоего желудка, – сказала, забирая у него из рук свой термос. Опрокинула внутрь половину и плотно закрыла крышкой. Как будто алкоголем накачалась, не поверите. Адреналин зашкалил и я, после кивнув, пошла вместе с ним к машине.

– Учти, если захочешь продать меня на органы, то много не выручишь, – все-таки ляпнула это, усаживаясь в машину. Правда, пугаться было уже поздно, дверь за мной закрылась. К тому же он что-то сделал снаружи, и сработала система запирания.

Открыв водительскую дверь и усевшись за руль, мой новый незнакомый завел двигатель с рыком и быстро стартанул с места, приговаривая:

– Это уж мы как-нибудь переживем. Меня зовут Николас Харт, кстати.

– Чамбвел. Эшли Чамбвел, – представилась в ответ, поздно сообразив, что он не спрашивал моего имени. Глупая! Да ему наплевать, кто ты такая. Высадит где-нибудь на остановке, поставит галочку напротив спасения горемычной и поедет дальше по своим делам, преисполненный гордостью за свершенный подвиг. Да, определенно так и будет!

А между тем, он улыбнулся и, отдав дань вежливости, произнес:

– Очень приятно, Эш.

Как-то лихо этот Николас перешел на уменьшительное от моего имени. Слишком уж быстро.

– Эм, меня можно высадить во-он там, – я ткнула пальцем в остановку по пути следования машины.

– Зачем? – недоуменно вскинув бровь, поинтересовался Харт.

Я же невольно залюбовалась игрой эмоций на его лице.

– В смысле? – не поняла его вопроса. – Ты молодец, спас меня и все такое, а теперь мне нужно домой. Дела там решать всякие.

– Например? – к первой брови поднялась вторая, и он нахмурился.

– За квартиру заплатить, котов накормить, – соврала я, отводя взгляд.

Его следующие слова, словно удар под дых, вышибли воздух из легких:

– Все могу простить своим подчиненным, но только не лжи.

– Да, с какой стати я должна говорить тебе правду?

– Но мы же поладили?.. Разве не так?

– Ну, конечно же, нет! – воскликнула я, стиснув платок в кармане своей расстёгнутой куртки.

– Слушай, Эшли. Сейчас восемь часов утра. Я еще не проснулся. Но одного я хочу точно. Адекватную секретаршу, а судя по твоим данным, ты способна на большее, нежели сварить тот ароматный кофе, что у тебя остался еще в термосе.

– Конечно, способна! – приняла вызов я, моментально включив свой трудоголизм на максимум.

– Вот и хорошо. Не то любовница моего зама уже начала откровенно раздражать.

– Тоесть ты не шутил про работу? – сделала выводы я.

– Абсолютно.

– И вот так с кондачка возьмешь и устроишь меня на работу, не зная, кто я и что я?

– Почему же? – спросил он, загадочно улыбнувшись. Затем не стал томить, перестроившись в полосу для поворота, продолжил:

– Ты, Эшли Чамбвел, соискательница на должность секретаря-референта одного из директоров Хартвин анд Мэйгар компани.

– Так ты и есть, Николас Хартвин? – удивленно уставилась я на своего кумира. Когда-то давно проходила стажировку в их компании, еще будучи студенткой. Правда, закончить универ мне так и не довелось. Гадкая вышла история. Отчим перестал давать деньги, мотивируя: хочешь учиться, отработай в пастели. А мать ни о чем и не догадывалась, радуясь своим третьим по счету и таким долгожданным замужеством, ибо годы были уже не те.

Потому я приняла единственно верное решение и ушла из дома в 19 лет, стала работать. Но мечту всей жизни – компанию Хартвина не забыла. И вот, три года назад, накануне двадцать первого дня рождения сумела-таки попытать свое счастье, однако завалилась еще на первом собеседовании, уступив двум голубоглазым красоткам, которые считали, что физическая форма – двигатель карьерного роста. Тогда, будучи отъявленной идеалисткой, я над ними даже посмеялась, пялясь на собственное отражение в туалете перед встречей. А уже после тщательного анализа своего проигрыша поняла, что все-таки просчиталась с внешним видом, однако было уже поздно.

– Так откуда ты про меня знаешь? – спросила я, возвращаясь из воспоминаний в авто и к своему, похоже, будущему боссу.

Голос, правда, осип и не слушался.

– Как откуда? – изумился мужчина, заезжая на подземный паркинг какого-то небоскреба. – Это же ты, будучи еще обычной практиканткой, засиживалась допоздна, выручая ленивые задницы моих подчиненных. Думаешь, я не слежу за своим штатом?

– Но тогда, почему я завалилась на собеседовании? – вырвалось у меня непроизвольно.

– Да потому, что у моего сотрудника по подбору в штанах больше мозгов, чем в голове, – проворчал Николас, а опомнившись, замолчал и поджал губы.

Мазнув взглядом в зеркала, он все же обернулся назад, паркуя машину по старинке, и продолжил наш разговор:

– После этого случая я уволил Хэнка. А ты ушла к моим прямым конкурентам.

– Но-но… а ты не боишься брать меня на работу? Вдруг я какой-нибудь там инсайдер?

– Если бы ты им была, то не упиралась бы так, как сейчас. А я ведь даже не озвучил сумму твоей заработной платы, которую готов предложить, лишь бы переманить тебя из Твидненс.

– Не утруждай себя, я итак оттуда уволилась. – Всего несколькими словами взяла и запорола себе все, что только могла.

Однако же Николас не передумал, чем несказанно меня удивил, упорствуя:

– Вот и хорошо. Значит, никаких проблем с наймом не возникнет.

Собственно, с какой стати ему беспокоиться о такой мелкой сошке, как я? Может, это он рассчитывает на инсайд? Вполне возможно. Потому решила сразу уточнить:

– Но учти, у меня соглашение о неразглашении. Я не смогу передать тебе никакие сведения с прошлой работы.

– Этого и не потребуется, – серьезно заявил Хартвин, еле дождавшись окончания моего предложения.

В его голосе зазвучала сталь, и наш разговор, похоже, начал ему досаждать. Потому поспешила извиниться, пока окончательно не испортила себе, возможно, единственный шанс на адекватную работу:

– Прости, Хартвин, хотела лишь, чтобы между нами были оговорены все детали перед наймом.

Остановив машину и заглушив двигатель еще несколько минут назад, он продолжал сидеть в пол оборота, разглядывая зареванное лицо своего будущего сотрудника, то бишь меня. А потом улыбнулся, поддался всем корпусом вперед и поцеловал в губы. Неожиданно, мягко, приятно. Вопиюще нелогично! Но здорово…

А отстранившись секунды спустя, хитренько так произнес:

– Тогда попрошу юристов включить в договор еще и тринадцать поцелуев в неделю.

– А почему тринадцать? – ляпнула первое, что пришло в голову.

Так, нужно срочно включать мозги!

– Люблю это число. – Его глаза лучились искренней радостью, на влажных, припухших после поцелуя губах гуляла довольная улыбка, как у мартовского кота. – За остальные буду оплачивать ужинами, идет?

Однако мое природное упрямство как и подозрительность взяли верх.

– Конечно же нет! – избавившись от наваждения, помутнившего рассудок, я возмутилась с чертовски не своевременным опозданием и отвернулась к двери, стала дергать за ручку трясущимися руками. Но, как назло, она не поддавалась.

– Хорошо. Значит, считай, что я пошутил, – голос Хартвина прозвучал ровно и довольно добродушно. Почти. Если бы не одно но: его пальцы в это время то и дело стискивали кожаный руль.

В ответ шумно выдохнула:

– Фу-ух, т-ты не пугай меня так больше. – И перестала мучить его машину. А то мало ли что…

– Идет, – отозвался он, выбираясь из машины, и уже снаружи довольно громко произнес: – А ты больше не стой на том мосту, иначе я за себя не ручаюсь.

Жаль я не успела заметить выражение его лица, потому как логичности в его словах не уловила ни на йоту.

И пока я соображала, Николас успел вылезти из машины, обогнуть её спереди и даже открыть предо мной дверь, выпуская из своей дорогой клетки.

ГЛАВА 2

Когда же мы очутились в его офисе, поднявшись на лифте прямо с паркинга, я искренне пожалела, что не осталась там в машине. Потому как встречала меня идеально чистая белизна и такая же дороговизна всего окружающего. Правда, мраморный пол с серыми разводами, словно раскаты молний, слегка выбивался из столь меланхоличной картины – огромного помещения, зашитого каменными панелями, украшенного многосложным потолком. А еще, безусловно, красные кресла позади рисепшена привели меня в неописуемый восторг, как и белый пластиковый овал, задрапированный абсолютно прозрачным стеклом.

На встречу из-за футуристического стола к нам поднялись, казалось, две близняшки, одинаковые с виду блондинки с завязанными тугим узлом волосами на затылке. Даже в формах лица прослеживалось что-то родственное, правда, цвет глаз подвел, все же отличался. А если еще и приглядеться чуть пристальнее, то у голубоглазой все-таки рост выше, немного. Но есть.

В момент подъема девушки её блузка цвета взбитых сливок слегка колыхнулась, но тут же встала на место, стоило хозяйке чуточку сильнее выгнуть спину. Юбка карандаш глухо скрипнула, как и кожаная обивка сидения.

– Мистер Хартвин, – поприветствовала нас зеленоглазая. Одетая так же как и её второй экземпляр, она притягивая взгляд к ровно отчерченному губной помадой рту, красного цвета, в тон кресел.

Созерцая обстановку, я не в первый и даже не во второй раз почувствовала себя неуютно. И это мягко сказано. К моей великой радости, девушки, а-ля идеал, даже и не подумали глянуть в мою сторону, иначе лицемерного взгляда секретарш вряд ли бы пережила.

Однако будущий начальник вмешался и все-таки представил меня с улыбкой заправского ловеласа:

– Луиза, Симона, знакомьтесь, а это Эшли Чамбвел.

– Ах, Эшли… – голубоглазая сделала вид, что вспомнила и белозубо мне улыбнулась. – Приятно познакомиться.

Похоже, я и не дышала вовсе все то время, что меня изучали бесцветным взглядом. Нет, даже двумя бесцветными взглядами. Пережила. Выдохнула.

– Мне тоже, – неуверенно промямлила я, сжимая ладони в кулаки, дабы не демонстрировать этим идеальным куколкам дополнительный повод для сплетен – отросшие кутикулы.

Даже не помню, когда последний раз делала себе маникюр. Хотя, похоже, и без моих запущенных ногтей, им будет что обсудить в негармоничной внешности посетительницы: пиджак, а-ля куртка, помятый к тому же, брюки без стрелочек, несвежая рубашка, хлопковая, но с блестящими пуговицами спереди, и удобные мокасины, черные. Потому, что так проще подбирать наряды.

– Луиза, для посетителей меня нет сегодня весь день, – проинструктировал девушек шеф.

Следом он уложил свою руку мне на спину и слегка подтолкнул вперед. Наверняка, чтобы я перестала беззастенчиво пялиться на этих двоих.

Блондинка же, к которой обратились, при этом еле сдержала гримасу сокрушенного недовольства, и лишь шире улыбнулась, заметив мой исследующий взгляд, когда полезла что-то заносить изменения в лэптоп, не поверите, серебристый. Уже хоть что-то!

Что происходило дальше за гламурным столом, увы не знаю. Потому как мы покинули девушек и двинулись вперед. А когда подошли к стене, глянцево-белые автоматические двери разъехались, чтобы открыть взору длинный и узкий коридор, отделанный теми же самыми каменными панелями. Благо, идти долго не пришлось, буквально за вторым поворотом нас встретила стеклянная стена с дверьми. Те, прежде чем открыться, еще раз отразили мое скудный наряд, заставляя смущаться пуще прежнего.

А за ними… на фоне инсталляции из деревянных гофрированных волн восседала не менее красивая брюнетка и столь же уничижительно взирала на всех и даже собственного шефа.

Как Николас и говорил, эта, наверняка уже экс-секретарша Хартвина, при виде нас надула свои губки, нещадно намазанные блеском с заездом на кожу с обеих сторон. Никогда не понимала сей трюк – губы что ли больше кажутся? Нет, вот если матовой помадой, возможно. Но блеском… Увы.

И, кажется, в подтверждении своих мыслей, я даже скривилась и кивнула, ибо на меня воззрились оба. Потому быстренько опомнилась и поспешила потупить взгляд, вперив его в инсталляцию.

Представление было излишним, однако Николас все-таки отдал дань приличиям и произнес:

– Знакомься Эшли, это Нинель, которую я с сегодняшнего дня перевожу к Джефу.

– Но у него уже есть секретарь!.. – воскликнула девушка, повысив голос.

А включив мозги, все же умолкла и еще сильнее выпятила вперед губы, злобно сверля взглядом меня одну.

Нет, я, конечно, немного даже разделяла её досаду от эдакого понижения в статусе. С другой стороны была целиком и полностью к этому не причастна. Почти. Не я, так другая бы заняла её место. Однако увы, совесть все равно меня грызла поедом, стоило лишь встретиться с надменным взглядом моего будущего шефа, который явно не простил эту несдержанность.

– Не обсуждается. – В его ответе прозвучала сталь.

А заметив расстроившийся вид девушки, все-таки немного смягчился, но только самую такую малость, и безжалостно добавил следом:

– Освободи место до конца дня.

– А-а… как же секретарша Джефа? – не унималась Нинель.

– Да будет тебе известно, что на днях она уйдет в декрет, – Хартвин процедил сквозь зубы.

Совесть меня отпустила. Такие вещи надо знать, считай, второму человеку в компании, владеющему всей информацией после самого генерального.

Хотя, вот тут еще нужно разобраться. Компания, насколько мне известно, состояла из двух компаньонов. Но абсолютно точно помню, что Мейгара звали не Джеф, а как-то на букву «у». Вспомнила! Уолин. Шестидесяти пяти летний импозантный старикан в костюме улыбался мне с единственной фотографии на газетной вырезке, которую нарыла накануне собеседования. Сейчас, конечно, уже старше.

Что происходило с экс-секретаршей Харта дальше увидеть не удалось, потому как задумчивую меня в очередной раз подтолкнули к дери, и мы вошли во святая святых: огромный кабинет босса, в эдакий конференц-зал со столом по форме заглавной буквы «Т».

Чисто мужская обстановка в добавок изобиловала темными тонами: дубовый стол шоколадного цвета, заставленный со всех сторон черными кожаными креслами, тёмно-серый ковролин и такого же цвета пластиковые панели с безвкусными картинами-кляксами в широкой рамке, разбавлялись огромным панорамным окном во всю противоположную входу стену.

– Подождем здесь, пока у моей головной боли номер один не закончатся приступ злости.

– Может быть нужно было с ней помягче?

– Увы, все заявления по переводу до того она рвала с криками и воплями, мол, вы не сможете найти мне замену, и тому подобное.

– То есть, получается, эта девушка, – я сделала акцент на последнем слове, – тебя настолько доконала, что ты готов взять человека с улицы, чтобы от неё избавиться?

Опять взяла и все испортила, ляпнула, не подумав. Эш, вот когда ты повзрослеешь, а?

Но вместо выговора Николас лишь улыбнулся и развернулся ко мне лицом. Затем он оперся спиной о стол и произнес невероятное:

– Люблю, когда со мной говорят без обиняков. Эти замы и директора размазывают правду по тарелке, да так умело, что я напрочь забываю о чем вначале шла речь.

– Ты не ответил, – зачем-то вставила осмелевшая я и для смягчения эффекта сказанного улыбнулась.

Хартвин же вздохнул и пояснил:

– Нет Эшли, я взял не с улицы, а с моста. Причем, не абы кого, а отчаявшегося человека, у которого на моих глазах украли сумку подъехавшие хулиганы. А когда разглядел поближе, то узнал в тебе кандидатку на должность. Ты не знала, что грезил и жалел, что не взял тебя на место Нинель? Я кстати даже позвонил как то раз. Но ты даже не ответила на звонок.

Да уж, получается, сама проворонила свое счастье из-за привычки не отвечать на незнакомые номера и не перезванивать.

Удовлетворившись ответом, я распахнула пиджак, мельком подметив смущение личности напротив, однако, не задумываясь, достала из внутренних карманов ключи, телефон и кошелек, увы, почти пустой, оттого тощий.

– Я давно живу в Нью-Йорке, Николас, – произнесла с гордостью, демонстрируя вещи, словно музейные экспонаты.

Окончив осмотр моего имущества, Харт тут же расстегнул свою кожаную куртку и достал из карманов брелок от машины и мульти-карточку в пластиковом чехле. Это ту, которая и водительские права, и микрочип на несколько банковских счетов. Да… Мне с ним не тягаться.

– Определенно, тебе нужно сделать такую же, – произнес он между тем.

– А телефон? – зачем-то уточнила, разглядывая красивый брелок от Бэнтли. Наверное хотелось сравнить еще и свой старенький айфон с его девайсом.

Но увы, вместо телефона он лишь подтянул рукав и продемонстрировал смарт-часы неизвестной мне марки. Все ясно. Прогресс и футуристичность везде и не только в интерьере. Правда, машина у неге все же раритетная, хоть и напичканная современной электроникой.

Не логично.

Поняв, что пялиться на дисплей его девайса попросту не прилична, вновь мазнула взглядом по его лицу и снова уловила лукавый прищур его глаз. Губы же сомкнулись в полуулыбке. Меня так же как и я беззастенчиво разглядывали и видимо оценивали. Пару секунд. А потом ему надоело, и пододвинул ко мне мое имущество.

– Может, сваришь опять тот божественный кофе, что остался в термосе в машине? – его голос звучал так дружелюбно и непринужденно, словно мы друзья, – А я пошлю кого-нибудь за кондитеркой?

И как назло в этот момент мой желудок болезненно сжался, подтверждая тот факт, что я сегодня даже не позавтракала. Кажется он даже это услышал.

– Или чего посерьезнее… – добавил к уже сказанному мой чуткий будущий шеф. Затем залез в часы и стал вращать там какие-то картинки. Следом выбирал блюда из приложения для заказа и словно приказ отдал: – Но я все равно хочу твой… кофе.

Многозначительная пауза почти напугала. Если не сказать, заставила сердце пропустить пару ударов. И вообще, лихо, конечно, получалось. Еще договор не подписали, а он уже приказывает.

Хотя, меня тут вроде кормить собираются да трудоустроить в итоге, так что я даже не против. А за его улыбку многие представительницы женского пола и наверняка готовы и не на такое. Вот прям уверена в этом на все сто, ведь и сама уже на полпути в их ряды.

– А где тут варить-то? – спросила, включив мозги в очередной раз и озираясь по сторонам.

Ничего подходящего явно не наблюдала, если не считать две двери по обеим сторонам от плазменного экрана телевизора на стене слева от нас. Если, конечно, Стив Джобс не оснастил свои Макбуки еще и этой функцией, причем, конкретно в той версии ноута, который лежал сейчас раскрытый во главе стола Харта.

– Да, правильно. Там за дверью… – пробубнил Николас, не отрываясь от своих часов. А заметив мои попытки взломать запертый замок, произнес с усмешкой: – Другой, это личная серверная. Предпочитаю знать, кто копается в моем железе. Буквально.

Я же тем временем даже не покраснела, а сделала вид, что так и надо, прошла к следующей двери, которая ближе к панорамному окну. Открыла. И чуть вновь не отвесила челюсть.

– Оффи… – вовремя прикусила язык, поправившись с меньшим энтузиазмом. – Вот это да…

– Хм. Что конкретно вызвало в тебе такую бурю эмоций?.. – вопросил он.

Окончив подбор нашего завтрака или обеда, мой еще пока не шеф приблизился к дверному проему, и, считай, встал у меня за спиной. Да так, что мог чувствовать аромат моих волос. Чем и воспользовался. Вздох послышался отчетливо. Мурашки забегали по всему телу.

Я же не в первый раз за сегодня смутилась, однако отскакивать не стала, а только лишь чуть сгорбилась неумышленно. Но затем все же выровнялась, расправив плечи. Ведь марку нужно держать. Секретарь я, или кто?.. Точнее, буду.

– Хм… Допустим, аквариум у изголовья кровати до самого потолка абсолютно точно поражает воображение, – затем чуть не ляпнула очередную глупость: – Скажи, а ты…

Хотела узнать, сколько секретарш он на этой кровати… Собеседовал, так скажем.

– Ни одну, – прочитал мысли Харт, по-прежнему дыша мне в затылок. Неужели, мой вопрос был столь предсказуем?

А кандидат в боссы тем временем забавлялся, пояснил со смешком:

– С момента открытия этого офиса ты первая, кто вообще зашел в эту комнату.

Значит, антураж был другой, но лица те же? Наверняка. Хартвин же отчего-то сокрушенно вздохнул, многозначительно так. Но делиться соображениями не стал, а лишь попросил:

– Пропустишь?

– Да, конечно… – сделала пару шагов вперед.

– Машина – там, в угловом кухонном модуле, за дверкой. – Он указал в противоположную от панорамного окна сторону.

Кухня, скрытая за стенами, огораживающими серверное помещение, с моего места была попросту не видна.

Но на этом его пояснения не закончились:

– А я сейчас… Костюм одену.

Последнее добавил наверняка, чтобы ничего себе не придумала лишнего. Правда, скрывшись за дверью гардеробной, Николас и не подумал умолкать:

– Я часто в разъездах, и для экономии времени спроектировал комнату отдыха прям здесь, чтобы не тратить время на логистику и не заставлять секретарей таскать для меня костюмы с галстуками.

– А мне всегда казалось, что фейсконтроль к владельцам бизнеса не относится… – проворчала тем временем я, включая кофемолку буквально на несколько секунд. Не люблю варить кофе из порошка, так вкуса почти нет, одна горечь остается. Затем сноровисто высыпала его в холдер, аккурат столько, сколько нужно. Установила тот на место, подключив подогрев чашек. И, взяв в руки одну из них, собралась было уточнить про молоко, будет ли он капучино или же достаточно американо, а может и эспрессо, то услышала прямо за моей спиной:

– А как бы ты отнеслась к начальнику, который ходит на работу в джинсах и майке?

– Как к начальнику, – проронила я, вздрогнув. Ух, напугал! Чуть не выронила чашку…

– Молоко здесь, – с этими словами Николас открыл дверцу пенала и продемонстрировал встроенный холодильник под завязочку заполненный продуктами. Достав оттуда белую упаковку тетрапак, он сноровисто ее вскрыл и протянул мне, прибавляя: – Я буду американо, без сахара.

– Я тоже, – недоуменно ответила, забирая молоко, чтобы поставить его на стол рядом с собой. А обернувшись, невольно встретилась взглядом с Хартвиным в деловом костюме…

Уровень адреналина зашкалил, аж уши запекло. Спасло только то, что чашка наполнилась ароматным напитком и мне пришлось вновь заняться делом – отставить её в сторону и повторить процедуру: вытащить холдер, вытряхнуть из него в мусорку кофейную гущу, вычистить, помыть, обдать кипятком, насыпать новую порцию кофе и поставить готовиться следующее американо.

Все это время мой шеф с интересом наблюдал за моими действиями, продолжая стоять у меня за спиной, что немало так нервировало.

Развернувшись к нему лицом, я было хотела спросить: «Что не так?» Как вдруг раздался стук в дверь.

– Войдите, – крикнул Николас.

И он тут вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Однако с моего места их разговор был слышен отчетливо, хоть и заглушаемый шебуршанием бумажных пакетов.

– Ник, с каких пор тебя ни для кого нет? – уточнил вошедший с усмешкой. Следом раздался добродушный но все-таки жесткий ответ Хартвина:

– С тех пор, как я так решил, Лойс.

– А женские шмотки тебе зачем? – уточнил третий участник разговора. Его тембр разительно отличался от тех двоих, явно указывая на разницу в возрасте. – Неужели решил приодеть своих церберов на рисепшене? Как по мне, то они итак весьма и весьма…

– У меня для тебя новости Джеф, – перебил Николас вместо ответа. – Как ты и просил, Нинель с сегодняшнего дня будет работать у тебя.

– Да неужели? – удивился тот. – Ты нашел ей замену? Не прошло и сто лет?

– Не у всех секретарши в декрет уходят каждый год, – поддел Джефа другой собеседник, судя по голосу – Лойс.

– Это упрек? – возмутился объект обсуждения.

– Не обращай внимания, – успокоил его Харт, по всей видимости, хлопая по спине подчиненного, провожая обоих к выходу. Их голоса стали удаляться от дверного проема, через который я наглым образом подслушивала.

А мой будущий шеф на прощание решил приободрить Джефа:

– Да он просто завидует тому, что у тебя появится красавица секретарша. Его Берта, как известно, держит в страхе весь отдел своей безупречностью, жаль, правда, она давно семейная личность с двумя взрослыми дочурками, если не изменяет память.

– Да, так и есть, – пробурчал тот, прибавляя следом: – Ну ладно, я пошел. Договор, о котором ты просил, и доверенность в папке, там в крайнем бумажном пакете вместе с вещами. И… прекращай уже гонять меня по секретарским поручениям, а? Хорош же я, глава юристов, таскаться по бутикам в рабочее время, мои узнают, засмеют.

– Ладно-ладно. Думаю, прибавка к готовому бонусу исправит твой характер еще как минимум на год, и ты, хоть и временно, но перестанешь брюзжать, – подтрунил его Харт.

– Ага, как же, – добавил другой, прежде чем за обоими закрылась дверь.

А через несколько секунд меня окрикнул шеф откуда-то из глубин конференц-зала:

– Думаю, пояснения излишни. Бери кофе, и пошли трапезничать.

Сделала, как он велел. Подхватила чашки на блюдцах и вошла в его кабинет. А там от ароматов и увиденного захотела кушать еще больше. Разнообразие открытых пластиковых и бумажных контейнеров пробудило во мне просто зверский аппетит.

– Не знаю, что ты любишь, потому заказал всего по чуть-чуть. Лично мне нравится тайская еда без претензий на французскую исключительность и американскую калорийность, если ты из тех, кто блюдет фигуру.

– По мне видно, чтобы я что-то там блюла? – сказала, не подумав, и чуть не прыснула своей формулировке.

Расплывшись беззаботной улыбкой, вроде как начальник прошел к другим пакетам, и, вытащив оттуда папку с документами, отложил её на стол и протянул мне остальное, судя по всему, одежду через стол со словами:

– Решил сделать тебе подарок по случаю найма.

– Пожалуй, откажусь, – сразу же обрезала я.

Затем, водрузив чашки на стол, нашла свободное место и присела на край кожаного стула рядом с едой, аккурат напротив шефа, занявшего места спиной к окну.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю